Параллельные миры – one. Огонь и пламя

Рутру аж передернуло, причем и того, что на экране, и того, кто смотрел. Он решил немного подыграть, якобы он все знает и в курсе всего. Сам же думал: почему он, не проверив технологию, отправил свое сознание… даже сам не смог ответить, куда отправил… И все же он надеялся, что это не настоящий мир, что это все же виртуальная реальность. А если все натурально…

– ИуЛия действительно ведет дипломатию между мною и ЯтСан, только вот сейчас я уже думаю – с каким интересом. Скорее всего, она использовала и меня, и Мелкого, и ЯтСан, чтобы добиться чего-то для себя.

– Отлично. Наконец-то. И это правильно с ее стороны. Да, да. А что – кто-то делает не так? Она же негрубо. Я пару бесед ее прослушивал. Да, действительно она ломает ваши отношения в угоду себе, но ты молодец, не отступил, и теперь она, понимая, что потеряет вовсе всю связь, решила наладить твои отношения, ваши отношения… между тобой и Мелким, а главное – между тобой и ЯтСан.

– И не боится же.

– А чего ж ей бояться? Она аккуратно. Там то сказала, тут это посоветовала. Всем улыбается. А главное – ты один из ее лучших друзей. Она чувствует твое плечо. Хоть немного, но чувствует. А женщине это ох как важно.

– Вы так говорите, товарищ адмирал, как будто сами это пережили.

Рутра немного засмеялся. Адмирал же посмотрел на него тупо.

– Ты что, Рутра, белены объелся? Что с тобой? Товарищ адмирал? Подколол? Или мы на официальном приеме? Дядя Миша вообще кто тебе? Адмирал? Если так, то я начинаю сомневаться в вере в тебя.

Рутра понял свое незнание положения в этом мире. Одумавшись, все представил в шуточном виде. Сел рядом с ним и в дружеской манере сказал:

– Да я че-то замандражировал, думал, может, кто прослушку того… Ждал от в… Туплю опять. От тебя сигнала ждал.

– Да все норм. Власть у нас – была, есть и будет. Мы всегда придумаем какую-нибудь систему. Главное – дать просящему возможность просить. Необязательно дело все делать самому, можно внушить другим, что оно благое, чтобы они делали это. Например, религия. Ведь люди сами хотят открывать церкви и подобное, сами хотят давать пожертвования. Второй вариант – коммунистический, все забрать или построить руками народа, которому ничего не принадлежит. Управлять всем с помощью контор, мол, если что не так, то придет капиталист и вас заставит работать, хотя люди сами хотят работать, ведь они уже рабочие, а так есть хотя бы вариант стать собственниками. Третий вариант – ничего не внушать религиозного, а просто сказать: нужно платить налоги, чтобы была стабильной медицина, армия и учеба. Сейчас меня интересует это твое устройство – симулятор машины времени. Как это?

У Рутры на секунду в мозгу была пауза, он пытался понять, что же ответить, как неожиданно для себя «узнал» тему. Мало того – он понял для себя истину: «Ничего нового-то я там не придумал. Знал же все и здесь я. А может быть, это закономерно».

Немного более вольготно расположившись в кресле, он в дружеском тоне стал объяснять.

– Машина времени – это такое устройство виртуальной реальности, где ты можешь встретиться с цифровой копией умерших и на основании симуляции их поступков прожить с ними какой-то период жизни.

– Да твою ж богородицу. Надо ж такое представить, да еще и сделать. Ну ты фантазер. Не зря, не зря тебя под колпаком держали. Мы-то знали, что ты творишь, какие разработки. Да, да. Мы за тобой следили.

Рутра почесал макушку, думая про себя: «Ну расскажи же, чем таким эпическим я тут занимался». На его радость дядя Миша «признался».

– Когда разрабатывал конвертер мыслей в фотоны и не хотел об этом говорить властям. Этим властям. Хотел выехать в другую страну, где тебе заплатили бы. Ты не выходил в интернет, да, только комп твой был подключен к сети. Не имело значения, что не отправлял письма, мы и так все видели. Хотя ты красиво все закрутил, красиво. А эта твоя методика с продлением жизни, с омоложением – отдельный шедевр. Я говорил, говорил, давайте заплатим, такой человек у нас. А они решили, что только им царствовать вечно. Так что, родной, такие дела, я тебя защитил, я тебе помог, теперь твоя очередь позаботиться о дяде Мише. Давай рюмашечку – и, как говорится, начнем.

