В поисках тайн

– Лума, здравствуй девочка моя, чего не заходишь?

Повернув голову в сторону голоса, она увидела на пороге саму продавщицу. Она стояла перед входом в домашнем платье, который состоял из женской рубашки с короткими рукавами и мешочками на их концах, подтянутый сверху тёмный корсет и ванильного цвета платье, закрывающее все снизу. Светлые волосы завязаны в пучок на затылке синим бантиком. Она встречала девушку на пороге с метлой, видимо намереваясь его подмести.

– Здравствуйте миссис Кэрэн. А я вот посмотреть решила, что у вас нового есть.

– А почему тогда не заходишь? Внутри выбор больше.

– К сожалению, я тороплюсь и времени совсем нет, – немного грустным голосом выдавила из себя.

– Ну, раз торопишься, зайди на минутку, – повернувшись лицом к двери. – Я надеюсь, у тебя она есть? – повернув голову снова на Луму.

– Ну, минутка есть, – собираясь зайти в магазин.

Внутри все было обустроено по высшему разряду. Блестящий дубовый пол, красивая люстра на потолке освещавшая всю комнату. Конечно, с витрины тоже пробивался свет, но он освещал только часть помещения ближе к окну. По всему залу были расставлены удлинённые вешалки, на которых висело множество различной одежды, правда не такой завораживающей, как те, что она видела. Проходя вдоль одного из таких рядов, вся одежда висела очень аккуратно. Так же здесь были удобные костюмы для верховой езды, были и юбки, и, конечно же, блузки. Естественно была обувь, самая разнообразная, она поражала глаза.

Осмотр всей этой красоты ее прервал голос хозяйки. Выглянув из-за одного из рядов, мисис Кэрен подзывала ее рукой к прилавку.

– Я не ожидала тебя здесь увидеть, но раз ты ещё торопишься, я не буду тянуть. Подожди здесь, я сейчас.

Пройдя вдоль прилавка, хозяйка магазина куда-то завернула на право. Пока деушка ожидала, она решила осмотреть прилавок. Взору сразу попалась большая полка, находящаяся за прилавком. Она была разделена на множество окошек, в которой располагались каждая на своём месте прекрасная пара обуви. Практически каждое место в окошке было занято. Оно напоминало пару, живущую в каждой своей скромной квартирке. Из обуви здесь можно было увидеть только самые прекрасные и очаровательные туфли и роскошные сапоги. Девушку завораживал каждый их штрих, а цвет просто восхищал.

На самой верхушки располагались шляпы различной формы и диаметра. Каждая была лучше другой, как своим цветом, так и украшениями. Украшены были и цветными мохнатыми перьями, цветками и даже просто красивыми камушками.

Рассматривая незаурядную полку, Лума не заметила, как хозяйка уже вернулась, держа в руках большой и плоский пакет, перевязанный тонкой верёвкой. Вернувшись обратно за прилавок и положив пакет прямо перед девушкой, положила на него свою руку.

– Эундор сделал небольшой заказ и просил передать ему. Но так как ты здесь, может ты, отнесёшь ему пакет? Чтобы не ждать его, а то у меня ещё куча дел, – продолжая смотреть девушке в глаза, продавщица убрала руку с пакета.

– А что там? – переведя взгляд на посылку и вновь на продавщицу.

– Не знаю, когда делал заказ, сказал, что это срочно, и даже не уточнил.

Взглянув вновь на пакет, и прикинув, как его придётся нести, Лума с неохотой вернула взгляд на собеседницу.

– А у вас корзинки не найдётся? А то мне нести неудобно будет.

– Конечно дорогуша, – потерев руки и взглянув под прилавок, хозяйка магазина нырнула туда рукой и достала как раз подходящую под размер пакета сплетённую корзину. – Вот возьми, можешь себе забрать, а то я уже не помню, сколько тут она уже лежит.

Приняв скромный подарок и вложив в него пакет, поблагодарив, двинулась в сторону выхода.

Снова оказавшись на улице, Луму теперь стал мучить вопрос, что находиться в пакете.

Оглядевшись по сторонам, она двинулась в заданном направлении. Думать было не о чём, все ее внимание было сосредоточено на посылке: «Может заглянуть туда одним глазком? Нет, тогда придётся порвать бумагу, в которой запечатана сама посылка. Единственное это можно узнать, доставив пакет Эундору. Я могу просто повернуть обратно. Стоп! А как же Элен? Тогда придётся сперва повидаться с ней, и это ещё какое-то время стараться не думать о пакете». Девушка была так погружена в свои мысли, что не заметила, как уже вышла на площадь.

