Манфред

Глава 1

«Интересно, сегодня только я встал не с той ноги или все вокруг тоже?» – подумал Андрей, наблюдая за тем, как ругаются родители. Во время их словесной перепалки он переводил взгляд с одного на другого. «Андрей, я хочу с тобой поговорить» – послышались слова мамы, когда он стоял на пороге квартиры. Андрей сделал вид, что не расслышал ее слов, и захлопнул дверь. Из-за закрытой двери были слышны возгласы и крики. На этот раз папа упрекал маму в том, что сын ушел. Послышался резкий ответ мамы, а потом они стали вместе кричать друг на друга.

После развода их встречи редко проходили спокойно. Андрей привык к этому. Они ссорились каждый раз, когда разговаривали по телефону, но сегодня все гораздо хуже – мама приехала домой. Это ее второй визит в квартиру бывшего мужа после развода. Как и в прошлый раз, она пришла по делу. Папа встретил ее с суровым выражением лица и в скверном настроении. Временами он был вспыльчив, и такое время настало сегодня. Андрей не узнал, в каком настроении пришла мама, поскольку, как только она переступила порог, разговор начал папа. «Что еще ты хочешь сказать?» – произнес он таким тоном, что все надежды на спокойный разговор пропали.

Андрей стоял за дверью, размышляя, куда идти, ведь он вышел из дома без определенной цели. Он взял свой рюкзак, убрал туда документы, которые привезла мама, – пару листов текста, собранных в прозрачный файл для лучшей сохранности. Конечно, его следовало оставить дома, но тогда пришлось бы пробыть там дольше, а слушать продолжение скандала ему не хотелось. На дворе конец августа, стояла прекрасная погода. Можно погулять возле пруда или посидеть на лавочке. Скоро начнутся занятия в институте, и на прогулки времени не останется. Есть ли другие варианты? Сходить в кино? Нет желания. Позвонить Витьке и предложить ему вместе побродить по окрестностям, как в старые времена? Но друг сейчас на работе.

Андрей подошел к окну на лестничной площадке. Отсюда открывался прекрасный вид на Патриарший пруд, утопавший в зелени. Большая часть лавочек занята, но если поискать, можно найти одну-две свободные. На детской площадке и возле памятника Крылову шумно. Дети играли в песочнице, пробегали мимо фигур героев басен, хлопали обезьянку по ладошкам, дергали слона за хвост, поглаживали бронзовую собачку.

– Снова приехала мама? – раздался знакомый голос.

«Определенно, сегодня не мой день», – подумал Андрей, а вслух произнес:

– Слышно на верхнем этаже? – грустно усмехнулся он и посмотрел на медленно спускавшегося по лестнице Артема, жившего тремя этажами выше.

– На моем – нет, но соседи наверняка слышат. – Артем выглядел скверно. Движения медленные, походка словно после болезни. Он причесался утром, но с тех пор уже столько раз поправил волосы, что следов расчески не осталось. – Ты идешь в сквер?

– Пойдешь со мной? – Сейчас Андрей меньше всего хотел остаться в одиночестве. Лучше прогуляться с Артемом вокруг пруда, чем бродить в одиночестве, давая грустным мыслям вволю побить себя.

Они спустились на первый этаж, поздоровались с консьержкой и вышли на улицу. Яркий солнечный свет на мгновение ослепил их. Они стояли возле подъезда, ожидая, когда глаза привыкнут к летнему дню. Горячий воздух наполнял легкие и словно раскалял тело изнутри. Из прохладного подъезда они вышли на душную августовскую улицу. Водная гладь, тревожимая размеренными движениями лебедей или всплеском от очередной порции корма, лениво колыхалась через дорогу. Живительная прохлада не доходила до этой стороны улицы. Между ребятами и сквером вокруг пруда проходила полоса раскаленного асфальта Малой Бронной улицы, по которой непрерывным потоком ехали машины.

– Всю зиму ждешь лета, и ради чего? – заворчал Артем. – Ради того, чтобы страдать от духоты и жары?

– Мне нравится лето, – ответил Андрей. – Лето – это каникулы и отпуск на работе. Просыпаешься утром и каждый день ощущаешь, словно праздник.

– Скоро этот праздник закончится.

