Живая функция. Рассказы. Часть вторая

© Павел Патлусов, 2021

ISBN 978-5-0053-2747-5 (т. 2)

ISBN 978-5-0051-6144-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Веселуха»

Со своим земляком Николаем я перезваниваюсь примерно раз в три месяца. И вот в конце июня – месяца я сделал очередной звонок. После взаимного приветствия спросил: «Ты уже на даче?»

– Почти месяц, – последовал ответ.

– «Веселуху» поставил и опробовал? – Интересуюсь я, зная, что собеседник мой инвалид (ампутирована одна нижняя конечность); по этой причине ему в магазин ходить трудно и накладно: вот и ставит для себя брагу, чтобы скрасить одиночество.

– Опробовал, Павлуха, причастился. Три дня постояла на солнце, – я спрятал её от бабы под сено, и решил принять пару стаканчиков. Она ещё сладкая, пузырится… Примерно через сорок минут забродило у меня в животе. А ты знаешь: у меня туалет надворный на даче, за двадцать метров от дому. Схватил костыли и бегом к месту назначения, а в животе уже давление дошло до критической отметки.

– И-и-и…

– Перед самым туалетом запнулся и упал. Во – время падения думал лишь о том, чтобы носом землю не вспахать…

– И – и-и…

– Отказала система блокировки.

– И-и-и…

– Потребности в туалете уже не было. – После тяжёлого вздоха добавил. – Хорошо, что в бане была теплая вода для совершения омовения и внеплановой стирки. Картина живописная: грядки с клубникой, а между ними обосранный мужик лежит в пяти метрах от туалета.

Я расхохотался. – Хорошая оказалась «веселушка»!

– Отменная. Теперь то я знаю: бродить бражка должна не менее недели, чтобы эффект был приличным. Приезжай, – я уж «веселуху» настоящую поставлю.

– Нет, Коля. Я уж со своим лучше… Продолжай веселится. – На этом наш разговор закончился.

Ангел-хранитель

Мой зять Александр всегда находился под бдительным оком моей старшей сестры Натальи. Если он идёт в магазин, то она ему читает инструкцию о правилах перехода улиц: «Саша, запомни – улицу переходят на зелёный свет в строго обозначенных местах».

Он её переспрашивает, – Какие такие «строго обозначенные места»?

– Перекрёстки и «зебры».

– Может ещё и «слоны» у тебя есть? – Шутит он.

– Саша, у меня с вами может терпение лопнуть! – сердится Наталья. – Виталика (сын Лопухиных) возьми при переходе улицы за руку. Понял?

– У-гу.

В это время она шепчет мне на ухо: «Нет никакой разницы кто кого возьмёт за руку, ибо у них «пикает», – Она крутит пальцем у виска и добавляет, – Если бы не я, жить бы им без ума.

– Да – к, муж – то вроде у тебя бывший лётчик? – Попробовал я его защитить.

– Летчик, – она показывает пальцев вверх, – он там, а здесь на земле без моего руководства никто. Ведь летать – это не ползать…

А прибыл я к зятю по поводу его юбилея; ему исполнилось шестьдесят лет. На официальный юбилей я не смог попасть: был в больнице. После вручения подарка зять побежал в магазин за бутылочкой водки, а Виталий Александрович, уже зрелый мужчина отправился на свидание с девушкой.

Мы с сестрой присели возле стола на кухне.

– Вот, представь, Петя, я его сохранила и довела до шестидесятилетнего юбилея. Не можешь представить: чистый ребёнок… Идем с ним в кинотеатр «Современник» и он загляделся на длинноногую блондинку и воткнулся в столб. Я ему после этого объясняла, что красивые женщины на сто процентов распутные. Через связь с ними можно получить не только венерические болезни и СПИД, но даже лихорадку Еболу. (Она почему – то у этой болезни меняла первую букву.) У многих женщин на работе мужиков начало лихорадить, особенно после сорока лет. Я своему сказала: Саша, все приключения в домашней обстаовке, и аккуратно, и чисто, и вкусно, – верно братик, ну, как у тебя с супругой.

Я киваю головой.

А тут он опять загляделся на девицу – одно слово: лётчик. – Продолжила она повествование. – Это, только в песне у летчиков мечта – высота. На деле: они думают только о бабах. Из-за этой длинноногой твари он лоб в лоб столкнулся с маршрутным автобусом. К нему стала эта лихорадка подкрадываться, и я уж испугалась: вдруг начнёт «еболить». Нет, всё обошлось, после того как я приняла профилактические и сугубо конкретные меры. Только водитель автобуса послал его очень далеко.