Адмирал достал из тумбочки две рюмки и бутылку коньяка.

– Начнем с барских замашек. Надо входить в роль. Народ любит богато жить, а у жадного президента и народ прозябает, – с этими словами он поднял рюмку, взглядом сигнализируя Рутре сделать так же.

Они выпили тонизирующий напиток залпом.

Дядя Миша, помахав указательным пальцем в воздухе, продолжил, было ясно, об ИуЛии.

– Ты, раз набрал такую команду, будь добр – не подводи нас. А то ты их везде защищаешь. А они шашни крутят тут.

– Ты же сам сказал – это нормально.

– Нормально, если она тебя лично хотела, а потом уже, сделав ставку на тебя, воспользоваться всем тем, чего добился ее мужчина.

– А разве не так?

– Тот, кто бегает и постоянно маячит между пристанями, и от тебя убежит.

– Может, она хочет найти уже окончательную пристань. Тихую гавань.

– Может, но явно не тихую.

Они засмеялись оба.

– Вот ЯтСан. Она другая, дай ей хороший причал – так она станет директором порта.

Они опять засмеялись.

– А что – другая не так сделала бы?

– Да, пожалуй, так. И это правильно!

Он опять сказал последнее, подняв указательный палец вверх и покачав им. Потом наполнил рюмашку коричневым напитком, аромат которого уже витал, словно джин, вокруг.

– ИуЛия – самый… один из самых активных участников программы. И при всех ее косяках – она ведущая. На нее можно положиться. А то, что она хочет славы и денег, – это да. С этим я согласен… в плане, как ты сказал.

Адмирал посмотрел на него вопросительно.

– Ну то, что это правильно.

– Это правильно для всех. Но не переметнется ли она? И дай ей понять о своих к ней сугубо дружеских отношениях. Ну есть у тебя виды на ЯтСан – так пусть будут. Только обозначь позиции. Чтоб никто не питал ненужные надежды, а если той дал надежду – так иди до конца. Как народу: дал надежду на перемены – так иди. Думаешь, народ совсем волшебный, думаешь, с ним легко? Или, думаешь, они верят в то, что ты дашь им рай? Нет, конечно. Все хотят шанс. Возможность попробовать сделать что-то, проявить себя. Кроме прочего – у твоей ИуЛии есть темы, которые она ведет с другими членами группы. Я имею в виду те группы, куда входит и Мелкий, и ЯтСан.

– Что же она делает?

– Она их использует сугубо для достижения своей цели.

– С кем еще?

– Есть у нее несколько лиц, о которых частично знает ЯтСан, а о других – Мелкий. Как бы часть из них известна обоим, а часть – только кому-то одному из них.

– Во дает.

– У нее есть еще подруга. Довольно-таки симпатичная особа. Что их объединяет – пока трудно понять. По картотеке она у нас проходит под кодовым именем «чужестранка». Давай еще по рюмашке – и вперед, народ собрался у входа, ждет своего героя борьбы с режимом…

Рутра вышел из полицейского участка в сопровождении двух сержантов. На улице собралась внушительная толпа, она стала кричать, бросать через забор букеты цветов. Многие, вцепившись в железные пруты забора, трясли его с криками: «Свободу мессии! Я хочу вечной жизни!» Полицейские, испугавшись толпы, не стали провожать его до ворот. Как только Рутра вышел за территорию, его посадили в кресло, стилизованное под трон, подняли и на руках понесли. Рутра не мог понять, что происходит, а главное – за какие заслуги. Вдруг в голове появился звук – это был голос ИрЭн.

– Добрый день, Рутра Тигрович.

– Привет, ИрЭн.

– Как вам здесь?

– В смысле – здесь?

– Это я, ИрЭн, из организации «Сфера».

– А как так?

– Я временно блокировала их ИИ, их искусственный интеллект, мою копию, ИрЭн местную.

– Как?

– Вы в теле местного Рутры, того, кто живет в этом мире, у него была связь с ИрЭн. Связь запутанных пар сохранилась. Я на самом деле нахожусь там на объекте «Сфера».

– Вообще запутался. Все это реально? Эксперимент получился? Эти миры – это реальность?

– Слушайте, что я вам скажу, запоминайте. Вы известный ученый и общественный деятель. У вас много патентов и изобретений. Ваше главное открытие и изобретение перевернуло сознание людей. Многие годы вы пытались добиться разрешения и государственной поддержки вашего метода омоложения.

