Хроники Шома

© Евгений Парушин, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Перед Вами, уважаемый читатель, книга о нескольких годах жизни немолодого человека много повидавшего на свете. Даниил, а именно так зовут героя повести, отнюдь не сумасшедший старик, а хорошо социально адаптированный человек, который решил провести несколько лет вдали от городской суеты.

Он перебрался на край затерянной в Муромских лесах деревушки, сохранив связи с окружающим миром, друзьями, родными и друзьями.

Длительное одиночество, размышления и медитации позволяют ему по-новому взглянуть на окружающий мир. Фантастические сущности, с которыми он общается, можно считать его собственными субличностями – выбор оставим на усмотрение читателя.

В повести не будет интриги, погонь и стрельбы. Мир покоя и размышлений, общение героя с природой, родными и друзьями является основной и самой важной частью книги. Жизнь российской глубинки вплетается в повествование, помогая отследить изменения, происходящие в характере главного героя.

Элементы мистики и вопросы миросозерцания, философии и фантастики, эпизоды из жизни деревни и города уживаются в повести вместе, не мешая друг другу.

Одна жизнь, один человек и три разных мира вокруг него…

Дневник. Первая запись

Читателю, безусловно, захочется понять о ком пойдёт речь в книжке, но кто же лучше самого героя может рассказать о себе.

Я Даниил, по паспорту, Даниил Андреевич. Фамилия никого не интересует и бог с ней.

Я принял решение и начал новую жизнь, но не собираюсь отказываться от прожитой, которая будет точкой опоры для моего будущего. Взяться за что-то, новое, особенно в преклонном возрасте невероятно трудно, но у меня получилось.

Поэтому начну свои записки с того, как и почему я так резко изменил свою жизнь и уехал из большой и комфортной квартиры в глушь лесов, подальше от цивилизации.

У меня не было проблем или иных причин уйти от активной жизни, кроме желания побыть в одиночестве, пообщаться с природой. Ничто не мешало мне продолжать обычную жизнь пенсионера, подрабатывающего, по собственному разумению, преподаванием или консультациями, а может быть бесцельно бродящего по улицам или читающего всё то, что не успел прочитать за долгую жизнь.

Хотя это и выглядит попыткой оправдаться за несовершённые прегрешения, сразу скажу, что мне просто надоела суета. Я никому ничего не должен и ничего ни от кого не хочу.

Моя семья прекрасно обойдётся некоторое время без меня, тем более что я уехал не в Антарктиду, а всего лишь за триста километров от дома. Я постоянно на связи. У меня есть интернет и телефон. Проблем с деньгами у нас нет. Домашним будет даже лучше, жизненного пространства в квартире на всех маловато.

Всю прежнюю жизнь, по мнению окружающих, я искал проблемы, а потом с ними боролся с большой страстью. Но это полная чепуха. Я просто познавал мир и самого себя. Я не мог без экстрима, но не потому, что нуждался в адреналине, а потому, что хотелось охватить мир, увидеть его с разных сторон. А ещё, мне очень хотелось понять пределы своих возможностей.

Поэтому, я ходил в горы, сплавлялся по горным рекам и долгими зимними ночами бродил за Полярным кругом на лыжах, всегда выбирая предельно сложные маршруты.

Поэтому, когда появлялась возможность, гонял на всём, что имело двигатель и хоть как-то управлялось, ну, пожалуй, кроме танка, подводной лодки и истребителя.

Поэтому я прыгал с парашютом и летал на параплане.

Поэтому я несколько раз побывал в горячих точках.

Поэтому, став постарше, я ездил по миру и впитывал дух чужих мне стран, стараясь по возможности обходиться своими силами, а не бродить в толпе зевак по достопримечательностям.

Я любил сам, да и меня любили, полагаю, что не без оснований.

Я перепробовал себя в совершенно разных сферах человеческой деятельности, занимался научной работой, бизнесом, искусством, шаманскими практиками ещё и бог знает чем.

Я решил, что пришло время посмотреть на другую сторону мира. Это прихоть или лёгкое расстройство психики – мне неважно, что будет написано в истории болезни. Я ни от чего не отказываюсь, потому что люблю комфорт. У меня нет проблем с родными и близкими, которые помогают мне выполнить принятое решение. Друзьям, по-прежнему, открыты двери в мой дом.

