- -
- 100%
- +
Дизайнер-художник Тамара Попова
© Павел Патлусов, 2025
ISBN 978-5-0067-9284-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Серьёзный подход
Быль
В квартире за кухонным столом сидят две пожилые женщины. Седина уже поселилась в волосах подруг. Надежда Алексеевна свою причёску, точнее: пучок волос собирает в небольшую корзинку сзади. У её собеседницы Тамары Петровны, хозяйки квартиры просто короткая стрижка.
Прикусывая конфету, Надежда, отпивая чай из фарфоровой кружки жалуется школьной подруге, – Ногами мучаюсь, плохо ночью сплю, колени пухнут…
– Что доктора говорят?
– Артрит ставят неизвестной этиологии.
– Какие – то лекарства прописали?
– Ай, ты посмотри на колени, – Надежда приподнимает подол платья, – салицилаты пью, а толку нет. Пробовала ивовую кору…
– У меня знакомая мучилась ногами, – отхлебнув чай, добавила, – так она съездила к Охриму на Афониной горе…
– И что?
– Теперь даже лось её не догонит. На шведские палочки по килограмму груз повесила, чтобы была серьёзная нагрузка.
– А-а- а, – удивляется собеседница, – а ты это серьёзно?
– Надежда, когда я тебя обманывала? Есть для этого повод?
– Нет.
– То – то.
* * *Через неделю Надежда Алексеевна с подарками в большом полиэтиленовом пакете медленно тащилась на Афонину гору. Там, вблизи небольшого массива леса стояла убогая избушка. Тяжело дыша, женщина постучалась в дверь.
– Входи, – не заперто, – послышался голос.
– Хорошо, что дома, – подумала женщина, открывая дверь. – Здравствуйте! – раскланялась она, выискивая в избушке иконы.
Обнаружила небольшой медный образ Николая Чудотворца, – туда и трижды перекрестилась.
– С миром и добрыми помыслами принимаю, – встал с нар старичок, с седой бородой. – Вижу, что очень ногами страдаешь, – смотрел в окно, как ты в гору шла. Рассказывай.
Женщина присела возле стола, покрытого синей с белыми цветочками клеёнкой; на неё она выложила капустный пирог, пирожки и несколько картофельных шанег. – Подарки для Вас, – небось сами здесь стряпнёй не занимаетесь?
– Не сподручно мне… Ну, давай перейдём к делу. Нужда – то какая?
– Колени болят. Врачи ставят чудный диагноз: артрит неясной этиологии.
– Опухают колени?
– Да.
– Слишком серьёзный к заболеванию у Вас подход. Мы будем лечить иначе. Вставай рядом со мною и повторяй не только слова, но и движения. Поняла?
– У-гу, – кивнула головой женщина.
– Отче наш, милостивый и милосердный дарующий разумение и здоровье чадам своим, – здесь, Охрим прокрутился вокруг своей оси, присел и подпрыгнул.
Надежда Алексеевна с удивлением посмотрела на него, – не верные молитвы читаете. Надо вот так: Господи Исусе Христе Сыне Божий, молитв ради пречистая Твоя Матере, и святого великомученика Пантелеймона, и всех ради святых, помилуй и спаси нас, дай здоровья рабе божей Надежде.
– А кто был Василий Блаженный, храм которого в Кремле стоит?
– Святой!
– Понятно, что святой. Но, он был шутом, клоуном и скоморохом. Все шуты и скоморохи слуги божьи. Разве Господу интересно каждый день сотни тысяч раз слышать нудные каноны; он дремлет при их исполнении. Чтобы он услышал нас надо что – то отчебучить. Во – первых, придумать текст молитвы новый и при этом скакать и танцевать… Начнём снова. Отче наш, милостивый и милосердный…
После этих слов, Охрим подпрыгнул, присел. Такие же движения выполнила Надежда Алексеевна. Так они занимались четверть часа. После чего попили чай с шаньгами и ещё уделили внимание процедуре не менее получаса. Надежда Алексеевна так раскраснелась, что откинулась на нары в избушке.
– Таким образом тебе надо молиться два раза на день в течении месяца и хворь покинет тебя. Только слова молитвы старайся менять, – необходимо чтобы они всегда были новыми, – сделал наставление женщине отшельник.