– Первое сентября не за горами. Надеюсь, что теперь смогу большую часть работы делать дома. Какие у тебя планы?

Глаза наконец привыкли к яркому солнцу. Они перешли дорогу по ближайшему переходу и, оказавшись на другой стороне улицы, вошли в сквер Патриаршего пруда.

– Ты по-прежнему состоишь в той организации любителей архитектуры? – спросил Артем, проигнорировав вопрос собеседника.

– Витька называет ее «Сектой любителей развалюх», – усмехнулся Андрей. – В сентябре будет первое собрание, потом начнем готовить очередной цикл публикаций по аварийным памятникам. Может быть, ты снова присоединишься к нам? Твои зарисовки к прошлым публикациям всем очень понравились.

– Я подумаю об этом, – уклончиво ответил Артем. – Как планируешь совмещать работу с охраной памятников?

– В сентябре еще смогу совмещать, но не знаю, что делать потом.

– Ты думал о том, что когда учеба закончится, то времени на Общество не хватит? Еще год-два, и начнется новая жизнь.

Андрей нахмурился. Сейчас ему меньше всего нужны нравоучения от Артема. Кроме того, он задал вопрос, на который Андрей не знал ответа. Может быть, Артем прав, и с окончанием института придется отказаться от любимого хобби? С другой стороны, множество людей совмещают работу и увлечения. В Обществе таких около половины.

Они прошли мимо памятника баснописцу Крылову. Пару раз дети, увлекшись игрой, буквально в последний момент избежали столкновения с каким-то пареньком. Мальчика лет пяти, бежавшего в сторону детской площадки, Андрей подстраховал в последний момент перед столкновением с собой. Мальчик произнес короткое «извините» и с той же скоростью побежал дальше, успешно лавируя между прохожими. Они обходили пруд в поисках свободных мест на лавочках. Обычно августовские дни на пруду – спокойное время. Горожане отправлялись в поездки на море или на дачу. До сентября толпы прохожих покидали сквер. Однако, сегодня все было так, будто отпуска отменили. Андрей и Артем прошли половину пути вокруг пруда, но свободных мест не было.

– Как продвигаются твои занятия живописью? – спросил Андрей, зная, что Артем учится на художника.

– В последнее время успешно, – на мгновение оживился собеседник. – За лето написал несколько этюдов и одну картину, так что есть шанс закрыть долги по сессии. Картина мне не нравится.

– Тогда зачем ты рисовал ее?

– Это был заказ, – быстро ответил Артем. – Так увлекся им, что пришлось отказаться от первоначального замысла картины для института. Бабушка каждый день просила показать новый эскиз и напоминала, что если я не возьмусь за дело, то меня отчислят. Долго ничего не получалось, а потом буквально за день закончил работу.

– Поздравляю, – скептически ответил Андрей. Он сомневался, что Артем мог получить заказ на картину, но не стал высказывать сомнения вслух. – Заказчик заберет картину, и тебе больше не придется ее видеть.

Артем на мгновение замолчал. Казалось, разговор о картине встревожил его. Грустное лицо стало серым от нахлынувших эмоций. Он порывался заговорить, но каждый раз останавливал себя.

– Я буду помнить об этой картине. Это не дает мне покоя. Она хорошо написана, но чудовищна по сути.

– Я понимаю тебя, – снисходительно ответил Андрей. – Увы, но так хотел клиент, и исправить это ты не в силах.

– Обещай, что не будешь ругать меня, когда увидишь эту картину, – вдруг потребовал Артем.

– Конечно, не буду! – удивился Андрей. – Если я увижу ее, то буду помнить, что ты рисовал по заказу, а не по собственному желанию.

– По заказу, но моя идея в ней тоже есть. Это беспокоит меня.

– Я перестаю понимать тебя.

– Главное, что ты не будешь ругать меня, когда увидишь ее, – улыбнулся Артем. – Впрочем, может быть, она понравится тебе. Ты, в отличие от меня, понимаешь всяких экспрессионистов, модернистов, кубистов.

