Оксана Золоторёва

Сцена 5

Выносятся стулья, сидит коллектив стоматологической клиники Дентал сити, перед ними выступает Главный врач. Он говорит:

– Добрый день, уважаемые коллеги! Мы, конечно же, в скором времени соберемся и в других обстоятельствах, но сегодня я собрал вас всех, чтобы представить вам нашего нового администратора. Лариса Игоревна, подойдите пожалуйста! (Лариса подходит). Пожалуйста, это наша новая коллега, прошу любить и жаловать – Лариса Игоревна! Раньше она работала в Москве, сейчас переехала к нам, на родину. Столица ее уморила. Не замужем, так что, Степан Аркадиевич, будьте осторожны! (Все засмеялись).

Лариса сказала:

– Воспитываю дочурку, семь лет, одна, кто хочет, приходите с подарками.

Директор сделал паузу, убедился, что у Ларисы все и продолжил:

– Мы надеемся на долгое сотрудничество и взаимное выполнение надлежащим образом нами взятых обязательств, это я могу гарантировать со своей стороны, и, соответственно, ждем, что в дальнейшем показанная работа на стажировке не станет ухудшаться, как это бывает со временем.

Лариса говорит:

– Дмитрий Геннадиевич, спасибо большое за такое теплое приветствие! Я постараюсь Вас не разочаровать и сделать все, чтобы вы были обо мне высокого мнения и добиться уважения у всего коллектива.

Коллектив примолк и все в нем начали коситься друг на друга, к Ларисе и так все были хорошо расположены, так что, достаточно было не ударить в грязь лицом и быть со всеми дружелюбной, и то, что может быть иначе, и то, что у неё есть такие мысли, всех насторожило. Главврач не обратил внимание на её слова и продолжил:

– Хорошо, спасибо Лариса Игоревна.

Главврач движением руки предложил ей сесть, Лариса молча садится на свое место. Главврач продолжает:

– Так же, пользуясь случаем, я хотел бы отметить небольшой премией работу нашей очаровательной Оксаны Викторовны.

Он взял конверт в руки, посмотрел на Оксану и кивнул ей, чтобы она подошла. Оксана встала и подошла. Директор не ждал пока она подойдет, а продолжал свое обращение:

– Администраторы у нас получают немного меньше, чем наши доктора и ассистенты.

Выкрик из толпы.

– Ассистенты недалеко ушли.

Директор дал сказать, но не обратил внимание и продолжил:

– Держи Оксана, нашу благодарность тебе, за твой ответственный труд. Твоя должность имеет огромное значения для работы всей нашей клиники и именно от тебя зависит большая часть организационных процессов и то, попадет ли пациент к своему врачу на прием. А с этого все начинается. Это очень ответственное место, которое состоит не просто из ответов на телефонные звонки и записи пациентов на прием. Мы надеемся, что твоя новая коллега, Лариса Игоревна, будет работать так же ответственно, как и ты, втянется в наш дружный коллектив и станет частью нашей замечательной команды!

Все похлопали.

Оксана говорит:

– Спасибо большое Дмитрий Геннадиевич! Я постараюсь оправдывать и дальше Ваши надежды, и мне, правда, очень приятно, что у нас такой хороший и дружный коллектив и я очень рада работать (она поворачивается к коллективу) с каждым из вас! (она поворачивается к главному врачу и говорит ему) Спасибо!

Бухгалтер с восторгом машет головой со стороны в сторону, в одной плоскости, как будто ее подбородок – это маятник часов, с довольной и восхищенной улыбкой на лице.

Оксана поднимает конверт и машет им показывая «Ураа, вот так сюрприз!».

Главврач говорит:

– Спасибо большое всем! Вот, в общем то и все зачем я вас позвал.

Бухгалтер говорит:

– Лариса Игоревна, приглашаю Вас пить чай в мой кабинет в любое время.

Лариса отвечает:

– Ой, спасибо большое, у Вас такой дружный коллектив, все такие добрые.

На их разговор не обращают внимания.

Все уходят со сцены и уносят стулья.

Сцена 6

Выносятся два стола, за одним стоит Андрей, за вторым Армен. Андрей режет капусту, Армен натирает морковь.

Андрей говорит:

– Армен!

Армен отвечает недовольно голосом:

– Чтоо?

