Времена Солнцелуния. Книга 1: Златоглазка

Иллюстратор Марина Трембач

© Александра Папина, 2023

© Марина Трембач, иллюстрации, 2023

ISBN 978-5-0053-9250-3 (т. 1)

ISBN 978-5-0053-9251-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1 часть. Солнечное королевство света

Звёздные божества солнце и луна всегда любили пребывать в центре внимания и не желали уступать собственное превосходство. Тогда время пошло небесным светилам на уступку, поделив сутки между ними пополам, с тех пор одно стало полноправным хозяином белого дня, а второе – чёрной ночи.

Между тем солнечный день и лунная ночь являлись слишком разными, словно две противоположности единого целого. Пока в светлый период на небе господствовало золотое солнце, озаряя землю своим волшебным сиянием и даря тепло, всё вокруг оживало и наполнялось энергией, а мир становился цветным и красочным. В тёмный промежуток власть на звёздном своде получала серебристая луна, повелевающая мистическими тенями и сновидениями, и в её мерцании даже самые яркие предметы превращались в чёрно-белые, жизнь мгновенно замирала, воцарялось спокойствие и находила грусть. Но это не помешало их представителям – королевствам солнца и луны расположиться по соседству.

Притом в Солнечном королевстве всегда главенствовал день, и ночь никогда не наступала. А вся власть была сосредоточена в руках златовласой правительницы Авроры, выделяющейся среди стихийных повелителей не только красотой, но и завидной мудростью. Одним из самых удивительных сооружений на свете считался и её Янтарный дворец. Если возведённое из редкого белого мрамора здание воспринималось со стороны олицетворением самого дня, то сияющие на солнце золотые шпили его остроконечных башен воплощали собой лучи ясного светила. И хотя блестящие верхушки виднелись ещё издали, земные люди не осмеливались долго смотреть на них, боясь ослепнуть.

Ходили слухи, точно великое множество спален, комнат и залов во дворце соответствует количеству дней в году, на всех мраморных лестницах имеется одинаковое число ступеней, как часов в сутках, а запоминающийся искусными фресками, резьбой и росписью интерьер выдержан исключительно в солнечных тонах. И наибольшей популярностью у его обитателей пользовались помещения с огромными витражными окнами: танцевальный и тронный зал, королевские и женские покои, библиотека, морская и фарфоровая трапезные.

И как влияние солнца на земле определялось безграничной властью, так невероятным размахом славилась внешняя территория Янтарного дворца с золотыми воротами у границы владений, дивными парками, ориентированными по сторонам света, аллеями с фонтанами, оранжереями и розариями. А с крыльца главного здания хорошо просматривалась круглая площадь с расставленными там по периметру белоснежными мраморными статуями с позолоченными волосами, в образах которых запечатлели фигуры прошлых поколений.

В ясном государстве правление всегда передавалось по женской линии от матери к дочери. И отличительной чертой наследницы являлся отпечаток лучезарного светила – девочка рождалась с волосами цвета чистого золота и веснушками на лице, сияющими даже при дневном свете. Таких детей называли «поцелованными солнцем», и в дальнейшем они вместе с остальными принцессами проходили через церемонию Посвящения, где определялась их судьба. Истинной наследницей дневного покровителя могла быть выбрана только одна из дочерей, но обычно эта роль выпадала именно поцелованной солнцем особе.

У королевы Авроры появилось на свет десять детей и все девочки. А при рождении пятой Смотреи, или как называли нянь при лучезарном дворе, занимающихся воспитанием королевского потомства, разглядели в ней, наконец, все признаки наследницы. Девочка имела золотой пушок волос на голове, переливающийся подобно драгоценной короне, поэтому её назвали Люция, что означало сияющая.

Солнечная принцесса росла замечательным ребёнком, отличалась послушанием и смышлёностью. А едва девочке исполнился один год, на её лице появились веснушки, напоминающие мириады позолоченной пыли. Правда, Люция, несомненно, и так выделялась среди всех сестёр запоминающейся внешностью. Шелковистые волосы принцессы сияли сродни золоту, когда у остальных преобладали более спокойные солнечные, русые и рыжие оттенки, а сверкающие веснушки своим блеском подражали редким драгоценностям, тогда как у четырёх старших девочек они скорее смотрелись маленькими светлыми или тёмно-жёлтыми пятнышками.

