- -
- 100%
- +
– А чё у нас… Физра до сих пор? – ржёт кто-то из парней, глядя на неё, а потом и все остальные подключаются. Кукушки так и стоят, осуждая её и перешёптываясь… Сильно ж она их задела… Сначала унизила на уроке… Прыгнула, блядь, как птица… Потом Марат этот её… М-да…
Она же с Лидкой сидела… Сначала правда села к Насте. Та нормальная девчонка. Я у неё раньше домашку брал по инглишу. Потом вообще понял, что этот дерьмовый язык мне никогда не выучить и забросил попытки показаться умнее. Забил хер, проще говоря. Мычу чё-то время от времени и жду свою обещанную преподом тройку.
– Слышь, Димон… Свали на урок, а…
– Бля… Ярик, ты чё стебёшь?! Опять из-за неё? Ты задрал уже, – психует он, но всё же берёт свой рюкзак, закатывая глаза, и пересаживается за соседнюю парту. А я зову Катерину к себе.
Как только наши взгляды пересекаются, меня будто молния шарахает. Снова…
Указываю на соседний стул глазами, и она вздыхает… После секунды раздумий всё же идёт ко мне и садится рядом. Тогда и все вдруг перестают галдеть. Девки смотрят в недоумении. А она ставит свою сумку на колени.
– Нашла, я смотрю…
– Нашла… В непригодном виде, – заявляет она, вытаскивая тетрадь, ручку и телефон.
– Чё случилось?
– Она вся грязная… Они её по улице разбросали…
Чувырлы, блях…
– Ясно.
– На форме написано… «Ярослав»… Всё же тебя так зовут? – переспрашивает она и, очевидно, ждёт от меня поддержки, но я ей давать её не собираюсь. Это минутная слабость в её адрес не значит, что я буду всегда помогать. Молча записываю в тетрадь дату, игнорируя вопрос, и тут наконец заходит учитель. Начинается урок.
Катерина при всём этом чувствует себя неловко, как я могу заметить. Потому что постоянно поглядывает на меня и поправляет свои влажноватые волосы, которые, судя по всему, не досушила после выхваченного стресса.
– Я тебе завтра верну…
– М?
– Форму твою… Постираю, поглажу и верну… – говорит она, вызвав у меня нервный смешок. Я сам её, наверное, недели две уже не стирал. Парадокс, что потом не воняет. Зато мужиком от неё так и прёт.
– Ну постирай, погладь, спорить не буду, – отвечаю равнодушно и снова отворачиваюсь.
До самого конца урока стараюсь не смотреть на неё. Да, хочется. Но я не из тех, кто завидев симпатичную мордашку, перестаёт думать башкой. Я же вижу, какого поля ягода. Не просекла ещё, как здесь всё устроено. Вот сначала мне показалось, что она «своя». Но когда свернула к этим… Будто лезвием мне по коже прошлась. До скрежета неприятно.
Просто из-за того, что разочаровала.
Когда звенит звонок, она тут же собирает свои вещи, словно ужаленная, и бежит к классной. А я спокойно собираюсь и начинаю уходить оттуда, прислушиваясь...
Как только из её уст звучит «библиотека», мне всё становится ясно. Куда она сейчас пойдёт… И нет же уйти, наплевав на всё это… Нет же забить… Но я как мудак первым прусь туда, пока они с классной ещё разговаривают.
– Я смотрю, ты новенькую приметил, – звучит где-то позади в коридоре и я бросаю один пронизывающий взгляд на сраного Галицкого. Подхожу к нему, глядя в глаза, и мы стоим, сложив руки в карманы в метре друг от друга.
– Маратик, не зарывайся.
Он только лыбится, и я улыбаюсь.
– Какие-то проблемы? – спрашиваю, и он мотает головой.
– Нет, никаких. У меня всё охуенно. Жизнь идёт как надо…
– Отлично…
Я знаю Марата давно… Когда-то наши отцы дружили и даже были партнёрами… Но потом после обвинений на моего… Его отец перестал взаимодействовать с нашей семьей. Он и есть так самая единственная персона, кто знает о моём прошлом. О семье… Но никогда никому не говорит. На это тоже есть свои причины.
– А как твоя… Видел тебя как-то на заправке… Странно… Ведь тачки-то у тебя нет, – выдаёт он, чем заставляет меня усмехнуться. Надеется задеть этим, серьёзно?
– Тебя там парни твои заждались, за мной не надо ходить по пятам и подглядывать. Ты же не из этих, да?
