Сюрприз для Наф-Наф

– Почему я? Ответь мне! – негодую на весь салон автомобиля.

– Ну, солнышко! Ну, моя сладенькая, – раздается жалобный голос подруги из динамиков. – Ты ближе всех. Ну, пожа-а-алуйста-а-а!

– Он может сам доехать из аэропорта! Такси никто не отменял!

– Да ты хоть знаешь, какие сейчас расценки на такси? – возмущается Инга. – Сегодня тридцать первое декабря!

– И что? – перестраиваясь на нужную полосу для разворота, интересуюсь у волчицы. – Я вообще не могу понять, как он умудрился прилететь! Я же только вчера у тебя спрашивала, будет ли твой ненаглядный братец или нет?

– Так он и не собирался…

– Тогда какого лешего его принесло? – рыкаю, выруливая на дорогу к аэропорту. – Он снова все испортит, понимаешь?

– Снежик, ну чего ты? – умасливает меня подруга. А если ее братец вновь испоганит мне жизнь, то станет бывшей подругой! – Ничего Сеня не испортит.

– Правда? – ехидничаю я. – Он три раза срывал мне свадьбу! ТРИ!!!

– Неправда. Сеня тут ни при чем.

– Очень даже причем! Как только он появляется, а обычно это происходит, когда я уже думаю, что ничему и никому не удастся помешать мне обрести свое счастье, как появляется Арсений, и пу-у-уф!

– Может, это потому что именно ты не готова к своему счастью? – серьезно спрашивает Инга. – Что-то я не замечала, чтобы ты жалела о расставании с этими… женихами.

– Это уже другое дело, – ворчу я.

– Ох! Мать, не юли!

– Но в этот раз я не позволю помешать мне выйти замуж!

– Да никто не собирается этого делать. Спокойно, Снежик. Просто доставь моего брата живым и невредимым ко мне, а об остальном я позабочусь.

– Я уже еду за ним.

– Ты самая лучшая!

– Я доставляю тебе Арсения, и мы с Ярославом поедем встречать Новый год ко мне домой… или к нему.

– НЕТ! – оглушает меня подруга.

– А вот и да! – рявкаю на нее и сбрасываю звонок. – Будете мне тут указывать, что делать! Подруга называется! Предательница! И братец твой, тот еще фрукт. Ну я вам покажу!

Полчаса спустя…

Все вокруг говорит о том, что на носу самый сказочный праздник в году. Витрины магазинов украшены мишурой, шарами и разноцветными гирляндами. Из динамиков кафешек звучат новогодние мелодии. И неважно, на каком языке поют. Всех объединяет дух наступающего Нового года! Люди улыбаются чаще. Со всех сторон доносится жизнерадостный смех. Мир преображает.

И меня не обошло стороной предпраздничное настроение.

Не заметить меня в зале прилета невозможно. Я похожа на деда мороза в ядрено-красном пальто, белой шапочке и белых сапожках.

Волнуюсь ли я перед встречей с самым кошмарным кошмаром моей юности? Нет, конечно!

Передергиваю плечами и продолжаю расхаживать по залу, рассматривая мишуру, развешенную под потолком.

Сделаю вид, что ничего странного не происходит. Ну прилетел на Новый год к семье. Неожиданно, но… сюрприз, наверное, хотел сделать.

Сюрприз так сюрприз! Ничего не скажешь!

А мне теперь думай, что приготовить на стол до полуночи, что не забыть купить! Класс! Только Арсений может так выводить меня из себя и поднимать такой кипишь своим появлением! У него, едрить-колотить, талантище!

Надеюсь, он прилетит в перевозке для собак. Мы же оборотни как никак. Животные! Хищники! Хе-хе…

Объект моих мыслей как раз в этот момент выходит из дверей. Я замираю ровно по середине зала. Люди вокруг, будто чувствуя мою хищную натуру и дурное настроение, так некстати рассасываются по углам.

