- -
- 100%
- +
В оформлении обложки использованы материалы Автор: Milos Vucicevichttps://www.shutterstock.com/ru/image-photo/fashion-portrait-attractive-young-man-studio-394566277?src=LxbZZ8VuTVgRMGJnx7v-3w-1-29
Автор: KOBRIN PHOTO: https://www.shutterstock.com/ru/image-photo/daring-girl-model-black-leather-dress-1170174838
Предупреждение! Это в высшей степени прикол! Не несёт никакой интеллектуальной нагрузки. Мы тут отдыхаем. Так что: штампы, рояли, шаблоны и прочая ерунда, а также завуалированный стёб возможен. Осторожно, это заразно! Интеллектуально развитым людям просьба проходить мимо. Давайте беречь ваши и наши нервы! Ну а тех, кто рискнул, милости просим! Готовы? Сами виноваты…
Однажды, разговаривая с автором, умеющим творить дивные истории о любви, мы затронули тему незаконченных произведений. Ну как же? Вот появилась новая страничка автора в Интернете. Полилась удивительная история про неоднозначную героиню, про роковых мужчин и душераздирающие интриги, про страшные приключения и захватывающие стычки и вдруг… Да, много бывает этих разных «вдруг». История замирает, прекращается. Её убирают, прячут подальше с глаз долой, из сердца вон. А меж тем герои словно на стоп-кадре. Вот занесённый над головою меч, вот вжавшаяся в угол героиня, глотающая потоки слёз, а вот злодей, держащий в руке смертоносное заклинание и… Ничего… Нет и не будет продолжения. Почему?..
И тогда мы решили написать сказку про сказку. Произведение в соавторстве и представляет собой стон читателей по незаконченным романам. Итак… Свет погас, история начинается…
Насыщенно бордового цвета солнце клонилось к самому горизонту, норовя скатиться в свой последний путь. Оно опускалось за незримую грань, перетекая из жёлтого в красный и угасая всполохами запёкшейся крови. Оно медленно умирало, как мир, который освещало, казалось бы, бесчисленное время. Но всему приходит конец. Мир угасал вместе с солнцем, теряя последние лучи надежды на возможное возрождение.
Мужчина, стоящий на скале, обвёл усталым взглядом тёмный лес. Чёрное море деревьев тянулось от величественного мрачного замка до неровных, угрожающе нависающих над долиной гор. Они, как нерушимая преграда, отделяли тёмные земли от светлых.
Тогрон поморщился. Ветер принёс затхлый запах, пропитавший всё вокруг. Деревья погибли, сбрасывая когда-то зелёные листья, и на глазах покрывались серой паутиной. Завядшая трава то там, то тут образовывала кочки, наступая на которые можно всколыхнуть рой маленьких мушек, чья жизнь была равна мигу. Смрад поднимался от болот. Животные, когда-то населяющие бескрайний лес, живыми статуями замерли на границе, устремляя свой взор на закат. Мёртвые птицы безвольными тушками валялись на когда-то цветущем лугу.
А ведь совсем недавно мир жил. Ветер играл зелёными листочками в кронах деревьев, щебетание птиц радовало одних и заставляло забавно морщиться других обитателей этой земли. Когда-то тут царила жизнь. И во благо равновесия этого мира с завидной периодичностью собирались смелые и гордые, умные и отчаянные и шли покорять тёмные земли, уничтожать Тёмного властелина, чтобы жизнь их стала ещё лучше, ещё справедливей, ещё… Да, когда-то…
Когда-то давно отряд, возглавляемый последним мессией, выдвинулся в его сторону, да так и не доехал. Застрял на перевале, в таверне «Весёлый гном». Торгон сам лично вышел им навстречу и нашёл замерших спасителей мира, сидящих за столом с кружками пива в руках. Таверна была полна разного люда, ибо оказалась перевалочным пунктом, где отдыхали путники обеих земель. Когда-то…
Сейчас там находились лишь безмолвные статуи с погасшими взглядами и затихшими сердцами. По венам не бурлила кровь, а воздух не наполнял лёгкие. Казалось, злой волшебник, непобедимый маг накинул полог времени на всё, до чего дотянулся. Вот два гнома застыли на столе, выделывая забавное па ногами. А музыканты терзали пальцами смычковые инструменты, жаль, что залихватские звуки больше не лились под сводами кабака.
