Сент-Айвс. Птичья тень

Пролог. Когти, сталь и струны ночного мегаполиса

Неоновый свет Сент-Айвса не проникал в эти закоулки. Он лишь красил смог над головой в ядовито-розовый цвет. Внизу, в грязи и сырости подворотен, пахло дешёвым синтетическим пивом, ржавчиной и крысиной мочой. Где-то на верхних этажах глухо трещала неисправная вывеска, а из открытого окна доносился надрывный ритм старого кассетного синтезатора.

Грей шёл первым. Тяжёлые кастеты привычно оттягивали карманы плаща. Пару лет назад вурдалак оставил на его лице рваный след. Шрам чесался к дождю — или к близкой крови. Грей молчал. Слишком много сил уходило на то, чтобы удерживать зверя внутри. Серый волк требовал воли, а ночь только начиналась. Один шанс. Один переворот до рассвета. Ошибиться нельзя.

Сзади шумно вздохнула Анжи. Двуручный меч в чехле за спиной зацепился за ржавую пожарную лестницу. Она шла, немного перекосившись на правый бок. Ей требовалось минимум три секунды, чтобы выхватить этот кусок заточенной стали и занять боевую стойку. В их ремесле такое время было непозволительной роскошью — целой вечностью. Напряжение читалось в её серых глазах, горевших злобой в полумраке.

— Эй, Ушастый, не отставай. А то вампиры примут твои локаторы за деликатес, — раздался шёпот Пабло.

Сержант отряда Пабло лениво поправил гитарный чехол. Под курткой у него угадывался тяжёлый силуэт «ТОР-45». Этот массивный окопный револьвер был суровым отголоском прошлой войны — когда-то его бронебойные пули сорок пятого калибра с легкостью вскрывали щиты тяжелых штурмовиков. Пабло умел всё и не умел ничего толком. Он мог зашить пулевое, мог выдать аккорд, от которого затягивались мелкие порезы. Но чаще всего он просто раздражал.

— Заткнись, Пабло, — буркнул Дэнни.

Маг шел неровно, слегка задевая плечом кирпичную стену. От него разило дешёвым бурбоном. Алкоголь помогал ему глушить чужие мысли, но напрочь сбивал прицел телекинеза.

— Помню я твою помощь в коллекторах с крысолюдами, Дэниел — вкрадчиво прошипела Анжи, не оборачиваясь. — До сих пор хочу примерить твою голову вместо навершия меча.

— Это была тактическая перегруппировка оружия! — икнул Дэнни, попытавшись поднять силой мысли пустую банку из-под газировки. Жестянка дёрнулась, взлетела на полметра и с глухим стуком упала обратно в лужу.

— Тихо, — Грей поднял руку в кожаной перчатке.

Отряд замер, вжавшись в тени. На перекрёстке, всего в тридцати метрах от них, медленно проехала патрульная машина полиции Сент-Айвса. Красно-синие всполохи скользнули по грязному асфальту, выхватив из темноты объявление на стене: «Контракты Гильдии Наёмников: зачистка нижних уровней». Законники не любили конкурентов, выполняющих за них грязную работу. Сначала они стреляли, а потом проверяли лицензии Гильдии.

Машина скрылась за поворотом. Грей повёл плечом, сбрасывая оцепенение, и указал вперёд. Там, в конце тупика, возвышалось старое готическое здание с полукруглыми окнами — заброшенный органный зал. Место, где вместо классической музыки теперь звучал шёпот тех, кто пьёт человеческую жизнь до капли. Контракт был принят. Цель находилась внутри.

— Нам нужен он живым, — Грей процедил слова сквозь зубы, остановившись у ржавой кованой ограды парка. — Если твари поймут, зачем мы пришли, они перережут ему глотку до того, как мы пересечем вестибюль. — Он обернулся к отряду, его глаза в полумраке казались холодными углями. — Анжи, расчехляй зубочистку сейчас. Смажь лезвие серебряной эссенцией. Внутри времени на раскачку не будет.

