Стюардессы глянца. PR-гид в мир модных брендов и корпораций

Как раньше уже не будет

Книга была задумана как гид по коммуникациям в индустрии премиальных брендов, глянцевой журналистики и PR-менеджмента. В итоге получилось путешествие в мир, которого больше нет. И без того иллюзорная жизнь глянца растворилась в новой реальности – часть упомянутых в книге брендов и компаний ушли с российского рынка.

Coty Inc., которой посвящена целая глава, – я работала в ней более трех лет, – безвозвратно покинула российские просторы. У журналов издательского дома Condé Nast – Vogue, GQ, Tatler, Glamour – отозвали лицензии. Cosmopolitan, Harper’s Bazaar, Esquire теперь выходят под новыми брендами: The Voice mag, The Symbol, «Правила Жизни». И только Marie Claire продолжает выпуск под своим именем.

Долгие годы на профессиональных конференциях визионеры медиарынка пророчили взлет блогеров, которые по охвату и влиянию превзойдут классические медиа, когда выпуск печатной прессы сойдет на нет. Действительно: живых, настоящих, трепетно упакованных в целлофан бумажных журналов больше нет. Ну, или почти нет.

Но и мир блогеров сильно изменился вместе с запрещенной сетью господина Цукерберга. Соцсети, конечно, остались, но охваты не те, и реклама – больше «не двигатель торговли». Сколько времени и инвестиций было вложено в раскрутку компаний!

Но места ушедших займут новые. Хороший журналист не может не писать[1], а читатель привык потреблять. Если не Instagram[2] и Vogue, то Телеграм и The Symbol.

Каким бы ни был новый мир, в основе плодотворного, вдохновляющего PR все так же лежат базовые человеческие ценности. Об этом и будет книга. Также я поделюсь тонкостями построения имиджа брендов и общения со СМИ.

Будет и моя личная история о смене профессии врача, работе в коммуникационном агентстве, служении во благо корпорации и опыте индивидуального предпринимательства.

Зачем?

Первым посылом было желание показать изнанку PR, но в процессе написания книга стала чем-то вроде психотерапии, помогла «выгрузить» накопившийся багаж знаний и непрожитых эмоций.

Иногда надо вспомнить, чтобы забыть. Заново пережитые и выпущенные в мир посредством слов события перестают стучаться в закоулки сознания. Буквы дают свободу. Моя мотивация – освободить «копилку» для новых знаний и проектов. Поэтому я в какой-то степени снимаю с себя груз ответственности за рассуждения о полезности, актуальности и прочих «Да что она на себя берет? Я лучше знаю! Все было по-другому».

Ставлю киноленту последних пятнадцати лет на повтор. Приглашаю вас заглянуть в закулисье брендов и корпораций, понять общие правила взаимодействия со СМИ и погрузиться в нюансы легкой и звонкой PR-деятельности.

Формат сторителлинга выбран не случайно: для меня это база коммуникаций. Инструкции в стиле «делай раз, делай два» лишены жизни и искренности, а PR – это про «с душой» и «для людей».

Для начала познакомимся

Я не IT-girl и не светская дама.

Я не родственница Леонида Парфенова.

Я не жена известного предпринимателя.

Я не дочь богатых родителей.

Я детский врач по образованию.

Я эксперт в области PR.

Я редактор чужих книг и автор своей.

Я сказочница, хоть и пишу пока только для сына.

Я профессиональный мечтатель. Если бы существовала наука мечтология, то я была бы ее магистром.

В начале бизнес- и подобных претендующих на полезность рукописей обычно идет глава «Почему вы должны мне верить?» с подробным перечислением многочисленных регалий, ученых степеней и других социальных медалек автора. Так вот, у меня нет PR-образования – никакого, за исключением пары прочитанных книг и посещенных ради networking[3] и вкусного завтрака профессиональных конференций. Я никогда не участвовала в премиях «Самый умный в своей области» и не подавала заявки на «Всем проектам проект». Так сложилось. В противовес было достаточно опыта работы с международными командами и классные учителя.