И хотя до церемонии Посвящения оставалось ещё много лет, ни у кого уже не возникало сомнений, что юная Люция – будущая королева и представительница солнечного света на земле, ввиду чего к ней тотчас же установилось особое отношение, как к истинной наследнице. Девочке предстояло пройти специальное обучение, отличное от сестёр. За ней гораздо пристальнее следили Смотреи – королевские няни. И не всё то, чем занимались другие девочки, дозволялось делать ей, ведь приоритетом всегда являлась безопасность златовласой принцессы. Например, если в игре спотыкалась и падала любая из сестёр, никто не строил из происшествия трагедию, но стоило Люции просто запнуться, так с охами и вздохами сбегался весь королевский двор, и не забывали позвать даже лекаря.

Конечно, наследнице также отвели почётное место в тронном зале и за обеденным столом в трапезной, а во дворце и на прогулке её постоянно сопровождали служанки. Но, несмотря на превосходство, полученное ею при рождении, девочка первое время старалась не задаваться и не преуменьшать достоинств родных сестёр.

А через несколько лет во дворце произошло иное важное событие. У королевы Авроры родилась седьмая дочь, и она тоже оказалась златовласой. Но у ребёнка, в отличие от принцессы Люции, уже при рождении наблюдались светящиеся веснушки на лице, смахивающие на позолоченные звёздочки.

– Ещё поцелованная солнцем девочка! – обрадовалась королева-мать. А потом обратилась к старшей Смотрее: – Но разве бывают сразу две наследницы?

– Нет, ваше золотовеличество, наследница всегда одна, – няня, напротив, не сильно удивилась и явно о чём-то не договаривала.

Смотрея глядела на ребёнка с короной золотых волос на голове с улыбкой, но в её глазах отражалась глубокая печаль, словно её беспокоила судьба девочки. А королева-мать, будто и не замечала реакции няни. И продолжая любовалась своей дочерью, Аврора видела перед собой лишь маленького ангелочка, а не титулованную особу.

– Из-за солнечной пыли на лице я назову тебя Аурелия, означающее золотая, – провозгласила королева.

Но вечером того же дня к правительнице со скорбным выражением явился главный лекарь в сопровождении старшей Смотреи. Они избегали встречаться взглядом с правительницей, отчего Аврора мгновенно приняла их за вестников плохих вестей, и её сердце сжалось.

– Мне очень жаль, моя королева, но маленькая принцесса Аурелия родилась с весьма редким и тяжёлым заболеванием, – дрожащим голосом поведал врачеватель. – Боюсь, она подобно свечке, недолго будет радовать нас своим светом. Вам не стоит к ней привыкать…

– Что вы такое говорите про мою дочь? – возмутилась Аврора. – Вы уверены?

Лекарь рассказал опечаленной матери о каменном недуге девочки:

– При нём ухудшение состояния обычно протекает стремительно, и в один прекрасный день, находящийся не за горами, принцесса перестанет двигать сначала ручками и ножками, потом замрёт всем телом, а в конце не сумеет вздохнуть и окаменеет.

– Разве вы не можете вылечить её? – в ужасе спросила королева.

– Эта хворь неизлечима, ваше золотовеличество, – лекарю нечем было успокоить новоиспечённую мать.

Как выяснилось, довольно часто в королевской семье рождались одновременно две поцелованные солнцем принцессы, однако у одной из них, к несчастью, всегда оказывались признаки каменной болезни. Затем лекарь с осторожностью добавил, точно основной наследнице не угрожает страшный недуг, только слова врачевателя совсем не утешили расстроенную Аврору, и она попросила позвать к ней короля, а всех остальных выйти из покоев.

Мать не смирилась с ужасным пророчеством, и на следующий день во дворец на совет созвали всех лекарей, в том числе из соседних королевств. Правительница пообещала несметные богатства тому, кто найдёт и привезёт средство для юной принцессы Аурелии, способное справиться с её каменной болезнью. Но врачеватели знали, лекарства от тяжкого недуга не существует. Причём среди посвящённых ходили слухи, как в давние времена каменную хворь в качестве заклятья наслал на весь род солнечной династии злой колдун, и с тех пор она поражала златовласых девочек лучезарного семейства сразу после рождения или в год совершеннолетия.

И вскоре болезнь действительно проявила себя, как ранее и предупреждал главный лекарь. Аурелия сначала перестала двигать правой ручкой, следом левой, на третий день у неё окаменели ножки, и когда властители с замиранием сердца приготовились к непоправимому, слуги доложили о прибытии из далёких земель врачевателя со спасительным средством.

– Сказал, его зовут Евандер. Он привёз лекарство для юной принцессы Аурелии.

Тогда королева Аврора потребовала немедленно его пропустить.

– Я успел, ваше золотовеличество? – первым делом спросил лекарь и явно испытал облегченье, получив утвердительный ответ.

Евандер сообщил, как ехал в Солнечное королевство без остановок семь дней и ночей. И хотя дорожный плащ путника весь покрылся пылью, а на лицо легла изнеможённая тень, в дрожащих руках он держал бутылочку с долгожданным средством для маленькой принцессы. Но гвардейцы и близко не хотели его подпускать к правительнице, да и главный лекарь выразил сомнение в отношении незнакомого гостя. А королева Аврора лишь взглянула в глаза Евандеру и, увидев в них отражение доброты и сострадания, быстрым шагом подошла к нему и сама взяла из его рук привезённое лекарство.

– Там живая вода с древнего источника, – объяснил Евандер. – Пару капель нужно дать выпить её золотовысочеству.

В тот же момент разбуженный шумом ребёнок в колыбели принялся плакать, и королева поспешно вручила няням лекарство. Но самая старшая из них, прежде чем поднести бутылочку к губам юной принцессы, брызнула несколько капель ей на ножки. И произошло чудо, через мгновенье они задвигались, девочка перестала беспокоиться и улыбнулась, а Смотрея уже торопливо влила две капли бедняжке в рот.

Привезённое лекарство в виде живой воды на самом деле помогло Аурелии, её скованность прошла, и девочка снова начала двигаться. Но после всей истории у неё на левой кисти остался тёмный след. Потемнение на коже принцессы стало своеобразным напоминанием о том, как однажды каменная беда схватила её за руку, но ей удалось вырваться.

А Евандер вынужден был предупредить королевскую особу, что живая вода не в состоянии полностью исцелить юную принцессу, и в её силах только облегчить некоторые проявления недуга. И главный лекарь с ним согласился, с огорчением добавив: каменная болезнь останется с ней навсегда, и по его печальному прогнозу, девочка не разменяет и одного года.

Вместе с тем у королевы, невзирая на страшное пророчество, появилась небольшая надежда. И она даже порывалась щедро вознаградить лекаря Евандера за своевременно привезённое чудодейственное средство, но тот отказался от преподнесённых даров, тогда его приняли при дворе, назначив помощником главного лекаря. А Аврора незамедлительно распорядилась взять под охрану древний источник, желая надолго обеспечить дочь живой водой.

Но вопреки неблагоприятным предсказаниям лекарей, и, к их удивлению, Аурелия жила дальше, росла и развивалась, радуя правителей и окружающих. Так минуло шестнадцать с лишним лет, и девочка превратилась в красивую девушку. Отныне, где бы ни появилась очаровательная принцесса, она всегда притягивала к себе всё внимание, словно восхитительный солнечный лучик. Притом ей вовсе не требовалось слишком нарядно одеваться, как остальным сёстрам. Природа щедро наградила героиню: алые губы ей достались от заката, шёлковые волны длинных золотых волос – от рассветной зари, а веснушки на лице сродни россыпи сверкающей пыли и глаза редкого янтарного оттенка – от солнечного дня.

Хрупкая идеально сложенная фигура и запоминающиеся черты лица делали Аурелию похожей на дивную статую, отчего она не уступала по красе своей сестре наследнице Люции. В дополнение девушка обладала нежным голосом, врождённой обворожительностью и добродушным характером, поэтому быстро стала любимицей всего двора. А благодаря необычному цвету глаз – янтарному, в семье её прозвали Златоглазкой.

