Тот, кто всегда рядом

Глава 9

Кассандра & Джейн

За время короткого знакомства с Шэй Кассандра и Джейн узнают про нее две вещи.

Она не умеет лгать; у нее краснели щеки и она избегала зрительного контакта, когда придумывала историю про ветеринара.

И у Шэй есть странная, тревожная привязанность к Аманде.

Сразу после поминок Шэй направляется в закусочную и садится за стойку. За ней наблюдает Валери, шестая и последняя участница группы – и единственная, кто не пришел на поминки.

Валери, которая была актрисой в Лос-Анджелесе, прежде чем переехать в Нью-Йорк, работает в пиар-фирме Кассандры и Джейн. Она помогает им как со множеством рабочих заданий, так и личных.

Риск, что Шэй заметит слежку, невелик. Валери – хамелеон. Сегодня на ней простое синее платье, а волосы убраны в низкий хвост. Она встает рядом с высоким барным столом, занятым группой туристов, и без труда сливается с ними.

Поначалу история Шэй про то, что у нее есть планы, кажется совершенной правдой. Но минуты идут, а к ней так никто и не присоединяется, и постепенно становится ясно: это очередная ложь. Шэй потягивает пиво, ест гамбургер и периодически поглядывает на телефон.

Примерно через час она выходит из заведения. Бармен быстро забирает подписанный ею чек, и имя разглядеть не удается.

Она проходит тридцать восемь кварталов до дома спортивной походкой, не задерживаясь ни на секунду возле нескольких станций метро – а ведь на нем она могла бы добраться быстрее.

Еще одна любопытная деталь. Возможно, метро связано для нее с неприятными воспоминаниями об Аманде.

Она исчезает в пятиэтажном многоквартирном доме из белого кирпича.

Это тот самый дом, где, судя по отслеживающему устройству сестер, находится кулон Аманды.

Валери продолжает наблюдать за входом, но Шэй остается внутри, а вместе с ней и секреты об Аманде, которые она может хранить.

Валери поднимает телефон, чтобы сфотографировать заходящего в здание мужчину – он может оказаться соседом, от которого можно узнать полезную информацию, – когда на экране отображается входящий звонок от Кассандры.

– Я с Дафной, – начинает Кассандра.

Валери инстинктивно сжимает трубку, услышав ее тон.

– Детектив полиции оставила ей сообщение, пока мы были на поминках, – продолжает Кассандра. – Она просила Дафну позвонить и ответить на несколько вопросов.

Валери резко втягивает воздух.

– Про Аманду?

– Нет. Про мужчину по имени Джеймс, с которым Дафна ходила на свидание вслепую десять месяцев назад.

Глава 10

Дафна

Дафна стояла в фойе маленького итальянского ресторанчика, поправляя на шее винтажный шарфик. Неважно, какое это по счету первое свидание – в этот момент у нее всегда сводило желудок от волнения.

Она надела белоснежное шерстяное платье и ботильоны на высоком каблуке из шоурума своего бутика в Вест-Виллидж, а в обеденный перерыв ей сделали укладку.

– Думаю, вы хорошо поладите, – сказала Кит, клиентка, которая устроила им свидание вслепую. – Джеймс и мой муж состояли в одном братстве в колледже, и недавно они возобновили общение. Он очень веселый парень.

Открылась дверь, и вошел высокий, широкоплечий мужчина.

– Ты, наверное, Дафна. – Он широко улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку. – Я Джеймс.

Он действительно оказался привлекательным, как и обещала Кит. К тому же, Джеймс отправлял ей такие любезные и теплые сообщения, что сегодняшний вечер представлялся многообещающим. Он сказал, что ему нравится ее имя, и предложил встретиться в удобном для нее ресторане.

– Ньокки здесь просто восхитительные, – сообщил Джеймс, пока официантка вела их к уютному столику у камина.