В этот вечер, к электропоезду Надежда Алексеевна впервые дошла без особой боли в коленях. – А ведь действенное средство Охрим мне нашёл! – улыбнулась она.– Вот Тамара мне позавидует… Да пусть сама к нему едет.
Осадок остался
Посетил вчера спектакль в Музкомедии города Екатеринбурга по мотивам произведению Лермонтова «Маскарад». Отмечу сразу, что музыкальная комедия предопределяет вид, и жанр спектакля. В этом театре муз увидеть драму, которая перешла в трагедию в принципе невозможно. Театр с богатой традицией и со своей поставленной режиссёром задачей справился в полной мере. Музыка написана прекрасная, танцы и арии в превосходном исполнении. Кажется, трудно к чему либо, придраться. Допустим, мой сын Егор, который не читал в подлиннике произведение остался весьма довольным. Но, любители М. Ю. Лермонтова всё же могут предъявить определённые претензии.
Во – первых, почему действие развивается почти на столетие позже, перед Первой мировой войной. Для меня загадка? Можно было бы показать время Лермонтова, используя его стихи, которые не вошли в драму. Уверяю, было бы не хуже.
Во- вторых, почему Николай Вторый (так произносил свои титулы царь), а не Первый. Почему нельзя было отметить патриотизм русского народа хотя бы во время Крымской войны, я не говорю о Кавказских войнах России. Одним словом: выход из исторической эпохи «покоробил» меня. И ещё, главное: что этим хотел сказать режиссер? Я это расценил, как сарказм с одной стороны над царизмом, а с другой над патриотизмом, ибо в оригинале драмы этого нет, но есть только ЛЮБОВЬ и УБИЙСТВЕННАЯ РЕВНОСТЬ. Попытка возвести частные, межличностные отношения в масштаб национальных трагедий выпадает из канвы произведения. Но, таково мнение режиссёра.
В заключении отмечу: декорации, костюмы и реквизит Музкомедии безупречны, более того богатые. Очень понравилась финальная сцена с Неизвестным. Она выполнена сверх замечательно и в лермонтовском стиле.
И всё же на фоне шикарной игры актёров остался осадок недопонимания.
Я буду ждать…
Сказ
Железнодорожный вокзал, на сыром асфальте перрона липнут желтые, бардовые листья оголённых в привокзальном сквере деревьев. Надрывно верещит гармошка, издавая фальшивую мелодию песни « Не ходил бы ты Ванёк во солдаты». Подвыпившие провожающие обнимали новобранцев. Вокруг них бегал прапорщик Владимир Езов с громкими предупреждениями, – Всем новобранцам сесть в первый вагон! Провожающих прошу покинуть отбывающих!. – Он будет сопровождать будущих солдат до сборного пункта.
На небольшом удалении от перрона за посадкой новобранцев наблюдал райвоенком Тулумбасов Иван Сергеевич, прищурив припухшие глаза; его контроль необходим, чтобы партия новобранцев без опоздания отправилась к месту сбора.
Возле чугунной решётки стоит юноша с девушкой. Девушка наклонилась к уху новобранца и тихо шепчет, – Я буду ждать тебя. Два года пролетят незаметно».
– Я как приду на место службы сразу тебе напишу. Писать буду часто, только жди. Пойду обнимусь с родителями, – прапорщик загоняет всех в вагон.
Через несколько мгновений электричка дала длинный гудок, и новобранцы хлынули в вагон. Закрылись двери в вагонах. В открытых окнах стриженые наголо юноши ещё долго махали руками провожающим.
Девушка, которая провожала своего друга и одноклассника Николая Жигулева, смахнула слезу со щеки и с родителями новобранца отправилась домой: завтра ей на работу в первую смену на местном заводе. После окончания школы она не смогла поступить в институт, решив год поработать на заводе и вновь сдавать вступительные экзамены.
Дома Светлана молча прошла через кухню в свою комнату. Включила проигрыватель, поставив пластинку с известной мелодией, которой всегда завершались танцевальные вечера в железнодорожном клубе. Из динамика полилась песня:
Я буду ждать тебя возле пальмы трёх дорог.
Девушка запела, – Не буду верить я: не судьбу,
не злобный рок всё равно дождусь тебя
возле пальмы трёх дорог.
В это время зашла в комнату мать девушки, вытирая сырые руки о фартук на животе, – Грустишь? Иди за стол, – шаньги остынут. Не заметишь, как два года промелькнут.