Но из-за болезни принцессу не рассматривали в качестве претендентки на престол, а, значит, к ней не было такого пристального внимания, как к сестре наследнице. Сама же девушка проявляла повышенный интерес к учёбе и управлению, и часто, притаившись за балюстрадой балкона, наблюдала за приёмами в тронном зале, проводимыми королевой-матерью.

Между тем именно в честь янтарного зала оригинальное название получил и сам дворец. У помещения имелся высокий сводчатый потолок, оформленный жёлтой и голубой мозаикой, олицетворяющей господствующее на небосклоне солнце. И всё его внутреннее убранство через огромные витражные окна освещало ясное сияние дня. Причём под воздействием золотого светила преображалось всё вокруг: каменные колонны дополнялись столбами света, на женских статуях возникали изысканные сверкающие венцы и вуали, в руках мужских изваяний переливающиеся лучи принимали вид мечей и копий, разноцветные витражи в мерцающем потоке превращались в живописные картины, а их сюжеты словно оживали, являя посетителям исторические события с участием лучезарных правителей.

Но изюминкой тронного зала, без сомнений, считалась роскошная янтарная отделка в составе настенного панно, разбавленная мозаикой из драгоценных камней, чьё очарование гармонично дополнял наборный паркет на полу. И освящённый солнечным светом янтарь способен был своим волшебным видом впечатлить даже самых искушённых любителей красоты, ведь благодаря сочетанию богатых оттенков: молочно-белого, слоновой кости, жёлтого, оранжевого и красного, он превосходил по великолепию чистое золото.

Потому попадающие в главный зал гости при виде янтарного чуда всегда застывали как вкопанные у трона королевы и первое время не могли вымолвить ни слова. Им оставалось лишь дивиться на правительницу и её величественный престол, сделанный из самого крупного куска янтаря, где только спинка достигала в высоту три метра. Хотя в действительности природный камень приходился окаменевшей смолой хвойных деревьев, возрастом нескольких тысяч лет. И согласно древней легенде, к созданию кресла Авроры не приложил руку ни один мастер, а кусок окаменелости опалил последний из драконов, в результате чего обожжённая поверхность стала напоминать изысканную резьбу со своеобразными узорами.

На большинстве приёмов в тронном зале Люция сидела на почётном месте недалеко от правительницы. Но чаще всего зевающая наследница не сильно проникалась делами королевства, вместо этого с тоской посматривая на расписные витражи. Дворцовые обязанности утомляли принцессу, и она бы с удовольствием хотела оказаться где-нибудь в другом месте, например, на прогулке с сёстрами в парке. А вот Аурелия еле сдерживала смех, подмечая борьбу сестры со скукой. Девушке же, наоборот, всё представлялось весьма интересным: проводимые Авророй встречи, общение с придворными, обсуждение с советниками важных вопросов и озвучивание принятых решений.

Но ещё более увлекательным процессом Златоглазка считала занятия королевы с Люцией по управлению золотым светилом. Аврора всегда проводила их на свежем воздухе в парке, подгадывая период, когда солнце закрывали густые облака. И сёстрам не запрещалось присутствовать на подобных мероприятиях, но редко кто-то, кроме Аурелии, проявлял желание понаблюдать за происходящим. Остальные сёстры полагали, раз волею судьбы им не суждено стать преемницами и повелевать ясной стихией, значит, следить за чужими успехами – бесполезная трата времени.

Только Аурелия имела противоположное мнение. Ей было любопытно, каким образом всё устроено, и что предпринимает королева в ходе общения с солнечным покровителем. Сначала златовласая правительница на личном примере показывала всё действие. Встав в свободную расслабленную позу, она приподнимала руки ладонями кверху и обращала взор к небу.

– Необязательно взывать к солнцу вслух, ты можешь делать это мысленно, – говорила Аврора. – Просто представь, как сверкающие лучи проступают сквозь облака, освещая твои ладони. Так, ты покажешь, к чему стремишься. Истинной королеве и её позолоченной солнцем наследнице для управления дневным светилом не нужны специальные обряды или амулеты. Необходимо лишь установить связь с ним. Сейчас смотри и слушай, а после совершеннолетия уже сама попрактикуешься.

