Ревизия это путешествие по приколам

Обнаружилась ещё и огромная кладовая с водкой, которую хозяйственно закупили выдавать сотрудникам на паёк, а то они сами себе не купят, хоть спиртное выдавать на паёк по инструкции прямо категорически запрещено.

Не знаю что послужило причиной (народ с плакатами или хозяйственная активность), а что поводом, но начальника горотдела перевели следователем рядовым. Так закончилась моя первая ревизия.

Поскольку я никогда не собиралась описывать как я работала ревизором, то дневников не вела и специально ничего не запоминала.

И чтоб запасть мне на память в калейдоскопе проверок, то надо было сделать что – то сильно интересное, например закупить “Мишка на севере” для временно задержанных до трёх суток, или избить воротами новенький Mitsubishi.

Внутри-системная ревизия для того и существует в государственных структурах чтоб не впускать внешние независимые контрольные органы. Здесь, хоть что делай, и тебя максимум – уволят по собственному, но “грязь выносить” не станут. Ибо всякое ЧП пятнает систему и мешает покою вышестоящего шефа.

Смотрите, как интересно получается если впустить “чужаков”: вот найден беспорядок у начальника гор\рай – отдела, и сразу под ударом оказывается областное руководство. В то время как ведомственная ревизия, которая областному руководству как раз и подчиняется, замыкает круг обсуждения.

Ещё интересней что ревизионные подразделения ставят в структуру финансового управления. Вот еду я проверять работу какой-то районной бухгалтерии и пишу прямо в акте что там все воры и проходимцы. Привожу и сдаю этот акт. Но начальник этих “воров и проходимцев”, который недосмотрел беспорядок – он и мой начальник. Он что должен меня благодарить за такое? Нет. Он будет орать: “Я тебя не за тем туда послал, чтоб ты мне такие акты привозила. Езжай теперь обратно и все беспорядки устраняй вместе с ними. Да так, чтоб следующая проверка ничего уже не обнаружила”. Вот это и есть смысл и работа ведомственной ревизии:

1.Зашугать, чтоб много не украли,

2.Организовать марафет фасада.

Другие ведомственные ревизоры никому не нужны.

Они, кстати, ещё и методологическую помощь на местах должны оказывать сотрудникам подразделений, просто “скорая помощь”, а не проверка.

И всё что в акте намалёвано будет как “выявлен ущерб”, то тебе же и “повесят” на контроль, чтоб ущерб был полностью возмещён. Так что семь раз подумай что ты обнаружил: “мелкие финансовые нарушения, устранённые в период ревизии” или “грубые нарушения, хищения и злоупотребления”.

Имея некоторое профессиональное честолюбие, однажды читая очередной обзор работы ревизионных служб страны, я громко и грустно выразила возмущение что про наши трудовые победы не упомянуто. И шеф – опытный профессионал мне резонно пояснил: “Это нормально, главное чтоб мы сами в такой обзор не залетели”.

Из чего следует: надо понимать где и зачем ты работаешь, чего от тебя ждут, а что в лучшем случае сочтут “перебором”.

=============

=Ресторанное питание для собакена и свинский корм зекам=

Распределение направлений – в какую организацию кому пилять не могло не вызвать улыбку иронии. Были чуть не десятилетиями насиженные некоторыми старыми сотрудниками точки. Только они туда и ездили – вотчина. Там всё уже у них было “родное”: дружбаны, адреса, явки, пароли ))) Это в основном касалось почему-то УИН-овских объектов (лагерей).

Были и места, куда никто не хотел ехать – или добираться неудобно, или бухгалтер сильно жадный, да ещё и полный порядок в документах. То есть “ловить” абсолютно нечего. Или какие -то “узкие места”, сложности, например: стройка большая. Такого тоже наши мальчики не любили, им были нужны тень и покой. И -да – именно из таких объектов и состоял мой график: “На тобі, небоже, що мені негоже”.

Поскольку у меня на зонах дружбанов не водилось, то мне было абсолютно пофик куда ехать. Я же ни с кем не была знакома или в дружбе. Просто было смешно смотреть как они этот график между собой кроят.

Была только одна глобальная трудность – командировочных не давали. Их возвращали потом “когда – нибудь”. А зарплата была абсолютно не сопоставима с ценой гостиницы, если в той дыре, куда тебя послали вообще была гостиница.

При этом наш новый, не пьющий чтоб сильно, начфин – из бывших ревизоров, а потом главбухов колонии, то есть знавший всю систему насквозь, на просьбу дать аванс очень кричал что денег нет, что (прямая цитата) “Нищие ревизоры мне не нужны!”

Интересно, что один из наших старейших ревизоров постоянно проверял ту колонию, где раньше главбухом был нынешний его начальник. И приезжал он туда на проверки очень своеобразно – со списком чего ему надо, чтоб не сбились, и фразой: “И не говорите мне о деньгах, я этого не люблю!” Земля не имеет форму чемодана и вот получатель списка как-то моментально стал его начальником. Так что отношения были “ещё те”.

Поэтому, приезжая на точку надо было сначала выклянчить чтоб тебя куда-то поселили “за счёт спонсоров”, потом придумать где тебе питаться, а только после этого приступать к объективной проверке финансово – хозяйственной деятельности.

Если во времена “совка” почти все ревизоры спокойненько в радиусе до ста километров по вечерам ездили домой – автобусы рулили до глубокого вечера и менты катались бесплатно. То уже в моё время автобусное расписание вызывало рыдания: два – три маршрута в день и, последний рейс часа в три – полчетвёртого дня. Всё.

То есть место где тебе жить, это – серьёзно, это на три недели. Ржавая холодная вода, плесень, вонь неремонтированных десятилетиями полузаброшенных общаг с баланса завода – банкрота, полуломанная мебель, и ты – один жилец на пол этажа. До интернета или мобилок оставалось пять лет. Вот чем после шести вечера заниматься? Думаете, если замотаться в сырое десятилетнее одеяло, то сильно уютно книжку читать? Или музыку слушать? Чёкнуться можно.

Можно было работать подольше, до восьми -девяти. Потом за неделю все уже сделано, вместо трёх. Орден за это не дадут, а даже и наоборот. Если потом что-то обнаружат просмотренное, то расскажут, как ты тут за недельку “всё тяп-ляп проверил” и недосмотрел. Плюс твои командировочные – заметная прибавка к зарплате. Иначе за что ты тут клопов кормишь?

Короче, отправили меня в апреле в классный живописный городок над рекой, как оказалось на всё лето, почти до октября. Там была куча объектов: райотдел, тюрьма, пожарка, ГАИ, ведомственный лагерь отдыха, ещё что-то и, очень скрупулёзная главбух в райотделе, то есть – ревизору только чай, зато поселение в пустом детском пионерлагере – на природе. Но до сортира ходить далеко и мимо собак.Зато – природа, и никаких начальников тебе, только план проверки на десяток листов, чтоб не сбилась.

Честно говоря, после трёхлетней службы опером в ГСБЭП у меня в ревизионном отделе возникло странное ощущение, что я нахожусь в бесконечном отпуске, на замедленной киносъёмке. Для примера, на тот райотдел, который я должна была по нормам три недели проверять, в ГСБЭП мне бы три дня дали, а потом бы очень орали: “Как? Ты до сих пор ничего не нашла?”, а дальше бы рассказывали о моих умственных способностях.

Ну, короче, я в лагере расположилась. Пляж, всё такое. И начала изучать их райотделовскую макулатуру. Про их собаку очень запомнилось. Они ей питание покупали в ресторане. Мне бухгалтер с методичкой в руках объяснила что другой точки продажи в их городке просто нет. Это не Киев, тут диет. столовых не имеется. Один городок – один пункт питания – ресторан. Остальные едят дома.

Вот они с этим единственным кабаком заключили договор и покупали собакену отбивные. Хорошо, пусть так. Ну, листаю я их подшивку, листаю, неделю за неделей и бац! – акт о смерти собакена, дальше – Бац! – заключение о вскрытии: “От истощения”. Я просто абзац в акте для их этой тяжёлой потери выделила. Не выдержал пёсик служивый их ресторанного питания. Правда потом и героического кинолога из органов уволили, но “по собственному”, а не “в связи со скоропостижной безвременной”.

Выбравшись из райотдела, я отправилась изучать тюрьму.

У них библиотека очень приличная была, а библиотекарь – дедуля тихинький, вежливый, судья погоревший с длинным сроком, милый пожилой человек.

В тюряге я очень расширила своё представление об организации питания. На пляже я их методичку чуть не на память выучила. Реально интересно.

Там написано в частности:

1. Если зекам на обед дают суп вермешелевый , то на второе гарнир – макароны уже нельзя. Ибо это однородная пища. Если уха, то рыбку жареную тоже нельзя.Должно быть РАЗНООБРАЗИЕ.

2.Меню расписывается сразу на две недели. Продукты под это меню закупают и хранят на центральном продуктовом складе. А на кухню выдаются утром чётко по расчёт меню на текущий день.

3.Температура блюд расписана. Я плакать: чай – не ниже …, суп не ниже …., мороженое – не выше (шутка).

Короче, забота так и хлещет.

На практике: сахара не было уже даже и не месяц. Его не просто не было, его и купить не где, он из продажи исчез – времена такие были. Поэтому зекам чай/ кисель без сахара выдавали. Хлеб в долг местные пекарни давать перестали. И в тихоря (не письменно) лимит на передачки от родственников для зеков отменили, а это громадное нарушение.

Хлеб договорились возить из ведомственной колонии – сельхоз – поселения (про неё отдельно расскажу), потому что это подразделение из родного ведомства и там взаиморасчёт. Но в хлебе том из их местного зерна что-то с клейковиной не так было, а для исправления ситуации импортные добавки отсутствовали (если денег нет, то как бы они присутствовали).. Поэтому в этом хлебе, который я никогда не забуду, привезённом за восемьдесят километров, есть можно было только корку, а склеевшуюся в вонючий комок внутренность – мякоть, не ели даже свиньи (факт без преувеличения).

Для того чтоб закрепить полученные из пищевой методички знания, я отправилась на кухню проверять. Вот как проверить? Очень просто. Кастрюли все калиброваны. Сколько туда засыпано зерна – известно из накладных на передачу со склада и расчёта по меню. Просто взвешиваешь и получаешь, что к тому зерну налили на десять литров воды больше. Поэтому каши получили не сорок, а пятьдесят килограмм (абстрактный пример). На всё есть таблицы: сухой вес/ вес готового изделия.

Потом шаришь по помещению и вытаскиваешь на середину всё что после приготовления ужина осталось. Это продукты, которые не доложили в еду арестантам и приготовились стырить. Называется “организация излишков с целью последующего хищения”. Запомнили?

Особо хочется отметить приверженность сотрудников системы исполнения наказания к блатной музыке и фильмам о том же. Прямо сроднились с работой.

И для любопытствующих – ходить по той части помещений, где камеры муторошно. Запах там специфический. Грюканье замков, прохождение отсеков – забыть невозможно. Я это даже от начальника тюрьмы слышала – и ему муторошно, особенно там где “смертники”. Он сам мне об этом говорил, сам себе удивлялся.

Ну, ещё тюрьма была переполнена раза в три, может и больше. Они, как и гостиницы, имеют свою нормативную вместимость от квадратуры посадочных мест.

==============

=Колхоз – зона и его мирная жизнь=

Кроме направлений по которым никто не хотел ехать, потому что там "только чай", были и ещё направления – там, где скандал или какая -нибудь гидота. Мальчики не хотели, девочки были новенькие, а я типа женщина с опытом (ГСБЭП) и как – нибудь разберусь досконально.

Вывезли меня проверять зону -сельхозпоселение. Опять – вторым ревизором, а первым – сам начальник отдела. Он был человек видимо занятый, поэтому привёз меня, представил начальнику колонии и свалил. Я в этой деревне на месяц одна и осталась. Конечно на выходные я домой уезжала, но месяц честно отбыла. А куда бы я делась?

Поселиться мне предложили на выбор: в пустом детском саду с крысами или дома у главбуха. Что бы выбрали вы? Вот и я крыс боюсь.

Почему садик был пустой? Потому что это – деревня, и детки летом с родителями, во дворе бегают. Там даже в другое время человек пять малышей в садик ходило.

Немного удивительной истории появления этой колонии – поселения. Это был колхоз или совхоз, я уже не помню. И к ним приехали и предложили сделать на их базе колонию – поселение, то есть самого лёгкого режима. Обещали что появятся новые мужские рабочие руки, ведь их так не хватало.

Жителям на собрании пояснили, что тут будут отбывать наказание осуждённые за мелкие преступления, наезд на пешехода, бла-бла-бла. Ведь это те осужденные, которые будут просто жить в общаге и работать в предписанных им местах, а не лагерь с охраной какой-то, а ПОСЕЛЕНИЕ. Ну, народ и согласился на общем собрании.

Пригнали им первую партию осужденных – все как один за тягчайшие преступления, которые имели приговор наподобие: "Восемь лет строго режима и три года колонии – поселения". Как тебе такое, Илон Маск? То есть, крестьянам откровенно лгали. Люди стали бояться даже по деревне ходить.

Если в глухой местности типа этого поселения вам на встречу попадётся здоровенный мужик, который, разглядывая окрестности, решит на мгновение повторно глянуть на вас, как бы увидев нечто не вписывающееся, то в душе гимн себе – прекрасной точно не включится. А появится некое зыбкое проваливающееся ощущение как будто ты из хрупкого стекла, а кругом оглобли.

За то стоимость жилья в деревне поднялась – к зекам стали переезжать их семьи. Так что кругом есть две стороны вопроса.

Руководил этим действом некий С. Не хочу называть фамилии начальника колонии. Он там канал под бога, просто настоящий петух в курятнике, баран в отаре и т.д. Говорили, что у него какие -то стада есть и кто-то из зеков не хотел их пасти. Короче, рассказывали мокрые истории о всевластии. И я – напоминаю, там абсолютно одна, а даже выбраться оттуда не ясно как.

Он мне как знак внимания предложил свои мужские услуги, то ли "для коллекции", то ли "за знакомство". Ну, он был бы не он, если бы не предложил. Короче, я на него обозлилась. Наши пацаны мне объяснили, что правильный ответ: "Давайте не будем путать мероприятия".

Какие -то статьи понаходила "Об учёте в сельском хозяйстве", поскольку это было первое сельхоз – предприятие, которое мне попалось в жизни. Оно одно и было в системе, пришлось поднапрячь интеллект, подтянуть знания.

Так вот, тщательно изучив их рукописную бухгалтерию, я обнаружила, что штук пять коней в частности только в этом году по актам на списание "погибли и были захоронены в скотомогильник". Пошла окрестными вопросами у ветеринаров узнавать, много это или мало. Мне объяснили, что даже если один погибнет, то это страшное ЧП и вводится карантин. Ибо есть разница между просто издох, тогда туша идёт на корм скоту, и был поражён какой -то заразной болезнью и отправлен в скотомогильник.

Народ мне объяснил что "скотомогильник" ровно в двадцати пяти километрах – в Чертково конезавод, куда их и сдали на колбасу.

Потом я акты на забой свиней изучала, как там вес выхода мяса/сала определяется по таблицам рост/ вес, худой/ упитанный. Чего от злости не изучишь.

Потом кругом все разговаривали о клубнике, я тоже люблю клубнику. Смоталась посмотреть где она растёт – огромное поле, ну размером с пять футбольных. Зеки на нём работают, всё нормально. Развернула учёт, а его там вообще НЕТ. Оно три года назад в полном соответствии с сельхознормативами списано, мне об этом главбух и методичку предъявила. Всё же грамотные эти главбухи – и как собак в ресторане кормить правильно знают, и как прекрасную плантацию клубники списать по сроку.

А там вообще бизнес по клубнике поставленный – всё цивильно: лукошки – поезда – Бесарабский рынок.

В учёте же – горе горькое, зеки работают так, что даже столовую себе не окупают, сплошные убытки. А как они могут работать, если на неучтённом поле пашут и неучтённые стада пасут?

На складе тоже горе – сахар по актам списан – мыши поели. Они его правда не едят, но засрать конечно могут. Однако кругом долги сотрудникам и зачем же сахар для мышей на складах хранить до такого состояния? Выдайте уже под зарплату, что ли.

Да, и хлеб они там выпекали из своей фирменной пшеницы. Про этот хлеб я уже отдельно рассказала. И сотрудники бухгалтерии мне подтвердили – на корм скоту тоже не годится. Нужна какая -то добавка, но её – импортную надо покупать, что полностью исключено.

Когда я в этой прекрасной (по Чернышевскому и его "Что делать?") сельско – хозяйственной колонии будущего (практически хиппи) уже основной срок почти отбыла, то однажды ко мне подошли и сказали что в честь того, что я у них на ревизии, то есть можно сказать "в гостях", они для ревизора закололи ягнёночка и приглашают меня "откушать".

Вот когда ты находишься в дыре, из которой даже непонятно как департироваться, то лучше не выделываться. А сказали "Откушать" – радостно встал и пошёл.

Короче, на этом "ягнёночке" я была то ли двенадцатой, то ли пятнадцатой и, народ продолжал прибывать. Сбегали и притащили второй котёл и что-то с водой туда перекладывали: "Чтоб хоть юшки на всех хватило!" Почему мне это запомнилось? Не знаю. Дальше кто-то что-то говорил, кто-то с кем-то шумел, толпа активно напивающихся незнакомых людей. В какой-то момент мне стало тупо страшно, я сказала что мне дурно и уехала оттуда на одном из очередных прибывших "бобиков". Главбух меня отбила у этого возмущающегося преждевременному уходу гостьи, С*. Смотрела она на меня с понимающим сочувствием.

Так что чем закончился деревенский праздник я не в курсе. Но сделав некоторые выводы для себя, уезжая на выходные, молча не объявляя намерений, пригребла с собой примерно все необходимые для написания акта документы и, тихо свалила.

В понедельник утром я немного пожаловалась на свои нервы, и добрый шеф, картинно повозмущавшийся негодяями, отметив что сумеет защитить любого из своих дорогих сотрудников, сказал:

– Ну, тебе что осталось? Сам акт сформировать? Сиди тут и пиши.

Я сидела в уютном, родном кабинете областной управы МВД и тихо "сводила" акт. С*. такого безобразного поворота не ожидал.

Дорогие коллеги, зная мою психологическую проблему, честно предупреждали, когда где-то на горизонте города/здания замечали этот С*. Тогда я быстренько ныряла в сумочку, пила припасённый феназепам, и появляющийся в дверном проёме С*, очевидно сильно удивлялся моему спокойному равнодушию. Знай наших!

А строго – рецептурный "феник" у меня был добыт самым честным образом, ещё с тех пор, как я в ГСБЭП чуть не "чёкнулась" и открыто поведала единственному врачу, к которому в ведомственной поликлинике не бывает очередей, о своей тяжёлой проблеме. Добрая старушка – Ольга Федоровна сказала: "Не допустим чтоб дошла да такого состояния!" – и поставила меня на учёт со словами: "У нас тут своя картотека. Никто ничего и знать не будет!"

Вернёмся к акту. Когда "черновик" был сформирован и отдан руководителю группы, то все мои проблемы ушли. Больше мне и "феник" не понадобился. Замечательная формулировка: "Все вопросы – к шефу!" рулит. Как там уже шеф крутился с этим С* -

это целиком его дипломатический вопрос.

Короче, я своему шефу, который – напоминаю – в нашей группе незримо был старшим, акт отдала. Он с ним прошёлся к начальнику УМВД, а им в то время был на взлёте карьеры будущий министр. Других характеристик я думаю вам не потребуется.

И потом легенда гласит как этот С. ехал к начальнику УМВД на встречу, и в лифте здания УИН при всех у него открылся чемодан – дипломат, замки не выдерживали переполняющей нагрузки ))) Ну, и немного денег почти рассыпалось под сочувствие попутчиков.

Могу сказать с уверенностью, что чистовик акта я никогда не видела и не читала, я этого просто после начальников никогда не делала. Но в нашем случае это уже было всё равно. Зло обязательно было наказано.

Через несколько месяцев меня опять в этот колхоз запёрли, но уже с двумя другими ревизорами. Эту колонию закрыли потому что по нормам подобное учреждение не может находится в непосредственной близости от границы страны (25 км).

На этот раз мы уже жили в этом детском садике и гоняли там крыс/ мышей втроём.

Могу добавить, что в этой деревеньке мне объяснили, что коровы в нашей стране практически все больные – лейкозные. Что мужиков и доселе посылают в деревнях в огород по древнему языческому обычаю, для совершения действа, способствующего повышению урожая. Что злоба во мне сильнее страха. И что мне очень нравится жизнь в патриархальной деревне, её запахи, звуки, простая еда. И что тот год я из двенадцати месяцев три провела в тюрьмах /зонах.

=============

=Экстремальное вождение в ГАИ (рассказ кассира)=

У кого – нибудь может возникнуть мысль что сотрудник ГАИ – парень в форме не умеет водить автомобиль? Наверное, такая мысль несколько странная. Но мне подобную историю в девяностые годы рассказали в бухгалтерии.

Чтоб ехать за получением наличных для выдачи зарплаты на сумму свыше одного мешка тугриков положено было брать с собой вооружённое сопровождение. Этот факт проверялся в банке – иначе не выдадут и не выпустят. Даже надо было привозить с собой письмо с печатью о том что сопровождение имеется.

Зарплата сотрудников ГАИ составляла примерно два мешка из под матрацев (в карбованцах). Областная контора госавтоинспекции располагалась почти на выезде из города по главной улице, примерно в десяти километрах от центра, из которых – всё по прямой, но очень оживлённой трассе.

За руль сел начальник финчасти – очень крученый, занятой по бизнесу молодой человек, которого редко можно было застать в кабинете. С ним поехали три бухгалтера "считать деньги" и прихватили из дежурной части автоматчика Андрюшу, позаимствовав его на часик "с тумбочки" для порядка: "Чтоб в банке не приставали".

Приехали в банк, загрузили в мешки свою макулатуру, собрались отъезжать, а тут за начфином срочно подъехала другая машина по абсолютно срочному делу. Размахивая руками и что-то жарко объясняя начфин повернулся к Андрюше со словами: "Сам женщин отвезёшь", и как-то моментально умотал решать свои вопросы.

Повисла некоторая пауза. Женщины занервничали – денег полный багажник: "Андрюша, быстрее пересаживайся за руль". Андрюша пересел. Женщины торопили: "Поехали, поехали уже отсюда! Трогай!". Андрюша потянул рычаг, нажал на педаль и автомобиль очень плавно отъехал.

Дальше мне рассказывала бухгалтер:

– Я смотрю, а у него затылок закаменелый и едем мы как-то … тихо, на "второй" через весь город.

Спокойным ровным ходом автомобиль закатил в подворье ГАИ. Женщины выгрузились, позвали пацанов тащить мешки в кассу. А Андрюша тихим шёпотом, не отпуская руля, глядя прямо в лобовое стекло, известил: "Я первый раз в жизни за рулём". Холодный пот у действующих лиц: "А шо ж ты не сказал?". Ему стыдно было признаваться в невероятном: "Он не умеет водить автомобиль", а остальным такое и на ум не могло прийти.

Попасть в аварию в центре города с переполненной деньгами машиной и водителем в первый раз за рулём, было бы по милицейски круто. И вообще перфоманс на годы! Но "не случилось".

В чём же виноват начфин? Ему тоже никогда- никогда- никогда не могло прийти в голову что этот гаишник в мундире с автоматом может не уметь водить автомобиль. Тут ехать по прямой десять минут, а реальные дела горят в другой части города и не терпят отлагательства.

До мобильных телефонов оставалось буквально пару лет. У особо крученых пацанов пока только звенели пейджеры.

==========

=Танкисты на связи=

Один раз вообще весело получилось.

Слово “Подстава” если никогда и не было признано словом года, то в светлые девяностые в пятёрку лидеров регулярно точно входило.

Вокруг всё подряд государственное очень энергично то ликвидировали, то расформировывали, то передислоцировали. Постоянно появлялся вопрос о гос. имуществе, которое на балансе числится, и “с ним надо что-то решать”. Имущество то уже явно утратило все “ознаки придатности”, но пригодность – пригодностью, а балансовую стоимость никто не отменял. Поэтому материально – ответственным лицам тут надо было оставаться осторожными до конца, а то и показательно загреметь можно было туда, где заботливо выдают тёплый кисель без сахара , ведь показатели в работе ГСБЭП тоже никто не отменял, а кого же ловить, как не зазевавшихся философов “кому оно нужно, оно же – никакое”.

Близлежащую танковую часть расформировали и куда-то перенаправили. Сами понимаете, что военные люди на каждой местности между собой как минимум знакомы. И отношения между ними запутано – дружеские. То армия солдат выделит тяжёлое перенести/ закопать/ откопать, то менты отмажут “залетевшего” пьяного вояку (да, такое бывает). Короче, дружба и взаимная выручка всех цветов мундиров.