Еще одна располагающая деталь: большинство мужчин предложили бы встретиться, чтобы выпить. Джеймс же, казалось, хотел узнать ее получше.

– Закажем бутылку вина? – спросил он и, когда она согласилась, заказал «Пино-Гри».

Она предпочитала красное вино, но промолчала.

Пока официант наполнял их бокалы водой, Джеймс принялся рассказывать смешную историю о свадьбе его приятеля и Кит, вспоминая, как не пришел солист музыкальной группы.

– Поэтому мы все по очереди брали микрофон и пели.

– И что спел ты?

Он заразительно расхохотался. У него был чудесный смех – теплый и притягательный.

– Выкладывай!

– «Мое сердце будет биться дальше», – едва выдавил он.

– Песню Селин Дион? Да ладно!

Он пропел фальцетом первую строчку песни.

– Пожалуйста, скажи, что есть видео! – Она наконец взяла себя в руки и сделала глоток вина, которое оказалось вполне неплохим. Джеймс был очень внимателен, предложил ей попробовать свои ньокки и просил рассказать ему какие-нибудь истории про ее клиентов.

Она подумала, что это лучшее первое свидание за долгое время.

Когда он поднял бутылку вина, чтобы снова наполнить ее бокал, она сказала:

– Ой, мне совсем чуть-чуть.

– Да ладно. – Он наполнил ее бокал. – Завтра же выходной.

Когда он поставил бутылку на стол, она обратила внимание на его толстые, сильные на вид пальцы.

Ничто не насторожило Дафну во время ужина. И это – одно из самого худшего; позднее она будет снова и снова проигрывать этот вечер в своей голове и пытаться понять, что осталось для нее незамеченным. Упустила ли она какой-то намек на угрозу?

Когда принесли счет, Джеймс оплатил его так быстро, что она просто не успела вмешаться и предложить разделить сумму – галантный поступок с его стороны.

Когда они вышли на улицу, Джеймс спросил:

– Можно я провожу тебя?

На короткий момент она задалась вопросом, откуда он знает, что она живет рядом. Потом вспомнила, что он выбрал ресторан в удобном для нее районе. И, конечно, догадался, что до ее квартиры должно быть недалеко.

Он вел непринужденный разговор по дороге и даже остановился погладить пуделя, за чем с улыбкой наблюдал его владелец. Потом он взял Дафну за руку – крепко и ободряюще.

Когда они дошли до ее дома, Дафна надеялась, что он поцелует ее на прощание.

– Я прекрасно провела вечер, – сказала она, когда они дошли до ее подъезда. И посмотрела на него с легким смущением. Она была разборчивой и не целовалась с мужчиной уже несколько месяцев. – Спасибо за ужин.

Он наклонился и поцеловал ее, медленно и мягко. Она положила руки ему на плечи. Они прижал ее к себе сильнее. Поцелуй длился и длился, его язык дразнил ее губы.

Было так приятно почувствовать прикосновения. Почувствовать себя желанной.

Когда они оторвались друг от друга, она улыбнулась.

– Спасибо еще раз, – сказала она, а затем направилась внутрь.

– Слушай, – начал Джеймс, и она повернулась. – Ты не против, если я быстренько воспользуюсь твоим туалетом?

Она моргнула. Странная просьба.

– Прости, видимо, дело в последнем бокале вина, – рассмеялся он.

Как могла она отказать этому милому парню, который только что сводил ее на ужин; парню, который любит собак и открывает перед ней двери?

– Конечно.

Она почувствовала неловкость, когда они прошли мимо консьержа, Реймонда. Он поприветствовал ее, не выразив удивления, что она привела домой незнакомого мужчину, хотя раньше он никогда не видел, чтобы она возвращалась ночью с кем-то.

Возможно, Реймонд видел, как они с Джеймсом целовались; они стояли прямо у стеклянного входа.

– Доброй ночи, – сказала она Реймонду, когда они проходили мимо.

– Доброй, – добавил Джеймс, и это показалось Дафне странным – он ведь через минуту уйдет, – но, возможно, он произнес это на автомате.

Джеймс положил ладонь ей на поясницу, когда они заходили в лифт. Причем ниже, чем следует.

Дафна вспыхнула, подумав, что это может увидеть Реймонд. Она убрала руку Джеймса.

Они стояли рядом, пока лифт ехал на десятый этаж. Легкая беседа оборвалась. Джеймс смотрел прямо перед собой и больше не улыбался.

Он ожидал большего?

Они флиртовали весь вечер, но это не означало, что она хочет так скоро с ним переспать.

Она решила оставить дверь в квартиру открытой и стоять у входа. Можно жестом показать Джеймсу, куда идти – туалет был в коридоре. Потом она с ним попрощается, и он все прекрасно поймет.

Именно так Дафна и поступила. Она услышала звуки смыва, потом из крана над раковиной побежала вода – ей сразу вспомнились его сильные руки, – и Джеймс появился снова.

Она стояла наполовину в коридоре. Он не мог неверно истолковать намек.

Джеймс подошел. Она немного подвинулась, чтобы пропустить его. По-прежнему одной ногой в квартире, одной – в коридоре. Но он остановился прямо перед ней.

Теперь он тоже стоял на пороге.

Джеймс наклонился поцеловать ее. После секундного колебания она решила ему это позволить; казалось, так будет проще от него избавиться.

Но теперь она словно целовалась с другим человеком; его губы больше не были нежными, и он прижимался к ней всем телом. Она почувствовала в его дыхании запах чеснока от ньокки.

Ее клиентка Кит сказала, что ее муж недавно возобновил общение с Джеймсом. Насколько хорошо они его знали?

И тут Дафна поняла, что не слишком-то хорошо знает и саму Кит.

Дафна отстранилась.

– Еще раз спасибо.

Но он не двинулся.

Коридор был ярко освещен, но в квартире царил полумрак. Лицо Джеймса оказалось наполовину в тени, наполовину на свету.

– Нам обязательно расставаться?

У нее заколотилось сердце, но она заставила себя улыбнуться.

– Мне завтра рано вставать.

И тут Дафна увидела в его глазах нечто, из-за чего все ее инстинкты наконец забили тревогу, о которой лишь нашептывали с тех пор, как Джеймс попросил разрешения зайти.

– Я просто очень устала, – в ее голосе появилась тревога. – Но я тебе позвоню.

– Конечно, позвонишь. – Он по-прежнему не двигался.

Ее тело наполнил адреналин. Вокруг никого. Консьерж был на десять этажей ниже. Она молилась о звонке лифта, означающем, что приехал сосед. Но в коридоре было тихо.

Он продолжал смотреть на нее безо всякого выражения.

– Ну… – промямлила она. – Уже поздно…

Как только он прекратит блокировать дверь, она захлопнет ее и быстро повернет замок. А затем позвонит Реймонду, чтобы убедиться, что Джеймс покинул здание.

Казалось, прошла бесконечность, прежде чем он поднял ногу и вышел в коридор. Но он не повернулся к ней спиной. Продолжил стоять боком. Но хотя бы ушел с порога.

Дафна зашла обратно в квартиру и попыталась закрыть дверь.

Но его рука резко взлетела и толкнула ее в другом направлении. Дафна не успела отдернуть ладони и пошатнулась назад, потеряв равновесие на каблуках.

Это Джеймс повернул изнутри замок.

В последующие дни Дафна несколько раз брала телефон, чтобы позвонить в полицию. Но всегда опускала трубку, так и не набрав номер.

Она постоянно ощущала руки Джеймса, смыкающиеся на ее горле, пока она лежала неподвижно. Его мерзкие слова эхом раздавались в ее голове: «Я знаю, ты любишь грубость».

