За гранью движений
- -
- 100%
- +
Когда она закончила танцевать, я увидел, что она смахнула слезу со своей щеки. Эмоция. Она не просто танцует, она достаёт что-то со дна своей души и вытанцовывает всё то, что сидит там.
Мне хотелось подойти к ней и обнять. Посмотреть в зелёные глаза, вдохнуть аромат хвои. Мне хотелось овладеть ею всего лишь на минуту. Но этого не может произойти. Вернув себя в реальность, я тихо ушёл, оставив своё присутствие инкогнито.
***
Я плохо сплю и плохо ем. Времени остаётся всё меньше. Неделя за неделей пролетают незаметно для меня. Уже через 14 дней всё произойдёт и я либо буду лузером, либо наконец-то выйду победителем.
Костя и правда решил сблизиться с катастрофой. Постоянно в студии болтает с ней, включает свою музыку. Они так мило общаются, что меня это начинает бесить. Не хватало ещё слухов, которые дойдут до Марьи Аркадьевны.
Я шёл по коридору в приподнятом настроении, пританцовывая. Зелёный китайский чай сделал своё дело. Реально ободрил. А то из-за недосыпа энергия моя утекает с каждым днём. А мне нельзя её потерять. Двенадцать пар глаз каждый раз во время репетиции смотрят на меня с воодушевлением. Это я их повёл и вписал в эту авантюру. Я и должен зарядить их на победу.
В большом холле, напротив зала, где через 15 минут будем проходить занятие pro группы, я обнаружил Костю и Женю, которые улыбались друг другу, разделив проводные наушники на двоих. Расстояние между ними из-за этого сократилось. В моей голове зашевелились клетки мозга, отвечающие за абсурд, и подали сигнал испортить им всю малину. Я же это делаю ради блага Кости, чтобы его не уволили. Ведь так? Именно это меня и трогает, а не рыжая, которая так красиво смеётся, окутывая своих смехом всё пространство вокруг.
– Так, так, что у нас тут? – вклинился я между Женей и Костей и стащил из её уха наушник. – Очень неплохо, прям тело рвётся двигаться, – покачивая головой, сказал я.
– Вообще-то мы тут были заняты, и ты помещал, – сердито сказала Женя, выхватив свой наушник обратно.
– Чем же вы таким были заняты?
– А это уже не твоего ума дела! – воскликнула она и опустила козырёк моей кепки вниз.
Костя пихнул меня локтем в рёбра, но я сделал вид, что мне не было больно. По его взгляду было понято, что я идиот, и влез не туда, куда мне надо было влезть. Потом спасибо мне ещё скажет за заботу.
– Я побегу, нужно ещё к Аркадьевне забежать перед занятием. Жень, спишемся тогда. – Костя улыбнулся ей своей львиной улыбкой и ушёл.
Когда я повернулся к Жене, она с ответной улыбкой махала ему ладонью, а потом, переключившись на меня, резко сменила настрой. Уголки губ сползли вниз, брови съехались, а взгляд не сулил ничего радужного.
– Ты идиот!
Она уже собиралась было уйти, но я схватил её за запястье и дёрнул на себя. Она оказалась критически близко. В глазах пробежала доля испуга. Она уставилась на мои губы. А я в своё время непроизвольно и сам смотрел на приоткрытый рот, зовущий меня.
– Я вообще-то твой преподаватель, и ты не должна меня обзывать! – с лёгкостью сказал я, всё ещё смотря туда, куда мне не следовало.
– Ну а если это правда! – Она отдёрнула свою руку и волшебство испарилось. – А я люблю говорить её, какой бы грубой она не была. – Женя наиграно улыбнулась и ушла, поправив свои волосы.
– Не опаздывай, а то в следующий раз ты не придёшь, – крикнул я ей в след, смотря на её походку и летающие волосы.
