Ведающая. Последняя из рода Огненных Лисиц

– Ну, что ты так смотришь?

– Мам, не стоит его так опекать, – сын уже не сдерживался и улыбался во весь рот. – Ты же знаешь, он всё равно будет собирать все шишки. Без них у нас ещё ни одна прогулка не обходилась.

– Знаю, сынок, – Марго наклонилась и задумчиво сорвала скромный лесной колокольчик, – только я всё жду, когда он станет чуть серьёзнее и я перестану бояться за него. С такой силой перестану.

– За меня перестала?

– Нет, конечно!

– Вот и за него не перестанешь, так что расслабься и относись проще к его выкрутасам. Мы оба тебя очень любим, – он неловко чмокнул маму в щёчку и бросился догонять младшенького.

Марго с теплотой смотрела вслед Славику. Мальчишка рос слишком быстро, и она не успевала привыкнуть к произошедшим изменениям. Еще вчера его можно было тискать и целовать. А сегодня без спроса даже не чмокнешь мимоходом. Поэтому внезапные нежности всегда отзывались теплотой в душе.

Она невольно вздохнула, любуясь такими непохожими во всем братьями. Сорвала ещё несколько зелёных бодылинок и только тут почувствовала, как ноют ноги в кроссовках. Сегодня они забрели дальше, чем обычно, и тропинка начала сужаться, превращаясь в тёмный тоннель под елями и соснами. Они часто гуляли здесь и каждый камушек был хорошо знаком, но обычно поворачивали к дому гораздо раньше – на той светлой полянке, заросшей изумрудным мхом и багульником, которую прошли уже минут 20 назад.

– Мальчишки! Тормозите! Пора домой!

– Мам, ну может мы проверим, что там дальше? – Лука как обычно жаждал приключений и новых эмоций, не соглашаясь возвращаться в привычное русло.

– Нет, милый, не сегодня, – желая на корню прервать все ссоры, Марго решительно развернулась в сторону дома и оторопело замерла от открывшейся картины. Из кустов всего в метрах трех от нее на тропинку выходила большая облезшая собака. Она была явно одичавшей. Об этом просто кричали худоба, торчащие во все стороны клочки шерсти и злобный взгляд. Она исподлобья смотрела на людей и тихо порыкивала, открыто демонстрируя свои враждебные намерения.

Девушка судорожно сглотнула, ощущая как по телу расползается липкий страх за детей. Пес будто унюхал его, он оживился и направился наперерез – к центру тропинки, чтобы у людей даже не возникло надежды на спасение.

– Мальчики стойте на месте! – Марго развернулась полубоком, не выпуская из поля зрения животное, – Там собака!

– О, песик! Он такой милый я хочу к нему, – Лука уже на всех парах несся к матери.

– Нет, – она вскинула руку в предупреждающем жесте, – Славик возьми его за руку и стойте на месте. Не шевелитесь.

Вдоль тропинки валялись обломки веток и сломавшиеся после прошедшей пару дней назад бури молодые деревца. В качестве оборонительного оружия они вполне годятся, но вот отбить от голодного и явно озлобленного животного себя и детей… Марго сильно сомневалась в том, что ей это удастся. Она огляделась, прикидывая расстояние от собаки до сыновей и отметила, как побелел Славик. Он практически с младенчества панически боялся собак. Они наводили на него настоящий ужас, парализующий и блокирующий дыхание. Сейчас парень стеклянными глазами смотрел сквозь мать, теряя связь с реальностью. Нужно было что-то срочно делать.

– Славик, – позвала она ласково и очень тихо, – Славик, посмотри на меня. Сыночек, мне нужна твоя помощь. Ты меня слышишь?

– Да? – мальчишка встрепенулся, будто оттаял, во взгляде появилась осмысленность.

– Вот и умница. А теперь слушай меня внимательно и сделай все в точности, как я скажу. Выбери палку побольше и ни в коем случае не выпускай Луку, держи его за руку крепко. И не подходите сюда, что бы ни случилось! Слышишь? Ни в коем случае не подходите сюда! – Марго на секунду задумалась и продолжила. – Если со мной что-то случится, хватай брата и бегом в лес. Там по тропинке вы должны выйти к дому через полчаса, не оборачивайтесь и не останавливайтесь.