Светлана сняла пластинку с проигрывателя и прошла вслед за матерью на кухню. За столом сидели отец и младший брат Игорь, которые с аппетитом хрустели горячими шаньгами с молоком.
* * *Прошло две недели. Светлана сидела в комнате на кровати и слушала уже знакомую нам песню в исполнении Аиды Ведищевой. Вошёл в комнату отец. – Ну, и что сидишь вечерами напролёт, – сходи хотя бы на танцы. Чего время зря терять.
– И то папа правда. Писем от Серёги нет…
– Рано ещё. Если направили на Дальний Восток, то только больше недели ехать, а там карантин. Жди недели через три первое письмо; ему надо освоиться в части.
Девушка быстро собралась.
Провожал её до дому Игорь Кириллов, который учился на пятом курсе в областном центре.
– Жениться мне надо срочно, – придерживая девушку за плечи, перед калиткой, сказал он, – Распределение скоро и могут заткнуть куда – то в глушь. Вот если бы ты решилась…
– Ой, что ты! – Я жду из армии своего Сергея.
– Понятно. Давай встретимся в следующую субботу на танцах.
– Хорошо, – ответила девушка, открывая калитку.
Миновала неделя. На танцах. В клубе Игорь вновь нашел Светлану и пригласил её к себе домой, прослушать новые записи ансамбля «Синея птица». Светлана не отказалась, ибо это ей показалось совершенно невинной забавой. Родителей у Игоря дома не было. На журнальном столике стояла бутылка портвейна, шоколадные конфеты в вазе, на тарелке ломтиками нарезан сыр и колбаса.
– Через год Игорю дадут квартиру и неплохую зарплату, – неожиданно подумала она. – С Серёгой сколько мне мыкаться…
Игорь разлил вино по фужерам. Поставил пластинку с записью ансамбля «Синея птица».
Домой Светлана явилась только на следующий день. У входа в дом её молча ждали родители.
– Где шаталась? – Нервно спросил её отец, зажимая в руках ремень.
– Замуж вышла.
– Дура! – Воскликнула мать.– Кто так скоропалительно выходит? Надо же приноровиться к человеку.
– Уже приноровилась. За Игоря Кириллова. В понедельник подаём заявление в ЗАГС.
* * *Прошло два месяца. Стоял декабрьский холод. Кирилловы вместе с родителями сделали небольшую свадьбу, точнее застолье. Не стали придавать широкой огласке факт появления в посёлке новой семьи. Всё шло нормально: Игорь готовился к зимней сессии, Светлана продолжала работать на заводе. За это время она четыре раза получала письмо от Сергея; он служил на Камчатке. Отвечать Светлана не стала, считая, что так ему легче будет пережить душевное потрясение. Но, на беду новость о замужестве Светланы сообщили его родители. Ещё через две недели им пришло сообщение из части: рядовой Жигулев Сергей Анатольевич покончил жизнь самоубийством. Страшное известие моментально разлетелось по посёлку.
Когда вечером Светлана пришла с работы, мать долго и сердито выговаривала ей, – Тебя считают виновной в его смерти. Как мне Жигулевым теперь в глаза смотреть. Стыдно за тебя. Можно было сделать как – то иначе. Одним словом: тебе надо уехать отсюда. Такой тебе сказ!
Отработав две недели на заводе, Светлана переехала в город, где они с Игорем сняли квартиру.
* * *Однажды, закрывая шторы на балконной двери, она увидела явно Сергея в солдатской форме. Дико закричав, она бросилась к Игорю.
– Что с тобою? – удивился супруг.
Заикаясь, она ответила, – А – а-а там, – указала она балкон, – Сергей в военной форме.
– Да, ты что? Мы живём на седьмом этаже? Разве он может летать по воздуху? – Игорь прошёл к балкону, открыл дверь и никого там не обнаружил.
С этих пор Светлана панически боялась оставаться одна. Только идёт она в одиночестве по улице, как тут же возникает Сергей с вопросом: « Почему меня не дождалась?»
Уже давно женщина стала носить серебряный крест, но это совершенно не помогало. Она обрызгала святой водой квартиру и все помещения в ней, но тщетно. Стоит ей только уединится в ванной, как возникал Сергей с известным вопросом. Светлана стала резко худеть, на висках появились пряди седых волос. Игорь не мог оказать никакой помощи.
