Загадочная детективная история, или Дело с весьма неоднозначными последствиями

ОТ РЕДАКЦИИ (вместо вступления)

Эта история представляет собой некое самостоятельное произведение, при этом имея связь и с другими творениями автора. Нет-нет. Редакция ни в коем случае не призывает читателей мчаться в магазины за другими книгами писателя. Это было бы похоже на саморекламу и тому подобное. Хотя для большей связности происходящего внутри данного повествования это было бы полезно сделать. Но даже если вы незнакомы с предыдущими и последующими частями – ничего страшного, потому как эта история тяготеет к освещению иных моментов, нежели общий пафос всего авторского творчества. Тут и герои главные – совсем другие. Хотя от себя добавим, что не нам судить о том, что хотел сказать автор. Он полностью предоставляет это право читателям.

ГЛАВА ПЕРВАЯ: Новый оборот старого дела

Итак. Если не лезть в дебри. Был один странный эпизод в жизни столицы, который закончился, можно без тени смущения сказать, грандиозным скандалом! В прямом эфире на самом главном канале страны. Хотя трансляция была прервана – и простые зрители ничего провокационного так и не увидели. Было объявлено, что случился некий коллапс технического характера, из-за чего и отрубилась передача телевизионного сигнала…

И это правда. Если не вникать в детали. А их там – несчётное множество, нескончаемое количество мелочей…

Просто напомним: в городе случился теракт (такова официальная версия произошедшего). На телевидении был организован спецвыпуск со свидетелями, очевидцами, экспертами и теми, кто хоть как-то мог быть связан с инцидентом. Даже министр обороны присутствовал! И следователи из органов. И ещё кое-кто… А потом там началась заваруха: яко бы обезумевший сумел проникнуть в Телецентр и сорвал эфир…

И это, кстати, тоже правда.

Так оно ведь и было на самом деле, но…

Был там один представитель спецслужб – некий майор Иванов, который постоянно хватался за голову в одном месте, которое побаливало. Могло показаться, что он слегка потерян. Его взгляд был направлен куда-то в неизведанное, а мысли то и дело перескакивали одна на другую, что мешало сосредоточиться и говорить. Но перед этим он успел отдать приказы своим людям, которые были с ним…

Весь Телецентр был оцеплён.

Никого не впускали и не выпускали.

Единственным, кто смог покинуть это место живым, был глава военного ведомства. А также его помощник, который увел своего начальника на крышу, где их ждал вертолёт. Так они и скрылись, воспользовавшись суетой и паникой. Даже Иванов не сразу сообразил, что министра нет, а когда это понял – было уже поздно.

К нему подошёл капитан Иваненко, невысокий мужчина со светлыми прямыми волосами, гладко выбритый и с хитрым прищуром во взгляде.

Он сказал:

– Это тебя, – и протянул трубку Иванову.

Тот взял телефон.

Звонил непосредственный начальник майора. И он негодовал, требуя немедленных объяснений произошедшего.

– Долго рассказывать. Мне нужна полная свобода действий. Просто дайте…

Но ему не дали. Не сразу. И можно понять почему…

Ну вот представьте: сидите вы так перед телевизором, вечер уже, посмотреть новости собрались, чтобы узнать, что там к чему, вашим вниманием завладел известный ведущий, вроде бы, интересно – и тут бац!..

Всё отрубилось.

Сплошное расстройство! Только заинтересовали своими репортажами – и отключились. Непорядок. Бардак сплошной. Что же это такое! Это же…

Нехорошо, в общем, вышло, плохо.

И именно из-за этого и был не в духе начальник майора, потому как сам смотрел телевизор. И будучи по долгу службы в курсе дел своих подчинённых, он сразу же стал звонить Иванову, но тот был почему-то недоступен, что вызывало буквально пламенеющую ярость внутри…

Хорошо, что до Иванова удалось всё же дозвониться – а то бы несдобровать ему… А так лишь предварительным выговором отделался:

– «… И чтобы никаких следов там не осталось, приберитесь там – и немедленно ко мне!»

– Так точно, – ответил сухо Иванов, отдав телефон Иваненко, который спросил:

– Ну, что?..

– А, – отмахнулся майор. – На ковёр вызывает. Грязная работа, говорит…

– И что теперь делать? – озадаченно прозвучал вопрос от капитана.

– Не знаю… Проведите пока опрос всех, кто находится в здании. Никого…

Иванов недоговорил. Погладив по больному месту на голове, он двинулся на выход.