Андрей говорит спокойно, уважительно и тактично.

– Армен, братан, скажи, а ты вчера замывался?

– Да, я.

– А кто холодильники мыл?

Армен поворачивается с недоверием и говорит нехотя:

– Нуу, я мыл.

– А что с огурцами?

– А что с огурцами?

– Ну ты их закрывал?

– Андрей, говори уже, что хочешь сказать.

– Да ты их вообще-то не накрыл и теперь у нас кило завяло, и теперь это опять на нас запишут.

– А где они?

– Да я их выкинул, пока шеф не видел. Я что, крыса какая-то бежать и сразу ему про все докладывать? Сейчас новых нарежем.

– Аа, я хрен его, я вроде все закрывал.

– Все да не все, просто ты заебал (задолбал) тупить. Понимаешь, тупишь ты, а отвечаем мы вместе. Скажи, нахуй (нахер) оно мне надо получать за тебя пизды (-) (» -» этот знак означает удаление матерного слова), и за то, что ты такой баран. Фритюр этот, огурцы, а если бы шеф зашел и посмотрел? Ты можешь головой хоть немного думать? У тебя мозги есть, или один маргарин?

– Слушай, Андрей, я понимаю, ты там парень крупный, боксёр и все такое, но я вот это терпеть все не буду, я тебя исподтишка трубой по голове уебу (ввалю) где-то в темном углу и съебусь (свалю), и знать никто не будет.

Андрей удивился, с серьезным и невозмутимым лицом он поворачивается к нему и говорит:

– Ты себя видел? Ты же дрыщ! Ты хоть бы раз в спорт зал сходил. Тебе вообще не совестно таким вот жить, дохляком? Ты глянь – руки как ветки.

Андрей подошел к Армену и взял его за бицепс и обхватил. Армен жестко выдернул рукой и сказал:

– Слушай, ты что, вообще конченный? Тебе там на боксе последние мозги вышибли?!

Андрей перешёл на тон разборок и сказал с наездом (он держал себя в руках, просто голос его стал угрожающим):

– Да у тебя их никогда и не было. Какой ты там трубой собрался меня ушатать? Ты меня даже и трубой вырубить не сможешь. Но поверь мне, если ты и надумаешь бить, то бей со всей силы, потому как если ты меня не вырубишь или не замочишь, я ее тебе в жопу засуну.

На сцену выходит шеф и говорит между словом.

– Кто тут кому решил трубы в жопу засовывать? Что это за стая голубиная на моей кухне завелась?

Андрей отвечает приветливо, как другу:

– Шееф, ты что? Обижаешь! Какие же мы с Арменом голубки? Мы нормальны пацаны. Ты что? Так нельзя говорить!

– Так, ребята, что у вас тут по заготовкам?

Андрей говорит:

– Все четко, шеф!

Шеф смотрит в холодильник и говорит:

– А огурцы, нарезанные есть, не вижу?

Андрей делает глупое лицо, посматривая на Армена, отвечает Шефу:

– Шеф, тут такое дело, в общем, огурцы пропали, мы их списали.

– А что с ними случилось?

– Завяли.

– А где они?

– Я их выбросил.

– Зачем? Почему мне не показал?

– Да хрен его, шеф, если честно, я не хочу врать, в общем, это мой косяк, это я их выбросил, хотел, чтобы ты не заметил и быстро нарезать новых, но не успел.

– Андрей, какого хрена, я сколько раз должен повторять одно и тоже?

Андрей закусил две губы с убеждением, что чистосердечное признание – это оправдание, которое снимает всю вину.

– Шеф, блин, такая ситуация неудобная… В общем, это я их выкинул, делай со мной все, что хочешь я виноват, я решил не беспокоить тебя лишний раз, хотел, чтобы ты не отвлекался по пустякам и в итоге вышла это дурацкая ситуация.

– Андрей, скажи, я разве говорил, чтобы ты думал о том, как бы не беспокоить меня по разным пустякам?

– Шеф, я…

– Ответь на вопрос, я такое говорил?

– Шеф, я не со зла, просто хотел по нормальному, как лучше…

– А поучилось как всегда!

– А получилось как всегда!

– Вот именно, я уже устал говорить и повторять одно и тоже! Есть правила, а у тебя на все, всегда, какие-то свои правила.

– А как же остальные?