Я хочу войти в неизученный огромный мир, который я когда-то наблюдал через маленькую щёлочку, да и то случайно. А попасть туда можно только добившись внутреннего покоя, и потому я здесь.

Если читателю всё это кажется глупым, вряд ли стоит листать дневник дальше.

Конец записи

Деревня под Муромом

Домик Даниила расположился на краю деревеньки, длиной больше километра в один ряд домов с обеих сторон дороги. Место на высоком берегу реки было просто великолепным. Прямо от дома открывался прекрасный вид на поля и леса за рекой.

Четверть века назад в деревне кипела жизнь, а теперь же обитаемых осталось пара десятков избушек. В летнее время приезжают городские на отдых с детьми. Зимой в деревне остаётся 10—12 человек – в основном старики.

Даниил был не одиноким стариком, а вполне семейным человеком с кучей родни, детьми, внуками и друзьями всех поколений. Ему просто захотелось пожить наедине с природой, пока ещё хватало сил и здоровья.

Устроившись на новом месте, Даниил не предполагал вести хозяйство, заводить животных или копать огород. Он вообще не был уверен, что проживёт в этом доме больше полугода, хотя дом привели в порядок и оборудовали на века. В нем создали все то, к чему Даниил привык в городской жизни. Сын постарался на славу. Спутниковые тарелки для телевидения и интернета, вода из собственного колодца, свежесрубленная баня, собственная электростанция были смонтированы за пару недель и тщательно проверены сыном Даниила – Вадимом.

Домашние обязались приезжать к нему регулярно на выходные. Планировали даже вместе встречать праздники и проводить лето.

С соседями Даниил контактировал мало, однако вскоре к нему стали захаживать односельчане со своими проблемами, вроде «свернул спину», «простудился – помоги Даниил, невмоготу даже дышать» или просто посоветоваться с умным человеком. Даниилу в большинстве случаев легко удавалось помочь бедолагам, причём без помощи каких-либо потусторонних сил. Где-то массаж, где-то доброе слово, а иногда сбор травок давали хороший результат.

В наших краях слава быстро расползается в округе. Через год к Даниилу шастали с просьбами о помощи уже и из близлежащих деревень, а за глаза односельчане уважительно называли колдуном.

Пришельцы

После вселения в отремонтированный дом Даниил жил один и радовался жизни. Однако, это было недолго. Всего через неделю явился маленький и пушистый котёнок. Он подошёл к Даниилу, когда тот в раздумьях бродил по участку, и потёрся о ногу.

Даниил присел, погладил его и внятно, по-человечески понятно, объяснил:

– Кисуня, мне кота ни мелкого, ни крупного, не надо, мышей нет, и вообще, только жильцов мне и не хватает. Будешь ходить, орать, жрать просить. Одно беспокойство. Ну тебя.

Котёнок не обратил никакого внимания на слова Даниила, ещё раз потёрся об ноги и решительно пошёл за ним следом в дом. Проскользнув в дверь, он с ходу запрыгнул на кровать Даниила и улёгся посередине, как будто жил здесь уже много лет.

Даниил терпеливо объяснил ему ещё раз:

– Мне не надо ни котов, ни собак. Здесь нет мышей. Я не хочу ни о ком заботиться.

Котёнок внимательно посмотрел на него, потом спрыгнул с кровати и через несколько секунд выволок из-за печки на середину комнаты небольшого мышонка и демонстративно слопал его за один присест. Закончив трапезу, маленький, но уверенный в себе хищник, вернулся на кровать и свернулся в клубок, нахально поглядывая на хозяина.

Даниил махнул рукой и сказал:

– Леший с тобой, живи, раз сам кормишься.

Приехавшая в следующий выходной родня обозвала котёнка Тимошкой и одобрила его появление.

Спустя месяц к Даниилу пришёл молодой пёс и, не задавая глупых вопросов, поселился в старой будке у входа. Он вылизывал посуду и доедал всё со стола Даниила, если случаем проникал в дом. Более того, они идеально поладил с Тимошкой, который не любил употреблять в пищу крупных мышей, а собаке они казались изысканным деликатесом.

Даниил почти не слышал, чтобы пёс просто так лаял, однако, стоило кому-то из деревенских жителей подойти к воротам, он тявкал чётко и ясно, как звонок. Даниил назвал его Нонейм, поскольку ни одна кличка, по его разумению, к псу никак не подходила. Соседи звали его Звонок, и он охотно откликался на второе имя.

Весёлая семейка

Семья у Даниила была дружная, в ней мирно сосуществовали люди абсолютно разные по типам характера, эмоциональности и с невероятно различающимся отношением к жизни. Любая пара людей в семье могла служить иллюстрацией к тезисам о единстве и борьбе противоположностей. А, как известно, притягиваются друг к другу разноимённо заряженные частицы. В результате семейка Даниила была на редкость крепким и устойчивым социумом. Опорой, естественно, всегда был Даниил, но если посмотреть внимательно, у него не было единомышленников.

Жена Даниила, в молодости очень красивая женщина, была невероятно вспыльчивым созданием, способным наехать даже на океанский лайнер, а потом моментально успокоиться и переключиться на домашние хлопоты, с удивительным упорством преодолевая непрерывно возникающие проблемы. Сын Вадим был воплощением абсолютной разумности и трезвости восприятия мира. При этом он совершенно не воспринимал шуток, но и не обижался на них, считая, что каждый имеет право сходить с ума так, как ему хочется, но его это не касается. На работе его обожали как сотрудника, но никогда не приглашали на пьянки и гулянки. Жена Вадима была хрупким существом, на редкость не собранным. Она умудрялась опоздать даже в ситуации, где это, казалось невозможным. Даниил шутил, что она будет жить вечно, потому что обязательно опоздает на собственные похороны. Но её безграничная дружелюбность подкупала и, в совокупности с женой и сыном Даниила получался невероятно стойкий к проблемам и трудностям жизни треугольник.

Второй треугольник сам по себе сформировался из самого Даниила и внуков Антона и Максима, которые были похожи друг на друга как вилка на бутылку, но всегда находили общий язык между собой и с дедом. Старший полагал, что на нём лежит ответственность за поведение младшего и пытался воспитывать брата, в основном, конечно, путём поколачивания, а младший отчаянно сопротивлялся любым попыткам ограничения свободы. Перья летели по всей округе, но, что очень нравилось Даниилу, не было в мальчишеских драках жёсткости. В результате они приходили к деду и просили его помочь разобраться между собой. Характеры у внуков были просто противоположные. Старший спокойный и деловитый, а младший чумной и несобранный.

Даниил, глядя на них, давно понял, что Максим получит от него ту силу, которую он получил когда-то, и развил, живя в этом старом уютном доме. Почему именно младший, он не задумывался, а просто чувствовал, и, вообще, так положено у ведьм и ведьмаков. Младшенький же, в свою очередь, тоже что-то чуял и старался побыть с дедом как можно дольше. Зато в остальное время он творил такое, от чего у всех волосы становились дыбом. Так вышло два, вложенных друг в друга треугольника, которые совершенно не пострадали, благодаря современным средствам коммуникации, после переезда Даниила в деревню.

Воскресные семейные забавы

Каждые выходные, а летом порой и на неделю-другую к Даниилу приезжала родня. На здоровенном джипе они проезжали через всю деревню и вламывались в размеренный мир Даниила, который старался забиться в угол на пару часов и не попадаться на глаза женщинам без крайней надобности.

В эти два часа дети носились по дому и участку, женщины забивали холодильник, подметали дом и готовили обед. Сын методично занимался благоустройством дома, регулярно привозя какую-нибудь штуку, облегчающую жизнь хозяину, например, выключатели, которые следили за перемещением по дому и вокруг и услужливо включали свет. Даниил шутил, что скоро унитаз будет за ним по дому гоняться и разговаривать человеческим голосом, но сын шутки игнорировал и делал то, что считал единственно верным.

Когда все срочные дела завершались, семья усаживалась за большой стол и чинно обедала. Обед был скорее ритуальным действием, нежели поглощением пищи. И лишь отобедав, Даниилу по-очереди сначала старшие, а потом и дети рассказывали свои новости, делились проблемами.