Иваненко в ту секунду совсем растерялся, почувствовав себя каким-то маленьким человеком (с учётом роста – это ощущение придавало ещё больший дискомфорт).

Он стал задавать вопросы:

– «Никого» что?.. Что делать-то?! Не выпускать? Или как быть?! Тут несколько тысяч – мы же охре… Мы же зашьёмся тут! Иванов!..

Но специальный агент ФССБ уже не слышал возмущений коллеги по работе. Он быстро спустился вниз, вышел на улицу, посмотрел по сторонам. Солнце ещё только-только начало клониться к закату. Ветерок вдруг привнёс немного свежести в этот раскалённый до предела день…

– Н-да, дело принимает новый оборот…

Иванов сел в служебную машину и отправился докладывать…

ГЛАВА ВТОРАЯ: Расклад

Итак, Иванов прибыл. В штаб одной секретной службы. Большое такое здание. Совершенно скучное и неинтересное с архитектурной точки зрения. Но дела, конечно, там проворачивались ого-го какие!.. Но не будем отвлекаться.

Иванов приехал докладывать своему начальнику – одному из генералов, ветеранов разведки и сыска, мужчине в возрасте лет так за пятьдесят, мускулистого, со стильно уложенными седыми волосами и такой же серебристой аккуратно постриженной бородой. Вид у этого дяди был совершенно серьёзный, взгляд суровый и голос, от которого можно было до мурашек содрогнуться.

Он сидел в своём просторном кабинете, обставленном просто и функционально, читая газету, когда туда вошёл Иванов.

– Семён Максимович, ваш риск был неоправдан, а вы мне обещали, между прочим… Как изволите это всё понимать?..

Начальник бросил в руки подчинённого экземпляр вечернего выпуска какой-то «жёлтой» газетёнки, который у него завалялся на рабочем столе (хорошем таком, скорее всего, из натурального материала).

– Вы это почитайте! – прикрикнул начальник, потрясая печатной бумагой, которая была у него перед глазами. – Мне пришлось превысить полномочия из-за вашей самодеятельности!

– Но наши люди погибли… – решил оправдаться Иванов, но был прерван.

– Чья это вина по вашему мнению?!.. Я из-за вас чуть ситуацию из-под контроля не выпустил! Пришлось из всех типографий города изъять выпуски газет! Вон! Поглядите!

Иванов обернулся в сторону – в углу до самого потолка стояла целая кипа…

– И это – далеко не всё! Товарищ Иванов. Вы понимаете, что я состою в Высшем совете при Президенте по государственной безопасности, в который входят разного рода министры, включая и министра обороны. – Тут шеф Иванова как бы подмигнул тому. – Соображаете? Я как бы советник президента. За одним столом с ним сижу. И докладываю лично. А тут такая канитель… Теракт… В прямом эфире чёрт знает что!.. Иванов! Я жду объяснений…

Образовалась небольшая пауза.

Иванов. Майор ФССБ. Семён Максимович (наконец-то читатели узнали его полное имя). Женат. Двое несовершеннолетних детей. Мальчик и девочка. Самому ему было лет под сорок, чуть больше, может быть. Статный, хоть и неприметный. Но это, наверное, в его случае даже преимущество – всё ж таки на спецслужбы работает.

Любой простой человек на месте Иванова от взора и голоса мужчины в кресле – провалился бы сквозь землю, но майор был стойкого характера и робости при личных контактах с начальством не испытывал. Да и обстоятельства не позволяли давать слабину. Поэтому он и не дрогнут. Даже бровью не повёл.

– Ну, чего вы молчите?! Каков расклад?..

– Василий Алексеевич, – спокойным тоном ответил Семён Максимович Иванов. – Дело запутанное и требует внимательности. Сейчас я вам постараюсь объяснить.

Майор подошёл к столу начальника, сел напротив, отбросив газету в сторону – и стал говорить:

– Я думаю, не стоило связываться с газетчиками…

Начальник не оценил такого вступления, сделав ремарку:

– То, что случилось – катастрофа. Ракета прилетела… Нонсенс. Я пытаюсь спасти…

– Для меня это тоже дело чести, – решительно перебил Иванов своего шефа. – Погибли наши люди в том здании, в котором был взрыв. И мои напарники погибли. На моих глазах. Их буквально стёрли в порошок неизвестным оружием. И в этом, – тут его глаза заблестели бешеной истеричностью (что немного напугало Василия Алексеевича, отпрянувшего на кресле чуть назад), – я полностью уверен – в этом замешан министр обороны!