— Наконец-то, — проворчала девушка. Она аккуратно высвободила огромный двуручный меч. В темноте блеснула вязкая жидкость из флакона, растёкшаяся по металлу.

— Пабло, настраивай свои «Псалмы», — продолжил капитан. — Как войдем — врубай на максимум. И достань прыскалку.

Эти «Псалмы» Пабло собрал сам: изучил с десяток защитных молитв разных народов и вывел из них особый аккорд. Сыгранный на гитаре, он напрочь дезориентировал нечисть.

Пабло хмыкнул, извлекая из кармана помятый пластиковый флакон с пульверизатором. Он несколько раз яростно нажал на клапан, окутывая отряд облаком резкого, удушливого и невероятно противного чесночного аромата. Анжи беззвучно выругалась, зажав нос ладонью.

— М-да, с таким амбре на свидание, конечно, не пойдешь, — зашептал Пабло, скалясь в темноте. — Зато хоть немного перебьет запах перегара от нашего гения мысли.

Разговор прервал глухой щелчок. Грей молниеносным движением вырвал металлическую фляжку прямо из рук Дэнни, который как раз отвинчивал крышку. Капитан спрятал её в свой плащ. Дэнни лишь обиженно шмыгнул носом и недовольно почесал маленькое ухо.

— Они видят в темноте не хуже меня, — Грей обвёл взглядом команду. — На улице обычно оставляют одного-двух дозорных. Самых низших, шестерок. Поэтому прижимаемся к теням от кустов и ни звука. Гильдия за спасение цели обещала жирный бонус. Если налажаем и его убьют — до конца года будем чистить подвалы от крыс за гроши. Вперёд.

Они скользнули за ограду заброшенного парка, окружавшего органный зал. Тьму здесь едва разрывал далёкий свет уличных фонарей. Путь лежал через разросшиеся, одичавшие кусты роз. Длинные шипы цеплялись за полы плащей и одежду.

Хрусь.

— Тссс! — Грей резко обернулся, яростно зыркнув на Пабло, который умудрился наступить на сухую ветку.

Шорох, треск.

— Да твою же... Тихо! — капитан едва сдерживал рык, когда Анжи задела рукоятью меча металлический прут старой скамейки.

Они почти добрались до массивных деревянных дверей зала, как вдруг из густой тени розария, чуть в стороне от тропы, раздался нетрезвый, но на удивление вежливый голос Дэнни:

— Здравствуйте... У вас не найдётся, эммм... огонька? Оу. А чё это вы так скалитесь?

Грей похолодел. Он резко развернулся на звук. В глубине кустов, прямо перед шатающимся магом, стояла худая фигура в оборванном пальто. Дозорный вампир, который по какой-то причине не патрулировал периметр, а затаился в цветах, злобно зашипел. Его верхняя губа задралась, обнажая длинные, острые как иглы клыки. Тварь уже подалась вперед для броска, раскрывая пасть, чтобы издать призывный крик для остального логова. Но крик захлебнулся. Прямо в клыкастую пасть мертвеца с глухим стуком вошло массивное дуло Тяжелого окопного револьвера сорок пятого калибра. Пабло, оказавшийся рядом, даже не изменился в лице. Его палец плавно выжал спусковой крючок...

Оглушительный выстрел крупного калибра разорвал ночную тишину парка, начисто сметя голову дозорного и эхом покатившись по пустым улицам Сент-Айвса. В окнах органного зала тут же замелькали быстрые, хаотичные тени. Элемент скрытности был официально похоронен…

На долгую, удушливую секунду воцарилась гробовая тишина. Наёмники замерли, глядя на дымящийся ствол револьвера и то, что осталось от дозорного.

— Не, ну а чё? — нарушил молчание насмешливый голос Пабло. Он крутанул «ТОР» на пальце и убрал в кобуру. — Мы всё равно уже спалились. Идём на прорыв?

