Смятая память

Очень часто мы не знаем, какую дверь нам выбрать, чем и каким образом ее открыть. Бывает так, что у тебя есть ключ, но ты не знаешь от какой он двери. Можно сломать ключ, пытаясь открыть неподходящую дверь.

Если у тебя нет ключа – то отпереть дверь становится сложнее или вообще невозможным. Можно сломать дверь.

Мы стоим перед выбором – выбрать одну дверь или постучаться во многие. С ключами то же самое – их может быть множество, или напротив, одним ключом можно открыть несколько дверей.

Но бывают ключи уникальные, эксклюзивные, в одном экземпляре и они бесценны. Ключом может быть что угодно или кто угодно…

Глава 1

– Я хочу ее увидеть, пообщаться с ней, – лицо Дамиана было напряжено от сдерживания эмоций, попытка оставаться невозмутимым в такой ситуации стоила ему немалых усилий. Он открыто нервничал и на его немного морщинистом лице, покрытом трехдневной щетиной, скулы то и дело двигались, выражая тем самым еле сдерживаемую злость.

– Хорошо, мы приедем завтра на ужин. Я думаю, с этим проблем не возникнет, – лицо молодого мужчины оставалось на удивление спокойным, безмятежным и красивым, даже слишком красивым для мужчины. Его пальцы медленно отстукивали только ему известный ритм по его колену. Поза, которую он принял – развалившегося в кресле человека, выражала спокойствие присущее тибетским монахам, но это лишь раздражало его собеседника.

– А нужно, что бы проблемы возникли! Ей нужна встряска! Ты же все понимаешь! Не мальчишка уже! – мужчина по-прежнему нервничал, его нижняя губа забавно затряслась от напряжения, на что молодой собеседник незамедлительно отреагировал еле скрываемой улыбкой.

– От этого многое зависит, – не унимался Дамиан, – Хорошая встряска может ускорить процесс, на который мы так рассчитываем. Полагаю, мы не ошибаемся в своем выборе.

Он потер ладони, предвкушая скорое исполнение наяву, столь желанного запланированного в его голове будущего. Требовательный взгляд буравил насквозь молодого мужчину, сидевшего в глубине комнаты. Но безрезультатно, лицо его было в тени, и Дамиану так и не удалось распознать эмоции, захватившие парня. Что ему определенно не понравилось. Ему никогда не нравилось, когда обстоятельства выходили из-под должного контроля. Из-под его контроля. Дамиан привык всех держать на коротком поводке, но человека, сидящего в кресле, никак не мог приручить. Сколько бы он не пытался, все его попытки превращались в прах и оставляли неопределенное чувство совестливости. По отношению к другим подобного неприятного для него чувства он не испытывал.

– Надеюсь на это, – наконец, как-то неуверенно произнес его оппонент, встав из своего мягкого убежища и приблизившись на столько, что Дамиану не составило труда увидеть, как на лице молодого человека появились признаки беспокойства. В его глазах читалось сомнение в правильности содеянного.

– Ключевая фраза из всего, что ты сказал: «Полагаю, мы не ошибаемся». Что ты задумал? – обратился он к Дамиану. В голосе откровенно звучали нотки подозрения.

– Укради ее, – выдохнул Дамиан, – думаю, для начала сойдет такой сценарий.

– Ха.. – это все что я могу высказать на поступившее предложение.

Дамиан с интересом продолжил из подлобья наблюдать за реакцией своего собеседника. Молчаливая борьба продолжилась. Так и не увидев ожидаемого восторга от своего предложения в изучаемой реакции, мужчина поспешил сгладить обстановку.

– Что ж, извини! Но ничего другого в мою голову пока не приходит! – он развел руки и сделал «кислое» выражение лица, думая, что это действие подтвердит правдивость его слов.

– Никак не могу взять в толк, просто не могу понять почему тебе не понравилось мое предложение. Ведь оно определенно поможет ускорить процесс. Можно даже сказать, что я уверен в этом. Хмм… Процентов на семьдесят. Но…

Тут мужчина заметил, как брови его собеседника вопросительно поползли вверх, и форма идеального лица немного исказилась, выражая полное недоумение и возмущение одновременно. И тишина… «Внутренняя борьба. Пусть». Дамиан терпеливо выжидал запала слов. Прошло не менее минуты, прежде чем он снова обрел дар речи.