Летом Светлана решила съездить к родителям и отдохнуть перед роддомом. Все свои страхи она рассказала родителям. Мать здраво рассудила, – О ребёнке надо думать; он должен появиться на свет здоровым. То – что было – то прошло. В Верхней Баской есть такой человек по имени Охрим. Молодой ещё: бородка только начала пробиваться. Женщины со своими проблемами часто к нему ездят. Помогает – говорят…
Через три дня Светлана была на станции Шутём. Найти Охрима было не сложно. Надо было перейти через речку, возле родника, подняться в гору к небольшой избушке.
Охрим приветливо встретил женщину. – Вижу Ваше состояние: перед родами?
– Очень бы хотелось, чтобы они прошли нормально.
– Рассказывайте…
Светлана подробно всё рассказала. – Я давно уже покаялась в своём поступке, но он меня не отпускает…
– Я ещё не полностью могу овладевать параллельным миром, но возможность есть. Пусть твой отец накосит большую копну сена в трёх разных местах: на лесной поляне, в поле и возле реки. Пусть всё сено со- складирует вместе. Ты возле этой копны гуляй, и только появится призрак, так сразу ныряй в копну и его приглашай…
– Ой как страшно.
– Не бойся: там есть травка, которую он должен бояться, но её надо тебе определить.
– Как?
– Он скажет: иди ко мне. А ты ответишь: лучше ты ко мне. Он скажет: выкинь там травку, – я подойду. Тебе надо найти эту траву. Поняла?
– Да.
– Добрых тебе родов. Только помни: дала слово – держи, ибо оно фиксируется в небесной памяти. Всё! Иди с Богом!
* * *Накосил отец Светланы травы в трёх местах, свёз во двор и там сложил в виде копны. Наступил сумрачный вечер. Светлана гуляла возле копны. И тут показался призрак Сергея. Светлана, не раздумывая прыгает в копну сена.
Призрак, – выходи за меня замуж. Иди сюда!
– Лучше ты ко мне, – ответила женщина.
– Я не могу. Там мне мешает травка…
– Эта? – взяла в руки клевер Светлана.
– Нет.
Далее Светлана брала и показывала призраку метличку, душицу, мяту, осот, пырей, багульник, зверобой, золотарник…
На все свои вопросы она получала отрицательные ответы, пока не взяла в руки аир.
– Эта?
– Эта! Выбрось её подальше, – закричал призрак.
Светлана положила аир себе на грудь. В один миг призрак Сергея исчез.
С тех пор женщина постоянно, в льняном мешочке носила с собою аир в качестве оберега. Призрак бывшего возлюбленного больше её не посещал. Вскоре она родила здоровую девочку.
По грехам вашим…
Две женщины довольно бодро шагают с лыжными палками в вечерних сумерках; они по – зимнему закутаны в объёмные куртки с шарфами, на ногах – валенки. Клубы пара при дыхании оседают серебристыми льдинками на ворсе шарфов.
– Вчера, я милая подруга, была в Церкви, на исповеди…
– В чём ушла в «сознанку»?
– Намедни, соседку по площадке отчитала. Представляешь: вытащила два мешка отходов и оставила на площадке. Выговорила ей, а она мне начала грубить… Послала её туда, куда Макар телят не гоняет… Батюшка простил этот грех…
– Что – то ты зачастила в Церковь со своими грехами?
– Так надо же перед Богом чистой быть, – в любой момент может призвать…
– Идём до поворота и возвращаемся. Ты слышишь, Аглая?
– Не глухая, – слышу. Поняла.
– Не знаю, что тебе сказать о грехах, но однозначно: в Церкви их снять не могут. Все прегрешения остаются с человеком. Если Раскольников – убийца, то он навсегда им останется. Исполнение приговора по суду не оправдывает его. Мало того девушка, которая связала с ним судьбу – примазана к убийству, то есть со – грешница. Исполнение приговора (наказания), снятие греха в Церкви не освобождает от совершённого греха.
– Я что зря ходила в Церковь?
– Не знаю. Но, грехи точно не списываются, а нанизываются, как бисер на нить, чем больше грехов, тем тяжелее эта нить, – назидательно высказалась Татьяна Петровна. – Они накапливаются однозначно. Каждый должен знать: его прегрешения всегда останутся с ним. От этого не спасут ни Церковь, ни правоохранительные органы. Надо иметь мужество жить с ними.
– И что ты прикажешь теперь делать? – подходя к дому Татьяны Петровны интересуется Аглая Сергеевна.