– Куда? – Наивно переспрашиваю я.

– В орган на пять букв. Вот и сидит он теперь там в глубине органа, а иначе ему до следующего юбилея не дожить, одним словом: «летун». Летал бы до старости без цели и смысла, если бы в своё время на меня не залетел.

Я ничего лучшего не мог найти сестре для ответа: «Бережёного – Бог бережёт!»

– Вот – вот! Он должен знать: где его Бог и Ангел – хранитель и молится на меня круглые сутки.

В это время зять вернулся из магазина, и сестра открыла холодильник намереваясь «сгоношить» для юбиляра и гостя закуску.

Выслушайте…

С работы в этот день Алексей Подёнкин пришёл позднее обычного; после обеда произошло отключение электроэнергии, в результате пришлось пилить древесный брус позднее, – был срочный заказ – машина – лесовоз стояла под погрузкой… Жил Алексей в двухквартирном доме почти на самой окраине посёлка, возле автомобильной дороги. Квартира была закрыта. Он обнаружил ключ на обычном месте: под крыльцом. – Ушла, видимо, к тёще с Женькой, – подумал он. Тщательно выхлопал на крыльце верхнею одежду от древесной пыли, переоделся в старенький спортивный костюм и зашёл в квартиру. Обычно к его приходу с работы Лиза – жена выставляла на стол горячий суп. На этот раз на плите он ничего не увидел.

– Рано ушла к тёще и ещё не успела приготовить. – Подумал он, – сам что – то «сварганю». Он заглянул в холодильник, в котором, кроме сливочного масла ничего не было. – Картошку поджарю, – решил Подёнкин; он вытащил ведро с картофелем из – под стола и уже потянулся за ножом на столе, как вдруг увидел бумажный листок. На нём крупными буквами было написано: Ушла навсегда. Надоело всё. Живи один на свою мизерную зарплату.

Вначале Алексей не мог разом всё оценить, и лишь через несколько мгновений понял: ушла Лиза вместе с дочерью Женей, которую он безумно любил. В глазах появились какие – то красные и фиолетовые «мушки», – он на время потерял над собой контроль: бросил нож в дверь комнаты, опрокинул ведро с картошкой, смахнул со стола две тарелки, которые ударились о печь и рассыпались на мелкие осколки. – Дура! Все сейчас тяжело живут! – Выкрикнул он в пустое пространство квартиры. – Но, не всегда так будет… Он кричал ещё что – то, – выкидывал сердечную боль в ограниченное пространство квартиры. Успокоившись через десять минут, решил сходить к соседу Володе Перину. Нашёл соседа в огороде. – Володя, у меня к тебе разговор есть, – обратился Алексей, через забор между огородами.– Привет, – не распрямляя туловища, Перин продолжал махать серпом, между грядок, в борозде. – Поговорим завтра. Сорняки задавили, – обещал жене все борозды вычистить…

– Я бы за бутылкой сбегал? – делает заманчивое предложение соседу Подёнкин.

– Не – а, сегодня не могу… Найди другого партнёра.

Алексей хлопнул себя по бедру, плюнул и направился в магазин. Продавцом здесь работала Рая Бутакова – одноклассница. Магазин находился недалеко, через дорогу. Небольшая очередь выстроилась вдоль прилавка. Подёнкин встал за какой – то старушкой с большим полиэтиленовым пакетом в одной руке и обычной строганной палкой в другой. Среди разнообразия вин и водок выбрал дешёвую – «Вологодскую». Вскоре подошла и его очередь.

– Привет, Рая, – сделал вынужденно натянутую улыбку Алексей.

– Ты чего такой «кислый»? – убирая с прилавка губку смоченную хлорной известью. – Что – то произошло?

– Произошло. Поговорить бы надо.

– Поговорила бы, да видишь: работа. Очередь ждать не будет. Приходи после работы. Чего покупать – то будешь?

– Литр «Вологодской»

– Не спейся. – Подала две бутылки водки однокласснику Рая.

По дороге домой он решил позвонить младшему брату и пригласить его в гости. – Димуля, я купил водочку. Приходи. Я очень жду.

Брат ответил отказом: «Сегодня не могу. Светка отправила меня с детьми к тёще. Надо увезти на неделю, – ремонт затеял дома». Давай встретимся через неделю».