Ее единственной уликой был едва заметный синяк на шее. Она представляла, как обвинитель спросит: «Вы просили его остановиться?»

Получается, ее слова против его. Даже консьерж, скорее всего, заметил, что они целовались, и точно видел, как она вела его к лифту. Она знала, что судебная система не оказала помощи другим женщинам. И не верила, что справедливость восторжествует.

Однажды поздно ночью она взяла телефон и отправила Джеймсу сообщение: «Надеюсь, ты сгниешь в аду». А потом его заблокировала. Реакция казалась неадекватной, но она не знала, что еще сделать.

Сперва она никому не сказала. Дафна была единственным, поздним ребенком и была не слишком близка с родителями. Они не планировали заводить детей и, казалось, были не слишком ей рады, хотя она была тихой, самодостаточной маленькой девочкой.

Она пыталась забыться в долгих, утомительных пробежках вдоль Вестсайдского шоссе и начала худеть. Аппетита почти не было. Она не могла смотреть в глаза Реймонду, когда заходила в подъезд.

Потом однажды, через несколько недель после нападения, у нее в магазине прозвенел звонок. Дафна начала запираться, когда была одна, и оставлять покупателям табличку с просьбой звонить в дверь.

Был спокойный вечер вторника, на улице стояла слякотная зима, но каким-то образом ни серый грязный снег, ни соль с тротуаров не запачкали высоких кожаных сапог двух зашедших в магазин девушек. Дафна видела их впервые в жизни, но сразу догадалась, что они сестры.

– Мы проходили мимо вашего магазина миллион раз и всегда хотели заглянуть, – заговорила Кассандра.

– Я уже вижу, что это место станет моим новым пристрастием! – заявила Джейн, проводя пальцами по стопке кашемировых свитеров.

Они провели у нее почти час, непринужденно болтая за примеркой одежды и потягивая шампанское из бокалов – Дафна выносила их для особых клиентов. Сестры вели себя куда дружелюбнее, чем большинство покупателей, заходивших к Дафне; похоже, сестры искренне хотели узнать ее поближе.

К тому моменту, как Дафна паковала их покупки в глянцевые пакеты, ей стало немного легче, словно присутствие этих теплых, энергичных, сильных женщин создавало какой-то барьер против терзавших ее эмоций.

– Мы скоро вернемся, Дафна! – пообещала Джейн, уходя.

И они вернулись, через несколько дней.

Еще примерно через неделю они пригласили Дафну выпить к Джейн домой. Это казалось естественным и спонтанным, словно продолжение их общения в магазине.

Дафна не планировала рассказывать сестрам про нападение Джеймса. Она ведь их едва знала. Но что-то в них – она даже не могла понять, что конкретно – заставило ее довериться. Казалось, они знали, что нужно сказать, чтобы добиться от нее откровенности. Когда Дафна сидела у Джейн на диване и гладила ее прелестную трехцветную кошку, Хепберн, она чувствовала себя менее одинокой.

Взгляд Кассандры потемнел.

– Джеймс преступник. Дафна, он тебя изнасиловал.

Джейн приобняла Дафну.

– Чем мы можем тебе помочь?

– Не знаю, – прошептала Дафна. – Я просто хочу, чтобы он за это заплатил.

Позднее сестры сказали Дафне, что именно в этот момент поняли – она одна из них.

Их было пятеро: сначала Кассандра, Джейн и Валери, потом присоединилась Бет – с ней Валери была знакома, потому что они жили в соседних квартирах. А вскоре после этого Бет привела Стейси.

Решение было единогласным: Дафна станет шестым членом группы.

Глава 11

Шэй

Стратегии смягчения панических атак:

1. Вдохните через нос, считая до пяти, задержите дыхание, считая до пяти, и выдохните через рот, считая до пяти.

2. Посчитайте обратно от 100 до 0, каждый раз отнимая по 3.

3. Сосредоточьтесь на четырех вещах, которые видите перед собой, трех вещах, которые можете потрогать, двух, которые можете понюхать, и одной, которую можете попробовать на вкус.

*Попыток зайти в метро без панической атаки: 12 (успешных ноль)

Я надеялась, что поминки Аманды подарят мне чувство завершенности и все наконец наладится.

Но все стало только хуже.

Прошло почти две недели с того момента, как я стала свидетельницей ее прыжка, но я по-прежнему не могу близко подойти ко входу в метро. Дома не лучше; Шон редко проводит время у Джоди, потому что она живет в маленькой двухкомнатной квартире с двумя другими девушками. Поэтому они всегда у нас, готовят обед или обнимаются на диване перед телевизором.

Я хожу пешком и по возможности езжу на автобусах, но иногда единственный вариант – такси, как недавно, когда автобус сломался и я опаздывала на работу. Деньги на счету тают.

География определяет мои решения: кажется, будто жизнь сжимается. На выходных вместо Бруклинского Ботанического сада, который всегда дарит мне покой, я отправилась в маленький парк неподалеку от дома. Мои любимые занятия по кроссфиту проходят в Сохо, но я начала ходить в маленький зал в соседнем квартале.

Иногда, когда я лезу в сумку, мне кажется, что я чувствую под кончиками пальцев маленькие, острые края кулона Аманды. Но оказывается, это просто крышка от гигиенической помады, или дужка очков, или неровный шов на дне сумки. Я несколько раз выворачивала сумку наизнанку, но ничего не нашла. Может, кулон до сих пор сверкает где-то там, внизу, на станции «33-я улица».

Я боюсь засыпать – знаю, что меня поджидают кошмары. После худшего из них я проснулась в поту – я бежала по платформе, отчаянно пытаясь остановить Аманду и зная, что не успею. Протянув руку, я схватила лишь воздух – она отстранилась и, повернувшись, посмотрела на меня.

Но вместо ее лица я смотрела в собственное.

После этого я наконец взяла телефон и записалась к психологу. Хотелось бы сказать, что я выбрала ее на основе ее академических достижений или по рекомендации, но на самом деле ее услуги просто покрывает моя страховка – и до нее всего восемь минут пешком.

Первый сеанс Паула посвятила постановке целей. Я немного нервничала, когда зашла в ее маленький кабинет на 24-й Восточной улице, но потом напомнила себе, что обращаться к психологам нормально: их услугами пользуются сорок два процента американцев. Каждый пятый миллениал посещает специалиста – хотя со мной такое впервые.

Паула предложила мне поставить перед собой небольшую реальную цель и поработать над ней, и выбранная мной показалась ей выполнимой.

– Это станет неплохим первым шагом, – сказала Паула, и я улыбнулась, уверенная, что наконец встала на верный путь.

Но теперь, в начале нашего второго сеанса, я сижу и бесцельно вожу крошечными грабельками по миниатюрному саду камней, пока Паула просматривает записи с нашей последней встречи, и чувствую, что данная ей надежда испарилась.

Наконец Паула поднимает взгляд и улыбается.

– Ну хорошо. Вам удалось достичь цели и дотронуться до зеленых перил на входе в метро?

Я откладываю грабли и складываю руки на груди, потирая при этом голые предплечья.

Я знаю, что Паула на меня смотрит, но не могу поднять взгляд и качаю головой.

– Я смогла только дойти до края решетки.

Чувствую, как слова сдавливают горло.

Она записывает что-то в блокнот и затем снимает очки.

– Вы пробовали техники, которые мы обсуждали?

Я поднимаю левую руку и демонстрирую синюю резинку на запястье. Паула посоветовала щелкать себя ею изо всех сил, когда меня начнет охватывать паника. Это отвлечет ваш разум, пообещала она. Это был один из многих предложенных ею способов, от дневника благодарностей до преодоления фобии путем разделения ее на множество мелких шагов.