Леди-дракон. Факультет оборотничества

© Пашнина О., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2015

Глава первая. Драконья Академия

Приемная комиссия рассмеялась мне в лицо.

Наверное, это не очень вписывалось в рамки поведения педагогов Драконьей Академии Лесного, но в чем-то я их понимала. Ну представьте, приходит к вам девица ростом метра полтора, сообщает, что она – дракон, и заявляет, мол, хочу у вас учиться. Да не на кого-нибудь вроде Зрячего или Погонщика, где девушки хоть и редко, но все же случаются, а на рейсового дракона.

Всем известно: драконами-оборотнями могут быть только парни. Девушкам, из какого бы рода они ни происходили, такой дар не передается. Но с другой стороны, все это были наблюдения магов, заключения различных академиков. А никак не мои. Мне-то куда податься, если такая способность уже нарисовалась? Только в Драконью Академию, что я и сделала. Так что смех и улыбки некоторых членов приемной комиссии выглядели, на мой взгляд, крайне неуместно. Вы, господа, сначала абитуриентку зарегистрируйте, вступительные испытания проведите, а потом уже смейтесь. Я-то к экзаменам подготовилась основательно.

– Девушка, идите домой. – Один из тех, кто смеялся, махнул рукой. – Вы нам не подходите.

– Насколько мне известно, – я изобразила самую очаровательную свою улыбку, – существует регламент. Я подала заявку и должна сдать вступительные экзамены. Я хочу их сдать.

– Но… но на факультете оборотничества учатся только молодые люди! Девушка не может…

– Я – могу, – спокойно ответила и повернулась к другому члену комиссии, дабы стало понятно, что разговор окончен.

– Что ж, – табличка перед этим мужчиной гласила, что это декан факультета оборотничества, – вы правы, госпожа Инеевая. Возьмите ваш номер.

Он протянул мне картонку с номером «44». Хороший номер, красивый. Может, удача мне улыбнется и я сдам.

– Испытания состоят из трех этапов. Первый – общеобразовательный, двадцать вопросов, времени – час. Второй – общемагический, также двадцать вопросов и также час времени. А третий и самый сложный – уже факультетский. Вы должны будете продемонстрировать умение оборачиваться и умение владеть второй ипостасью. Уверены, что не передумаете?

Я улыбнулась. Мне понравился этот мужчина. И, разумеется, я о нем знала почти все. Ради него я приехала в Лесной. Ради того, что он мог мне дать. Всякий, кто поступает на факультет оборотничества, должен знать о Карле Медном. Магистр происходит из древнего рода, из которого вышли все основатели Драконьей Академии. Имеет научную степень в области драконоведения, руководит факультетом больше пяти лет. Тридцать пять, не женат. Вторая ипостась – облачный дракон.

И в дополнение – хорош собой и отличается изысканным вкусом.

– Уверена! – бодро кивнула я, взяла листочек с номером и под удивленными взглядами членов приемной комиссии проследовала к остальным абитуриентам, ждущим начала испытаний.

На меня поглядывали недоверчиво, снисходительно и оценивающе, перешептывались, только что пальцами не показывали. Немудрено. В многочисленной группе, состоящей почти полностью из парней, я разглядела еще двух-трех девчонок, не больше. И, похоже, мои потенциальные сокурсники уже знали, на кого я собираюсь учиться.

– Это правда? – вдруг спросил худосочный парень, нервничающий так сильно, что листочек в его руке дрожал, как осиновый лист на ветру. – Ты поступаешь на драконий?

– Правда.

– Обалдеть! – выдал абитуриент и умолк, во все глаза меня рассматривая. – И ты правда можешь оборачиваться?

– Могу. Я ледяной дракон.

– Так не бывает! – авторитетно заявил парень.

– А вот и бывает. На испытаниях увидишь.

Знал бы он, сколько за свою жизнь я слышала «так не бывает!» и «ты все врешь!». Уже и не реагирую, хотя в детстве, бывало, дралась из-за этого. Теперь, к восемнадцати, выработался иммунитет. Я просто предлагаю неверящему убедиться самому. После этого, как правило, желающих поспорить не находится.

– А я второй год поступаю, – доверительно сообщил парень. – На Погонщика. Первый раз провалился. Думаю, в этом наберу нужное количество баллов. В целом поступающие довольно слабые. Конечно, с нами сдает Сероглазый, но, кроме него, «звезд» нет, так что…

– Кто такой Сероглазый? – не поняла я.