– В том и дело, что все, тут, и каждый из вас, делает, что хочет! А меня это все уже задолбало! Андрей, пойми, ты не в школе, где в одно ухо говорят, а через второе можно выпустить и на все можно забить. Здесь все по-другому! Если что-то нужно делать, это делается не для галочки, не для того, чтобы показать работу, это делается для чего-то. У нас большие списания, эта мера не просто так, я должен проверять все, что списывается и контролировать это. Чтобы в конце месяца у нас не вылезала недостача и я точно мог сказать, что, когда и почему пропало, и на ком лежит за это ответственность. Я закажу больше, я буду платить, ты проебал (проморгал) и что-то пропало – ты должен за это заплатить. Это деньги, ты понимаешь? Здесь важна каждая деталь. У нас с тобой эта проблема не прекращается. Сколько ты уже у нас работаешь?

Все это время Андрей с виноватым лицом смотрит то в сторону, то на Армена.

– Полгода.

Шеф удивился.

– Полгода! Ну извини – это элементарные вещи! Я понимаю запара, времени нет, не успеваешь, но что сложного в том, чтобы запомнить элементарные вещи, что все списания нужно показывать мне?

– Просто шеф, понимаешь, не всегда всё получается так просто. Иногда кто-то может оставить за собой с прошлой смены что-то не так и оно пропадет. И так выходит, что я же не могу пойти к тебе и настучать на этого человека и вкинуть его, как-то это неправильно.

– Ну не можешь, тогда бери и записывай на себя все, что этот человек проебал (просмотрел) и плати за это сам! Почему за это должен платить кто-то другой?

– Шеф, но тут тоже, одно дело вкинуть кого-то на пять сотен, а другое дело это сумма разделится на всех по тридцать рублей. Мы же одна команда и за все отвечаем вместе, кто-то там огурцы эти проебал (проморгал), кто моющего больше заказал, кто-то еще что-то. Все люди, все допускают ошибки. Поэтому как я вот так возьму, и вкину человека на пять сотен, а мне он что потом скажет? Спасибо?

– Да, Андрей, да. Ты вчера работал Армен? (Он повернулся к Армену)

– Да.

– Вот, если это Армен вчера забыл накрыть огурцы, и они завяли, и ты их выкинул, ты ко мне приди покажи их, и я запишу их на него, а как по-другому?! Каждый должен отвечать сам за себя и нести ответственность за свои действия, иначе просто не может быть. Не может баба Нина, на мойке, получать тысячу триста за четырнадцать часов работы, делать все нормально, а у нее еще будут, – то раз, то два, то три вычитать по тридцать рублей. Она просто уйдет и пошлет меня и всех нас! И все!

Андрей сморщился и съежился.

– Ну, как бы, это тоже верно, с одной стороны, а с другой, вот так брать и ходить, и говорить: -«шеф, тот закосячил там, тот здесь», – это тоже как-то неправильно.

– Какой нахуй (нахрен) неправильно? А как правильно, брать и наебывать (Врать)? Я тебе, о чем говорю? Правила придуманы не зря, и я сейчас стою и все это тебе говорю не просто так, не потому, что ты мне не нравишься как человек, и я решил до тебя доебаться (докопаться).

Андрей прицокнул. Шеф из-за его прицокивания замолчал и начал ждать продолжение. Андрей говорит:

– А получается, что так.

– Нет Андрей, я нормально к тебе отношусь как к человеку. Я даже понимаю, что ты хотел, как лучше, но и ты меня пойми, что так, как делаешь ты, повар у нас работать не может, это совсем никуда не годится. Ты согласен со мной?

Андрей мнется и долго молчит, шеф ждет ответа и говорит:

– Ну?

– Шеф, я буду стараться больше.

– Поздно, Андрей! Поздно стараться! Ты уже полгода у нас работаешь, а за тобой постоянные косяки.

– Да я стараюсь, я все время хочу, как лучше, чтобы и с ребятами быть в нормальных отношениях, и чтобы ты был доволен. Шеф, да зачем ты так?

Андрей откровенно и искренне развел руками в стороны.

– Хорошо, ты стараешься. Тогда так. С этого момента это был последний твой косяк. Последнее китайское, еще один раз допустишь похожую ошибку, вылетишь отсюда со свистом.