Женя, не останавливаясь, развернулась и показала мне средний палец, закусив нижнюю губу. Ей не надоело её кусать? Такими темпами она её сожрёт. Но признаюсь, что-то в этом жесте есть. Что-то внизу живота начинает шевелиться, когда я вижу, как её зубы соприкасаются с пухлой нижней губой.
Я зашёл в зал, где всех пересчитал мысленно. Катастрофа стояла на своём месте позади всех, перекатываясь с ноги на ногу.
– Всем привет. Сейчас мы разомнёмся, а потом я придумал кое-что интересное. Вы все уже устали от постоянных репетиций. У нас уже всё готово, и вы большие молодцы. Но нам нужно пронести через весь танец эмоцию. Поэтому пока мы разминаемся, подумайте, с чем у вас ассоциируется наш номер.
Я включил бодрую музыку и начал разминать своих ребят. Важно прогреть все мышцы, чтобы быть в тонусе во время танца. Тело так лучше двигается и выполняет установки, которые мы посылаем ему.
После огненной разминки я сел на пол и указал рукой, чтобы остальные сделали то же самое. Мне было важно услышать каждого из участников, чтобы нарисовать общую картину. Женя права, танец это показатель чувства. И когда же я стал таким роботом! Вся эта идея фикс меня поглотила, и я забыл о главном.
Первой руку подняла Дина и сказала:
– Наш танец очень динамичный и держащий в напряжении всё время, пока мы танцуем. Я вижу в нём загадку и наше единство с щепоткой страсти.
– А я когда танцую его, то ощущаю позитив и свободу, – высказалась Вика.
– Мне этот танец напоминает мой путь становления. Каждый раз глядя на себя в зеркало во время танца, я горжусь собой и тем, кем я стал.
Ребята высказались, но в голове сложилась путаница. Если каждый думает о своём, то, как нам сложить это в одну кучу?
– Можно мне сказать? – подняла руку Женя, обращаясь ко мне.
– Давай.
– А ей зачем говорить, если она не танцует с нами? – с пренебрежением спросила Дина, вскинув брови вверх.
– Она часть нашего коллектива, пусть говорить, – заступилась за Женю Вика.
Я повернул голову в сторону Жени и кивнул, чтобы она начала говорить. Я хотел послушать её мнение, которое было для меня глотком свежего воздуха. Она открывает что-то настоящее и искреннее во мне и в окружающих.
– Вы всё говорите правильно. Но если вы хотите донести что-то до жюри и ваших зрителей, то должны прожить одну историю. Да, каждый по-своему чувствует, но главное не закрываться в себе глубоко. Я когда первый раз увидела, как вы все вместе танцуете, то не почувствовала ничего. Только набор движений, которые очень хорошо отрепетированы. Нет косяков, но и эмоции нет. Некоторые забывают про других и пытаются показать себя. – Она намеренно посмотрела на Дину, которая в свою очередь фыркнула. –Покажите всем, историю становления вашего коллектива. Как вы падали, но поднимались. Как вы помогали друг другу, и как стали один целым. Дружба – вот ваша история. Не один, а все за одного. Вас объединяет любовь к танцам, именно поэтому вы и здесь. Почувствуйте спиной того, кто стоит за вами, и изучите глазами того, кто стоит спереди. Раскройтесь друг другу и доверьтесь, и тогда всё пойдёт как по маслу.
– Женя, мы танцевать идём не в детский сад, а на серьёзный конкурс. Все эти твои дружба и бла-бла-бла явно не для взрослого коллектива. Я знаю толк в танцах, так как танцую с самого детства. И я считаю, что тратить на эту чушь целое занятие – бесполезно и впустую. Марк, мы просто потеряли лишний день, – твёрдо высказала Дина свою точку зрения.
Я почесал голову и снял кепку. Я швырнул её в сторону. Никогда я так не делал, и мои ученицы не видели меня без неё. Но я хотел сейчас быть Марком-другом и товарищем, а не Марком-жёстким преподавателем.
– Сейчас мы попробуем станцевать не просто танец, а станцевать нашу с вами историю. Отвернёмся от зеркала и будем чувствовать друг друга. Женя, включи музыку.
Мы оттанцевали и услышали Женины аплодисменты.
– Это было круто. Вы сами чувствуете разницу?
Ребята сказали да, а вместе с этим я выдохнул. Пазл собран воедино. Теперь я был уверен в победе. Смотря на ярко-горящие зелёные глаза, я улыбнулся. Она удивительная. Вместе с покалеченной рукой, она привнесла в мою жизнь новый виток чувств, о которых я не знал раньше.
После занятия Женя попросила ребят, которые смогут, остаться, чтобы снять reels. Я пошёл в преподавательскую, где уже стояла Дина.
– Марк, что с тобой происходит? – настороженно спросила она меня.
– Всё хорошо.
– Нет, как она пришла, ты стал ей уступать. Да кто она вообще такая? Девчонка с улицы. И мне плевать, сколько у неё грамот и подписчиков. Ты другое дело. Ты уже столько лет танцуешь и так далеко зашёл.
– Дина, остановись и не кипятись. Я не дурак, и всё вижу. Если я прислушиваюсь, значит, я с ней согласен.
– Ко мне ты никогда не прислушивался! – сквозь зубы сказала она и выбежала из комнаты.
Я не понял, что за обвинения она мне предъявила и просто забил. Мне и так мыслей хватает, а думать о Дине и её каких-то обидах мне вообще не хотелось.
Я закрыл преподавательскую на ключ и пошёл проверить выключили ли ребята свет в зале. Я потянулся к ручке двери и ощутил острую боль во лбу. Дверь врезалась в меня с силой. И какого же моё удивление, увидев рыжую голову, высунувшуюся из-за двери.
– Ещё бы! Кто же ещё это мог быть! Да ты так скоро меня убьёшь! – тронув свой пульсирующий лоб, сквозь боль протянул я.
– Хорошо, что не нос! – сконфуженно пошутила Женя. – Извини. Я не специально.
– Это уже как твой девиз по жизни.
Она слегка улыбнулась и потянула свою руку к моей голове. Я машинально отстранился, не ожидав тактильности.
– Ты решила меня добить?
– Нет, хочу посмотреть, что с твоим лбом.
Взглянув на неё, я убрал свою руку и дал ей возможность дотронуться до меня. Она сняла кепку, которая была повёрнута козырьком назад и нежно провела пальцами по месту, на которое пришёлся весь удар. Мне становилось неловко. Я видел в этом во всём долю интима. Не пошлого, а чего-то большего. Она так трепетно трогала мой лоб, что я хотел схватить её руку и провести по своей щеке. Её внимательное лицо изучало место ушиба, как будто она была врач и понимала во всём этом.
Глаза Жени спустились со лба на мои губы. Она задержалась, пропуская свой чертовски опьяняющий ток через меня. Рука её скользнула вниз, задев моё запястье. От такого маленького контакта, всё внутри сжалось.
– Жить будешь. Шишки быть недолжно, потому что я ничего не нащупала. А так завтра будет виднее.
– Спасибо тебе, катастрофа, – буркнул я и надел обратно свою кепку.
– Ты всегда в них ходишь? – спросила меня Женя, когда мы спускались по лестнице.
– Да, я полюбил их ещё с подросткового возраста и теперь не снимаю.
– Без неё ты тоже хорошо выглядишь.
– Катастрофа, это комплимент? – с сарказмом спросил я, приподняв уголок рта верх.
– Это моя уловка, чтобы обезвредить врага и потом напасть, ловким движением рук. – Она взяла мою кепку и спрятала за спину, когда мы оказались на улице.
– А ну отдай.
– А ты забери.
Женя побежала, заливаясь своим чарующим смехом. Ну какой же детский сад. Но я, конечно же, рванул за ней. Мне не хватало этой лёгкости. Будни взрослого человека осточертели, и хочется вернуться в детство, чтобы бегать вот так вот и не думать о проблемах.
А она оказалась быстрой. Я еле догнал её. Мы оказались в каком-то дворе. Развернув её к себе, я пытался забрать то, что принадлежит мне. Мы смеялись как маленькие дети. И не было ненависти, не было злости. Были только чистые, позитивные эмоции.
Когда я забрал свою кепку и победно надел обратно на голову, Женя сказала:
– Спасибо, что проводил.
– Вот оно что. Ты меня использовала! – театрально я закатил глаза и приложил руку ко лбу.
– А то. Лучше уж с тобой, чем одной. Тем более вечерняя пробежка для здоровья полезна. Дома будешь спать как убитый.
– За то я теперь знаю, где ты живёшь, и теперь некоторые мои планы по отмщению могут вступить в силу, – сказал я, осмотрев пятиэтажный дом.
– Ну-ну, дерзай. Я тебя не боюсь. Но кепка классная, очень жаль, что не получилось её отвоевать, – расстроенно вздохнула она, посмотрев на мою любимую синюю кепку с надписью «свобода».
Недолго думая, я снял её и протянул Жене, которая недоверчиво посмотрела на меня.
– Держи, дарю.
– Ничего себе! Ты сейчас шутишь? – довольно спросила она и тут же нацепила её на себя.
– Нет, у меня всё равно много. Но ты береги её, она приносит удачу.
Я подмигнул Жене и пошёл в сторону дома.
– Марк, спасибо, – крикнула Женя.
Придя домой, я сразу же повалился на кровать. Разговаривать с Костей у меня не было сил, да и он, небось, обиделся. Я закрыл глаза и, представив, как Женя танцует, заснул сладким, крепким сном.
Глава 8
Женя
Чем ближе была дата конкурса, тем сильнее все нервничали. В студии царила паника и суета. Мы с Викой сидели на диване в холле на втором этаже. Я попросила её прийти пораньше, чтобы снять меня. Я давно ничего не выкладывала в свой профиль. Дождавшись, когда все разбегутся по залам, я встала в центр, и мы выстроили нужный кадр.
Вставив наушники в уши, я приготовилась.
– А тебе они не будут мешать? – спросила Вика и показала на мои проводные наушники.
– Не-а, я уже привыкла, – махнула я рукой.
Этот танец был экспериментом. Была бы у меня возможность, я бы распространяла в массы эту жгущую смесь хип-хопа и контемпа в одном лице. Это выглядит свежо и по-новому.
Танец был наполнен болью. Я скучала по своим родителям и по временам, когда мы были вместе. Этот танец я посвятила им. Самым сильным и самым стойким людям на свете. Тем, кто подарил мне жизнь и сделал её самой что ни на есть сказочной.
Я следовала за своими руками, которые начали двигаться под мелодичную музыку. Кто-то спросит меня – а как танцевать хип-хоп под такую медленную музыку? А я отвечу, что легко. Главное поймать нужный ритм, и тогда любое движение ляжет как по маслу. Делая большие шаги вперёд и назад, я подключаю гибкость своего тела, выходя то в боковую, то в волну от груди. Весь танец был наполнен элементами из разных направлений. Так велело мне моё тело, а кто я такая, чтобы ему отказывать?
– Это было круто! – воскликнула Вика и подбежала ко мне с телефоном, что бы всё показать. – А эти колоны позади тебя добавляют нужный антураж. Мне кажется, тебе нужно преподавать.
– Это моя цель – получить сертификат, да и вообще открыть свою студию танцев. Я бы хотела запатентовать своё новое уникальное направление и учить людей танцевать душой.
– У тебя всё получится. Я в тебя верю, – приобняла меня Вика, которой я была благодарна за поддержку. – Какая красивая подвеска! Новая? Раньше не видела её у тебя. Такая детальная проработка!
