ГОРОД СНОВ

ОТ АВТОРА

Эта книга возвращает нас в середину 90-х годов прошлого века, к незабываемым дням юности, которые остались в далёком туманном прошлом.

Книга задумывалась автором не как боевик или женский роман, а как маленькая история чувств двух людей, неожиданно повстречавших друг друга в этом жестоком мире и переживших вместе моменты глубокого отчаянья и мимолётного счастья.

Возможно, сюжет книги покажется Читателю несколько наивным. Но это следствие сознательного стремления автора наиболее точно передать чувства и отношение к окружающему миру своих героев – совсем молодых людей, чистых и пока не испорченных грязью и жестокостью этого мира.

Что в итоге из всего этого получилось – решать Читателю.

Все имена, места и события в произведении вымышлены. Или почти вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или мёртвыми, случайны. Или не совсем случайны…

Автор выражает благодарность за помощь и поддержку в написании книги своим друзьям и коллегам: Марго – за моральную поддержку и указание ошибок в тексте; Ире и Мише – за самый первый подробный отзыв; Андрею – за справедливые замечания к техническим деталям; Барчин – за правильный совет, которому автор так и не нашёл в себе силы последовать до конца; Инне – за самую строгую критику и редактуру текста; Даше – за вдохновение и неоценимую помощь в создании замечательной обложки.

Все герои и сюжет созданы без участия искусственного интеллекта.

ПРОЛОГ

Это твой город снов

Забытое пророчество

Это мой город снов

Обитель одиночества.

В утренних лучах тает дымкой в облаках…

«Город снов», С. Владимирская

Слова: В. Лукьянов

Это было время «лихих девяностых». Бандиты, беспредел и коррупция были привычной частью жизни. Обычные люди учились выживать в экстремальных условиях. Но, кроме этого, они ещё и просто жили – учились, работали, влюблялись и расставались.

В июле 199Х года в самом большом сибирском Городе стояла настоящая летняя жара. Температура воздуха доходила до тридцати градусов и выше. Жара спадала только с наступлением сумерек, а ночи были душными, лишь изредка разбавляемыми шумными и яркими грозами.

Ночной Город – это особый и удивительный мир. Ночь наполняет Город неповторимой красотой и романтикой.

С наступлением ночи зной отступает. На Город опускается долгожданная прохлада. В это время суток он словно преображается. То, что днём кажется серым и унылым, ночью расцветает яркими удивительными красками.

Улицы окрашиваются в яркие цвета ночных фонарей, светофоров, рекламных огней, окон домов и подсветки фасадов. Проспекты и площади пустеют, потоки машин и толпы людей исчезают. Лишь редкие, спешащие домой автомобили да одинокие прохожие – влюблённые парочки, загулявшие личности и искатели ночных приключений нарушают покой ночных улиц.

Засыпающие окна домов гасят свет, улицы и бульвары словно замирают. Ночной Город погружается в сон.

Ночь окутывает нас снами, в которых оживают наши мечты и желания, страхи и переживания. Во сне мы можем испытать как радость и блаженство, так и боль и отчаяние.

Ночью нам могут открыться такие тайны, которые способны как вознести нас на вершину счастья, так и повергнуть в пучину глубокого отчаяния.

Ночной Город – это волшебный город сновидений, вбирающий в себя все наши эмоции, впитывающий энергию желаний и страхов своих обитателей. В Ночном Городе мы, сами того не осознавая, ощущаем эту энергию. Возможно, именно поэтому ночь так пугает и манит людей, вызывая смешанные чувства восторга и тревоги.

Для влюблённых Ночной Город становится особенным временем и местом. Он дарит им ночную романтику и помогает скрывать свои тайны.

Но есть такие люди, не спящие по ночам, например, ночные дежурные. Волей-неволей, работая по ночам, они окунаются в атмосферу Ночного Города. Эти люди слышат его звуки, видят его огни, а некоторые даже прикасаются к его тайнам. Очень скоро эти избранные начинают чувствовать особую энергетику Ночного Города, и в итоге сами становятся его частью.

Но вот наступает утро, и с рассветом волшебство тихо исчезает. До следующей ночи.

