Где живут бабочки

На первый взгляд, ему можно было дать года тридцать два, может чуть больше. Наверное, давно женат. Такие мачо – находка для любой женщины. Красивый, с хорошей фигурой, состоятельный.

Звонок стал полной неожиданностью. Людмила выбрала кафе для встречи. Не зная толком ни названия блюд, ни марок вин, она смущённо пожимала плечами, предложив мужчине сделать заказ.

В тот вечер, да и позже Олег не задавал каверзных вопросов, не блистал эрудицией и не выказывал превосходства. Как правило, они болтали о пустяках: погоде, ценах, иногда литературе. Люда старалась больше слушать, нежели говорить. Скованность, даже после выпитого, не проходила. Почему-то с ним она не ощущала себя женщиной. Может, оттого, что в их общении совершенно отсутствовал сексуальный подтекст.

Внутреннее чутьё подсказывало, что такие фокусы, как кокетство или милая непосредственность, не пройдут. А говорить о политике и искусстве она не умела.

Люда смотрела в равнодушные глаза и не могла понять, для чего он назначил ей встречу. Женщины, если даже чего-то и не понимают, то интуитивно чувствуют подвох. Что-то здесь было не так. Не мог же он влюбиться с первого взгляда. Сердце предательски замирало: "А вдруг?"

Встреча оказалась не единственной. Но даже спустя несколько месяцев Олег оставался для неё загадкой. Зачем? Почему? Что привлекательного можно найти в её персоне?

Изредка он приглашал Люду к себе, но никогда не предлагал остаться.

Людмиле казалось, что он присматривается к ней как к диковинному насекомому или зверьку. Для чего? С первого взгляда и так понятно – она не бабочка. Скорее невзрачная куколка, гусеница, божья тварь. Ощущение собственного несовершенства и страх держали дистанцию в отношениях. Больше всего она боялась казаться нелепой. Он такой образованный, умный, а кто она? Люда понимала, сколько бы ни прошло лет, их ментальность не станет родственной. Как и любая женщина, холодность чувств она ощущала интуитивно. Иногда он совершенно не обращал на неё внимания, ссылаясь на занятость и усталость. Но разве так много сил нужно для улыбки и пары слов? Разумеется, дело было не в занятости, а в отсутствии желания. Нехватка времени и любви – разные вещи. Чувствовала ли она себя счастливой? А разве можно ощутить психологический комфорт, понимая, что тобой пренебрегают?

Секретарь давно ушла. Оставшись в офисе, мужчины соорудили нехитрую закуску и разлили по бокалам коньяк.

Напряжение последних месяцев достигло критической точки. На работе ситуация не отражалась, но личные отношения утратили прежнее тепло и доверительность. Сергей каждой клеточкой ощущал недосказанность и неискренность. За долгие годы общения он изучил натуру Олега доподлинно. Стабильные отношения не предполагали сюрприза. Но вот, однако… Признание друга оказалось полной неожиданностью. Решил жениться… Что за бред? Если бы Олег сказал, что собирается в экспедицию на Марс, Сергей удивился бы меньше. Не ревность, но боль полоснула сердце. Он знал: если Олег озвучил решение, то это не прихоть – это приговор, не подлежащий обжалованию.

– Ты уверен, что поступаешь правильно? Женщина в курсе твоих интимных предпочтений?

– А зачем ей это знать? Дело вовсе не в том, что я хочу иметь постоянную партнёршу для секса, дело в другом – мне нужна полноценная семья. Ещё откровенней… я хочу ребёнка. Почему ты находишь моё желание неестественным? К тому же родители столько для меня сделали, что я просто обязан отблагодарить их внуками. Ты же в курсе, что предыдущее поколение не до такой степени продвинуто, чтоб с пониманием и доброжелательностью принять мои откровения.

– А как ты будешь с ней спать?

– Как? Да так же, как и все остальные. Семья и секс не всегда одно и то же. Не бери в голову, разберёмся.

Иронично взглянув на Сергея, он расстегнул джинсы и беззлобно усмехнулся: "Как будем? Вот так и будем".