Армен крутит головой влево и вправо, и делает губами трубочку от того, как сильно досталось Андрею. Он развернулся и начал натирать морковь и делать вид, что его нет рядом. Андрей говорит:

– Все, шеф! Все понял! Извини, этого больше не повториться.

– Ты все время так говоришь и каждый раз одно и то же.

Андрей отрезал рукой.

– Шеф, такое больше не повторится.

– Вытяжку сегодня замойте.

– Хорошо шеф! Конечно! Спасибо! Извини еще раз.

Андрей нарезал капусту, он это делал в течении десяти секунд. Все сделал, убрал со стола, встал на стол и снял вытяжку, отнес в сторону и набрызгал на нее из распылителя щелочью.

Через пять секунд после этого зашел шеф. Посмотрел, что нет решётки на вытяжке и спрашивает у Андрея:

– Андрей, а ты, что, уже замыл, что ли?

– Конечно, шеф, ты меня так подзадорил к работе, что я теперь буду как электровеник тут шуршать.

– Хорошо…

Шеф подходит к вытяжке, показывает на нее рукой и говорит

– А если сейчас будет заказ и тебе придется здесь готовить, а у тебя здесь шуманитом воняет? Ты в курсе, что это яд, щелочь, и он разъедает все нахрен, и что нельзя забрызгать им в помещении?

Андрей молчит. Шеф продолжает:

– Так ладно тебе на себя похрен, но все эти пары! Ты готовишь здесь пищу! И ее выносят людям… (П) Ладно…

Шеф не стал говорит дальше и замолчал о чем-то думая. Андрей обрадовался молчанию шефа, и подумал, что его желание сделать дело побыстрее произвело положительный эффект, как он и ожидал, он сказал:

– Шеф, так вот именно, я помню, что мы обычно это делаем после смены, но ты так меня отчитал (Дружелюбно улыбается), что я решил тебе сразу показать свое желание работать и готовность пахать, не словами, не просто сотрясать бессмысленно воздух, а своими поступками, конкретным делом.

Шеф сразу вышел и не обратил на это внимание. Армен говорит:

– По ходу дела тебе сейчас прилетит.

Андрей отвечает:

– Не думаю, по идеи, должно быть все нормально, но вытяжку надо помыть и побыстрее ее поставить на место.

Армен сделал удивленным лицо.

Андрей помыл решетку вытяжки и поставил ее на место. Он начал резать свеклу. Заходит администратор ресторана и говорит:

– Андрей, подойди пожалуйста в зал, шеф хочет с тобой поговорить.

Андрей вытянул от удивления губы вперед, свернул их в трубочку, немного выпучил глаза и сказал:

– Оооо, ух, ух, Арменчик, братан, это не к добру, эх, чувствует мое сердце, не к добру. Ой, не к добру. Эх, чувствует мое сердце…

Армен говорит:

– Да ладно, братан, забей, не парься, будь, как всегда.

Андрей его слова понял неоднозначно, он вроде и был благодарен за подбадривание, но почему Аремн сказал «как всегда», так и не разобрал. Он подумал, что Армен оговорился. Андрей выразил на лице запутанность, немного возмутился и сказал:

– Что значит как всегда?

Армен ответил:

– Ой, да я просто сказал, не обращай внимание.

– Просто так говорят только балаболы.

Андрей сказал это резко и ушел со сцены.

Андрей ушел со сцены. Со столов все убрали, за один из них сел шеф и начал ждать Андрей.

На сцену выходит Андрей. Он улыбается располагающей улыбкой. Шеф остается невозмутим и говорит:

– Андрей, ты догадываешься зачем я тебя позвал?

Андрей говорит доброжелательно и пытается держать дружеский тон:

– Я не знаю шеф, но предчувствие у меня не очень хорошее.

– Присаживайся, Андрей.

– Ооо, спасибо, шеф.

Андрей торопится и садится. Шеф говорит:

– Скажи, пожалуйста, мы с тобой сегодня, о чем говорили?

– Шеф, о том, чтобы я работал лучше, чем работаю.

– Ну можно и так сказать. Мы говорили о том, что правила созданы не просто так и, что их нужно выполнять.

– Ну, типа, да, и об этом тоже.

– Нет, Андрей, я говорил только об этом.

Андрей поджал губ.

– Эх, не то сказал, опять косяк.

