Космический принц и его заложница

ГЛАВА ПЕРВАЯ. Заложница с Земли

– Ко-о-офе! – не то прокричала, не то провыла я, первой врываясь в кафе. – Латте! Двойной! Хотя нет… эспрессо и тройной! Если я сейчас не проснусь, умру во цвете лет.

За дверью снова завыл жуткий ветер, а в стекло ударили брызги воды.

– Может, посидишь? – спросил бариста. – Там, похоже, нешуточный шторм надвигается. Тебя унесет, ты когда в последний раз ела?

– Кажется, что целую вечность. Я всю ночь учила эти дурацкие билеты, но, кажется, готова.

– Отлично. – Улыбчивый парень мне подмигнул и я бросила в банку для чаевых пару монет. – Тогда удачи, что ли? Зайдешь потом рассказать, как дела?

– Обязательно!

В несколько глотков я выпила обожаемый крепкий кофе с ма-а-аленькой щепоткой корицы. Ах, как хорошо было бы посидеть за столиком с чашкой капучино, шоколадкой и карамельным мороженым. Смотреть на бушующую стихию, на черные волны океана, на сверкающие в небе молнии. Смотреть и релаксировать…

Но все это после экзаменов. Я готовилась к поступлению в этот колледж последние полгода. Угробила половину отцовского содержания на подготовительные курсы, перечитала гору учебников и, конечно, провела сотни часов за практикой. Я была уверена в своих силах и просто обязана поступить!

Этот экспериментальный курс по разработке игр я увидела случайно, когда прогуливалась по набережной после тренировки. Как заядлая фанатка РПГ, я не могла не отреагировать на набор экспериментальной группы в местном ИТ-колледже. Крупный разработчик, один из трех самых топовых на рынке, организовывал не просто целевое обучение, он сразу вовлекал будущих специалистов в свой проект!

Больше всего на свете я мечтала получить там место разработчика квестов. До вожделенной цели осталось каких-то несколько шагов. Как же я волновалась, слов нет!

Вышла на улицу и тут же схватилась за ручку двери кофейни. Какой кошмарный ветер! В этом, пожалуй, единственный минус жизни у океана: если стихия разбушевалась, хорошего не жди. В прошлом году во время шторма снесло половину набережной и две статуи основателей города.

Поэтому хорошо, что я вышла заранее. Мелкими перебежками от столба к столбу и доберусь до колледжа. Мне бы только внутрь попасть, а дальше я уже как-нибудь разберусь.

Народу на улицах было совсем мало. Утро и ураган сделали свое дело. Поэтому когда мне дорогу перегородил какой-то мужик, я лишь раздраженно чертыхнулась про себя. Дороги ему что ли не хватает?

Но затем он задал вопрос, от которого я немного опешила:

– Бриллиана Кноринг?

– Да, это я, что-то случилось?

Надеюсь, моя квартира хотя бы не сгорела, потому что жить в коробке из-под холодильника я, даже будучи стажеркой в «ГлобалГейм», не хотела.

– Вам нужно пройти со мной.

Из-за капюшона и надвинутой на глаза кепки я никак не могла рассмотреть его лицо.

– Боюсь, я спешу на экзамен. Если у вас что-то не срочное, я подойду после него.

– Нет.

От удивления я остановилась и моргнула. Внутри что-то напряглось, интуиция не подсказывала, она вопила «Беги!», но во мне всегда была сильна мерзкая черта под названием «а что обо мне подумают?». А что подумают, если я ночью сорвусь на бег, услышав за спиной шаги? А что подумают, если я поспешу выйти из автобуса, увидев там пьяного? А что подумают, если я надену на каток шапку, потому что мне холодно, а всем вокруг нет? Эта черта и раньше мешала жить, а сейчас она, по ходу, даже не мешала, а самым натуральным образом угрожала!

И хотя рядом не было бы никого, кто мог обо мне как-то не так подумать, я все равно попыталась вежливо обойти странного мужчину.

Одним легким движением руки он перегородил мне дорогу.

– Я закричу! Пустите!

– Кричи.

Мою попытку заорать пресек особо сильный порыв ветра, от которого я задохнулась и на пару мгновений потерялась в пространстве. Потом мир перевернулся в буквальном смысле этого слова. Там, где еще пару секунд назад было темное небо, теперь оказалась мокрая земля. И наоборот.

– Пустите меня!