***

В самом сердце исторического центра Города, совсем рядом с Главным городским железнодорожным вокзалом, стоит Старый Дом номер 13. Дом стоит на старинной тихой узкой улице, одной из старейших в Городе, чуть в стороне от центральных городских проспектов. Рядом с Домом улица пересекается с другой, которая ведёт к Главному Вокзалу.

Всего в паре кварталов от Старого Дома пролегает железная дорога. И каждый раз, когда через Главный Вокзал проходят поезда, а это случается довольно часто, Старый Дом мелко подрагивает от перестука колёс по рельсам.

Очень часто до Старого Дома доносятся звуки Главного Вокзала: обрывки объявлений для пассажиров, гудки локомотивов, стук сцепляющихся вагонов. Днём эти звуки заглушаются шумом машин с улицы и офисными разговорами, а вечером и ночью они становятся привычным фоновым шумом, на который уже давно никто не обращает внимания.

Официально Старый Дом так никто, конечно же, не называл. Но все, кто в нём тем или иным образом обитал – жил или работал, приходил сюда по делам или заходил в гости, со временем начинали называть его именно так. Дом получил своё название «Старый» неспроста. Возведён он был в самом начале столь богатого на события XX века, и потом, уже ближе к его концу, официально был признан «памятником истории и архитектуры регионального значения». На фасаде Дома красовалась небольшая бело-красная металлическая табличка с предостерегающей надписью: «Памятник истории регионального значения. Охраняется государством». Некоторые шутники ещё продолжали фразу словами: «не влезай – убьёт».

За свою долгую историю Старый Дом повидал очень многое. Был он и жилым домом, и различные конторы в нём располагались. Когда-то в нём даже жил «видный партийный и государственный деятель», о чём любезно напоминала всё та же табличка на фасаде.

В недобрые тридцатые годы XX века Старый Дом был свидетелем того, как за его обитателями приезжали «воронки» и увозили их в неизвестном направлении «из Сибири в Сибирь». Кому-то повезло, и они возвращались сюда живыми, а некоторые даже невредимыми. А кто-то уже не возвращался…

Первый этаж Дома выполнен из кирпича бледно-рыжего цвета, а второй – из круглых, потемневших от времени и событий брёвен. Стены Дома за всю историю иногда реставрировали, и снаружи он выглядел даже весьма ухоженным и респектабельным.

Сверху Дом венчает четырёхскатная крыша, крытая железом и покрашенная в ярко-зелёный цвет. Деревянные окна украшены изящными наличниками с накладными деталями, а фриз и карниз, венчающий здание, на резных кронштейнах украшены затейливой резьбой.

Между первым и вторым этажами стены по периметру опоясывают длинные зелёные железные отливы. Когда-то крыша и отливы были сделаны с претензией на художественный стиль, и даже сейчас, покоробившись от времени, они сохранили своё изящество. Во время дождя капли звонко стучат по крыше и отливам, напоминая звуки барабанной дроби.

С левого и заднего фасадов к Старому Дому примыкает небольшой внутренний дворик. Снаружи дворик огорожен высоким забором из массивных деревянных секций на кирпичных опорных столбах. Вход во дворик прикрывают массивные двустворчатые деревянные ворота и такая же массивная деревянная дверь, навешенные на высокие кирпичные столбы.

Ворота и входная дверь, выходящая на улицу, незадолго до описываемых событий были отреставрированы и укреплены настолько, что, наверное, могли выдержать даже таранный удар грузовика. В те непростые времена это было особенно актуально. В целом, забор, ворота и двери придавали Старому Дому солидный и торжественный вид.

Внутри дворика к левому фасаду Дома примыкала небольшая деревянная пристройка с деревянной входной дверью, служащая прихожей.

Сзади Дом окружали современные здания. Одно из них – типовая панельная двенадцатиэтажка – нависала над задней частью Дома, контрастируя с ним своими размерами. С задней стороны дворик граничил со зданием банка – двухэтажной бетонной коробкой, которая, несмотря на свой современный вид, имела типичную уродливую форму.

Со стороны улицы фасад Старого Дома от тротуара отделяла узкая полоска земли, засаженная травой, кустарником и редкими цветами, огороженная низким металлическим заборчиком.