Вика взяла в руки подвеску в форме цветка, свисавшую с тонкой цепочки.
– Она всегда со мной, просто я её прячу, а сейчас видимо выпала.
– Зачем прятать такую красоту?
– Это мамина подвеска. Всё что от неё осталось. Она постоянно со мной. Так я чувствую, что мама рядом.
– Ой, прости, – зажала Вика рукой свой рот. – Я не хотела тебя расстроить.
– Ты и не расстроила. Просто напомнила о том, какая она всё-таки красивая и как она шла моей маме, – с тёплой улыбкой сказала я, чувствуя на душе лёгкость от воспоминаний.
Вика пошла в раздевалку, а я в зал, где у нас должна быть тренировка. Я хотела застать Марка и снять обучалку базовых движений. Это было в плане Олеси на сегодня.
– Марк, ты тут? – спросила я, приоткрыв дверь.
Он стоял и что-то нервно обсуждал с Диной, которая окинула меня дьявольским взглядом.
– Что тебе надо? Не видишь, мы заняты. Выйди!
– Эм, мне нужен Марк, а не ты, не кипятись, – выставила я ладони перед собой, чтобы она сбавила обороты. ПМС что ли?
Я зашла в зал, ожидая хоть слова от Марка, который сжав кулаки, смотрел в одну точку перед собой.
– Он тоже занят. Я не понятно тебе сказала? Выйди отсюда.
– Марк, мне нужно снять видео, когда мы сможем…
– Не сейчас, выйди, я позже тебя сам найду. – Он даже не посмотрел в мою сторону, а только что и выдавил из себя эти слова.
Дина так и продолжала испепелять меня. Если бы она была бомбой, то непременно взорвалась бы, уничтожив всё вокруг.
Удивительно, что Марк сдержался. Этот ворчун обычно не церемонится, а тут сама учтивость. Но выглядел он напряжённым. Вены на шеи были вздуты, а губы немного зажаты.
Когда я повернулась, чтобы закрыть дверь, то заметила, как Дина прижала к себе Марка, и тут что-то во мне ёкнуло. Сердце кольнуло, но тут же отпустило, когда разум мой сказала уйти и не придавать этому никакого значения. Меня это не касалось. А моего сердца и подавно. Но почему оно кольнуло?
Мимо меня прошли Костя и Яна, которые были рады меня видеть. Мы обменялись несколькими фразами, пока ко мне в голову не пришла гениальная идея.
– Костя, а давай я тебя сниму. Должен был сниматься Марк, но у него там какие-то сюси-муси с Диной. И когда он сможет, я не знаю.
– Давай, я только за.
Мы очень быстро отсняли всё, что мне требовалось. Я успела смонтировать и скинуть Олесе. Яна стояла со мной. У меня на языке вертелся вопрос, который я не знала, был ли уместен.
– Ян, слушай, а у Марка с Диной что-то есть? – осторожно решила спросить я, почесав голову.
– Не думаю. Я удивилась, когда ты сказала сюси-муси. Они обычные коллеги. Даже друзьями их не назову. А даже если бы и было что-то, то здесь они не работали бы. У Аркадьевны с этим строго. Слышала же про инцидент с Ваней?
– Да. Я ещё очень удивилась, что из-за этого увольняют.
– Ну если хочешь тут учиться или работать, то следуй правилам. Ваня навёл шуму, Аркадьевна до сих пор пытается урегулировать этот вопрос. Но Дина явно к нему неровно дышит.
– Она симпатичная и яркая. Странно, что Марк не ведётся, – хихикнула я, осознавая, что нервничаю.
– Знаешь, за всё время пока он тут работает, я не слышала не об одной девушки, с которой он повстречался бы больше недели. Ну после Лены, если быть точнее.
– Кто такая Лена?
Но Яна не успела ответить, как Марк крикнул, и сказал заходить всем своим в зал.
– Я побежала, увидимся, – сказала я и обняла её на прощание.