Я висела на плече этого психа и брыкалась изо всех сил, но сколько их было у девушки размера “S”, никогда не занимавшейся ничем, серьезнее фитнеса? Даже ногти, как назло, я стригла коротко.

В пылу борьбы за свободу и на фоне разворачивающегося шторма, я почти забыла о страхе, который непременно обязан был сопровождать любую благовоспитанную девушку во время похищения. Просто не успела толком испугаться, а когда пришло время и организм решил, что пора и запаниковать, меня уже бросили в багажник огромной черной машины. Меня, а следом за мной небольшой серебристый кругляш, в центре которого нежно-голубым цветом светилась лампочка.

Едва крышка багажника закрылась, я услышала шипение.

– Выпустите меня! Помогите!

Это было последнее, что я успела прокричать, потому что нестерпимо потянуло в сон.

***

О, Боже, уже утро, а будильник не прозвенел!

Я вскочила, как ошпаренная, скатилась кубарем с кровати и схватила телефон, который валялся на прикроватной тумбочке, на зарядке. Вернее, попыталась схватить, потому что телефона там не оказалось, как и самой тумбочки.

Сонное перепуганное сознание чуть-чуть прояснилось, а я осмотрелась и откровенно обалдела от увиденного.

Скромная квартирка с многочисленными фотографиями из путешествий, керамической кошкой на подоконнике и стареньким, уже скрипящим и еле работающим электрическим камином, осталась в прошлом. Теперь меня окружали четыре серые стены, прямоугольная коробка, напоминающая кровать и подсветка под потолком. Холодная, безучастная и пугающая.

– Ох! – Заползла обратно под одеяло, ибо обнаружилось, что я совершенно голая.

Несколько минут тишины, наедине с собой и собственными воспоминаниями худо-бедно восстановили картину прошедшего дня. Ураган, торопливый кофе, экзамен… встреча на ветреной улице, багажник машины и вот, я здесь. Где? Вопрос хороший.

Прислушалась к мерному гудению. На лодке? В подвале? Наверное, в подвале, а гудит генератор, дающий электричество для подсветки.

Я свернулась клубочком так, чтобы из одеяла выглядывали только глаза. Осмотрела помещение в поисках камер, но ничего подозрительного не заметила. Правда, двери тоже будто бы не было. Конечно, она наверняка была замаскирована в стене или полу, но тот факт, что я ее не видела, добавлял некоторой паники.

Что ж, за мной не наблюдали, это плюс. Но для чего тогда похитили? Я не дочь монарха, не любовница политика, даже не соседка миллиардера. То есть папа, конечно, высылает мне чек на жизнь, но ведь это долг любого хорошего отца, особенно того, кто сбежал через год после рождения ребенка. Да и дает он не так уж много, надо думать, будь у меня богатый родственник, я бы не снимала студию размером с сарай.

Кое-как завернувшись в одеяло я решила осмотреть комнату. Переваливалась, как медведь, все движения стали неуклюжими и медленными. Я шаг за шагом ощупывала стены в поисках двери и, когда вдруг на серой глянцевой поверхности засветились какие-то незнакомые символы, отпрыгнула и чертыхнулась.

Ничего не понятно. Я знаю английский, немного французский, еще немного немецкий, со словарем могу читать по-русски, ну и уж точно узнаю любой европейский алфавит. И азиатский. Арабский, пожалуй, не определю, но этот не был похож вообще ни на какой из виденных мною ранее.

Я протянула руку, коснулась светящихся букв и в следующий миг поняла, что наконец-то нашла вожделенную дверь. А еще через пару секунд отшатнулась к кровати, изумленно открыв рот.

Нет, это была определенно не дверь.

– Что за хрень?!

На стене напротив кровати обнаружилось окно. Хотя, пожалуй, ему больше подошло бы слово «иллюминатор» или… экран? В котором вовсю красовалась прекрасная голубая планета. Это изображение настолько часто демонстрировали в рекламах, фильмах и артах, что я испытывала странное чувство, глядя на матушку-Землю в реальности. Словно все это происходит не со мной.

Да и кто бы поверил в такое?

– Это что, какая-то комната квестов? – наудачу крикнула в воздух. – Мне нужно выбраться из комнаты за шестьдесят минут и получить приз?

Естественно, ответом стала тишина.