– Не грешить, быть сдержанной в выражениях. Этого можно достичь только образованием и хорошим воспитанием.
– А кто мою соседку воспитывать будет?
– Её окружение, то есть соседи с добрыми намерениями. Ну, пока до свидания, до следующей прогулки завтра.
– Для чего в этом случае Церковь? – прихватила спутницу за рукав Аглая.
– Чтобы, через грехи Ваши управлять Вами.
– А- -а – а, – с недоумением ответила спутница.– завтра, на прогулке, мы вернёмся к этой теме.
Истина – в действии
Морозный тихий вечер. Аглая Сергеевна стоит возке калитки подруги, – ждёт её выхода на прогулку. Вот в дверях показалась подруга, звякнула ключами и приблизившись к подруге поздоровалась. – У нас сегодня обычный маршрут или удлинять будем?
– Татьяна, я сегодня плохо спала…
– Ну?
– Пойдём обычным путём. Зачем нам лишние хлопоты. Всё грехи наши…
Женщины начали мерно махать палками.
– Я вот ночью подумала: наши грехи можно убрать добрыми делами, чтобы тяжёлая цепь не отягощала Душу.
– Ради этого человек и живёт.
– Сегодня в магазине видела бедно одетую девочку и хотела ей купить плитку шоколада…
– Запомни дорогая подруга: намерение – это не действие. Добром может быть только реальное действие. Вот если бы ты действительно купила ей плитку шоколада…
– И что тогда?
– Едет машина, – отойди в сторону, прижмись к бровке.
Грузовик медленно проехал мимо женщин, «оросив» их тёмным выбросом сажи.
– Тьфу, – плюётся Татьяна Петровна.– Погулять нормально невозможно.
– И что тогда? – повторяет вопрос подруга.
– На другую ниточку нанизывается маленькая пробка.
– Для чего?
– Ты знаешь: сейчас населения на Земле много, почти 9 млрд. человек. Там, в иных мирах уже не взвешивают Души на весах, – очередь огромная будет. Понятно?
– А-га.
– А дальше?
– Просто загоняют всех умерших в озеро. У кого пробковый пояс солидный, идут на восток и юг, там рай. А кто утонул с грехами, тех выбрасывают в болото. Ты замечала на болотах пузырьки?
– Да!
– Это – газ метан, которым теперь топят котельные и заправляю автомашины.
– Всё. Мы подошли до поворота, – пошли обратно.
Женщины развернулись и пошли в направлении дома.
– Завтра, Татьяна, я пойду в магазин и куплю этой девочке плитку шоколада.
– Правильно, если в этом случае у тебя будет действие. А ты знаешь почему Ленин называл интеллигенцию гнилой?
– Почему?
– Прежде чем что – то сделать интеллигент придумает десятки вариантов вреда и пользы от действия и очень часто просто ничего не делает. Твой пример показателен. Ну, мы подошли к дому. До завтра.
– Завтра, Танечка, я начну действовать.
Разные вариации
Аглая Сергеевна нервно стучит лыжной палкой в дверь своей подружки, – однозначно, что – то хочет высказать прямо в глаза. Татьяна выходит, напевая известную песню прошлых лет «А снег идёт…». Звякнув ключами, поприветствовала со – путницу по вечерней прогулке. Аглая вместо приветствия, решила огорошить напарницу, – А мой Вася сказал: болото и метан – твой п…..шь! У нас кладбище на горе.
Надо отметить: Аглая Сергеевна окончила финансовый техникум и всю жизнь проработала бухгалтером. Мысли её постоянно крутились вокруг цен, зарплат, пенсий. Своего мужа Василия считала придатком собственной судьбы, но подстроить его под свою практику мысли не смогла. Татьяна Петровна всю жизнь провела в школе; её кругозор был гораздо шире, но это не мешало им дружить. Правда надо отметить: педагог покровительственно относился к бухгалтеру.
– Вася у тебя полный скептик! – направляясь по знакомому маршруту, начала разговор Татьяна.– Если он не воспринял мой вариант загробной жизни, то должен отрицать девять кругов ада и геену огненную. Суть в том и другом случае одна.
– Не поняла?
– Дело в том, что у каждого человека есть страх перед чем – то. Ну, допустим: кто – то боится увольнения, кто – то нищеты, кто – то дурной жены и т. д. У тебя страх перед загробной жизнью, – я это поняла и решила: как – то активизировать твою жизнь в этом мире, чтобы у тебя исчез страх.
