- -
- 100%
- +
– Пройдемте в комнату, там и поговорим. Мы прошли в комнату девушки. На столе лежали книги, конспекты.
– Учитесь в медицинском? – спросила я.
– Да, уже на третьем курсе, а в клинике подрабатываю. Сами понимаете, на стипендию не проживешь, а у мамы зарплата не большая, она тоже медсестра. А в тот день я обратила внимание на мужчину. Я его видела в первый раз и так и не поняла, кого он навещал. Но встретила я его рядом с комнатой Эллы. Я еще подумала, что он пришел к ней. Но он постоял возле двери как бы в раздумье, войти или нет, а потом развернулся и вышел на улицу. Через некоторое время из комнаты вышла Элла и пошла в парк. Она всегда перед обедом гуляла в парке. Я посмотрела в окно, подойдет мужчина к ней или нет. Но его видно не было и я занялась своими делами.
– А вы хорошо запомнили этого мужчину, фоторобот составить сможете? – спросила я.
– Наверное, смогу. У меня хорошая память на лица. Имена забываю, а лицо помню.
– Вы сможете поехать со мной, чтобы составить фоторобот? Я Вас потом привезу назад. Это не займет много времени.
– Конечно, почему бы нет. Если это поможет найти убийцу Эллы, я готова. Мне ее очень жаль. Когда она пошла на поправку, мы с ней даже подружились. Она очень добрая девушка была, – говоря это, Ира быстро собиралась.
Я позвонила Сотникову и сказала, что везу свидетеля, видевшего возможного убийцу Эллы, чтобы составить фоторобот. Когда мы подъехали к отделению, он нас уже ждал. Отвел Ирину к специалистам, а мы прошли в его кабинет.
– Рассказывай, что разузнала, – нетерпеливо спросил Владимир Иванович.
Я рассказала о разговоре с санитаркой и медсестрой.
– Обратите внимание, Элле этот мужчина показался знакомым, и вызывал у нее страх. Возможно, по фотороботу Артем узнает этого человека.
– Хорошо бы. Кстати, Вы знаете, что сегодня Артем чуть не погиб. Когда возвращались с кладбища, у его машины на скорости отвалилось колесо. Пассажиры чудом не погибли. Машина улетела в кювет, а не на встречку.
– И что Вы об этом думаете? – спросила я следователя.
– Думаю, то же, что и Вы. Не удалось упечь Артема в тюрьму, решили отправить на тот свет. Вот только малость перепутали, не то колесо открутили. Боюсь, что на этом убийца не успокоится.
– Удалось что-нибудь выяснить по этому случаю.
– Кое-что удалось. Машин на стоянке перед кладбищем было много, но машина Артема стояла с краю, поэтому, наверное, и колесо не то ослабили. Нашелся свидетель, видевший мужчину, который крутился рядом с машиной Артема. Он подумал, что это какой-то воришка, промышляющий на стоянке автомобилей. Когда свидетель выше из машины и окликнул подозрительного мужчину, тот быстро скрылся. Но свое черное дело сделать успел. Сейчас свидетель составляет фоторобот.
–Итак, что мы имеем, – подытожила я, – два свидетеля, которые видели возможного злодея в лицо. Это уже кое что.
В дверь постучали и вошел лейтенант.
– Вот, что удалось составить со слов свидетелей, – и протянул Сотникову две фотографии. Тот внимательно на них посмотрел и протянул мне. С фотографий на меня смотрел один и тот же человек.
– Что скажешь? – спросил следователь.
– Идет охота на семью Астаховых. И охотник не успокоится, пока не доведет дело до конца. Нужно срочно установить личность этого человека.
– Легко сказать. Это все равно, что искать иголку в стоге сена.
– Где сейчас Артем? – спросила я.
Сотников посмотрел на часы, – Думаю, уже дома. Поминки должны были закончиться еще часа два назад.
– Если не возражаете, я съезжу к нему и покажу эти фотографии, – я посмотрела на следователя вопросительно.
– Сделайте одолжение, – и он протянул мне конверт.
Я вышла из кабинета. Ирина ждала меня в коридоре. Я отвезла ее домой и созвонилась с Артемом. Он действительно был дома.
Когда я к нему приехала, было уже довольно поздно. Артем встретил меня и спросил, что случилось, почему я по ночам катаюсь по городу.
– Ну, до ночи еще далеко, а кое-что случилось, если ты не забыл. Вот смотри, это фоторобот человека, который был в клинике в день смерти Эллы, и человека, который возможно имеет отношение к тому, что ты чуть не отправился вслед за сестрой. Тебе он никого не напоминает?
Артем внимательно посмотрел на фотографию. Потом побледнел и произнес: – Не может быть.
– Ты его узнал?
– Да. Это Колька Алдонин. Мы вместе росли. Даже, можно сказать, дружили. Потом он связался с плохими парнями и загремел за решетку. Тогда его мать пришла к моему отцу и просила помочь, отмазать его от тюрьмы. У отца была такая возможность, но он отказался. Не в его принципах было покрывать преступников. Но прошло столько лет. Неужели из мести он пошел на убийство.
– Ты знаешь, где он живет? – спросила я.
– Где жил раньше, знаю. А где сейчас, трудно сказать. Мать умерла, пока он сидел в тюрьме. Отец нашел другую женщину и уехал куда-то в Подмосковье. У него есть еще сестра, но где она проживает, я не знаю.
– Вот тебе блокнот, пиши все, что знаешь об этой семье. Там разберемся, – я протянула ему свой блокнот.
Получив информацию, я снова отправилась к детективам. Леонид Иванович вызвал своих помощников и озадачил поисками Алдонина.
– Пойдем, выпьем кофе, я расскажу тебе кое-что интересное.
Мы прошли в комнату, оборудованную под столовую. Леонид Иванович включил кофеварку, достал чашки, печенье и пригласил меня к столу.
– Отец Артема чист как стеклышко. Ни каких связей на стороне у него не было. Так что версия с наследниками отпадает. А вот Шумилов вызывает у меня все больший интерес. Мы установили за ним наблюдение. Во время похорон он сделал один звонок, и ты знаешь, кому?
– Догадываюсь. Алдонину.
– Ошибаешься. Начальнику службы безопасности их фирмы, Топорову Андрею Борисовичу. У Артема службы безопасности как таковой не было. А вот у Шумилова была, и она автоматически стала службой безопасности вновь созданной фирмы. Шумилов с Топоровым давние подельники. Я думаю, что шеф дал своему церберу команду фас, и он устроил аварию Артему. Алдонин исполнитель, Топоров посредник, а заказчик – Шумилов. Но все это нужно доказать. Я разговаривал по этому поводу с Сотниковым, он со мной согласен, но помочь мало чем может.
– Он что, не может получить санкцию прокурора на прослушку разговоров Шумилова и Топорова? – удивилась я.
– Говорит, что не может. Нет оснований. А на одних подозрениях далеко не уедешь.
– А если вам установить прослушку в кабинетах того и другого, – предложила я.
– А что это даст? По мобильнику они могут разговаривать за пределами кабинета. Скорее всего, так и происходит. Они же не настолько наивны, чтобы не догадываться, что могут стать основными подозреваемыми. Поэтому, будут вести себя очень осторожно.
– Нам нужен Алдонин. Если его расколоть, то он сдаст Топорова, а тот в свою очередь, Шумилова.
– Легко сказать, расколоть. Ты что, предлагаешь его похитить и пытать? – спросил Грач, – знаешь, что за это бывает.
– Знаю, я же юрист. А что Вы предлагаете?
– Вести наблюдение за всеми троими. Рано или поздно, но они предпримут новую попытку убрать Артема. Тут-то мы их и возьмем.
– Весьма рискованный вариант. А вдруг у вас случиться прокол, и мы получим еще один труп в семье Лукиных. Меня такой вариант не устраивает, – заявила я решительно.
– Предлагай свой вариант, – сердито сказал Грач.
– Я уже предложила. Ваша задача сейчас не спускать глаз с Алдонина. Либо ему снова поручат ликвидировать Лукина, либо уберут самого, как не нужного свидетеля. Я думаю у Топорова таких Алдониных в запасе много. А я поеду воплощать в жизнь свой план.
Легко сказать, воплощать свой план. Я надеялась на помощь Скоробогатова. Два раза он мне уже помогал. Согласится ли в третий раз. Хотя и я ему помогала. После нашего первого дела по квартире, он обращался ко мне еще два раза. Дела были пустяковые, но тем не менее он всегда оставался доволен моей работой и предлагал обращаться, если потребуется его помощь. В данном случае мне была нужна его помощь.
Я позвонила Валерию Ильичу и мы договорились о встрече. От ресторана я отказалась и приехала к нему в офис. Вкратце рассказав суть дела, спросила, сможет ли он мне помочь разговорить Алдонина.
– Да не проблема. Ты же мои методы знаешь. Твоя задача показать мне этого терпилу, а дальше все будет сделано в лучшем виде.
Я набрала номер телефона Грача и спросила, где сейчас Алдонин.
– В больнице. Я собирался тебе звонить. – Что произошло? – спросила я, догадываясь, какой будет ответ.
– Я полагаю, что его хотели ликвидировать. Его машину подрезал какой-то раздолбанный жигуленок и Алдонин улетел в кювет пару раз перевернувшись. Машина загорелась. Он бы погиб, если бы не мои ребята, которые все время вели его. Они успели вытащить его из машины до того, как она взорвалась. Сейчас он в больнице с тяжелыми переломами, но жить будет. Мои ребята дежурят около него. В криминальных новостях пройдет сводка, что Алдонин погиб во время аварии. Так что искать его не будут. Думаю, что после этого случая он заговорит, во всяком случае, я на это надеюсь, – вздохнул Леонид Иванович.
– Что-то случилось? – спросил Скоробогатов.
– Похоже, моя проблема разрешилась без вашего участия. Алдонин в больнице, его пытались убить. Думаю, что теперь он сдаст своих заказчиков с потрохами.
Следователя к Алдонину врачи допустили только на следующий день. Но Грач опередил его и успел подготовить Николая к приходу следователя. Он объяснил Алдонину, почему произошла эта авария и предупредил, что если он не захочет сотрудничать со следствием, то его заказчики узнают, что он жив и в какой больнице лежит. Даже номер палаты им сообщат. И тогда он, то есть Грач Леонид Иванович, за жизнь Николая и ломаного гроша не даст. Алдонин не стал упрямиться и рассказал следователю все как на духу. Мало того, он записывал свои разговоры с Топоровым. Вот только предупредить того не успел, что в случае чего, эти записи окажутся в прокуратуре.
Топорова арестовали в тот же день, Шумилова на следующий. А через три дня после этих событий вызывает меня мой шеф и протягивает папочку с новым делом. Я ее открываю и вижу, что мне поручается защита господина Шумилова. Его жена обратилась в нашу контору.
– Николай Петрович, извините, но я этим делом заниматься не буду, – заявила я решительно.
Шеф посмотрел на меня с удивлением.
– Почему не будешь?
– Я приложила столько усилий, чтобы упечь его за решетку. А теперь Вы предлагаете мне его защищать. Ни за что, – и положила папку на стол.
– Ну что ж, нет, так нет. Поручу его защиту Татьяне. А я со слов жены решил, что Шумилова подставили, и кто как не ты должна ему помочь.
– Это он хотел подставить жениха моей подруги, упечь в тюрьму и завладеть его бизнесом.
– Ладно, сегодня отдыхай, а завтра ознакомишься с новым делом. Я хотел сам им заняться, но раз ты отказалась защищать Шумилова, будешь отстаивать в суде права господина Фаворского. Знаешь такого.
– Фамилия знакомая, но кто он и чем занимается, честно говоря, не знаю.
– Вот и познакомишься. Интересная личность. А теперь иди, не мешай работать, – и Николай Петрович уткнулся в бумаги.
Я вернулась в свой кабинет и позвонила Виолетте. Подруга была дома. Я предложила ей сходить в салон, почистить перышки. Она не возражала и мы договорились встретиться на Щукинской, чтобы оттуда отправиться в салон. Уж если шеф дал внеочередной выходной, то нужно использовать его по полной программе. А вечером Артем повел нас в ресторан. Теперь мы могли с чистой совестью отпраздновать завершение этого весьма не простого дела.
Глава 2
На следующее утро я поднялась с больной головой. Хорошо, что это была суббота. Можно поваляться в постели. Но не тут-то было. Боцман встал передними лапами на край кровати и смотрел на меня таким взглядом, что с меня сон как ветром сдуло. Быстро одевшись, я повела его на прогулку. Осенний воздух освежил мою больную голову, настроение поднялось и я уже не сердилась на пса за то, что он поднял меня так рано. Домой вернулась в отличном настроении. Я не люблю заниматься домашними делами, но сегодня с удовольствием помыла окна, постирала занавески. Пока делала уборку в квартире, занавески высохли, и я успела их повесить. Оглядев плоды своего труда, я осталась весьма довольна. Оказывается, есть хороший способ пережить похмелье. Нужно заниматься физическим трудом. Устроившись в кресле с чашкой кофе я решала, чем заняться в выходные и тут раздался телефонный звонок. Я поднесла к уху трубку и услышала голос моей подруги детства, Ноны. Мы жили в одном районе и учились в одной школе. Потом она вышла замуж и переехала к мужу. Он у нее занимается торговлей автомобилями. Мы не виделись года два. Иногда перезванивались, поздравляли друг друга с днем рождения. Когда подруга выходит замуж, дружба постепенно перетекает просто в приятельские отношения, а может и совсем затухнуть. Мы с Ноной находились на втором этапе взаимоотношений. И ее телефонный звонок меня слегка удивил.
– Что-то случилось? – спросила я.
– Ты можешь ко мне приехать прямо сейчас? – вопросом на вопрос ответила Нона.
– Могу. Так что же все-таки случилось, – снова спросила я.
– Приезжай, мне нужна твоя помощь, – и Нона отключилась.
Жила она с мужем на Кутузовском проспекте в престижном доме. Надо сказать, что муж ее Борис Артамонов, из простой рабочей семьи. Но парень рос толковым и пробивным. Он закончил автодорожный институт в конце девяностых, работал в пассажирском автохозяйстве. А лет пять назад открыл небольшой салон по продаже подержанных иномарок. Машины ему гоняли из-за границы его бывшие коллеги. Учитывая то, что за машинами ездили профессионалы, товар поступал качественный. Салон быстро обрел популярность и Борис быстро поднялся. Образование, полученное в институте, интеллигентности, к сожалению, ему не прибавило. Был он хамоват и порой даже вульгарен. Кичился своим достатком. У него все должно было быть самое лучшее. Квартира в престижном районе, самая крутая машина и жена красавица. Что Нона в нем нашла, я до сих пор не пойму. Она была нормальной девчонкой, а пожив с Борисом тоже стала кичиться своим достатком. Может быть поэтому я и стала избегать с ней встреч. Но сегодня она позвонила и попросила о помощи. Я старых друзей не забываю, поэтому быстро оделась и отправилась к ней.
Нону я застала с опухшими от слез глазами.
– Что же все-таки случилось? – снова спросила я подругу.
– Бориса арестовали, – со слезами в голосе сообщила она.
Я вытаращила глаза. – За что?
– Мужа подозревают в убийстве его компаньона, Игоря Свиридова. Может быть помнишь его, он был у нас на свадьбе свидетелем.
Я вспомнила Игорька. Веселый, компанейский парень. Если бы не он, мне бы эта свадьба вообще не запомнилась. Молодежи почти не было, в основном родственники с той и с другой стороны. Чинно сидели, ели, пили, иногда кричали «Горько». Игорю все это надоело и он устроил какие то конкурсы с переодеванием, танцы с поцелуями, и еще много чего. Гости разошлись, да так, что потом их с трудом отправили по домам. Борис с Игорем были закадычными друзьями. Он сначала гонял ему машины, а потом вложил свои деньги и они расширили салон. Стали торговать не только подержанными машинами, но и новыми. Постепенно последние вытеснили первые. И вот Игорек убит, а Борис под следствием.
– Валюш, я прошу тебя взяться за защиту Бориса, – умоляюще посмотрела на меня Нона.
– Как был убит Игорь? Расскажи все, что знаешь.
– Собственно, я мало, что знаю. Игорь не появлялся в салоне два дня. Борис сначала подумал, что он завис у очередной пассии, с ним такое иногда случалось, но когда и на третий день он не появился и телефон не отвечал, Борис забеспокоился. Он поехал на квартиру Игоря. Дверь оказалась не заперта. Когда он вошел в комнату, то увидел Игоря, лежащим на полу. На первый взгляд ему показалось, что он просто пьян. Но когда Борис попробовал его расшевелить, то понял, что перед ним труп. Он вызвал полицию. Приехала опергруппа, осмотрели квартиру, увезли труп. На следующий день Бориса вызвал следователь, домой он больше не вернулся. Когда я попыталась выяснить, куда делся мой муж, следователь мне заявил, что Борис подозревается в убийстве своего партнера, – Нона снова заплакала.
– Тебе нужно будет заключить договор с нашей конторой, а я возьмусь за защиту твоего мужа. В понедельник с утра приезжай, и мы все оформим. Если Борис действительно не виновен, его освободят. А сейчас успокойся, поезжай к родителям. Тебе не следует оставаться одной. Если хочешь, я тебя подвезу. Заодно и своих проведаю.
Нона быстро собралась и мы поехали туда, где прошло наше детство. Я высадила ее возле дома ее родителей, а сама поехала к своим. Мама обрадовалась, увидев меня.
– А почему без Боцмана? – удивилась она.
– Да я не из дома. Ты помнишь Нону Говорову, мою подружку? – спросила я.
– Конечно помню, вы были не разлей вода. А что с ней случилось?
– С ней все в порядке. Случилось с ее мужем. Его подозревают в убийстве и Нона просит меня заняться его защитой.
– Какой ужас! – воскликнула мама. – Ты конечно согласилась?
– А куда я денусь. Это моя работа.
Мы разговаривали и накрывали на стол. Время близилось к ужину. Скоро должен был вернуться отец со своей общественной работы. Он занимался с мальчишками в спортивном клубе, готовил их к службе в армии. Отец задерживался. Я вышла на балкон посмотреть, может быть он во дворе с мужиками завис. Так и есть, сидят на лавочке и о чем то ожесточенно спорят. Отец следил за политической жизнью страны и бурно реагировал на все ляпы, которые довольно часто допускали наши политики. Вот и сейчас наверняка обсуждают какой-нибудь новый закон. Я вернулась в комнату и позвонила ему на мобильник. Сообщила, что мы с мамой ждем его к ужину. Отец не заставил себя ждать. Уже через пять минут он входил в квартиру, еще не остывший от спора с соседями. Он был весь на эмоциях, но мы с мамой быстро его успокоили, усадив за стол и налив стопочку. Он еще какое-то время пытался нас грузить проблемами государственной власти, но мы тему не поддержали и перевели разговор на бытовой уровень.
Я бы еще побыла у родителей, но нужно было выгуливать Боцмана, поэтому сразу после ужина я отправилась домой. Пес, как всегда, встречал меня у двери, радостно помахивая хвостом. Гуляя в сквере я заметила молодую женщину, которая тоже прогуливалась по аллее, и у меня создалось впечатление, что она хочет со мной заговорить, но не решается. Я остановилась, и посмотрела на нее, как бы приглашая, подойти. Женщина подошла.
– Вы меня извините, – робко начала она, – Вы ведь адвокат.
– Да, а что, какие-то проблемы, – участливо спросила я.
– Видите ли, я работаю в салоне по продаже автомобилей. Убит один из совладельцев салона, второго арестовали по подозрению в убийстве.
Я сделала стойку, – А что же Вы от меня хотите?
– Борис, это его арестовали, ни в чем не виноват. В тот вечер, когда был убит Игорь, мы были вместе. Мы давно встречаемся.
– А откуда Вы знаете, когда был убит Игорь? – спросила я подозрительно.
– Следователь сказал, когда допрашивал всех сотрудников фирмы. Борис с Игорем работали дружно. У них никогда не было никаких конфликтов. Доля Бориса составляла шестьдесят процентов, а Игоря соответственно сорок. У Игоря есть жена и сын. Они становятся прямыми наследниками его доли. Так что Борис от его смерти ничего не выигрывает, а скорее теряет, так как именно Игорь работал с поставщиками. Я прошу Вас стать адвокатом Бориса. Я наводила справки и мне Вас порекомендовали, как адвоката, который очень серьезно относится к своим подзащитным.
– Спасибо за лестный отзыв, но меня уже наняла его жена. А его алиби Вам придется подтвердить у следователя. А еще кто-нибудь видел Вас вместе в тот вечер? Вы лицо заинтересованное и Ваши показания могут принять с большим сомнением.
– Мы в тот вечер были в загородном ресторане. Там нас должны помнить, так как мы бывали в этом заведении и раньше.
– Хорошо. Я поговорю со следователем, и он проверит алиби Бориса. Оставьте мне ваши данные, имя, фамилия, адрес.
Женщина протянула мне, видимо заранее приготовленный, листок со своими данными и с адресом ресторана, где они были. Спасибо Вам, – сказала она, и пошла в сторону.
– Пока еще не за что, – произнесла я ей в след.
Интересная картина вырисовывается. Оказывается, Борис имеет на стороне любимую женщину. Догадывается ли Нона о похождениях мужа, или как все супруги, узнает об этом последней. Хотя женская интуиция должна была бы ей подсказать, что что-то в их отношения с мужем изменилось, и она должна была насторожиться. Возможно, она все знает, но делает вид, что все в порядке. И ведь не спросишь.
Я вернулась домой, покормила Боцмана и решила набросать план защиты. Хотя, если подтвердится алиби Бориса, то с него снимут обвинение, хотя могут оставить под подозрением, как заказчика. Значит, нужно найти того, кто действительно совершил это убийство. Зная Бориса, я сомневалась, что он мог заказать своего партнера. Он бывал порою резким, даже грубым, но в душе был очень добрым человеком. Я в этом убедилась однажды, когда они только поженились. Борис еще сам гонял машины из Европы. И вот однажды, когда он с двумя напарниками возвращались из Германии, где-то в Смоленской области они заночевали в небольшой деревушке. Они там почти всегда останавливались и их местные жители хорошо знали. Ночью в дом, где они спали, прибежала соседка вся в слезах. Ее трех летний сын бьется в конвульсиях и она не знает, что делать. Борис, не раздумывая сел в машину и повез женщину с ребенком в ближайший районный центр, где была больница. Он сидел в машине и ждал до тех пор, пока женщина не вышла и не сказала, что сыну лучше, но их оставляют в больнице на обследование. Только тогда он вернулся в деревню, где они остановились на ночлег.
В понедельник Нона пришла в нашу контору и заключила договор на защиту мужа. Я тут же поехала к следователю, рассказала про алиби Бориса, и получила разрешение на встречу со своим подзащитным. Увидев меня, Борис несколько удивился.
– Вот уж никогда не думал, что мне понадобиться твоя помощь, – сказал он сердито.
Дело в том, что однажды у нас с ним состоялся не очень приятный разговор, когда он в моем присутствии оскорбил Нону. Я высказала ему все, что о нем думаю, и больше в их доме не появлялась.
– Нона обратилась в нашу контору и мне поручили твою защиту. Если ты не согласен, я настаивать не буду. Пришлют другого адвоката.
– Да собственно, какая разница, кто меня будет защищать. Если захотят побыстрее закрыть дело, никакой адвокат не поможет, – произнес он обреченно.
– А вот здесь ты ошибаешься. Есть свидетель, который подтвердил твое алиби. Сейчас его проверяют и если все подтвердится, то тебя освободят.
– Откуда оно взялось, это алиби? – удивился Борис.
– А ты вспомни, с кем провел вечер в день убийства Игоря.
Борис посмотрел на меня удивленно.
– А ты откуда знаешь?
– Твоя пассия сама ко мне пришла, все рассказала и просила, чтобы я стала твоим адвокатом. Нона знает о твоем романе?
– Конечно, нет. Во всяком случае, я так думаю. С Александрой мы познакомились несколько лет назад. Она пришла ко мне в салон покупать машину. Я тогда еще торговал подержанными авто. Это была любовь с первого взгляда. Я даже хотел с женой развестись, но Саша была категорически против этого шага.
– Странно. Обычно любовницы ждут не дождутся, когда их любимый оставит свою семью, – заметила я с иронией.
– Саша тоже была за мужем и не хотела развода. Ее вполне устраивал роман на стороне, тем более, что муж по роду своей деятельности, часто бывал в длительных командировках. Это я настаивал на разводе.
Борис замолчал. Мысли его витали где-то очень далеко.
– Очнись, Ромео. Подумай, кому мог помешать Игорь, если не тебе, – напомнила я Борису, зачем пришла. – Расскажи о взаимоотношениях у него в семье. Может быть, у жены есть любовник и они решили избавиться от мужа, чтобы получить свою долю наследства и зажить счастливо, – предположила я.
– Этого я не знаю. Семьями мы не дружили. Наши жены почему-то не сошлись. А Игорь вообще не любил рассказывать о семье, он был достаточно скрытный человек. Но что-то в последнее время с ним происходило. Он все время о чем-то думал. Я иногда ловил себя на мысли, что разговариваю с манекеном. Он смотрел на меня внимательно, но ничего не слышал из того, что я ему говорил. Я пару раз спросил, что с ним происходит, но он отделался шуткой, и больше я к нему приставать не стал.
– А в бизнесе у вас проблем не было? – поинтересовалась я.
– В бизнесе всегда есть проблемы, без этого не бывает. Но они решаются по мере их возникновения.