Ребята прошли мимо памятника героям романа Булгакова в виде знака «Разговаривать с незнакомцами запрещено». Они сделали круг и снова вернулись к детской площадке. Отправляясь на второй круг, они уже потеряли надежду найти свободные места, но удача улыбнулась им. Устроившись на свободной лавочке, они стали смотреть на водную гладь. По пруду лениво плыли два лебедя, один из которых время от времени поворачивал к домику на воде. Они плыли вдоль берега от одной тени дерева к другой, словно пытались найти укрытие от палящего солнца. Им было настолько жарко, что они время от времени уплывали на середину пруда, стараясь не видеть корма, бросаемого прохожими. Еда – это то, чего они сейчас не хотели. Артем наблюдал за парой лебедей, в то время как Андрей искал глазами укрытие от жары. Казалось, тень деревьев не спасает от палящего солнца.

– Завтра поедем на дачу, там будет лучше, – неуверенно произнес он. – Поехали с нами. Будем отмечать мой день рождения и окончание каникул. Приедут Витька и Катя. Я познакомлю тебя с ребятами из института.

– Спасибо за очередное приглашение, но у меня много дел.

Андрей пожал плечами в ответ. Он жалел паренька с взъерошенными волосами, но в глубине души радовался отказу. Артем не был близким другом, и, пригласив его в очередной раз, Андрей надеялся, что ответ останется прежним. Так и случилось.

Артем молча смотрел на плывущих лебедей, затем резко встал со скамейки, попрощался и, сказав, что у него дела, ушел. Андрей смотрел, как он быстрым шагом идет в сторону дома. Странный парень, еще и замкнутый, неразговорчивый. Они редко общались, но всегда находили общий язык. Артем с детства увлекался рисованием. Когда-то давно Андрей был у него в гостях и видел бесчисленное количество зарисовок Патриаршего пруда, разложенных по папкам. Окончив школу, он поступил в художественный институт и решил стать профессиональным художником. Как-то раз Артем проговорился, что мечтает работать в театре и создавать декорации для спектаклей. В последнее время он выглядел неряшливо и потрепанно, словно потерял интерес к жизни и творчеству.

Андрей вздохнул. Он надеялся, что после прогулки настроение улучшится, но разговор с Артемом не способствовал этому. Заиграла мелодия звонка. Андрей достал телефон – звонила мама. Вдруг она снова начнет читать нотации? Он с трудом сдержался, когда был в квартире, а сейчас может накричать. Убрав телефон, Андрей принялся думать о предстоящем дне рождения. Обычно он отмечал праздник дважды: первый раз – с родственниками, второй – с Витькой. В этот раз он решил собрать компанию друзей и отметить день рождения за городом. Он сделал это наперекор родителям, которые не слишком хорошо относились к подобным собраниям на даче. Если папа, пожав плечами, согласился, решив, что взрослому сыну хочется пообщаться с друзьями, то мама была категорически против.

Спустя полчаса мама выехала на машине из-под арки дома и направилась вниз по Малой Бронной. Она ехала спокойно, без рывков и частых перестроений. Андрей смотрел, как мама проехала вдоль сквера и скрылась за углом дома. Очевидно, разговор с отцом потерял накал ближе к финалу. Может быть, ему тоже стоило ответить на звонок? Посидев еще немного, Андрей отправился домой. Он прокручивал в голове список дел на сегодня. Надо взять у отца ключи от машины. Завтра часть ребят поедет с ним, а другие – на машине приятеля.

Автомобильная тема в последнее время остро стояла в их доме. Визит мамы сегодня как раз был связан с ней. О событиях последних дней вспоминать не хотелось. Все лето прошло под знаком развода родителей и выяснения отношений. В любой семье бывают «черные» дни, но некоторые из них словно нарисованы углем. Иногда Андрею казалось, что развод родителей перешел в стадию «как бы сделать другому хуже». Похоже, что сегодня, впервые за три долгих месяца, родители смогли о чем-то договориться.

Глава 2

Почему он чувствовал себя виноватым перед Артемом? Он навязался пойти вместе в сквер – и зачем? Говорить не хотел, все больше отделывался рваными фразами. Андрей подумал о том, что у него тоже могли быть проблемы и ему хотелось поговорить о них с кем-то. Тогда он выбрал неподходящего собеседника. Андрей вздохнул. К чему это самоедство? Ему хотелось привести мысли в порядок, успокоиться и погулять вокруг пруда. У них был странный разговор, и хорошо, что он закончился. Артем казался всегда погруженным в свои размышления. Казалось, окружающий мир существует для него по необходимости. Это приводило к тому, что он был готов много и охотно говорить о живописи, но плохо разбирался в чувствах и эмоциях других людей.