Улыбка. Ох, уж эта улыбка с ямочками на щеках! Она сводила с ума меня пять лет назад и, кажется, будет сводить всегда… Так стоп! Я же выхожу замуж! ЗАМУЖ, Снежа!

– Снегурочка моя-я-я, – протягивает Сеня, ставя чемодан. Не успеваю пискнуть, как оказываюсь стиснута в медвежьих объятьях этого рослого бугая. – Снежка-а-а! Как я соскучился-я-я!

Только в самый последний момент мне удается извернуться, поэтому планируемый поцелуй приходится в щеку, а не в губы.

– Офонарел?! – шиплю, пытаясь отстраниться о Арсения. Наверное, наши обнимашки смотрятся со стороны, как страстные объятия давно не видевшихся влюбленных. Чего мне уж точно не нужно!

– У-у-у! Какой была букой, такой и осталась, – продолжает дурить Сеня. Он выпускает наконец-то меня на свободу, но лишь затем, чтобы одной рукой взять чемодан, а второй обхватить меня за талию. – Спокусики. Я не насильник, пове-е-е-рь мне, Сне-е-ежик, но жить так больше не выноси-и-имо, – фальшиво поет этот великовозрастный шут.

– Ты когда-нибудь повзрослеешь?

– Я уже достаточно взрослый, чтобы дурить, – осклабивается этот волчара.

– Оно и видно, – фыркаю на это его громогласное заявление.

Десять минут спустя… и пол-литра моих нервов…

– Шикарная машина, – нахваливает мою букашку Сеня, упираясь коленями в приборную панель. – Просто-о-орная, – вздыхает мечтательно и ожидаемо продолжает: – В такой как раз осваивать камасутру только.

– Тебе видней, – огрызаюсь в ответ, хотя еще в лифте пообещала себе не реагировать на выпадки парня.

– О да, – и вновь сверкает белозубой улыбкой. – Я тебе потом покажу пару…поз.

Я сжимаю губы и считаю в уме.

Потерпи, Снежик, это ненадолго.

– И куда они все едут тридцать первого числа?! – хлопаю ладонями по рулю, когда мы прочно утрамбовываемся в пробке.

– По гостям, – раздается ленивый ответ. И снова наступает вязкая тишина.

Пытаюсь отвлечься, рассматривая пейзаж, но ничего интересного, на чем можно задержать взгляд, поблизости нет. Поле-поле, перелесок да елка на багажнике машины, что стоит впереди нас.

– Зато у нас есть время поближе узнать друг друга, – с очень уж устрашающим энтузиазмом произносит братец Инги.

Куда уж ближе? Не хватило одного раза, чтобы узнать?

В мыслях всплывают воспоминания уже как пять лет минувшего Нового года. Жаркая ночь. Запретная. О которой мы обещали друг другу никогда не вспоминать. И не знаю, что было лучше – что Арсений держал наш секрет при себе или если бы все знали. Ведь смотреть, как мужчина, пусть и по твоей просьбе, изображает безразличие, невыносимо. Правду говорят – бабы-дуры!

– О чем задумалась, сладенькая моя?

– Не называй меня так!

– А как мне тебя называть? – усмехается Сеня. – Госпожой? О, Великая, позвольте слово молвить! Ой!

– Если не замолчишь, получишь еще.

– Ты всегда такая сердитая или только сегодня?

– Только когда кто-то своими сюрпризами рушит все мои планы.

– Булочка.

– Что?

– Тоже не нравится? Руки-руки! Цыц! Следи за дорогой!

– Ватрушечка, – я и вправду сосредотачиваюсь на машинах впереди нас и стараюсь не обращать внимания на дурня по соседству. – Плюшечка… М-м-м… Пряничек ты мой, – изгибаю бровь, переводя взгляд на Сеню, – имбирный, – качаю головой, понимая всю тщетность попыток игнорирования этого дурилы. – Мандаринка… Хотя нет, утки такие есть, а нам ни к чему двойные ассоциации. М-м-м… Наполеон!

Не могу сдержать улыбки. Как этот чудик умеет выбешивать меня, так только ему и удается рассмешить.

– Нравится, да, мой маленький отважный полководец!

– Хва-а-атит! – молю Сеню. – Не отвлекай меня.

– Хорошо. Я подумаю молча.

Качаю головой. Ага, конечно! Чтобы он и думал, да еще молча. Снег летом пойдет, не иначе!

– Вспомнил! – его крик оглашает салон спустя пару минут. Я аж подпрыгиваю на сиденье и недобро смотрю на Сеню. Тот состраивает невинную мордашку и… – Наф-Наф.

– Что?!

– Правда мило? И очень на тебя похоже.

– Прекратите звать меня свиньей?!

– Где свинья и где Наф-Наф, – укоризненно произносит Сеня.

– Это из мультика!

– Я знаю.

– И там было три поросенка!

– Помню-помню!

– И они были мальчиками!

– Это к делу не имеет отношения.

– Еще как имеет!

– Ладно. Могу звать тебя Няф-Няф. Очень мило.

– Нет!

– Тебе нужно расслабиться, Снежик, – неожиданно ласково произносит Арсений. – Как давно ты веселилась?

– Было однажды, больше не хочу, – не могу не выпустить колючки.

– И прям больше не было? За все пять лет ни разочка?

Я смотрю на парня и не понимаю, чего он этим добивается.

– Прекрати, Сень. Я выхожу замуж.

– Ты выходишь замуж, каждый раз как я приезжаю.

– Или ты приезжаешь, каждый раз как я выхожу замуж!

– Одно другому не мешает.

– Мешает! Очень даже мешает! Ты делаешь все, чтобы выставить меня перед моим женихом в самом худшем свете.

– Раз он не может тебя принять со всеми твоими недостатками, то зачем он тебе нужен? Тем более жалкий человечка…

– Хватит! В этот раз я выйду замуж!

– И когда?

– Через две недели.

– Это не с ним ты встречалась весь этот год?

– С ним.

– И он сделал тебе предложение только в конце года?

– Представь себе!

– Видимо ты хорошо его прижала, да, Снежик? Или у парня больше нет возможности… повеселиться с тобой.

– Ты отвратителен! – сдерживая слезы, сообщаю Арсению. Была бы моя воля, высадила б его прямо здесь! Или сама ушла! Но ведь пробки, люди вокруг и, если я брошу машину, посередине дороги, испорчу кому-нибудь праздник.

Объяснять Сени что-то бесполезно. Еще пару лет назад для таких как я не было шанса найти себе пару и создать полноценную семью. Моей подруге Насте удалось не только доказать обратное, но и охомутать не обычного волка в стае, а самого сына альфы. У нее все было намного сложней. Я-то, полукровка, хотя бы могу обращаться в полнолуние и пару дней до и после него, а Настя не могла совсем.

Но несмотря на все более лояльное отношение к обделенным, особо много желающих создать с нами пару не нет. Вот поэтому я и ищу себе мужа среди людей.

– Прости, Наф-Наф, я перегнул палку, – звучит искренне.

– Просто помолчи.

Спустя литр моих нервов…

Телефон Арсения в очередной раз дзынькает. И если поначалу я не особо обращаю внимания на сигналы, то спустя какое-то время каждое новое сообщение, приходящее парню, начинает выбешивать. Да и просыпается любопытство, с кем это Сеня так активно переписывается в последние полчаса.

Наверное, с девушкой.

Почему-то эта мысль вызывает обиду. И вроде бы мы уже давно расставили все точки над «i», но… Такое чувство, что я ревную парня.

Да одно время я была влюблена в него. Да и как можно было не влюбиться в старшего брата своей лучшей подруги. Арсений казался взрослым, мужественным, добрым и заботливым. Прямо принц, которого я себе навоображала.

Только вот все менялось, стоило ему открыть рот. Из вечнозанятого бизнесом семьи идеала он тут же превращался в легкомысленного повесу, отвешивающего пошлые шуточки.