Излучая невероятную энергию, королева Аврора с улыбкой взирала наверх, и вскоре на однообразном небосклоне проглядывал янтарный диск солнца, потеснив бесформенные облака и насыщая тусклый день яркими тонами. Тогда веснушки правительницы принимались блестеть сильнее прежнего, соревнуясь по красоте с бриллиантами на её короне.

И полезные уроки стали намного интереснее, едва Люция достигла восемнадцатилетия, ведь отныне на занятиях королева предоставляла ей шанс самостоятельно потренироваться в управлении светилом. Правда, Златоглазке с тех пор приходилось размещаться чуть поодаль, чтобы не смущать своим присутствием сестру. Девушка прекрасно знала, как негативно наследница относится к свидетелям собственных неудач, и не хотела неприятностей.

И на самом деле у принцессы с первого раза ничего не получилось.

– Не нужно так напрягать лицо, Люция, – посоветовала правительница, глядя на покрасневшую от усилий дочь. – Расслабься, почувствуй связь с солнечным светилом, и всё выйдет само собой.

«Ну же, Люция, ты сможешь!» – мысленно поддержала сестру Златоглазка, и на её обращённом к небу лице отразилась искренняя надежда. – «Пусть удача будет на твоей стороне!» А в следующий миг, ко всеобщей радости, немедля вышло солнце. И в тот момент, когда наследница победно вскрикнула, широко распахнув голубые глаза, а правительница Аврора разразилась похвалой, сходство между ними определилось особенно явно, ибо королева и дочь точно смотрели друг на друга через зеркало времени.

– Скоро мы перейдём к более сложным задачам, – под конец занятий пообещала королева. – Ведь солнце дарит всем не только свет и тепло, благодаря ему есть жизнь на земле.

«Где свет, там и жизнь!» – согласилась с ней Аурелия, считая, будто при наступлении ночных теней время останавливается, и всё живое вокруг замирает до возрождения рассвета. Люция же после изматывающего обучения жаловалась сёстрам, как у неё не остаётся и свободной минутки на девичьи удовольствия, а Златоглазка, наоборот, не сетовала на трудности и всё успевала. И всё потому, что девушка, в отличие от преемницы, старалась не засиживаться в общих женских покоях.

Однако остальные сёстры воспринимали девичьи апартаменты за настоящий рай на земле. Именно там принцессы постоянно прихорашивались, выбирали наряды и украшения, вели незатейливые беседы и бесконечно сплетничали. Но если воодушевлённые девицы в женских покоях теряли связь с реальностью, пока многочисленные служанки занимались их платьями и причёсками, то Златоглазка обычно забегала туда ненадолго, сторонясь обитавшего в комнатах шума и пренебрегая некоторыми условностями.

Например, Аурелия считала слишком утомительной процедуру смены нарядов в течение дня. До обеда сёстры носили утренние платья светлых оттенков, отличающиеся свободным кроем. Затем наступала пора облачаться в дневные одеяния из сатина или шёлка, иногда дополненные шляпками для прогулок по парку. А в вечерний период броско и вычурно смотрелись платья из шёлка с кружевом, бархата или парчи с вышивками из золотых и серебряных нитей. Но тогда как вечерние наряды достигали пола, а утренние и дневные варианты юных модниц являлись разной длины, торжественный шлейф на юбках полагался исключительно королеве и Люции.

И целый отряд служанок в обители красоты трудился над причёсками солнечных девушек, заплетая им косы, накручивая локоны, сооружая сложные пучки на голове и декорируя всё бантами, цветами и маленькими налобными фероньерками. Непростая задача перед всеми стояла и по выбору драгоценностей к нарядам. Правда, согласно традиции золотыми украшениями разрешалось пользоваться лишь правителям и наследнице, поэтому юные принцессы отдавали предпочтение жемчугу и драгоценным камням по особым случаям.

А вот Златоглазка по сравнению с родными сёстрами старалась одеваться скромно, выбирая неброские платья светлых оттенков: бежевого или крем-брюле. И причёски девушка заказывала служанкам самые простые. Одним из любимых вариантов барышни были завитые локоны, слегка собранные сзади и украшенные цветком. Довольно часто Аурелия просила ей соорудить и плетёную конструкцию из кос.