– А, Клэй. Лучший в этом наборе. Окончил школу при академии. И отец у него был Погонщиком. Он будет первым, это знают все. Кстати, он в первом потоке пишет. Скоро будут известны результаты.

Все оценки абитуриентов появлялись на большом листе пергамента, что висел в комнате ожидания. Сейчас там, напротив ряда фамилий, стояли нули. Но время экзамена для первого потока подходило к концу, вот-вот должны были объявить результаты. Работы проверялись почти мгновенно.

Этот момент я прозевала. Отвлеклась на что-то за окном, а когда раздались торжествующие вопли, повернулась к спискам.

И правда, на первом месте в рейтинге гордо обозначился некто Клэй Сероглазый. С неплохими тридцатью восемью баллами. Всего две ошибки в двух тестах… что ж, меня первые места никогда не интересовали, меня больше волновали низшие баллы. В этом году норма набора была двадцать человек в каждую группу: Зрячие, Погонщики, Следящие, Драконы-оборотни.

Тесты все сдавали вместе, но в списке особыми значками были обозначены разные факультеты. Высший балл за теорию был сорок, а низший – двадцать шесть. Что ж, уложусь в этот диапазон – пройду в следующий тур. Нет – буду искать работу, чтобы остаться в Лесном и попробовать поступить в следующем году. Домой я в любом случае не вернусь.

– Второй поток, пройдите на испытания! – по комнате пронесся магически усиленный голос председателя приемной комиссии.

В комнату как раз запустили последних, подавших заявки, и мы все вместе прошли в учебную аудиторию, дверь в которую располагалась напротив входной. Я выбрала стол у окна, тот, на который не падали лучи яркого августовского солнца, села и глубоко вдохнула.

Воцарилась тишина, абитуриенты напряглись. И когда на столах появились пакеты с заданиями, принялись распечатывать их. Я взглянула на свой. «Вил Инеевая» – было написано на пакете. Внутри четыре листа. Два с заданиями, два для ответов. С печатями и подписями приемной комиссии. Я тоже должна была расписаться, что к целостности пакета и качеству бланка заданий претензий не имею, и можно было приступать. Часы на стене отсчитывали наше время. Ровно два часа…

…по истечении которых я чувствовала себя так, словно меня пережевал и выплюнул дракон. А ведь еще светили испытания практические! Как оборачиваться-то, когда выжата как лимон?

Но как мне кажется, теорию я не завалила. Ответила на все вопросы. Кое-где, конечно, сомневаюсь, но, главное, в целом и общем ниже двадцати шести я вроде набрать не должна. Может, повезет, и буду где-нибудь в середине списка. И тогда на практических испытаниях можно особенно не напрягаться. Обращение мне всегда дается легко, а вот с контролем могут быть некоторые проблемы. Если попросят показать что-то особенное, конечно.

Ладно, не будем думать об этом. Испытания для прошедших в третий тур, а таких будет человек сорок – те, кто набрал достаточно баллов, начнутся через пару часов. У меня есть с собой немного денег, перекушу и успокоюсь. Поспать не удастся, но, глядишь, если поступлю, сниму комнату в каком-нибудь пансионе или на постоялом дворе и отдохну. И почему у такой престижной академии нет собственного общежития?

Нас выпустили через другие двери в большую и прохладную комнату, где стояли графины с водой, которые абитуриенты с удовольствием осушили за пару минут. А когда на таком же, как и в комнате ожидания, пергаменте появились результаты, меня едва не затоптали, хоть народу было и не так уж много.

– Что за бред! – возмутился ближайший ко мне парень.

Я все-таки протолкнулась к списку и нашла свою фамилию… на первом месте! Я едва удержалась, чтобы не завизжать. Кажется, поступила! Набрала тридцать девять баллов, обошла этого Сероглазого. И теперь уже почти неважно, что я наберу на вступительных третьего этапа.

Я быстро посчитала. За третий этап тоже можно получить двадцать баллов. За успешное обращение дают десять и десять за управление ипостасью. Если я даже получу всего десять – а я их получу, – то в сумме буду иметь сорок девять баллов. А если последний из двадцатки вероятных претендентов (им по-прежнему оставался парень с двадцатью шестью баллами) наберет максимум, у него будет сорок шесть! Я в любом случае поступила!

Облегчение нахлынуло мгновенно. Не придется выслушивать шуточки и насмешки, не придется думать, как дальше жить. Я – студентка! Студентка Драконьей Академии, факультета оборотничества.

– Поздравляю! – Из толпы вышел тот самый парень, с которым мы познакомились в комнате ожидания. – Считай, прошла.

– А ты? – поинтересовалась я.

– Нет. – Он тяжело вздохнул. – Двадцать пять.

– Сочувствую. Самое паршивое: балла не хватило.

– Ага, – согласился парень. – Ну, в следующем году попробую. А пока еще на мать поработаю, она в конце концов и не гонит меня учиться. Наоборот, рада, что я семейное дело продолжаю.

– Что за дело?

Я быстро искала в сумке ручку, чтобы записать, куда и когда надо явиться на следующий этап испытаний, и слушала краем уха.

– У нас пансион. «У Домашних» называется. Фамилия такая – Домашние. Я – Найк Домашний, а…

– Комнаты сдаете? – Я вскинула голову.

Найк растерянно кивнул.

– А на полгода сдадите?

– Надо у матери спросить, есть ли свободные. У нас вообще-то много студентов из академии живет. Или останавливаются, когда приезжают поступать. Но те, кто не добрал, – Найк вздохнул, – сегодня уедут. Вот комнаты и освободятся.

– Пошли, может, спросим? – предложила я. – У меня до третьего тура есть еще время. А ты ж сам видел, я гарантированно поступила. Так зачем время терять? Жить-то мне где-то нужно!

– Пошли, – легко согласился Найк. – А где твои вещи?

– Оставила в камере хранения, в «Драконьих Авиалиниях».

– А я думал, если ты дракон, – удивленно округлил глаза парень, – то и прилетела сама.

– Ты что? Зачем силы-то тратить! На испытаниях еще оборачиваться. Нет, я на драконе прилетела. Если твоя мать сдаст мне комнату, перевезу вещи. Кстати, меня зовут Вил.

– А просто снять дом или апартаменты не хочешь?

Мы вышли из здания академии на залитую солнцем улочку, прошли через аккуратный каменный мостик и направились к торговой части города, где расположились палатки, магазины, таверны, небольшие гостиницы и постоялые дворы. Мне нравилась эта суета, я терпеть не могла находиться в одиночестве. Кареты – пережиток прошлого, но такой красивый! – то и дело проезжали мимо нас, вокруг слышался смех. Народ в предвыходной теплый денек выбрался на улицу. Может, после испытаний прогуляюсь и я.

– Безопасней жить в пансионе. У вас же есть охрана?

– Конечно! Мои братья за этим следят, у нас все строго.

– Ну вот, а если снять дом, любой запросто к тебе вломится. Или в апартаменты. Никогда не знаешь, что может случиться. Да и готовлю я из рук вон плохо. Мама говорила, мне лучше жить там, где есть возможность заказать себе поесть. Иначе я умру с голода.

– Твои родители, наверное, очень богаты, – уважительно произнес Найк.

– Да, жилье и питание влетят в кругленькую сумму. Но папа проспорил. Мы устраивали драконьи гонки, и, если я выигрывала, он должен был мне желание. Вот и проиграл однажды мою учебу. Так что на ближайшее время я обеспечена.

– Можно я приду посмотреть? – спросил Найк. – Как ты будешь оборачиваться и как проходят испытания?

Я пожала плечами.

– Если разрешат. Я не против.

– В прошлом году пускали всех, – развеял Найк мои сомнения. – Так расскажи, чем занимаются твои родители?

– Ну-у-у… они владеют землями на севере. Давно. Там наши родовые поместья, так что недостатка в средствах нет. Твоя мать может не беспокоиться.

Она и не собиралась беспокоиться. Меня на постоялом дворе «У Домашних» встретили действительно по-домашнему. Расспросили обо всем, накормили и сдали неплохую комнату на втором этаже. Она была небольшой, но уютной. С цветастыми занавесочками, односпальной кроватью, укрытой покрывалом явно ручной работы. С личной ванной комнатой и большим шкафом для вещей. Слышимость, к сожалению, была довольно хорошая, но меня заверили, что шумно по вечерам внизу, в ресторации, только в выходные, так что заниматься это мне не помешает. Недолго думая, я внесла половину суммы за проживание и питание и пообещала после вступительных испытаний перевезти вещи.

Одна только проблема обнаружилась, когда я подписывала договор на комнату. Посмотрев мои документы, госпожа Домашняя нахмурилась:

– Вил, мне нужно письмо от твоего отца или матери с разрешением на проживание и финансовой гарантией.

– Зачем? – не поняла я вопрос матери Найка.

– Ты ведь еще несовершеннолетняя?

– Да. И что? Но у меня есть счет в банке. И наличные.

– Не знаю, как на севере, но у нас в Лесном порядки строгие. До совершеннолетия все счета детей оплачивают родители. Ну, или гарантируют эту оплату. Письмо от господина или госпожи Инеевых эту гарантию нам даст. А иначе мы не сможем тебя поселить.

– Хорошо. Нет никаких проблем. Я свяжусь с родными сегодня, и они пришлют мне нужную бумагу.

На этом госпожа Домашняя успокоилась. Выдала мне ключи и отправилась готовить еду. Скоро народ начнет возвращаться с работы, потянутся желающие вкусно поужинать и отметить окончание рабочей недели.

– Пойду пораньше, – сказала я. – Разведаю обстановку и куплю пергамента для письма. Не думала, что понадобится разрешение на проживание.

Мать Найка, полная кудрявая блондинка, сладко улыбнулась мне из-за барной стойки.

Третий этап вступительных испытаний проходил на специальном полигоне. Академия тесно сотрудничала с компанией «Драконьи Авиалинии», и та предоставляла для занятий один из своих полигонов, запасной. Там, когда мы с Найком пришли, уже была установлена большая ширма, за которой мы и должны были оборачиваться, дабы не смущать зрителей и комиссию своей наготой. И несколько простых сооружений: посадочная площадка, чтобы показать, как мы приземляемся, кольцо, чтобы продемонстрировать точность полета, небольшие столбы, меж которыми нужно пролететь, не задев ни одного, и мишень – для тех, кто имеет боевые способности. Не так уж и сложно, как я думала. Справлюсь!

– Вон там списки. – Опытный Найк знал, что и где висит. – Посмотри свой номер и время испытания. Тебя вызовут, пойдешь сразу за ширму, ничего говорить не надо.

Я улыбнулась парню и приблизилась к спискам с нехорошим ощущением. Так и есть! Первая! Этого следовало ожидать, я ведь лучше всех справилась с тестами. А может, победило любопытство. Всем хотелось посмотреть на девушку-дракона. Что ж, первой сдашься – первой будешь свободна. Тем более что и напрягаться мне не надо. Достаточно просто обратиться, и я зачислена!

– Госпожа Инеевая, вас вызывают для прохождения вступительного экзамена на оборотнический факультет! – пронеслось над полигоном, и я вздрогнула.

Голос у Карла Медного был очень звучный.

Волнение, которое совершенно не вовремя вдруг овладело мной, не могло помешать обороту. Как и взгляды нескольких десятков пар глаз. Я, между прочим, собрала аншлаг! Посмотреть на меня явилась толпа народу. Конечно, их было бы куда больше, не сдавай в это же время экзамены факультеты Погонщиков, Зрячих и Следящих.

Я зашла за ширму и нервно усмехнулась. Вся толпа явно ожидала: получится у меня или нет. Пальцы, расстегивающие платье, чуть дрожали. И когда я осталась обнаженной, прохладный ветерок заставил поежиться. Но потом, когда накатило знакомое чувство оборота, я перестала обращать внимание на внешние раздражители.

По позвоночнику пробежала дрожь. Картинка перед глазами словно подернулась туманом, сделав краски менее яркими. Холод на миг сковал тело, снежный ураган захватил меня в кокон, я подняла руки над головой. И через миг оттолкнулась от земли и взмыла в воздух. Сделав круг над полигоном, я нашла табличку «старт» и устремилась к ней. Для начала кольцо. Его я чуть задела, не успев вовремя прижать крылья, и наверняка потеряла пару баллов. Неважно. Туннель из брусьев я тоже прошла успешно, под одобрительные крики кого-то снизу. Но, к сожалению, не успела как следует набрать сил для ледяного дыхания. Пришлось развернуться, сделать дополнительный круг (опять потеря баллов) и… все равно промахнулась, лишь задев краешек мишени. Почти на автомате уселась на посадочную площадку и тяжело вздохнула, почему-то насмешив комиссию и зрителей.

Медный кивнул, разрешая мне вернуться за ширму.

Оборачиваясь в человека, я вскрикнула. Это всегда несколько неприятно. По всему телу ощущение, будто ты сначала замерз до ужаса, а потом оказался в теплой комнате, снял с себя всю одежду и растираешься, чтобы согреться. Все чешется, краснеет и болит. Так что, застегивая платье, я сквозь зубы ругалась. И вышла оттуда красная, как спелая клубничка. А вот интересно, есть среди остальных абитуриентов ледяные драконы? Хотя они вроде не водятся здесь, на юге.

Собравшиеся зааплодировали и засвистели, едва я подошла к комиссии. Но господин Медный быстро всех унял, красноречиво подняв руку. И улыбнулся мне.

– Семнадцать баллов. Это хороший результат, госпожа Инеевая. Поздравляю.

– Спасибо, – пробормотала я, пожимая руку декану теперь уже моего факультета.

Пожалуй, моя краснота могла сойти за смущение и румянец от радости поступления.

– Поступила! Поступила! – заорал Найк, едва мы вошли.

Я устало улыбнулась.

– Поздравляю. – Мама Найка поставила передо мной ужин.

– Она вторая в рейтинге из всего набора! Клэй Сероглазый обошел ее всего на два балла! – возбужденно делился впечатлениями парень. – Это было так круто! Мам, ты бы видела, какая она драконица!

Какая-какая. Обычная. Метра три в длину, совсем еще небольшая. Красивая, пожалуй, эти ледяные пластины на моей морде и шипы на спине эффектно смотрятся. Да и белоснежная шкура – редкость в Лесном. Но и не более. Те же облачные в воздухе гораздо лучше и маневреннее, подземные выносливее, лесные проще в обращении, огненные… э-э-э, с огненными проблема, ибо обучаются они еще севернее наших земель, у ледников. Только там можно давать выход их энергии. Правда, деревни в предгорьях постоянно затапливает талой водой из-за их огненного дыхания.

Я зевнула над тарелкой гуляша. И поняла, что скоро свалюсь с ног от усталости.

– Ой, багаж забыла! – хлопнула себя по лбу.

– Давай, я схожу с утра! – тут же вызвался Найк. – Мне не сложно! Мам! Я же пойду за мясом на рынок, там недалеко!

– Конечно, сходи, – отозвалась из-за стойки госпожа Домашняя. – И еще захвати черники. Один из постояльцев попросил на завтрак кашу с черникой.

– Что за постоялец?

– Парень один, тоже первокурсник, оплатил комнату за семестр вперед. Да, не просто найти в городе хорошее жилье. Но мы своих гостей ценим. А если будут на длительные сроки заселяться, будем немного цену сбавлять, вон как для Вил, например. Кстати, ты со своими связалась?

– Сейчас. – Я снова зевнула. – Поднимусь к себе и напишу им. Утром ответ будет.

– Хорошо. Ты не убирай со стола, я сама.

– Тогда я, пожалуй, пойду спать. Устала.

Я вяло махнула рукой Найку, впрочем, преисполненная благодарности за обещание забрать багаж. Да и вообще, за компанию. И проблема с жильем благодаря Найку решилась сама собой. Может, мне повезет и у меня появится первый друг в этом незнакомом городе?

В коридоре было тихо, ни из-за одной двери не доносилось никаких звуков. Странно. Вообще время было детским, я просто слишком вымоталась сначала в дороге, потом на письменных экзаменах, а потом и на обращениях. И ведь действительно в общем рейтинге чуть-чуть не обошла этого Клэя. А уж на своем факультете, конечно, первая. И кто там говорил, что девочек-драконов не бывает? Что я не смогу учиться в академии? Досужие сплетни, не более.

Я поднялась к себе и сбросила платье. Быстро помылась, не обращая внимания на почему-то холодную воду. Не ледяной драконице бояться холодной водички. А потом забралась в чистую и прохладную постель. И даже застонала, вытянув, наконец, уставшие ноги. Неудобные туфли следует сменить. Но это позже. Может, завтра попрошу госпожу Домашнюю подсказать, где можно разжиться одеждой и обувью. С севера я привезла мало вещей, погода там разительно отличалась от здешней. И, разумеется, стоит приобрести все необходимое для учебы.

Из рюкзака, с которым я ходила поступать, вытащила листок пергамента для писем. Выводя завитушки, написала красивым женским почерком:

«Я, Лорелей Инеевая, разрешаю своей дочери Вил Инеевой жить в Лесном, в пансионе «У Домашних», беру на себя все заботы о ее счетах и гарантирую своевременную оплату за все услуги». Подпись, дата.

Все, теперь можно спать. Самое главное, что я поступила. Об остальном еще успею позаботиться.

Глава вторая. Сероглазый нахал

Первое, о чем, проснувшись утром, подумала, сколько же всего произошло вчера: восьмичасовой перелет, письменные экзамены, обращение. Но главное – я поступила! Да еще как: став второй в общем рейтинге академии. Недурно для девушки с севера.

Сегодня предстояло сделать многое: купить кое-что из одежды, все принадлежности для учебы, распаковать багаж – его Найк, как оказалось, оставил у двери, привязав простеньким заклинанием. Втаскивая сумку в комнату, я поразилась: как только волокла эту тяжесть в одиночку. Потом умылась освежающе холодной водой, надела второе и единственное летнее платье и достала из сумки небольшую, накрепко завернутую в бумагу шкатулку.

Возможно, оставлять ее в комнате было не лучшим решением, но и таскать с собой – не вариант. А если кто-нибудь случайно увидит?

Шкатулка до сих пор пахла свежим деревом, несмотря на то что ей было почти восемнадцать лет. Простая, светлая, с незамысловатой резьбой на крышке. Мама говорила, эту шкатулку сделал ей отец в один из долгих северных вечеров. Он любил что-то мастерить, говорил, это успокаивало. Шкатулка – все, что у нас от него осталось. И мамины украшения, которые теперь стали моими. Сережки из горного хрусталя болтались у меня в ушах, а вот остальную часть комплекта – кольцо с крупным камнем и длинную золотую цепочку, я хранила в шкатулке. Они все равно смотрелись на тощей бледной девице глупо.

Но было там еще кое-что, о чем я предпочитала не думать, но хранила пуще всего, что имела. Небольшой прозрачный кристалл на простом бархатном шнурке с массивной серебряной застежкой. Шнурок был мне немного длинноват, так что камень надежно скрывался под платьем. Я ощутила его прохладу и поежилась. Будь моя воля – не прикоснулась бы ни за какие блага! Но так безопаснее. Не хватало еще оставить его в комнате.

Шкатулку я убрала в самый дальний угол шкафа, завернув в теплый свитер. Он мне еще долго не понадобится, а может, и вообще не придется надеть. Здесь, говорят, зимы очень мягкие, теплые. Снег, конечно, идет, но что для меня, выросшей в краю вечных льдов, легкая поземка. Так, ерунда. Интересно еще, как я драконом себя поведу. Вчера все прошло неплохо, но стоит показаться драконьему лекарю, может, выпишет какие-нибудь витамины.

Кстати о витаминах. После северного климата Лесной кажется мне жарким южным городом. И кожа, не привыкшая к солнцу, может серьезно пострадать. Забавно распорядился Высший: на севере острая нехватка солнечного света и в то же время он такой яркий, что можно повредить глаза. А здесь на солнце можно смотреть в очках, но на коже после длительного пребывания остаются ожоги.

Пришлось натереться специальным кремом, приобретенным еще в столице Плато. Он приятно пах мятой и освежал. Покончив с утренним туалетом, я, не забыв прихватить якобы уже пришедшее магической почтой «мамино» разрешение, отравилась на завтрак.

Утром пансион выглядел куда более оживленным. Снизу доносились звуки кухни, гомон посетителей. Из-за закрытых дверей комнат раздавались то плеск воды, то смех. В окна, располагавшиеся в двух концах коридора, бил яркий утренний свет. Я даже замедлила шаг, наслаждаясь этой действительно домашней и уютной атмосферой. Именно здесь мне предстоит провести ближайший год.

– Леди-дракон! – Я сначала услышала голос и только спустя несколько секунд поняла, кому он принадлежит.

Этот парень не страдал неуверенностью в себе. В коридор он вышел в одних черных тренировочных штанах и теперь стоял, лениво опершись о косяк, и рассматривал меня, как неведомую зверушку. Лицо с высокими скулами, темные волосы были подстрижены коротко, на одном плече замысловатая татуировка. Мм-м, вполне себе симпатичный…