— На прорыв! — рыкнул Грей, срываясь с места.

Капитан первым добежал до массивных двустворчатых дверей органного зала. На бегу он занёс тяжелый армейский ботинок, собираясь вышибить деревянные створки с петель. Но стоило его ноге начать движение, как двери с грохотом распахнулись внутрь сами. Вместо дерева дверей Грей с размаху пнул выскочившего навстречу вампира прямо в грудную клетку. Раздался хруст костей, и кровосос кубарем улетел глубоко в темноту прихожей.

— Примите на душу! — заорал Пабло, срывая с плеча гитару.

Его пальцы с силой ударили по струнам. Из динамиков на чехле вырвался искажённый, давящий на мозги аккорд. Звуковая волна ударила по ушам тварей. Вампиры, выбегавшие из темноты коридоров, начали спотыкаться и хвататься за головы, теряя ориентацию.

На входе закрутилась бешеная катавасия. Грей ворвался в проход, на ходу выкидывая вперёд кулаки. На его серебряных кастетах пробежали электрические искры. Каждый удар отшвыривал кровососов оставляя на их бледной коже дымящиеся, обожженные раны.

— В бой! — с диким боевым кличем в драку влетела Анжи.

Её огромный двуручный меч со свистом рассекал воздух. Теперь Грею приходилось уворачиваться не столько от когтей кровососов, сколько от замахнувшейся воительницы, которая вошла в раж и крутила стальной вихрь, круша всех и вся на своём пути.

С боем, оставляя за собой шлейф из чесночных духов, искр и обрубков тел, отряд ворвался в главный зал. Там, где когда-то на возвышении стоял величественный орган, они резко замерли как вкопанные.

В центре сцены, под тусклым лучом лунного света, стоял предводитель гнезда. В его левой руке был зажат измученный, связанный заложник, а над его головой застыл занесённый ритуальный клинок.

— Назад, наёмные псы! — прошипел главарь, прижимая лезвие к горлу пленника. — Бросайте оружие, или я выпущу из него всю кровь до капли!

Анжи тяжело дышала, её серые глаза горели яростью, она злобно пыхтела, но опустила меч на пол. Грей сделал шаг вперед, выставив ладони.

— Спокойно. Давай договоримся, — монотонно, пытаясь потянуть время, заговорил капитан. — Отпусти заложника. Если он останется жив, мы развернемся и уйдем. Вы останетесь при своем логове, мы — при своих головах. Идёт?

Пока Грей вёл переговоры, Пабло осторожно огляделся по сторонам. Он насчитал в зале ещё троих готовых к бою вампиров, но его волновало другое. Голова Дэнни нигде не мелькала…

Огромное витражное окно под самым потолком с грохотом разлетелось вдребезги. На фоне ночного неба, в вихре цветных стеклянных осколков, в зал влетел Дэнни. Он сидел верхом на мёртвом вампире, которого, судя по всему, использовал вместо живого щита и средства передвижения, разогнав телекинезом. По огромной, нелепой дуге маг пролетел через весь зал.

— П-о-о-о-б-е-р-е-г-и-и-и-и! — эхом разнёсся его пьяный вопль.

Главарь вампиров в последний момент успел среагировать на шум сверху. Его рука с ритуальным ножом дернулась, совершая слепой, яростный взмах в сторону падающей на него угрозы. Острое лезвие со свистом рассекло воздух, полоснув Дэнни по руке и задев по касательной голову заложника. Но траекторию полета это уже не изменило. В следующую секунду Дэнни вместе со своей тушей с диким грохотом рухнул с высоты прямо на главу вампиров. Заложника отбросило в сторону — обливаясь кровью из рассеченного уха, он отполз под ближайшую скамью. Ритуальный нож вылетел из рук ошеломленного вампира, а сам Дэнни остался лежать сверху, победно, хоть и нетрезво улыбаясь, совершенно не замечая своей свежей раны...