Рынок был все таким же, как Лума его помнила. Торговая площадь была полна людей. Прилавки, заполненные различными вещами, посудой и продуктами. Торговцы, наряженные яркой одеждой, говорила о том, что дела идут в гору. Здесь были и жители городка, и сами фермеры, покупавшие себе на нужды и продававшие свой урожай. Каждый был одет по-своему. Фермеры, носившие свою рабочую одежду, и на голове соломенные шляпы, крестьяне, одетые в стандартное облачение: лёгкая тёмная рубашка, коричневые или серые штаны, кожаный пояс и сапоги. Женщины носили цветные платья, подходящие для прогулки и обязательно с капюшоном. Для поддержания порядка тут имелась стража, хотя их присутствие здесь ни о чём, ни говорило, ведь все что они делали здесь, это только стояли и обсуждали, какое у их командира высокое жалование. Здесь так же можно было увидеть знатных вельмож носивших либо красную, либо синюю мантию, украшенную золотыми подвязками и серебряными пуговицами. Дети, носившиеся по всей площади, играя в догонялки и чуть ли, не сбивая с ног прохожих. Тут имелись рабочие, носившие то мешки, то нагруженные телеги. Повсюду было немало животных: лошадей, собак и на удивление даже гусей, разгуливавших здесь спокойно и подбиравших с земли то, что упало со стоек торговцев. Животные ходили вдоль прилавков и клянчили еду. Но им в ответ только можно было услышать крики недовольных продавцов, вопивших во всю глотку: «Пошёл вон!», «Кыш отсюда!». Некоторые прилавки были сделаны из деревянных досок с навесом и без, а некоторые просто из пары брусков. Повсюду располагались телеги и ящики, в каждой оставалось немало того, что располагалось на прилавках. В них лежали бочки, наполненные вином или даже мёдом, мешки, перевязанные той же лентой, что и пакет располагавшейся в корзине девушки. За каждым новым торговцем прятался другой и каждый со своим ассортиментом.

Проходя вдоль прилавков, девушка заглядывала в каждый встречный, чтобы рассмотреть, чем народ торгует. Здесь продавались фрукты от яблок наливного цвета до сочных арбузов. Свежеиспечённый хлеб и пирожки, по словам продавцов с капустой, мясом, яблоками и каждый имеющий свою форму вида. Гончарные горшки тоже имели свой интерес расписных узоров и видов, посуда, имеющая не малую цену и превосходные расписные чашки. Напротив, располагался мясной ларёк, разнообразие которого было не перечесть. На прилавки лежали свиные отбивные, говядина, баранина, потрошки, сверху подвешены на крючках палки колбасы и куриные тельца. Ещё чуть дальше местные рыбаки предлагали свой удачный улов, расфасованный по ящикам, корзинам и приспособления для рыбалки. От рыбы девушку начало немного мутить, и она быстрее перешла к следующему, чтобы поскорей забыть о ней. К счастью начался ларёк, с приправами от которого, веяло приятными запахами специй. Все приправы были распределены между собой по стеклянным баночкам, по остроте и вкусу.

Лума могла ещё целый день бродить по рынку из-за его огромного разнообразия и пространства, но вспомнив, что у неё ещё есть дела и надо купить продуктов к ужину, она стала разыскивать нужный ей прилавок. Наконец обнаружив овощной ларёк, девушка решила немного закупиться. Во время выбора к ней не раз обращались со словами: «Все самое свежее», «Покупайте не стесняйтесь», «Вам что-нибудь подсказать?». Здесь конечно было из чего выбирать: зелень, петрушка, укроп, лук, чеснок, картофель, разложенный по ящикам и прочие дары земли, что могло обрадовать Луму. Конечно, огород Эундора был насыщен таким же богатством, но дожидаться пока новый урожай созреет лучше походить пару деньков на рынок. Все равно дома практически делать нечего, а погулять не всегда удается. Поэтому хоть какой-то предлог будет.

Приглянув свой выбор на зелени, девушка почувствовала, как чья-то лёгкая рука легла на ее плечо. Первой мыслью было, что это какой-нибудь пьяница, шлющийся по рынку выпрашивая мелочь и по возможности полапать. Резко обернувшись и приготовившись к удару, девушка резко замерла на месте. Оказалось, что это была Элен, стройная девушка, ровесница подруги с белокурыми прямыми волосами, укрытыми под белым капюшоном мантии, голубые глаза, поражающие своим блеском и красотой, смотрели прямо на Луму, ровные черты лица и гладкая кожа подстраивали ее красоте. Одета была в белую просторную юбку, уходящую до самой земли и скрывавшую ее обувь, коричневую жилетку с короткими рукавами застёгнутую пуговицами.