Когда он стоял на пешеходном переходе в ожидании зеленого сигнала светофора, на плечо легла чья-то рука. От неожиданности Андрей вздрогнул. Сзади стоял улыбающийся Витька – друг со времен первого класса школы. Они рассмеялись и пожали друг другу руки. Если была возможность сделать из своего появления событие, то Витька обязательно ею пользовался.

– Почему гуляешь в одиночестве?

– Остываю после ссоры родителей. Сегодня приезжала мама, но примирения не получилось. Надеюсь, что они не разругались еще больше.

Казалось, у Витьки всегда было хорошее настроение. Он сыпал шутками, гримасничал, комментировал происходящее вокруг. За время их знакомства Андрей мог вспомнить всего пару раз, когда у приятеля было плохое настроение. Проявлялось оно своеобразно: шутки покрывались налетом «черного юмора», комментарии становились колкими, местами злыми, а неприятные события становились инородными, случайно попавшими в его жизнь. Витька быстро находил то хорошее, за что можно зацепиться и вытащить себя из болота хандры.

– Подумай, может быть, отменим завтрашнюю поездку? – осторожно спросил Витька. – Если дома выясняют отношения, то встречу стоит перенести.

Витька знал родителей Андрея с детских лет, и новость о бурном выяснении отношений его не удивила. Такие события в доме Антоновых происходили регулярно. С Антоновым-старшим у Витьки сложились прекрасные отношения. Известный физик немного разбирался в футболе и охотно поддерживал разговор на спортивную тему. Кроме того, в нем не было и капли занудства, что всегда удивляло Витьку. Мама Андрея недолюбливала его, считая, что он может плохо влиять на Андрея, но и не мешала их дружбе. Причина была в том, что в школе оценки «отлично» у Витьки в дневнике появлялись редко, к ним он не стремился, стараясь получить только необходимый минимум. Он мог бы учиться гораздо лучше, но слишком любил футбол.

– Почему? – удивился Андрей. – Мы давно закончили школу, и присмотр больше не требуется. Кажется, кое-кто собирался съехать от родителей. – Он внимательно посмотрел на Витьку, зная о планах, которые тот пытался осуществить уже второй год.

– Перестань говорить об этом! – буквально застонал Витька. – Я мечтал о переезде еще на первом курсе, а сейчас уже третий начинается. Одно я понял – аренда квартиры в нашем районе мне не по карману. Или придется жить отдельно, но питаться дома, а на работу и учебу ходить пешком. Похоже, остается только один вариант – поискать что-нибудь на окраине, но вот переезжать туда совсем не хочется.

– Тогда тебе придется выбирать: независимость или сытый желудок.

– Есть еще и третий вариант…

– Ты опять об этом? – замахал руками Андрей. – Нет и еще раз нет.

– Почему ты против этого варианта? – в очередной раз удивился Витька. – Квартира хоть и маленькая, но в хорошем состоянии и буквально на соседней улице. Вдвоем мы могли бы арендовать ее и жить самостоятельно.

– Я сто раз говорил тебе и повторяю сто первый – мне хорошо дома, и я не планирую переезжать.

Витька шумно вздохнул и решил перевести разговор на другую тему.

– Если планы остаются прежними, то все будут рады. Ты договорился с отцом о машине? – Андрей кивнул в знак согласия. – Будем надеяться, что второй водитель нас не поведет.

Они подошли к двери подъезда. Андрей нахмурился. Он много раз слышал от приятеля сомнения по поводу обещания их одногруппника помочь с поездкой на дачу.

– Какие проблемы со второй машиной?

– С ней всегда проблемы, учитывая, сколько ей лет и в каком она состоянии. Будем надеяться, что завтра эти проблемы не помешают нам. Иначе гостям придется ехать на электричке.