Мне всегда нравилось путешествовать, встречать интересных людей и заряжать вдохновением окружающих. По этому пути пошла и моя личная история в PR: проекты с Джудом Лоу, Жизель Бюндхен, Моникой Белуччи; организация визитов в Москву Летиции Каста, Барбары Палвин и Антонио Бандераса (самого доброго и остроумного актера Голливуда); погружение в закрытый закулисный мир модных и парфюмерных брендов – Prada, Valentino, Carolina Herrera, Nina Ricci, Paco Rabanne, Bottega Veneta, Balenciaga и многих других.

Запуски в России нишевых марок: L'Artisan Parfumeur и Penhaligons. Проекты для Музеев Московского Кремля, лондонского – Виктории и Альберта, галереи «Триумф». Поездки на модные показы в Париж, Милан, Нью-Йорк. Полеты на вертолете в Аргентине, ночное кабаре с Жаном-Полем Готье и маскарад в компании Леди Гаги в закрытом на ночь музее «Метрополитен». Вечный круговорот премий и вечеринок: GQ, Elle, Vogue – и ящики, забитые приглашениями и подарками от брендов.

Все происходило с одной лишь целью – погрузить редакторов журналов и блогеров в мир брендов ради эмоциональных, захватывающих внимание читателя публикаций. Язык не поворачивается назвать это работой, но мне за нее еще и платили. «Не жизнь, а сказка», как сказала бы одна из главных медиаперсон Москвы.

Парадокс в том, что из PR убегают в профессии поспокойнее – если не бо́льшая часть, то добрая половина специалистов. На манящую вакансию «PR-менеджер» крайне сложно найти подходящую кандидатуру. Вы можете мне не верить – спросите рекрутеров[4]. При общей востребованности профессии, профессионалов в области PR и коммуникаций – единицы.

Функции PR часто передают отделу продаж или берут на себя сами владельцы бизнеса, но все это не дает должных результатов.

Международные компании практикуют четкое разделение обязанностей: для общего успеха предприятия каждый должен заниматься своим делом. Punto[5].

Поэтому для предпринимателей будет только одна рекомендация: возьмите на работу пиарщика и подарите ему мою книгу.

Я посвящаю книгу «Стюардессы глянца» настоящим и будущим PR-специалистам, авантюристам-мечтателям. Эта книга о том, как сменить профессию, попасть в пучину dolce vita[6] и не потерять в ней себя. Как расти, меняться и продолжать любить свое дело. Как вовремя уйти из профессии, чтобы начать все заново. Будут и истории о модных дизайнерах и героях Голливуда, приправленные ностальгией по ушедшему «веку глянца» и романтике журнальной прессы.

Глава 1. Ты пиарщик, но ты об этом еще не знаешь

Иду по улице. Асфальт уже по-весеннему сухой. В воздухе витает характерный аромат московской весны.

Мне двадцать пять, я только окончила медицинский университет и рассталась с парнем, за которого собиралась замуж, но… не собралась. Я врач-педиатр, он – пиарщик, что, по мне, весьма сомнительная профессия. Я учусь и работаю во благо здоровья людей, он же круглосуточно сидит в своем «Маке» и разговаривает по телефону. В одной из бесед о ценности профессий его подруга из мира искусств и коммуникаций сказала мне: «Ты тоже пиарщица, просто ты еще об этом не знаешь».

Правда: пока не знаю, но уже ощущаю каким-то шестым чувством. И по окончании университета решаюсь на год каникул от медицинской профессии, чтобы посмотреть по сторонам и понять, чего я хочу на самом деле.

Менять жизнь кардинально – страшно, а взять год на раздумья и творческий поиск – почему нет?

Гордо приношу родителям красный диплом об окончании медицинского и решение попробовать себя в новой профессии – PR-специалиста. Сейчас я думаю: «Что за сумасшедшая мысль? И как они это пережили?» Страшно расстроились. С возгласом «Что это за бессмысленная и непонятная штука – PR!» попросили не принимать скоропалительных решений.

Внятно объяснить, что же это такое PR, я не смогла даже самой себе. Но все же решила пойти на внутренний зов. «Главное в драку влезть, а там разберемся», – подумала я и отправила резюме в одно из московских PR-агентств. Кстати, его мне посоветовала та самая подруга из мира искусств, сказав: «Оно сейчас самое модное – они Мадонну в Москву привозили».

