Хроники вечного наместника. Акт 1

Часть 1. Она

      Глория проснулась укутанной в плащ Дэвида. Повернув голову, она обнаружила, что ее возлюбленного нет рядом. Девушка встала, оделась и нашла записку, оставленную Дэвидом: «Моя дорогая, извини, что ушел, не разбудив, – ты слишком сладко спала. Все твои вещи на месте, коня найдешь в западной конюшне (я предупредил о твоем приходе конюха). Сам я ушел в город, ты знаешь, где меня найти. Люблю. Твой Дэвид». Глория улыбнулась, взяла лук, колчан, застегнула ремень и отправилась в сторону конюшни.

      Подойдя к ней, она немного встревожилась тем, что не было ни одной лошади на поле, но списала все на то, что конюх проспал. Войдя в конюшню, Глория не обнаружила коней и там, но что самое странное – и конюха не было в здании. Девушка натянула тетиву и начала медленно, осматривая каждое стойло, проходить в другой конец конюшни. Дойдя до другой стороны, Глория аккуратно толкнула дверь и вздохнула – кони паслись с другой стороны, но конюха все равно не было рядом. Девушка отпустила тетиву и сразу почувствовала холодный металл у своей шеи.

– Кто вы? – испуганно спросила девушка.

– Ну точно не конюх, – сказал строгий мужской голос. – Повернись, дорогуша.

      Глория медленно повернулась и увидела мужчину лет тридцати, в бедном одеянии и в плаще с почти скрывающим лицо капюшоном. Он приставил свой меч к груди девушки.

– Что вам нужно? И где Роберт? – Более спокойно сказала девушка, но дрожь в ее голосе было трудно не заметить.

– Роберт старался защитить конюшню, сражался храбро, но погиб, – мужчина с натяжкой улыбнулся.

– Нам нужны эти лошади, – он указал в сторону, где паслись животные.

– Вам? Вы не один? И зачем вам табун лошадей?

– Все бы тебе рассказал, но не хочу, у меня принцип – женщин и детей не убивать, – сказал мужчина и отправил меч в ножны.

– А беззащитного конюха убить по вашему кодексу можно? – Глория, воспользовавшись моментом, натянула лук и наставила на преступника.

– Он был вооружен, и поэтому по кодексу разбойников я имел право его убить, – сказал мужчина и немного поднял руки.

– Ах, разбойники. Все с вами понятно, а что кодекс говорит по поводу вооруженной девушки? – сказала Глория и еще немного натянула тетиву.

– Это непредвиденная ситуация, но полагаю, что я могу тебя покалечить, – мужчина улыбнулся.

– И поверь, если выслушаешь меня, то все поймешь, – мужчина немного подошел к Глории, но та быстро отошла на два шага и пристально вгляделась в него.

– Какой резон мне слушать разбойника, что убил моего друга ради нескольких лошадей? – Глория прищурилась.

– Такой, что я знаю, как большинство относится к вашему мэру, а этот конюх поддерживал его и снабжал имперскую армию лошадьми, – старался спокойно говорить разбойник.

– Вы говорите, что знаете, как большинство относится к мэру, но вы же не знаете, как отношусь к мэру я? – сказала Глория и немного приподняла бровь.

– Если бы вы относились к мэру не как большинство, то я был бы уже убит, – бандит развел руками.

– И то верно, и что вы можете мне сказать?

– Что мне это все осточертело!

      Глория напряглась, мужчина немного выдохнул, и, резко схватив меч, бросился к девушке. Та отпустила тетиву, но разбойник сумел увернуться от стрелы, хотя она пронзила его руку. Разбойник выхватил меч и готов был замахнуться на Глорию, но продырявленная рука дала о себе знать в ту же секунду. Девушка быстро схватила стоявшие рядом вилы и встала в защитную позу.

– Тебе не победить хоть и раненого, но бывшего солдата империи, – мужчина ухмыльнулся и взял меч в левую руку, замахнулся на Глорию, но та отбила удар.

      Мужчина продолжал делать выпады, но девушка их парировала, и в один момент, когда мужчина оступился о кусок деревяшки, ранила разбойника в ногу, тот от резкой боли упал. Глория подошла к нему, оттолкнула выпавший меч и приставила вилы к горлу бывшего солдата.

– Ну, бывший солдат, ты прав, что я отношусь к мэру не очень положительно, но еще хуже я отношусь к разбойникам, – Глория улыбнулась.

– Сзади, глупая девчонка, – разбойник улыбнулся.

      Глория обернулась, и последнее, что она увидела, – ее ударили тупым концом меча, и она упала без сознания.

      Очнулась девушка уже в незнакомом ей лагере, вокруг которого был лес, везде стояли палатки, ходили люди, было много мужчин в плащах – разбойников. Сама Глория была крепко связана у дерева и не могла нормально пошевелиться. Вдруг к ней подошел какой-то молодой парень с тарелкой.

– Хочешь поесть? – сказал мальчишка, сидя с тарелкой в руках.