– Лума! Как же я рада тебя видеть, – бросившись в объятья и крепко сжимая девушку.

От Элен как всегда шёл приятный запах ее любимых духов. Она ещё с выпуска начала ими пользоваться, косметикой мазать себя слоями вообще не любила, но от духов у неё просто крышу сносит и ее не остановить.

– Я тоже рада, – чуть ли, не задыхаясь от объятий, подруга смогла произнести.

– А что ты тут делаешь? Я думала ты все на тренировках своих? – отпустив свой захват, и пристально смотря на нее удивлёнными глазами.

О тренировках Лумы знали все ее друзья и знакомые. В детстве, когда она приходила в городок, что на рынок, что в школу, Эундор забирая ее с собой, постоянно отвечал на любой вопрос, заданный в адрес девочки: «Она занята, у неё ещё тренировка». Ругать Эундора за такие постоянные вопросы ни как язык не поворачивался. Хоть она и провела все свое детство на сплошных тренировках, зато теперь она благодарна ему, ведь они могут с подругой спокойно гулять по вечерам и ничего не опасаться.

– Нет, тренировки давно закончились. Это только пропадаю на переподготовке, – махнув рукой, на лице девушки стала проявляться улыбка. – Я смотрю, ты тоже за покупками пришла? – только сейчас обратив внимание на корзину, наполненную едой.

– Да, есть же то же надо, а не гулять постоянно. Вот и приходится сюда бегать порою, – опустив голову и заглянув в свою корзину. – А у тебя что? – переведя взгляд на пакет.

– Да так, сама не знаю, Эундору отнести надо. Сказали что-то важное.

– Ну, важное, так важное. Может, пройдём ещё пару ларьков? Мне тут чуть-чуть осталось, – махнув головой в сторону фонтана.

– Конечно, тем более что мне самой нужно.

Побродив ещё немного вдвоём между прилавками, корзина Элен дополнилась парой пучков петрушки, за которую очень упорно настояла снизить цену из-за ее чуть запоздалого сезона. Небольшой долькой сыра, парой баночек приправы и пол палкой колбасы. Конечно по сравнению с первоначальным содержимым корзины Элен, Лума прикупила петрушки, немного лука, пакет чая, который с трудом удалось здесь найти и неоценимые заслуги старушек, продававших в маленьких корзинках грибы, собранные, по их словам, поутру. С чаем выходила заминка того, что далеко не везде его выращивают, и поэтому пока чайный сбор могут довезти сюда, он будет стоить не малую сумму. Но прикупив всего пару грамм и смешав его дома с травами, можно получить неплохой настой, который можно заваривать не один раз. Прикупив такой скромный ассортимент, девушка конечно не забыла о своём учителе и друге. Эундору прикупила небольшие садовые грабельки длиной всего в кисть, удачно умещавшуюся в корзину и соломенную шляпу, что бы при работе в саду ему не напекало солнце.

– Элен, – обратившись к подруге, в момент, когда проходили около прилавка с фруктами. – С этими покупками я что-то проголодалась, может, купим по яблоку? Да передохнем у фонтана?

– А что, я за, – с восторгом в голосе подруга ответила.

Купив по яблоку и апельсину, Элен решила взять себе ещё и немного малины, говоря, что давно ее не ела.

Уместившись на краю фонтана, девчонки принялись за свой перерыв, обсуждая новости, прошедшие с ними за последние дни. Элен всегда была любителем поговорить на такие темы. Особенно если она затронет какую-нибудь душещипательную историю, то ее не остановить. Луме оставалось только что-то добавлять или же соглашаться с ее мнением, но, тем не менее, Элен стало тоже интересно, как идут дела у подруги. Рассказ начался с сегодняшнего дня в мельчайших подробностях по просьбе собеседницы. Лума рассказала о странной записки, переданной Эундору, о которой он просто промолчал. Но взамен выпустив ее на прогулку. О странностях старожилы Керана и о встрече с Горном, который обещал ещё подойти. Так же о завораживающей одежде в магазине миссис Кэрэн и об этой странной посылке.