Марк стоял в центре зала, а по правую от него руку всё также с дьявольским взглядом стояла Дина. Нашлась блин правая рука. Считает себя супер-важной, хотя таковой не является.
– У меня плохие новости. У нас проблема с костюмами. Нам не успевают сшить до конкурса. Мы с Диной всю голову сломали и не знаем, что делать.
Ребята начали нервно вздыхать и перешёптываться между собой. Кто-то предлагал свои решения, которые не устраивали Марка или были невозможны.
– А что у вас за костюмы? – вмещалась я.
– О, сейчас наша девочка-эмоция всё нам подберёт! – открыто язвила Дина, пытаясь меня задеть.
– Дина, если у тебя плохо работают твои извилины, то не лезь, когда тебе пытаются помочь, – спокойно ответила я на её остроумные высказывания.
– Серебристые комбинезоны с синими полосками на руках и ногах, – без какой либо эмоции ответил Марк.
– А что-то уже готово или к ним еще даже не приступали?
– Начали, но на каком именно этапе я не знаю.
Я подумала и меня осенило. Я вышла в коридор, чтобы позвонить. Маловероятно, что моя спасительница сможет взяться за это дело, но попытка – не пытка. Вернулась я вприпрыжку. Я люблю быть полезной.
– В общем, будут вам костюмы. Завтра жду ткань, эскизы, мерки и выкройки, если они есть. Всё, что было у ваших швей.
– Ты сама шить собралась? – скептически спросила Дина, посмотрев на меня исподлобья.
– Нет, не сама. У меня тётя швея, и она сказала, что с радостью вам поможет. Только медлить нельзя, времени у нас не так много.
– Да чтоб меня. Женя, ты лучшая, – с облегчение выдохнул Марк и сложил свои руки в намасте.
Все зарядились хорошими новостями и потренировались от души. С этим танцем можно и на чемпионат мира поехать. Он мне очень нравился, а танцевать его было выше всяких божественных наслаждений. Жалко, что я не могу ощутить всю эту необъятную энергию вместе с ребятами, станцевав на одной сцене.
Переодевшись, я вышла из раздевалки. Вика уже убежала, ей нужно было на плаванье, а я неспешна побрела вниз по лестнице. Меня окликнул Марк и я развернулась.
– А ты куда собралась? А снимать разве не надо? – подбежал он ко мне, сияя изнутри.
– А я уже Костю сняла. Тебя тогда как-нибудь в другой раз.
– Что? Костю сняла? – Марк нахмурил брови.
– Да, он добродушно согласился.
– Я же сказал, что найду тебя. – Резко его лицо изменилось.
– Время шло, я не знала, когда бы ты закончил миловаться с Диной.
– Мы не миловались, ты же знаешь, что случилось. Мы решали проблемы. – На секунду мне показалось, что я его отчитываю, а он оправдывается.
– На тот момент не знала.
Он сжал свои кулаки, придвинулся ближе, желая что-то сказать, но, быстро протаранив меня холодными глазами, молча ушёл.
И как это понимать? Что это вообще было?
Когда я вышла на улицу, был дождь. Пока я добежала, мои кроссовки промокли насквозь. Дома я разулась и обнаружила, что один кроссовок прохудился. Только не это. У меня сейчас нет денег на новые. Хоть бы тётя не увидела. Она не позволит ходить мне в таких. Тем более уже ноябрь, и снег может выпасть в любой день. Но я не смогу взять её деньги. Я со всем должна разобраться сама.
***
Сегодня у тёти был выходной. Мы сидели с ней на кухне и завтракали. Дождь так и лил. Вот бы уже снег увидеть, а не эти противные капли. Из-за дождя всё небо застелили чёрные тучи, делая всё вокруг мрачнее. Голые деревья в такую погоду выглядели жутко и пугающе. Ну а что до настроения, то оно у меня зависело от погоды. Вот такая вот я метеозависимая.