– Что за метод?

– Вы клонировали вилочковую железу человека и успешно ее пересаживаете пожилым людям.

– Какой эффект? Они молодеют?

– Да.

– И что?

– Люди перестали умирать естественной смертью.

Рутру трясло, он боялся упасть. Услышав такое, его и вовсе посетил страх. Куда они его несут, а главное – кто это? Ведь несли его люди молодые. Он пытался их рассмотреть повнимательнее. Не зная моды в этом мире, ему трудно было определить возраст этих людей.

– Куда они меня несут?

– В стране социальный кризис. Страна на грани гражданской войны. Власти запретили ваш метод, засекретили его и использовали в своих целях.

– Как?

– Это выявили, когда вычислили шпионов. Они омолаживали завербованных.

– Нетрудно догадаться, что долго не приходилось уговаривать стать шпионом взамен на омоложение.

– Вы правы.

– Дальше?

– Появились фонды, движения в других странах, добивающихся раскрытия метода.

– Не договорились?

– Не договорились. Только в интересах друг друга сильные мира сего. Это взорвало мир. Вы понимаете, какое это дает преимущество одних перед другими. Мир на грани ядерной войны. Все очень напряженно. Вы были под домашним арестом. Вторая ласточка вылетела, когда адмирал, с которым вы беседовали, сделал достоянием общественности информацию о секретном центре «Сфера», где узкому кругу лиц из властных структур и олигархов проделывали это пересаживание. В этом мире тоже есть тайная организация «Сфера». Рутра Тигрович, это ваша теория, воплощенная в жизнь. Миры параллельные, здесь многое одинаковое, а некоторое – и вовсе точь-в-точь.

– Власти знали, как осуществить мою методику?

– Да, они изъяли все ваши материалы, документы, разработки. Кроме того, вам поначалу они дали возможность проводить работы. У вас тут команда. Каким образом вы познакомились – я не смогла по событиям прошлого распознать. Только нашла вашу связь с ней в некой групповой интеллектуальной игре «Приколы Ягодзинского». Ваша команда вам помогала, помимо профессиональных медиков.

– А в чем?

– Этого я точно не могу определить. Вы постоянно очищаете все базы данных, архивы и историю. Только нашла в базе некой ИуЛии материалы вашего открытия, методы работы по клонированию и пересадке. Все ваше ноу-хау.

– Кто она мне, почему я ей это передал?

– Вы хорошие друзья. Кроме того, она подруга ЯтСан, с которой у вас сложные отношения.

– Насколько сложные и как это повлияло на события в стране?

– Вы были влюблены в нее, а до этого тепло дружили с ИуЛией. ИуЛия заревновала вас к подруге и пыталась испортить отношения.

– Ты откуда это знаешь?

– Я всю информацию из их мозга скопировала. Вернее, местная ИрЭн.

– Что в итоге? Куда меня несут?

– Вы не видите? Вас несут в Кремль. Силовики, узнав всю правду, перешли на вашу сторону.

– Какую правду?

– О том, что я уже сказала. Правду, которую поведал адмирал.

– И теперь все хотят пересадить себе вилочковую?

– Точно. Признание существования заговора, прозвучавшее от силовиков, произвело эффект разорвавшейся бомбы. Обстановка в обществе и без того была напряжена. Вы до этого объявляли о своем открытии и демонстрировали. Потом вас взяли под колпак, домашний арест, ограничили контакты и, смонтировав видео от вашего же имени, опровергли открытие.

– Что теперь?

– Принимайте власть, подписывайте указ.

– Какой?

– О том, что вашу запатентованную методику вы разрешаете использовать.

– Запатентованную?

– Да.

– Круто тут.

– Есть и плохие новости.

– Какие?

– Одной из ваших близких помощниц вы дали частичный доступ к настройкам местной ИрЭн.

– И кто это?

– Тут система контроля так устроена, более многоуровневая. Тут не один администратор подключен к интеллектуальному блоку суперкомпьютера, а еще 7 контролеров.

– Это как?

– По известному принципу: у нас, например, подключен один администратор – настоящий человек ИрЭн, а здесь таких людей несколько.

– Тебя назвали в честь администратора. А тут почему суперкомпьютер тоже зовут ИрЭн?

– Возможно, что у нас вы подключите, но название и здесь останется. Миры ведь параллельные.

– Кто они?