И вот я иду по весенней улице, улыбаюсь, внутри бабочки – ощущение волнительное и захватывающее. Про себя обращаюсь к кому-то сверху с просьбой помочь попасть туда, в самое модное PR-агентство. Ответ пришел быстро: «Спасибо, мы ищем PR-менеджера, а не врача».

Глава 2. Ассистент ассистента

В модное PR-агентство меня не взяли, и я согласилась на первое случайное предложение:

– Там менеджера на раскрутку чего-то медицинского ищут. Пойдешь?

– Пойду! С чего-то надо начинать.

До Мадонны новому работодателю далеко, зато удобно расположен офис, а у должности весьма солидное название – «менеджер по развитию». Среди задач – писать «джинсу»[7], организовывать участие в профессиональных выставках и вдохновенно кивать на гениальные предложения руководителя. Из ярких событий – первая в жизни командировка в Кострому и фееричные выходы местной знаменитости – Германа Стерлигова, который занимал соседний офис. С пейсами, в высоких сапогах и саблей наперевес.

Между делом та самая подруга из мира искусств говорит, что вакансия мечты в самом модном агентстве все еще актуальна, – стоит позвонить. Напоминаю о себе и, к удивлению, получаю приглашение на обед.

Сидим в кафе: я, Наташа – эффектная молодая блондинка и Мария – роскошная дама с копной кудрявых волос и хитрющими, но добрыми глазами.

Мария спрашивает:

– Как вы без соответствующих компетенций в PR собрались?

– Можно быть врачом и кем угодно, но нельзя быть кем угодно и врачом.

Смотрю на реакцию – принято. Следующий вопрос:

– Какие журналы вы знаете?

– Журналы не читаю, знаю только Cosmopolitan. Но я разберусь.

Мои навыки в PR Мария оценила как ничтожные и предложила начать с позиции ассистента с зарплатой сто долларов в ее новом агентстве маркетинговых коммуникаций. Бонусом – офис в особняке с джакузи и камином. На мое возражение, что я зарабатываю уже тысячу, многозначно добавила:

– Ты хочешь быть лучшей среди худших или худшей среди лучших?

Что тут скажешь! Мысленно благодарю кого-то сверху и уверенно соглашаюсь на позицию «ассистент ассистента».

Видимо, настойчивость без навязчивости – неотъемлемое качество хорошего PR-менеджера. Иногда стоит вернуться и постучать в дверь забытого, но желанного проекта. Возможно, там, где было закрыто полгода назад, уже висит табличка «Мы вас ждем!».

За неделю до выхода позвонила Маша. Сказала, что сто долларов – это как-то неловко, и предложила условия получше. На встрече она просто вошла в кураж. Понимаю!

Глава 3. Первый рабочий день

В недоумении смотрю на таблицу Excel – из нее предательски исчезла колонка с контактами. Тщетно пытаюсь вернуть их обратно – безрезультатно.

Понимаю, что удалила половину базы журналистов для рассылки по проекту. Говорю Маше:

– Я что-то нажала, и все исчезло.

Она спокойно так:

– Восстанавливай. Утром надо разослать пресс-релиз и всех обзвонить.

Разведка боем: похоже, долгожданного ликбеза[8] и плавного погружения в процесс не будет – только практика и Excel. Начинаю методично восстанавливать пропавшие контакты доброй сотни журналистов. Открытие дня: Microsoft Office – верный спутник пиарщика на долгие годы, просто надо один раз разобраться.

К полуночи миссия выполнена. В офисе только я и золотая рыбка – самый древний житель спрятанного за неприметным забором особняка на Новокузнецкой. С камином и джакузи Маша не обманула: всё на месте. А еще – роскошные интерьеры. Мы занимаем помещение в одном из красивейших по внутреннему убранству особняков Москвы – бывшей резиденции Бориса Березовского, доме приемов «ЛогоВАЗа». Говорят, когда-то здесь вершилась судьба России. Рыбка знает больше, но молчит. Наш офис расположен в левом крыле второго этажа. На первом – «Триумф»: самая закрытая художественная галерея Москвы.

