Дневник великого князя Дмитрия Павловича: 1906-1907 гг.

Предисловие

Великий князь Дмитрий Павлович, внук царя-освободителя Александра II, печально известный участник убийства Григория Распутина, предстает перед читателем на страницах своего раннего дневника юношей 14-16 лет, обремененным простыми и порой наивными детскими заботами. Подробно описывая свои дни, великий князь рассказывает о взаимоотношениях с окружающими и приоткрывает завесу личных переживаний и обид.

Дмитрий Павлович – второй ребенок и единственный сын великого князя Павла Александровича и греческой принцессы Александры, умершей через несколько дней после его рождения. Отец Дмитрия женился вторым, морганатическим браком, за что был выслан из России, поэтому с 1902 по 1905 год Дмитрий воспитывался в семье дяди – великого князя Сергея Александровича. После гибели дяди Сергея от рук террористов в Москве в 1905 году Дмитрий несколько лет провел в семье последнего императора.

Текст дневника публикуется по подлиннику, хранящемуся в Государственном Архиве РФ (ГА РФ, ф. 644, оп. 1, д. 384), без сокращений, в соответствии с современными правилами орфографии и пунктуации, но с сохранением некоторых языковых и оформительских особенностей оригинала.

Мерзликина А.В.

Карушкина Н.В.

1906

1 января. Царское село

Был на большом выходе. За обедней Татьяне1 сделалось дурно, бедная, ей вечно делается дурно, я не понимаю тогда, зачем же её привозить. Дядя Костя2 сказал мне, что когда ей дурно сделается, что он её так кладёт, чтобы ноги пришлись выше головы, и тогда все проходит. За завтраком я сидел между мадам Зизи3 и княгиней Голицыной, я очень мило с ней говорил, и даже говорил по-французски. Днём я катался на коньках, а пили чай и обедали мы у тёти Аликс4. Я чувствую себя нехорошо, но я думаю, что это от усталости, ото сна всё пройдёт.

2-го января

Сижу дома, голова болит и маленький жар. Скука порядочная. Может быть, завтра пройдёт.

3-го января

Всё-таки не прошло. Сегодня обед егерям, я, конечно, не поеду. Это жалко. Хотя тётя Аликс и сказала, что я больше не буду ездить на обеды, а всё-таки, если был бы здоров я, то маленькая надежда на то, что пустили бы, у меня бы оставалась. Вечером играл с Марией Николаевной5 в безик, очень хорошая игра, когда голова болит. Мария Николаевна выиграла страшно много, кажется, 12 тысяч. Голова сильно болит и даже больно писать.

Января 4-го

Сегодня мне гораздо лучше и даже совсем хорошо. Утром был парад егерям, Мария6 поехала, а я, бедный, остался дома.

Января 5-го

Я совершенно поправился. Слухи ходят, что завтра все идут на Иордан на большом озере. Надеюсь, что будет хорошая, нехолодная погода, а то меня, пожалуй, не пустят, потому что надо стоять и идти без шапок.

У Марии, кажется, будет насморк. 4-го января был ужасный случай – ко мне пришёл Прокофьев, и только что мы начали работать, как Г.М.7 сильнейшим образом порезал руку, смотря рубанок, масса крови была и пришлось послать за врачом, который скоро явился и забинтовал руку, предварительно зашив рану тремя швами. Пока эта операция происходила, мне пришлось отпаивать мадерой Прокофьева, который почувствовал себя плохо и сказал, что это от того, что он мало спит ночью и поэтому у него слабые нервы. Вечером играл в безик с М.Н.

Января 6-го

Было чудно идти на Иордан. По всей дороге от дворца до самого места, где происходило водосвятие, стояли шпалерами войска – Гусарский и Кирасирский полк. Совсем не было холодно голове, но обратное, я совсем не замечал, что я на воздухе без шапки, я шёл за крестным ходом рядом с Чакрабоном8. Сегодня год, что случилось это неприятное происшествие с пушкой, когда выстрелили картечью. Со взводом Кирасирского Её Величества полка был Миша9, он был чуден, а в Николаевском кав[алерийском] училище стояли Иоанн10 и Гавриил11. Завтра мы будем обедать в Павловске.