Весьма громкое заявление от агента (пусть и специального) в отношении высокопоставленного лица.

Начальник Иванова задумался, а потом спросил:

– Вы уверены?..

– Я видел военных. Они были в Телецентре. Какой-то профессор. И генерал армии. Исчезли!..

– Мой друг, вы понимаете, что это дело – грандиозный скандал?

Вопрос был задан спокойным ровным голосом, но с очень серьёзной интонацией.

– Понимаю.

– Тогда ваше замечание, что с газетами не стоило возиться – опрометчиво! На телевидении вы напортачили – но это весьма кстати: по всей стране теперь экран профилактики. И газеты мы перехватили…

Иванов кашлянул, а потом произнёс:

– Телевидение долго в отключке всё равно не получится продержать, сами знаете. Завтра утром оно уже будет работать – и там всем кости перемоют, всё грязное бельё постирать достанут. Метафору, надеюсь, разъяснять не нужно.

Василий Алексеевич, погладив свою бородку, сказал:

– Нет-нет, не стоит, продолжайте.

– А газеты – ну кто их читает? Их же полно – а толку никакого, – сделал вывод майор. – Сейчас вся информация в интернете, а его мы контролировать не можем – слишком свободное пространство оно…

– Предлагаете отрубить и его? – с сомнение спросил начальник.

– Нет. Такого ресурса у нас пока нет. Но в этом, возможно, и плюс интернета. Отключить нельзя. Информации – тонна. Надо работать с ней. Фильтровать. Искать правду.

– Правду, говорите…

Старый разведчик задумался вновь. Чем-то слова подчинённого озадачили его. Заставили на несколько секунд замолчать – какая-то мысль зародилась в голове Василия Алексеевича.

Он спросил:

– Так и что вы предлагаете?

– Дайте мне пять дней – и я распутаю этот клубок.

– Но вы понимаете, что если тут замешан министр обороны – то это всё уходит на самый верх. В высшие эшелоны… С меня будут требовать результат. Пять дней – это очень много… – Тут он встал, подошёл к Иванову и откровенно сказал ему: – Семён Максимович, вы мне очень нравитесь. Я вас люблю… как младшего родственника. Но то, что вы предлагаете, в свете последних событий, – это непостижимая для нас роскошь! Я-то дам вам эти пять дней, мне разъяснять не надо, что нужно время, чтобы свести концы с концами… Но, боюсь, у вас нет этого времени. Вы можете не успеть.

Иванов поднялся, поправив пиджак:

– Тогда я немедленно в Министерство обороны!

Майор уже собрался идти, но был остановлен:

– Стойте. Стойте, Семён Максимович. – Начальник его похлопал по плечу. – Высоко берёте. Похвально. Но тут спешить не нужно. Надо действовать аккуратно. У вас на прицеле персона высочайшего ранга – так просто не подкопаться. Но и медлить нельзя. Вот что мы с вами сделаем. Вы поезжайте домой. Отдохните. А завтра – сразу прямиком туда. К нему. Даю санкцию. Препон не будет. Договорились?

Начальник посмотрел Иванову в глаза.

Майор был уставшим, никакого подвоха не заметил, хотя внутреннее чутьё подсказывало, что что-то не так. Он просто по долгу службы привык во всём сомневаться. А тут столько событий навалилось. Усталость…

Да, шеф был прав – надо передохнуть.

На том и порешили: Иванов отправился до дому, до хаты, набираться сил, а Василий Алексеевич…

Начальник майора куда-то позвонил…

ГЛАВА ТРЕТЬЯ: Звонок наверх

Старый разведчик был особой приближённой к… В общем, он был не простым смертным, а весьма влиятельным человеком, который отвечал за определённые моменты в масштабах целого государства.

И сегодня настал как раз такой день. В некотором смысле даже знаменательный: в большой небоскрёб, принадлежащий одной очень крупной международной корпорации со штаб-квартирой за океаном, угодил боевой снаряд; вещание телевидения под вечер было приостановлено; в столице изъят весь тираж вечерней прессы…

И лишь на просторах интернета продолжал нарастать ком вокруг сегодняшних событий.

Перед тем, как взять трубку телефона, Василий Алексеевич посмотрел в компьютер. Всемирная паутина пестрила разного рода новостями…

– Н-да, как будто ничего и не предпринимали… Хоть свет вырубай да в каменный век возвращайся, – сказал он сам себе, набирая какой-то номер.