– Мамочка, ты куда? Что ты будешь делать? – голос Славика предательски задрожал, он едва сдерживал подступающие слёзы.

– Все будет хорошо, верь мне. И пообещай, что сделаешь, как я сказала! Пообещай, – уже с нажимом добавила Марго, выразительно смотря на сына. Он кивнул и покрепче перехватил ладошку брата, искренно полагающего, что намечается веселье.

Собака зарычала уже громче и двинулась в их сторону. Марго красноречиво посмотрела на старшего сына и дождавшись, пока он вместе с братом отойдёт повыше к опушке, развернулась лицом к животному. Она колебалась всего секунду, а потом уверенно и быстро зашагала вперед. Собака сначала замерла, присев на задние лапы – она явно не ожидала, что потенциальная еда выберет такую тактику. А затем ощеревшись жёлтыми острыми клыками, начала готовиться к прыжку на приближающуюся девушку.

О том, что произошло потом Марго много думала, но так и не смогла найти сколько-нибудь внятного объяснения. Она шла вперёд, думая только о детях и надеясь своим неожиданным поведение сбить с толку собаку. Что потом, она не знала. Просто почему-то была уверена – главное подобраться поближе, на расстояние вытянутой руки. Не ожидающее подвоха животное подпустило её максимально близко и пригнулось к земле, чтобы стрелой взвиться вверх, но… прыжок не удался. Вместо него пес нелепо перекувыркнулся в воздухе и безвольным мешком упал на землю. Он жалобно заскулил и поднял глаза на девушку. Не успев осознать и оценить риск своих намерений, Марго вплотную приблизилась к собаке и положила руку между её острых ушей. Скулеж стал громче и перерос в тонкий визг, оборвавшись после четкой мысленной команды девушки – «Убирайся! Разворачивайся и из последних сил беги туда, откуда пришла. И НИКОГДА сюда не возвращайся!». Девушка приблизилась вплотную к морде собаки и не позволяя ей отвести взгляд в сторону и еще раз четко повторила команду. Затем отступила на шаг назад и махнула рукой в сторону кустов. Казалось, невидимые путы, сдерживающие пса, пали и он мгновенно скрылся в густых зарослях.

Марго почувствовала сильнейшую усталость и головокружение. Она покачнулась и оперлась спиной на раскидистую сосну, росшую у края тропинки, постепенно сползая по ней на землю. Волнами накатывала тошнота, спазмы становились все сильнее и ее вывернуло прямо под дерево. Стало немного легче, Марго быстро вытерла тыльной стороной ладони губы и наконец повернула голову в сторону детей. Они уже бежали к ней вниз по тропинке. Младший, как обычно нёсся на всех парусах, и врезавшись в неё со всей своей силой, вызвал улыбку.

– Мамочка, а собака ушла?

– Ушла, малыш. Она больше не вернется.

– А ты с ней говорила?

– Нет, просто напугала.

– Да, нет же, – Лука топнул ножкой, – ты говорила с ней, я слышал. Она хотела поспорить с тобой, как я обычно. Но не смогла и убежала. Ты, такая сильная! Уууу!

Марго подняла глаза на подошедшего старшего сына и наткнулась на внимательно-удивленный взгляд. Если для Луки происходящее было игрой, то Славик все отлично понимал. Вот только никак не мог себе объяснить, каким образом мама прогнала пса. Он чувствовал, что от него что-то ускользнуло. Но вот что… Задать вопрос напрямую мальчик постеснялся – сначала никак не мог его сформулировать, а потом за чередой привычных дней и вовсе позабыл о контексте произошедшего.

А Марго не забыла…

******************

Волк не шевелился. Он лениво наблюдал за несмело приближающейся девушкой, периодически прислушиваясь к происходящему в лесу. Ему хотелось бы сорваться и догнать зайчишку, топотящего лапками по полянке за зарослями кустарника. Но ему приходилось дожидаться эту плохо понимающую, чего от неё хотят, девушку и затем выполнить свою миссию. Он тяжело вздохнул.

Марго в изумлении остановилась – она была готова поклясться, что животное не просто выдохнуло, а по-настоящему вздохнуло. Хотя почему бы и нет? Чему здесь удивляться, если она сама вопреки всем доводам разума идет к дикому зверю! Еще пару шагов и человек оказался напротив волка. Тот не шевелился, ожидая дальнейших действий.