– А как это сделать?
– Довольно просто: надо забить голову другими мыслями и идеями. Начать творить добрые поступки, от которых ты бы получала радость.
– Я сегодня своего Василия накормила блинами и унесла ещё дочери с зятем.
– Молодец! Посторонись, – машина чуть нас не задавила за разговорами.
Женщины встали у обочины дороги. Вскоре продолжили путь по своему маршруту.
– Татьяна, я знаю, что не ходишь в Церковь, – ты не боишься смерти?
– Смерть – ничто. Ты сейчас в качестве Аглаи Сергеевны противостоишь ей и так будет до скончания твоего века. Материя, из которой ты состоишь, не исчезнет, лишь примет другие агрегатные состояния. – Татьяна Петровна подёргала для видимости за куртку подругу.– Исчезнет только форма, то есть сущность Аглаи Сергеевны. А пока ты в хорошей спортивной форме, – улыбайся!
– А что у тебя нет никакого страха?
– Почему? Я обычный человек, но боюсь со своими болезнями навязываться на детей… Вот по этой причине и занимаюсь щведской ходьбой. А ты по какой причине?
– А мне с тобою интересно! Василий сутками у телевизора… С ним не поговоришь о Душе и Боге.
Женщины подошли к дому Татьяны Петровны. – Завтра подруга не опаздывай, – махнула палкой Аглая Сергеевна.
Куда уходит детство?
Татьяна Петровна стоит возле дверей квартиры спутницы по вечерним прогулкам, – жмёт на звонок. Через мгновение выходит подруга, – Кто там?
– Кто ещё может быть? – если не Татьяна.
– Собираюсь…
Через десять минут Аглая Сергеевна вышла на улицу. – Сегодня не думала гулять, – нет настроения. После вчерашнего разговора с тобой: полная апатия.
– Отчего? – размахивая палками и ускоряя ход, интересуется Татьяна.
– И ты ещё спрашиваешь? Физическое тело сгниёт, а форма – Аглая Сергеевна исчезнет из бытия. Я потеряла интерес к жизни, увидев её бессмысленность…
– Внимательно смотри за дорогой, чтобы под машину не попасть: заужены дороги сугробами… Давай начнём с материи. Я много раз встречала твою дочь с внучкой и визуально отметила: они очень похожи на тебя фигурой и даже манерой поведения и ужимками. Мне так хочется сказать: дочь – Аглая Сергеевна в зрелом возрасте, а внучка – Аглая Сергеевна в шестом классе. Природа позаботилась о том, чтобы сохранить тебя в потомстве, то есть через наследственный материал ты вновь обросла материей и продолжаешь жить. Надо отметить: чудесный вариант.
– Татьяна, отойди к бровке, – машина идёт, – толкает подругу Аглая Сергеевна.
Женщины ждут, когда автомашина прокатит мимо их.
– Почему нельзя природе продлить жизнь человека до трехсот лет?
– Природе в целом не нужны больные особи. Сколько у тебя сейчас диагнозов?
– Штук пятнадцать.
– То -то! Важно обновление через постоянство генетического материала. Как ты поняла: биологически ты будешь жить через детей и внуком. Гораздо сложнее и труднее с личностью, ибо для того, чтобы её влияние сохранилось в будущем нужен талант, гениальность. К сожалению, таковых не много. Если ты знаешь: алмазы в природе встречаются крайне редко. Для того чтобы найти маленькую кроху надо переработать сотни тонн породы. Так и у людей: на несколько миллионов может быть один талантливый художник, композитор, писатель, учёный. Мы подруга с тобою, как большинство людей представляем среду, в которой созревают таланты. Чем больше в семье детей, тем больше вероятность, что кто – то будет гениальным учёным.
– Значит: секс, как механизм для талантов приветствуется? – улыбается Аглая Сергеевна.
– А почему у тебя только одна дочь? А – а- а- вмешался как всегда финансовый вопрос. Ну, ладно, девяностые годы на всех действовали одинаково плохо. Отмечу лишь: секс – как удовольствие является орудием смерти. В этом главное противоречие нашей жизни. Удовольствия и наслаждения находятся на вооружении смерти. По этой причине в ряде религий секс приемлем только для деторождения. А сейчас направляемся обратно. Всё понятно!