– Андрей, причем тут это, я тебе говорю про правила… а… хотя… ладно…

Он махнул рукой и сказал:

– Ты же знаешь, когда мы моем вытяжку и решетки?

– Да, шеф, но сегодня не обычный день, сегодня ты мне дал такого, и пока людей не было я хотел побыстрее все сделать и показать тебе делом свою готовность работать, свое желание и стремление.

– А с коллективом у тебя как?

– А как у меня с другими? (Андрей удивился) Всё нормально!

– А вот с Арменом, это что было?

Андрей сделал расслабленный и добродушный смешок и сказал:

– Шеф (он слегка посмеивается), да все нормально, поговорили по-свойски, были не большие разногласия по одному вопросу.

– У тебя со всеми поварами напряженка.

Андрей удивился и говорит:

– С кем?! Шеф, с кем?!

– Со всеми!

– То есть ты хочешь сказать, что у кого-то есть ко мне претензии?

– К тебе претензии у всех.

Андрей замолк, так прошло секунд пять, он напряженно думал, потом сказал выражая небольшое удивление:

– Это что, получается они тебе сами об этом сказали?

– Можно и так сказать. И у них претензии к тебе не только такого плана, но им постоянно не нравится, что ты делаешь то, что тебе вздумается и тебе плевать на правила.

– Мне плевать на правила?! Да это им на всё похрен, они постоянно ходят, то то забудут, то то, а я за всем этим должен следить и постоянно говорю им, и не молчу, если что-то не так и у них есть косяк. Но вот они мне, в лицо… ни один не сказал, ни одного раза, что я, что-то сделал не так. (П) В лицо никто ничего не говорит, а потом выясняется, что все на тебя стучат. А знаешь, чем это объясняется?

Шеф сделал глупое лицо, так как не думал, что Андрей начнет оправдываться на этот счет. Андрей продолжил:

– Это объясняется тем, что мне не пофиг. Да, я не побегу к тебе, но если кто и сделает косяк, я молчать не буду, и за то, что одна паршивая овца подставляет весь коллектив и всю команду, обязательно выскажу. Кто-то не закрыл огурцы, он не придет не скажет – это я, он будет стоять тихо и делать тупое лицо, как будто это его не касается. Шеф, а ты не подумал о том, что они наговаривают на меня, по тому, что я им мешаю жить, забив на всё, это раз. А ещё, чтобы показать тебе, какие они красавчики, а все вокруг плохие? Тебе не кажется, что так они просто лижут жопу? Шеф, ну вот скажи, это нормально для коллектива, когда каждый на тебя стучит? Ты считаешь это нормально, когда мужикам по 23 по 30 лет, а они жалуются как девчонки?

Шеф замялся и спустя секунду сказал:

– В общем, Андрей, ты хороший парень, у тебя в жизни все будет хорошо. Я сейчас не буду вдаваться в подробности этой вытяжки и всего нашего с тобой отношения. Дело в том, что я принял решение. Мы не можем дальше продолжать работать вместе.

– Это что, типа я уволен?

– Ну, получается, что так.

– Я как бы не против, это твое право. Обоснуй просто за что, шеф? Я работаю, нормально, претензий нет и тут, ни с того ни с сего, на тебе, уволен. За что? Почему? Если тебе не нравится, как я что-то делаю, скажи, я буду делать так, как ты мне укажешь. Давай договоримся.

– Ну сколько можно договариваться?

– Шеф, так ты мне еще не разу по существу замечание не сделал. Когда у меня был косяк по основной работе? Я все время вовремя прихожу, стараюсь там, готовлю, чтобы все было четко. Если есть работа я не стою просто так, а беру и делаю её. Ты посмотри на других. Армен, ему вообще на все пофиг, а ты меня сейчас крайним выставляешь, да еще и уволен.

– Это мое решение, Андрей, у меня нет к тебе претензий как к человеку, ты нормальный парень, но на работе нужно работать…

– Шеф, а я что? Я что, не работаю?!

– Ты не дал мне договорить. Нужно работать не так как тебе вздумается и, как ты привык работать, где-бы ты там не работал. У нас другие правила, я хочу, чтобы все делалось так, как положено.

– Так, а я что, что я сделал не так?

– Да вот возьми сегодняшний день, выбросил списание и мне не показал, и с этой вытяжкой.