Первый день работы в PR-агентстве закончен. План на завтра: разослать информацию о новой выставке пикториальной фотографии, обзвонить журналистов и пригласить их на пресс-превью[9]. Похоже, все забыли о моем почетном статусе «ассистент ассистента» и поручили мне задачи полноценного менеджера. Но одну теоретическую вводную Маша все же дала: «Через три года практики ты только начнешь понимать, что такое PR».

Глава 4. Почувствуйте разницу

Первое сентября – моя зарубка в календаре. Ровно год, как я ушла из медицины. День, когда я обещала себе решить, что делать дальше.

В подписи давно пора сменить должность ассистента на менеджера. Это был богатый на PR-кампании год: Martini, Музеи Московского Кремля, Биеннале современного искусства, Московский Дом Фотографии… Беру проекты с такой жадностью, как будто больше не предложат.

Коллега жалуется, что устал, и переживает крайнюю степень эмоционального истощения – выгорание. Золотая рыбка из аквариума смотрит с неодобрением. Я просто удивлена: «Странный мальчик, – думаю, – не понимает счастья. Выставки, вечеринки, открытия, вернисажи, гламур и золото с потолка – а нам за это еще и платят. Даже неловко!»

Вопрос «Что делать дальше?» звучит почти риторически. В поезде под названием «Пиар» я уверенно заняла место машиниста – едем дальше.

Глава 5. Удачная ошибка

С внутренним решением остаться в PR пришло и прощение родителей за то, как жестоко я обманула их ожидания. Звонит папа: он радостно сообщает, что крайне горд прочитать в газете «Ведомости» мои комментарии к выставке «Два века британской моды», привезенной из Музея Виктории и Альберта. Большая честь, когда дочь трудится в Музеях Московского Кремля над британским проектом под руководством самой Елены Юрьевны Гагариной[10]!

Чую неладное – бегу за свежей газетой. Красивейший разворот и вступление к статье: «По мнению куратора выставки Катерины Парфеновой…». Представляю, как Елена Юрьевна узнает из одного из первых изданий страны о самозванце в моем лице. В воображении рисую сцену ярости, звонок Маше, снова сцену ярости – и вот я, грустно выносящая немногочисленные личные вещи из офиса.

Пытаюсь тактично донести журналистке мысль о фатальности допущенной ошибки. К моему изумлению, она начинает доказывать собственную правоту и правильность опубликованной информации. Абсурдно и глупо объяснять, что я не слон и уж точно не куратор выставки музея Виктории и Альберта, а всего лишь скромный PR-менеджер в стороннем агентстве. После часа дебатов и зачитывания переписки с пресс-релизом она все еще отказывается верить, но снисходительно соглашается изменить заголовок в электронной версии газеты. Печатная, понятное дело, уже разошлась тысячными тиражами по стране.

Наташа говорит: «Главное в пиаре – подстелить соломку». Собираю письма с корректной информацией и отправляю их Маше с комментариями, что электронную версию статьи удалось оперативно исправить. Гроза прошла мимо. Рыбка улыбается, а я думаю, что не зря, хоть и по ошибке, вышла из тени серых кардиналов PR в кураторы. Ситуация странным образом обернулась налаженными отношениями с родителями.

Беру билеты на выставку для мамы и красивый музейный каталог для папы. Спасибо «Ведомостям» за долгожданную индульгенцию! Впервые за год вне медицины родители рады: говорят, что наконец поняли, что такое PR. Второй раз за день объясняю, что возникло недоразумение, – и снова безуспешно. Ну и ладно!

Иногда лучше остаться непонятой, но получить поддержку в новом деле.

Глава 6. Эффект глянца

«Нет, на мероприятие не попасть. Списки уже закрыли! Ну хорошо, внесу тебя +1. Только никому!» – говорю одной влиятельной и болтливой журналистке. Засекаю три часа и мысленно представляю скорость распространения информации среди светской прессы и московских тусовщиков. Хватило и двух: вуаля! – и в почте с десяток заявок на аккредитацию от телевизионщиков, подтверждение присутствия главных светских редакторов, многочисленные просьбы от звезд попасть на вечеринку Martini All That Glam[11]. Можно считать, работа сделана – нужная пресса будет. Теперь списки и правда можно закрывать.