В плохую погоду все сидели в доме, болтали о всяких пустяках и радовались жизни. Зато в хорошую в доме было пусто. Зимой молодёжь бегала по лесу на лыжах, а потом отдыхала в бане, а Даниил с женой бродили по дорожкам и обсуждали накопившиеся проблемы.

Летом Даниил с детьми выбирался в лес за речкой и в сезон они приносили оттуда по лукошку отменнейших белых грибов и маслят, а заодно и объедались ягодами. Даниил, прогуливаясь в округе, изучил каждый уголок леса, и потому добыча была гарантирована.

Местные, промышляли сбором грибов и ягод, которыми запасались на зиму сами, снабжали своих городских детей и внуков, а также продавали самое плохонькое на трассе. Даниилу приносили для его домашних самое лучшее и просили денег по-минимуму, поскольку знали, что он не будет брать ничего просто так. Всё это воскресным вечером загружалось в машину, и родня отбывала с чувством выполненного долга, а Даниил оставался один и снова наслаждался покоем и одиночеством.

Однажды, когда семья собралась обедать, исчез Максим. Его никак не могли найти, а когда поймали и усадили за стол, то обед уже остыл.

Внучек, решив загладить свою вину, вытащил из кармана бабушкин очечник и со словами:

– Не расстраивайтесь, лучше посмотрите, какую красавицу я поймал, – и открыл коробочку над столом.

Оттуда выпрыгнул небольшой лягушонок и приземлился аккуратно в бабушкину миску с борщом. На его счастье борщ был чуть тёплый и лягушонок чувствовал себя в нем вполне комфортно, чего нельзя было сказать о бабушке. Она начала истошно визжать и попыталась поймать лягушонка ложкой в миске. Даниил молча наблюдал картинку и тихо смеялся. Невестка одной рукой закрывала рот, а второй схватила себя за горло, подавляя рвотный рефлекс. Антон хохотал без остановки и катался по полу. Вадим отвернулся от стола и бесшумно смеялся над происходящим. Тимошка в ужасе метнулся в окно, но забыл, что на нём натянута противомоскитная сетка и распластался на ней, прижав уши как охотничий трофей на стене. Жена гоняла лягушонка в тарелке, продолжая орать в ультразвуке.

Даниил понял, что будет дальше и, наклонившись к младшенькому, прошептал:

– Исчезни, пока цел и не высовывайся, пока не позову.

Тот не заставил себя уговаривать и шмыгнул за дверь из дома. Наконец охота увенчалась успехом – миска перевернулась на жену, борщ оказался на спортивном костюме, а лягушонок на полу. Он оказался сообразительным и мгновенно упрыгал под диван, а там, в полу оставались большие щели, и поминай, как звали. Внучек исчез и потому уцелел, а когда минут через пятнадцать все вместе весело смеялись над происшедшим, Даниил вышел из дома и рявкнул на полдеревни:

– Отбой тревоги!

Героя переполоха основательно обругали за издевательство над животными, но он так и не понял, кого имели в виду – бабушку с мамой или его приятеля – лягушонка.

Элементали или ужин для одинокого человека

Всю свою жизнь Даниил шёл к какой-то цели, вкладывая все силы для её достижения, а достигнув, терял интерес к результату и искал новую задачу. Ему становилось просто скучно. Вырвавшись из привычного круга, он перестал вообще ставить перед собой задачи, а решил просто пожить в мире с самим собой и природой вокруг. При этом контакты с миром ему совершенно не мешали. Даниил смотрел новости по телевизору, лазил в интернет, общался с друзьями по телефону, но давно воспринимал эту часть существования фоном. А в основе был покой и погружение в свой собственный мир. И огонь стал его проводником.

Оставаясь один, Даниил с удовольствием сидел часами в тёплое время года под лёгким навесом у костра на улице, даже при мелком дождике. Если на улице было сыро и холодно, то в старом уютном кресле у печки, открыв дверцу и наблюдая огонь в его первозданном виде. Он не был огнепоклонником, но пламя и искорки помогали ему сосредоточиться.