Дома Алексей сел на кухне на табурет, поставив водку на стол.

– Позвоню Лизе, – решил он. Он быстро набрал по памяти номер жены, но абонент оказался недоступным. – Чёрт с ней, с бабой, но Женька-то, как без отца? – вслух проговорил Алексей. – Что с ней будет? Когда я смогу её увидеть?

Он открыл бутылку водки, достал из хлебницы булку хлеба, налил полный стакан и залпом выпил. Полегчало. Затем он выпил ещё и ещё…

Утром, оторвав голову от подушки, он взглянул на часы и ужаснулся: было половина одиннадцатого. – Проспал, идиот! – воскликнул он. Хлебнув на ходу воды из – под крана он быстро на веранде одел рабочую одежду и направился на пилораму, – назвать это лесопильным цехом было бы слишком громко. После вчерашней попойки в одиночку его пошатывало и слегка подташнивало.

Мастер Сёмкин, увидев изрядно припоздавшего работника, сразу и определённо решил:

«На работе сегодня тебе делать нечего. Ты – пьян. Давай я тебя провожу» Он взял его за рукав куртки и потащил к выходу с территории пилорамы.

– Александр Васильевич! Будь добрым – выслушай, – обратился с просьбой Подёнкин.

– Завтра, когда трезвый придёшь на работу, – продолжая выталкивать работника с территории пилорамы. – Завтра все разговоры. Пьяных до работы допускать нельзя, – техника безопасности.

– Меня бы только выслушать, – уже начал «канючить» Алексей.

– Иди, иди, – хлопнул по спине Подёнкина мастер возле входных ворот на пилораму. – Завтра будь трезвым…

Алексей молча побрёл вдоль дороги к дому, но через несколько минут остановился, ибо понял: дома делать нечего. Он сошёл с дороги на обочину и сел под дерево. Так отрешённо он просидел под сенью берёзы почти час. Затем встал и снова отправился на пилораму. – Может кто – то из ребят – рабочих выслушает меня, если мастер этого не сделал, – подумал он. Было время обеда. Все рабочие отправились по домам на обед. Чтобы не попадаться мастеру на глаза, Алексей спустился вниз, там, где находился транспортёр по удалению опила с пилорамы. Прилечь решил на широкую транспортёрную ленту, чтобы не пачкать одежду. Закрыл глаза и сразу увидел большого седого старца на троне, с которым рядом стояли ангелы в белоснежно – белых одеждах. – Мы тебя готовы слушать вечность, – улыбнулся старец. – Рассказывай. Алексей поведал о том, что он ещё в школе влюбился в Лизу. У них родилась рано дочь Женя. По этой причине он не смог получить образования, но готов учиться заочно. Он очень любит свою жену Лизу и дочь Женю, только об этом никто и знать не хочет.

– Мы знаем. Кто наполнен любовью будет пребывать с нами вечно. Любящие сердца мы не оставляем в одиночестве. Тебе хорошо у нас.

– Хорошо. – Ответил Подёнкин. – Вы так внимательно меня выслушали. Я готов Вам рассказывать о моей любви постоянно.

– Мы будем слушать, – произнес старец. Ангелы в знак согласия кивали головами.

Обед закончился. Пришли рабочие на пилораму. Мастер собственными руками включил рубильник. Транспортёрная лента быстро пришла в движение. Почти мгновенно тело Алексея было зажато между маховым колесом пилорамы и транспортёрной лентой.

Улыбка Приапа

Водитель большегрузной автомашины Сергей Васильев по прозвищу «Василёк» большой охотник до женского полу давно взял себе в качестве достигаемой цели блондинку на местном рынке. Она появилась здесь не более двух недель назад. После работы наш «Казанова» обычно шёл домой через рынок. Вот тут – то он и заметил новенькую. Для первого знакомства он решил купить обычные рабочие перчатки.

– Перчатки бы мне… «хебешные»…

– Десять рублей, – ответила блондинка.

– Вы, вероятно, новенькая? – я всех местных торговок знаю.

– Три недели здесь и никакого навара. Сегодня за день продала всего на триста рублей, а тут ещё социальный налог повысили, – раскрыла свои заботы продавец.

– Н-да, – утвердительно кивнул головой Сергей, доставая из кошелька монету в десять рублей. – Тяжело, однако. Меня зовут Сергей, а Вас?

– Людмила.

– И незамужняя?