– Я хочу, чтобы всё работало как положено, и чтобы все было чётко. А непоказанное списание и небольшое нарушение с помывкой вытяжки – это же мелочи, это же не то, что я червяка не заметил или блюдо отдал каким-то не таким, на гостя это никак не влияет, а это самое главное и с этим у меня вопросы бывают очень редко, не чаще чем к остальным.

– Так из мелочей все складывается. Мелочи – это самое главное, с них все начинается.

– Ладно, я понял, мне тебя уже не переубедить. Просто ты нашел кого-то другого, и решил докопаться до всего, что можно, придираться ко мне, потом сказать, что я плохо работаю.

Шеф молчит. Андрей продолжил:

– Просто шеф, я не против, я не хочу ссориться и расставаться по-плохому, мир круглый, и еще, может, приедаться работать вместе…

Шеф жестом согласился и отметил это указательным пальцем как да. Андрей продолжил:

– Но просто если ты хочешь меня уволить так и скажи, как есть, не надо выдумывать вот этого всего. Я не против, это твое право, но не нужно придираться ко всяким пустякам и потом раздувать из этого проблему.

– Ладно, Андрей, давай уже закончим этот разговор.

– Да, окей, шеф. Как скажешь.

Он благодарно, искренне и щедро, и дружественно протянул шефу руку. Шеф обычным движением, желая побыстрее отделаться от всего этого протянул свою в ответ. Андрей сказал:

– Приятно было работать шеф! Извини, что так вышло, я подтяну, наберусь опыта и, может быть, свидимся, мало ли как бывает.

– Давай Андрей, правильные мысли. Старайся, я думаю ты без труда найдешь новое место работы, уверен, у тебя не будет с этим проблем.

– Это да, просто все это сейчас так не кстати. Шеф… (П) Может быть все-таки есть вариант как-то все это переиграть?

Шеф отвечает:

– Я же говорил, у меня к тебе претензий, как к человеку – нет. Наберешься опыта, научишься нормально работать, приходи. Ну не сложилось у нас, не понимаем мы друг друга.

– Ну да да да. Ладно, я, тогда как? Мне дорабатывать или прям сейчас? (Он указал двумя руками в сторону кулис)

– Можно, уже можно, я думаю даже только так и можно.

– А как же Армен, он там справится сам?

– Не переживай, если что я помогу ему.

Андрей уходит со сцены, Шеф уходит за ним.

Сцена 7

На сцене ночной клуб, светомузыка, звучит ритмичная песня, стоит барная стойка, за ней бармен, с другой стороны три барных стула. Танцуют люди, среди них Лариса и рядом с ней Игорь. Проходит десять секунд, песня заканчивается, Лариса садится за столик, Игорь продолжает танцевать и смотрит на нее. Лариса останавливает на нем взгляд. Музыка продолжает играть, но тихо. Игорь подходит к столику, наклоняется и говорит на ухо громко (делает вид, что перекрикивает музыку)

– Привет!

Лариса поворачивается и машет ему ладошкой, чтобы он развернул свое ухо к ней. Игорь поворачивает голову, Лариса говорит ему в ухо:

– Привет, (П) ты отлично танцуешь!

Игорь задрал губы вверх и выкатил глаза, и выпрямился в полный рост, приподнял брови и с удивлением сказал:

– Спааасибо, а по тебе не скажешь.

(говорят все время в ухо)

– Что не скажешь?

– Ну, что ты такая (он машет ладонями по кругу перед собой перебирая варианты) (пауза), клевая!

Лариса улыбается довольной улыбкой и говорит.

– А что значит клевая?

– Ну такая развязанная, знаешь, не зажатая, ну, язык не где-то там, а можешь нормально поговорить.

Теперь Лариса вытянула лицо от удивления:

– Дааа… И как ты это понял?

– Та забей, проехали. Хочешь я тебя угощу?

– Ух ты, давай, я буду виски.

Игорь вытянул лицо и сказал не много удивленный:

– Вииски!

– Ну да, а ты, что пьешь?

– Я тоже выпью.

С другой стороны стола подходит бармен, Игорь встает, тянется через стол и прислоняется к его уху. Бармен уходит и сразу возвращается, он ставит на стол два рокса со льдом, наливает виски в мерный стакан и выливает его в роксы. Диалог Игоря и Ларисы продолжался, не смотря на бармена.