После ухода партнёра Сергей достал непочатую бутылку коньяка. Сегодня представился редкий повод напиться. Смертельно, в дугу, в хлам. Обида, зависть, ревность? Он и сам не мог понять. Такого определения, как семья, для Сергея не существовало.

Привычное понятие полоролевых моделей сместилось в детстве. С началом пубертата он с ужасом понял, что не такой, как все. Тщательно скрывая обозначившуюся тягу к мальчикам, он понимал, что, если кто-нибудь догадается – засмеют. Наблюдая, как одноклассники переодеваются на урок физкультуры, Сергей старался скрыть истинный интерес. Мальчишеские шутливые потасовки вызывали эрекцию. Желание обнять, коснуться, вдохнуть запах чужого тела стали навязчивой потребностью. Если бы ему кто-то объяснил, что в пубертате такое случается. Что это не патология и не извращение, и что годам к шестнадцати всё придёт в норму. Возможно, он не стал бы зацикливаться на ориентации. Обращаться к матери с подобным вопросом Сергею даже не приходило в голову. Был бы отец… хотя и тогда он вряд ли бы поделился постыдным секретом.

Изо дня в день сознание твердило: урод, гомик, чмо. Сломанная психика и пренебрежительное отношение одноклассниц убеждали в том, что он изгой. Отныне его место в рядах тех, кого презрительно называют гомосеками.

Девчонки, если и смотрели в его сторону, то только с одной целью – чтобы посмеяться. То ли они интуитивно чувствовали, что он не такой, то ли он чем себя провоцировал.

С Олегом они познакомились на первом курсе, случайно, на студенческой вечеринке. Простота и лёгкость в общении покорили Сергея с первых слов. Спустя некоторое время он понял, что его тянет к приятелю с непреодолимой силой. Глубина чувств была такой, что затянула в водоворот обоих.

Отношения не афишировали. Это тебе не продвинутая Европа, где гей-союзы в порядке вещей. В России чревато. Друзей бы после этого уменьшилось вдвое. Да и преподаватели вряд ли бы отнеслись с пониманием к их союзу. Демонстративно-открытая принадлежность к секс-меньшинствам не делает чести учебному заведению, не говоря уже о том, что рано или поздно кто-нибудь из доброхотов позвонил бы родителям. Мало ли из каких соображений, может из зависти.

Допив коньяк, Сергей поставил офис на сигнализацию и вышел. Садиться в пьяном виде за руль он не имел привычки. Можно было вызвать такси, но что ему делать дома, пить до отключки?

Апрельский вечер, отшумев весенним дождём, зажигал одинокие звёзды.

Огни фонарей, летящий свет фар, растекаясь по мокрому асфальту, создавали иллюзию дрейфа. Нарисованный калейдоскоп жил мгновением, и ему, ровным счётом, не было дела ни до бесконечного людского потока, ни до импозантного мужчины, вытирающего рукавом слёзы.

ГЛАВА 3

Стараясь не отвлекаться, Олег внимательно следил за дорогой и светофорами. Не хватало ещё привлечь внимание ГИБДД. Мысли то и дело возвращались к недавнему разговору. Осознание вины не давало покоя. Он понимал, что так, как прежде, не будет, чем-то придётся пожертвовать. В идеале, всё можно было бы оставить как есть. Но как же ему хотелось сына!

Сергей простит и поймёт. К тому же кроме давнишних отношений их связывал бизнес. Невзирая на протест, память вернулась в прошлое. Он вспомнил их первую встречу, начало отношений, нежность. И чувство стыда захлестнуло душу. Чтоб отвлечься от воспоминаний, он достал телефон и позвонил Людмиле: сегодня её ожидал сюрприз.

После ужина в ресторане и официальной помолвки Олег впервые предложил невесте остаться на ночь. Не сказать, чтобы женщины его возбуждали, но и, слава богу, не отталкивали. Для полного физического воссоединения всего-то и нужно было отбросить некоторые детали и немного пофантазировать.