Утренний смог Сент-Айвса окрасился в грязно-серый цвет, когда отряд наёмников наконец покинул Органный зал. Бой остался позади — в памяти стёрлись вспышки выстрелов, свист меча Анжи и финальные хрипы вампиров. Но настроение у капитана было паршивым.

Грей шёл впереди, чеканя шаг. Тяжёлые ботинки зло топали по лужам.

— Мы облажались, — процедил он сквозь зубы, не оборачиваясь. — План был идеальным. Скрытный заход, быстрый перехват. В итоге — стрельба на всю улицу, выбитые окна и разгромленный зал. Только чудо помогло нам вытащить цель живой.

— Да ладно тебе, кэп, — Пабло лениво зевнул, поправляя чехол с гитарой. Он повернулся к ковыляющему рядом магу и широко улыбнулся:

— Дэнни, слышал? Ты у нас теперь официальное чудо. Чудо ушастое.

— Заткнись, Пабло, — вяло огрызнулся Дэнни, бережно баюкая порезанную ритуальным ножом руку.

Грей резко остановился и обернулся к команде. Его шрам на лице зловеще побелел.

— Кстати, насчёт ушей. Пабло, где, пекло побери, ухо цирюльника?

Вся команда разом остановилась и обернулась назад. На несколько шагов от них отставал спасённый заложник — местный парикмахер из элитного квартала, за которого Гильдия обещала круглую сумму. Сейчас бедолага представлял собой жалкое зрелище: бледный, трясущийся, с наспех намотанным на голову бинтом, сквозь который проступало бурое пятно. Тот самый слепой взмах главаря вампиров не просто задел Дэнни — он начисто срезал заложнику правое ухо.

— А я почём знаю? — безмятежно развёл руками Пабло. — Оно куда-то улетело в темноте. Тебе надо — ты и ищи. Кстати, — сержант весело подмигнул стонущему цирюльнику, — Пабло меня зовут. А Ванье вот он!

— Художника без уха звали ван дер Гал, — хмуро вставил Дэнни, покачиваясь от подступающего похмелья.

— О, глядите-ка! Ты не только чудо, но ещё и интеллектуал, — хохотнул Пабло, толкнув мага в плечо. — Но вообще, старик, залететь в окно верхом на трупе вампира, как на... летающем скейте! Это же надо было придумать. Ты ведь только неодушевленные предметы поднимать можешь. Как с вампиром-то вышло?

— А ты думаешь, у вампиров есть душа? — Дэнни равнодушно шмыгнул носом. — К тому же, у мёртвых. Технически, это просто кусок мяса. Обычный неодушевлённый предмет.

Анжи, шедшая позади с мечом на плече, издала утробный рык, но промолчала. Зато Грей сделал шаг навстречу веселящимся напарникам, и его голос опустился до опасного шёпота:

— Если Гильдия нас депремирует за то, что вы сделали из него ван дер Гала... я вас, лично придушу. Обоих. И уши вам не понадобятся.

— Да ладно тебе, кэп, не сгущай краски, — Пабло примирительно махнул рукой, бросив быстрый взгляд на забинтованную голову парикмахера. — Тут от товарного вида всего процентов пять не хватает. Примут как миленького. Всё будет нормально.

Разумеется, ничего нормального из этого не вышло.

Глава 1. Проценты и предательство

Кабинет заместителя главы Гильдии заливал мягкий свет дорогой электрической лампы. Здесь пахло хорошим табаком, кожей и едва уловимо — ментолом. Хозяин кабинета, человек по прозвищу Шугар, сидел в огромном кресле, в котором почти утопал из-за своего крошечного, почти карликового роста. На его круглом лице сияли безупречно круглые очки.

Он выглядел дружелюбно, как добродушный лавочник из благополучного района, но это была самая опасная иллюзия Сент-Айвса. В этих маленьких ладонях карлика была сосредоточена колоссальная власть.

Но Пабло и Грей знали и другое: Шугар обладал неестественной, пугающей скоростью. В верхнем ящике его дубового стола лежал пистолет. Шугар мог выдвинуть ящик, вогнать по пуле в лоб обоим гостям и убрать оружие обратно быстрее, чем Пабло хотя бы нащупал бы рукоять своего «ТОР-45». Кабинет был сонной ловушкой, и цена малейшей ошибки здесь равнялась жизни.

Полноценные полминуты в помещении стояла абсолютная, звенящая тишина. Все трое молча разглядывали друг друга. Наконец Шугар мягко улыбнулся и заговорил тонким, вежливым, почти ангельским голоском:

— Простите мою навязчивость, господа. Но где ухо несчастного цирюльника?

Грей даже не моргнул. Опыт наёмника научил его держать лицо, когда всё летит в пекло.

— Условия оплаты теперь придётся пересмотреть, — вздохнул Шугар, разочарованно качая головой. — Нам заказывали целого цирюльника.

— Товарный вид пострадал не более чем на пять процентов, — ровно ответил Грей, в точности повторяя недавние слова Пабло. — Само ухо осталось где-то в Органном зале. Если оно вам так нужно, господин Шугар, вы можете послать туда своих подручных. Пусть поищут возле сцены. Спасение цели можно считать выполненным. Если вы и хотите нас оштрафовать, то не более чем на эти пять процентов.

Шугар несколько секунд барабанил короткими пальцами по столешнице. Его очки блеснули.

— Пять процентов, — протянул карлик, и его улыбка стала ещё шире. — Что ж. Логично. Справедливо.

Он открыл сейф, достал оттуда увесистый, толстый бумажный конверт. Ловким, едва заметным движением Шугар вытащил из пачки всего одну крупную купюру, отложил её в сторону, а остальное пододвинул Грею.

— Ваша доля. За вычетом пяти процентов.

Капитан молча забрал деньги, коротко кивнул, и они с Пабло покинули кабинет. Когда они шли по длинному, тускло освещённому коридору Гильдии Наёмников, Пабло засунул руки в карманы и покосился на командира. Грей выглядел ещё мрачнее, чем обычно. Его челюсть была плотно сжата, а шрам на щеке потемнел. В воздухе коридора пахло сыростью и страхом — обычный запах этого места.

— Эй, кэп, ты чего такой смурной? — не выдержал Пабло. — Нас не придушили, не бросили в карцер, даже депремировали всего на одну бумажку. Радоваться надо. Пронесло же!

— Шугар слишком легко согласился, — глухо отозвался Грей, не сбавляя шага. — Этот карлик за каждое стеклышко готов глотки рвать. А тут взял и отпустил. Без криков, без угроз. Это не к добру.

— Да ладно тебе, просто у него было хорошее настроение, — хмыкнул сержант.

Грей резко остановился прямо посреди коридора и повернулся к Пабло:

— А теперь включи голову и подумай. Зачем вампирам — высшим ночным хищникам, которые держат в страхе четверть города — понадобилось красть обычного цирюльника? Не политика, не богача, не офицера полиции. Обычного мастера по стрижке голов и бород. Зачем им устраивать над ним ритуальное убийство с клинком? Здесь что-то не сходится, Пабло. И Шугар явно знает, что именно.

Они покинули здание Гильдии и вышли на сырую улицу Сент-Айвса. Ночной туман уже рассеивался, уступая место душному, серому смогу, который въедался в легкие и оставлял горький привкус химикатов на губах. Пройдя всего пару десятков метров, Грей внезапно затылком почувствовал липкий, пристальный взгляд. Звериные инстинкты, не раз спасавшие ему жизнь, сработали безупречно. Капитан резко обернулся, вскинув голову. На третьем этаже, в окне роскошного кабинета, его обострённое зрение выхватило едва уловимое покачивание тяжёлой шторы. Шугар стоял там, провожая их глазами, и отступил вглубь комнаты только тогда, когда Грей посмотрел прямо на него.