Свои чувства к нему я, конечно же, скрывала, но, видимо, плохо. Невинный поцелуй перерос в жаркую ночь, которую я тщетно пытаюсь забыть уже пять лет. Не потому что не понравилось или жалею о случившемся, скорей наоборот – все было слишком замечательно, чтобы быть правдой.

Пиканье гаджита у Арсения прекращается, за что я благодарю небеса. Но оживает мой телефон.

– Снежи-и-ик, – протягивает Инга, и я уже понимаю, что ничего хорошего она мне не скажет. – Там такие пробки, что мы решили уже выдвигаться.

– Что? А как же Сеня?

– Привет, систэр, – подает голос объект обсуждения.

– Привет-привет! Снежа, довезешь Сеню до базы отдыха, а?

– Мы могли бы где-то пересечься по дороге…

– Да где? Трафик такой, жуть!

– Инга, мы же договаривались. Пока я доеду до базы, пока обратно, уже вечер будет. А мне, между прочим, еще продукты покупать и стол накрывать.

– Какой стол? – удивляется Сеня. – Ты разве не с нами?

– Нет, не с вами, – процеживаю сквозь зубы. – Мы с Ярославом будем праздновать вдвоем.

– Ой, – подает голос Инга. – А я Ярославу забыла об этом сказать.

– И?!

– Так мы уже все вместе едем на базу. Вон его машина позади.

Черт! Моя ошибка. Так распереживалась из-за прилета Арсения, что позвонить Яру забыла.

– Я ему сейчас наберу и все объясню.

– Снеж, ну не будь как маленькая. Да в пробке мы. До разворота еще пилить и пилить. Да и Яр вроде как телефон забыл… Ну, Снежа-а-а! Ну отпразднуем все вместе! Будет весело! А завтра поедете домой. Набудетесь еще вдвоем, – раздается хихиканье.

– Хорошо, уговорила, – сдаюсь я, потому что включается здравый смысл. Пора уже оставить прошлое в прошлом. Тем более домик на двоих уже оплачен на базе. И вот там сегодня ночью я и отдамся Яру. Чего я все тяну до свадьбы?

Понятно, почему. И это почему, довольно улыбаясь, сидит рядом… Человек, как бы он хорош не был в постели, никогда не сравниться с оборотнем.

– А ты платье уже купила? – когда мы наконец-то минуем пробку, спрашивает Сеня.

– Какое платье? – не сразу понимаю, о чем он говорит. Вроде как к Новому году наряд у меня с собой.

– Свадебное, Наф-Наф.

– Нет, не купила.

– А чего?

– Ты действительно хочешь это обсуждать? – поражаюсь любопытству Арсения.

– А что такого? – пожимает он широкими плечами. – Ехать нам еще прилично. Мне интересно, как вы тут живете без меня.

– Хорошо живем.

– Теперь-то я приехал, и заживете еще лучше.

– Что значит приехал? Насовсем?

– Ну да, – хитро улыбается парень. – Дела за бугром наладил. Теперь там и без меня работать будут.

– И чем займешься здесь?

– Буду помогать отцу.

– То есть станешь моим начальником?

– Не без этого, Наф-Наф. Буду командовать. Готовься.

Так уж получилось, что семья Инги имела свой довольно-таки прибыльный бизнес. После окончания института вопроса, куда пойти работать, и не было. На тот момент я уже подрабатывала в их фирме, а получив диплом, стала полноценным сотрудником. Место было хорошее, Инга, вот, всегда под рукой. В общем, идеально, как ни крути. Надеюсь, с возвращением Сени, который именно пять лет назад, после Нового года, укатил за рубеж, налаживать там дела бизнеса, ничего не изменится.

– А Ярослав твой кем работает? – спрашивает Арсений.

Не очень-то и удобный вопрос, по правде сказать. Яр по жизни повеса, который старается казаться важнее, чем есть на самом деле. Прямо полная противоположность Сени. Но есть у Яра и свои плюсы… Их нужно только рассмотреть.