Сегодня тренировки у меня не было. С минуты на минуту должны привезти материалы для костюмов. Я помогу тёте разобраться со всем, и потом меня ждёт собеседование в крупную компанию, которая занимается созданием парфюма в России. Я откликнулась на вакансию, не думая, что меня смогут выбрать. Но удача и тут мне улыбнулась. Им нужен человек в команду маркетологов, который готов предложить свежие и новые идеи для продвижения бренда. А кто как ни я был свеж и полон идей!
– Женя, милая, ты знаешь, что мы с тобой самые близкие люди? – неожиданно спросила тётя.
– Да, конечно.
– А близкие люди всем делятся?
– Да.
Я не понимала, к чему она клонит. Что-то случилось? Миллионы самых плохих мыслей пробежали у меня в голове, накладываясь одна на другую.
– Я всегда готова тебе помочь, и ты не должна стесняться просить меня о помощи.
– Нелли, да что случилось? – нервно спросила я.
– Я видела твои порванные кроссовки. На дворе уже зима. Я готова тебе дать деньги. В этом нет ничего постыдного.
– Так, я очень ценю тебя за готовность помочь мне, но я справлюсь. Я и так живу у тебя и ем за твой счёт.
– Не говори ерунды! Сколько тебе надо денег?
– Нелли, я справлюсь. Сегодня пойду на собеседование. И если всё пройдёт хорошо, то в ближайшее время куплю себе ботинки, – спокойно сказала я и взяла тётю за руки.
– А в чём ты сейчас собралась ходить?
– У меня есть другие кроссовки.
– Это которые с сеткой? Ты в них замёрзнешь и заболеешь!
Я закатила глаза, не зная как её успокоить.
– Хорошо, раз ты такая упрямая, то я дам тебе в долг. Так тебя устроит?
– Если ты пообещаешь, что возьмёшь от меня деньги обратно, то да, – сощурила я глаза.
– По рукам, сроки не обговариваем.
Мы пожали руки, как будто оформили самую крупную сделку в нашей жизни. Тётя взяла свой телефон и перевела мне приличную сумму, на которую можно купить ботинки отменного качества.
Пока тётя загружала посудомоечную машину, я зашла в свой профиль. Приятно было читать положительные комментарии. В рекомендациях мне попался профиль Марка. Я уже видела его, но захотелось ещё раз посмотреть его фото. Он всегда в кепке и всегда серьёзный. Ничего лишнего, только лаконичность и величие. Он не показывает своих эмоций на публику. Он скрывает себя за занавесом. Он как будто боится, что его раскусят. Как тогда с видео, которое я сняла без его спроса. Там Марк был настоящим и словно голым.
Неожиданно я вспомнила про Лену, о которой обмолвилась Яна. Недолго думая я начала скролить подписчиков Марка, но там её найти не удалось. И я пошла дальше и нашла. Девушка была азиатской внешности. Тоже танцует. И даже преподаёт. Пролистав её профиль, я поняла, что она помолвлена. Интересно, что произошло между ними?
В верхней части экрана повисло уведомление. Мне написала Рита.
Рита: привет, Женёк. Какие планы на сегодня?
Я: во второй половине дня – никаких.
Рита: значит, теперь есть. Прогуляемся, посидим где-нибудь.
Я: хорошо, заодно сходим в магазин мне за ботинками.
Рита: замётано, в 17:00 встречаешься у «Афимолла».
Я: хорошо.
В домофон позвонили, и я пошла открывать дверь. Марк и Костя несли большие пакеты. Я впустила их, показав, куда отнести материалы. Тётя с сияющей улыбкой вышла к ним и поздоровалась.
– Вы нас так выручили. Я Вам благодарен. Просите, что хотите, – очень учтиво общался Марк с моей тётей.
Но вот на меня он не смотрит. Даже не поздоровался. Наверное, я просто не заметила, как он сказал – «привет». Надумываю себе.