– Это те личности, о которых говорил адмирал. Вы их подключили.

– Почему их?

– Вы провели на них тесты и решили.

– Какие тесты?

– Без их ведома. Это была интеллектуальная игра.

– То есть это была игра, а я проверял их?

– Да. Причем в основном коммуникативные качества.

– Где они сейчас и в чем плохая новость?

– Я же сказала: одной из ваших помощниц вы дали доступ, кроме блокировки в случае неподчинения, к настройкам.

– Кто она и чем это грозит непосредственно?

– Это некто…

Появились помехи, Рутра не разобрал сказанное. Ликующая толпа несла его по Красной площади к воротам Никольской башни.

Сквозь помехи Рутра услышал:

– Вы сейчас с ними встретитесь, они вас ждут внутри, – потом опять пошел шум в голове.

Рутра обратил внимание – не было мавзолея. Его внесли в Кремль под крики: «Мы победили! Долой золотой миллиард – даешь золотой триллиард». На входе в Сенатский дворец была организована импровизированная трибуна. Рутре предложили сказать речь. Тут он оторвался. Уж красочно говорить он умел еще как. Пошли в ход все фантазии. Он сказал, что мир перевернулся из тьмы к свету, что Луна теперь – место прогулки, что в параллельные миры будем летать на курорт и многое другое. А когда он произнес, что вечная жизнь и победа над смертью наконец реально достигнуты, – переполненная площадь, а возможно – и весь мир, потому как трансляция шла всеми каналами, «взорвалась» в ликовании. От волнения у Рутры тело покрылось мурашками, пальцы слегка затряслись, голос задрожал.

– Рутра, ты молодец, не отступил.

Неожиданно его за руку взяла дама, немного смуглая, скорее, от загара, с насыщенно-черными волосами и такого же цвета ресницами.

Рутра быстро сообразил. Он мысленно скомандовал суперкомпьютеру.

– ИрЭн, срочно загрузи фото этой моей компании или группы поддержки. Кто они там – так и не понял.

Ответ его немного удивил и даже испугал.

– Несанкционированный вход предотвращен. Система функционирует под полной защитой группы.

В это же время у него в голове появились образы трех дам и двух мужчин. Эта мадам была обозначена как ИуЛия. Рутра оглянулся: служба безопасности отсекла толпу, лишь немногие стояли во внутреннем круге, среди них были заявленные люди, кроме одного мужчины, который значился как Мелкий. Было понятно: они входили в число особо доверенных лиц, однако регламент и правила были обязательны для всех. Служба безопасности, хотя и пропустила ИуЛию, все же настойчиво требовала вернуться назад.

– ИрЭн. Что значит «предотвращен несанкционированный вход»?

– Был временный захват управления другой системой.

– Какой?

– Другой системой ИИ.

– Откуда же она взялась? – спросил Рутра и чуть не прикусил язык.

Скорее всего, он разговаривал с подлинной «местной» ИрЭн. Это усложнило понимание ситуации и мира, куда его сознание вселилось. Он вспомнил слова адмирала.

– Кто имеет полный доступ к блокировкам?

– Все участники программы «Рибху».

– Что это?

– Рутра Тигрович, это ваша программа обнаружения параллельных миров. Обнаружения и перенесения туда сознания человека из нашего мира.

– Во дела. Интересно, куда отсюда переселяются? – сказал Рутра скорее сам себе, нежели ей.

– Пока еще вы никуда никого не отправляли. По крайней мере – под моим контролем. Если, конечно, от меня ничего не скрыли.

– Кто эти участники «Рибху»?

– Рутра Тигрович, по моим данным, ваши органы функционируют в штатном режиме.

– И к чему ты это сказала? Считай, что я немного переспал или веду поиск по запросу.

– Слушаюсь. Ваши участники – это команда, которую вы набрали для программы «Рибху»: Катрин, Андриан, ИуЛия и ЯтСан. После первых испытаний на клонах вы внедрили в программу еще одного – это дополнительный человек под кодовым обозначением Мелкий. У него нет практически никакого доступа.

– А у кого наиболее высокий?

– Вы, без согласования с советом, дали высокий доступ, включающий возможность менять настройки, человеку, которого засекретили под кодовым названием 101.

– А я тут тоже состою в совете?

– Вы меня запутываете. Что означает «я тут тоже»?

Рутра понял свою ошибку, хотя больше испугался не этого вопроса, а предположительной возможности суперкомпьютера читать его мысли.