Это был последний день. Мир замер, застыл, умер… Опустели небеса, леса и моря. Не осталось никого живого, кроме Тёмного и Светлого властелинов. Эльмариэля Торгон нашёл на брачном ложе, где погрузилась в вечную ночь его избранница, прекрасная Леди Семи Озёр. Даже её, сильнейшую волшебницу, не обошёл стороной злой рок. Пресветлая Леди больше не дарила жизнь, ибо последняя покинула её безвольное тело.
Выпустив воздух сквозь плотно стиснутые зубы, Торгон стремительно развернулся. Плащ серым облаком взметнулся за его плечами. Тёмный властелин принял последнее и единственное решение в своей жизни. Он знал способ, который возродит мир. Это был единственный ритуал, и если что-то пойдёт не так, то он умрёт вместе с этим миром. Но даже Тёмные властелины способны на отчаянные поступки, ведь ничего нет хуже забвения.
Торгон был зол на создательницу. Ненависть и отчаяние затмили разум. Именно они подпитывали его всё это время, в них он черпал энергию. И сейчас как никогда был готов к последнему шагу. Портал вывел мужчину в каменный зал. Обведя взглядом помещение и кривя губы в презрительной усмешке, Тёмный властелин скинул плащ и сделал несколько шагов в центр помещения.
Два ряда испещрённых рунами колонн, старинный, не раз используемый алтарь и пол, который покрывали небольшие борозды. То там, то тут вспыхивали и гасли разнообразные драгоценные и полудрагоценные камни, создавая иллюзию живого и дышащего камня. Мужчина поднял взгляд вверх и крикнул одно лишь слово. Тут же по единому приказу на стенах и полу зажглись сотни чёрных свечей, доселе остававшихся невидимыми для обычного взгляда.
Жертвенный нож слетел с алтаря и плавно опустился в протянутую ладонь. Резкое, чётко выверенное движение и первая капля алой крови падает на пол, наполняя силой пентаграмму. Линии вспыхнули бледно-лиловым светом, признавая хозяина и готовые исполнить любое его желание. Сила струилась из рук Тёмного властелина, закручивалась в спирали и впитывалась в камень. В самом центре пентаграммы сначала едва забрезжил, а потом всё сильнее стал разгораться яркий свет. Едва улыбнувшись, Торгон расправил плечи и, уронив кинжал на пол, сделал шаг вперёд. Свет словно облизнул фигуру тёмного мага, а затем растворил её в себе. Яркая вспышка озарила весь зал, стирая, уничтожая следы того, что здесь произошло. Да будет свет во мраке.
***
Если утро началось со звонка будильника, то день ничего хорошего тебе не подарит. Такова истина и спорить с ней – это значит спорить с самой судьбой. Можно, но бесперспективно. Так вот, данный день начался с будильника, который в коем-то веке получил своё, а именно – шандарахнулся об пол, прекратив своё бренное существование. И, казалось бы, ну что тут особенного, ан нет, во всём есть свои знаки, и будильник тоже стал предвестником не слишком хороших новостей.
– Тамара! Как ты можешь?! Ведь миллионы ждут твой роман!
Стонала я в телефонную трубку, пытаясь убедить любимого автора, а по совместительству и подругу, в том, что бы она ни в коей мере не бросала писать.
– Лерочка, солнышко моё, какие сказки? – удивлялась уже в который раз подружка. – У меня дома теперь каждый день сказка. С появлением Кирилла в моей жизни мне на фиг не нужны эти эльфы, гномы, кентавры и так далее.