Вблизи он выглядел еще больше и страшнее – перекатывающиеся под шкурой мышцы, желтоватые клыки, острые когти. От волка исходили невыразимая мощь и одновременно спокойствие. Он шевельнулся и потянулся к девушке. Она зажмурилась от ужаса, но почувствовала, как шишковатая голова легла под ладонь и слегка подпихнула ее. Марго открыла глаза и уже совсем иначе взглянула на животное:

– Ты хочешь, чтобы я погладила тебя? Ты уверен?

Она медленно подняла руку и положила её между ушей животного, но погладить не успела – от макушки до пяток тело пронзила резкая боль. Она была мгновенной и на смену ей пришел голос, звучащий прямо в голове:

– Ну, наконец-то. Я думал, ты никогда не догадаешься. Вы, люди, такие медлительные.

– Я сошла с ума?

– Чуть что сразу с ума! Носитесь со своим разумом, а что это сами не знаете, – Марго показалось, что в глазах волка мелькнула даже насмешка. – Давай оставим все вопросы на потом. Все, что тебе нужно знать – я говорю с тобой, ты меня слышишь.

– Хорошо. Поистерю я попозже.

– Ооо, отлично. В вашем человеческом мире это называется юмор?

– Что-то вроде этого.

– Значит Силы в тебе не ошиблись. Все происходит так, как должно.

– Что происходит? Какие Силы? О чем ты? – Марго занервничала и начала жестикулировать, убрав ладонь с волчьей головы. В ответ раздалось недовольное глухое ворчание, и рука тут же вернулась на услужливо подставленную голову.

– Прости, я увлеклась немного. Просто очень много непонятного.

– Понимаю, – волк кивнул и продолжил, – но у нас очень мало времени. Скоро стемнеет. Бери свои вещи, если что-то осталось целым и пойдем. Там безопасно, ты отдохнешь и получишь ответы на все свои вопросы.

– А что с ней? – Марго мотнула головой в сторону Есении.

– Мне все равно, решай сама, – голос в голове звучал равнодушно. Если бы волк мог, то точно пожал бы плечами, как делают люди. – По ней распоряжений у меня нет. Оставишь здесь, наказание тебе не последует. Это будет ее расплатой за содеянное. Заберешь с собой, за хорошее дело тоже не зачтется. Решение за тобой. Только скорее, через час стемнеет и к этому времени мы уже должны быть на месте.

Марго задумчиво подошла к кустам, где все еще валялся ее рюкзачок. На автомате собрала ранее вытряхнутые вещи, огляделась в поисках чего-то забытого – оставлять здесь частичку себя почему-то сильно не хотелось. Не найдя ничего, удовлетворенно улыбнулась, и направилась к ожидающему волку.

– Стой! Ты куда? – из задумчивости ее вывел испуганные возглас Еськи. Она подскочила с земли и настойчиво трясла Марго за руку. – Не уходи! Не оставляй меня здесь одну!

– Отцепись! – с явной брезгливостью девушка освободила руки и взглянула в перекошенное от ужаса лицо. – Возможно, я об этом пожалею потом… Но лучше так, чем жалеть о твоей смерти где-то в глухом лесу… Хочешь идти?

– Да, – Есения облегченно выдохнула, поняв, что буря миновала.

– Тогда вставай и вперед. Отстанешь, ждать тебя никто не будет. Потеряешься, я за тобой не вернусь. Поняла?

– Да. Но куда мы? У меня и обуви нет. Как я по лесу пойду? Ноги поранятся, – словно забыв о недавно пережитом, Есения капризно надула губки.

– Послушай, ты! – рыкнула Марго, резко дернув на себя порядком поднадоевшую ей собеседницу. – Я ни о чем не забыла! И согласилась на твое присутствие только по одной причине, чтобы не брать грех на душу. Не пойдешь с нами сама и сдохнешь тут? Что ж, мне еще проще.

Она резко развернулась и уверенно последовала за потрусившим в чащу волком. Уже в спину ей понеслось примирительное:

– Нет, нет. Я иду, ты просто не так меня поняла.

На губах рыжей зазмеилась презрительная улыбка.