– Курьером в вашей фирме.

– О-о-о! – многозначительно протягивает Сеня.

– Вот только без этого, – вздыхаю.

– Да я ничего плохого не имел ввиду, – серьезно отвечает он. – Я тоже начинал курьером в нашей фирме. Правда мне на тот момент было лет четырнадцать. И посмотри, кто я теперь? У твоего Яра есть все шансы подняться по карьерной лестнице. Так что к годам пятидесяти заживете. Щенки уже вырастут…

– Хватит, Сень!

– Молчу-молчу, – смеется этот гад. Вот зачем он издевается? Какое ему вообще дело до меня?

– Прошу тебя, не лезь в наши отношения. Я выйду замуж!

– Выйдешь-выйдешь, – хитро блестя глазами, подтверждает Сеня. – Я мешать не буду. Наоборот, поспособствую.

– О-о-о, не-е-ет!

– Не дрефь, Наф-Наф. Все будет чики-пуки!

– Сам бы лучше женился, – ворчу под нос.

– Так скоро женюсь, – ошарашивает меня этот балабол.

– Что? Как? – теряюсь, но, быстро взяв себя в руки, интересуюсь: – И кто она?

– Одна замечательная девушка, – возвращает он загадочный ответ. И я прекрасно понимаю, что, чтобы я не делала, Арсений больше не скажет ни слова. – Давай поедим, – его предложение только подтверждает мои мысли.

– Нам еще ехать и ехать, – настраиваюсь на бой. – Потерпишь, – и добавляю ехидно: – А ночью поешь.

– Ты безжалостна, Снежа! Когда я успел так провиниться?

– Тебя кормили в самолете, – привожу весомый довод.

– Я проспал этот момент.

– Значит, так ты хотел есть.

– Но сейчас то я хочу!

И не поспоришь. И не выдержишь тоскливого взгляда побитой собаки. Р-р-р!

– Хорошо. Если будет, где остановиться, заедем.

– Наф-Наф, ты прелесть.

– Прекрати меня так называть!

– Тебе идет.

– Я не свинья!

– Ты мило подхрюкиваешь, когда смеешься.

Я округляю глаза от возмутительной клеветы. Не хрюкаю я! Ну, может, иногда! Но я давно уже постаралась избавиться от этой привычки!

– И год свинь…ки все же наступает. Будешь символом Нового года у нас. Ай!

– Еще хоть слово, и я высажу тебя в сугроб!

– Жестокая-я-я, – воет этот дурило в ответ.

Заезд в придорожную кафешку обходится нам в целый час. Первые пять минут я продолжаю от недовольства пыхтеть как чайник, но, когда мне приносят горячий чай и булочку, политую шоколадом, настроение резко подскакивает вверх.

За всей рабочей суетой я как-то потеряла ощущение предстоящего праздника. Даже маленькую елочку забыла нарядить дома. За что становится стыдно, ведь даже придорожная кафешка не поскупилась на гирлянду.

В помещении пахнет елкой и мандаринами. Цветастые огоньки отражаются от глянцевых пластмассовых игрушек, играя бликами на всех поверхностях. Мило и уютно, что даже не хочется никуда дальше ехать.

Вот в следующий Новый год… – даю себе очередное обещание, но останавливаюсь, потому что не знаю, чего я конкретно хочу себе загадать. Обычно обещание звучало так: «Следующий Новый год я проведу со своим возлюбленным или даже мужем, а может, буду уже носить под сердцем нашего ребенка». Но жизнь бежит дальше, а обещание так и остается несбыточным.

– О чем задумалась? – прерывает поток моих не самых позитивных мыслей Арсений.

– Да так… Ты поел?

– О да, моя спасительница! Бью челом за великую честь отобедать с Вами!

На нас оборачиваются немногочисленные посетители кафешки. Я уже отвыкла от выходок Сени, но почему-то стыда не испытываю.

– Ну что вы, поручик, была рада вам угодить!

Арсений как мальчишка расплывается в улыбке. Рад, что я поддержала его спектакль.

– Машина мне твоя не нравится, – выходя пару минут спустя на стоянку, заявляет Сеня.

– Главное, что мне моя букашечка нравится, – парирую я.

– Консервная банка на колесах, – продолжает принижать мою малышку. Понятное дело, что для такого бугая, она маловата, но зачем же так жестоко.

– Не волнуйся, обратно поедешь не со мной!

Сеня еще несколько минут ворчит, в красках расписывая все "прелести" моей машины, но в итоге все же замолкает. Молчу и я, погруженная в свои мысли.

Никак мне не дает покоя внезапно нахлынувшее чувство, что я нахожусь не на своем месте.

– Ну где вы? – первое, что слышу я, приняв звонок.

– Что значит где? – интересуюсь у подруги. – В дороге. А вы?

– А мы уже на месте, – хохочет Инга.

– Как это? Вы же выехали позже нас.

Арсений даже не пытается скрыть довольной улыбки. Ой, чую что-то он задумал.

– Так я вспомнила про объездную дорогу. Мы по ней быстренько и доехали, минуя пробки.

– А мне ты о ней не хотела сказать?

– Так ты же уже съезд на нее проехала, чего тебя дергать.

– Засранка.

– Эй-эй! Без обзываний, попрошу!

Я молчу, не желая отвечать предательнице.

– Сне-е-еж, – умасливает меня Инга. – Ну Сне-е-ежик! Ну не ду-у-уйся!

В том, чтобы подлизаться, подруга отлична поднаторела у братца, который улыбается, но так же как и я молчит.

– А вы далеко? – еще один вопрос в пустоту. – Да ну вас!

Инга, обиженно пыхнув, сбрасывает вызов.

Последние капли моего терпения…

– Вправо бери, – командует Сеня. Я выворачиваю руль, куда скажет мужчина, не потому что такая послушная, а из-за того, что гонор показала еще в самом начале заснеженной дороги, ведущей к базе. Тогда я не вняла словам Арсения, и моя букашечка чуть не села на брюшко. – Чуть левее, – следую указаниям Сени. – Кто тебе права только дал?

– Кто-то дал, – огрызаюсь в ответ.

– Левее, Снеж.

– Я взяла левее!

– Еще бери.

Мы уже не едем, а ползем.

Вроде же управляющие знали, что домики сданы на праздники, так почему у нас все через одно место, и никто не удосужился почистить дорогу! А мы такие деньги отдали! – негодую про себя.

– Что? – чувствую недовольный взгляд Сени.

– Больше за руль не сядешь.

– Угу. Командир нашелся.

Что и говорить, до базы мы добираемся оба недовольные и молчаливые.

На территории арендованных домиков праздник ощутимей. Неподалеку на лужайке стоит наряженная елка солидных размеров. Рядом пристроилось целое семейство снеговиков. Из окон в синие сумерки льется теплый свет, создавая ощущения волшебства. Чую, вот-вот пойдет снежок. Сказка!

Я выскакиваю из машины, будто ошпаренная. Арсений даже своим молчанием умудряется показывать недовольство. У-у-у! Да чтобы я! Еще раз! Да с ним куда-то поехала!

– Ну наконец-то! – Инга выходит на открытую террасу бревенчатого дома. – Мы вас уже заждались!

– Вот! – показываю в сторону направляющегося к нам с чемоданом Арсения. – Доставила, как и обещала, в целости и сохранности.

– Спасибо, Снеж! Сенька! – Инга виснет на шее брата. – Соскучилась по тебе ужасно!

– Оно и видно. Даже в аэропорт не приехала встретить, – ворчу я.

– Ой! – восклицает Инга, делая шаг назад. – Омела!

Мы с Сеней одновременно поднимаем головы вверх, потом переводим взгляд друг на друга.

– Даже не рассчитывай, – когда парень ставит чемодан на пол, говорю ему. – Нет-нет-нет!

– Традиция такая! – довольно кричит волчица.

– Иди сюда, мой отважный Наф-Наф. Я буду тебя лобзать!

– Сень, не дури! – но кто бы меня слушал, одним шагом преодолевая расстояние между нами. И, когда он аккуратно обхватывает ладонями мое лицо, я понимаю, что пропала. Мягкие и теплые губы касаются моих едва ощутимо… поначалу, а потом все настойчивей и напористей.

Оказывается, я до сих пор прекрасно помню, каково это, целовать Арсения. Глоток воды для испытывающего жажду. Лучик тепла для замерзающего. Прикосновение любви и нежности для одинокого сердца.

Волк одурительно пахнет. Я, как и любая самка, собираюсь сдаться без боя под напором более сильного самца.

Это повторяется вновь. Рушит пять лет пустоты между нами. Утягивает на дно, в самую гущу запретных желаний. И если бы не:

– Вот это да-а-а, – ошарашено прозвучавшее от Инги, мы бы так и не отлепились друг от друга.

Стоит Арсению только отпустить меня, как я делаю шаг назад и подпрыгиваю от неожиданности, впечатавшись спиной в столб крыльца. Не могу отвести взгляд от Сени, как и он от меня. Происходит то, чего не должно происходить. Но как же тянет все тело и душу к этому мужчине.

– Снежа? – не менее ошарашено звучит от Ярослава. Я даже не заметила, как он появился здесь и, конечно же, стал свидетелем моей распущенности.

Это снова конец.

Благо, что не купила платье…

– Я все объясню, – севшим голосом говорю своему жениху.

– Да не стоит, – хватая с вешалки у порога куртку, злится Ярослав. Сбегает с крылечка. И только тогда я действительно понимаю, что произошло и чем это грозит.

– Яр, стой! – устремляюсь за парнем. – Послушай. Это дурацкая случайность. Традиция!

– Традиция целоваться с первым попавшимся мужиком? – подходя к машине, спрашивает он.

– Он не первый попавшийся!

– Оно и видно, – ядовитое в ответ. – Отойди, Снежана, я уезжаю.

Не двигаюсь с места, стоя перед машиной. Честно, в душе я даже чувствую облегчение, но вот гордость никак не хочет принимать очередное поражение.

– Яр, неужели из-за этой глупости ты возьмешь и бросишь меня здесь?

– Я думаю, Снеж, нам нужно разойтись.

– Что?

– А что ты хотела? – восклицает он. – Ты бессовестно целуешься с мужиком на глазах у других людей, а я должен это прощать?

– Значит, я целуюсь? – процеживаю сквозь зубы. – А когда ты обжимаешься по углам с Галькой из бухгалтерии, я должна спокойно это принимать?!

Ярослав молчит, понимая, что крыть нечем, да и бессмысленно. Какой я была дурой, пока терпела шепотки за спиной, и обвиняла себя в этом. Да ничего бы не изменилось, даже будь у нас с Яром секс. Я ему не нужна.

Делаю шаг в сторону, освобождая дорогу. Яр садится в машину и уезжает, так и не сказав и слова.

Провожаю красные огни сквозь пелену непролитых слез.

Свадьбы не будет! Снова!

Позор!

Снова звонки. Снова отмена всех броней. Снова укоризненные, жалостливые взгляды вокруг.

Хотя какая теперь разница. Я ж дура! Видимо, заслужила.

Яру-то хорошо, это не ему со всем возиться, потому что не он и платил за все.

Идиотка!

В Новый год с возом проблем.

Молодец, Снежа, ты умеешь создавать праздник.

Напьюсь…

– Крутой у тебя жених. Даже в морду мне не дал, – возвращает меня обратно на землю голос за спиной.

… и набью кое-кому морду…

Пусть сейчас еще не полнолуние, но самый настоящий рык зарождается у меня в горле.