Почему-то PR содействуют все эти «только никому», «вход только по спискам» и «попасть нереально». Конечно, не все так плоско, и есть на что заманивать гостей: бренд Martini известен громкими мероприятиями. На этот раз устраивает первую вечеринку в еще недостроенном Москва-Сити. Светские гости и пресса впервые поднимутся на 62-й этаж башни «Федерация» – будущей Мекки корпоративных служащих и предпринимателей.

Пока Москва-Сити представляет собой стройку. Вокруг леса́ и горы цемента. Въезд на территорию ограничен. Очередь из машин растянулась на пару километров, и в мороз под тридцать часть гостей в смокингах и платьях пешком пробираются сквозь сугробы и строительный хлам.

Встречаю приглашенных у входа в «Федерацию» в шелковом платье и легкой черной шубке.

Дресс-код для пиарщика – не то же самое, что для гостей. Стоило бы уточнить, что «стоять на списках» на лютом морозе предстоит ближайшее четыре часа… Оделась бы теплее!

В ожидании входа разгневанная толпа в dress to impress[12] негодует. Листать списки больно, пальцы не слушаются. Часть прессы уезжает – их так и не обнаружили в заветных листках. Попавших внутрь счастливчиков ожидает сорокаминутная очередь к единственному работающему лифту. Выдерживают не все: кто-то психанул и пытается подняться на лифте для строителей.

Напряжение на улице растет. Мужчина в дубленке с норковым воротником трясет паспортом гражданина США, как будто это проездной билет в светскую жизнь. Говорю «Вас нет в списке» и получаю совсем не американский набор любезностей. Хочется умыться святой водой. Рядом с очередью уже третий час стоят девчонки в платьях и легких пальто: звонят кому-то с деловым видом, но никто не спускается их встречать. Удивительное дело! Я бы уже сидела дома под пледом.

Наконец, организаторы догадались вынести тепловые пушки. Жизнь налаживается! Звонит Наташа:

– Поднимайся, сейчас пришлем человека тебе на замену.

Отлично! Осталось преодолеть шестьдесят этажей и два пролета пешком. Неужели All That Glam того стоит? Даже любопытно!

Увидев мой красный от мороза нос, кто-то из менеджеров Martini вручает мне сразу два коктейля. Наташа говорит:

– Больше никаких списков! Проверку боем прошла успешно.

Хорошая новость!

В центре пространства, как меч короля Артура, возвышается инкрустированная дымчатым кварцем позолоченная книга Martini Gold Collection. Внутри обещают тренды, события, имена и сенсации. Неподалеку за столиком сидит автор драгоценной обложки – английский ювелир Стивен Вебстер с русской женой Асей. Кругом золото: зеркала в золотых рамах, сияющие золотом бокалы, золотые логотипы, золотая диджейская стойка и даже с потолка летят золотые конфетти. Эффектно! Гости непрерывно фотографируются и дают интервью, но никакого захватывающего веселья. То ли я отморозила все органы чувств, то ли пребывала в ожидании фееричной вечеринки. Непонятно ради чего присутствующие преодолели все эти препятствия, выдержав долгое ожидание на холоде. Но панорамный вид на Москву и правда невероятный!

На следующий день рассылаю релиз и фотографии, обзваниваю глянец с просьбой поставить в светскую хронику. С упоминанием Martini, конечно же. Собственно, ради чего все и затевалось. Соглашаются не все, говорят: «Обиделись – стерва в черной шубке не пустила на мероприятие». Упс! Искренне сочувствую. Но за обещание быть первыми в списках на будущих мероприятиях бренда, они разбирают фото на публикации.

Через пару месяцев, листая Vogue, вижу красивейший материал: гости с золотыми бокалами и роскошные виды Москвы. Вот бы туда попасть! Приглядываюсь: знакомые фотографии и подпись – «Ежегодная закрытая вечеринка All That Glam от Martini».

Вот он, эффект глянца! И уже неважно, как оно было на самом деле. Главное – хороший релиз с фото и добрые отношения со СМИ. Дальше журналисты все сделают сами, а читатели захотят стать сопричастными громкому событию и All That Glam – с Martini, конечно же.

Глава 7. Ален Делон не пьет одеколон

Агентство занимается PR русско-французского фотопроекта по мотивам романа «Мастер и Маргарита». В экспозиции пятьдесят фотографий, архивные документы семьи Булгаковых, а также видеофильм, запечатлевший процесс съемки фотоистории. В роли Маргариты – французская актриса Изабель Аджани, роль Мастера исполнил Владимир Кошевой, а образ Ангела Смерти воплотил инициатор проекта и автор идеи предприниматель Евгений Яковлев. Азазелло – модель Данила Поляков. Съемки проекта доверили французскому фотографу моды и кавалеру ордена Почетного легиона Жану-Даниэлю Лорьё. Новодевичий монастырь, Переделкино, крыша Дома Пашкова, старинный особняк, ставший Домом железнодорожников, высотка на Котельнической, Патриаршие пруды. Места съемки – места действия романа.

Успешно встреченная в Париже выставка «Мастер и Маргарита» приезжает в Москву. Но главная героиня – Изабель Аджани – прилететь не смогла. В качестве специального гостя решили пригласить французского актера Алена Делона. Почему именно его, узнать так и не удалось. Но не успела я толком начать PR-кампанию, как стало происходить что-то странное. Непонятно только, это магия Делона или Булгакова? Через пару часов после рассылки анонса на телефоне сотня пропущенных вызовов. Около отеля, где остановился актер, караулит автобус журналистов желтой прессы. Представляю себе бобик, из которого в разные стороны торчат уши фото – и телекамер. Как будто Москва вмиг сошла с ума! Чистое безумие!

О романе с чертовщиной ходят легенды. Нам, видимо, только предстоит в этом убедиться. По рассказам куратора выставки, свиту Воланда снимали на крыше Дома Пашкова. Та самая ключевая сцена, в которой одну из главных ролей играет темное грозовое небо над пустым городом. При этом Знаменка забита машинами, солнечно, погода по-булгаковски нелетная. Кадр не строится, команда расстроена, как вдруг над зданием резко собираются грозовые тучи. Минута в минуту со стороны Кремля едет кортеж. Город замирает – на перекрытой дороге ни машины. За пять минут до проливного дождя и шанса испортить оборудование кадр готов. Мистика!

Готовлю список прессы на открытие выставки. Звонит Наташа и бормочет что-то несвязное, но определенно нелестное в мой адрес: мол, все интервью с Аленом Делоном перепутаны. Журналисты обрывают ей телефон; «Первый» кричит, что у них час, а не тридцать минут интервью; «Россия» – что они первые, а не вторые; «НТВ» хочет эксклюзив и возмущен присутствием других каналов. Смотрю табличку с графиком, проверяю подтверждения дат, времени, условия. Странно – разногласий быть не должно.

Наташа отключается, но через пятнадцать минут звонит со второго телефона – первый вырубился при полной батарее. Журналисты продолжают ругаться: рядом с комнатой интервью почти драка. Все они были такими милыми и спокойными людьми еще десять проектов назад! Наташа снова отключается. Как выяснилось, вырубился и второй телефон, а потом – экстренно привезенный мужем третий и взятый у коллеги четвертый.

Вечером сидим в офисе. Телефоны странным образом заработали. Сверяем график интервью с письмами – все по плану. Что это было, непонятно!

Для торжественного открытия фотовыставки выбрали место, никак не связанное со съемками, – только что отремонтированный особняк Спиридонова. Красная дорожка, старинное здание в центре Москвы, огромные свечи на ступеньках вдоль винтовой лестницы с расшатанными перилами… Коллега встречает гостей – столичный crème de la crème[13]: телеведущие, предприниматели, музыканты. Я – прессу: больше ста журналистов ведущих газет, глянца, интернет-изданий, радио и ТВ.