Начальник Иванова услышал несколько протяжных гудков, а потом – голос того человека, с которым он хотел переговорить.

– «А, это вы, Василий Алексеевич, а мы уж заждались, думали, когда же вы соизволите нас в известность поставить. Это ваших рук дело? Не отрицайте, я уже знаю, что ваши люди там были – и теперь во всех домах по всей стране не работают телевизоры. Ловко это ж вы придумали, ничего не скажешь. И газеты… Думаете, там тоже какая-то опасность была? Ну да не важно. У нас есть проблемы и серьёзнее. Интернет нам никак людям не обрубить – так что ваши действия низкий эффект имеют. И лично мне кажется, что пользы нам вообще мало от такого. Ведь теперь ни по телевидению, ни в газетах, ни по радио мы не можем высказать официальную точку зрения…»

– А что, радио тоже отключили? – испытывая какую-то неловкость, спросил Василий Алексеевич.

– «Но лишь в рамках нашего города. Я посчитал, что это уже перебор будет, если… Думаю, нечего из мухи-то слона делать. Тем более днём все ведущие ведомства сделали заявления по инциденту. И вы, и спасатели, и полицейские… Даже МИД! Василий Алексеевич! Даже МИД высказался! Я аж засмеялся, когда их увидел – ей-богу!.. Вот чудаки. Хотя что-то я отвлёкся. Нам надо подумать, что делать дальше. В принципе, моя команда уже подготовила все пресс-релизы для средств массовой информации. Полагаю, их надо, так сказать, «разморозить» к утру. Вы согласны со мной?..»

Отказать у Василия Алексеевича возможностей не было – поэтому он молчаливо согласился и продолжил слушать:

– «Думаю, не стоит вокруг этой истории нагнетать излишний ажиотаж. Бывает. Случается. Всё бывает… Нужно успокоить население. Ведь наверняка среди журналистов найдутся правдоискатели – надо чтоб они где-то около неё болтались, но глубоко чтобы не копали. Вы же понимаете, о чём я?.. Вот и замечательно. Так что никаких проблем. Разберёмся. Я очень рассчитываю, что вы разберётесь. Жаль, конечно, что не на всё мы можем повлиять, но в будущем впредь постараемся действовать аккуратнее, вы же согласны?.. Как-нибудь и с интернетом справимся. Там информации полно – в ней и запутаться можно. Не у каждого интеллекта хватит отсеять лишнее. Наши специалисты там уже работают по моему поручению, так что… Сообщите там своим людям, чтобы отпускали уже всех по домам – пускай Телецентр готовится к вещанию. Люди должны знать правду. Ну, вы поняли, наверное… Самое-то главное… Что ещё спросить, в смысле, сказать хотел… Обстановка у нас всё же нестандартная – и надо действовать внимательно, с оглядкой по сторонам. Осторожность тут будет только кстати. Ваши люди ведь ведут расследование – я правильно понимаю?»

– Так точно, – был дан ответ.

В этот момент лёгкая испарина проявилась на лбу Василия Алексеевича, а лицо чуть покраснело.

– «Вполне прекрасно. Даже очень прекрасно. А кто именно возглавляет следственную группу?»

Генерал спецслужб, разведчик со стажем почувствовал, что попал в безвыходное положение. Оппонент на другом конце провода умело загнал его в угол – и уже отвертеться было нельзя.

Он проговорил:

– Иванов. Майор Иванов. Семён Максимович.

– «Хороший агент?»

Вопрос прозвучал с какой-то интонацией не то, чтобы сомнения, но какого-то лёгкого то ли недоверия, то ли неодобрения. Так, по крайней мере, показалось тому, кому он был адресован.

– Специальный, – уклончиво промолвил Василий Алексеевич.

– «Ах вы шутник! Совсем забыл, какое у вас тонкое чувство юмора, ха-ха! Ну, это хорошо. Бодрость духа нам надо держать на уровне. Похвально. Так вот. Скажите своему Иванову, чтобы сворачивался из Телецентра и…»

– Я его домой отправил, – вдруг перебил собеседника Василий Алексеевич.

– «Как домой? – удивился голос в трубке. – А кто же тогда там командует?»

– Там капитан Иваненко остался. Надёжный человек. Я сразу после вас собирался ему звонить…

– «Надо было сперва ему. Но ничего. Поправимо. Самое главное, чтобы были подозреваемые и свидетели, которые могут дать показания… Вы уже определились с кругом разыскиваемых лиц?»

Василий Алексеевич немного кашлянул, а после ответил:

– Ну, вообще-то под прицел майора Иванова попал министр обороны…

В трубке замолчали.

Молчали непродолжительно, но всё же…

– «Хм, а это казус… – прервав тишину, сказал голос. – И с этим нужно разобраться. Спасибо, что предупредили… Иванов, говорите, дома?»

– Да-да-да, – с какой-то испуганной интонацией чуть ли не прокричал начальник спецслужб. – У него жена и дети. Двое. Там. Дома…

– «Хорошо-хорошо, я вас услышал. Всё понял. Жена и дети. Что-нибудь придумаем. Главное, чтобы ваш специальный агент и примерный семьянин рыскал в нужном направлении».

– Он попросил пять дней, – тут же добавил начальник Иванова.

– «Ладно. Дайте ему пять дней. И узнайте, кого ещё они будут искать, и доложите мне завтра».

– Так точно.

На этом разговор прекратился.

Василий Алексеевич тяжело выдохнул, закрыл глаза – и тут же стал выполнять поставленную задачу, связавшись с капитаном Иваненко, который с группой оперативников удерживал людей в Телецентре, пытаясь брать показания со всех очевидцев, которых там со всего здания набралось ой-ой-ой как много – и из-за чего он весьма вымотался.

Звонок шефа, можно сказать, спас подчинённого, которому порядком поднадоело заниматься, как тому уже тогда казалось, «ерундой какой-то».

Василий Алексеевич сказал капитану:

– Сворачивайтесь. Пусть готовятся выходить в эфир. Завтра утром вы с майором Ивановым отправляетесь вести расследование. Я надеюсь, у вас есть кто-нибудь на прицеле?..

Иваненко в тот момент слегка пожал плечами – и перечислил всех, кто принимал участие в прямом эфире: некий Виталий Денисович, госпожа пресс-секретарь, какой-то профессор, а ещё «там был один генерал армии» (прям так и было сказано) и даже…

– Министр обороны – знаю, – договорил за подчинённого начальник.

– «Да нет, хотя и он тоже… Там ещё про какого-то креативного директора Корпорации, ну, в чьё здание сегодня ракета угодила, упоминали. Вот он…»

– Ну, вот и славно. И его ищите.

– «Так Иванов распорядился – а потом пропал куда-то… И я не знаю, как поступить…»

Василий Алексеевич скомандовал капитану Иваненко также отправляться отдыхать со словами:

– Завтра будет большой день. Вы нужны полным сил. Готовьтесь.

Ну, сказано – сделано.

Приказ начальника есть приказ. Да и сам шеф хотел уже ото всего этого отдохнуть. Он отодвинул служебный телефон подальше, с большой грустью посмотрел на кипы газет, которые зачем-то сам же велел к себе в кабинет снести, махнул на всё рукой – и отправился прочь, ведь рабочий день уже давно закончился…

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ: Ночные думы, мешающие спать…

Когда Иванов приехал домой – был уже глубокий вечер. Простые люди в это время обычно детей укладывают спасть и сами готовятся ложиться отдыхать…

На улице уже было темно.

Майор жил в новом районе, находящемся за пределами административных границ города буквально через дорогу. И, несмотря на близость к мегаполису, место здесь было тихое, обустроенное, в лесопарковой полосе, воздух чистый. В такую погоду, которую выдал этот странный день, можно часами наслаждаться вечерней прохладой и ясностью неба, на котором с каждой минутой появлялось всё больше звёзд.

Подойдя к подъезду своего дома, майор посмотрел ввысь. Далёкие астрономические объекты, сияющие бесконечной вечностью, словно манили таинственной загадочностью в галактическую неизвестность.

– Вот-вот. И я не знаю, с чем имею дело, – сказал сам себе Иванов, ещё раз взглянув на небо, и тут же добавил: – О, Родная земля, до звёзд ещё далеко…

Потом он поднялся в свою квартиру, открыл дверь…

– Дорогой, это ты?

Спрашивала жена. Красивая высокая женщина. Такая же статная, как и её муж. Она вышла к нему, переодетая в халат и с полотенцем на голове.

«Мыла волосы», – подумалось Иванову, когда он снимал обувь – и тут его кольнуло в висок.

Он чуть не потерял равновесия.