Однажды, сидя вечером у огня, Даниил заметил небольшое тёмное облако правее и выше костра, которое исчезало при пристальном взгляде на него и вновь появлялось при расфокусировке взгляда. Облако казалось недружелюбным и Даниилу очень захотелось с ним разобраться и, либо выгнать, либо уничтожить. Прокрутив в памяти прочитанное ранее, он решил, что это облако можно считать элементалью, хотя, что это за зверь он так не смог вспомнить. Ну, а раз название есть – уже легче.

Даниил мысленно создал сетку и накинул на облако. Оно затрепыхалось, но шансов спастись у него не было, и так в сетке сущность последовала по команде Даниила в огонь. Даниил обнаружил, что сидит с закрытыми глазами, но прекрасно видит, как элементаль в огне постепенно теряет форму и превращается в сгусток энергии. Это завораживало, внутри появился тихий восторг. Даниил вытащил то, что осталось от добычи из огня. Хотелось как-то употребить себе энергетический шашлык на пользу, но память ничего не подсказывала, и Даниил просто растёр светящийся шар по телу взмахами рук. В результате он почувствовал колоссальный прилив сил, мир вокруг преобразился, глаза стали видеть каждую травинку, каждый листок даже на дальних деревьях, несмотря на вечерний сумрак. Звуки окружающего мира возникли в вечерней тишине как никогда – вот журчание реки, вот жужжит муха, вот листочки переговариваются под лёгкими порывами ветра. Это состояние казалось очень приятным и на душе стало легко и радостно.

«Отличный ужин получился сегодня», – подумал Даниил и, посидев ещё немного, пошёл спать в дом, чувствуя себе помолодевшим. С этого момента Даниил регулярно отлавливал элементалей и употреблял их. Это происходило раз в три-четыре дня и доставляло Даниилу невероятное наслаждение. Потом произошёл случай с простудившейся девочкой и Даниил понял, что ему есть чем заниматься тихими сельскими вечерами. Постепенно улов скудел, Даниил начал даже выходить на дорогу и прогуливаться по деревне в поисках элементалей, которых в округе становилось всё меньше и меньше.

В деревне через некоторое время стало спокойнее. И это спокойствие шло как бы от дома Даниила вдоль улицы. Жители деревеньки это замечали, потому как их жизнь была размеренной и монотонной. Время при такой жизни привязывалось людьми не к календарю, а к событиям у себя или соседей.

Людям казалось странным, что алкоголик-тракторист за год ни разу не попал в аварию на своём мотоцикле, что почему-то перестали драться два давних заклятых друга, живущих в соседних домах в центре деревеньки. Удивляло, что прошедшей зимой в округе никто не замёрз в сугробе по пьяной лавочке. «Чудно как-то», – поговаривали соседи.

Ещё односельчане подметили, что по весне на участке Даниила появилось несметное количество чирикающей и поющей мелочи. Вокруг дома по участку нахально бродили дикие утки, почти не обращая внимания ни на Нонейма, ни на Тимофея, которым бог велел гоняться за птичками. Это сочли хорошим признаком, ведь на брошенных участках живности не больше чем в лесу, а вот там, где живут люди всё иначе. У одних сорока или ворона пролетит и тишина, а у других – гвалт, писк, чириканье на всю округу.

Шло время, Даниил жил тихой жизнью затворника, прерываемой лишь наездами родни. По ящику он смотрел только новости, да и то раз-два в день на разных каналах, чтобы совсем не отставать от жизни. Но однажды, он задремал под телевизором. Проснувшись, Даниил увидел, что на экране идёт футбольный матч, трибуны набиты до отказа и отчаянно вопит комментатор. Однако отнюдь не это привлекло внимание Даниила. В какой-то момент он расслабленно посмотрел на стадион и поразился таким невероятно большим количеством элементалей, собравшихся в одном месте. Тут он вдруг осознал, что они пришли закусить эмоциями, которые пёрли из зрителей во время матча.

Открытие поразило Даниила. Если эти сущности питаются энергией эмоций, то вполне логично ожидать, что их присутствие само по себе провоцирует всплески эмоций у людей. Это объясняло, почему в округе стало намного спокойнее, после того как он самолично слопал окрестных элементалей. Даниил тут же решил проверить правильность своих предположений. Поймав в сетку первую, попавшую в поле зрения на экране телевизора элементаль, и прожарив её в огне печки, он с удовольствием поужинал высвободившейся энергией. С этого момента проблем с добычей элементалей больше не было. Футбол, гонки, кадры уличных беспорядков – всё наполненное эмоциями, позволяло беспрепятственно отлавливать аппетитных элементалей и закусывать ими.