– Тома, а как же мы? – не могла поверить я.
– А что вы? Во-первых, таких, как я – тысячи на твоём любимом СамИздате. Во-вторых, ты и сама пишешь дивные истории, только не веришь в своих героев.
– Вот-вот! – перебила я подружку. – А в твоих я очень даже верю.
– Хватит! – рявкнула подружка, и я чуть не выронила трубку. – Лер, если тебе больше не о чем со мной поговорить, то будь добра, не беспокой меня больше.
– Томочка, прости, – проныла я, понимая, что в очередной раз перегнула палку. – Том, а можно, ну малюсенькую сказочку, ну для меня… Ну вот про того эльфика?
– Нет. Всё, хватит сказочек. Лера, пора возвращаться в реальный мир. Слышишь? Пора…
В трубке раздались короткие гудки, и я, не выпуская мобильник из рук, подошла к столу и уселась перед экраном. Строчки недописанного романа расплывались перед глазами. Я сама сто раз грозилась уйти с СамИздата, но именно факт того, что история будет брошенной, незаконченной, каждый раз останавливала меня от волевого поступка. Казалось бы, ну, подумаешь, автор бросил писать, что в этом такого? В этом всё!.. Если ты свыкся с героями, и они стали частью твоих грёз, частью твоих снов, то ты уже не можешь без них. Губы невероятного мужчины каждую ночь скользили по твоим устам, а когда над красавцем нависала опасность, ты готова была ворваться в выдуманный мир и сама порушить все преграды. Вот только одно дело – фантазии и совсем другое… Да-да, чужой недописанный роман.
Пробежав глазами по строчкам своего рассказа, я в очередной раз убедилась в собственной бездарности. Мой Герой, как всегда, закапризничал и отказался без видимых причин спасать Героиню из лап ужасного тёмного мага. Мне дико хотелось удалить текст. И чтобы не сделать этой глупости, я в очередной раз открыла страничку Лавровой Тамары. Именно с ней буквально несколько минут назад я разговаривала по телефону. Первые несколько дней я ещё верила, что у Томки просто нервы сдали. Что пройдёт немного времени, она успокоится и вернётся. Но подруга была непоколебима в своём желании жить реальной жизнью, а не придуманной. Автором она быть не хотела, утверждая, что жизнь вокруг бурлит и радует её куда больше, чем своенравные герои.
Каждую ночь я вздыхала над персонажами Томкиного романа, втайне мечтая оказаться на месте героини. Ух, я бы тогда, я бы тогда ого что… Эх…
Я сидела возле окна, забравшись в кресло с ногами и укрывшись пледом. За стеклом стояла глубокая летняя ночь. Солнце медленно поднималось из-за горизонта, разбавляя синеву неба малиновым рассветом. Глядя на это чудо природы, я вновь погрузилась в печаль. Почему у меня нет моей маленькой сказки? Я ведь тоже достойна невероятной любви, умопомрачительных приключений, да и просто хорошего к себе отношения… Перечитав последнюю главу Томкиного романа, я прикрыла крышку ноутбука. Часы оповестили о том, что уже полвторого ночи. Глотая непрошеный ком в горле, я направилась к кровати. Сжав подушку в руках, я погрузилась в серое марево сна.
Глава первая. Если ты спишь – это сон, а если тебе в нём больно, то…
Резко открыв глаза, счастливо улыбнулась. На этот раз сон выкинул меня в мир Томкиного произведения. Мои любимые герои, моя любимая история. Вот сейчас я сделаю всё так, как давно мечтала.