Широкие тротуары, которые тянулись вдоль улицы с обеих сторон, отделялись от проезжей части узкими разделительными полосами с зелёной травой и кустарником. На этих полосах вдоль всей улицы росли старинные тополя с густой листвой и стояли редкие фонарные столбы. Правда, во время описываемых событий по ночам исправно светила лишь малая часть фонарей.

Движение автомобилей по улице перед Старым Домом никогда не было особо оживлённым.

Этот исторический район у Главного Вокзала всегда считался в Городе достаточно престижным и скорее жилым, чем деловым. Но современные постройки уже тогда преобладали над историческими. По вечерам и в выходные дни по тротуару мимо Старого Дома вдоль улицы неспешно прогуливалась местная публика.

На противоположной от Старого Дома стороне улицы, чуть в стороне за кустами, притаился небольшой ларёк, где страждущие всегда могли приобрести пиво, колу, чипсы, «Сникерсы» и другие крайне необходимые для жизни продукты. Этот ларёк был открыт и днём, и ночью.

Так как Старый Дом был официально признан памятником истории и архитектуры, любые изменения в его интерьере, даже самый незначительный ремонт, требовали от владельцев тщательного согласования с органами охраны объектов культурного наследия. Это позволяло Дому сохранять свой исторический облик как снаружи, так и внутри.

Несмотря на то что со временем внутри комнат появилась отделка из пластика, пенопласта и линолеума, на стенах сохранились старинные деревянные панели, придающие интерьеру Дома историческую солидность.

С первого на второй этаж вела старинная, скрипучая лестница из потемневшего от времени дерева. Её фигурные точёные балясины поддерживали гнутые деревянные перила. Казалось, что, несмотря на многочисленные реставрации, лестница сохранила на себе следы сотен ног, поднимавшихся и спускавшихся по ней на протяжении многих десятилетий.

Старый Дом всегда жил своей особой внутренней жизнью. Долгие годы и смена исторических эпох оставили свой глубокий след не только на его внешнем виде, но и на самой атмосфере внутри. Возможно, свою роль сыграл и номер дома – 13, который, как считалось, придавал ему особую мистическую силу.

Если днём это было не так заметно, то по ночам эта внутренняя сторона жизни Дома проявлялась особенно ярко.

Прислушавшись, по ночам в доме можно было явственно услышать тихое поскрипывание ступенек лестницы между этажами, едва уловимые шаги в соседних комнатах, неразборчивый шёпот или глухое бормотание из углов, а иногда даже тихие стоны и плач с другого этажа.

Посреди ночи без видимых причин раздавались и громкие звуки, будто что-то или кто-то падал на пол, или где-то что-то ломалось. Иногда сам по себе в комнатах включался или выключался свет. Невесть откуда появившийся сквозняк мог неожиданно разметать по комнате бумаги со стола.

Эта внутренняя атмосфера Дома могла бы быстро довести непосвящённых до нервного срыва или даже до психиатрической клиники. Но чужим людям крайне редко удавалось побывать в Старом Доме по ночам. Свидетелями этих удивительных явлений чаще всего становились ночные дежурные, охранявшие контору, расположенную в то время в Старом Доме.

Все они, конечно, немного опасались странного поведения Старого Дома. Каждый из них пытался справиться с этими страхами по-своему. Кто-то не выключал по ночам свет во всех комнатах, чтобы не оставаться одному в темноте. Кто-то, чтобы заглушить непонятные звуки, разговаривал сам с собой или включал музыку.

Однако Старый Дом имел свою особенность: он очень не любил, когда о нём говорили плохо. Когда кто-то высказывал нелестные замечания, в Доме ни с того, ни с чего, начинали происходить самые неожиданные вещи: проливался кофе, ломалась мебель, в самый ответственный момент исчезали книги и разные документы. А если такой человек оставался на ночное дежурство, то Дом мог устроить для провинившегося такое представление, которое надолго отбивало желание говорить что-то нехорошее.

Однако все, кто был посвящён в эту тайну, уже давно заметили одну любопытную и важную закономерность: чем дольше человек находился в стенах Старого Дома, тем меньше он подвергался его влиянию и меньше испытывал страх. Считалось, что таким образом Старый Дом как бы привыкал к своим обитателям и воспитывал их.