Января 7-го

Дядя Ники12 уехал в Ропшу на охоту, но, наверно, вернётся в половине шестого. Я еду один, без Марии, к чаю, потому что она хочет беречься к сегодняшнему обеду в Павловском.

Только что вернулись из Павловска от обеда, не могу писать – хочу спать.

Января 8-го

Был в церкви, а потом на довольно скучном завтраке воскресном. Было страшно весело вчера вечером за обедом – много смеялись, после обеда ходили смотреть комнаты детей. Гавриил мне такие глупости говорил, что я страшно смеялся. Днём поехали опять в Павловск и ходили пешком на ферму, где пили кофе с очень вкусными булками с маслом. Но что испортило немножко удовольствие, это, что дядя Костя предложил мисс Джун.13идти с нами на ферму, она, конечно, сразу согласилась и была очень важна.

Когда мы туда ехали, я стоял на запятках, это страшно весело. По пути на ферму я занимался тем, что толкал Олега14 и Игоря15 в снег, и кончилось тем, что Олег подбежал сзади ко мне и толкнул меня так сильно, что азъ грянулся о земь. На ферму приехала тётя Мавра16 с бар[онессой] Корф17. На обратном пути Иоанн проявлял свои умственные способности, напр[имер], он не знал, что такое заводная лошадь, потом, что такое обойня, что такое лацкан, жид и так далее, одним словом, было так смешно, что я положительно все время хохотал. Обедаем мы сегодня в Николаевском дворце, наверно, Миша будет, потому что он уезжает в Гатчину служить, так последний обед вместе. Пойду-ка я переодеться и почитать амен.

Вернулся от обеда, говорили о разных вещах, после обеда играл с тётей Аликс в хальму, конечно, выиграла тётя. Иду спать, завтра надо будет написать Тёте18. Уроки завтра начинаются.

Января 9-го

К завтраку поехали в Александровский дворец, причем чуть-чуть не опоздали, потому что какой-то конюх забыл передать приказание. Днём я читал с м. Вельтером, чай пили дома и так же будем обедать. Я прошу Георгия Михайловича дать мне прочесть "Войну и мир", но, кажется, он мне не даст, по крайней мере, теперь. Кажется, что тётя Аликс не хочет, чтобы мы приезжали чай пить, она нам сказала вчера, что им (т.е. дяде и тёте) удобнее или скорее приятнее, чтобы мы приезжали к завтраку, а не к чаю, так что из этого следует, что они вовсе не хотят, чтобы мы приезжали бы к чаю, вот это фунт! Так что когда мы будем приезжать в 5 часов, то всё будет приходить на мысль, что, может, они не хотят вовсе нас.

Я сижу забинтованный, потому что (это уже 5 дней как началось) у меня какая-то железа распухла и Г.М. сказал, что если гулять без компресса, то придется вырезать, что очень неприятно будет. От 11-12½ гулял с м. Вельтером, катались на лыжах, м.Вельтер снимал новым аппаратом, который я ему подарил. Какие он ужасы рассказывает про Москву, он был на всех беспорядках и потому видал и слышал всё, ужасно противно. Например, он рассказывает, что на Тверской стреляли раз в маленькую кучку людей, которая стояла возле дома, из пушек, и всех, конечно, перебили. Одному даже снаряд голову снял, и потом на это место приходили смотреть, т.е. на стену смотрели, где кровь обрызгала так, что вся стена была красная, ужасно противно. И потом много еще он рассказывал. Я Тёте всё-таки не написал сегодня. Уж непременно завтра нужно будет написать.