– Вам нужно пройти вовнутрь. Вам нужно дать присягу и принять управление государством.

– Дать присягу?

– Рутра Тигрович, что с вами?

– Что насчет совета?

– Это ваш научный центр. Вы глава исследовательского центра «Сфера», в котором решение принимается коллегиально на совете.

К Рутре подошел мужчина, крепкого телосложения, с задумчивым взглядом, встал перед ним и протянул, держа двумя руками, книгу. Это была Конституция. Рутра понял суть происходящего. Он положил правую ладонь на нее и мысленно обратился к ИрЭн.

– Напомни, что я должен сказать?

– Вы должны спеть гимн, потом произнести: «Служу России».

Рутра подумал: «Неужели и гимн тут точно такой же, как и у нас?» И это оказалось правдой. Спев гимн и произнеся громко «служу России», Рутра был проведен вовнутрь здания в кабинет президента. По пути человек, который протянул Конституцию, шепнул: «…Теперь он под домашним арестом». Уже в кабинете Рутра узнал, что это бывший начальник службы охраны прежнего президента; не стал допытываться, как и что сделало его бывшим, вместо этого, как бы между прочим, поинтересовался, с какого числа и при нем ли оформляли пропуска его сотрудникам. Хронология событий была недлинной. Основные события разворачивались в последний год. Его команда была допущена в Кремль и имела допуск во все смежные учреждения. Именно они (почему – еще было неясно Рутре) были им выбраны для контроля блокировки суперкомпьютера.

Принесли терминалы управления Центробанком и биржами, терминал управления всеми средствами связи и терминал управления стратегическими ядерными силами. Стали их перепрограммировать на его данные, включающие отпечатки пальцев, сетчатку глаз, голос и специальные кодовые символы. Неожиданно во время программирования терминала стратегическими ядерными силами произошел сбой системы. Терминал начал вибрировать и выдавать звуковой и световой сигнал. У начальника службы безопасности затряслись руки. Он закричал:

– Несите министра обороны, пусть заблокирует!

Рутра тоже опешил.

– Что происходит?

– Система вступила в позицию готовности номер один.

– Что это? Почему?

– Она наше перепрограммирование паролей восприняла как захват системы и запрашивает прежних лиц, на кого настроена.

– Президента?

– Его, министра обороны и начальника генштаба. Кого-нибудь из них. Только они трое могут инициализировать запуск. По одному нельзя.

– А блокировка?

– Вот если один откажет – будет блокировка.

– Министра нет, он изменил внешность и сбежал. Он был в числе тех, кто был в группе своих. Скоро он будет моложе, мы его без программы вообще не узнаем. Он с новой жизнью, – доложил начальнику охраны подбежавший офицер.

– Как? Ах. Они же были в клане тех, кто пользовался вашим методом, – сказал он уже Рутре.

– Найдено тело президента, – докладывал уже другой офицер.

В это время завыла общая сирена. Все были очень взволнованы, постоянно связывались с кем-то, началась беготня. Рутра и команда были возбуждены. Дамы напуганы. Они не понимали полностью суть происходящего. Рутра подбежал к главному по охране, который орал на офицеров в военной форме, моряков, капитанов первого ранга. По традиции – они постоянно носят рядом с президентом так называемый ядерный чемоданчик.

– Что произойдет? Неужели нельзя остановить? – спросил его Рутра вполголоса.

– Она запросила все системы. Почему-то наш суперкомпьютер не дает ответа. Вернее, она заблокировала связь между системами «Чегет», «Казбек» и «Периметр». Система, не получив ответа, считает их захваченными.

– Как это могло произойти? Как это она сама заблокировала? Тут, видимо, есть вмешательство извне.

– Уже поздно! – крикнул он. – Вы должны объявить всеобщую тревогу. Мы не можем ее остановить. Она запускает системы ракетно-ядерного удара в обход всех блокировок.

У Рутры задрожал голос, он понимал провокационность своего вопроса и все же задал его:

– Что происходит? Все это на самом деле?

Подошли все, среди шумихи серьезный вопрос Рутры оказался тем, что интересовал всех. Неожиданно стало тихо. Исполняющий обязанности начальника штаба министерства обороны совершенно тихо и спокойно сказал:

– Это невероятно, но техника показывает факт происходящего. Посмотрите на экран, она уже выдала целеуказания, значит, задействовала протокол РЯА-01!