Он вдруг вспыхивает. Уже уверен, что начнём махаться, но тут за мной возвращается Димон.
– Яр, ну ты где, блин?! – встаёт в проходе, увидев нас. И Галицкий тут же психованно ретируется. После чего друг подходит ко мне. – Чё этот хотел?
– Да ничё… Забей.
– Чё валим на сход?
– Бля… Я позже подойду…
– В смысле? Ты гонишь?! Мы договорились!
– Да помню я… Мне в библиотеку надо, – пизжу, как дышу, а он косится на меня.
– Какая нах… библиотека?
– Потом расскажу, – ржу и сваливаю побыстрее, увидев, как классная с Катериной уже выходят из кабинета, и та приобнимает её за плечи, будто успокаивая… Моя-то… Нажаловалась уже, бедняжка… Такова жизнь, Катя… Пусть тебе это оставит зарубки, зато ты поймёшь с кем имеешь дело…
В нужном месте оказываюсь раньше. Стою и роюсь на полках, слыша за стеной:
– Вот наша библиотека… Можешь брать, что хочешь… Все учебники в списке.
– Хорошо, спасибо Вам большое…
– Не за что… И ты не обращай на них внимания. Просто держись… Хорошо? Я понимаю, что сложно, когда не с кем поделиться…
– Всё нормально, спасибо, – отвечает она, а я подвисаю, вслушиваясь в её шаги… Мы вот сейчас аккурат друг напротив друг друга… Нас разделяет только сраный шкаф…
И я думаю о том, что сейчас она вынет книгу и увидит мою рожу… Но нет… Всё ещё примитивнее… У меня начинает звонить телефон. Я реагирую, убавляя звук, а она тем временем уже обходит стеллаж с другой стороны.
– Ой… Ты тоже здесь…
– Тоже. Это что… Твоя библиотека? – тут же выпаливаю, хотя вообще не собирался так грубо. Просто порой выходит. А она при этом бросает растерянный взгляд на полку. После чего улыбается. – Чего?
– Да нет, ничего, – отвечает она, пожав плечами. И начинает уходить в сторону, и до меня только тогда доходит, что я копался в разделе дошкольного чтения и чтения по слогам… Идиота кусок…
Тащусь к нужному, периодически поглядывая на неё. Она там набирает книги… Целую кучу книг. И до одной не может даже дотянуться.
– Помочь? – спрашиваю, но ещё до того, как она ответит, уже снимаю для неё книжку с верхней полки.
– Спасибо…
– Как ты всё это потащишь?
– Не знаю… – пожимает тонкими плечами. – Не бойся… Тебя просить не планирую…
– А я не планирую помогать, – отвечаю, насмехаясь.
– Ты странный, – выдаёт она, чем окончательно меня дезориентирует. Это в каком ещё смысле? В плохом или хорошем?
– Что мне на это ответить?
– Ничего… Просто факт, – заявляет, словно мне интересно её мнение… Но интересно же, блядь. Интересно…
– Хм, – хмыкаю и снова иду якобы по своим делам… Вообще не знаю, как с ней контактировать. Она кажется милой, но в то же время какой-то… Несчастной. Или тупо не до конца осознающей, что вокруг происходит.
Когда подходит с горой к библиотекарше, я сканирую со стороны… Там книг двенадцать… Вот куда ей с таким приданым?
Тащусь следом и встаю рядом.
– Ты ничего не выбрал? – косится и ждёт, когда её книги впишут в билет.
– Да мне и твоих как бы хватит, чтобы зае… Устать.
– Ты же не хотел помогать? – с укоризной спрашивает, сталкиваясь со мной взглядами.
– Жизнь – сложная штука… Порой приходится делать то, чего не хочешь. И мало ли… Вдруг ты мне ещё пригодишься, – отвечаю, а она закатывает глаза. – Блин, я вообще не в том смысле, что ты подумала.
– А что я подумала, Ярослав? – будто назло лезет она на рожон, да ещё и смотрит так… С вызовом. Я бы ей сказал сейчас, конечно. Или даже показал за такие вот настроения. Но она бы точно в истерике потом убежала. Поэтому тактично ухожу от вопроса.
Дальше… Молча толкаю часть её книг в рюкзак… Остальные тащу в руках.
По крыльцу проходим мимо толпы тех же куриц.
– Держись меня, – говорю ей, и она семенит за мной, словно ребёнок. – Ты там живёшь, да? В том дворе?