– Где я? И что произошло? – испуганно и озираясь спросила девушка.

– Не бойся, сейчас ты поешь и пойдешь к нашему главе, ему очень понравилось, что рассказал Ворон про тебя. Правда, что ты победила Серого? – было видно, что говорил этот мальчик искренне.

– Если ты про этого самохвала, то да, я его победила, почти. Так, где я? И кто ваш глава? – спрашивала Глория и пила похлебку, что дал ей мальчик.

– Ну, ты в северной части вашего леса. Наш глава – бывший солдат империи и настоящий герой.

– Герой? Разве герой будет убивать мирных людей и грабить их?

– Он грабит и лишает жизни только явно потерянных людей, тех, кто искренне верит в империю и ее правителей.

      Глория промолчала, она понимала, что мальчик – фанатик этого движения и сам ничуть не лучше тех, кто слепо верит империи.

– И когда я увижусь с вашим лидером? – заинтересованно спросила Глория.

– Как только он придет с охоты. Поверь, если тебя терзает ощущение, что мы делаем плохое дело, то ты просто ничего не знаешь о кознях империи. Кстати, меня Пиш зовут, – сказал юноша улыбаясь.

– Приятно познакомиться, Пиш, меня зовут Глория. Какими судьбами ты очутился в… сопротивлении? – с наигранным удивлением спросила девушка.

– Я был еще мальчиком, когда узнал о том, что происходит в империи и какие ужасы творит ее правительство. Тогда я хотел отомстить за отца, которого казнили за то, что он сбежал с поля боя, и как раз в одном трактире услышал про сопротивление. Дальше я просто нашел одного его члена, и он меня посвятил во всю его деятельность. Чем больше я здесь нахожусь, тем больше понимаю, что мы сражаемся за правое дело. И ты поймешь, – мальчик улыбнулся и ушел.

      Глория сидела, связанная по рукам и ногам. Она не могла пошевелиться. Все ее тело затекло. Время шло. Вроде прошел час, а может пять, это сложно понять, когда ты даже нос почесать не можешь. Наконец через какое-то время послышался гул – это народ встречал своих героев с добычей.

      Глория могла увидеть только, что это было оружие, еда и несколько лошадей.

      «М-да, тоже мне разбойнички, грабят наше графство, обычных людей и прикрываются тем, что творят добро, потому что все ограбленные – это приспешники империи», – так подумала Глория, когда это увидела.

      Тут к ней подошел один из разбойников и развязал ноги девушки.

– Идем, шлюха, – он грубо толкнул ее вперед и, держа за связанные руки, повел в самый большой шатер.

      В шатре он толкнул ее так, чтобы она упала на что-то похожее на кровать, и сам сел рядом. Глория боялась что-либо сказать, поэтому просто забилась в угол и смотрела, что будет дальше.

      Через некоторое время в шатер зашел мужчина лет сорока, с сединой в волосах, шрамами и морщинами на лице.

– Спасибо, Ворон, можешь идти, – сказал мужчина и похлопал по плечу того, кто помешал Глории связать убийцу конюха.

      Когда Ворон вышел, Глория немного расслабилась, но из угла не вылезала.

– Ты не бойся меня, Глория, – улыбнулся мужчина и дал руку девушке.

– Откуда вы знаете мое имя? – немного испуганно, но больше с интересом спросила девушка.

– Видишь ли, я знал твоего отца, и он показывал мне иногда твои фотографии, – мужчина продолжал держать руку.

      Глория взяла ее. Она быстро встала, мужчина развязал ей руки и указал место, куда она может сесть. И когда она села, то, не сдержавшись, спросила:

– Он жив? Где вы его последний раз видели? Что с ним случилось? – она задавала вопросы с большой скоростью, но мужчина ее остановил.

– Спокойно, девочка моя, твой папа жив, и я даже знаю, где он, – он взял девушку за плечи, чтобы немного успокоить.

– Где? Где? Где он? – нервно спрашивала Глория.

– В сопротивлении, но очень далеко отсюда.

– Быть не может, он служил империи верой и правдой, – Глория попыталась вырваться из объятий мужчины.

– Спокойно, спокойно, просто сядь, и я все расскажу, – ответил лидер сопротивления.

      Глория все-таки немного успокоилась и села, но держала руки на коленях. Было видно, что она испугана и очень хочет знать, что случилось с ее отцом.