Я сидела в таверне «Весёлый гном» и держала в руках деревянную кружку, до краёв наполненную пенным напитком. Не то чтобы я любила пиво, но тут оно было уместно как никогда. Уши улавливали бодренький напев струнных инструментов, а топот ног перед носом вторил незамысловатому мотиву. Подняв взгляд, я рассмотрела двух гномов, что активно отплясывали на дубовой столешнице. Тарин и Дарин бодро размахивали руками и ногами, норовя снести последнюю посуду со стола. Ухватив глиняную тарелку с остатками закуски, я любовно прижала её к себе. Переведя взгляд левее, обнаружила оборотня, что значился у нас проводником. Мужчина, отсалютовав мне деревянной кружкой, подмигнул и отвернулся в сторону продефилировавшей девицы. Блондинка призывно покачивала бёдрами, через каждые пару шагов останавливаясь и поворачивая румяное лицо в сторону оборотня. По закону жанра Рэм, он же оборотень, был лучшим другом Попаданки, то есть меня. Никаких любовных интрижек между нами быть не могло, но лёгкий флирт никто не запрещал.
– Льерра! – крикнул гном мне в ухо.
Когда успел наклониться паршивец, я не заметила, но перевела на него возмущённый взгляд и демонстративно прочистила ухо.
– Давай за успех нашей вылазки! – озвучил желание второй гном, с размаху стукнув по моей наполненной кружке.
Пена, вздыбившись, выплеснулась на стол, целясь сползти мне на колени. Ну что возьмёшь с бородатых хулиганов? Отсалютовав оборотню, я сделала большой глоток. А напиток-то хмельной… В ушах зашумело, а губы сами собой расползлись в довольной ухмылке. А что? Такой сон мне очень даже по вкусу.
Стоит отметить, что сами гномы оказались такими, как я себе и представляла: рыжие, с бородой, коренастые. Характер весёлый и вздорный. А вот оборотень был высоким брюнетом с зелёными глазами, мускулистый, как в нашумевшей экранизации небезызвестного романа «Сумерки». М-м-м, люблю таких. Так, что-то я отвлеклась.
– За успех! – кричали гномы. – Отрубим голову Тёмному властелину! Вырвем его чёрное сердце! За успех!
Вся таверна поддержала тост. Глухие удары кружками, громкий смех и противный визг скрипки – всё слилось для меня в единый гомон. Как же я мечтала оказаться здесь! Всеобщее веселье, да и выпитое пиво помогли мне влиться местный колорит. Я не чувствовала здесь себя чужой. Казалось, я пришла с ними, села на минутку, прикрыла глаза и вот меня кто-то разбудил. Тело требовало полного раскрепощения и, отставив тарелку и кружку, я встала. Мне хотелось танцевать и веселиться, ведь совсем скоро я проснусь, а до следующей волшебной ночи ещё очень далеко.
Сунув опустевшую тарелку проходящей мимо девушке, встала на скамейку и, взмахнув руками, чуть не грохнулась на пол. Лишь почувствовав на талии сильные руки, удерживающие меня в вертикальном положении, соизволила обернуться. Эльф? С лёгким непониманием я задумалась. А, точно, был там эльф, помню-помню. Не понимаю, зачем Томка его записала в ряды телохранителей Попаданки. Но он точно был! Молчаливый, блондинистый и с гонором. Глаза зелёные и холодные. Брр, не мужик, а лягушка.
Вообще, у Томки был бзик на зеленоглазых красавцев. Я не раз ей на это намекала, но разве с автором поспоришь? Даже у главной героини глаза зелёные, хорошо, что по факту красотка оказалась блондинкой. Если бы подруга раскрасила её волосы в рыжий цвет, я озверела бы на месте. Такое чувство, что приключения на свои нижние девяносто может найти лишь рыжая зеленоглазая стерва. Что, кареглазым брюнеткам путь в иные миры строго-настрого закрыт? Надоели штампы. Хотя, даже несмотря на зеленоглазый аспект, рассказ пользовался завидным успехом и прежде всего у меня.