Поэтому, несмотря на все страхи и тревоги, ночные дежурные относились к Старому Дому с глубоким почтением, словно к живому существу. А Старый Дом за это платил тем, что помогал своим обитателям оберегать их тайны.

Глава 1. НОЧНОЙ ВИЗИТ

Понедельник 08 июля, вечер

Ночной дежурный

Молодой человек спал, сидя в офисном кресле за столом в тёмной комнате, сложив голову и руки на раскрытую книгу «Мастер и Маргарита» Булгакова. Несмотря на неудобное для сна положение тела, сон у молодого человека был крепкий и здоровый, выработанный недавними годами лекций в университете. Накануне вечером он зачитался книгой и не заметил, как уснул.

Неожиданно в ночной тишине раздался резкий, громкий хлопок. От внезапного порыва ночного ветра где-то совсем рядом звонко хлопнула створка открытого окна. Наш герой вздрогнул и проснулся. Он непонимающе оглядывался вокруг, пытаясь спросонья понять, что происходит. Наконец его взгляд в темноте сфокусировался на открытом окне.

Окончательно пробудившись, молодой человек вздохнул, поднялся с кресла, и, не включая свет, подошёл к окну. На окне болтались незакрытые жалюзи, и сквозь окно в комнату проникал не особо яркий свет ночного фонаря, освещавшего внутренний двор Старого Дома. Из окна на молодого человека дохнуло влажной прохладой с запахом мокрой пыли. Он быстро закрыл обе створки окна на шпингалеты.

«Точно гроза начинается», – громко и уверенно сказал он сам себе. Бодрый раскат грома за окном незамедлительно подтвердил это утверждение.

Вслух он разговаривал сам с собой потому, что в Старом Доме сейчас он был совершенно один. Когда громко разговариваешь сам с собой – уже не так страшно сидеть по ночам одному в этом несколько жутковатом месте.

Молодой человек вернулся в своё кресло, с удовольствием вытянул ноги и в очередной раз посмотрел на свои новенькие часы «Командирские» с коричневым кожаным ремешком на левой руке. На часы наш герой посмотрел не столько для того, чтобы узнать время, сколько чтобы вновь насладиться видом своей новой игрушки, которую совсем недавно сам себе подарил. Часы довольно громко тикали, а стрелки светились в темноте благодаря люминофору, вызывая у своего владельца настоящий детский восторг. Время было двадцать три сорок пять.

Приближалась полночь, и по-хорошему надо было подняться с удобного кресла, дойти до умывальника, а потом проверить, что показывают камеры видеонаблюдения по периметру Дома. Кроме того, обычно около полуночи молодой человек совершал обход всех комнат и кабинетов в здании. Собственно, в обязанности ночного дежурного это не входило. Вполне достаточно было посмотреть камеры, установленные внутри офиса. Но такие камеры были установлены не по всему офису, и часто они были просто отключены. А самое главное – разглядывать ночные комнаты в монитор почему-то казалось страшнее, чем сходить и посмотреть вживую. Поэтому молодой человек предпочитал делать такой ночной обход лично, чтобы убедиться, что там никого нет. Или ничего нет. После этого сидеть всю ночь одному в пустом Старом Доме уже не так страшно.

Вставать с кресла совсем не хотелось. Стук окна не просто разбудил молодого человека, но и прервал на самом интересном месте его романтический сон. Он снова и снова прокручивает этот сон в голове. Уже не в первый раз в своих снах он видел один и тот же сюжет, как будто посреди ночи в дверях Старого Дома раздаётся тихий стук, молодой человек открывает входную дверь, а там на пороге стоит прекрасная девушка. Лица её он не видит, не знает, кто она, видит только прекрасный силуэт, но знает, что она пришла именно к нему. И на этом месте сон всегда предательски прерывается.

Может быть, это влияние чтения на ночь «Мастера и Маргариты». А возможно, это влияние Старого Дома. Или всё вместе. Молодой человек не знает, но этот сон ему, без сомнения, нравится. Он пробуждает в нём томительное ожидание чего-то нового, таинственного и прекрасного.