– Да.

– Отлично. Я могу скрасить Ваше одиночество, только адресок скажите.

– Слишком много Вас со своими любезностями, не до них мне: диабет, сахар высокий…

– Это конечно серьёзно, но не повод отказываться от мужчин, – возразил ей Васильев, принимая перчатки. – Ну, так адресок?

– Купил? Или ещё что – то будешь покупать?

– Нет.

– Всё. Наши отношения: продавец – покупатель закончены. До свидания.

После этого знакомства Сергей настойчиво проходил ежедневно мимо вагончика Людмила и после приветствия обычно справлялся о её самочувствии.

– На одни лекарства только и работаю, – обычно не приветливым тоном отвечала женщина. – Купить что – то хочешь?

– Нет. – Отвечал Сергей. – У меня другой «товар» для Вас…

Людмила в ответ лишь смеялась: Этот «товар» для вас – козлов недоступен.

Более двух недель Васильев ходил на рынке после работы возле вагончика Людмилы, пока не придумал интересный ход. Он сообщил женщине информацию, которую прочёл в интернете. – Знаешь ли то, что в США женщинам больным диабетом рекомендуют секс два раза в неделю. Многие из них довели уровень сахара до нормы и совершенно отказались от лекарств. Дорогостоящих лекарств…

– Не врешь ли?

– Можешь сама заглянуть в интернет…

Прошло чуть более недели. И когда в очередной раз Сергей «замаячил» возле вагончика Людмилы, она неожиданно не только любезно поприветствовала его, но и не без улыбки дала свой адрес. – Может действительно сахар снизится?

– Конечно, – ответил «Казанова». – Около семи часов вечера я буду…

Покинув рынок Сергей достал из кармана ключи с бронзовым брелком Приапа и не без удовольствия потер большим пальцем руки выступающую часть божества, которая была начищена до блеска.

Прошло почти три месяца. Васильев уже по пятницам не оставался на традиционные» посиделки» мужиков в гараже. Вот и на этот раз, когда Быков Михаил предложил скинуться в на бутылку водки, он отказался, достав из кармана брелок знакомого всем божества и вновь потер у него всем известную деталь.

– Придётся, Андрюха, нам искать с тобой третьего, – обратился Быков к товарищу по работе Колобову. – Был «Василёк» мужик гениальный, а теперь генитальный…

Ухмыльнулся Колобов такому умозаключению Михаила, и сделал предложение, – Я скатаюсь за пузырём, а ты здесь найди третьего… Да, вон Помазкин в гараж машину заводит…

В обычное время Сергей появился возле знакомого двухквартирного домика. Людмила мыла на крыльце пол. Она старательно водила тряпкой по ступенькам, оголив почти полностью бедра ног.

– Привет, Людочка, – хлопнул по бедру сзади женщину Сергей, улыбаясь предстоящему удовольствию.

– Привет. – Поднимая ведро с полу ответила женщина и неожиданно, для Сергея, вылила грязную мутную воду на любовника. – Сахар, идиот ты такой увеличился у меня почти вдвое после твоих сеансов. Сколько я теперь денег потрачу на лекарства! Проваливай! И больше здесь не появляйся хренов лекарь!

– Так я. Людочка, хотел как лучше.

– Иди, иди пока цел…

На этом злоключения нашего «лекаря» не закончились. Жена Валентина встретила мужа у порога с немым вопросом на лице.

– Мишке Быкову помогал канализацию делать – вот и вымок, – попробовал оправдаться Сергей.

– Ага. – Ответила супруга влепив ему хорошую пощёчину.

– Ты что? – Онемел он.

Валентина добавила ещё по другой щеке. – Сучий ты сын. У родной жены повышенное содержание холестерина, а он даже членом не поведёт. Лечит чужих баб на стороне, а законная жена не может от холестерина избавиться! Отправляйся в душ, а когда ребят уложу спать ты – паразит будешь проводить лечебные процедуры. Понял?

– Понял, дорогая.

Прошло чуть более месяца. Наступила золотая осень. Однажды Сергей проходил по рынку в изрядном подпитии – был конец рабочей недели, и его окликнула Людмила. – Смотрю я на тебя Серёга и удивляюсь: худой стал и не контактный. А ты уж меня прости за мою выходку и можешь приходить как обычно. Я купила даже бутылку водки…

– Это всё хорошо, Людмила. Но, я теперь специализируюсь в другом медицинском направлении… Исполняю долг.

– Супружеский, – усмехнулась бывшая любовница. – Потому ты такой весь поистёртый.

– Ага. Долг никогда в удовольствие не бывает.

– А тут я твою тещу видела. Она выглядит очень больной и старой. Ведь у тебя и перед ней долг.

– Типун тебе на язык, – ответил Васильев отходя от вагончика Людмилы на рынке. Он достал из кармана знакомые уже нам ключи и хотел было потереть выступающую часть Приапа, которая уже так окислилась, что сравнялась по цвету с телом божества, но почему – то отложил своё намерение и понуро направился в сторону дома.

Благовещение

В это утро, в магазине бывшая учительница физики, а ныне пенсионерка и ревностная прихожанка местной церковной общины, встретила матушку Евлампию. Матушка глубоко спрятала своё лицо в повязанном наглухо кисейном платке. Дотошная прихожанка смогла увидеть у супруги местного батюшки, отца Сергия, синяки под глазами и серьёзный бубон, наплыв на верхней губе.

– Матушка, да что с Вами? – удивилась Антонина – так наречена была в ЗАГСе бывшая учительница, – только не говорите, что упали. Я сама от своего благоверного носила подобные вещи. Неужели батюшка волю даёт рукам?

– Не буду обманывать тебя Тоня: трудно мне с ним, если бы не дети, а их знаешь: у меня четверо, то ушла бы от него. Не первый раз такие «гостинцы» от него получаю, – с лёгкой слезинкой на глазах поведала о своей судьбе матушка Евлампия.

– И какую вину он видит за тобой? – удивляется Антонина.

– Считает, что при выходе за него замуж я не призналась, что была не девушкой.

– Он у тебя точно сошёл с ума. Ведь бывают случаи, когда у девушки отсутствует, точнее – не имеется в наличии фактора девственности… Это сплошь и рядом. Пусть изучит анатомию и физиологию женщины. И это после рождения четырёх детей? Даже Христос прощал абсолютных грешниц. Он бы вспомнил о Марии Магдалине!

– Не надо Тоня об этом судить. Только уж ты в приходе никому не говори. Хорошо! – попросила женщину матушка Евлампия. Прихожанка заверила, что не развяжет язык перед единоверцами. На этом разговор двух женщин и закончился.

Вечером после вечерней службы Антонина подошла к отцу Сергию.

– Батюшка, благословите меня на трудный разговор, – обратилась прихожанка к нему.

– Благословляю, – улыбнувшись, потирая крест на животе, ответил он.

– Вот когда наши мужики по пьянке бьют своих жён – это грех, ибо этим они нарушают венец, которым Господь их связал при венчании. Разве я не права?

– Права, дочь моя.

– А если батюшка свою жену кулаками учит, а не словом Божьим. Это как?

– Неужели матушка Евлампия Вам пожалилась и тайны нашей семьи ушли в народ?

– Не далее меня. Ведь Вы, батюшка, человек публичный и Ваш пример для нас прихожан значит многое, а так же Ваше отношение к семье. Хотелось бы, чтобы оно было не хуже Святого семейства.

– Вашу позицию, Антонина, я понял, и на этом наш трудный разговор прервём.

– Спасибо, батюшка, что не уклонились от трудного диалога.

Отец Сергий перекрестил прихожанку и сказал: «Ступай с Богом!»

Через день в Церкви была литургия по случаю святого праздника Благовещения. По окончанию службы отец Сергий ходил среди прихожан окропляя их святой водой. В толпе стояла и Антонина, вместе с бывшей учительницей химии Людмилой Ивановной. Батюшка спокойно шёл возле прихожан крестообразно разбрызгивая кропилом святую воду. Когда увидел в толпе Антонину, то на мгновение замер. Она всем своим видом желала быть окроплённой святой водой, но батюшка прошёл мимо, не бросив даже капельки в её сторону. В конце храмового зала он вдруг что-то вспомнил. Усиленно водя кропилом по солнцу1 батюшка подошёл к толпе где стояла Антонина и махнул всем кропилом ей в лицо. Всё лицо, шея, платок на голове, платье было залито водой. После этого действия отец Сергий быстро удалился к алтарю.

– Вот это, Антонина, он тебя освятил, – восхитилась Людмила Ивановна.

– Не освятил, а «умыл», – сердито ответила бывшая учительница физики.

– Кропило водил по старообрядчески и не сделал крестообразного движения, а просто смахнул воду с кропила на меня.