– Спасибо, милый, – проворковала я, глядя в надменные глаза. – Я знаю, что вид сзади у меня очень даже соблазнительный, но не рановато ли ты ощупывать решился?
Эльф от такой наглости аж отпрянул. Я чуть не упала, мысленно похвалив себя за неосмотрительность. В этот раз меня ловко поймал совершенно неизвестный мне персонаж. Либо алкоголь слишком рьяно взялся за мой мозг, либо персонаж, на который я косилась, был не из этой сказки. Это, вообще, что за чудо? Сфокусировав взгляд на облике спасителя, обняла его за плечи и попыталась заглянуть под капюшон. Мужчина чуть отпрянул, сохраняя инкогнито. Всё, чем я могла довольствоваться, это силой рук, что удерживали меня вертикально, и серым плащом, что полностью скрывал незнакомца. В отблеске свечей, обильно освещающих питейный зал, блеснул острый подбородок и красиво очерченные губы. Пьяная женщина – страшная сила. Еле остановила саму себя от желания попробовать эти самые губки на вкус. Бред какой-то. Алкоголь – зло! Снова сфокусировала взгляд на мужчине, поражаюсь диссонансу. На вид бродяжка, а сам чистенький и пахнет привлекательно. Нет, точно не помню кто такой.
– М-м-м, благородный рыцарь, а не поставите ли вы меня на стол, я вам такое тут устрою! – предложила я ему.
О чудо, через мгновение мои ножки уже стояли на столе. И почему я думала, что гномы маленькие? Как же я ошибалась. Они с меня ростом! А вот борода жёсткая. Жаль, лицом в неё уткнулась. Просто кто-то криворукий, поставив меня на стол, слишком быстро отпустил. Мир пошатнулся, от чего мне показалось самым уместным уткнуться в грудь Дарина. Я не учла наличия у него раскидистой метёлки вместо бороды. Поколол он меня знатно, пару раз прижав к своей волосатой моське, пока ставил в вертикальное положение.
Выплясывая втроём разные замысловатые па, мы смеялись и веселились. Вот это я понимаю идти на Тёмного властелина. Да после такого весёлого шабаша нам его раздавить раз плюнуть! Правильно придумали гномы: надо орать похабные частушки, чтобы он там в своей Тёмной башне от страху сдох! И когда мы придём, нам останется лишь его хладный труп ногами попинать. Всё гениальное – просто. Обожаю гномов…
Неожиданно под нашими ногами раздался подозрительный хруст, импровизированная сцена испарилась, отправляя меня в свободное падение.
– Ей, поаккуратнее, – жалобно проблеяла я.
Сильные мужские руки вытаскивали меня из-под обломков на первый взгляд не убиваемого стола.
– А что так больно-то? – пожаловалась я, потирая поясницу. – Сон же. А во сне болеть не должно.
– Уверена, что сон? – Тихий бархатистый смех пробрал меня до самых поджилок.
Я столько раз писала о таком вот голосе и наконец сама услышала его воочию. Да, вот они, мурашки предвкушения, пробежавшие сверху вниз и обратно! Передёрнув плечами, я резко обернулась. О, опять он!
– А ты, вообще, кто такой? Что-то я тебя не помню, – прищурив взгляд, потребовала представиться таинственного незнакомца. – А то ходят тут всякие в моих снах, ноги не вытирают… Так, между прочим, можно всю душу истоптать.
– Лер… хм, – неожиданно подавился кашлем мужчина, – Льерра, я странник, которого вы наняли, чтобы пройти через горный перевал.
– Да? – искренне удивилась я. – Что-то не припоминаю. Вроде же гномы хотели подземным царством провести.
Махнув неопределённо себе за спину, я продолжала нежиться в объятиях таинственного незнакомца. Ноги-то отказывались держать, то ли от дурманящей слабости, то ли от количества пива. Да и спина побаливала, намекая на то, что сны тоже бывают разными. Какие же у меня всё-таки реалистичные сны!