– Угу… Мы только переехали, – отвечает несмело.
Дальше мы почти всю дорогу молчим… Только у самого подъезда, когда она говорит, что мы пришли, я начинаю доставать её книженции.
– Я могу до квартиры помочь донести…
– Нет, ни к чему, – отрезает она. – Оставим тут… Я стаскаю… Частями… – указывает на лавку.
– Окей, – вынимаю, а она при этом смотрит, не отводя своих огромных карих глаз. Да, выглядит и впрямь как фарфоровая кукла… – Чё?
– Слушай… Насчёт того, что ты сказал мне там… Я… В общем… Мне не нужно их уважение… И с Маратом я точно никогда не буду, – отвечает она своим писклявым голоском. А я, ныне не испытывающий ничего подобного, ощущаю, как на руках дыбятся волоски и волнами гуляют мурахи. Потому что звучит так, будто из нас двоих она бы выбрала меня. Пока она не добавляет. – У меня вообще есть парень.
– М… Точно, – отвечаю, кивая. – Ладно, я пошёл. Парню привет передавай…
Разворачиваюсь и ухожу оттуда, почувствовав острое жжение в солнечном сплетении…
И мне эта новая херня совсем не нравится…
Я хочу жить так, как привык… Девушки только для расслабления, никаких привязанностей. Пусть так и остаётся.
Глава 5.
Катерина Воробьёва
Смотрю на его широкую спину, когда он так резко уходит… Всё же не думаю, что он плохой человек. Сама не знаю, почему… Хоть эти девчонки там что-то и говорили… Про то, что они бандиты и прочее… Я не уловила от него никакого негатива. Разве что в конце…
Не хотела, чтобы он провожал до квартиры и знал, где живу… А теперь смотрю на гору этих учебников и мысленно взвываю… Но самый апогей происходит тогда, когда я осознаю, что лифт сломался… Мне придётся минимум трижды таскаться туда-сюда до тринадцатого этажа и обратно. Господи…
На третьей такой ходке я уже вся перепотела и вымоталась… В квартиру захожу и улавливаю на себе запах… Его запах. Точнее, наш общий… Они смешались. Как дурочка подвисаю, оттопырив ворот и вдыхая эту квинтэссенцию… Тут даже сигаретами пахнет, а я всё равно нюхаю. Как же странно. Скорее нужно с себя это всё снять.
Вообще не поняла, зачем он мне столько помогал, если я ему не симпатична? А он мне… Симпатичен? Я пока даже этого не понимаю.
Снимаю одежду, замачиваю в тазике с моющим средством. Стиральная машина тут уже с сушкой. Очень удобно… Туда сразу же летит моя истоптанная форма… Первым делом я стираю её.
Какие же они дуры нереальные… И как я облажалась. Зачем я так поступила с Настей. Знала ведь с первой секунды, что от них ждать беды…
Смотрю на свою попу в зеркале и не понимаю… Что в ней такого? Обычная. Этот Марат озабоченный или что? Как он её под юбкой разглядел? Или это способ подката? Бред какой-то…
Теперь только думаю, как исправить ситуацию… Звоню Вике, потому что у нас уже два часа дня, а у них должна быть перемена. Хотя с Лёшей я переписывалась с самого утра немного, но девочек мне не хватает больше.
– Приииивееееееет… Мы тут все соскучились, – верещат они в трубку толпой… А мне хочется плакать.
– Привет… Как вы? Как там дела?
– А что с голосом?! Случилось что-то?
Когда я всё рассказываю, надсадно всхлипывая в трубку, они там в шоке.
– Капец… Да и пошли они… Как? Эллена? Жеееесть… А чё не Андромеда? – угорает Маринка, и я усмехаюсь сквозь слёзы. Мне бы пригодилась их поддержка и шуточки…
– Вот так…
– А этот Марат реально, видимо, запал на тебя. Вот она и ревнует… Ну ещё бы. Я сразу знала, что все пацаны твоими будут! – выдаёт Викуля, и они там снова смеются.
– Ой, ладно вам… Не в этом дело… Просто это так всё ужасно… Я здесь чувствую себя не в своей шкуре… Это не я…
– Ты справишься, Кать… Мы уверены… Ты всё сможешь и ещё поставишь этих выскочек на место… Пусть не думаю о себе! То же мне… И что там совсем никого нормального нет?
– Ну, есть… Настя, я ведь сказала…
– А из парней?
– Из парней… Ну… Один есть… Я его ещё плохо знаю, и…
– Ах ты бандитка, – ржёт Викуля. – Всё… Лёшка будет рыдать…
– Да нет… Я об этом даже не думала. Просто общаться. С ним можно общаться… Как-то так.
– Ага, ага… Общаться. Ну-ну…
– Ай, ладно, всё…
– Ахахахахах, дурочка, – слышу от них и вздыхаю в отчаянии. – Мы скучаем, Кать… Но у нас уже урок начинается.
– Хорошо… Давайте… Обнимаю…
Когда договариваю с ними, сразу же пишу Лёше сообщение, что извиняюсь за то, что не позвонила первым делом ему… Уверена, он узнает о нашем разговоре. Просто их я тоже хотела услышать.
Иду в ванну и хочу постирать вещи Ярослава. Вытаскиваю их из тазика, с ужасом осознав, что на них появились пятна как от белизны. Тут же хватаю флакон и вижу там сзади надпись «отбеливатель». Господи! Какого чёрта флаконы с гелем одинаковые?!
– Нет, нет, нет…
Вся его форма в этих следах… Он меня убьёт… Точно закопает… Катя, какая же ты дура, блин…
Так я забываю и про Лёшу, и про учебники, и про всё остальное… Будь это просто футболка со штанами я бы просто сбегала и купила новую, но тут ещё эта надпись дурацкая… Надо что-то делать… Толкаю мокрые вещи в пакет и бегу в первый попавшийся магазин… Покупаю там самые обычные шмотки… Вот фактически точно такие же, как те, что они носят на физкультуру… А потом бегу в ателье… Там разводят руками, говорят о каком-то месте, где вышивают такое… Но когда я доезжаю туда на метро, показав им, что нужно, мне с вежливой улыбкой говорят – пять тысяч.
– Что… Сколько???
– Ну Вам же надо точно так же… Это будет стоить пять тысяч…
– Господи… Ладно! Сделайте, пожалуйста…
Набираю номер отца и морщусь… У меня есть карта для обедов, куда он может перевести деньги, но просить такие суммы я ещё не умею… Мне приходится приврать.
– Пап… Привет… Там в общем поездка будет в конце недели в музей… По пять тысяч сейчас надо скинуться…
– Хорошо, вечером дам. Кать, на службе.
– Пап, мне щас надо. Уже собирают. Переведи, пожалуйста… На мою карту, – слёзно вымаливаю я, и он бурчит.
– Ладно, хорошо. Дома только будь по моему возвращению. Поговорим…
Он сбрасывает, и я выдыхаю…
Сажусь там на лавочку и планирую ждать, когда они сделают мне форму, и я смогу расплатиться… Какой же позор, а… И как я могла так облажаться? Совсем уже… Лохушка просто…
Я, наверное, часа два там сижу и потом мне выносят вещь…
– И это, Вы хотите сказать, точно так же???
– Девушка. Да Вам лучше никто не сделает так быстро… Берите, что дают, – ворчит она, а я, блин, хочу удавиться… Он реально меня спалит и добавит потом по голове… Почему я такая неудачница? Он мне помог, и так некрасиво с моей стороны…
Домой возвращаюсь в полном разочаровании в собственной жизни. Чувствую, что всё идёт наперекосяк. И я активно этому способствую…
Уже когда иду возле дома, вижу там его друга… Ещё одного моего одноклассника. Но, сделав вид, что его не знаю, ныряю в подъезд побыстрее…
Дальше уроки, разговор с Лёшей… Стирка, глажка, готовка ужина… Уборка… И потом я встречаю отца.
Помогаю ему снять форму. Знаю, что он ещё час вечером будет начищать свои сапоги… А пока идёт мыть руки и ужинать…
– Кать… У тебя всё в порядке? Ты какая-то… Расстроенная, – неожиданно спрашивает, и я смотрю на него, проглатывая ком. Признаться, что всё ужасно и заплакать – значит проявить несказанную слабость… Дочь офицера не имеет на это право, как он мне утверждает. Поэтому…
– Всё нормально. Школа мне нравится. Дом тоже. Всё хорошо.
– Ладно. Рад слышать. Вкусно сделала котлеты… – хвалит он меня.
– Как мама, – отвечаю я, и он кивает, уставившись в тарелку. Не может о ней слышать. Сразу впадает в транс. Иной раз кажется, вообще никогда о ней нормально не поговорим… А мне оно очень надо. Особенно сейчас…
– В какой музей-то собираетесь? – неожиданно меняет тему, а я, дура, даже забыла посмотреть наименования.
– Да… Я даже как-то… Не спросила… Отдала впопыхах деньги и всё… Завтра спрошу.
– М-м-м… Ну спроси, спроси… А-то денег даю, а не знаю, куда ребёнок мой даже ходит… – говорит он, усмехнувшись. – Спасибо за ужин.
– Ага… Пожалуйста… Ты что-то ещё хотел или… Разрешите идти, товарищ полковник?
– А ты не ёрничай… Иди, коли не хочешь с отцом даже поговорить…
Я резко встаю, задвигаю за собой стул и убегаю в свою комнату. Закрывшись там, снова плачу… Наедине с самой собой и подушкой… Завтра ждёт новый день, и я уверена, он будет точно таким же, как сегодня…
***
Взяв с собой новую форму я уже иду в школу как на каторгу… Чувствую, как щёки горят, но стараюсь ни на кого не смотреть… Первым делом снова подхожу к Насте ещё до того, как зайти в кабинет.
– Можно тебя на пару слов? – отзываю, и она отходит со мной.
– У тебя всё хорошо? Вид такой уставший…
– Да не обращай внимания… Я в общем, извиниться хотела, – протягиваю ей шоколадку. – Я очень тупо поступила… Очень и очень тупо… Прости меня.
Она недоверчиво смотрит то на шоколад, то на меня.
– Я тебя извиняю. Мне не нужно это… Сама лучше поешь, я сладкое не особо… У меня генетика плохая. Сразу же разжирею, – улыбается она. – Они что-то сделали с твоей формой вчера, да?
– Разбросали на улице… Телефон тоже валялся в грязи… Благо, я отчистила…
Пока стоим и разговариваем мимо проходит уже знакомая мне компания.
– Лохушки, – усмехается одна из этих девочек, и я не выдерживаю.
– Сама ты такая.
– Что? – разворачивается и смотрит на меня с остервенением. – Чё ты сказала?
– Ты слышала. Сама ты лохушка, поняла меня? – огрызаюсь, и она делает шаг на меня, думая, что я испугаюсь, но я делаю ещё два в ответ, и мы уже готовы вцепиться друг в друга, однако доступ к ней мне неожиданно загораживает Ярослав.
– Я смотрю, ты ходячая катастрофа, да?
– Отойди, я её, нафиг, ударю! – психую, а он угорает надо мной.
– Настюх, классного союзника себе нашла, – подмигивает ей, и я теряюсь. Они типа общаются? Может… Даже дружат?
– Да я не искала… Она сама меня нашла…
Пока те девчонки что-то ещё фыркают за его спиной и высказывают, я смотрю только на него… Мне стыдно. Вообще за всё. Но надо начать говорить…
– Я… В общем… Ярослав, можно тебя на пару слов? – зову его, а он приподнимает брови.
– Это что-то секретное? – ёрничает шёпотом.
– Прекрати… Мне нужно поговорить конкретно с тобой.
– Лааааадно, – издевательски выдаёт и идёт за мной в небольшой закуток. Я встаю прямо напротив и строю самую несчастную гримасу из всех. – Только не реви, ладно? Я не умею тёлок успокаивать…
– Блин… Я и не собиралась… Какое же ты хамло…
– Ага… Так чё?
– В общем… Я накосячила перед тобой… Хотела извиниться… Вчера я засунула стирать твою форму. Хотела замочить и… Кароче, случайно добавила средство с хлором… Остались следы… Пришлось бегать и делать новую… Но она отличается…
– Погоди… – останавливает он меня, потому что я не перестаю тараторить. Всё говорю и говорю, чуть ли не задыхаясь, с надрывом. От чувства стыда всё лицо красное. – То есть, ты… Уничтожила мою форму… А хозяюшка из тебя так себе, да, Воробушек? – издевается он, и я впервые его ударяю. Ощутив какой он твёрдый… У меня начинает болеть рука от этого удара и я морщусь, а он ржёт. Запомнил мою фамилию… Да ещё и так назвал… Аж по коже дрожь промчалась.
– Будешь знать, как распускать руки… Ладно, я понял. Сильно ушибла? – хватает он меня за запястье.
– Нет, – отдёргиваю я свою руку. – В общем… Извини меня… Вот… – передаю ему пакет… Карие глаза при этом туда даже не заглядывают.
– И ты даже не посмотришь… Ну как там сделали…
– Да ни к чему как бы… Это была моя запасная форма…
– Что? – спрашиваю я, ощущая, как в груди всё переворачивается. – Ярослав… Я вчера три часа бегала и делала… Господи…
– Но всё же честно. Ты испортила – ты бегала. Извинения я принял, но смотреть не собираюсь. Мне без надобности. Это всё? – нагло заявляет он, в очередной раз заставив заткнуться. Я не понимаю, как у него так получается… Но он всегда ловко показывает мне моё место… И я чувствую себя идиоткой.
– Всё… В общем-то…
Молча разворачиваясь, он уходит в класс, а я вздыхаю, направившись за ним… Но на этот раз сажусь снова рядом с Настей… Хватит с меня всего этого.
И новых знакомств тоже…
Глава 6.
Ярослав Земцов
Да, я специально так сказал. Просто чтобы она не напрягалась. На самом деле мне вообще плевать в чём ходить на эту сраную физру. Меня больше другое задело… И даже не то, что она мечется, как флюгер на ветру, меняя предпочтения… А именно её та фраза о парне. До сих пор внутри свербит. Я эту херню обдумывал и когда был вчера на сходке вечером, и ночью, когда читал Алёнке книгу перед сном и утром… Блин, да постоянно…
Будто мне реально есть дело до этой девчонки…
Признаюсь, вставило, как она ответила этим шмарам. Немного даже зауважал. Мог бы дать им подраться. Но мне чисто по-человечески не хотелось видеть на её милом лице синяки, а это бы случилось. Потому что у них, где одна, там десять… Они толпой налетают.
А сейчас она заходит и снова садится с Настей. Очень надеюсь, что завтра её выбор не изменятся. Но как же меня раздражает, как этот хер на неё смотрит… Марат – Марат… Не твоё это. Твоё вон сидит волосы на палец накручивает и выбирает кофту подороже да юбку покороче, чтобы повыё… Одноклеточная, блин.
Но эта Катя…
Стараюсь игнорировать все свои внутренние посылы пялиться на неё, однако всё равно периодически смотрю. Как бы вскользь.
– Чё сегодня поможешь с грузовиком? – спрашивает Димон шёпотом, выдёргивая меня из моих мыслей.
– Помогу… Мне в субботу к бате надо, деньги нужны. Сколько там?
– Десятка, но там дохера. До полуночи разгружать по отсекам…
– Не вопрос. Я за…
– С мелкими мама останется?
– Пока не знаю. Может сам Сенька присмотрит. Ему как-никак уже девять… Справится…
– Ну да… А чё вчера за библиотека-то была, не понял…
– Да забей, говорю же, – отвечаю ему и снова смотрю на неё. А она в этот момент оборачивается и смотрит на меня. Мы, наверное, на секунд пять так застываем. Я вообще нихера не понимаю, что в этом взгляде. Вроде и не отрицание… Но и не такой это взгляд, который кричит «забирай меня скорей, увози за сто морей». Нет… Таких я знаю. Там всё иначе. Она просто, будто экспонат увидела… Я ненароком вспоминаю её это «ты странный»… И думаю… Вдруг поэтому?
Очень скоро понимаю, что они с Настей разговаривают… Обо мне у неё спрашивает? Возможно ли это? Узнавать палевно… Под шкуру лезть не хочу… Но и моросить я не любитель… Сука, меня впервые так разрывает на части… Делать что-то или нет?
Вроде и нравится… Но если парень есть, хрен её знает, какие у них там с ним отношения… Влезать и чё-то там ей портить… Быть запасным вариком? Есть ли в этом какой-то сакральный смысл? Если вся моя жизнь сейчас закручена водоворотом проблем…
– Ты чё, – толкает меня в плечо друг.
– Чё?
– Кислый какой-то…
– Да не, норм. Не выспался…
– Чё у Яшки своей был?
– Не… Я её уже неделю не видел… Не общались.
– М… Понятно… Блин, препод – душнила…
– Да нормальный он вроде. Ты тупишь просто, – ржу я и получаю от Димки. Меня сегодня чё все пиздить решили?
Так и сижу до конца урока… Время от времени изучая её внешний вид… Что могу сказать… Осанка у неё прямая, сама она, видно, любит спорт. Фигура, в общем, красивая… Даже очень. Да и лицо тоже, не стану лукавить. Как уже говорил… Кукла… И чё мне там светит?
Я не урод, конечно, но и предложить мне ей нечего. Это такая темка… Полгода в Москве поживёт, поймёт, что к чему, и поплывёт от маратоподобных… А мне потом сердце по частям собирай.