– За что такая немилость? – уже любопытствует подруга.

– Есть за что, но сказать не могу.

«Красное словцо»

Ученик первого класса Данил отбывал весенние каникулы в селе у дедушки и бабушки. Тот и другой были уже на пенсии, но ещё работали не полный рабочий день. Бабушка Лара вела в школе только шесть часов биологии; дед – Павел уходил на работу рано, но и возвращался уже к десяти часам утра: он измерял давление у водителей в автобусном парке. При таком режиме работы внук всегда был под надзором.

В предпоследний день каникул баба Лара перед тем, как уйти на педсовет осматривала рассаду, которая в деревянных ящиках занимала в гостиной почти половину площади; на Урале подобная картина в это время в половине домовладений. Осмотром биолог остался недоволен: «Чахлая, вялая почему – то рассада помидор и перцев?.. Надо бы каким – то активатором роста поправить дело… Всегда была хорошая рассада, – а нынче – ума не приложу! Вероятно, – она обращается к супругу, – ты, дед, плохую землю с осени заготовил? А?

– Брал там, как обычно в осиннике, – возразил ей Павел. – Может, ты семена плохие заготовила, – дохлые?…

На этом разговор пенсионеров закончился. Баба Лара села за журнальный столик с небольшим круглым зеркальцем и начала выщипывать брови, затем красила ресницы, губы, а в завершении два раза прыснула себе под мышки духами из небольшого флакончика.

– Бабушка, а для чего ты себя брызгаешь такими запахами? – вертится рядом внук.

– Эти духи французские, изысканные, – сынок Женя, то есть твой дядя из Москвы привёз. А «брызгаюсь» я для того, чтобы не чувствовать себя вялой, старой, ущербной…

– Быть молодой и здоровой, – подводит итог Данил.

– Правильно понял, – похвалила его бабушка, поставив флакон с духами в шкаф. Через четверть часа она ушла в школу, а дед Павел «вожгался» на улице с досками, – готовил ящики для цветов.

Данил поставил табурет к шкафу и уверенно снял с верхней полки флакон с духами. Над рассадой он трудился не более десяти минут, пока не израсходовал все духи. – Вот теперь рассада будет крепкой и здоровой и бабушка не будет обвинять деда с плохой землёй, заготовленной осенью. – Надо отметить, что Данил и дед лучше понимали друг друга, и всегда вставали на защиту, если баба Лара начинала кого – то из них ругать.

Через полчаса дед Павел вошёл в избу и сходу спросил у внука, – Что ты здесь делал? Бабушка такой расход духов нам не простит!

– Я хотел чтобы рассада была крепкой и здоровой, чтобы бабушка не ругала тебя за плохую землю…

– Откуда ты взял, что если обрызгать рассаду духами, то она будет крепкой, не жухлой?

– Так бабушка сама говорила: обрызгаешь себя духами – так сразу молодеешь…

– М-мы, – махнул рукой дед. – Будем готовиться к обороне.

Примерно через три часа на пороге дома появилась баба Лара и потянув воздух носом сразу набросилась на Данила, – Тебя кто просил брать мои духи? – А когда увидела, что рассада вся повяла, то хотела вцепиться мальчику в волосы, дабы его немного потаскать – поучить уму – разуму. Но дед встал за защиту малыша. – И ты туда же, возмутилась Лариса. – Напакостили и теперь наказания желаете избежать.

– А ты вспомни, дорогая, что ты говорила о духах перед уходом в школу? Вспрыснешь себя духами, так сразу исчезает вялость, становишься молодой и крепкой женщиной! Так?

– Это я сказала для «красного словца», – оправдывается супруга.

– А вот ребёнок всё принял за «чистую монету» и желал нам помочь… Полный «шинель» рассаде пришёл, – грустно иронизирует супруг, поглаживая вихрастую голову внука, который скрывался за дедушкиной спиной.

– Издеваться решил?! И не «шинель», а «Шанель»… И что теперь делать с этой сгоревшей рассадой? – присела на диван баба Лара, пустив слезу.

– Вот уж действительно: что бабе – хорошо, то рассаде – смерть. Будем пересаживать, ведь время не ушло, – ответил дед Павел, – земля у нас ещё есть…

Рассаду пенсионеры полностью посадили новую, а запах французских духов выветрился из избы только через три недели, – «добрую» память оставил внук о своём пребывании на каникулах.