Галерея теней

Ирина не записывала несколько секунд.

— Вы знали, что на палантине кровь?

— Видела. Поэтому и не вернулась за ним. Понимаю, как звучит.

— Плохо звучит, — сказала Ирина.

— Хоть кто-то сказал прямо.

Лера достала телефон. В переписке с Софи последнее сообщение было удалено, но в уведомлениях сохранился фрагмент: «Оставь меня в покое. Я больше не буду…»

— Полностью?

— «Не буду твоим запасным выходом». Я написала. Потом стерла. Не из-за полиции. Мне стало стыдно ещё до того, как она умерла.

Андрей попросил не трогать телефон до оформления осмотра. Лера откинулась на спинку стула.

— Вы уже решили, да?

— Решили что?

— Что я удобная. Подруга, ссора, вещи в квартире. Для статьи заголовок готов.

Ирина закрыла блокнот.

— Мы пока проверяем время.

— Проверяйте. Только не делайте вид, что это нейтрально.

Такси подтвердило посадку в 20:12 и высадку у дома Леры в 20:47. Камера подъезда показала, как она входит. После этого двор её не фиксировал. На первый взгляд алиби держалось. Через час оператор прислал детализацию: в 00:24 телефон Леры включился и семь минут передавал данные рядом с её домом. В 00:29 с её аккаунта вызвали машину.

Оперативник положил распечатку перед Андреем с заметным удовлетворением.

— Вот и запасной выход.

Ирина прочла молча.

— Геолокация в пределах квартала. Это не квартира.

— Но и не сон, — сказал Андрей.

Андрей уже ставил Леру в центр версии. В квартире остались её вещи, на палантине была кровь, в переписке — ссора. Узкие ссадины на шее пока можно было связать с мягкой тканью. После бессонной ночи совпадения казались убедительнее, чем были.

Ирина подвинула к нему фотографию следов.

— Судмед написал: широкая зона кровоизлияния и отдельные линейные ссадины. Палантин объясняет только то, что нам хочется объяснить.

— Я не сказал, что объясняет всё.

— Ты уже говоришь так, будто осталось найти узел.

Андрей промолчал. Ирина заметила то, что он сам не хотел признавать.

У Леры дома пахло кофе и лаком для волос. Она открыла в трикотажных брюках и старой футболке, без привычной собранности.

— Я ждала. У меня, видимо, плохая неделя для правды.

Телефон включал её бывший муж, художник-декоратор Денис Лавров. Он пришел после полуночи пьяный, просил денег и зарядку, уверял, что останется на пять минут. Лера выгнала его. Телефон он включил, чтобы вызвать такси, потому что свой разбил.