Как не уговаривала подруга, а Лума отказывалась от каждой идеи открыть и посмотреть, что внутри. Ее с детства тяжело было уговаривать по воспитанию Эундора, чему она тоже благодарна. Она всегда твердила одно и то же понятие «Меньше знаешь, крепче спишь». Не став упорствовать Элен предложила отправиться к ней с предлогом, что тут уже надоело. В этот момент из неоткуда появился Горн в своей той же патрульной форме. Элен обрадовавшись появлению, ещё одного знакомого просто засияла от радости.

– Освободился? – одолел интерес Луму.

– Ну, почти, мне увольнительную дали на пару часов.

– Так не будем же их упускать, пойдёмте я вас чаем угощу, – радости Элен не было предела. – Мы тут как раз собирались.

– Тогда пошли, – подтолкнула Лума.

Проскочив мимо толпы, компании удалось выбраться с площади и двинуться вниз по аллее. Во время всей дороги в основном разговаривали Лума и Элен, Горн только изредка давал о себе знать, высказывая некоторые мнения. Пройдя ещё немного и повернув пару раз за повороты, они добрались до нужного их дома.

Подскочив быстрее всех к двери, Элен с улыбкой на лице приоткрыла дверь перед друзьями.

– Добро пожаловать в моё скромное жилище, – продолжала улыбаться и сиять радостью подруга.

Улыбка Элен была всегда заразительна. Поэтому она перешла и на ее друзей проходящих в дом. Хозяйка, вошла последней, закрывая за собою дверь.

Дом Элен был превосходно обустроен, так как делами по хозяйству занималась сама, что у нее всегда неплохо получалось. Дубовый пол просто сиял от чистоты, от чего Луме, чтобы не нарушить этой идиллии, сняла свою обувь. Ее действиям повторил Горн, видимо уважает мнение других и не хочет обидеть Элен. Подойдя к треножной вешалке, находящейся около двери, девушка сняла плащ и поставила корзину на пол около неё. Тем временем Горн уже занял место на удобном стуле с мягким сиденьем. Таких стульев было ещё три расставленных вокруг круглого дубового столика, находящегося чуть дальше по комнате. В центре столика стояла очаровательная вазочка с букетом свежих тюльпанов. Кстати такую вазочку Лума могла видеть на рынке. На стенах по комнате висело пара картин. В основном изображены были только пейзажи. Элен ещё со школьных годов нравились красоты природы. Временами она хотела стать художнице и рисовать те пейзажи, которые у нее захватывали дух или навивали на приятные эмоции. Даже записалась на художественные занятия. Но спустя после таких, как она выразилась скучных занятий по рисованию вазы, бросила это дело.

Двигаясь по левой стороне стены, Лума наткнулась на книжный шкаф, высотой он был чуть больше ростом ее самой. Стеклянные прозрачные дверцы лишь частями показывали, что спрятано за ними. Любопытство взяло верх. Обернувшись, она заметила, как Горн уже оказался в дальней части комнаты на кухне, где было специальное вырезанное оконце соединяющую эту часть комнаты. Составив компанию Элен, они были заняты разговором. Не став вслушиваться, она открыла дверцы шкафа. Перед ней предстали всего четыре полки. На самой верхней располагалась пара старых изношенных книг, судя по которым возраст начинался ещё с детских лет. Взяв одну из книг, девушка очень удивилась, это и вправду был один из учебников, которым они пользовались ещё в школе. Выцветавшего зелёного цвета обложка с изображением морского побережья и заходящего солнца за горизонт. Над картинкой потускневшими буквами, но пока ещё различимыми читалось название книжки «Морские приключения». В школе эту книгу читали на свободных занятиях, когда был пропуск урока. Лума и ее друзья всегда читали ее вместе, садясь вокруг, напротив друг друга, читали ее по очереди. И когда один из них читал свой отрывок, остальные представляли себя в роли главных героев книги, бороздивших моря и сражающихся с морскими чудовищами.

В этот момент Элен подозвала подругу. Она обернулась и заметила, что пока она плавала в своих мыслях и воспоминаниях, друзья уже накрыли на стол, и Горн, заняв снова своё место, потянулся к вазе с печеньем, на что в ответ подруга легонько ударила его по руке, пригрозив пальцем. Вернув книгу на своё прежнее место, она не стала смотреть, что находиться на остальных полках. Только то, что они были заставлены статуэтками и фигурками. Закрыв дверцы шкафа, девушка вернулась к своим друзьям. Присаживаясь на стул, в этот момент Элен уже разливала чай по чашкам. Белые керамические чашки, как и сам чайничек, были разрисованы зелёными, жёлтыми и красными листьями. На столе располагались помимо вазы с печеньем, ещё миска с любимым малиновым вареньем, пряниками и пирожками.

Чай в некой степени был предлогом, чтобы собраться в тихом спокойном месте и провести время за разговорами и последними новостями. Изредка в момент разговора можно было услышать от кого-нибудь о просьбе подлить чая. Ведь смочить горло после долгого общения очень полезно. Дружеская беседа была настолько занимательна, что можно было не только заметить, как чай заканчивался в чашке, но и не успев попросить добавки, то тут же она оказывалась пустой. Отвлекшись на отзывчивый звон часов, ребята удивились не меньше Лумы. Посмотрев за окно, удивляться пришлось ещё больше. На улице солнце уже клонилось к закату. Удивительно ведь казалось, что прошло, не так уж много времени.

– По-моему мы засиделись. Я бы ещё осталась ненадолго, но мне пора, – вставая из-за стола, и оглядывая друзей, Лума чувствовала себя неловко из-за того, что ей первой пришлось это сказать.

– Я могу тебя проводить, у меня все равно увольнительная заканчивается.

– Было бы не плохо, – почувствовав, как край губы девушки зашёл в улыбке.

– Что же, было приятно, что вы зашли, – провожая взглядом, Элен уже собралась проводить друзей. – Вы ещё заходите.

Забрав свой плащ с вешалки и корзину, друзья вышли наружу. Прохлада стала ощутима и, накинув плащ, ребята попрощались.

Улица была освещена установленными фонарными столбами по обе стороны, в которых беззаботно горели факела. Такие столбы были расставлены по сему городку. Хоть на улице было ещё светло, фонари зажигали раньше. Ведь чтобы зажечь их все понадобиться немало времени. Но за всем следили с точностью и не нарушали распорядок времени. По улице ребята двигались не спеша, увлечённые разговором. Городской шум и суета стихла, укрывая город дремавшей тишиной. Рыночная площадь опустела. А ее шум и гам торговцев и живности вместе с ними разошелся по домам. Горожане, кто закончил свои рабочие дела закрывал магазинчики, и уходили по таким же улицам в свои дома. Когда они добрались до ворот, у костра ожидало несколько дежурных, тихо наблюдавших за плавными движениями огня. Отдав команду зевакам открывать ворота, Горн проводил подругу чуть дальше за пределы города.

– Может тебя проводить, а то, как-то тебе ещё через лес идти? – засмущавшись, Горн потёр затылок.

– Нет, спасибо, я смогу добраться сама. Спасибо за беспокойство, – оценив заботу ей неловко было это говорить.

Понимающе кивнув и напоследок взглянув на девушку, Горн приобнял ее. В объятье чувствовалась забота, и доверие, но Лума проигнорировала это чувство. Она ясно видела, что Горн не раз тепло смотрел в ее сторону, но старалась подавать виду, что этого не замечает. Ведь помимо нее он также робко дышит в сторону Элен. И она не хотела становиться между ними препятствием. Тем более, что с ней, ни к чему хорошему не приведет. Закончив прощаться, девушка двинулась по тропинке домой. Проходя мимо будки сторожа, Лума решила убедиться, выполнила ли задание охрана. Заметив, как оттуда выглянул шлем одно из стражников, доказательств ей больше не понадобилось. Горн, провожал ее взглядом, пока та не скрылась за поворотом в листве. Вернулся за ворота.

Быстро добравшись до дома уже под конец стемнело. Поднимаясь на крыльцо, она заметила, что свет в окнах ещё горит. Осторожно приоткрыв дверь, заглянула внутрь. В зале застала Эундора за столом.

– Молодец, пришла раньше, а не как в прошлый раз, – обратил внимание на Луму.

Видимо ещё помнит, как она с подругой в последний раз, когда ее отпустили на карнавал, вернулась очень поздно, за что Эундор наградил ее парой блестящих отжиманий и вскапывании огорода. Тяжёлый труд всегда выдавался за непослушание и самовольство. Но это только укрепляло волю девушки. Пройдя в комнату и поставив корзину на стол, девушка заметила расстроенный и уставший вид опекуна.

– Что-то случилось? – наклоняясь к нему, чтобы уловить взгляд.

– Помнишь свёрток, что мне принёс служивый? – направив свой взгляд на взволнованную девушку.

– Помню, конечно, помню. Он ещё в ленту был завернут.

– Да он самый. Дело в том, что там было написано про тех, кто уничтожил твою деревню.