Где-то в Доме снова громко хлопнуло окно. Потом ещё раз и ещё. Хлопок громкий, а значит, гремит где-то рядом. Надо набраться сил, подняться, пойти в соседний кабинет и успеть закрыть окно, пока гроза совсем не разыгралась и не начался ливень. Не включая свет, молодой человек нехотя встал с кресла и быстро прошёл через дверь в коридор и далее в соседнюю комнату – кабинет бухгалтерии. Эта комната была значительно больше, в ней было два окна, одно из которых также выходило во двор, а второе – большее по размеру, смотрело на улицу. В кабинете бухгалтерии было гораздо светлее благодаря уличному фонарю, висевшему на столбе, стоявшем на противоположной от Старого Дома стороне улицы. Открытая створка на большом окне болталась от порывов ветра на улице, противно скрипела и иногда громко хлопала. Она так и норовила разбиться вдребезги. Видимо, вечером в конце рабочего дня её просто забыли закрыть.

Молодой человек быстро подошёл к окну и закрыл створку на шпингалет. Стёкла на окне вздрагивали от порывов ветра. На стенах кабинета беззвучно шевелились большие тени от веток деревьев с улицы. Начинался дождь, на стекле и на подоконнике уже блестели капли воды. Гроза приближалась. Гром ударял снова и снова. Ярко сверкала молния, освещая улицу и проникая сквозь окна вглубь Старого Дома.

«…Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город…», – процитировал он фразу из любимой книги.

Уже окончательно проснувшись, молодой человек с восхищением замер у окна, глядя на улицу и наслаждаясь яркой красотой набирающей силу стихии.

Уличный фонарь освещал часть улицы прямо перед фасадом Старого Дома, захватывая часть ворот и дверь с улицы во двор. В свете фонаря и вспышек молний ярко блестели первые лужи, пузырясь от падающих капель дождя.

Ни людей, ни машин на улице видно не было. Время перевалило через полночь. Сейчас все нормальные люди уже давно спали, а редких прохожих и редких ночных водителей разогнала начинающаяся гроза.

Улица, идущая от Главного вокзала, оставалась в темноте – фонари на ней горели только у перекрёстка на углу от Старого Дома. Фонарные столбы вокруг перекрёстка покачивались в такт порывам ветра, и в свете их огней очень хорошо были видны струйки набирающего силу дождя.

Молодой человек стоял у окна и смотрел в сторону перекрёстка. В какой-то момент, несмотря на дождливую темноту, он вдруг заметил вдалеке, как из темноты улицы со стороны вокзала на перекрёсток неожиданно выбежала фигура в оранжевом. Через несколько секунд из темноты выскочили ещё четыре или пять фигур, бегущих вслед за первой. Приглядевшись, молодой человек разглядел, что догоняющие фигуры были все как на подбор с бритыми головами и в характерных тренировочных костюмах с полосками на штанах и на рукавах, ярко блестевшими даже при тусклом свете ночных фонарей.

Первая фигура явно убегала от преследователей, которые гнались за ней, размахивая руками и что-то крича на ходу. Через окно, ещё и сквозь шум грозы, ничего не было слышно.

На середине перекрёстка первая фигура чуть приостановилась и, быстро оглядевшись, повернула в сторону ворот Старого Дома. Её преследователи повернули вслед за ней. Глядя на их манёвры, молодой человек вдруг отчётливо ощутил, что убегающий человек остро нуждается в помощи и защите. В эти смутные времена в подобные костюмы с блестящими лампасами на штанах обычно наряжалась уличная шпана – гопники, которые точно не стали бы посреди ночи догонять прохожего только ради того, чтобы обсудить последние новости или просто пожелать ему спокойной ночи. Кажется, убегающего человека надо было срочно спасать.

Решение пришло мгновенно. Молодой человек бегом выскочил из кабинета бухгалтерии. В два прыжка преодолев небольшой коридор, он выбежал на лестницу, ведущую на первый этаж, перескакивая сразу через несколько ступенек, буквально слетел вниз через два пролёта лестницы в миниатюрную прихожую Старого Дома. Подбежав к входной двери, выходящей во внутренний дворик Дома, наш герой быстро щёлкнул тумблером на щитке у входа, отключив охранную сигнализацию, прокрутил вертушку замка, отодвинул засов и, открыв дверь, выскочил наружу.