Также Златоглазка всегда надевала на волосы тонкий золотой ободок, похожий на утончённую тиару. Очаровательное украшение преподнесла Аурелии сама королева Аврора, сделав для златовласой дочери исключение из правил. Но обруч выходил не единственным подарком от матери. Ещё она застегнула девушке на шею подвеску с янтарным кулоном-сосудом, где хранилась живая вода. С тех пор принцесса никогда с ним не расставалась по жизненной необходимости, и другие украшения предпочитала не использовать. Вместе с тем обязательным атрибутом любого наряда героини приходилась и короткая кружевная или атласная перчатка на половину кисти, оставляющая открытыми пальцы. Девушка привыкла её носить только на левой руке, пряча от любопытных глаз потемнение на коже – след от проявления каменной болезни.

И рядом с разнаряженными сёстрами, казалось бы, златовласая принцесса должна была выглядеть очень скромно, но ей, наоборот, удавалось выделяться, чем она приводила их в недоумение. И всё-таки барышни не завидовали Аурелии, относясь к девушке с теплотой, часто обращались к ней за советом и в надежде услышать доброе слово. Так вышло и сегодня.

– Как ты думаешь, Златоглазка, на прогулку в парк мне надеть бирюзовое платье или оттенка морской волны? – спросила её самая старшая сестра Селеста.

– Но разве они не одинакового цвета? – ответила вопросом девушка, вызвав весёлый смех сестры.

– Разумеется, нет! Бирюзовый между голубым и зелёным, а морская волна отливает синим и серым.

– Тогда выбери то, что тебе больше приглянулось, – рассудила Аурелия.

– Златоглазка, посмотри, какие башмачки сочетаются с моим платьем, из цветной кожи или бархата? – следом пристала самая младшая сестра Лучезара.

– Обе пары довольно красивые, – заверила её принцесса.

– Помоги мне определиться с украшением на волосы, Златоглазка! – привлекла внимание сестры и близняшка Кира. – Мне взять фероньерку с изумрудом или рубином? А может ещё дополнить образ ожерельем?

– Просто закрепи на шее нитку с жемчугом и живой цветок в волосах, – посоветовала ей девушка.

Но вскоре разговоры о платьях и украшениях надоели златовласой принцессе, а от запаха духов начало щекотать в носу, и она незаметно покинула женские покои, направившись подышать свежим воздухом. И дворцовый парк подходил для этой цели как нельзя лучше. Аурелии нравилось бродить по цветущему саду с редкими видами растений и по аллее фонтанов среди фигурно подстриженных деревьев, диковинных статуй и переливающихся на солнце каскадов воды. Не упускала девушка и возможности повосторгаться красочными клумбами в оранжереях или розарии, вдыхая витающий там нежный аромат. Но своим самым излюбленным местом барышня считала малый искусственный Лебединый пруд, куда она и решила проследовать немедля.

Туда девушка всегда ходила короткой дорогой через зелёный лабиринт. И она так хорошо изучила запутанный маршрут, что могла пройти его даже с закрытыми глазами. В загадочном месте роль стен играли выровненные живые растения, а на пересечении извилистых тропинок размещались деревянные решётчатые арки. Продвигаясь по переплетённым коридорам лабиринта, Златоглазка перешла на бег, и, расставив в стороны руки, почувствовала себя летящим пернатым созданием. Причём Аурелия и вправду напоминала сказочную ясную птицу с длинным хвостом, в качестве которого служили её развивающиеся при движении золотистые волосы. А струящееся на ходу кремовое платье принцессы красиво переливалось в солнечных лучах, превращая её в волшебное видение.

Добравшись до пруда, девушка уселась под тенью раскидистого гиганта прямо на его изогнутый к земле ствол и огляделась. Близлежащую территорию водоёма украшали лиственные деревья с необычными плодами в форме жёлтых колец. Златоглазка подняла несколько упавших кругов и, надев себе на руку, залюбовалась получившимися браслетами. Бесспорно, они неспособны были составить конкуренцию изысканным королевским драгоценностям, но смотрелись весьма оригинально.