Всё получилось как надо. Проникнув в женское естество, Олег подумал, что не так и страшен чёрт, как его малюют.

Свадьбу сыграли в собственном ресторане. Людмила была восхитительна. Пышное белое платье удачно скрывало обозначившийся живот, а профессиональный макияж – лёгкую одутловатость.

На бракосочетание были приглашены лишь близкие. Со стороны невесты присутствовали коллеги и подруги из общежития. Со стороны жениха друзья, родители и немногочисленная родня.

Могла ли Людмила представить, что однажды на неё обратит внимание такой мужчина! Девчонки млели от зависти. Многие заинтересованно смотрели в сторону холостого свидетеля. Вопросы: "Кто? Почему один?" – волновали многих. К глубокому разочарованию, Олег прозрачно намекнул соискательницам, что невеста Сергея учится в Сорбонне. Этим и объясняется её отсутствие на свадьбе.

Люда смотрела на Олега благодарным взглядом, еле сдерживаясь, чтобы не расплакаться от счастья. Не менее счастливым выглядел и Олег. Мечта о ребёнке сбылась. УЗИ показало, что у них будет мальчик.

Сын должен был появиться в начале декабря. Беременность протекала сложно. Из-за постоянной угрозы выкидыша большую часть времени Людмила проводила в больнице. Олег, не слушая возражений, твёрдо настаивал на предписании врачей.

Иногда её проведывали коллеги, но чаще однообразие больничных будней скрашивал ноутбук. Люда по-прежнему читала романы и лёгкие иронические детективы.

Ребёнок появился в положенный срок. Роды прошли без патологий и эксцессов.

Красное существо, названное Артёмом, весьма отдалённо напоминало тех младенцев, которых показывали по телевизору. Тем не менее черты лица и глаза явственно говорили о том, что он папина копия.

Глядя на сына, Люда с удивлением замечала, что не чувствует той безграничной любви, о которой говорят и пишут в книгах.

Умом она понимала: Артём её кровь и плоть и она должна его любить.

Стараясь разобраться в ощущениях, Людмила представляла как меняет подгузники, кормит, купает, укладывает спать… Почему-то мыслеобразы умиления не вызывали. Разглядывая сморщенное личико, она пыталась проникнуться к маленькому существу любовью. Но, как ни старалась, единственной эмоцией, которую женщина смогла из себя выдавить, была жалость. Если бы она кормила грудью, то, возможно, в ней бы проснулись материнские чувства. Но молока не было. Подержав сына на руках, Людмила возвращала его нянечке и тут же засыпала.

Смутное подозрение, что всё складывается не так, засыпало вместе с ней.

Врачи поставили диагноз "Послеродовая депрессия", обнадёжив, что со временем состояние нормализуется, и в ней проснутся материнские чувства.

К Новому году они готовились формально. Живя в общаге, Люда не чуралась весёлых компаний и частых застолий. После знакомства с Олегом с этими привычками было покончено. Не хотелось, чтоб новый знакомый думал, будто у неё проблемы с алкоголем. Спиртное на их новогоднем столе присутствовало чисто символически.

После боя курантов, поцеловав её в щёку, Олег уехал поздравить родителей.

Сидя за праздничным столом, Людмила смотрела на шампанское, и ей смертельно хотелось выпить.

ГЛАВА 4

Вынув из духовки фаршированную индейку, Сергей украсил блюдо зеленью и отнёс в комнату. В детстве ему часто приходилось помогать матери по хозяйству. После покупки собственного жилья кулинарный опыт пришёлся кстати. Закончив с сервировкой, он достал шампанское и опустил в серебряное ведёрко со льдом.

Горели свечи, мигала огнями новогодняя ёлка. Недоставало лишь гостя. Сняв фартук, Сергей прилёг на диван и включил телевизор. То, что происходило на экране, можно было не только не смотреть, но и не слушать. Убрав звук, он плеснул виски и взглянул на часы. Олег должен был подъехать с минуты на минуту.

Если в первые месяцы после свадьбы у Сергея и были сомнения, то позже для ревности не осталось повода. Более того, их близость переросла в нечто большее, чем просто физиологическая потребность. Сергею хотелось верить, что они стали не просто партнёрами и любовниками, а друзьями. Многие годы они выстраивали отношения вопреки общественному мнению, полагая, что сексуальные отношения – личное дело каждого. Их ли вина, что некий горе-конструктор допустил небрежность в расчётах? Видимо, тот, кто сотворил мир, не только был нерадивым генетиком, но и обладал изрядной долей извращённого юмора. Наверное, Адам и Ева его настолько разочаровали, что создатель внёс в геном некоторые коррективы. Импровизация "удалась".

Со временем программа вышла из-под контроля, начав производить всё, что позволяло больное воображение – от гениальности до уродства. Никто из смертных не избежал сей участи. Патологии встречаются довольно часто, если не на физическом, то на психическом уровне. Просто выражены по-разному. Идеальных нет.

К собственной физиологической особенности Сергей относился философски. Нравоучениями не злоупотреблял, причины не искал и тому, как обстоят дела у других, не завидовал. Какой смысл истязать тело и душу, если генетический код изменить невозможно? Нужно учиться жить с тем, что есть. Так задумано природой, и спорить с этим бессмысленно.

Размышления прервал звук отпираемой двери. Взглянув на праздничный стол, Олег качнул головой.

– Спасибо. Наконец и мы посидим по-человечьи, не всё гостей ублажать. Ты управляющему звонил? Как у них дела?

– Справляются. Сказал Косте, чтоб закрывались. Зал оплачен до трёх. Он перезвонит. Как дома?

– Нормально. Сейчас был у родителей, поздравил их и сынулю с праздником. Растёт пацан, скоро буду с ним спортом заниматься.

– Извини, Олег. Я понимаю, это не моё дело, но почему Артём находится у родителей? Люда не справляется?

– Мне кажется, для сына так будет лучше.

– Чем лучше?

– Понимаешь, поведение жены выглядит странным. У меня такое чувство, что она не любит сына. Врачи говорят, что это следствие послеродовой депрессии. Людмиле нужно прийти в себя. Зря ты о ней беспокоишься. Я ведь не сделал ей ничего плохого. Она хотела иметь семью, отдельную квартиру, достаток – я не разочаровал. Что ещё требуется для счастья? Любовь, обожание, интим? Многие ли женщины могут похвастать тем, что мужья уделяют им достаточно внимания, в частности и в постели? В деньгах я её не ограничиваю. После декрета подаст на расчёт и займётся воспитанием ребёнка. Одета, обута, сыта.

– Думаешь, для женщины это главное?

– А разве нет? Ты посмотри, бабы только и мечтают, как бы выйти замуж за олигарха. Плохо ты разбираешься в женской психологии. Не твоя тема. Давай замнём. Я пришёл не для того, чтобы испортить себе праздник. Лучше поговорим о работе. Если всё пойдёт как надо, можно будет приобрести недвижимость в Европе.

Сергей, опустив взгляд, молчал. Глупо, но ему было жаль эту в сущности неплохую женщину. Было в Людмиле что-то такое, что вызывало неприятие рассуждений Олега. Использовать жену как инкубатор, – пожалуй, это совсем уж не по-человечески.

Странная… Интересно, каким бы вырос он, воспитывай его не папа с мамой, а детский дом? Вряд ли бы милый друг стал весёлым, позитивным и психологически устойчивым.

Понимал ли это Олег? Глядя с отсутствующим выражением лица на переливающуюся гирлянду, он смаковал виски и думал о своём.

ГЛАВА 5

В середине лета Олег улетел в Таиланд. Людмила с сыном перебрались на дачу. Свежий воздух, фрукты, речка куда приятнее горячего городского смога.

Родители Олега были рады неожиданной помощи на огороде. С их стороны отношение к Людмиле выглядело так, будто сноха является членом семьи. Но при детальном рассмотрении было заметно, что особой любви и нежности они к ней не испытывают. Впрочем, как и неприязни.

В сущности, Валентина Тимофеевна оказалась женщиной неплохой. Она не была ни злобной, ни истеричной, скорее в ней чувствовалась властность.

Людмиле свекровь напоминала директрису детского дома. Строгий взгляд и плотно сжатые губы усиливали сходство. После свадьбы она вполне могла бы называть её мамой. Но у Люды не хватало мужества произнести заветное слово. Как можно говорить то, чего не чувствуешь? Людмила со свекровью старалась не пререкаться и не спорить. И по мере возможности попадаться на глаза как можно реже.

Вечером, уложив Артёмку, Люда уходила к реке. Сидя на берегу, женщина наблюдала, как усталые воды, огибая неспешно островки, держат путь к заветной цели. Возможно, в том далеке их ждёт океан или солёное, как слёзы, море.

В Паттайе Олег был не в первый раз. Обычно он прилетал туда в январе. Летом сезон дождей создавал определённые неудобства. Собственно, Олег не собирался в Таиланде задерживаться надолго. Десять дней – и далее на Лазурный Берег, где был уже зарезервирован номер.

Главным образом в Таиланде его интересовал массаж. Хотя если быть откровенным до конца – не только. Секс-услуги на Walking Street не стоило сбрасывать со счетов. Секс-индустрия потрясала воображение, главное, чтоб у фаранга были деньги. Выбор отличался разнообразием: девушки, почти девочки, мальчики, леди-бои. За сравнительно низкую плату в тысячу бат можно было снять кого угодно. С местом для бум-бум проблем не возникало. Комнаты сдавались в любом баре. Не успев выйти из очередного номера, Олег тут же сталкивался с назойливыми раскосыми взглядами и похлопыванием по плечу. К концу отведённого срока экзотика утомила настолько, что хотелось как можно скорее оказаться во Франции.

По прибытии в Россию Олегу показалось, что он не был на родине целую вечность. Родителей и жены в городе не было.

Отложив визит к семье на завтра, он принял душ и поехал в "MАХ". За время его отсутствия в клубе ничего не изменилось. Присев у барной стойки, Олег заказал томатный фреш и осмотрел зал. Взгляд выхватил из общей массы незнакомое лицо. На вид пацанчику было лет восемнадцать-двадцать. Словно почувствовав интерес, парень обернулся. Олег отметил симпатичную мордашку и упругий обтянутый джинсами зад. "Почему бы и нет?" Лицемерно поддакнув, душа отвернулась и брезгливо скривила рожу. Олег одёрнул её, чтоб знала место и не выпендривалась. Надо же, святоша выискалась. Мальчик очень даже ничего.

Юноша вопросительно приподнял бровь. Получив утвердительный кивок, он подошёл к стойке и улыбнулся.

– Привет. Я Стас.

Олег протянул руку и представился.

– Присаживайся, Стас. Что будешь пить?

– "Маргариту".

– Какие планы на вечер?

– Да, собственно…

– Тогда, может, продолжим знакомство у меня?

– Я не против.

Окинув взглядом стройную фигурку, Олег мысленно поздравил себя с удачным выбором.

Весь вечер Люда не находила себе места. Ей казалось, что голос Олега звучал как-то по-особенному. Соскучился, наверное. Последняя электричка отходила в одиннадцать. Полтора-два часа, и она будет дома.

Свекровь понимающе улыбнулась. Людмиле так хотелось увидеть мужа, обнять, прижаться к загорелому телу. Возможно, если на будущий год всё будет нормально, они вместе съездят в Таиланд. Артёмка подрастёт, вполне можно будет оставить со свёкрами.

Наложив лёгкий макияж, Люда поцеловала сына и поспешила на вокзал.

В открытую форточку задувал прохладный ночной ветер. Запах реки, скошенных трав и леса наполнил душу благодатью и нежностью. Мечтательно глядя в окно, Людмила думала о том, что ей грех жаловаться. Всё складывается не так уж и плохо. Главное, у неё есть семья, сын и стабильность.