– Или не приз… Эй! Кто-нибудь! Слышите?! Я хочу есть! Ау-у-у! Мне надо в туалет! Я серьезно! Лучше выпустите меня, потому что иначе я…

– Туалет в углу, справа от тебя, – раздался мужской голос. – Открывается так же как экран.

– А выход?

– А выход там же где и вход. Но это не твоя забота.

– Кто вы такой? Что вам нужно?

– Я занят. Тебе нужно было в ванную. Вот и иди. Не заставляй меня думать, будто ты соврала.

Что-то в его голосе подсказало хотя бы для вида сходить в уборную. Повторив касание к стене, я действительно обнаружила небольшую дверь, которая открылась от легкого движения и пустила меня в ванную.

Аж глаза заслезились от стерильного белоснежного интерьера. Помещение было крохотным, в него едва влезали душевая кабина, унитаз и крохотная раковина, до краев заполненная какими-то голубоватыми шариками размером с витаминки. Крана не было.

– М-м-м… и как здесь умываться?! – без особой надежды спросила у своего невидимого собеседника.

Но он, к моему удивлению, ответил:

– Возьми пару штук и разотри в ладонях.

Почти сразу руки обдало холодной свежестью. Эти шарики чем-то напомнили стерильные гели, которые обычно использовались в поездках и на прогулках. Я бы предпочла старую-добрую воду, но и такой освежающий эффект устроил. Душевую решила не трогать, тем более что и в ней все надписи казались абракадаброй.

Когда я вернулась в комнату, на кровати стоял поднос с едой. Странно… я не слышала, чтобы кто-то ходил по комнате. Но и есть то, что он мне принес, не собиралась. Неизвестно, что может быть в еде.

– Ничего, – сообщили сверху.

Я подскочила и выругалась так крепко, что даже стало стыдно. Хотя похититель и заслуживал самых отборных ругательств.

– Вы что, мысли читаете?

– Ага.

Может, я в коме? Меня снесло ураганом и ударило об столб, а теперь я лежу в коме и смотрю кино внутри собственной головы? Тогда неудивительно, что мой же глюк может читать мои же мысли.

– Если бы я хотел тебя отравить или усыпить, я сделал бы это уже давно. Незачем подмешивать тебе яд в еду, ты и так в моей власти.

– И что вы будете со мной делать?

Голос предательски дрогнул. Адреналин от нестандартного пробуждения сходил на нет, и я начинала медленно, но верно впадать в настоящую женскую панику.

– Слушайте, ну мне же страшно! – не выдержала я. – Не молчите! Где мы? Это ваш дом? Кто вы такой? Как вас зовут?

– Александр.

– Отлично. Александр. Александр.

– Александр Фортем.

– Что вам от меня нужно?

– Я старый друг твоего отца.

Отца… спокойно, Брилл, спокойно. Друг отца – уже что-то. Вряд ли у обычного инженера есть враги или какие-то влиятельные друзья. Наверняка у всего этого есть объяснение.

– Это отец просил вас забрать меня?

Боже, что за чушь я несу! Конечно, отец, который всю жизнь оплачивал мои счета, попросил друга приехать, бросить меня в багажник и запереть в комнате.

После долгой паузы этот Александр соизволил ответить:

– Нет, твой отец не просил тебя забирать. Я хочу, чтобы он кое-что сделал для меня, а ты – отличный стимул.

– Заложница. Но зачем? Он обычный инженер где-то на другом конце страны.

– Очевидно, что раз ты здесь – не обычный. – В его голосе появилось раздражение. – Ешь обед, я не буду носить тебе еду по требованию.

– Какой вы заботливый, – пробурчала я, но за кашу все-таки взялась.

Сказанное Александром поселило в душе зерно сомнения. Я редко виделась с отцом, он объяснял это дорогими перелетами и высокой загруженностью. Работал где-то инженером по насосным системам, проектировал всякие станции и, как мог, помогал мне финансово. Конечно, ему платили хорошо, но все же снимала я небольшую квартирку, а одевалась не у «Шанель». И что такого важного в насосных системах, что пришлось меня похищать?

Вариантов, на самом деле, было несколько.

Первый и самый простой: меня с кем-то перепутали. Ну… может, этому Фортему дали не то имя, может, он думал, что отец какой-нибудь секретный инженер. И скоро выяснится, что я совсем не ценная заложница. И что тогда?

Я снова взглянула на экран. Пусть это окажется обычный телевизор, элемент интерьера! Потому что думать о других объяснениях было слишком жутко.

Второй вариант: папа мне врал. И на самом деле он не инженер по насосным станциям, а какой-нибудь секретный конструктор. И меня похитил агент вражеской разведки, а дальше… дальше, увы, супергерой с автоматом не придет меня спасать. Перспективка так себе.

Ну и еще я оставила небольшую вероятность на то, что этот Александр мне соврал и отец тут не причем. Всякое бывает, и такое тоже. Однако от того, что я все разложила по полочкам, легче почему-то не стало. Я давно хотела научиться с оптимизмом смотреть в будущее, но сейчас в него вообще смотреть не хотелось.

Ни один из моих последующих вопросов, а задала я их вагон и маленькую тележку, не получил ответа. Похититель отказался общаться с заложницей. Я облазила все стены в поисках выхода, но ровным счетом ничего не добилась и в сердцах пнула несчастную кровать. В один момент в комнате погас свет, и мне ничего не оставалось, как забраться под одеяло, чтобы вволю поплакать и пожалеть себя за несчастную судьбу, пропущенный экзамен и ускользнувший шанс на нормальную работу. Ну и туманные перспективы выживания, конечно, тоже не вдохновляли.

***

Из всех заданий Александра это было самым странным. Нет, он и раньше, бывало, похищал людей или использовал шантаж, чтобы добиться желаемого. Но то были, как правило, враги. Другие разведчики, предатели, галактические преступники. Они знали, на что шли, вступая в противостояние с альянсом. А эта девочка в каюте не знала, она вообще ничего не знала о мире, лежащем за пределами ее планеты. Когда отец озвучил ему задание, Александр даже не сразу поверил в то, что это не шутка.

Взять заложницу, чтобы ее отец передал империи секретные разработки? Серьезно?

Но все оказалось именно так. И теперь Бриллиана Кноринг спала взаперти, а Александр пытался проложить маршрут для возвращения домой.

Он как раз заканчивал читать карту, когда на всем мостике вдруг пропал свет. Вмиг Александр оказался в кромешной темноте, не горела даже панель управления кораблем. Словно питание вдруг отключилось. Но ведь двигатели еще работали, а значило это лишь одно: кто-то перехватил управление и отключил энергию, оставив лишь системы жизнеобеспечения и двигатели.

Мужчина выругался. Он думал, будет хотя бы пара дней прежде, чем они заметят похищение девушки, но, похоже, ему в последнее время фатально не везет.

Что ж, порой самая лучшая тактика: ждать. Посидеть в темноте никогда не вредно. Можно обдумать дальнейшие действия, прикинуть перспективы, придать лицу выражение крайней степени скуки. Просто, чтобы побесить того, кто в скором времени покажется на экране.

В общем-то, так и вышло. Экран, который еще недавно показывал небольшую голубую планету, вдруг продемонстрировал интерьер замшелого кабинета с удивительно унылыми серыми стенами.

– Александр. Не ожидал увидеть именно тебя.

– Аналогично, Брайан. Я думал, ты будешь умнее. Работать на внешние границы? Серьезно?

– Всего лишь бизнес. Они больше платят.

– А куда ты планируешь тратить деньги, если альянс сотрут с лица галактики?

Кноринг рассмеялся, как-то удивительно по-доброму. Вообще все в этом темноволосом и еще достаточно молодом (для двадцатилетней дочери так уж точно) мужчине говорило о дружелюбии. Словно они вели светскую беседу.

Но Александр не обольщался: управления кораблем все еще не было.

– Послушай, – Кноринг сделал паузу, обдумывая слова, – я не виню тебя. Ты принц, пусть и всю жизнь отрицаешь свое происхождение. Ты хороший профессионал, а еще сын своих родителей. Но неужели ты всерьез способен причинить вред юной девочке? Просто за то, что я не работаю на альянс?

– Слышал бы ты, как она ругается. Впрочем, если тебе действительно интересно, то подожди пару минут. Я устрою вам встречу и заодно популярно объясню, на что я способен в отношении… как там? Юной девочки? Ну вот сейчас и разберемся, тем более, мне все равно скучно, на корабле, знаешь ли, отключили свет.

С этими словами он поднялся, не забыв прихватить шприц со снотворным. Кноринг был в чем-то прав, мучить и пугать создание, которое не виновато в том, что его отец продался врагам, не было никакого смысла. Александр лишь надеялся, что сам Брайан будет действовать разумно, и тогда Бриллиане вообще ничего не грозит. А вот если откажется сотрудничать… О плохом думать не хотелось. Хотя и этот вариант он предусмотрел.

Сам того не зная, Кноринг помог ему. Бриллиана решила, что погасший свет – отличный повод лечь спать, и забралась в постель. Когда нужно, Александр умел двигаться совершенно бесшумно. Вряд ли девица успела что-то понять, укол получился быстрым и безболезненным. Лишь медленнее задышала, глубже и спокойнее. Она почти ничего не весила, но в слабом свете аварийных указателей смотрелась очень привлекательно.

Всю дорогу до медблока он размышлял, как у обычного и ничем не примечательного Кноринга получилась такая красивая дочь. Любопытно было бы взглянуть на ее мать, но о том, кто произвел на свет Бриллиану, сведений не было вообще. Что странно: Градвин давно работал на дворец и редкая задача по поиску информации оказывалась для него непосильной. Но кем бы ни была возлюбленная Брайана, она наверняка обладала выдающейся красотой. Полные яркие губы, аккуратный прямой нос и шикарные каштановые волосы девушка унаследовала явно не от отца.

В медблоке Александр усадил ее в кресло. К счастью, генераторы для медицинской системы работали всегда, вне зависимости от общего питания корабля. Их должно хватить на двое суток такого дрейфа, но мужчина рассчитывал вернуть управление себе быстрее.

Пришлось повозиться. Сначала настроить аппарат для подкожных инъекций, потом подключить видеосвязь к местному генератору, чтобы полностью ее контролировать. Кноринг наверняка там весь извелся. Но он как никто другой должен был понимать, что у кого-кого, а у Александра Фортема всегда есть план на случай форс-мажора.

Наконец все было готово. Бросив последний взгляд на спящую Бриллиану и ощутив слабый укол совести, Александр только отмахнулся. Те, с кем работал Кноринг, пытались развязать войну, а на ней без жертв не бывает.

Экран услужливо вернул изображение Брайана. Увидев дочь, он нахмурился. По лицу пробежала тень.

– Ты знаешь, что я не люблю долгие разговоры. Верни мне управление кораблем, встреться с императором и передай ему все разработки. А я увезу твою Бриллиану в безопасное место. Какое-нибудь очень красивое и теплое. Будь уверен, пока не станет безопасно, она будет жить, как принцесса.

– А иначе?

– Несправедливо заставлять страдать такую милую и невинную девушку, однако ты ведь понимаешь, что или ты станешь сотрудничать, или я не смогу гарантировать, что малышка будет в порядке.

– А разве мамочка не учила тебя доброте и всепрощению? – криво усмехнулся Кноринг.

– С тех пор многое изменилось. Но речь не обо мне. О тебе. О ней, – Александр кивнул на Бриллиану. – Неужели тебе плевать на дочь?

– Допустим, не плевать, но чего ты хочешь? Чтобы я отказался от обязательств? Предал тех, с кем работаю ради ваших политических интриг? Я старался защитить Брилл, видят звезды, старался, но допускал, что произойдет нечто такое. Ты не сможешь убить ее.

– О, убить, разумеется, нет. – Александр рассмеялся. – Да и зачем? Одноразовая заложница не принесет пользы. Знаешь выражение «вода камень точит»? Если я убью твою очаровашку, ты погорюешь пару месяцев и с удвоенной силой начнешь клепать свою вафельницу. А вот если я сделаю кое-что другое, ты будешь долго размышлять о смысле всего, что делаешь. К тому же не забывай, что мне нужно обезопасить себя. Видишь ли, я не люблю просто дрейфовать рядом с дикой планетой, в то время как меня ищут ваши ребята. Поэтому я переложу эту проблему на твои, Брайан, плечи. Но дам тебе последний шанс. Верни мне управление и встреться с императором. Он гарантирует тебе жизнь. Куда более обеспеченную, чем ты имеешь сейчас.

Но Кноринг со вздохом покачал головой.

– Ты многого не понимаешь, Александр, как и твой отец. Вы оба слишком категоричны, вы не понимаете целей и средств, которые их оправдывают.

– О, я все понимаю куда лучше, чем ты думаешь. Ладно, Брайан, ты не дурак, ты знаешь, на кого работаешь, поэтому будь по-твоему.

Кноринг внимательно следил за каждым его действием, и как бы ни старался, не мог оставаться равнодушным. Он не зря прятал дочь на дикой планете, если бы Бриллиана не вызывала у него никаких отеческих чувств, он не стал бы ограждать ее от творящегося беспредела. Поэтому шанс ускользнуть еще оставался.

Вряд ли даже Брайан, знавший его весьма и весьма неплохо, ожидал, что Александр возьмет прибор для забора крови и приложит к своей руке. Несколько секунд Кноринг непонимающе хмурился, а потом побледнел.

– Ты псих! – рявкнул он. – Ты ее убьешь!

– Проверим. Если в ней кровь земной женщины, то не убью. А вот тебе придется как следует заморочиться, чтобы сохранить свою девицу. Сам ведь знаешь, что случится, если нас найдут.

Кнорингу оставалось только яростно сжимать кулаки. Александр лишь убедился, что Брайан был бессилен, и ровным счетом никакого влияния не имел.

– Извини, Брай, но это единственный выход для всех нас. Я понимаю, что ты вляпался. Понимаю, почему тебе так важно закончить работу. Но если тебе действительно дорога дочь – верни мне корабль и найди способ встретиться с императором. Пути назад нет, и если убьют меня – погибнет и она.

– Она ребенок!

– Уже нет.

Александр взглянул на все еще безмятежно спящую девушку, в то время как на ее руке обретал очертания изящный, но в то же время простой узор-татуировка. Кожа в месте соприкосновения с иглой покраснела, маленькие капельки крови ярко скатывались на подлокотник кресла.

Мужчина зашел за ее спину и несколькими легкими движениями убрал волосы, обнажая шею и ключицу. Кожа на ощупь показалась удивительно нежной и теплой.

– Ты знаешь, что будет дальше, ты очень хорошо это знаешь, верно? Ты допустил большую ошибку, теперь от тебя зависит ее судьба. Или она станет принцессой, или будет заложницей, которая пойдет на все, чтобы оказаться в объятиях похитителя. Как по мне, выбор однозначный. Управление кораблем и сотрудничество с императором – вот моя цена. Прощай, Брайан, – холодно произнес мужчина. – Делай свой разумный выбор и молись, чтобы моего мастерства хватило защитить твою дочь.

С этими словами Александр отключился и в полной темноте опустился в ближайшее кресло. Сделанного не вернешь, Бриллиана Кноринг теперь связана с ним навечно.

Он, на самом деле, не верил в такой исход. Сначала блефовал, неверно оценив возможности Кноринга. Потом думал, что прервет процедуру, едва возникнет прямая угроза жизни девушки, но… Она даже не проснулась. Монитор демонстрировал идеальные показатели, с такими данными ее взяли бы без особых проблем даже в армию. Она спокойно спала в кресле, не подозревая, что в этот момент к ее крови примешивается другая, разносится по организму, создает прочную связь с одним из последних дгнарнов в галактике.

– Что в тебе такого? – задумчиво пробормотал Александр.

Но вряд ли кто-то мог дать ответ.

Сколько он так просидел, не смог бы сказать. Очнулся, когда система подала сигнал о завершении и отключилась. Питание так и не восстановилось, но счет пока что шел не на часы. У Брайана будет время подумать и, раз уж пришлось зайти так далеко, следует использовать все возможности.

Эмирт сделал несколько снимков спящей Бриллианы, затем крупно взял новую татуировку, закрытую заживляющей повязкой.

Когда Александр снова взял девушку на руки, почувствовал легкий весенний аромат, исходящий от ее волос. Запах земных цветов – наверняка молодая девушка выбрала именно их – оказался неожиданно приятным, хотя мужчина и не испытывал какого-то трепета перед дикими мирами, в отличие от своей матери.

В комнате, когда Бриллиана уже лежала в постели, он сделал еще несколько снимков и затем отправил их Кнорингу. Если и это не сработает, то им действительно придется туго. Не сказать, что у него не было запасного плана, в конце концов можно в спасательной капсуле спуститься на Землю и попробовать скрыться там. Но миссия будет полностью провалена, вряд ли ему удастся скрыться вместе с Бриллианой.

– Сочувствую, – хмыкнул он, наблюдая за спящей пленницей, – у тебя и отец скотина. И муж теперь тоже.