- -
- 100%
- +
Катерина Воробьёва
– Пап, я не поеду! Я не хочу уезжать! – притопнув ногой, расхожусь на отчаянный вой. Он сам учил меня быть сильной и отвоёвывать своё… Но, видимо, это были только слова, потому что когда речь заходит о моей жизни, он не задумываясь принимает решения, которые отражаются на мне, а мне и слова поперёк не даёт сказать.
– Катя, так надо! Прекрати, в конце концов, истерить! Поступил приказ. Придётся ехать. Хочешь – не хочешь. Мне полковника дали. Ты – несовершеннолетняя. Как я сказал, так и будет!
Голос сухой и грубый. Требовательный. От него у меня всегда слезятся глаза.
– Ууууух! Ненавижу! Если бы мама была жива! – и снова я хлопаю дверью и убегаю из дома… Снова чувствую себя так, будто всем на меня наплевать… Душа скулит и плачет сердце… Почему хотя бы раз, когда у меня наконец наладилась жизнь, он не может послушать своего ребёнка… Почему?! Как я буду без своих подружек… Господи… У меня ведь тут вся жизнь!
На всех скоростях бегу в соседний двор к однокласснице и лучшей подруге Вике. Не могу сдержать слёз, ведь мне так надоело исполнять его указы. Всё время, будто на поводке! Приказ о том, приказ об этом! Врываюсь в подъезд и поднимаюсь на третий этаж, преодолевая лестницу за секунды и надавливая на звонок дрожащим пальцем.
– Госссссподи… – открывает её мама в ужасе. – Катюх, ты чего так трезвонишь?! Заполошная какая… Случилось чего? С отцом?
– Тётя Валяяяя, – рухнув на её плечи продолжаю реветь, пока позади не показывается напуганная Вика. Я, наверное, всех тут огорошила своим неожиданным появлением.
– Каааать… Что случилось?
Пока рассказываю им всё, задыхаюсь и захлёбываюсь соплями. Дышать не могу. Чувствую себя какой-то брошенкой… Мы здесь два года жили… И снова… Я уже так прикипела. У меня тут даже мальчик был… Есть… Конечно, не скажу, что я сильно буду плакать по нему… Нет. Скорее, по девочкам, по классу, по учителям, по маме... Это место действительно стало мне настоящим домом.
– Блин… А ты Лёшке-то сказала? – интересуется Вика, придерживая меня за плечи. А я ощущаю, как дрожу, сидя на месте.
– Нет… Не говорила, я только узнала… Вик… Как я буду? Я не хочу уезжать!
– М-дааа… Одиннадцатый класс… – огорчённо заключает тётя Валя вслух. – Что же такое… Сложно ведь на новом месте… Последний год ведь…
– Он не понимает! Он никогда меня не понимал! Только мама понимала…
– Катюш… Ты успокойся… В сети же будем общаться, – гладит меня Вика по голове, пытаясь успокоить. – Уверена, что сможем приезжать в гости… Вы же в Волгоград?
– В Москву… Господи… Вика… – всхлипываю я, а подруга округляет глаза. Она явно не ожидала этого. Да и стала бы я так реветь, если бы мы переезжали в Волгоград? Это ведь рядом совсем… И на выходные можно было бы ездить друг к другу…
– Блин… В столицу… Ох… – поражает её эта новость.
– Вот и я о том же… Что я там буду делать?! Там все такие надменные, злые, я уверена… Мне там просто не место, я не хочу!
Я не знаю сколько длится вся эта истерика, но я чувствую себя так, будто рассказываю не о своей жизни… О чужой. Словно смотрю на себя со стороны… Тараторю и запинаюсь… Будто стопку иголок проглотила. Такое сейчас неприятное болезненное чувство…
Неожиданно слышу звонок в дверь и вздрагиваю. Мы ведь живём в военном городке… Тут все друг друга знают… Тётя Валя идёт открывать, а я уже заранее догадываюсь, кто это…
И вот слышу голос отца, звучащий на фоне включенного в зале телевизора…
– Валентина… Я ведь всё понимаю… И Вы должны понимать… Позовите её…
Очень не хочу идти, но вздыхаю… Знаю же, что отец принципиально не будет ругаться тут. Просто дома мне устроит. Поэтому, чтобы не усугублять, обнимаю подружку на прощанье и вытираю щёки от горьких слёз. Она смотрит на меня с таким сожалением… И я не понимаю… Мы ведь все дети военных, но почему-то переезжает постоянно только мой. Всё ему мало. Он постоянно пытается кому-то что-то доказать. И я понимаю, что амбиции у всех разные, но иногда стоит обратить внимание и на своего ребёнка тоже…
– Катюш, пиши… Ты ведь всё равно не сегодня уедешь, да? Встретимся с девчонками… – хмурится Викуля, провожая меня до двери.
– В конце месяца… Дали время собрать вещи… – опускаю я опустошённый взгляд. – Ладно, я пошла… Пока хуже не стало… – выдаю уже шёпотом.
– Давай, моя…
К отцу подхожу вся зарёванная и виноватая. Конечно, он сразу же заостряет взор своих тёмных недовольных омутов на моих… Он в целом не особо любит Викину семью, но терпит наше общение. Ну, терпел… А теперь молча ждёт, когда я обуюсь и выйду за ним.
– Главе семейства привет, – бросает вскользь, а тётя Валя вздыхает, закрывая за нами. Викин отец – старший прапорщик. Они тоже не особо общаются вне службы, но знают друг друга, естественно.
По пути домой неслышно чапаем по влажному после дождя асфальту. Перепрыгивая через лужи, гляжу на то, как отец спокойно идёт по ним своими берцами. И так люто ненавижу всё это… Форму, службу, переезды… До какой-то трясучки.
Как же скучаю по маме… Ей я могла всё рассказать, поделиться, и она меня всегда слушала… У отца разговор короткий. Живая, сытая… Значит, он – хороший родитель…
Когда моя нога ступает через порог дома, он закрывает дверь и вздыхает.
– Катерина, пройди на кухню. Поговорить надо…
– Я не хочу…
– Нет слова «не хочу», есть слово «надо».
Взвываю и тащусь туда, чувствуя, как пол горит под ногами… И отец грузным мешком плюхается напротив меня, расстёгивая форму.
– Ты понимаешь, Кать, что там перспективы… Не это замкнутое пространство… Там всё… Катя, это столица! Ты потом поступить там же сможешь… Там необъятный горизонт… Подумай головой… Катюша, ты же умная девочка у меня…
– Папа… Я… Я просто не хочу… Я хочу… Здесь…
– Неужели тебе нравится это место? После всего?! – ошарашенно спрашивает он, но в голосе нет как такового вопроса… Это, скорее, утверждение…
– Нравится… Мы здесь маму оставили…
Он проглатывает ком и потирает глаза, тяжело вздыхая.
– У меня выбора нет, Катерина. Я тут уже не могу. Стены душат и погоны давят… Ты должна послушать меня…
Погоны ему давят… А лишняя звезда на них, видимо, давить не будет… Каждый раз одно и то же…
– Я поняла, пап… У меня нет права голоса… Я и так это знала, – спокойно встаю из-за стола и задвигаю за собой стул, бросив равнодушный взгляд в его адрес… А сама ухожу к себе в комнату, где собираюсь всё последующее время рыдать в подушку…
***
– Катюш… Ну, мы же можем общаться… Ездить друг к другу порой… Потом тебе исполнится восемнадцать и поженимся, да?
Не знаю, о чём Лёша вообще говорит, но мне дурно от этого… Мы никогда даже о любви не говорили, а уж тем более о женитьбе… Встречаемся три месяца и у меня всё время было желание сказать ему, что всё кончено, однако я так и не решилась его обидеть. А тут такой повод – переезд за почти тысячу километров… И он считает, что мы потом поженимся и будем вместе… Красота.
Скупо киваю, пока он вытирает мои слёзы со щёк.
– Хочешь я попрошу за тебя у отца… Вдруг послушает…
– Лёша… Глупостей не говори… Он не то, что не послушает… Он быстрее меня заберёт, если узнает о тебе. И вообще… Наверное, это лучший повод, чтобы… – замираю, глядя в его несчастные круглые глаза, которые чего-то от меня ждут, и понимаю, что не смогу… Ранить его таким вот образом. Катя, ты ведь не гадина какая-то… Пусть лучше сам тебя бросит, когда ты будешь вдалеке…
– Что, Кать?
– Да ничего, Лёш… Просто мне очень жаль, что всё так получилось…
Он находит мои губы и начинает целовать… Всё, что я чувствую… Соль и разочарование… Почему целовать кого-то так мерзко? Столько слюней, и тошнота… Я никогда не испытываю от этого хоть какого-то удовольствия, о котором пишут или говорят другие. Не понимаю, что со мной не так…
Но когда экзекуции, наконец, прекращаются, я смотрю на Лёшу и вздыхаю. После чего просто прижимаюсь к нему и продолжаю грустить. Я чувствую от него тепло и заботу. Этого уже достаточно, чтобы обнимать его. Человек он хороший, добрый… Нежный… Но почему-то кроме этого я больше ничего не замечаю.
– У нас осталась неделя, да?
– Угу… Неделя… И мне ещё нужно собирать вещи… Представить не могу, что ждёт меня там… Какая там будет школа. Какие ребята… И вообще… Буду ли я там счастлива?
– Я всё равно заберу тебя, – уверенно говорит он, прижимая к себе. – Годик потерпим и заберу…
Представляю, как для него болезненно ощущать моё молчание в ответ. Но врать ему я не хочу… Да, я не договариваю. Умалчиваю. Но вот просто врать о своих чувствах – это так омерзительно, я считаю… Для меня неприемлемо.
– Мне уже надо идти домой, Лёш… Спасибо, что проводил.
– Хорошо… – с грустью вздыхает он, отпуская, и я иду к себе, надеясь на то, что всё это окажется дурным сном… Я проснусь, и мне не нужно будет никуда уезжать…
Однако моим мечтам не суждено будет сбыться…
***
Очередное утро будит меня лучами яркого солнца… Я не понимаю, как погода может петь в такой день? Сегодня моя полупустая комната полностью опустеет… Наши вещи привезут уже туда на грузовой машине, а мы с отцом полетим на самолёте…
Провожать меня, естественно, приходят все… Девчонки, некоторые мальчишки… Лёша. Который не рискует выделяться из толпы. Мы просто перекидываемся взглядами, ведь отец у меня суровый. Нрав у него такой, что он никого ко мне не подпускает. Ну, хотя бы в те моменты, когда я под контролем, на его глазах.
– Катюнь… Завязывай реветь уже, – с отчаянием произносит сбоку, когда заводит машину… А я приклеилась к окну и смотрю вслед ребятам, которые машут мне и медленно идут вслед. – Всё будет хорошо.
– Угу. У тебя будет, – бурчу, и отец это никак не комментирует.
А у меня внутри всё сжимается, как представлю, что всё придётся проходить заново. Притирку, знакомства… Да элементарно изучить город. Он ведь огромный. Я в таком вообще не привыкла жить.
Отец хоть понимает, как там не просто? Смотрю на него искоса и думаю… Да ничего он не понимает… Люди военные ни о чём кроме службы не думают… И маме отец уделял мало времени… Быть может, если бы всё было иначе, то и она была бы жива сейчас…
Молча проглатываю ком и всю дорогу до аэропорта переписываюсь с подругами в общем чате… Пишу, что уже скучаю, а они, что скучают по мне… Буквально чувствую, как какие-то нити между нами рвутся. Это будет тяжело. Я уже предвкушаю испытания и проблемы.
И хотя я всегда была мнительной, но на этот раз мне отчётливо кажется, что там действительно будет сложно…
Визуализация: Главная героиня - Катерина Воробьёва
Главный герой - Ярослав Земцов (О нём мы узнаем уже в следующей главе)
Глава 1.
Катерина Воробьёва
Москва встречает меня странными новыми ощущениями… В груди что-то громко беспрерывно щёлкает… Словно вместо сердца там теперь заводной механизм. Смотрю по сторонам, пока едем с отцом до метро… И мой взгляд не может сфокусироваться ни на одной детали… Потому что столько всего, что глаза разбегаются.
Первое, что ловлю – тут красиво… Много людей и все они так быстро ходят, суетятся… Куда-то спешат. Что я на секунду представляю, как бы оказалась среди них и растерялась…
– Не бойся только, – бубнит отец рядом, а я бросаю на него вымученный взгляд.
– Я и не боюсь…
Ещё бы я призналась ему, что боюсь. И вообще… Ему всё равно на мои чувства. Так к чему эта фраза сейчас была… Всё равно ничего не изменится…
Квартира, что нам выделили двухкомнатная, по словам отца просторная. Находится рядом с моей будущей гимназией. Как он сказал, очень престижное место, но я и сама везде за него читала. Так и есть. Она, конечно, не частная. Ничего такого. Там учатся все по прописке, но вместе с тем, отзывы о ней очень приличные. Говорят, все, кто заканчивал, ЕГЭ сдавали на «хорошо» и «отлично», что уже радует… Потому что я всё равно думаю о будущем поступлении… Чтобы поскорее начать зарабатывать и свалить подальше от отца… Самостоятельно принимать решения и больше от него не зависеть. Не прыгать с места на место… А обосноваться там, где хочу. Но вряд ли он знает о моих планах… Оно и к лучшему…
Когда добираемся, сразу же поднимаемся на тринадцатый этаж… Подобных строений у нас там, конечно же, не было… Поэтому, стоит мне ступить внутрь подъезда, комфорт поражает… Такой огромный чистый лифт… Новые лестницы… Камеры в доме…
Ну а дальше… Квартира, громадная металлическая дверь которой выглядит как сам вход в Мордор… Чёрт возьми…
– Ого…
– Заходи, заходи… Здесь всё есть… Техника, мебель… Всё уже для жизни имеется…
Я подозревала, что ему будет чем меня подкупить, но не думала, что настолько… Как же шикарно внутри… Господи… У нас такого жилья ещё не было. Нет, мы всегда хорошо жили… Но это что-то на богатом…
– Пап… А у тебя теперь больше зарплата будет, да?
– Ты давай… Зубы не заговаривай мне… Беги комнату свою смотри, вещи привезут после четырёх, а мне ещё сейчас нужно будет до части доехать. Ты парням скажешь, чтобы внутрь затащили. Помогут.
– Угу… А это далеко отсюда?
– Прилично. Но часам к десяти вечера я вернусь точно, – сообщает отец. – Будь на связи. Можешь пока по городу погулять… На вот… – тянет он мне свёрнутые купюры. – Можешь к школе что-то купить и покушать…
– Спасибо… – бормочу, ведь уже чувствую, что сдалась… Хоть и понимаю, что выбора у меня не было… Но жильё мне действительно нравится…
Я закрываю за отцом дверь… И тут же начинаю всё фотографировать, пересылая девчонкам. Конечно, они сразу же отзываются.
«Офигеть… Ну… Столица…!!! Конечно! Катюха скоро загуляет, а про нас забудет!
Точно!
Да не забуду я про вас, с ума сошли?! То, что мне нравится жильё, не говорит о том, что у меня появятся новые друзья!
Ага, ага, рассказывай! И про Лёшика забудешь! Там, наверное, мальчиков красивых мноооого будет! Ой, лично я тебе завидую, Катька!
Да ну, фу!», – отправляю с плачущим смайликом и закрываю переписку, вздыхая... Неужели они не понимают, что завидовать тут нечему…
Иду в ванную, чтобы умыть лицо, включаю свет и…
Вижу всю эту красоту, приоткрыв рот… Плитка… Идеальная… Огромная ванна, душевая… Да даже унитаз просто будто как в каком-то дворце… Я точно полюблю эти стены… Господи, как же мне хотелось бы, чтобы мама всё это тоже увидела… Она была бы в восторге.
Фотографировать снова не берусь, потому что не хочу в очередной раз слышать от девочек о том, как мне повезло… Поэтому просто иду на кухню, чтобы перекусить, открываю холодильник, а тут в буквальном смысле мышь повесилась…
Вообще ничего нет… Хотя с чего бы тут чему-то быть? Судя по всему, до нас тут никто не жил… Словно квартиру только-только отремонтировали…
Поэтому я беру деньги, что оставил мне отец и решаюсь прогуляться до магазина… По-любому тут есть где-то неподалеку… Спускаюсь на этом классном лифте, смотрю по сторонам и выхожу на улицу… Вдыхая полной грудью загазованный воздух… Машин в округе… Тьма невиданная… И все стоят… Я слышала, что тут большинство передвигаются на метро из-за пробок… Но зачем же тогда все эти внедорожники? Просто хвастаться, что стоят?
Достаю телефон, снимаю небольшое видео для своих девочек.
– Вот так здесь у нас на улице… Во дворе… Ну ииии… Я иду в магазин… Хочу купить немного еды… Папа оставил мне бабосики и… Ой… – растерянно рыскаю по карманам в поисках денег, которые точно складывала туда, но их не нащупываю… Понимаю, что скорее всего выронила, когда доставала телефон и оборачиваюсь. А их уже поднимают какие-то парни неподалеку. У меня внутри сразу же нарастает паника.
– Эээээ!!! Ээээй, стойте! – бегу на них, сломя голову, и один из них тут же прячет деньги в карман. – Верните… Это мои…
Застываю перед ними и смотрю в глаза каждому… И чувство стыда за собственную опрометчивость сейчас превышает всё остальное. Но за своё я буду биться до последнего.
– Ничё не знаем… Нашли – наши… Будешь знать, как варежку разевать…
– Что?! Да я тебя! – хочу замахнуться, как вдруг второй вглядывается в моё лицо, словно знакомую во мне увидел и чуть толкает друга в плечо.
– Верни, Димон…
Каштановые взъерошенные волосы, торчащие в разные стороны лишь на секунду привлекают мой взгляд, а больше я стараюсь ни на что не смотреть… Одеты они обычно… Неужели не хватает денег, чтобы вот так нагло отбирать у других?
– Чё? Ярик, ты чё? С хера?! – ворчит мой недруг, пересекаясь с ним взглядами.
– Верни, говорю… Чё бычишь?
Я молчу, проглатывая язык… Парень, позарившийся на чужое добро, возмущенно пыхтит и всё же протягивает мне деньги… А я сталкиваюсь с карими глазами второго ещё раз, но стараюсь не зацикливаться, потому что он при этом слишком навязчиво смотрит.
Хватаю бумажки и тут же начинаю бежать оттуда прочь, слыша за спиной грубый бас.
– Не за что!
Забегаю за дом и прислоняюсь к стене, начав задыхаться… Господи… Первый день в Москве… Первый час почти! А уже такое…
Так только со мной могло быть…
Выглядываю из-за дома, но уже никого там не вижу, слава Богу… Интересно, они тут живут? Или что делают, раз шляются тут? Высматривают не обронил ли кто-то деньги? М-даааа…
Кое-как успокаиваю своё напуганное сердце… Я хоть и не любитель конфликтов, но в обиду себя обычно не даю. И если бы тот парень не вступился в наш спор, я бы точно начала драться за эти деньги… Тут всего две тысячи, конечно… Но для меня весомо, ведь я хочу есть…
Всё же захожу в магазин, расположенный почти напротив дома через дорогу… И не просто ларёк… А огромный гипермаркет… Я там теряюсь, естественно… Тут так много всего, что моих двух тысяч явно не хватит на то, что я мечтаю затолкать в корзину… Какие-то экзотические фрукты, которых я в жизни даже не видела… Я там просто кайфую от разнообразия… Правда очередь реально километровая… Но есть касса самообслуживания и там я справляюсь быстро.
Поэтому уже через полчаса возвращаюсь домой… Предварительно осмотрев двор на наличие тех парней… Мне везёт, что их нет, и я быстренько заскакиваю в подъезд… Мало ли что они могут сделать мне за то, что я так невежливо убежала оттуда… Да, я не сказала ему «спасибо». Но и не считаю, что должна была… Так бы поступил любой нормальный человек! А его друг вообще быдло неотёсанное…
Наконец, спокойно выдыхаю, оказавшись в квартире… Здесь за такой огромной металлической дверью чувствую себя в безопасности…
Отец не звонил. Девочки до сих пор переписываются о том, какая классная у меня квартира… Видео я не успела сбросить… Решаюсь включить его, чтобы просмотреть, и потом понимаю, что не выключила камеру, когда за ними бежала… Слышу их голоса и по коже бежит дрожь… Я будто снова и снова проживаю тот момент… Господи…
«Не за что» он бросил мне с такой предъявой… Мама дорогая… Будто и впрямь обиделся или даже обозлился…
Надеюсь, они вообще забудут про этот инцидент, и я тоже… А ещё надеюсь, что больше я их никогда не увижу…
***
Наступает день «икс»… День, когда я пойду в эту новую дурацкую школу… Мысленно я, конечно, настраиваю себя на позитив, но внутри… Внутри всё равно безумно напряжена… Мы с отцом ознакомились немного с городом… Он сказал, что часто будет задерживаться, поэтому надеется на меня и моё благоразумие… Обещал оставлять деньги… Мне ведь уже семнадцать… За собой присмотреть я в состоянии. Для него главное, чтобы я училась и в десять была дома. Чётко. Без опозданий… А ещё… Любимое…
«Никаких парней до восемнадцати».
Нет… С Лёшей я до сих пор общаюсь, конечно… Вопреки отцовским наставлениям… Девочки говорят, что он очень грустит без меня, и мне его прям-таки жаль… Но ничего, уверена, что со временем, всё устаканится, и он сам обо мне забудет… А пока я делюсь с подругами разочарованиями о городе и людях здесь… Несколько раз я уже столкнулась с грубостью и высокомерием… Не сказать, что я такая сахарная девочка, но было неприятно.
С самого раннего утра я приготовилась… Там предусмотрена форма, поэтому долго думать, что надеть не пришлось. Это, как выяснилось, тёмно-синяя юбка и белая блузка с жилеткой у девочек. Я просто уложила волнами свои каштановые волосы. Чуть подкрасила свои глаза и губы. Выглядела при этом стильно и не вульгарно…
А сейчас иду пешком до своей школы… Она находится не так далеко… В трёх дворах отсюда… На своих двоих около семи минут… Отец специально так сделал, чтобы я не потерялась и далеко никуда не ездила…
Когда вижу её, меня как в ступор вгоняет… Такая огромная. Наверное, здесь учится очень много народу.
Стоит зайти, внутри я ещё сильнее теряюсь… Охрана, металлоискатели, турникеты… Карточная система пропусков… Там мне выдают всё, что нужно… А потом охранник сообщает о моём прибытии классной, и она идёт меня встречать…
– Здравствуй, Катерина…
– Здравствуйте…
– Я – Алиса Игоревна, твой классный руководитель и по совместительству учитель химии… Как у тебя с химией?
– Не очень, – улыбаюсь я, и она усмехается.
– Ну, ничего подтянем… У меня весь класс по химии со мной начал соображать… Я не хвастаюсь, не подумай, – продолжает она и ведёт меня в сторону кабинетов… – Сейчас у вас будет литература… Расписание можешь взять у одноклассников… Все они у нас очень доброжелательные… Своенравные, да… Но доброжелательные…
Звучит, конечно, уже настораживающе… Но не буду же я трястись из-за этого… Иду за ней дальше и рассматриваю огромные коридоры, которые для меня подобны лабиринтам…
– О, Господи…
– А, ничего… Ты привыкнешь… У вас не так было?
– Нет…
– А ты из…
– Михайловки... Это… Военный городок… Во Волгоградской области…
– Точно… Понятно. Ну, ничего. Не бойся. Главное, держи себя… Осанку ровно, подбородок выше, да? Строевой шаг, – пытается она шутить. – Так ведь у военных…
– Угу… – отвечаю скупо, и мы, наконец, заходим в класс, где уже, судя по всему начался урок литературы.
– Георгий Алексеевич… Я на две минуты… Представлю новенькую и исчезну, – шепотом просит она и он кивает… Тогда я захожу внутрь…
Взгляд мой бегло и равнодушно проходится по девчонкам и парням, которые наоборот рассматривают меня досконально и цинично… Словно видят перед собой не человека, а экспонат.
– Познакомьтесь, класс, это Катя… Она будет учиться с вами. Прошу любить и жаловать…
Я инстинктивно расплавляю плечи. Им меня не напугать… Пусть даже не стараются…
– Катя, Катерина, – выдаёт кто-то из парней в толпе, и все как-то по-тупому посмеиваются.
– Ну всё, Катя, присаживайся, – отпускает меня классная, я делаю шаг, высматривая свободное место, а натыкаюсь на уже знакомый взгляд карих глаз, которые смотрят на меня с заднего ряда и заставляют мой язык прилипнуть к нёбу…
Глава 2.
Катерина Воробьёва
Блин… Нет, нет, нет… Это же точно он, да? Точно… Я не могу спутать. Даже если сейчас он в школьной форме, но лицо точно его. И рядом этот второй, который хотел отжать у меня деньги… Господи, вот я попала. Быть может, он меня и не запомнил? А чего тогда так смотрел? Аж по коже дрожь пробежалась…
Выбираю первое попавшееся место. За третьей партой… Через одну от него. Не так уж близко, чтобы быть съеденной… Уже вижу, как девчонки начинают шушукаться обо мне, что заранее мне не нравится… Взгляды совсем не добрые…
– Не обращай внимания, – выдаёт соседка. Выглядит она безобиднее остальных. Поэтому я к ней и подсела. – Ты просто новенькая. Так будет не всегда…
– Ты тоже?
– Нет, не я. Но я знаю таких… Если не из их касты, начинается…
Что-то такое я, конечно, и сама предполагала.
– Понятно… Я – Катя…