- -
- 100%
- +
– Я спал… Проснулся…
Видимо тогда, когда я ключи уронила…
– Понятно… Ты чего всё ждёшь того видео, да?
– Угу…
– Ладно, сейчас, – достаю телефон и ищу момент из его любимого сериала. Там нарезка о супергероях, которую я ему показываю.
– Вот видишь, про вот это я говорила…
– Да-да! – звонко произносит он. – Ой…
– Тсссс, малыш… А-то мне уйти придётся…
– Угу… Как работа прошла?
– Да ничего вроде… – отвечаю я, вспоминая встречу с наглым психопатом, который зажал мне рот рукой в переулке и чуть не сделал что-то плохое… Но вслух этого озвучивать не берусь. Всё-таки ребёнок… – А вы что вечером делали?
– Я уроки делал… Ника звонила.
– Да? И как у неё дела?
– Мама с ней ругалась… – хмурится он, и я вздыхаю.
– Ну… Не обращай внимания, ладно? Помирятся ещё…
– Она сказала ей, чтобы вообще не возвращалась… Я расстроился.
О, Господи. Что это вдруг на тётю нашло такое?
– Ужас какой… Да она в шутку, я уверена…
– Не похоже было, – с грустью добавляет он и я поправляю ему одеяло.
– Завтра днём я могу сходить с тобой поиграть в футбик, а потом уже на работу пойду, ты как?
– Клаааассно, – с восторгом отвечает он, улыбаясь. – Ты самая лучшая сестра на свете…
– Мир… Не правда. Ника тоже хорошая…
– Она меня не любит. И никогда со мной не играла…
– Что ты?! Любит она тебя! Ещё как любит! – уверенно говорю я. – Ладно, давай спать, хорошо?
– Угу, спасибо, что показала, – говорит он напоследок, и я ухожу…
Уже в комнате смотрю вниз со своего этажа и сканирую двор. Вроде бы никого больше нет… Надеюсь, я ему там не очень сильно всё отпинала. Но он сам виноват, блин! Кто так вообще делает?! Если бы у меня был перцовый баллончик я бы ещё в лицо ему брызнула обязательно. Так что ему ещё повезло… Через пару минут вижу, как какая-то чёрная затонированная машина отъезжает с парковки и отчётливо понимаю, что такой дорогущей здесь делать нечего. Это точно его тачка. Ну и беспринципный тип.
Мне кажется, что я теперь лишусь работы точно…
Приду, а мне скажут, что я уже уволена…
С ворохом этих мыслей я пытаюсь уснуть, но в итоге сделать мне это удаётся только через пару часов. Потому что я постоянно ворочаюсь и не могу найти покой… Даже когда закрываю глаза, его ядовитый взгляд и наглая усмешка возникают перед моим лицом сами по себе…
Вот это воздействие на психику... Просто невероятное…
***
Глаза открываю в ужасе, сотни раз представляя, что могло кончится по другому… Спросонья обхватываю свои плечи и чувствую, как по ним бегут мурашки… Что если бы он всё-таки меня схватил? Затащил бы в машину??? И увёз бы куда-нибудь? Господи… Я никогда особо не боялась парней, а тут чувствую, что стоило бы бояться. Хотя у нас в деревне и не такие отбитые были, но вот таких попыток завалить кого-то не делали… Это прям-таки ужасная грубость с его стороны.
Слышу, что тётя уже проснулась. Скоро должен вернуться дядя Петя. Это её супруг – отец Ники и Мирослава… Я встаю, заправляю кровать и иду на кухню.
– Помочь?
– Неплохо было бы… А-то что до обеда спать?
– До какого обеда-то, тёть… время девять… – смотрю я на часы. Мирослав вовсю бегает и шумит, пиная мяч, а она ворчит на него.
– Никаких мячей в квартире, я сто раз говорила!
– Мир, положи… после обеда пойдём, я же обещала… – говорю ему, а тётка хмурится.
– Я думала, ты мне поможешь котлет накрутить… – накладывает нам кашу по тарелкам, пока я наливаю чай.
– Помогу… Может, сначала помогу, а потом погуляю с Миром…
– Ладно…
– Мела! Смотри! – снова подкидывает мяч и ловит его ногой, а потом начинает считать… – Один, два… Три…
– Ну, всё, Роналду, давай его сюда, – подаётся в его сторону мама, и он тут же хватает его, убегая, а я смеюсь. – Это ты его, кстати, разбаловала!
– Да? Ну ладно… – улыбаюсь я, не желая ссориться.
– Насчёт Максима… Встреться ты с ним, ради Бога, Амелия. Я уже не знаю, как с Гошей говорить…
– Ты ведь сама знаешь, мне некогда…
– Ну, некогда! Ты всё в кафе своём пропадаешь! А тут парень такой… Если с ним что получится, то и переедешь к нему, глядишь…
Слышу её слова и просто округляю глаза в ужасе.
– Я надоела тебе, что ли? – спрашиваю, ощущая, как сердце зажимает в тиски.
– Хоспади, Амелия, да причём тут это!?
– Не знаю… Просто если ты хочешь, чтобы я переехала… Я могу снять квартиру, и…
– Нет, послушай. Я не хочу, чтобы было абы как… Потому что я взяла ответственность за тебя после смерти Светы… Я знаю, что тяжело. И мне было тяжело… Я не выгоняю тебя, а хочу пристроить. Это другое совсем. Будь умнее, присмотрись… Не всю же жизнь такой вот быть, как твоя мать… А потом связаться с бандитом, да? Нет…
Это она о моём отце… Я не знаю, почему она его так называет, но она очень зла на то, что мама тогда уехала к нему в Германию…
– А он – сын майора… Понимаешь? – опять рекламирует мне этого парня.
А я просто опускаю голову и молчу. Мне неприятно, если честно. И все эти наставления режут моё самолюбие…
– Понимаю, да…
И пока мы с ней накрываем на стол, Мирослав возвращается с довольной улыбкой и садится со мной рядом.
– Вечером папа приедет… – довольно сообщает, а я треплю его по и без того взъерошенным волосам.
– Приедет-приедет, – заявляет тётя. – Ешьте давайте… Для кого старалась?!
Чувствую себя немного неловко из-за нашего с ней разговора. Даже когда ем… Словно я забираю у них место… Всё-таки мне стоит присмотреть съемное жильё, наверное… Но если меня уволили я точно не потяну.
С содроганием жду рабочей смены, ну а чтобы не заморачиваться и не доводить себя до нервного срыва отвлекаюсь на готовку котлет, которые мы делаем сами. Покупаем мясо, нарезаем, пропускаем через мясорубку и замораживаем уже готовые полуфабрикаты… В магазинах никогда не покупаем, потому что они не вкусные, а тётя приучила меня… Вот мама, кстати, никогда не заморачивалась… Она была женщина-праздник… Но я её обожала. Там, где была она, всегда было веселье и восторг…
Наверное, поэтому для тёти Люды так странно и неприятно о ней вспоминать. Мы почти не говорим о маме. Только вот в такие моменты, упоминая какие-то оплошности с её стороны… И меня это сильно напрягало раньше. Сейчас же… Я уже свыклась с мыслью о том, что её нет дольше, чем она была со мной…
– Я всё… Пошли гулять? – появляюсь на пороге комнаты брата, и он тут же довольно вскакивает со своей кровати.
– Пошли! – хватает свой мяч и сразу начинает надевать на себя подаренные мной на день его рождения бутсы и гетры. – Я готов!
– Ну, окей, профи, я сейчас тоже кеды надену… – смеюсь я, завязывая шнурки. Будто ношу что-то другое, конечно.
В итоге выхожу с ним в спортивных штанах и кофте, чтобы было посвободнее и удобнее двигаться. Обычно я там с ними так и играю. Мальчишки обожают меня. Правда я бываю там всё реже… Коробка у нас крутая. Искусственное покрытие, ворота, всё как надо, не то, что в деревне было. Четыре палки и песок… Нет, тут всё удобно.
И вот, когда мы приходим, нас тут же встречают довольными возгласами.
– Смотрите, кого привёл.
– О, Мелка! Привет!
– Ну воооот, бомбардир явился, – ворчит товарищ Мира Глеб.
– Привет, бандиты… Ну чё… Готовы сделать мой день перед работой?
– У нас тут дерби намечается…
– Да ладно? Зовите чё, – смеюсь я, проникнувшись этой идеей. – Погнали тогда?!
– Погнали! – слышатся счастливые голоса, и я вспоминаю каково это… Когда ты маленький. Когда дома ждёт мама и вкусный обед. Когда не нужно думать о будущем и важно лишь то, что происходит здесь и сейчас… Вот оно счастье, да?
Сама не понимаю, как так выходит, но в итоге я смотрю на часы и вижу там пять часов вечера.
– Блин, Мир!
– Гол!
– Это аут был, ты чё?! – начинают они толкаться между собой.
– Так, успокоились все! Мне бежать надо! Блин, я даже душ принять не успею… Сори, парни… В следующий раз доиграем, да? Некогда реально…
– Вот ты всегда так, Мела…
– Ага, чмоки-чмоки… – бросаю напоследок и вдруг слышу.
– А она у тебя красивая…
Улыбаюсь, прощаясь и кричу Миру вслед.
– Маме передай, что буду после одиннадцати! Люблю!
– Ага…
Едва выбегаю на дорогу, ощущая, что вся перепотела, как натыкаюсь на машину того самого Максима… Моего соседа.
– Привет, не дотянуться… прямо как до звезды на небе…
– Блин, напугал… – задыхаюсь я, схватившись за сердце.
– Спешишь куда-то? С Миром опять бегала?
– Бегала, да… На работу спешу…
– Ну, садись, подвезу… Мне по пути, – предлагает он, и честно, в любой другой момент я бы отказалась. Но мне сейчас только опоздать не хватало для полного счастья после того, что я сделала с Греком младшим…
Всю дорогу пока едем я боюсь даже смотреть на Максима, но зато он смотрит на меня пронизывающим влюбленным взглядом.
– Тётя говорила, ты хотел встретиться…
– Хотел конечно. Давно уже хотел…
– У меня времени нет… Я по уши в делах…
– Ну да, я увидел сегодня, – улыбается он, намекая на то, что игра в футбол во дворе с детьми – не дела… Но я считаю, что это важно. Мне нравится с ними играть, а им со мной. И пофиг мне, что он там думает…
– Вот здесь направо…
– Да знаю я, где ты работаешь…
У меня даже в горле пересыхает. Тётя Люда, видимо, вообще всё ему обо мне рассказала, блин…
– Слушай… – почти подъезжаем мы. – Может, в кино как-нибудь сходим, а? Завтра? Воскресенье ведь…
Только хочу сказать, что не получится, но замираю, когда машина останавливается, прибыв к месту. Потому что мой взгляд тут же встречается со взглядом наглого блондина, который стоит возле дверей нашего кафе и дерзко смотрит на меня через лобовое стекло авто, на котором я сюда приехала…
Боже мой, мне точно конец…
Глава 4.
Амелия Андреева
– Так что? Сходим? – переспрашивает меня мой сосед, и я сглатываю, продолжая смотреть на то, как вальяжно и спокойно блондин ожидает меня, неторопливо достав сигарету, что была у него за ухом и прикуривая её. Взгляд полон безумия, но в каждом его плавном движении присутствует статика, неподвластная логике. То ли он так хорошо себя держит, то ли просто действительно перегорел ко мне… Хотя что-то подсказывает, что мне не стоит сильно на это надеяться.
– Давай сегодня… – прошу я шёпотом Максима.
– Сегодня?
– Ну да… Можешь забрать меня после работы. Это в десять – десять тридцать? – спрашиваю, ощущая страх. Быть может, так он от меня отстанет, блин. Подумает, что есть парень и всё…
– Блин, конечно, что за вопрос, Амелия… Заберу… – уверенно заявляет Максим. Сердце в груди делает предупреждающие залпы. Что делать? Бежать? Тогда лишусь работы… Нужно просто взять себя в руки и пойти туда, наплевав на свои страхи.
Максим начинает отъезжать, а я иду к крыльцу на деревянных ногах, пытаясь хотя бы немного набраться смелости.
– Привет, зайчонок… – бросает он, хотя я, признаться, думала, что он злится на меня.
– Ты… Вчера я… В общем я испугалась…
– Ну, я так и понял. Круто дерешься, кстати… – выдаёт он с улыбкой. – Чё за хер тебя подвозил? – выдаёт так грубо и нагло, что я тут же хмурюсь.
– Не твоего ума дело…
– Нет, стой, – преграждает он мне путь, и я тут же вздрагиваю, выпаливая:
– Это мой парень!
– А-а-а… Парень, – выдаёт, докуривая свою сигарету и швыряет ту в урну. – Придётся расстаться.
Его такое заявление вызывает у меня лютую истерику.
– Щас ага! Разбежалась! Спотыкаюсь и падаю! – только делаю шаг, чтобы его обойти, как он ставит мне подножку, и я реально падаю… Просто заваливаюсь на его руки, а он ловит. И его запах тут же проникает внутрь меня. Острая волна ощущений…
– Ну что же ты такая, неуклюжая…
Он удерживает меня своими цепкими ручищами, будто намерено. И я всеми силами пытаюсь оказать сопротивление, но он явно преобладает, и сдвинуться у меня не выходит.
– Амелия… Ты, кажется, не поняла… Я пока ещё ничего плохого или грубого не делал…
– