Ночь Солнца

Телефон коротко пискнул, и лежащий на кровати мужчина открыл глаза, а ещё через мгновение – даже не посмотрев на засветившийся экран, – поднялся, небрежно накинул на смятую постель покрывало и направился в ванную, которая носила гордое звание «самого светлого пятна» этой убогой квартиры: кафельная плитка недавно переложена, унитаз, раковина и ванна чуть ли не блестят. Ни на что иное этот жилец и не согласился: он был готов терпеть неудобства, связанные с отдыхом, но не с гигиеной.

Не привык.

Пожалуй, наиболее точно описать широкоплечего можно было двумя словами: молодой рыцарь. На вид около тридцати, тёмно-рыжие волосы стрижены коротко, можно сказать – по-уставному, карие глаза смотрят расчётливо, по-военному, движения скупые, точные, но при этом – мягкие.

Движения бойца…

Спустя пятнадцать минут мужчина переместился на кухню и, ожидая, когда дойдёт яичница с беконом, помидорами и сыром – он любил завтракать плотно, – наконец-то удосужился посмотреть разбудившее его SMS.

«Птички нашли кормушку. От трёх до пяти».

Загадочного информатора рыжий не знал – с ним контактировал исключительно лидер, – однако доверял ему, поскольку давно убедился, что короткие сообщения отличаются удивительной точностью.

В прошлый раз он сообщил: «Вещь отыщут археологи из ТГ». Сегодняшнее сообщение означало, что долгожданные гости занялись раскопками.

«А рыть они будут до конца… – усмехнулся мужчина, перекладывая яичницу в тарелку. – И найдут то, что мы так долго ждём».

Операция была запланирована давно, но долгое время «висела в воздухе» без даты и места – всё определялось сообщениями предсказателя, – и даже сейчас рыжеволосый не знал, где именно археологи начали раскопки и куда придётся лететь. Но у него была группа, готовая отправиться в любую точку мира по первому же приказу, и такие мелочи его не волновали.

Мужчина закончил завтракать, отнёс тарелку в раковину, однако мыть не стал, отошёл и остановился у выходящего на дорогу окна, наблюдая за спешащими на работу челами. Рыжий провёл здесь, в этом убежище и этом городе, последние два месяца, и они опостылели ему так, как никто и ничто до сих пор. Он редко покидал квартиру, работая в основном через сеть, и пришедшее сообщение означало избавление от приевшейся унылости окружающего.

Однако радостная новость не заставила рыцаря проявить хоть какие-то эмоции, он остался спокоен и холоден. И, разглядывая ползущие к светофору машины, не радовался, даже в душе, а хладнокровно просчитывал дальнейшие шаги.

Второе предложение означало, что археологи провозятся с поиском объекта не менее трёх дней, но расслабляться всё равно не следует. Можно не торопиться, но нельзя расслабляться. Один день на сборы и дорогу, второй – на обустройство и разведку, начиная с третьего – полноценные дежурства.

– Да, так.

Решив, рыцарь достал из кармана смартфон, отправил короткое и предельно невинное ответное SMS, показывая, что принял предыдущее сообщение, допил кофе и стал собираться в магазин: у него закончились продукты.

Бразилия, Рио-де-Жанейро За несколько месяцев до описываемых событий

Город бурлил, потому что вечер пятницы – самое время бурлить и гулять. Модные клубы и танцполы забиты под завязку, менее популярные тоже не жалуются: желающих развлечься хватит на всех. Рио – город смеха, веселья, игры и любых фантазий. Город страсти и опасности, небоскрёбов и фавел, убивающий и дарующий счастье.

Рио…

Макс и Кайл прилетели сюда незадолго до рассвета и тут же отправились в отель: друзья собирались выспаться, потому что решили всю следующую ночь провести исключительно в клубах. Об этом они говорили персоналу отеля и таксисту, который вёз приятелей из аэропорта, и не обманули: оказавшись в номере, опустили жалюзи, плотно задёрнули шторы, отодвинули кровати подальше от окна и повесили на двери табличку «Не беспокоить». Однако спать легли не потому, что устали, а по той простой причине, что солнечные лучи, хоть яркие южные, хоть скупые северные, были для вампиров губительными.

Макс и Кайл происходили из клана Малкавиан, в Рио прибыли на охоту и развлечься и, будучи честными масанами, сразу же после захода солнца нанесли визит в клуб «Чай навынос», где представились одному из лидеров ночного Рио – Мигелю Носферату и получили разрешение повеселиться.

Правила, как, впрочем, и в любом другом крупном городе, оказались просты: вести себя аккуратно и не наследить, поскольку мятежные, не принявшие Догмы Покорности вампиры в целом понимали необходимость конспирации и не любили отморозков.

Ребята пообещали быть осторожными и направились в клуб, о котором слышали ещё дома и где немедленно подцепили весёлых спутниц…

– А я говорю, это было именно так! – Левой рукой Макс обнимал блондинку, поэтому по столу грохнул правой. – Мы вломили этим тупым полицейским, сели на их мотоцикл и проехали Фриско с севера на юг.

– Клянёшься?

– Чтоб мне в жизни Солнца не видать.

– Сурово, – оценила блондинка.

– А то!

Девочки допивали вторые коктейли, опьянеть пока не успели, и поэтому Малкавианам приходилось развлекать подружек «горячими» историями из прошлого. Самое интересное, что историю о полицейских Макс не выдумал, только он их не избил, а убил, о чём благополучно умолчал.

– И тебя не поймали?

– До сих пор ловят.

– Да ты ковбой.

– Таким уродился.

У Макса были чёрные, почти сросшиеся на переносице брови, короткая стильная стрижка, бледная кожа, что свойственно всем масанам, и очень подвижный улыбчивый рот. Он производил впечатление на девушек и умело этим пользовался.

– И какой же ты уродился?

– Не такой красивый, как ты, зато сильный.

– Насколько сильный?

– На всю ночь.

– Многообещающе…

– Давайте повторим выпивку! – Кайлу, на коленях которого пристроилась рыженькая, не терпелось приступить к «основной части программы». – Бармен! Всем того же!

– Не хочу то же самое! – Рыженькая посмотрела на Кайла кротким, словно у оленёнка, взглядом. – Хочу другое!

– Заказывай, – махнул рукой Макс. – Мы платим!

– Может, шампанского? – Блондинка захлопала в ладоши. – Давайте пить шампанское!

«У меня скоро иглы вырастут, – прошептал Макс Кайлу. – Берём бутылку и в номер».

«ОК».

– Кстати, шампанское есть в нашем номере!

– И клубника, – добавил Кайл.

– А в каком отеле вы остановились?

– Он совсем рядом…

Дальнейший трёп пьяных челок масаны слушали вполуха.

Недолгий путь осилили, обнявшись, изредка останавливались в тёмных уголках, перемежая поцелуи настолько горячими ласками, что закипела даже холодная вампирская кровь. В отель ворвались, рыча от возбуждения и жажды, но девушки им не уступали – набросились на парней с дикой страстью, совершенно не обращая внимания ни на холодные тела, ни на резко покрасневшие глаза.

И только рыженькая, уже оказавшись под Кайлом, раздетая и готовая, посмотрела на него тем же взглядом оленёнка и счастливо спросила:

– Ты ведь меня высушишь?

– Прямо сейчас, – пообещал Кайл, впиваясь в податливо подставленную шею. И лишь после того, как девушка, издав короткий всхлип, перестала дышать, отпрянул и ошарашенно спросил: – Что ты сказала?!

Потёр лоб, словно избавляясь от наваждения, до капли высушил жертву и вышел в гостиную, где уже находился Макс.

– С почином! – Макс любил оттенять кровь красным полусладким и отсалютовал приятелю бокалом. – За прекрасный город Рио!

– Прекрасный, но немного странный, – протянул Кайл.

– Не наелся?

– Не в этом дело… – Кайл уселся в соседнее кресло, взял свой бокал, сделал маленький глоток и поинтересовался: – Твоя девка была нормальной?

– Только пьяная очень, – хмыкнул Макс. – А почему спрашиваешь?

– Потому что рыжая поинтересовалась, ВЫСУШУ ли я её?

– Прямо так и сказала? – Макс приподнял брови.

– Прямо так, – кивнул Кайл. – Я ответил, что высушу, и только потом понял, о чём она спросила. – Малкавиан внимательно посмотрел на друга: – Рыжая знала, кто я. И блондинка твоя, наверное, тоже.

Макс бросил взгляд на дверь своей спальни, где поперёк кровати развалилась бездыханная, лишённая крови жертва, и задумчиво заметил:

– Получается, они знали, что их ждёт, но все равно пошли с нами.

– Ага.

– Странно.

– Очень странно.

Жертва боится охотника, это аксиома. При этом многие жертвы инстинктивно ощущают присутствие убийцы, даже сквозь гипнотические заклинания, которыми масаны их окутывают, и машинально, неосознанно дают это понять. У них подрагивают пальцы, веки, они отворачиваются во время разговора, испытывают необъяснимое желание уйти… Но эти девочки оставались спокойны до последнего вздоха.

Они хотели умереть…

– Нет, они хотели, чтобы их ВЫСУШИЛИ.

– Подожди. – Макс сделал глоток вина. – Может быть, наши тёлки начитались новомодной ерунды? Ну, там, одноклассник-вампир влюблён, а она переживает, потому что бегает по ночам к оборотню? У них рождаются дети, перекидывающиеся в гусениц…

– Не смешно. – Кайл терпеть не мог слюнявых историй, в которых ночных охотников выставляли кончеными дебилами.

– При чём тут смех? – не понял Макс. – Они начитались и думали, что мы их инициируем. А мы их просто сожрали.

– Но откуда они знали, что мы – масаны? И откуда узнали термин «высушить»? В кино такому не научишься, только в жизни.

– Тут ты прав.

– Я думал об этом дольше тебя.

– Чувствуется. – Макс допил вино, но вновь наполнять бокал не спешил. Покрутил его в руке, разглядывая друга через тонкое стекло, поразмыслил и сделал логичный вывод: – Хочешь расследовать?

– Да.

– У дверей валяются их сумочки. Начнём расследование с телефонов.

– Логично!

Кайл залпом опустошил бокал и сходил за вещами девушек.

С паролем на телефоне рыженькой проблем не возникло – Кайл запомнил его, мельком увидев в тот момент, когда девушка кому-то звонила из бара. Малкавиан полистал сохраненные SMS, порылся в чатах Skype, после чего углубился в изучение странички в социальной сети.

– Пусто…

– Как в её голове?

– В её голове хотя бы кость присутствовала, а здесь абсолютная пустыня. – Кайл швырнул смартфон обратно в сумку. – Пустой трёп о шмотках и парнях. Сплетни. Если интересно: у неё была молочница, но уверяет, что излечилась.

– Надо было высушивать её в презервативе.

– В кого ты такой остроумный?

– У меня примерно тот же набор, – медленно произнёс Макс, заканчивая изучение второго телефона. – Но блондинка активно пользовалась календарём, и если ему верить – часто заезжала в клуб «Закат».

– Танцевальный? – через несколько секунд осведомился Кайл.

Он вошел в сеть со своего смартфона и теперь с удивлением изучал необычайно скупой для века информационных технологий ответ: только телефон.

– Да, танцевальный, – подтвердил Макс.

– Заведение для нищебродов? У них даже денег на рекламу нет.

– Девочки были ухоженными, и подцепили мы их в солидном заведении, – качнул головой Макс. – Они в помойку не пошли бы.

– Кстати, о девочках, – усмехнулся Кайл. – Твоя очередь убираться.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– Ведёшь календарь?

– Царапаю крестики на стене камеры.

– Эх…

Максу отчаянно не хотелось подниматься с кресла, но деваться было некуда: убираться надо. Он отнёс в ванну сумки, туфли, затем добавил к ним их опустошённых обладательниц и щедро обработал всё «пожирателем», превращающим в мелкую серую пыль любое вещество, хоть органическое, хоть нет. Через две минуты вампир аккуратно смыл её, зевнул и отправился спать, искренне надеясь, что в следующий раз их жертвами станут здоровенные толстухи и Кайлу придётся изрядно попотеть, оттаскивая их высушенные телеса в ванну.

Офис АО «Транс-Портал» Москва, улица Большая Ордынка

Зореслав припарковал микроавтобус неподалёку от входа в «Транс-Портал» и помог девушкам выгрузить многочисленные коробки и сумки. Выезжая в места, где рядом были человские поселения, археологи не пользовались магией и старались везти все вещи без дополнительной упаковки. Это было проще с точки зрения режима секретности, и очень экономно.

Мира вышла из машины последней, тщательно проверила, чтобы они ничего не забыли, и кивнула Зореславу:

– Пока ждём Игоря, перенеси, пожалуйста, вещи к воротам отправки.

Люд молча собрал всё, что мог унести за один раз, и направился к дверям. Алёна внимательно посмотрела на Миру:

– Ты выглядишь куда более озабоченной, нежели пару часов назад. Что-то случилось?

Фея слабо улыбнулась:

– Просто устала. И вспомнила, что не уточнила заранее у Юли, можно ли будет там нормально копать. Конечно, она бы не предлагала, если бы было нельзя, но всё-таки…

– Ну, если даже челы будут против, позвоним в «Шась-Принт». Они выпишут разрешение от кого угодно, – отмахнулась Алёна. – А вот и Игорь.

Мира проследила за взглядом девушки и помахала рукой последнему члену группы:

– Отлично!

Менеджер «Транс-Портала», молодая миловидная шаса, улыбнулась вошедшим археологам:

– Мы как раз заканчиваем последние приготовления. Ваши имена внесены в списки пассажиров рейса «Москва – Хабаровск», багаж уже начали выдавать, поэтому ваше появление никого не удивит.

Портал был оплачен, и шаса не стала ничего говорить по поводу денег.

– Пройдите на третий этаж, комната три-пять, врата откроются автоматически. После открытия у вас будет тридцать секунд на переход. Приятного путешествия!

Уже в комнате Мира достала телефон, глянула на экран и, убедившись, что никто её не искал, убрала гаджет обратно. Неясное чувство тревоги, появившееся во время разговора с Негой, не желало уходить. Оно отступало, когда фея занималась делами, пересчитывала сумки, вспоминала, всё ли взяла, заказывала такси в Хабаровске и делала многое другое. Но как только выдавалась минута передышки, на душе становилось муторно и гадко. Желая отогнать это чувство, Мира достала из кармана список, пробежалась по нему взглядом, но даже до конца первой страницы не дочитала – завертелся вихрь портала.

– Время!

Первой в чёрную воронку шагнула Марина, за ней – Алёна, Игорь, Зореслав… Секунды таяли, но фея отчего-то не торопилась, замерла, бессознательно поглаживая пальцами предплечье левой руки, там, где под тканью лёгкой кофты прятался навский магический эскиз… И лишь короткий сигнал-предупреждение заставил девушку шагнуть в Хабаровск.

Студия «Танец красок Тьмы» Москва, Мансуровский переулок

Старинное двухэтажное здание в Мансуровском переулке, расположенное неподалёку от Академии художеств, ничем особенным не выделялось.

Ничем не примечательный подъезд, чистая лестница на второй этаж, единственная дверь на площадке – чёрная, деревянная, с металлическими вставками, – и лаконичная надпись справа от неё: «Курить воспрещается».

Нега остановился и коротко постучал.

Открыли не сразу – некто по ту сторону порога сначала выполз из постели (острый слух нава позволил ему различить мягкий шорох потревоженных матрасных пружин), затем потоптался, накидывая на себя что-то из одежды, затем послышалось шлёпанье босых ног – его смог бы услышать даже чел, – скрежет ключа в замке, и дверь распахнулась.

– Рано ещё, – буркнул хозяин студии, поворачиваясь к Неге спиной, – не ждал.

И двинулся в сторону кухни.

Нега вошёл, огляделся, подметил собранную сумку и улыбнулся:

– Я дал тебе поспать лишних двадцать минут. Портал через час, а ты ещё будешь завтракать.

– Меня раздражает, когда ты умный, – сонно протянул хозяин, прислушиваясь к бурчанию разбуженной кофеварки.

– Знаю, – не стал скрывать Нега. – А меня раздражает, когда ты несобранный.

– Сейчас разрыдаюсь от твоих проблем, – пообещал хозяин. – Зубы почищу и заплачу.

– Чисть магией – мы торопимся.

Вместо ответа соня медленно двинулся к туалету. Ему в спину шипела кофеварка. Нега вздохнул и поставил на плиту сковороду.

Владелец студии – нав Наарга – последние сто пятьдесят лет «посвящал себя искусству», что приводило его самого в восторг, а друзей – в бешенство, поскольку богемную жизнь Наарга ценил больше богемной деятельности. Тем не менее картины необычного нава пользовались у челов популярностью, а оригинальные решения для некоторых классических магических эскизов заслужили одобрение старейших мастеров Тёмного Двора.

Традиционно творчество в Тёмном Дворе было отдано шасам, и вассалы старались на совесть. Ювелиры, скульпторы, дизайнеры, художники, музыканты, о которых с придыханием и восторгом говорил весь Тайный Город, чаще всего оказывались носатыми, смуглыми и черноглазыми. А ещё шасы занимались финансами, и без преувеличения можно сказать, что им это удавалось лучше, чем кому-либо из нелюдей. Не считая навов, хотя сами шасы никогда не признавали этого факта.

Наарга же не гнался за славой и не был известным на весь мир художником, как, к примеру, Алир Кумар. У нава имелись свои интересы в творчестве, а на признание ему было плевать: знакомые восхищаются, он сам уверен в том, что пишет хорошо, – и этого достаточно. Редкие продажи картин позволяли жить, не отказывая себе ни в чём, а значит, к чему лишняя суматоха?

Создавать прекрасные полотна, расписывать тела красавиц – боди-арта художник-нав не чурался, лениться, умотав на край света за вдохновением – вот всё, что требовалось Наарге и что он получал.

Пока художник завтракал, пил кофе, одевался и запихивал в сумку последние мелочи, мысли Неги вернулись к Мире. Точнее, к тому, что во время их последней встречи люда явно пребывала не в своей тарелке, но почувствовать её состояние мог только близкий. Становящиеся слегка рассеянными взгляды, иногда – немного нервные движения рук, иногда – внезапно поджатые губы или вдруг ставший серьёзным тон… Судя по всему, девушка влезла в какое-то сложное дело, думала о нём постоянно и считала опасным. А поскольку паникёршей Мира никогда не была, к её предчувствиям следовало отнестись со всем вниманием.

Нега достал из кармана телефон – в сотый, наверное, раз повертел его, но вновь не решился позвонить. Мира ценила заботу, но не чрезмерную, и Нега не хотел показаться «папочкой».

– Я готов!

Наарга закинул на плечо сумку и выразительно посмотрел на Негу.

– Ничего не забыл?

– Если чего не хватит, купим на месте.

– Богема…

– Учись жить полноценной жизнью.

– Слишком дорого, – с истинно навской скупостью отреагировал Нега.

– Так жить?

– Даже учиться так жить…

– Поверь: стоит попробовать.

– Как-нибудь в другой раз.

Хабаровский край, окрестности протоки Гольдинской

Когда-то тайга властвовала над этой территорией безраздельно, и рядом с быстрой рекой росли не только ивовые и каменно-берёзовые кустарники, но и даурские лиственницы, чьи ветви подпирали небеса. Но со временем человек решил, что ему мало места, что рыбные хозяйства требуют широких пространств, и деревья начали уничтожать. Теперь от тайги близ Хабаровска остались лишь редкие хвойные рощицы, которые пока цеплялись за знакомые земли…

Мира вышла из просторной палатки и огляделась.

Лагерь археологи разбили неподалёку от указанных Юлей координат, всего лишь в двухстах футах от предполагаемого места выхода Железной Крепости, но, несмотря на нетерпеливое желание поскорее приняться за раскопки, Мира распорядилась сначала полностью поставить палатки и подготовить инструменты, а уже потом начинать исследования. Два часа назад Зореслав отправился проверять окрестности, присмотреться, разместить маячки и метки, а вернулся как раз к лёгкому завтраку, о начале которого возвестил закипевший чайник.

– Нужно будет организовать магическую защиту. – Люд глянул на солнце, ещё по-утреннему прохладное, и достал свою большую чашку.

Мира покачала головой:

– Никакой магии. Мы не знаем, что сможем найти – возможно, магическая охрана сотрёт какие-либо важные энергетические следы, или мы не заметим их из-за того, что фон будет повышен.

Зореслав нахмурился:

– Но тогда мы останемся совсем без защиты. Хотя бы «колокольчики» по периметру нужно расставить.