– Так не сумели же, – насмешливо произнёс мужчина.
Что значит – не сумели? А что делали? Так, недоработочка…
Подозрительно покосившись на мужчину, я пыталась понять – врёт или нет. Надо меньше пить, а то глаза в кучу. Интуиция только икает, стыдливо помалкивая. Я, конечно же, попыталась пронзить таинственного героя цепким взглядом. Да, пусть не думает, что раз я пьяна, то ничего не помню. Помню… Вроде что-то было про проводника. Хотя зачем он нужен – не помню. Гномы эти горы как свои пять, ой нет, у них же вроде четыре пальца.
– Дарин, Тарин! – зычно крикнула я, отталкиваясь от странника. – А сколько у вас пальцев?
– У меня четыре!
– А у меня двадцать!
Отозвались гномы, разглядывая свои руки. Весёлый смех опять сотряс таверну. А вот я запуталась, а потому самолично пошла, а точнее, полезла проверять наличие этих самых пальцев.
Считали долго, всем коллективом, пока эльф не взял всё в свои руки и не сообщил, что у Дарина двадцать пальцев, так как считал он и на ногах. А вот у Тарина всего восемнадцать, так как кто-то отрубил ему два пальца. Обидно за друга. Я, конечно, не кровожадная, нет. Но вот так стало жалко Тарина, что предложила найти и отрубить этому «кому-то» всё, что выступает, начиная с пальцев.
Меня поддержали гномы и оборотень. Обидчиком оказался некий тролль, который жил не так далеко в горах. Всего-то часа три пути. Я потребовала у трактирщика еды в дорогу, так как планировала немедленно отбыть на тролля. Добрый мужчина радостно закивал мне в ответ и ушёл в кладовку.
Мы с гномами распевали походно-строевую песню, которой я научила своих друзей. Музыканты пытались аккомпанировать нам. Но я видела, что моя идея была не по нраву нашему первородному. Эльф же скривил такое лицо, словно ему лично предложили пальцы рубить.
Странник предложил отложить поход на утро. И тут я поняла, что все предатели! Даже гномы и те согласились с тем, что с утра самое оно идти на тролля. Я пыталась объяснить, что медлить никак нельзя, что тролли днём спят, и активны только ночью. Радостно воскликнув, гномы поблагодарили за информацию и повалились спать в ожидании утра. Трактирщик, сплюнув, бросил походную сумку и вновь вернулся за барную стойку.
Я, обиженно засопев, села напротив этих слабаков. Рэм куда-то свалил, наверное, спать собрался, а рядом со мной подсел странник.
– Ты чего угрюмая? Обиделась, что ли? – насмешливо прошептал он мне на ухо.
По телу разлилось приятное тепло. Протянув руку, попыталась стянуть с сопротивляющегося странника капюшон. Но он поймал мою ладонь, и… Сердце замерло в груди от неожиданности. Жар вспыхнул и растёкся по спине. В общем, он поцеловал мою ладонь, в самый её центр. О, это было так мило, что слёзы навернулись на глаза. Вот почему в реальности нет таких обходительных мужчин? Почему такое возможно только здесь, во сне?
Разогнав розовый туман в голове, я с прищуром посмотрела на мужчину. Это не первый фэнтезийный роман и по законам жанра так ведут себя только очень старые персонажи, которым лет так за тысячу. Переведя взгляд на губы, я усмехнулась догадке. Ну точно, верхняя губа чуть выпирает, потому что…
Тут я придвинулась ближе к страннику, приподняла его губу, тут же поцарапавшись об острый клык.
– Вампир! – радостно обличила я мужчину. – То-то капюшон на глаза натянул. Поди красные!
В таверне воцарилась тишина, взоры всех были направлены на меня, чей указующий перст уткнулся в грудь мужчине. Странник же сидел и ухмылялся.
– Не отгадала, – протяжно вымолвил он.