– Война с проклятыми была в самом разгаре, мы с твоим отцом служили в одном отряде, защищали одну из северных крепостей. Ты прекрасно знаешь, что та война очень смертоносна и многие храбрецы в ней погибли. Мы с твоим отцом были готовы сражаться до конца во имя империи. Но в один момент в крепость поступило сообщение, что в нашем направлении движется орда нежити и что наша задача их сдерживать до последнего, пока не прибудут подкрепления. Все было бы хорошо, если бы мы не знали, что подкреплений не будет. Как мы это узнали? Глава крепости сразу после этого сообщения попытался бежать, но солдаты его схватили и заставили все сказать. Он нам и рассказал, что мы должны будем погибнуть здесь, но не быстро: надо хотя бы два часа останавливать напор. Мы были мясом для сдерживания наступления проклятых. Конечно, это многим не понравилось, но наши офицеры сказали, что эта смерть сделает нас героями и что империя будет помнить наши имена. Многие вдохновились этими обещаниями, и все стали писать письма родным. Прощальные письма. Но люди из отряда твоего отца, в котором был и я, сказали ему, что не хотят умирать, и пригрозили совершить побег, или будет бунт. Твой отец хотел предупредить офицерский состав о предстоящей диверсии, но он ценил своих людей, которые стали ему почти семьей, и решил помочь совершить побег, возможно, ценой своей жизни. Когда его отряд почти весь сбежал, некоторые, в том числе и я, уговаривали его уйти с нами и напомнили ему о его дочери… о тебе. Он поддался нашим убеждениям и бежал с нами. Мы думали, что война с проклятыми уже проиграна, и хотели взять свои семьи и бежать подальше из империи. Но, к нашему несчастью, война завершилась победой империи и все беглецы были признаны врагами государства и приговорены к смертной казни. Тогда же мы и узнали об ужасах, творящихся в империи. Бешеная коррупция, отмыв золота, договор с магами на то, что те могут забирать детей у их матерей с рождения. Про то, что война окончилась подписанием Императором договора с нежитью на унизительных условиях, хотя сам он говорил, что мы победили благодаря своей силе духа. Также мы узнали про графства и их графов, что они делают и что происходит на их землях. Все это рассказал нам твой отец. Тогда я поднял народ в двух графствах, чтобы мы сражались за правду и честь, чтобы не посрамили мы свою страну. А твой отец организует бунты на востоке страны. Мы сражаемся за правое дело, Глория. И я надеюсь, ты примешь эту правду.

– То есть вы хотите сказать, что мой отец сейчас управляет сопротивлением? И где доказательства тех слов, которые вы говорите про империю? – с недоверием спрашивала Глория.

– Доказательства я смогу тебе скоро предоставить, что же касается твоего отца, то, как только мы сделаем здесь все дела, я помогу тебе с ним встретиться, – сказал мужчина и похлопал девушку по плечу.

– Могу я покинуть лагерь? – с твердой уверенностью спросила девушка.

– К сожалению, нет, но скоро у нас планируется вылазка, и ты можешь поехать с нами. И да, не пытайся сбежать, за тобой следят. Лучше просто познакомься с обитателями лагеря, – мужчина улыбнулся и направился к выходу.

– Что за вылазка? И как вас зовут? – кротко спросила Глория.

– Меня зовут Консильваль. Про вылазку узнаешь на общем собрании, пока что можешь поспать здесь. Не забывай, что я твой ключ к поиску отца, не пренебрегай этим, – сказав это, мужчина вышел из палатки.

      «Ага, лук стоит рядом со столом, и стрелы тут же. Конечно, можно взять оружие и попытаться сбежать, но вдруг все, что сказал глава сопротивления, – правда? Тогда и в самом деле можно расслабиться, но что за вылазка? Возможно, опять будут грабить крестьян. Ужасно. Надо точно знать, куда они поедут и с какой целью, и потом совершать какие-либо действия», – так рассуждала Глория у себя в голове.

      От усталости она легла на то, что разбойники называли кроватью, и быстро уснула.

Часть 2. Он

      Дэвид встал раньше Глории и хотел разбудить ее, но, увидев, как она сладко спит, написал записку, накрыл девушку плащом и ускакал в западную конюшню.

– Привет, Роб, как делишки? – крикнул Дэвид спящему молодому человеку.

– А? Что? Кто? А, это ты, Дэвид. Чего в такую рань приехал? – зевая говорил Роберт.

– Да так, заехал лошадь отдать и предупредить, – сказал Дэвид и слез с коня.

– О чем предупредить? Ты лучше скажи, когда собираешься долг отдать моему отцу? – сердито говорил конюх, вставая и начиная работать.

– Возможно, через час-два сюда придет Глория, отдай ей мою лошадь и передай, что я ее люблю, – сказав это, Дэвид передал узду Роберту.

– Может, я еще поцелую ее от твоего имени, – смеясь сказал конюх и привязал лошадь в пустующем стойле.

– Ну, если тебе не жалко своей головы, можешь попробовать, – сказал Дэвид и похлопал Роберта по плечу.

      Дэвид уже почти вышел из конюшни, как его окликнул конюх:

– Так что с долгом?

– Передай отцу своему, что как только я уйду в армию, сразу вышлю ему долг в двойном размере.

      Дэвид отправился в город в хорошем расположении духа, он в первую очередь хотел посетить мэра, а потом отправиться к отцу в кузню.

      В ратуше мэра не было, хотя на часах уже было десять утра, а рабочий день представителя власти начинается в восемь. Дэвид просто стоял в ратуше и рассматривал картины, которые висели на стенах.