Января 10

Утром были уроки, катался на лыжах с м. Вельтером. Завтракали у дяди Ники, завтракал также Мин19, командир Семёновского п[олка]. Он рассказывал очень интересные вещи про Москву, как он брал чуть ли не приступом общежитие студентов на Пресне, там, где мы раньше катались на коньках. Мне Мин нравится, но Марии он не нравится. Ужасный грех – я не написал Тёте, ужасно стыдно. Ночью я спал ничего, с бинтом, но в 5 ч. я проснулся и снял бинт, потому что он был наполовину на лице у меня. Только что пришла М.Н. с очень грустным видом, потому что она только что в Ригу съездила, и теперь она распласталась на огромном турецком диване у меня в комнате. У меня всё ещё не пришло настоящего чувства ученья, я не сознаю, что это настоящие уроки, мне всё кажется, что это так просто повторение. Сегодня перед обедом я старался сделать арифметическую задачу, которая, правда, под конец вышла, но не без помощи Г.М., зато вторую я сам решил, хотя я смотрел в мою черную книжку, в которой я нашёл подобную. Иду прощаться с Георгием Михайловичем, а потом спать в компрессе на мою глупую железу.

Января 11

Утром учился, потом гулял с м. Вельтером на лыжах, нам пришлось брать канаву, я перекинул лыжи, а потом упёрся на две палки и перебрался через канаву, которая была довольно глубокая и с водою. Завтракали мы дома, потому что арифметика у нас была сегодня пораньше. Мих. Вас., кажется, не был очень доволен моей вчерашней задачей, это, конечно, очень жалко. В пять часов я поехал в Александровский дв[орец] чай пить с тётей Аликс и дядей Ники. Мария поехала поздравлять Татьяну Константиновну. Она сегодня постарела на один год. Константиновичи меня пригласили в воскресенье в Павловск, это очень мне скучно, там будут другие дети, которых я совсем не знаю, т.е. есть некоторые, которых я знал раньше, когда мы здесь жили. Одно будет весело – это что будут кататься на розвальнях, это вот будет весело. После чаю пришёл ко мне Прокофьев, который натащил массу новых инструментов, и, кажется, я был немножко нехорошо с ним, сказав, что он все только и делает, что тащит ко мне новые инструменты, и что куда я буду девать такую массу. Иду спать, и мне, кажется, будут натирать йодом мою желёзку, которая, противная, не хочет проходить.

Января 12

Утром были уроки. Потом ездили к тёте Аликс поздравлять Татьяну20, которая именинница. После разговора с тётей Аликс оказалось, что нам надо ехать поздравлять тётю Мавру, это довольно скучно было, но всё-таки мы потом поехали. В Александровском дв[орце] был молебен, за которым мы были.

У меня страшное, неприятное чувство на завтра, потому что будет обедать Атаманский п[олк]. Мария поедет, а я нет, мне страшно жалко, не надо мне ни субботних обедов у дяди Ники, только позвольте мне обедать. Тётя говорит, что я слишком маленький. Так хорошо, если так, почему меня пускали на обед с посланником немецким или на все те обеды, когда были Фин[ский] п[олк], Кавалер[гардский] п[олк], Конный п[олк]. Уж скажи сразу, что не будешь пускать меня, а правда, мне страшно жалко, прямо страшно жалко, это так весело бывает. А тётя ду…, о, нет, это, кажется, я немножко увлекся. Сегодня, когда мы ехали назад из Павловска, м. Джун. говорит мне: «Вы, Дмитрий, давно не писали Тёте». Да! Уже, кажется, около недели, сказал я. «Так вы когда будете писать, то напишите, что Вам очень хочется поехать в Москву на 4-ое». Какое ей дело до того, хочу я или нет. Иду спать с йодом на железке.

Января 13

Нездоровится мне, я обижен верховой ездой. У меня пузырь на пальце, лошадь паршивая, тянула, как я не знаю что. Голова адски болит. Мария обедает с атаманцами, а я дома обедал. Ай, как неприятно писать. Со сном все пройдёт, а желёзка все болит.

Января 16-го

Вчера и третьего дня я не писал, потому что я был до того болевший, что никакое письмо не выходило ни с пера, ни из головы. Вчера Мария ездила в Павловск и там оставалась обедать, а я обедал втроём с Государем и Императрицей, где я обманулся в надеждах, думая, что будет там очень весело, а оказалось, наоборот, было очень скучно. Я, как всегда, остался сегодня дома; Мария поехала обедать (сегодня обед 8-ми армейским бат[альонам]), а я, как всегда, остался дома и не поехал, конечно, ууу-уу!

Тётя… Ай! Ай! Ай! Ничего, ничего, молчание. Уроки начались у меня по-зимнему, сегодня первый раз, что у меня почти весь день был занят. У меня перо новое и поэтому совсем не идёт, а как-то скребёт. Г.М., о, восторг, уже три дня как снял повязку с руки, рана зажила, хотя болит, когда трогают. Мне сегодня жена сторожа сделала перчатки, т.е. варюшки скорее. Замечательно хорошо и красиво сделаны. Они мне страшно нравятся, конечно, из самой грубой шерсти, но зато это так тепло, что просто прелесть. М. Джун. поехала только что за Марией, чтобы забрать её с того дворца с обеда, а я пошёл спать.

Январь 17-го

Вот сегодня было утром мне страшно, у меня был первый урок истории с новым учителем (его зовут Галаван), он меня по всему спрашивал, и я не густо знал, ой, ой, не густо. Днём у меня был Б. Ион., кот[орый] теперь будет приезжать к нам на три дня в неделю. Анатомию я не забыл, сегодня было про глаза, очень интересно. Сегодня умер, т.е. вчера, бедный прадедушка21, но он тихо, и хорошо, и безболезненно скончался, потому что он умер только от старости. В шесть часов была для него панихида, ужасно теперь я не люблю панихиды, потому что это так напоминает панихиды по дяде22, которые я так страшно часто слыхал в Москве. Я иду спать, завтра трудный день, много уроков готовить, это вот неприятно, потому что я, пожалуй ещё, не успею, вот скандал будет, Г.М. будет ругать меня страшно. Я каждый день получаю новые инструменты от Прокофьева. Он немножко скучный становится со своими новыми инструментами.

Января 18

Сегодня я хорошо учился по географии и анатомии, потом по русскому ничего, а вот по арифметике это не особо хорошо. Сегодня умер старик Михаил Павлович Данилов23. Наверно, тёте в Москве очень жалко, что он умер. А ужасно нехорошо, с тех пор, как я собирался написать тёте письмо, все так и не собрался и не написал. Ужасно стыдно, я сам это сознаю, а все-таки никак не могу собраться с духом.

Я вдруг стал больше играть в солдаты с Борей24, это довольно курьезно, потому что мне одно время солдаты надоели. Я все хочу после обеда поработать, стружку пустить, а все никак не могу. Я все думаю, что это, кажется, немножко стыдно, потому что уж мне 14 лет, а все люблю в солдатики играть. Сегодня был, что очень странно, маленький мороз, только 12 градусов, я гулял, конечно, в осеннем пальто. Завтра будет урок истории только второй, это очень страшно, потому что я не ахти как знаю историю. Напр[имер], последний раз я не знал, что такое феодализм, это довольно стыдно, но это неудивительно, потому что я почти два месяца не учил историю.

Январь 19 числа

Я так много сегодня гулял, что просто удивительно, кажется, три часа с лишним. Сегодня разговор был про 4-е, мне, по правде сказать, совсем не хочется ехать на этот день в Москву. Ну хорошо, это оставим предположение, что Тётя хочет провести этот день одна, мы вдруг явились, что выйдет, что с нашей стороны будет принуждение и со стороны Тёти, которая думает, что мы хочем туда приехать, будет жертвовать для нас. Нет, по-моему, лучше будет остаться здесь, потому что боюсь, что если мы туда поедем, то мы больше не вернёмся сюда, а останемся в Москве, что будет очень скучно, нам здесь так хорошо.

Января 20-го числа

Страшно хочу спать, положительно не могу писать. Обедали мы дома, я страшно шалил, было очень весело. Завтра будет новый учитель, ужасно страшно. Я, наверно, не буду знать ничего, вот скандал будет.

Января 23

Сегодня завтракал у дяди Ники, завтракал тоже деж[урный] флигель-адъют[ант] Нирод25, он мне ужасно нравится, и такие интересные вещи он рассказывал про Константинополь. Мне также очень нравятся его глаза, они как-то светятся. Днём был м. Вельтер у меня, был урок, он остался очень доволен моим сочинением. Вечером в половине шестого мы пошли с Борей на санках кататься, было ужасно весело. Я сегодня первый раз слышал крик совы, довольно неприятный звук, как-то она особенно орёт, так жалобно, фу, как неприятно.

Января 24

Завтракал у д. Ники, завтракал Чакрабон, который завтра уезжает, и Воронцов.

У меня опять сделался ужасный фурирь26, мне как-то везет на фуриры перед Воронцовым, вот уж второй раз, как я перед ним чуть-чуть не умираю. Вечером я готовил уроки и Г.М. заставил меня идти гулять, что я вовсе не хотел, так что была очень скучная (правда, маленькая) прогулка, я молчал как рыба. Завтра ужасно много уроков будет – арифметика, история <нрзб>. Дай-то Бог, чтобы я хорошо знал бы эти уроки, ну, авось, хорошо будет.

Января 28

Только что вернулся от Ольги27, было не очень весело, хотя лучше, чем было две недели тому назад. Там я получил очень хороший подарок от дедушки28 – часы. Очень хорошо, мне страшно нравятся они. Ксения29 вернулась с дядей Сандро30, она все такая же хорошая, она мне очень нравится. Сегодня приходил Прокофьев, но он не приносил инструменты, а наоборот, даже взял некоторые.

Января 31

Только что читали "Знак четырёх" про Шерлока Холмса, адски интересно, так просто нельзя кончить. Завтра мы едем в Москву в половине 10-го, и, надеюсь, только на три дня, не больше. Не знаю, что со мною, как много дней не писал.

Сегодня вечером гулял с Борей, кажется, вышло маленькое огорчение с мадмуазель, которая на что-то обиделась, и, кажется, я замешан в эту историю, ай, нехорошо. Я даже рад, что мы едем в Москву на несколько дней, это, кажется, очень стыдно, но там нам будут очень рады.

Февраля 1. Царское село

Тому три дня написал Тёте письмо, и вот сегодня получил ответ. Тётя предлагает причаститься, когда мы приедем, и я чувствую, что я не могу исповедоваться, совсем не настроен, и вдруг ни с того ни с сего, хлопс, извольте исповедоваться. Нет, я надеюсь, что Тётя откажется от этой несчастной мысли. Наверно, Тётя будет страшно нежна с Марией, потому что она такими нежными письмами ее угощала, а я, бедный, останусь в стороне, потому что я ещё маленький, слава Богу, 14 лет мне, а я ещё на положении маленького, фу, гадость. Только что я вернулся с катанья с дядей Ники и тётей Аликс. Мне не было особенно весело, потому что лошади страшно тянули и почти чуть-чуть не понесли, вот была бы история. Решено! Завтра мы едем в Москву, чтобы, слава Богу, на славу Тёте, вернуться через три дня. Или тётя приедет с нами, или останется до первой недели вел[икого] поста… Вот отрывок из Тётиного письма: «I have had morning and evening service and thought of taking the communion at 7½ in the blue church then taking coffee, and resting, after church near Uncle. You might come to church at 8 just for the communion if too tiring. The soldiers avait at eat…»31, – и так д[алее], и тому подобное. И я это прямо не могу, я не настроен для этого.

Февраля 2

Так как я, пожалуй, не успею написать сегодня вечером, пишу сейчас. Сегодня день отъезда, как всегда, все страшно суетятся, бегают, ах, ненавижу я такие дни, ужасно не люблю. Чуть-чуть сегодня не произошёл ужасный случай – Чернышонка украли, но, к счастью, Виктор нашёл его где-то в другом конце дворца под каким-то ящиком, и он так был запуган, что не узнал Виктора и был забит в угол. Завтракали мы с дядей Ники, никого не было, кроме детей, которые как всегда орали и пищали за столом. Ах, как эти дети плохо стоят в церкви, отвратительно, смотрят по сторонам, снимают башмаки, толкаются и т.д., и т.д.

Кататься на коньках было очень весело с Ольгой32 и Татьяной, хотя они очень плохо катаются. Я боюсь, что Рыжик испортился, он уж три дня подряд как гадит в моей спальне, 2 раза в ванну, да другой раз под постелью и за зеркалом, свинья паршивая. Дай Бог, чтобы мы счастливо доехали бы до Москвы.

3 февраля. Москва

Слава Богу, доехали благополучно, слава Богу. День провели довольно скучно, хотя не однообразно. Утром были так просто, путались, а потом поехали в лазарет, где и пробыли до завтрака. Нельзя сказать, что было очень весело, но мы, т.е. я, туда ездим только для того, чтобы доставлять Тёте удовольствие. Она приехала нас встречать на вокзал, было очень трогательно. Так странно смотреть, полицейские с ружьями стоят и не отдают честь, а стоят с ружьём смирно, очень смешно. Слушал, как Аничков докладывал Тёте, и, кажется, последняя его немножко обидела, отвергнув план, который он предложил, о сменении знаков. Это очень длинная история, и скучная, можно сознаться. Тётя исповедается, так нам, к счастью, и не пришлось исповедоваться. Все находят, что я страшно вырос и потолстел. Мне капельку нездоровится, но, наверно, от сна все пройдёт (надеюсь, по крайней мере), потому что, приехавши сюда, будет довольно жутко заболевать и остаться дольше, фу, как это будет скучно, я буду тогда страшно недоволен и обижен.

4 февраля

Был за тремя панихидами, я не устал. Дядя Костя приехал сегодня. Обед и завтрак были общие. Завтра опять назад уезжаем в Царское, а всё-таки там лучше! И даже гораздо лучше, можно сказать. Тётя, как я и думал, очень мила с нами, и даже со мною (что я не ожидал). Как я адски давно не писал Папа33, надо будет, как мы приедем обратно в Цар[ское] Сел[о], написать ему длинное письмо. Мне надо спать, Тётя послала.

6 февраля

Так качает, что нельзя писать. Скоро приедем, уж дома кончу.

6 февраля. Царское село

Ура, мы дома. Опять здесь, а то у меня были страхи, что мы сюда не вернёмся. Завтракали дома, чай пили, обедали все дома, только два урока у меня было, вечером читали. Дяд[и] Ник[и] и тёт[и] Ал[икс] нет, дядя на охоте, а тётя в Сергиевке. Меня так в эту минуту раздражает Г.М. своим сонным видом, что просто ужасно, ах.

К счастью, Тётя не обиделась, что я сказал ей, что мне здесь гораздо лучше, чем в Москве, а правда, это было немножко того. Сегодня так глупо Мария обиделась на меня за то, что я ее дразнил, и потом рассказала м. Джун., «что он был так груб, что я ушла и не каталась больше», вот дура! Я сделал в Москве ужасный гаф34 про Марию Антоновну, сказав Мальцову, что он попросил бы ее рассказать ему об резанье её (вышло очень неприлично, если прочитать в одно слово).

7 февраля

Мне сильно досталось от Г.М. сегодня за то, что я сказал, что вопрос его меня сильно раздражает, но и он был немножко неправ, он сказал, что я сказал, что его вопрос был глупый. Я этого не сказал, а потом, кажется, немножко прибавил, говоря, что Тётя сказала, что я не учтив. Так что… ах, вот, потом он вдруг рассердился, что я сказал, что его вопрос меня раздражает. Он никогда не сердился на такого рода замечания, что тоже не совсем хорошо. Завтракали мы у тёти Аликс, Андрей35 был там, блины в страшном количестве я ел, что было очень недурно. Скоро пост, надо сознаться, что это очень скучно. Как странно, мне всегда в начале бывает скучно, а потом ничего. Я учусь делать сеть, очень забавно. Завтра обед Павловскому полку, я не еду, понятно, но зато чай пью у тёти Аликс. Это уж вошло в обычай – читать Шерлока Холмса, это очень интересно (но не литература). Днём катались на коньках в залах, это очень забавно, так скоро идёт, и когда паркет неровный, то это так прыгает и танцует, что кажется, что вот-вот полетишь, что очень опасно. Меня Г.М. гонит с неистовством спать, придётся идти, уже 10 часов.

8 февраля

Утром гуляли, потом были уроки. Завтракали дома, потому что рано начинается арифметика, сегодня не было так удачно, как последний раз, я не знал геометрическую теорему. Чай пил у тёти Аликс, я взял туда мой револьвер и поливал там детей и даже государя и императрицу, очень забавно. Дети были совершенно мокры. Мария и мисс Джун. поехали на обед, Мария очень была недовольна, что мисс Д. поехала обедать, потому что она боится, что будет сидеть с нею за одним столом. Я обедал один с Г.М., были не очень интересные разговоры, про воздухоплавание, про с[еверный] полюс и на этот счёт, причем мне капельку попало от Г.М. за то, что я полил его из револьвера. Я намерен завтра встать пораньше, чтобы приготовить все уроки утром, и тогда у меня днём будет совсем свободно. О! Радость! 9½ часов.

9 февраля

Катались только что с дядей Ники, очень весело было, я страшно шалил, изображал, что меня рвало, все очень смеялись. Днём вышла маленькая обида, с М.Н., я кругом виноват, сказавши гадость М.Н. про Г.М., она обиделась, не хотела читать нам вслух, пока Г.М. не уговорил ее. Конечно, не следовало ей говорить то, что я сказал. За обедом в том дворце говорили о крушении поезда в Борках, ужасно это было. Вчера я водяным револьвером поливал детей, очень смешно было, они все мокрые были. У мисс Джун. ангина форменная, которая началась вчера, а теперь она лежит на диване совсем расклеена, бедная. У меня тоже со вчерашнего дня побаливает горло, только вчера я никому не сказал, а сегодня сказал Г.М., который мне дал перекись водорода, кот[орая] очень помогает. Завтра очень интересно, т.е., фу, как я рамоли36, хорошо, что нет уроков, и послезавтра тоже. 10¼ часов.

10 февраля

Для меня настало смутное время, Г.М. постоянно меня ругает и бранит. Конечно, это все меня не может сердить, но меня сердит одна вещь, что он говорит не мне прямо выговоры, а через Марию. Разве мне это приятно, что другое лицо знает мои грехи. А то, что бранят меня, это мне все равно.

Конечно, неприятно, но я хочу сказать, что я не сержусь, я не могу сердиться, а вот когда говорит Г.М. не мне, а Марии, то я не могу удержаться, и поневоле делаешь кислое лицо, и Г.М. думает, что я обижаюсь, когда он меня бранит. А это, только это, потом сказать я это ему не могу, потому что он не говорит со мною, а начинать разговор я не хочу. Завтракали мы в том дворце, где и обедали, чай же пили у нас дома, после чего катались наверху на коньках и после катания читали "Вешние воды", очень интересно. Шерлока, наконец, надоело читать, все одно и тоже. 10½.