Решив сменить тему, Витька спросил приятеля, звонили ли тому из полиции. Витьку два раза задерживали, когда он учился в школе, но Андрея всегда ставили в пример другим. И когда Андрей позвонил, сказав, что он только что вышел из отделения полиции, где его продержали пару часов, Витька был в шоке. Его остановили на дороге, когда он совершал традиционную летнюю поездку на машине дедушки, забирая ее раз в год из автосалона. Дальше события развивались как в плохой комедии. Оказалось, что документы, предъявленные Андреем, недействительны. Андрея отправили в ближайшее отделение по подозрению в угоне машины, а саму машину отвезли на специальную стоянку. Дело разрешилось относительно быстро и благополучно. Вскоре в отделение приехали родители Андрея, доказывая, что из-за процедуры развода произошла нелепая ошибка с документами. Им поверили, и домой они возвращались втроем. Впрочем, втроем они выходили из отделения полиции. В квартиру на Малой Бронной Андрей и папа вернулись вдвоем. Все время, пока решались проблемы в полиции, родители Андрея не разговаривали, обмениваясь короткими холодными взглядами.

– Тебе повезло, – подытожил Витька, дослушав слова приятеля. – По твоему лицу сразу видно – делать тебе в полиции нечего. Тебя даже в хулиганстве обвинить нельзя.

– И на этом спасибо, – усмехнулся Андрей. – Надеюсь, что мне не придется там оказаться.

– Как знать, – нравоучительно добавил приятель. – Я после первого раза тоже думал, что больше никогда не окажусь в полиции, а потом наши проиграли матч, и все повторилось. Еще легко отделался.

– С тех пор на фанатский сектор ты не ходишь.

– И тебе не советую. – Он усмехнулся. – Кому я говорю? Ты футболом не интересуешься.

Андрей вошел в подъезд, а Витька отправился вниз по Малой Бронной. Они жили недалеко друг от друга и часто выбирали местом встречи сквер Патриаршего пруда. Открыв дверь своим ключом, Андрей вошел в квартиру, где царила удивительная тишина, которая бывает только после крупной ссоры. Из кабинета показался папа, сказав, что ключи и документы от машины лежат на тумбочке, и в очередной раз напомнил, чтобы Андрей не забыл оставить машину у дома, когда приедет с дачи.

Андрей прошел в свою комнату. Кровать, шкаф, письменный стол – самый большой из тех, которые могли здесь поместиться, книжный шкаф забит так, что книги не только стояли на полках, но и лежали друг на друге. Шкаф тоже самый большой из тех, которые можно поставить в его комнату. Книги расставлены не только по направлениям, но и по алфавиту. Однако те книги, которые буквально впихивали на полки, лежали поверх других и уже не сортировались так тщательно. Чего в этом шкафу не было, так это учебников. Они сложены стопками на столе. Андрей поменял мебель год назад под громкое ворчание папы, не понимавшего, зачем понадобилась смена обстановки в комнате. Ворчание закончилось, когда последняя коробка была распакована, и книжный шкаф занял свое место. Андрей старался быть аккуратным – в комнате нет разбросанной одежды, висящих на спинке стула футболок, торчавших из-под кровати кроссовок. Лишь на столе царил беспорядок, ставший привычным элементом интерьера.

Устроившись в кресле около стола, он подумал о словах Витьки. Может быть, друг прав, и стоит переехать от родителей? Большая часть его знакомых пыталась решить ту же проблему. Многие из студентов приехали из других городов, а некоторые вообще впервые оказались в Москве. С первого сентября большую часть их разговоров занимали две темы: где найти работу и как съехать из общежития. Начинались поиски квартиры, которую можно снять вскладчину, и кому-то удавалось найти такую. Это привело к тому, что количество студентов, регулярно посещавших занятия, резко сократилось. Андрей не участвовал в обсуждении насущной проблемы. Он продолжал каждое утро рассматривать знакомый вид из окна. Больше всего ему нравился Патриарший пруд в вечерние часы, когда включались уличные фонари и подсветка домов. Когда-то здесь находился кабинет отца, но со временем он поменялся с сыном комнатой. Теперь окна его кабинета выходили во двор. Андрей в очередной раз констатировал, что привык к окружающей его действительности.

Хотел ли он перемен?

– Папа, если бы я сказал, что собираюсь переезжать, что бы ты ответил на это? – спросил Андрей, открыв дверь кабинета отца.

– Сказал бы, что наконец смогу вернуться в свой старый кабинет с отличным видом на сквер, – усмехнулся папа. – Витька опять предложил арендовать квартиру?

– Эта идея окончательно завладела им. Теперь он рассматривает вариант переезда на окраину.

– Неужели? – снова усмехнулся отец. – Думаю, что этот порыв закончится так же скоро, как и предыдущие.

– Ты не ответил на вопрос. Что бы ты сказал, узнав о моем предстоящем переезде?

– Не знаю. – Отец пожал плечами. – Наверное, тебе понадобится время, чтобы принять такое решение, а мне – понять, что ты всерьез решил жить отдельно. Я не думаю, что ты из тех, кто может проснуться утром с мыслью о том, что надо срочно все поменять в своей жизни. Я знаю тебя двадцать лет, – усмехнулся отец. – Перед тем как сделать такой шаг ты будешь долго размышлять, взвешивать все за и против и только потом примешь решение.

– По-твоему, я – редкостный тугодум?

– Вовсе нет, – нахмурился отец. – Бросить все и начать с начала – это черта характера твоей мамы. – Он сделал паузу. – У тебя черты лица мамы, но характер мой. Вспомни, как мы выбирали машину.

– Ты так долго сравнивал модели, характеристики, изучал магазины, что я уже не знал, когда мы купим машину.

– Но мы купили ее, – заметил папа. – Ты поступишь так же, когда решишь жить отдельно. И это будет точно не из-за того, что тебя уговорил Витька. Передавай ему привет от меня. – Андрей уже собирался возвращаться в свою комнату, но его окликнул отец. – Кстати, о машине. Я обещал тебе отдать свою, когда куплю новую…

– Это не проблема, похожу еще год пешком.

– Может быть, и не придется, – уклончиво ответил отец. – Мы поговорили с мамой…

– …поговорили?

– …и, кажется, решили вопрос с твоей машиной на этот год. Детали еще предстоит обсудить, не буду лишний раз обнадеживать тебя.

Андрей вернулся в свою комнату, думая о том, что пока он разговаривал с Артемом, родители все же смогли найти общий язык. Если дело вернулось к предмету вчерашней ссоры, значит, градус страстей радикально уменьшился. Кажется, это был первый раз за последние три месяца, когда они смогли прийти к общему решению. Может быть, их отношения налаживаются, или это было то исключение, которое подтверждает правило? Отец собирался покупать новую машину в этом году, но развод и новый этап исследований в университете заставили перенести покупку на следующий год. Неизвестно, кто переживал больше о том, что Андрей остался без машины в этом году – Андрей или его отец. Неужели они все же договорились? Учитывая, что мама не разделяла позицию отца по вопросу машины для Андрея, это звучало фантастически. Быть может, она спокойно поехала домой именно потому, что скандал закончился, и одной проблемой стало меньше? Андрей поймал себя на мысли, что если для отца и мамы выяснения отношений привычны, то сегодня сорвался именно он.

Глава 3

Со стоном «Опять проспал!» Андрей вскочил с кровати, стал натягивать на себя одежду, одновременно вспоминая список дел на сегодня. Затем он бросился умываться и завтракать. Сказав отцу «доброе утро», он обратил внимание на то, что тот закрывал дверь в квартиру. Очевидно, когда он практически собрался на работу, осталось надеть пиджак и галстук, неожиданное событие заставило его выйти на улицу. Чайник закипел, когда Андрей вошел на кухню. Он налил по чашке чая себе и отцу и по привычке бросил взгляд в окно, выходившее во двор. Там все без изменений, уже много лет. Впрочем, заметно, что у жителей дома есть любимые места, где они предпочитали парковаться. Весной покрасили трансформаторную будку – единственное обновление за последние годы. Сегодня Андрей долго рассматривал привычный двор и не узнавал его. Около дома стояли машины скорой помощи и полиции, поблескивая синим цветом служебных ламп. Остатки многолюдной толпы смотрели туда, где угол дома закрывал Андрею обзор. Прохожие оглядывались, интересовались произошедшим.

– Что случилось? – спросил Андрей, сделав глоток чая.

– Твой крепкий сон не смогли нарушить даже звуки сирены, – прокомментировал папа. – Я подумал, может быть, утечка газа в соседнем подъезде, однако слишком много служебных машин приехало. Спустился узнать, что случилось, и оказалось, что Артем выбросился из окна.