– Хм, – задумчиво хмыкнула я. – Не верю! Докажи!
– Что я должен доказать? – не понял меня мужчина.
– На, пей! – выпалила я.
Смело откинув волосы, оголила шею и подставила её подозреваемому в тёмных делах мужчине. Странник растерянно оглянулся. Гномы, проснувшиеся от моих криков, подтянулись ближе к нам. Трактирщик забыв, что наливает пиво, которое уже переливалось на стол, таращился на меня. Лишь эльф сделал вид, что вообще ничего не происходит.
Странный сон у меня какой-то, постоянно ощущаю эротический подтекст. Не иначе как сказывается долгое воздержание в реальной жизни. Эх, любовника, что ли, завести? А лучше двух, чтобы не дай бог не влюбиться.
Меж тем сильные руки осторожно прижали меня к мужскому торсу. Пальцы при каждом касании обжигали кожу, заставляя задерживать дыхание. А непонятный, но оттого не менее притягательный аромат щекотал ноздри, туманя сознание. Еле осознавая, что происходит, я переместилась на колени к страннику. Тело предательски заныло от близости потенциального удовольствия. Щёки заалели, выдавая сокровенные мысли, а дыхание стало глубоким, грудным, вздымая и медленно опуская ноющую грудь.
Никогда не ощущала такой бурной реакции на мужчину. Хотя и мужчин-то у меня было – вспоминать грустно. Длинные пальцы пробежались вдоль шеи, убирая локоны и отвлекая меня от сторонних мыслей. Мурашки организовали марш протеста, я бы тоже возмутилась, если бы голос меня слушался. Только сейчас я осознала весь идиотизм ситуации. Меня сейчас укусят! Я сама, добровольно, отдалась в руки упыря. Так сказать, на блюдечке с голубой каёмочкой. И этот клыкастый даже не подумал отказаться! Да чтоб он подавился, ирод зубастый! Чёрт, вот дура!
От страха меня стало потряхивать. Я было рыпнулась в сторону, но сбежать не дали сильные руки. Они прижали меня, практически вдавливая в мощное тело, чтобы перестала трепыхаться. Резко протрезвев, облизнула пересохшие губы.
– Только я это… – проблеяла, сглатывая. – Я боли боюсь, – призналась я страннику, чувствуя дыхание на коже.
– Да? Хм, а больно не будет. Обещаю, – искушающе прошептал мужчина.
Зажмурилась и сжала кулачки, понимая, что готова скатиться в банальную истерику. А этот гад медлил, видимо, удовольствие растягивал.
– Ну! – не выдержала я, подгоняя.
– Льерра, а у нас кола нет, – зачем-то заявил мне Тарин.
Как будто если бы кол у них был, мне бы стало легче. Вовсе нет. Терпение кончилось. Я готова была прекратить весь этот фарс, но воздух застрял в лёгких, ибо странник прикоснулся губами к шее. Потом ещё и ещё… Опешив, я не сразу поняла, что он меня просто целует, легко и нежно.
Возмутившись, я ударила шутника в грудь и, вывернувшись из его рук, не скрывая гнева, уставилась на странника.
– Ты чего творишь? – выкрикнула, подбочившись.
– Как что?! – наигранно удивился мужчина. – Пью сладкий нектар с твоей очаровательной шейки. Я не привык отказывать дамам, о добрейшая Льерра.
– Ты вампир или нет? – строго спросила у него.
Да и вообще чего это я так расстроилась? Можно подумать, мечтала, чтобы меня упырь какой высосал. Демонстративно вытерла шею, вроде как избавляясь от чужих слюней. Конечно же, там их не было, но для профилактики нужно создать видимость. Пусть не думает, что мне понравилось. Ишь какой шустрый и безотказный! Знаем мы таких, всем угождающих.
– Снимай капюшон! – уже потребовала у него, пригрозив. – Иначе будем колом в сердце проверять вампир ты или нет.