– Всеобщая эвакуация! – заорал начальник охраны, и его крик кинжалом вонзился сквозь ухо в мозг каждого. – Всеобщая эвакуация! – продолжал орать он.

Затем подбежал к терминалу блокировки связи, переключил его в режим вещания и подошел к Рутре.

– Садитесь в кресло. Вы должны объявить тревогу. Открывайте сейф.

– Какой?

– О черт. Мы еще не перевели блокировки на вас. Нужно вскрывать пакет.

– Что, черт побери, происходит? Вы что, ждали меня?! – теперь уже орал Рутра.

В кабинете уже никого не осталось, кроме команды, двух военно-морских офицеров, начальника службы безопасности, начальника генерального штаба и двух сотрудников охраны президента.

– Господин президент, вы не готовы к такому повороту событий, а мы… Мы же живем в этом, в каждодневных тренировках. Вас нужно эвакуировать в секретный подземный бункер. Только быстро сообщите: «Объявлена тревога, возможен ядерный удар по всей территории страны». Войскам команда отдана. Уже началась война. НАТО запускает ответный удар.

– Вы что сейчас говорите?

– Господин президент! Все гораздо серьезнее. Если конец света должен был наступить, то он не пришел бы по расписанию. Мы должны действовать по инструкции.

– Говорите, вы в эфире.

– Что, черт побери?

– Говорите!

Каким-то волшебным образом память Рутры прояснилась. Он вспомнил требуемое.

– Уважаемые граждане России, срочное сообщение всем! Просьба сохранять спокойствие, но в то же время попрошу вас торопиться. Возможен ядерный удар по территории нашей страны. У вас 30 минут. Просьба не паниковать. Связь скоро не будет функционировать. Если есть инструкции гражданской обороны – следуйте их указаниям. Если нет – постарайтесь оставаться в здании, поближе к несущим конструкциям, подальше от стеклянных. При прямом ударе спастись невозможно. Во всеобщей суете погибнет больше в давке. Невозможно всех поместить в бомбоубежище. У нас надежда на бога и систему противовоздушной обороны. Старайтесь не находиться на открытых пространствах. Взрыв, скорее всего, будет воздушный. Поэтому наиболее опасна тепловая и световая волны. От электромагнитного импульса отключатся все электронные приборы. Отключите их заранее…

– Все, все. Дальше скажет штаб гражданской обороны, – размахивая рукой, почти требовал начальник охраны.

Когда отключился эфир, Рутра, уже войдя в роль президента, строго спросил:

– Как такое могло случиться?!

– Не время, прошу вас. Побежали, – схватив его за руку, умоляюще сказал безопасник.

– Команда идет со мной, – заявил Рутра.

– Вы извините, конечно, но они были допущены по вашему же требованию и по разрешению прежнего президента, только потому что вы их подключили к суперкомпьютеру для контроля клонирования вилочковой железы. Клан президента активно этим пользовался, и бизнес они тоже делали великий на этом.

– Ну тем более – команда мне нужна.

Рутра в первую очередь намеревался у них узнать о методе, про который говорил безопасник, да и вообще – что происходило до того.

Они побежали в соседнюю комнату, начальник охраны открыл вход в лифт, куда все вошли… и понеслись в глубины подземелья Москвы.

– Рутра, спасибо, ты настоящий друг, – сказала ИуЛия уже в лифте.

– Спасибо, спасибо, – повторили за ней Андриан и Катрин.

Только ЯтСан молчала. Рутра посмотрел на нее. Это было милое создание лет 25-ти. Худенькая, хрупкая особа, в глазах которой скрывалась нежная тоска с лукавой яростью. Она смотрела на Рутру проницательно и в то же время со скрытой просьбой – как будто хотела что-то сказать… или желала, чтобы Рутра сам понял нечто. Ее взгляд проник в его сознание, стал доносить сигналы. Рутра не мог их полностью расшифровать – лишь некоторые фрагменты общей картины. Она искала помощи и опоры. Нужно было разобраться в прошлом, чтобы понять общую картину происходящего с ним в этом мире. Кто эти люди в его команде? Как он с ними познакомился? Почему они ответственны за столь серьезный проект? Как президент узурпировал его открытие? Его арестовали? Как узнали весь технологический процесс? Он это доверил местной ИрЭн? Или ЯтСан что-то знает об этом? Не это ли хочет сказать ее взгляд? Может, ей угрожают?