Конечно, никаких проникновений через телевизор, вроде экскурсий в зазеркалье не требовалось. Единственное условие – трансляция должна идти в реальном времени. Ну а дальше было всё просто, Даниил представлял себя в месте события, подбирал живность на ужин и возвращался к себе в кресло.

Он понимал, что так может каждый, дело не хитрое. Только есть тонкость, которую следует учитывать охотнику. Он сам может стать дичью, а тот мир далеко не школа гуманизма. Элементали тоже не все одинаковые, может попасться и серьёзный противник. Ну а тогда дела плохи, как минимум тяжелейшая депрессия, а то и психушка.

Хотя Даниилу иногда приходили в голову мысли, что это просто самовнушение, но родственники и друзья отмечали, что он на самом деле стал выглядеть намного моложе, совсем перестал сутулиться, а в глазах появился диковатый огонь.

А вот разобраться с эффектом ощущения огромной силы, возникающей в теле после закусывания элементалью, казалось просто необходимым. Как-то Даниил решил поэкспериментировать и, почувствовав прилив сил после трапезы, взял кочергу, сделанную пару месяцев назад трактористом из арматурины в палец толщиной и легко свернул её в почти правильное кольцо. Удивившись содеянному, он отложил её в сторону и решил посмотреть на кочергу утром, мало ли, что во сне, например, можно увидеть. Но утром кочерга по-прежнему имела форму кольца. Выпрямить её хоть чуть-чуть оказалось совершенно невозможно.

По случаю заехавший тракторист попробовал кочергу разогнуть, но у него тоже ничего не получилось. Даниил объяснил мужику, что просто забыл кочергу в огне, вот она и скрючилась. Тот, естественно, не поверил, но забрал её на кузню, где суровый кузнец вернул кочерге исходный вид после получаса работы. Конкретнее доказательства появления избытка силы Даниилу придумать было невозможно, а уж что соседи говорили по этому поводу вообще пересказывать можно неделю.

Происшествие с ребёнком

Началось всё поздним вечером с весёлого тявканья Нонейма, что означало, что пришёл кто-то свой. Даниил вышел на крыльцо и увидел, что пришли дед и бабка из третьего, с дальнего конца деревни, дома. Они уже вошли на участок, и старик нёс на руках, завёрнутую в одеяло что-то тяжёлое, а бабка семенила рядом. Погода была сырая и ветреная, до этого всю неделю лили дожди, и деревенька оказалась начисто отрезана от цивилизации.

Даниил молча посторонился и дал войти старику с ношей и бабушке в дом. Бабка быстро и сбивчиво рассказала о несчастье, которое постигло их в самый не подходящий момент:

– Даниилушка, подсоби! Внучка простудилась, у неё высокая температура, врача вызвать невозможно. У них бригады ездят на Газелях, а не на тракторах. Трактористу нашему звонили, он очень сильно болеет с перепою и только утром может подлечиться рюмашкой и приехать за девочкой. Пешком идти в посёлок по дороге с лужами глубиной полметра мы не решились, не дай бог оступиться, вообще погубить ребёнка можно, ведь даже километр до тебя едва дошли. Дед наш с возрастом слабоват стал.

– Ладно Вам, он же помоложе меня будет, – отмахнулся Даниил.

– Эх, оно да, но жизнь в деревне забирает годы у людей намного быстрее, чем в городе, так уж сложилось, – вздохнул дед.

Даниил быстро сдвинул на середину комнаты все табуретки и кинул на них новый поролоновый матрас. Дед, не говоря ни слова, положил на него девочку и сел рядом с женой на лавку у печи, чтобы отдышаться с дороги.

Даниил осмотрел девочку и понял, что дело плохо, температура явно за сорок, дыхание с хрипами и стонами, лёгкие судороги по всему телу. Лекарств у Даниила не было вообще, кроме бинта и пластыря, ну и бутылочки со спиртом. Одеяло с девочки он сразу снял, опасаясь перегрева. Потом попросил бабку: