Под чужим небом

Глава 3

Диана сидела на земле, спиной упираясь о стенку корабля. Голова шла кругом, мутило, а красота леса, в который им посчастливилось упасть не то, чтобы не привлекала-настораживала. Большинство пассажиров, правда, это не волновало.

Они расползлись, разбежались по всей поляне. Кто-то падал и целовал землю, кто-то, включив профессиональное чутье, уже ползал на коленях, собирая образцы подпаленных кораблём растений, кто-то загорал, а все остальные просто бродили без цели.

Повернув голову в другую сторону, Диана увидела полковника, который с трапа созерцал сию картину импрессионизма с неподдельным ужасом. Эта идиллия продлилась, к сожалению всего какие-то два часа, за истечением, которых из леса раздался вопль далеко забредших исследователей, сопровождаемый таким звериным криком, что душа непросто уходила в пятки, а стремилась забиться, куда подальше.

Люди хлынули назад в корабль с большим энтузиазмом и рвением, чем когда из него выбирались. Створки пришлось сдвигать вручную, а когда они сошлись, пассажиры расползлись по кораблю и вжались в стены. Снаружи всё ещё раздавались вопли местных обитателей.

Диана опять оказалась в сумерках столовой, которую освещали редкие звёздочки нельсов. Она с сожалением осознала, что её остался в каюте и, глубоко вздохнув, побрела в полутьме столовой на поиски свободного клочка пола. Через пару шагов она споткнулась обо что-то и, выругавшись про себя, стала ощупывать предмет чуть не стоивший ей второго сотрясения.

Это оказалась сумка с потёртыми ручками и эмблемой на боку. «Аль» непроизвольно вырвалось у неё, да это была сумка её подруги (единственное, что осталось у неё на память об отце).

«Что сталось с Алетой?» сейчас на этот вопрос никто не мог ответить. Диана достала из бокового кармана сумки нельс простенький, но чтоб подсветить дорогу годился, взяла сумку в руки и направилась к пустующему ещё месту у стенки.

Рыжеволосый юноша (тот самый, что был в числе штурмующих шлюз) чуть пододвинулся, уступая ей место. Она села, блаженно вытянув ноги, за которые тут же кто-то споткнулся.. После инопланетной брани (она поняла это только по тону несчастного, у которого разбилась вследствие аварии какая-то склянка) подтянула ноги и, смирившись с тем, что их вытянуть, не удастся, глубоко вздохнула.

–Я Диана,– она в первый раз в жизни сказала это неуверенно.

–Дональд,– отчуждённо отозвался рыжий, после чего стало очевидно, что разговор ему как и ей сейчас в тягость. Но Диана предприняла ещё одну попытку, потому что понимала, если сидеть так, того и гляди клаустрофобия разовьётся или хуже – вообще с ума сойдёшь.

–Классно ты сегодня двери открыл. Ты инженер?– на её вопрос Дональд всё же ответил, видимо тоже осознал тяжесть сложившейся ситуации.

–Нет. В инженерии я понимаю столько же сколько в ботанике. Моя парафия – языки, в число которых машинный не входит. – Пояснил Дональд.

–А как же шлюз? – не поняла Диана.

–Этому фокусу меня сестра научила, говорила, даже домохозяйки это умеют. – Печально вздохнул он.

–У тебя сестра есть?– удивилась Диана.

–Была,– перешёл на шёпот Дональд. Диана хотела спросить, что с ней случилось, но знала, что не стоит. Так они просидели несколько минут в полном молчании, пока Дональд ни решился его нарушить.

–Моя сестра была, как говорят, «добрая душа». Мы рано лишились родителей, и всё чем я жил, было заботой о младшей сестренке. Она меня на два года младше была. – Пояснил рассказчик. – А тут этот проект… Мы с ней попробовали и прошли… Потом это… Я оказался в столовой, а она в каюте… – к концу повествования его голос становился всё прерывистее. Диана не знала, что делать, в роли исповедника она была впервые.

–Она, скорей всего, просто не успела после включения тревоги, добежать до нашей столовой и спаслась в другой,– попыталась утешить Диана, толи собеседника, то ли себя.

–Нет, не могла. Она всегда боялась большого скопления народа, потому сидела в каюте и даже за ненадобностью не выучила схему корабля…– его голос прервался, он уткнулся в калении лицом, а его плечи задрожали.

–Знаешь, одна моя знакомая сказала мне как-то… «иногда надо верить, а иногда отпустить и бывает при жизни лишь второе» она говорила мне «верь, потому, что отпустить можно и при жизни, но мало кто прибегает при ней к вере».

–Хорошая у тебя знакомая,– буркнул Дональд.

–И лучшая подруга,– Диана тяжело вздохнула,– она перед аварией вышла и назад не вернулась.

–Расскажи мне о ней,– попросил Дональд. Теперь настала её очередь исповедаться, её рассказ вышел очень длинным, но собеседник не жаловался. Когда поток исповедей иссяк, перешли на профессиональные темы. Диана была прирожденным зоологом, но на вопрос, «что это за тварь кричит?», ответить не смогла. Дональд же на вопрос «что сказал тот парень, который спотыкнулся о мои ноги?» ответил, «это не поддаётся переводу». Так они и просидели много часов, и Диана сама не заметила, как уснула.

***

Нила разбудила вдруг наступившая тишина. Он привстал. Всё было тихо, и только похрапывание одного из пассажиров тревожило слух. По всему полу ровным ковром расположились спящие подростки.

«Снаружи их ждёт неминуемая смерть от местной фауны, внутри же от голода. Эти дети, не наученные жизнью, просто не перенесут её уроков на этой планете. Что же делать?» размышлял Нил уже знавший, что надо делать. Он и раньше командовал, но, то были уже наученные люди, а это дети. «И как я с ними справлюсь в одиночку» эта мысль повергла его ещё в большие размышления. «Я никого из них даже по имени не знаю…» Нил осекся, кое-кого он всё же знал.

Тяжело, вздохнув, он встал и, аккуратно переступая спящих, побрёл на поиски своей зеленокожей знакомой. Нашёл он её у дальней стены. Она спала, свернувшись клубочком и положив голову на колени рыжеволосому парню, который когда она уснула, накрыл её своей рубашкой. Рыжеволосый проснулся и когда понял, что явились не по его душу, тут же тихо разбудил соседку. Диана подняла голову, стараясь сообразить, где находиться и что это за люди.

– Полковник!?– удивлённо воскликнула Диана. Он ей жестом показал вести себя тише,– Что-то случилось?

–У меня к тебе просьба есть…– и он изложил ей сложившуюся ситуацию. Она внимательно выслушала и утвердительно кивнула.

–Я тоже мог бы предложить мою помощь,– сказал Дональд, слушавший полковника всё это время.

–Я с удовольствием её приму,– отозвался тот.

–Дональд Роз,– представился юноша.

–Нил Форест,– пожимая протянутую руку, представился полковник. Через какой-то недолгий промежуток времени начало просыпаться население столовой.

***

– Я Полковник Нил Форест, – начал Нил, стоя на, столе, который Диана с Дональдом для него разложили, – и мы вместе с вами застряли на этой неизвестной планете. Она, по-видимому, кишит хищниками, которые хотят отправить нас в конец пищевой цепи. И если вы желаете выжить и вернуться домой также, как и я, то будете беспрекословно меня слушаться, а я буду прислушиваться к вам. По моему мнению, это справедливая сделка. Всем нам придется привыкать жить друг с другом, хоть это будет не просто, но если мы хотим выжить это единственный выход. – Речь вышла не такая, как он хотел, но сильных возражений не последовало и его это удовлетворило.

Напуганные вчерашним происшествием люди (и не только) с горем пополам вылезли на трап, а дальше дело пошло быстрее, но все равно никто далеко не отходил.

Диана, которой приказали провести перепись населения, выстраивала членов общества в шеренгу и не спеша обходила их. Выпроводив, наконец, всех из корабля, Нил стал обыскивать посудину на предмет «экстренных наборов».

Нашёл он их с большим трудом, но разочарование от найденного оказалось больше чем от самих поисков. Стащив все наборы на середину, он провёл инвентаризацию. Три аптечки с лекарствами, пятьдесят палаток, тридцать шесть тюбиков кашеобразной еды.

–Откуда они только эти числа берут,– возмутился Нил, когда рассматривал находку.

–Может для чего, и сгодиться,– отложил в сторону Нил десять средств защиты, которые были представлены маломощными бластерами на солнечных батареях.

–И на кой они мне сдались без тех, кто мог бы с ними управляться – вздохнул он, пряча их на место. В дверь постучали, и на пороге появилась Диана.

–Мисс Бериус,– Нил встал с пола.

–Всего семьдесят девять человек,– отчеканила она.

Нил внутренне содрогнулся «что я делаю», но поворачивать назад было поздно.

–У нас в наличии пятьдесят палаток значит, будем селить парами,– заключил Нил. Подчинённые, не привыкшие ещё к этой роли, подняли бунт (делиться своей палаткой с кем-то никто не собирался). Нилу долго пришлось втолковывать неразумным подросткам, что здесь, нет ничего личного, все принадлежит обществу, а если это кого не устраивает, он может уйти, здесь никого насильно не держат.

Через какое-то время все успокоились, но возникла другая проблема. Представителей женского и мужского пола оказалось не поровну, здесь спасло только наличие бесполых негуманоидов. Во избежание второго бунта пришлось провести лотерею, а тем, кому не подсобила фортуна, пришлось съезжаться с бесполыми обитателями лагеря. Во время процесса распределения некоторые пытались выступать против, но когда над ними нависала опасность остаться на ночь без крыши над головой они ограничивались пустыми угрозами и подчинялись.

Большую сложность представляло так же, накормить молодежь, которая провела весь день на воздухе. Большая часть провианта разлетелась в считаные минуты, но никто толком не наелся.

–Бериус,– окликнул Нил девушку, которая до сих пор сидела за столиком. Численность населения столовой после ужина уже значительно сократилась,– ты бы к врачу сходила, что ли? Я им с утра найденную аптечку отдал. – Заметил Нил удрученный видом девушки. Её одежда промокла от пота, лицо бледное, волосы слиплись от запёкшийся крови. Но всё это, не особо сократило её работоспособность. Её деятельный нрав и непоседливость в характере помогали ей весь день держаться на ногах, но к вечеру уже и они не помогали.

–Хорошо,– сказала Диана и поплелась к выходу, а Нил отправился на поиски Дональда.

В нововозведенном лагере было всего несколько врачей – люди и один герандец, которого жители старательно избегали. Избегали они его не, потому, что он герандец (герандцев в лагере было достаточно), а из-за его профессии.

После великой войны семь галактик объединились. Главами этой коалиции стали представители трёх рас. Одним, из них был землянин (именно люди закончили войну), вторым – герандец (им просто боялись отказать), а третья раса – то совсем другая история.

Герандцы, по сути, военный народ. Каждый ребёнок от рождения записывается в войска, а те, кто не записал своего ребёнка, высылался с планеты. Такой образ жизни делал герандцев очень зависимыми от других рас, так как у них не было не учёных, не врачей. Воины из герандцев выходили правда самые свирепые и сильные (сила притяжения на их планете была больше чем у большинства других). Они свято исполняли, как свои собственные, законы, так и правила союза, вследствие чего получали от него поддержку в лице научных сотрудников, которые туда ехали не охотно.

Диана всё это знала и видела на протяжении всего дня, как обращаются с несчастным никем, не востребованным врачом его сородичи. Когда она вышла на трап и увидела того самого длинноволосого герандца, одиноко сидящего у одной из палаток, тут же,, не думая, (что она вообще частенько делала), направилась к нему, походу отмахиваясь от желающих ей помочь альтруистов.

–Привет,– Слабым голосом проговорила Диана, герандец поднял на неё удивленный взгляд, явно говоривший, «вы заблудились девушка? Вам помочь найти дорогу?»,– Я слышала, что вы врач.

–Да, врач,– удивленно отозвался он.

–Не могли бы вы мне помочь?

–Да конечно!– воскликнул весело герандец, когда осознал, цель её прихода. Вскочил он с места и скрылся в палатке, а когда вышел, в руках у него была аптечка. Он заботливо обработал её рану на голове и дал таблетку, которая практически сразу сняла симптомы сотрясения. «И зачем спрашивается, я целый день мучилась» подумала Диана, когда тошнота, наконец, отступила.

–Я – Диана,– она не судила людей по одёжке, но если у неё уже сложилось мнение, то оно было практически нерушимо.

–Верон, очень рад знакомству,– отозвался врач.

–Спасибо,– поблагодарила Диана вставая.

Все уже нехотя разбредались по палаткам.

–Почему Вы ко мне подошли, кроме меня есть ещё два врача?– поинтересовался Верон,– к тому же никто ко мне не подходит, все избегают.

Диана остановилась на полпути и вернулась.

–Просто эта профессия необычна для вашего народа, вот они глупые и не подходят.

–Эта профессия не просто не обычна, она позорна для герандца.– вздохнул Верон,– Так почему же Вы подошли?– не унимался он.

–Не знаю,– так же вздохнув, честно призналась она.

–Прекрасный вечер, ни так ли?– поинтересовался врач после минутного молчания. Диана только сейчас заметила, что так оно и было.

Солнце село, оставив после себя, только светлую полоску. Кое-где уже поблёскивали первые звёздочки и две огромные золотистые луны величественно выходили на ночное дежурство. Все жители лагеря уже разошлись по палаткам.

–Да, прекрасный,– протянула Диана, вдыхая вечерний аромат.

На неизвестную планету спустилась ночь. Диана нехотя простилась с новым знакомым и отправилась к своей палатке. Когда она ввалилась внутрь, то обнаружила, что её соседка крепко спит, завернувшись в оба покрывала. Но на споры у Дианы уже не было сил, она свернулась на своём месте и уснула.

***

–Эй! Роз!– позвал Нил Дональда, который спорил с группой подростков, переходя с языка на язык, чем внушал хоть и небольшое, но всё, же уважение. Судя по тону, назревала новая межгалактическая война, и полковник поспешил вмешаться.

Дело, как оказалось, касалось тех трёх аптечек розданных утром. Один из врачей проспал их выдачу и сейчас требовал исправить эту вопиющую ошибку, а Дональд пытался ему втолковать, что аптечек только три и все уже на руках, но это того совсем не убедило.

–Так конфискуйте одну у того герандца!– уже перешёл на крик врач.

–С какой стати мне это делать, он ничем не хуже вас, и к тому же обладает пунктуальностью,– возмутился Нил, последние слова которого задели врача за живое.

–Да, потому что он герандец! Безжалостная свирепая тварь!– совсем разошелся он, но вдруг обернулся к стоящим позади герандцам и, убедившись, что это замечание им только польстило, совсем расхрабрился,– Какой врач из него! Да он не дай бог кого-нибудь покалечит, и что вы тогда будете делать?

–Вот если покалечит, тогда и поговорим, при условии, что вы будете всё ещё живы, в чём я лично сильно сомневаюсь.– Ответил Нил. – Я не потерплю таких скандалов на публике, и если хотите остаться в лагере, вам придётся с ними завязывать.– Сказал Нил нетерпящим возражений тоном. Врач злобно сверкнул глазами, развернулся и пошёл в сторону палаток, его спутники последовали за ним. Нил помолчал, провожая их взглядом, и обратился к Дональду. – У меня к тебе дело есть. – Он немного помолчал, – Двое суток мы уже здесь, и сегодня я бы не справился в одиночку, если бы не ты с Бериус. Те твари в лесу выйдут когда-нибудь, и мне тогда понадобится помощников больше двоих. Поэтому я хотел попросить тебя выбрать восьмерых человек, чтобы образовать охранный отряд. Ты умный парень, думаю, у тебя получится,– Нил помолчал в раздумье и потом добавил,– И хорошо бы, если кто из них ходил раньше на стрельбище, это сэкономило бы нам время.

–Конечно, буду рад помочь.– Отозвался Дональд. -Почему восьмерых?

–Я бы попросил больше, но на больше у нас просто не хватит ресурсов.– Ответил Нил и после пояснил,– В экстренном наборе был лишь десяток стволов. Вот и получается восемь стволов для охраны, один мне и один начальнику охраны, то есть тебе,– такого поворота событий Дональд не ожидал и застыл в оцепенении. -Ты сегодня это заслужил, и я, думаю, ты будешь прекрасным начальником,– сказал Нил, подошёл к юноше и похлопал его по плечу, после чего отправился к себе в палатку.

Нил вольготно расположился в своей палатке. Не в далеке смачно бранились. «Как хорошо, что у меня личная жилплощадь» подумал он (ему, как он сам понимал, просто повезло, что народу в лагере оказалось нечётное количество), после чего повернулся на другой бок.

–Да что может случиться, всего неделя на корабле с подростками, – пробубнил Нил, засыпая, следующие дни обещали быть непростыми, для всех обитателей лагеря, и никто даже не подозревал на сколько.

Глава 5

Холмистые луга с вкраплением серых скал сменились густым лесом, который нельзя было отнести ни к какому определённому виду. Там были и лиственные деревья, и подобие хвойных представителей земной тайги, а некоторые вообще не поддавались классификации. Самих травянистых, кустарниковых растений было столько, что глаза разбегались, а лиан разных цветов и форм было и того больше.

Бен в очередной раз присел на так удобно попавшийся камень. Он не хотел тормозить делегацию, но ноги за последние пару часов решили совершить переворот и занять законное, по их мнению, место разума, который увещевал хозяина двигаться дальше.

Делегация всё же остановилась, и её члены взглянули на отступника. Креспи смотрела на него с нескрываемой печальной завистью (она должна была всё время корректировать маяк, чтобы они не заблудились, вследствие чего у неё не было возможности присесть), Энтони с сочувствием, Алета же пылала гневом.

–Что снова? – вопросила она, сверля гневным взглядом Бена.

–Давайте привал, а то я больше не могу. – Разум позорно капитулировал.

–Я тоже устала,– подала голос Креспи.

Энтони посмотрел на клонящееся к горизонту солнце и вынес вердикт.

–Будем разбивать лагерь. Всё равно мы сегодня никуда не доберёмся,– сказал он, снимая мешок с плеча. Креспи с Беном, так долго ждавшие этой команды, не замедлили её исполнить.

–А это что?– вынимая из мешка бластер, спросил Бен.

–Пушка.– Совершенно спокойно ответил Энтони,– Она была в экстренном наборе.

–А ты умеешь пользоваться?– беря в руку оружие и, как бы прицеливаясь, спросил Бен.

–Что тут пользоваться, стреляй, тогда дай Бог попадёшь, во что ни будь.– Бен на его слова лишь криво улыбнулся «да как же».– К тому же я с отцом на стрельбище ходил,– добавил Энтони, забирая оружие, которое уже смотрело в только что разведённый костёр.

–Слышите?– на вопрос Энтони все сидящие у костра затихли и прислушались.

–Ничего не слышу,– сдалась Алета.

–В этом всё и дело. Здесь нет насекомых.– Напряжённо заметил он.

–И что с того?– удивился Бен.

–Это странно. Только на водных или пустынных планетах их нет, а здесь лес.– Молчание нарушило урчание голодного желудка Креспи.

–Простите, я с утра ничего не ела.– Извинилась она. Все остальные тоже вспомнили, что давно не ели, но так как провианта в их наборе не было, пришлось ложиться как есть.

–Тони, здесь ведь только два спальника. Как же мы будем спать?– спросил Бен.

–Так и будем один нам, а другой Креспи с Алетой.– как всегда невозмутимо отозвался Энтони.

–Но они, же одноместные!– воскликнул Бен, как будто дело касалось непреложных истин, которые кому-то хватило смелости отвергнуть.

–Как были одноместные, так мы сделаем их двухместными.– Ответил Энтони, помогая девушкам раскрыть свой мешок, чьё складное устройство немного деформировалось при падении.– А того и гляди поставим рекорд и сделаем четырёхместный,– все тут же кинули свои дела и бросились помогать Энтони (такие «радужные» перспективы ни кого не устраивали).

Все вздохнули с облегчением, когда злосчастный мешок, наконец, раскрылся. Девушки оттащили своё спальное место по другую сторону костра и, скинув обувь, нырнули в глубины мешка, откуда стало доноситься их мирное щебетание.

Бен уже расположился на ночь и наблюдал со своего места за Энтони. Он обошёл три раза лагерь, временами останавливаясь, чтобы прислушаться к тишине, и, наконец, разулся и залез в мешок, предварительно положив в изголовье оружие.

Всё погрузилось в тишину и лунный свет, даже разговоры по другую сторону костра стихли. Воздух наполнился ночной прохладой. Только вот Бену совсем не спалось. Он переворачивался с боку на бок, ища положение по удобней, но всё, никак не мог его найти.

–Дай свою толстовку,– вдруг сказал Энтони.

–Зачем?– спросил Бен, стаскивая с себя свою любимую одежду.

–Надо,– ответил Энтони, принимая безропотно отданную толстовку. Он вылез из мешка, свернул толстовку и, положив на неё голову, лёг прямо на траве.

Бен печально проводил взглядом таким образом эксплуатированную толстовку, но решил, что это оправданная жертва и комментарии оставил при себе. Вновь воцарилась тишина, но сон так к Бену и не пришёл. Он лёг на спину, и какое-то время любовался звёздами, пока это ему не надоело.

–Тони, ты спишь?– с надеждой прошептал он.

–Уже нет,– отозвался Энтони.

–Мне что-то совсем не спиться. Может, поговорим о чём-нибудь?

–Странные у тебя способы борьбы с бессонницей.– Энтони перевернулся на спину,– И какие темы поднимать будем?

–Сколько тебе лет?– спросил Бен и перевернулся на бок, чтобы лучше было видно собеседника.

–Личные значит.– Вздохнул Энтони и ответил,– Девятнадцать.

–Мне семнадцать. Ты на многих планетах был? – спросил Бен и поспешно добавил,– Но мне просто так показалось, когда разговор был про насекомых, но если не хочешь, можешь не отвечать.

–Да, если подумать, то на многих,– задумчиво ответил Энтони,– Мой отец был курьером и частенько брал меня с собой.

–А сейчас он уже не курьер?– с особой осторожностью поинтересовался Бен.

–Не знаю, мы с ним уже полгода не общались.– Ответил он с такой печалью в голосе, что Бен понял, надо сменить тему.

–Знаешь, такая история у меня случилась. Я попал-то на «Странник» на спор.

–Как это так?– с радостью уходя от темы, спросил Энтони.

–Да очень просто, как-то говорю я наставнику…– Бен прервался, поясняя,– потому, что родители в моём воспитании участия никогда не принимали,– и продолжил,– так говорю я наставнику «я хочу сам принимать решения, выбирать свой жизненный путь». Я его до того так вывел из равновесия, что он и говорит «да иди ты на все четыре стороны, только денег я тебе не дам, и тогда посмотрим, как ты на следующий день назад прейдешь проситься»,– он немного помолчал,– Теперь они меня уже не скоро дождутся.

–Да уж, скорей всего, уже очень не скоро,– согласился Энтони. Бен же вдруг осознал, что очень хочет спать. Они ещё немного поговорили, но личные темы больше не трогали, и вскоре забылись крепким сном.

***

Утро настало резко, продираясь через пелену тумана женскими криками. Парни, разбуженые этими трелями, вскочили с мест и кинулись, в чём были, на помощь попавшим в беду спутницам.

Они обогнули прогоревший костёр и оказались по другую сторону от зарослей какой-то травы, где накануне вечером обосновались девушки. Посреди небольшой поляны стояла босая в шортах и майке Креспи, у которой в волосах намертво запутался какой-то крылатый размером с небольшую кошку чёрный зверёк, который махал крыльями, противно верещал и, при случае, пытался укусить несчастную. Немного поодаль Алета уворачивалась от очередного пикирования ухажера, который за честь своей дамы готов был стоять до последнего вздоха. Промахнувшись, он взмыл в воздух, растопырив когтистые лапы, совершил последний марш бросок и упал под ноги напуганной девушке. Бластер метко пробил «рыцарю» голову.

–Ты в порядке?– спросил подбежавший Энтони.

–В порядке,– Дрожащим голосом произнесла она, Энтони посмотрел на поцарапанное плечо девушки,– Ерунда просто царапина,– оправдывалась Алета.

Бен же, пока Энтони спасал Алету, кинулся на помощь Креспи, его попытки поначалу сделали только хуже, но после, с горем пополам, всё же вытащили тварь из головы, и Бен прибил её камнем. Итогом утреней резни стало: порванная на плече футболка Алеты; Креспи, которая поклялась подстричься; Бен с израненными от укусов и царапин руками да два мёртвых местных обитателя.

–Кажется, наша проблема с провизией решена,– заметил Энтони, рассматривая перепончатые крылья «рыцаря».

–Я это есть не стану.– Сказала Креспи, делая акцент на слове «это». Она старательно перемазывала Бену руки мазью из аптечки, от чего он явно получал огромное удовольствие.– Ну, вот и всё, даже шрамов не останется,– оглядывая свою работу, сказала девушка.