– Ну, уж нет, это слишком! Ты что не понимаешь? Не понимаешь? – не увидев должного понимания в лице Дамиана, молодой человек начал передвигаться из одного конца кабинета в другой, набирая скорость с каждым разворотом тела.

– Она не игрушка и не пешка в твоих играх! Мы так не договаривались! – попробовал возразить оппонент, захлебываясь от переполнявшего его негодования.

– Что значит «Укради»? «Ускорить процесс?», а если нет никакого процесса, нет и не будет ничего того, о чем ты грезишь.

Собеседник Дамиана выглядел угрожающе, а мужчина не любил, когда ему противоречат.

– Что тогда? Что?

Дамиан был слишком властолюбив и требователен ко всем окружавшим его людям, без какого– либо исключения. В данном разговоре он так же не собирался уступать своему оппоненту.

– А мы не договаривались, что ты по уши влюбишься в нее всего лишь за неделю и подставишь под угрозу воплощение многолетних моих стараний!

«И почему я этого не учел?»– мысль пронеслась, словно ястреб в его голове.

– Я не могу этого допустить, все должно происходить так, как я говорю и тогда… Я не могу позволить подобного отступления от задуманного мной. Я сценарист и режиссер в этой постановке! Я!

Дамиан отвернулся от юноши к книжным полкам. Глядя на многочисленные, аккуратно расставленные книги, полные людских мыслей, историй и действий, он всегда успокаивался, но не на этот раз. Сейчас он не мог сосредоточиться ни на чем ином, кроме этого разговора. Уж слишком важен он был для него. Он даже попытался молить Бога, что бывало крайне редко в его жизни, о том, чтобы его идея не превратилась сейчас в пух и прах. Но Бог его не услышал. Видимо поэтому Дамиан и молился нечасто. Он понял, что не был услышан по бьющим в спину беззвучным волнам противоречий, посылаемым его собеседником.

– Мне все это начинает надоедать. Ты сходишь с ума и становишься одержим, и поскольку я не главный актер, то желаю разорвать так называемый контракт! – молодой человек вышел, не дожидаясь ответа, демонстративно хлопнув дверью.

Лицо Дамиана раскраснелось и стало под стать цвету одетой на нем рубашки – грязно розового цвета. На груди рубашка потемнела от пота, лоб покрылся испариной, и его ушедший оппонент без труда смог бы понять, что важнее для мужчины ничего на свете нет, на данный момент. Но он покинул комнату и не видел всего этого. Что определенно порадовало бы его этаким вкусом небольшой, но сладкой мести.

– Ты сделаешь это, сделаешь, – задумчиво, почти шепотом, произнес Дамиан, и на его лице появилось выражение мечтательности и предвосхищения чего-то долгожданного. В этот момент, наблюдавшему за ним человеку со стороны, могло показаться, что он отрекся навсегда от мирской суеты. На самом же деле он визуализировал мечту всей его осознанной жизни. Его самое сокровенное желание.

***

Я бегу, точнее, убегаю, убегаю настолько быстро, насколько позволяет длина моих безупречных ножек. В моей голове одна мысль: «Боже.. Как я, такая красавица и умница, с хорошим воспитанием и прочими составляющими, самостоятельной, уверенной в себе девушки 23 лет, смогла вляпаться в такое!» Подгоняю себя словами: «Ну же, ты же можешь побыстрее! Можешь, я знаю!», уговариваю себя, повторяя, словно заклинание, снова и снова. Осознавая, что мне определенно необходимо прибавить скорость, в то же время я понимаю, что ситуация и образы вокруг меня не совсем реальны. Несмотря на подобные мысли, непрестанно роившиеся в голове, я приложила немалые усилия, дабы увеличить свою скорость. В противном случае – я понимаю это, меня догонят и объяснят, что же нужно моим преследователям. Я не горю желанием разговаривать с тремя бегущими позади яростными и совершенно незнакомыми мне мексиканцами! Передохнуть бы. Я чувствую, что мой лоб и шея покрылись испариной. Я ощущаю усталость, несравнимую с моими максимальными физическими нагрузками, после двадцати минут занятий пилатесом. Ух, какая жара! Да, Калифорния во всей красе. Струйка пота, образовавшаяся после активного бега, потекла по шее и остановилась в ложбинке между грудей, сдерживаемая лишь нижним бельем, от того, чтобы продолжить свое движение вниз по животу. Если бы это была сцена из очередного голливудского фильма, я бы с интересом ее посмотрела, но когда я в главной роли, да еще и жертвы, в самой настоящей жизни – для меня это слишком! Бежать, нужно бежать, бежать не останавливаясь.

В голове то и дело проскальзывают мысли: «Ну что же я им сделала?» И это Солнце обжигает кожу до боли, режет глаза. Такое ощущение, что моя кожа начинает плавиться. Я провела левой рукой по правому предплечью и прикрыла глаза, от чего появилось ощущение пробивающихся сквозь веки солнечных зайчиков, водящих хоровод. Стоит мне отвлечься от гонки на пару секунд и это может стоить мне свободы. Я неосознанно остановилась. «Почему я не подумала, что они угрожают моей свободе? Нужно бежать…»

В этот момент я попалась.

– О, нет! – слышу свой охрипший голос. Моему разочарованию нет предела, – Надо было бежать, а не думать! Просто бежать и все! И все! – Я зла и разочарованна. Мои слова адресованы самой себе. Моя самоирония на этот раз решила не вклиниваться в монолог упреков.

– Привет дорогая, а ты быстро бегаешь! – от самобичевания меня отвлек дружный и тем самым еще более отвратительный смех моих преследователей.

От усталости на глаза наворачиваются слезы. Готовая расплакаться от обиды на саму себя, я обмякла в руках преследователей.

– Не хочешь поинтересоваться, зачем ты нам понадобилась! – сказал один из догнавших меня парней, выглядевший не таким уставшим как я, несмотря на мокрую от пота футболку со знаком «PEAСE!».

«Что «МИР»? Ок, они должно быть миролюбивые»– как всегда подшучивает мой внутренний голос– мой товарищ, мой друг и мой критик.

– Отпустите меня немедленно! Я ничего не хочу знать! – яростно пытаюсь высвободиться из клешней спортивных, рельефных рук.

– И я тебе не дорогая! – добавляю слабым голосом, похожим на довольно зловещее шипение.

– Прекрати дергаться! – слышу я ответ на свою попытку снова отбиться от парней. Своими неуклюжими, но яростными движениями, я лишь вызвала их насмешки. Вот черти, еще и смеются! Я возмущена!

Парни начинают, молча, словно по договоренности, как стая гиен кружить вокруг меня. То и дело, они толкают мое трясущееся тело из одних сильных рук в руки другие, не менее слабые, не давая мне и малейшей возможности выбраться из этого адского водоворота.

– Конечно, – язвительная улыбка исказила симпатичное лицо завоевателя беспомощных женщин – Отпустим, сразу же после полученной информации от тебя! Ты очень дорога! Я не зря тебя так назвал.

Я в замешательстве и устала.

– Ха.. Ты знаешь об этом? – продолжил завоеватель номер два, – То, что находится в твоей голове очень дорого. Запомни это!

Я непонимающе замотала головой и прикрыла веки, пытаясь хоть как-то отгородиться от неприятных ощущений. Мое лицо перекосило от отвращения. Я чувствую неприятный запах пота, исходивший от того, в чьих руках нахожусь на данный момент. Меня наконец-то перестали толкать. Только теперь я ощутила, что солнце будто перестало обжигать, лишь благодаря сковывающим объятьям незнакомца, который был на пару десятков сантиметров выше меня и тем самым образовывал своеобразную тень над моей головой. Они молчат, и я выжидающе молчу. Я решаюсь взглянуть на лица преследователей. Передо мной стоят, насмехаясь два красавца-мексиканца, похожие друг на друга, словно двойняшки. Одеты они в светлые футболки с непонятными узорами, синие джинсы, обтягивающие перекаченные бедра и сандалии. Они даже одинаково сложили руки на груди, словно говоря этим жестом о том, что им и делать ничего не пришлось, чтобы поймать меня. Третий же сдерживает мои активные порывы смыться с этого места подальше. Я попыталась развернуться к нему лицом, немного отстранилась и подняла голову, чтобы взглянуть на него и солнце моментально заставило меня снова спрятаться в тени его высокого и стройного тела. Пришлось снова уткнуться в футболку с запахом пота и надписью «PEACE!». Эх, были бы они мирно настроены, я бы с огромным удовольствием пошла с ними на контакт и спокойно пообщалась, но в такой ситуации…Я оглянулась, насколько это возможно в моем положении. Вокруг – ни души. Где все люди? Почему никого нет? Никого нет, чтобы мне помочь! Это обстоятельство совершенно не радует. Более того, отсутствие прохожих обострило ощущение безысходности.