– «Колокольчики» ставь, но не ближе, чем за четыреста футов от поляны.

– Договорились.

Здоровяк был очень недоволен, но дальше спорить не стал: видел, что бесполезно, да и понимал, что в словах феи есть резон. Поэтому после завтрака Зореслав прихватил мешочек с неприметными «прищепками» и пошёл устанавливать охранный периметр.

«Колокольчики» представляли собой элементарные артефакты, сообщающие магу о приближении живых объектов. В силу абсолютной простоты это заклинание не поддавалось снятию и рекомендовалось к использованию во всех руководствах по обеспечению магической безопасности. «Колокольчики» ставили и ночующие в лесу подростки, и матёрые профессионалы, они были первым заклинанием, которое пришло на ум Зореславу.

А Мира, позвав остальных, устремилась к месту, где Юлия нашла «шахты».

Это оказалась просторная и ровная поляна, на которой были заметны следы пребывания челов: истоптанная и примятая трава, кострище и даже мусор – пакеты, бумага, банки из-под пива и энергетиков.

Мира поморщилась:

– Вот же свиньи… – и медленно прошлась по всей поляне, подмечая особо вытоптанные места. Видимо, именно там и находились «шахты». – Итак, приступаем! Устанавливайте георадар.

Спустя полчаса Алёна и Игорь уже сидели за небольшим монитором, внимательно изучая состояние почвы. Обычные георадары тут были бы бесполезны, но группа пользовалась специальным, разработанным Тиградком для нужд геологов и археологов Тайного Города, позволяющим видеть плотность почвы и форму различных предметов, которые там могли быть. Высокая цена, небольшая погрешность в координатах и отсутствие подробностей находок с лихвой компенсировались тем, что аппарат не потреблял магической энергии, был прост в использовании и практически неубиваем в полевых условиях.

– Шахты есть, максимальная глубина зондирования девяносто футов. На этой протяжённости всё полностью соответствует описанию.

– Есть ещё какие-либо изменения в почве?

– Не видно.

– Предметы?

– Анализ не завершён, проверим оставшиеся две шахты, и я смогу сделать предварительное заключение, – ответил Игорь, не сводя взгляд с анализатора. – Так… На глубине ориентировочно десять футов и пять дюймов в шахте № 2 наблюдается уплотнение породы. Это может быть камень, а возможно, и что-то иное.

Мира усмехнулась:

– Будем копать. И ждать информации по остальным шахтам.

– Как думаешь, сколько уйдёт времени на поиск? – Алёна посмотрела на Миру. – Дня за два раскопаем?

– Скорее – за три. Я не планирую продвигаться быстро – будем проверять почву по мере углубления, может, найдём что-то ещё. – Мира прищурилась, разглядывая непонятное уплотнение на радаре – их первую цель – и продолжила: – Алёна, мы с тобой и Сергеем займёмся шахтой. Игорь и Марина будут изучать почву вокруг. Возможно, найдут ещё что-нибудь интересное. Зореслав помогает там, где нужнее. Сегодня я съезжу в город, пообщаюсь с Юлей и заодно закажу доставку продуктов и воды, нет необходимости лишний раз покидать лагерь… – Она окинула взглядом поляну, потом вздохнула: – А ещё нужно здесь убрать. Хотя бы в одну кучу мусор отнести, иначе это же стыд какой-то!

Великий Дом Людь был неразрывно связан с природой, только в этом Доме появлялись маги, способные напрямую получать магическую энергию через растения и почву, и терпеть человскую грязь было выше сил Миры.

– У нас есть мешки, возьмём их, – отозвался подошедший Сергей. – Мы вчетвером справимся, пока Алёна и Игорь смотрят свои графики и цифры.

Мира кивнула, улыбнувшись:

– Да. А потом начнём копать.

Вечером на лагерь налетела местная «авиация». Днем она лишь примерялась, раздумывая, стоит ли кусать нежданных гостей, а с наступлением темноты нечисть принялась грызть археологов по-настоящему. Некоторое время Мира с тоской поглядывала на «Короля москитов», что лежал в палатке неактивированным, и в конце концов, не выдержав, включила, установив радиус сорок футов. И сразу же у костра чудесным образом собралась вся команда, которая до того гуляла по окрестностям.