Капитан ничего не сказал Пабло, но внутри у него взвелась невидимая пружина. Сент-Айвс не прощал расслабленности. Если ты спиной чувствуешь чужой взгляд — значит, на тебя уже навели прицел. Впредь нужно быть вдвойне осторожным. Этот карлик явно вёл свою игру...

Убежище отряда находилось на самой окраине города, в глухой промзоне. Это был старый, наполовину заброшенный склад со скрипучими полами и высокими потолками, который они обустроили под жильё и тренировочную базу. Когда Грей и Пабло переступили порог, внутри уже было тихо.

Дэнни времени зря не терял. Маг успел где-то раздобыть выпивку, основательно наклюкался и теперь спал без задних ног. Его богатырский, надрывный храп со свистом разносился по всему складу, пробиваясь даже сквозь плотно закрытую деревянную дверь его каморки. Анжи тоже отдыхала после тяжёлого боя, но, в отличие от мага, делала это куда более изящно — в её комнате царила чуткая, благородная тишина воителя.

Грей прошёл к массивному железному столу в центре общего зала и выложил пачку купюр. Отсчитав долю Пабло, он пододвинул к нему ещё одну, более увесистую часть денег.

— Это на расходники, — глухо сказал Грей. — Пополни запасы.

В отряде действовало строгое правило: личное оружие, патроны и броню каждый покупал себе сам, под собственный стиль боя. Но всё, что касалось выживания команды — бинты, редкие медицинские препараты, алхимические зелья и та самая дорогостоящая эссенция серебра для меча Анжи, — закупалось из общего банка.

Этим бюджетом безраздельно заведовал Пабло как сержант. Они тихо, чтобы не будить остальных, обсудили список покупок на ближайшие дни, прикинули цены у подпольных торговцев и, наконец, разошлись по своим комнатам.

Бессонная ночь и тяжёлый бой занесли на дно запасы энергии. Грей упал на жёсткую армейскую койку прямо в одежде и мгновенно провалился в тяжёлый, тревожный сон. Ему снились серые тени, блеск клыков и глухой шёпот Шугара, пересчитывающего окровавленные монеты.

... Он проснулся внезапно. Сквозь щели в фанерных стенах его каморки пробивались багровые лучи наступающего вечера — закатное солнце догорало где-то под самой крышей склада.

Грей лежал неподвижно, не открывая глаз и едва дыша. Шрам на щеке снова заныл — верный признак того, что сталь где-то рядом. Его чуткое ухо уловило странный, чужеродный звук со стороны входа. Кто-то очень аккуратно, стараясь не издать ни единого лишнего шороха, приподнял и потянул на себя тяжёлую складскую дверь. Незнакомец явно действовал профессионально, пытался красться, но старые петли всё же выдали его едва слышным, маслянистым скрежетом.

Внутри склада воцарилась зловещая тишина. Храп Дэнни к этому моменту уже стих, и этот новый, тихий звук прозвучал для капитана как сигнал боевой тревоги. Кто-то проник в их логово. Охотники сами превратились в дичь.

Грей едва слышно спустил ноги с койки. Обуваться времени не было — босые ступни гарантировали абсолютную тишину. Почти не дыша, он проскользнул в общий зал их импровизированной «многокомнатной квартиры». Стены из толстой фанеры, которыми они разгородили внутренности склада, неплохо глушили звуки, и сейчас это играло капитану на руку.

Незваные гости уже проникли внутрь здания. До чуткого слуха Грея донёсся едва уловимый металлический гул — подошвы чужих ботинок осторожно касались ступеней железной лестницы, ведущей вверх, к дверям их фанерного жилища. Звук был смазанным, но капитан умел различать такие нюансы: визитёров было как минимум четверо. Они шли плотной группой, слаженно. Профессионалы.

Нужно было срочно поднимать отряд. Но сделать это требовалось без единого звука, чтобы штурмовая группа за дверью до последнего момента верила в эффект неожиданности.

Первым делом Грей скользнул в комнату Анжи. Грозная воительница всегда соображала молниеносно, а просыпалась без единого вздоха. Капитан присел у её кровати и мягко, но крепко накрыл ладонью рот девушки. В серо-стальных глазах Анжи, распахнувшихся в ту же секунду, мелькнула дикая вспышка ярости, и она дёрнулась, готовая сломать нападавшему пальцы. Грей тут же прижал указательный палец свободной руки к своим губам.

Она замерла, мгновенно оценив обстановку. Капитан указал рукой в сторону входной двери, затем сжал кулак и резко оттопырил четыре пальца. Четверо. Идут. Уже на лестнице. Анжи коротко, едва заметно кивнула и плавно, словно змея, потянулась к изголовью кровати, где лежал её огромный двуручный меч.

Грей уже крался обратно в коридор, направляясь к каморке Пабло. Сержант, несмотря на всю свою болтливость, двигался куда тише вечно пьяного мага, поэтому Дэнни капитан оставил на самый крайний случай. Но стоило Грею протянуть руку и коснуться холодного металла дверной ручки Пабло, как гробовую тишину склада разрезал громкий, весёлый и откровенно хмельной голос Дэнни:

— Господа… могу ли я вам чем-то… ик… помочь?

Грей мысленно выругался. Этот идиот, которого он считал спящим, каким-то образом умудрился выползти из своей конуры в общее помещение склада — скорее всего, за очередной порцией выпивки или по нужде. И сейчас он стоял под лестницей, застав штурмовую группу врасплох.

Наверху, на площадке лестницы повисла испуганная, ошарашенная пауза. Штурмовики явно не ожидали встретить впотьмах пьяного телекинетика.

— Э-э-э… — выдавил из себя один из незваных гостей.

А в следующую секунду тишину разрезал сухой, резкий щелчок взводимого оружейного затвора...

Грохот ружейного выстрела взорвал тишину склада, эхом ударив по фанерным стенам. Дробь с визгом ушла куда-то под потолок — капитан среагировал инстинктивно. Понимая, что друга сейчас нашпигуют свинцом, Грей рванулся на помощь. Быстрее молнии он вышиб дверь своей каморки и мощным телом обрушился на штурмовую группу прямо в узком пространстве лестничной площадки.

Серебряный кастет с глухим стуком вошёл в челюсть первого нападавшего. С диким криком следом за капитаном выскочила Анжи, её двуручный меч хищно блеснул в полумраке, рассекая воздух и заставляя врагов в панике прижиматься к перилам.

Бой продлился буквально несколько секунд — нападавшие оказались зажаты на маленькой площадке у входа и совершенно растеряли боевой запал. К тому же, их вожак погиб в самую первую секунду. Пьяный телекинез Дэниела сработал безупречно: в момент взвода затвора маг лениво махнул рукой, сила мысли перенаправила ствол ружья одного из стрелков прямо в голову его же подельника, и сама нажала на курок.

Когда эхо выстрелов наконец утихло, из своей комнаты выбежал Пабло — в одних трусах, но с тяжёлым «ТОРом» наготове. Воевать уже было не с кем.

Грей, тяжело дыша, опустился на колено и принялся переворачивать тела, осматривая лица убитых. Одно из них показалось ему знакомым. Капитан прищурился, вглядываясь в застывшие черты мужчины в хорошей кожаной куртке.

— Я видел его сегодня утром. Возле стойки регистратуры в Гильдии, — хмуро процедил Грей, вытирая кастет от чужой крови. — Это их капитан. Контракт на нашу ликвидацию выписали сразу, как мы вышли из кабинета Шугара.

Капитан медленно поднялся, его босые ноги были испятнаны багровыми каплями. Он повернул голову и посмотрел на сержанта.