– Да отпустите же вы меня! – не оставляя попытки вырваться, я снова начала дергаться и пинать державшего меня парня.

– Не дергайся! А то сделаю больно! – Он был слишком стоек, для моих девичьих рвений доказать, что у меня тоже есть сила.

– Что за неугомонная деваха? – Близнецы переглянулись. Поняв, что причиняю вред только себе, я попыталась успокоиться и перевести дыхание, судя по которому мои легкие готовы были выпрыгнуть из грудной клетки.

Несмотря на попытки восстановить спокойствие, кровь с шумом пульсировала по моим венам, а в горле встал комок – обычное явление после бега при сбившемся дыхании. Я могу слышать стук своего сердца, он с ошеломляющим грохотом отдается в моей голове. Что ж, попытки вырваться не принесли успеха. Я снова обмякла в цепких оковах сильных рук. Обессиленная.

– Ок, я перестаю дергаться и прочее.

– Вот и отлично, а то смотрю ты слишком резвая!

В ответ я подарила вымученную, полную презрения улыбку. Прикрыла глаза ладонью и крепко их зажмурила, до полного ощущения темноты, затем открыла их, попытавшись взглянуть на сложившуюся ситуацию по– новому. Тут же у меня возникло неконтролируемое желание положить свои руки на руки, обвивающие меня тисками. Я провожу по ним, пытаясь сконцентрироваться на ощущениях незнакомого человека. Глубоко вздыхаю.

– Что ты делаешь, черт тебя подери?

О, я смутила захватчика. Я чувствую, как он напрягся.

– Хорошо, и так, давайте поговорим, раз уж вы так настроены на диалог. Что вам нужно? Какая информация?

Я снова попыталась успокоиться, но из этого ничегошеньки не вышло. Что за чертовщина? Кто они? Это единственное что крутится у меня в голове на данный момент. И громыхающий стук испуганного сердца.

– Силы тебя покинули, голубка, – констатировал очевидный факт мексиканский красавец.

Я снова зажмурила глаза. Что? Голубка? О, боже! Что он говорит такое? Какая голубка? Сделав выдох, я презрительно взглянула на одного из «двойняшек». Мысли мои немного отвлекли меня от страха, парализовавшего мгновение назад, во время того, как я оказалась пойманной. Казалось, прошла вечность, как вокруг меня сомкнулись эти руки.

– У тебя появился интерес? – продолжил захватчик.

– Вижу по твоим испуганным глазкам, что ты готова выслушать нас. – Сказал мексиканец, что повыше из «двойняшек» и неуклюже усмехнулся, нагло смотря мне в глаза.

О! Высшая отметка тебе за сообразительность! Я мысленно настраиваюсь на разговор с неприятелями.

– Какая информация? – говорю вслух, понимая, что от страха сердце сжимается в малюсенький комочек.

– Очень важная, дорогая, очень важная!

– Говорите по существу, не нужно меня еще больше пугать, я и так достаточно напугана. Перестаньте пудрить мне мозги!

В этот момент меня выпустили из ручных оков, и я оказалась в середине мексиканского треугольника на палящем калифорнийском солнце.

Я смотрю по очереди на каждого из парней и не различаю их лица. Все смешалось в голове и плывет перед глазами. К горлу начала подступать тошнота.

Какой-то калейдоскоп! Внутренний голос отмечает, что я удачно подобрала сравнение. Очертания окружавших меня людей начали размываться и становились похожими на кляксы, чрезмерно приправленные водой. Протянув руку, я попыталась ухватиться хоть за один образ, но попытка оказалась неудачной. Водоворот клякс и размазанных лиц закружил меня в каком-то зловещем тоннеле по направлению к свету. Звон раздавался со всех сторон, и, казалось, сопровождал меня.

– Что это? – недоуменно спрашиваю, у мелькавших со скоростью света лиц.

– Что это за звон? Откуда? – Ответом мне были жуткие, отвратительные гримасы.

– Похоже на мой… Похоже на мой…

Мой голос охрип от усилий, потраченных на сопротивление.

– Будильник! – хрипло выкрикнула я и открыла глаза полные слез.

Я очнулась в мокром поту. Ну и сон! Как долго это будет продолжаться? Эти жуткие сны меня пугают и оставляют без хорошего настроения на все утро, а то и на весь день. С того момента как я поменяла место жительства мне периодически сниться этот кошмар или подобные ему приключения. Сегодня этот сон оказался короче обычного и в нем был новый эпизод -загадочный тоннель. Выбраться мне из него помог будильник. Меня часто «передергивает» от воспоминаний своего сна в течение дня. Кажется, что в моем сознании что-то меняется против моей воли. Кто-то стучится туда извне. А подсознание противится и предупреждает о вторжении посредством жутких снов.

– Пришла пора посетить психолога…– Снова смеется внутренний голос. Нет! Последний вывод показался мне устрашающим. Рассказывать о своих переживаниях и снах, о своем личном чужому человеку… Ну уж нет! Эта мысль привела меня в еще больший ужас. Сказывается русский менталитет. Я привыкла делиться всем со своими подругами, а теперь их нет рядом. Электронные письма и скайп не очень-то помогают в общении. К тому же разница во времени огромная. Во время того, как мне может понадобиться совет, подруги уже спят. Личный контакт, физическое ощущение участия ни с чем несравнимы. А помощь и советы бывают иногда так необходимы. Хотя обычно, все за советами шли ко мне. Но тут, может быть, сказывается ностальгия, по беспечной юности. Я потянулась и приняла позу «звездочки». Немного поваляться в кровати и предаться воспоминаниям– это то, чего я хочу именно сейчас. Доносившиеся из открытого окна звуки проснувшейся улицы мешали расслабиться. Мысли вернули меня на пару недель назад.

– Это не та роль, которую я хотела бы сыграть! Я, конечно, немного могу побыть в роли помощника. Но это не совсем то, о чем я мечтаю! – недовольно повторяла я в который раз, стараясь выразить свое отношение к поступившему предложению «поработать» от бойфренда.

– Зато эта роль– главная! Можешь считать, что это репетиция! Ничего страшного, дорогая, – услышала я в ответ, – Опыт в новой трудовой сфере никогда еще никому не помешал, попробуй, поработай с недельку, в конце концов, ты всегда можешь уйти.

Мой милый как всегда был напорист, и ничего другого я от него не ожидала услышать. Как будто ему всегда хотелось видеть свою девушку в роли помощника руководителя. Мне тогда были непонятны его странные порывы. Я отрицала саму возможность разнообразить свою жизнь подобным образом. Все мое существо противилось.

Почему он так настойчив? Ему от этого никакой пользы. От этого выбора с моей стороны только отрицательные эмоции. Глубокий вдох и разочарованный выдох должны были показать наглядно мой настрой.

Не сработало. На меня с укором смотрели насмешливые глаза. Как на маленькую девочку! Мое неодобрение упорно не хотели замечать. Я сделала недовольное выражение лица, чем опять – таки попыталась выразить свое отношение к данной затее. В ответ отрицательное и снисходительное мотание головой.

– Хорошо, но только совсем недолго, ведь меня ждет моя «Американская мечта» и ей уже давно пора осуществляться. -Понимаю, что меня снова уговорили. Я быстро сдалась. Не выдержала молчаливого спора глаз. Впрочем, как всегда. Я загоралась словно спичка, если в голову приходила идея, которая захватывала мои мысли полностью. Но спичка быстро догорает. Так и мой запал был всегда недолговечен. И так происходит постоянно с завидной периодичностью. Загорелась и тут же перегорела. И в этот раз будет точно так же, как всегда.

Я медленно продолжаю одеваться, под напористым взглядом карих глаз. Сегодня на мне будет платье темно– зеленого цвета, безупречно сочетающееся с моими зелеными глазами и темными волосами, спускавшимися ниже плеч безупречными волнами.

– Помоги мне застегнуть молнию, дорогой! – Мою просьбу без промедления поспешили выполнить.

– Твоя спина, такая стройная всегда приводит меня в восторг. Я чувствую возрастающее желание. Ммм…

Милый сделал вдох и начал покрывать мою спину поцелуями. От его нежных прикосновений по телу пробежали мурашки. Я повернулась к нему и взглянула с игривым упреком в томных глазах. Положив голову ему на плечо, вдохнула столь полюбившийся мне запах.

– Прекрати! – попробовала я наигранно воспротивиться, но моя попытка оказалась безуспешной.

– И твоя изящная шея…– смакуя каждое слово и не обращая внимания на мой мнимый протест, он откинул мои волосы, обнажив шею, и принялся покрывать поцелуями наиболее чувствительную часть моего тела. Более не пытаясь оказать сопротивление, я поддалась волнительному напору с его стороны. Все произошло прямо на зеленом платье, мигом слетевшим с моих плеч во время страстных объятий и поцелуев.

Позже я поняла, что платье испорчено и безнадежно измято. Мне придется надеть что-то другое. Так начался мой первый рабочий день.

«Да перспектива не радует, но я сама поддалась уговорам!»– думалось мне во время вторичного переодевания в платье без молнии, дабы не пробудить снова необузданную страсть возлюбленного. «Возлюбленного ли? Как бы там ни было – он чертовски хорош собой!» Я мысленно улыбнулась только что пережитому счастью, подойдя к окну, задержала свой взгляд на безоблачном небе. Боковым зрением увидела поникшие листки растений на своем окне. «Да, и нужно полить цветы – они совсем засохли». Мой внутренний голос отметил, что моя совесть наконец-то выспалась и напомнила о себе.

– Мне абсолютно нет до них дела. Зачем они в моей квартире? – Я пожала плечами, словно отвечая самой себе на заданный вопрос. Вечером. Полью их вечером. В который раз дала себе обещание.

– Ты что-то сказала, милая? – раздался голос из душа,– Я уже иду…

«Отлично», – подумала я, не потрудившись ответить.

Однако вечером, я уже не думала о цветах. Я мысленно подводила итоги с уставшим видом лежа на мягкой софе цвета кофе, подняв ноги выше головы. Мой первый день на работе – скукотища. Непонятность. Неразбериха. Неутешительный вывод. Левая бровь вопросительно поползла вверх. Да именно так бы я назвала свое состояние. Ну что ж, начнем разбираться. Я уставилась в потолок, словно увидела в нем собеседника. Воображаемое выражение лица выражало решительность. И я продолжила свой внутренний монолог. «Я всегда стремилась узнать что-то новое, чему-то обучиться, так что буду направлять свою энергию на познание и самообразование в глубокой завязке с практикой». Решительность буквально за несколько секунд сменилась безмятежностью. Я закрыла глаза и улыбнулась. Я мечтаю совершенно о другом. Возможно, я легкомысленна, но в этом тоже есть свои плюсы. И я о них знаю. Внутренний голос отметил, что в последнее время монолог стал моим излюбленным жанром.

Мысли в первые рабочие дни в должности, не знакомой мне на практике, мягко говоря, пугали и угнетали. Я была твердо уверенна, что это состояние будет продолжаться недолго, а потом все станет намного проще и понятней. Поработаю, осмотрюсь, разберусь, что к чему, надо же на что-то мне жить пока моя мечта не осуществилась. Не хочу быть содержанкой. Думаю, моя работа – не самый плохой вариант. В конце концов, за курсы актерского мастерства тоже надо чем-то платить. А потом – меня ждет слава и безоблачное будущее. Я просто вбила себе это в голову, как установку: «Я буду богатой и знаменитой и никуда мне теперь от этого не деться».

Мысли мои постепенно из воспоминаний вернулись к сегодняшнему дню.

– И какой сегодня день? – спросила я себя вслух и тут же сама себе ответила, – Пятница.

«Пятница! Как быстро пролетела неделя. Последний рабочий день недели»– промелькнула приятная мысль о выходных днях, но ее тут же заменила другая, менее оптимистичная и приятная. «С четверга на пятницу – сны сбываются»– и снова эта русская привычка верить в приметы, сколько бы мне не пришлось приложить усилий, никак не удавалось от нее избавиться. Поза «звездочка» резко сменилась позой «зародыша». Может быть, у меня дар предвидения? Я понимаю, что видеть подобные сны постоянно – не есть признак обычности. О чем часто размышляю по утрам. Да, я еще немного помечтала бы о том, что могло бы со мной быть, если бы я могла предвидеть события и вообще многое знать из практики гадалок, ведьм и экстрасенсов. Эта тематика всегда меня завораживала. Может быть все это неспроста? Завораживающая мысль. Внутренний голос привел меня в чувство реальности. Если бы.. да кабы… Да-да прорицательница, вставай и собирайся на работу! Просто забудь о глупом сне! Помести его в корзину на рабочем столе компьютера и очисти ее. Но мексиканцы из сна никак не хотели покидать мое воображение.