Ночной дворик встретил молодого человека душным влажным теплом, запахом мокрой пыли, раскатами грома, пока ещё мелкими, но частыми каплями дождя, и, как всегда, не вовремя, отключившимся из-за грозы ночным фонарём. Он быстро пробежал через дворик к двери, ведущей со двора на улицу, нажал на кнопку открытия электрического замка, приоткрыл дверь и выглянул на улицу.

По улице к двери Старого Дома подбегал человек в оранжевой ветровке-дождевике с большим капюшоном на голове. Рассмотреть его лицо в капюшоне сквозь пелену дождя было невозможно. В этот момент человек был уже в десятке метров от двери. Позади него бежали преследователи. Вид открытой двери придал ему силы, человек в капюшоне ускорился, рывком преодолел последние метры пути и буквально влетел в открытую дверь. Прошептав слабым хриплым голосом: «Помогите!» – согнувшись пополам, задыхаясь от быстрого бега, беглец остановился посреди двора.

Встречающий молодой человек ещё раз быстро выглянул наружу и едва успел захлопнуть дверь буквально перед самым носом преследователей. С громким щелчком сработал электрический замок, заблокировав дверь.

Секундой позже закрытая дверь задрожала от грубых рывков и ударов снаружи. Дверь дёргали, ожесточённо стучали и пинали. Сквозь дождь на всю улицу разносились матерные ругательства и крики пьяных голосов: «Быстро открывай…, сейчас всех вас тут…!».

Дверь с улицы во двор хотя и была деревянная, из потемневших от времени старинных досок, но усилена мощными железными полосами, и поэтому была достаточно крепкая. Ворота во двор тоже были деревянные, крепкие, очень высокие и надёжно заперты. Забор по высоте не уступал воротам. Но всё же физически крепкий и ловкий человек в трезвом состоянии при желании вполне смог бы перелезть через дверь, ворота или забор. Если бы нападавшие были чуть трезвее, а дверь, ворота и забор чуть менее скользкими от дождя, гопники неминуемо преодолели бы это препятствие.

Поэтому наш герой решил дальше не испытывать судьбу. Прокричав: «Быстро заходим в дом!» – и схватив гостя за локоть, он бегом потащил его к входной двери в дом. Гость не сопротивлялся, хотя и с явным трудом, но тоже поспешил. Подбежав вместе к открытой входной двери, молодой человек быстро втолкнул гостя в тёмную маленькую прихожую и следом заскочил туда сам. Быстро захлопнув за собой дверь, повернул вертушку замка, щёлкнул тумблером включения сигнализации и наконец выдохнул.

Только сейчас он почувствовал, как от бега и возбуждения перехватило дыхание. До этого момента молодой человек даже не задумывался о том, насколько вся эта ситуация была опасной и чревата последствиями – для него, гостя и офиса конторы, которую он, собственно, охраняет, и за который он несёт ответственность. По всем правилам он не должен был вмешиваться в чужие уличные разборки и тем более запускать посторонних ночью в офис. Случись что-то не так, и он бы остался виноватым. Но не прийти на помощь попавшему в беду он искренне считал неправильным. Зато теперь они вместе с гостем были в относительной безопасности.

Молодой человек нащупал выключатель, включил свет тусклой лампы в маленькой прихожей и повернулся к спасённому. Человек в оранжевой ветровке стоял к нему спиной, согнувшись пополам и держась руками за стену, громко и тяжело дышал после бега. В какой-то момент ночной гость наконец разогнулся, двумя руками откинул с головы назад мокрый капюшон и повернул голову в сторону своего спасителя. И перед изумлённым молодым человеком предстала девушка с мокрым испуганным лицом и с растрёпанными мокрыми волосами, всё ещё тяжело дышавшая от бега и от страха, смотревшая на нашего героя перепуганными безумными глазами. Видимо, она сама ещё до конца не понимала, что произошло.

Беглянка

Ночной дежурный внимательно присмотрелся к лицу девушки и удивился ещё больше. Он её узнал! Это была девушка, которую он уже трижды до этого встречал раньше, хотя и не при таких экстремальных обстоятельствах. Причём последний раз встреча происходила здесь, на этом самом месте в прихожей Старого Дома накануне вечером.