– Что с тобой? – обеспокоенно спросила жена, подхватив его за руку.

– Ничего-ничего, – зажмурившись, ответил муж. – Тяжёлый день. Сейчас пройдёт. Дети спят?

– Да, спят.

– И ты ложись. А то и мне рано вставать. Я сейчас… Приведу себя в порядок – и тоже лягу.

Женщина уже привыкла к подобным ответам своего мужчины – всё-таки он работал на государство. Она поцеловала его – и отправилась в спальню. Он же ещё какое-то время повозился на кухне и в ванной.

Через несколько минут Иванов уже был в кровати. Жена заснула. Быстро. А вот он всё никак не мог. Перед его глазами мелькали события дня. Военные. Спасатели. Здание Корпорации, разрушенное ракетой. Больница, в которой он искал свидетелей. Это дурацкое телешоу, на котором началась стрельба каким-то сумасшедшим. Как будто всё было подстроено. И гибель товарищей. Их буквально не стало. Бах – и их больше нет. И если бы он сгинул вместе с ними – то всё, конец. Дальше бы не было никакого продолжения. Для него-то уж точно. Жёнам пропавших агентов принесли бы соболезнования и медали мужей. Помогли бы с образованием детей в будущем. Назначили бы пенсию по потере кормильца. И всё. Никакой правды о том, что же тут творится, никто никогда бы не узнал!

«Как же больно… Больно… Ужасно… Я должен узнать. Должен. Я чувствую. Истина… Она близко. Совсем рядом, но каждый раз ускользает… Во что мы все влипли? Куда это приведёт?.. Министерство обороны. Это уже за пределами моих компетенций, но начальство даёт добро. Неспроста. Неспроста… Осторожность. Прежде всего. Детали… Мелочи… И всего пять дней… Почему я попросил всего пять дней? Как самонадеянно. И как это всё связано?.. Корпорация… Неужели они устроили теракт, только чтобы скрыть свои коррупционные схемы? Неужели там воровали? Но это же международная контора, заокеанская… Хотя да, те личности, которые управляли ей здесь, могли пойти на такое – они же всё-таки наши люди. А наши люди хитрые до невозможности. Порою сами себя обманывать умудряются. И удивляются при этом… Не пойму. В голове не укладывается, где все эти корпоративные боссы? Где вся их администрация? Президент, например? А то лишь одна пресс-секретарь осталась да какой-то креативный директор, о котором столько разговоров… Откаты… Деньги… И этот несчастный журналист, которого застрелили в Телецентре… Или он жив был? Вроде, жив, его, вроде, увезли врачи… Кажется… Свобода слова… Свобода мысли… Должна ли знать общественность всю правду, которая может всплыть в ходе расследования? Дадут ли его довести до конца? И если дадут – позволят ли обнародовать результаты?.. Сложно. Сложно. Никогда ещё ни в чём подобном участия не принимал… Не погрязнуть бы… Тут так много нюансов. Нужно найти всех, кто там был. Всех, кто был на телешоу. И руководство конторы. Начальство её. Ответственных лиц. Гипотеза об отмывании денег имеет место быть. В этом направлении тоже надо посмотреть. Приглядеть. А то мало ли… Выводят деньги в обход налогов за бугор – а это нехорошо. От этого бюджет страны страдает. Честные граждане, простые трудящиеся. Хотя при чём тут они?.. Но если происшествие касается безопасности государства – то оно касается всех… Всех, кто в нём живёт. А значит, может пострадать каждый. Чего нельзя больше допустить… Братья… Братья по оружию… Где же вы? Как же вы?.. За вас, ребята. Ради вас. Доведу. Доведу до конца. Чего бы мне это ни стоило… Потому что так нельзя. Так невозможно жить. Такого просто не должно быть! Кто это всё придумал? Почему? В чьей воспалённой голове родился этот чудовищный замысел? Ведь погибли люди! Люди! Наши коллеги погибли в том здании… Но… Как будто и не было ничего… Почему такая тишина? Почему так спокоен шеф? Неужели и он замешан в каких-то сомнительных делишках?.. Если это так – почему я ещё на свободе? А вдруг я доберусь?.. Вдруг узнаю? Что тогда?.. Он же сам сказал, чтоб я в Министерство ехал… Или это какой-то хитрый замысел?.. Ловушка?.. Неужели ловушка? Такая хитрая подстава, чтобы очернить доброе имя… Нет-нет, я им не позволю. Не выйдет. Ничего не выйдет…»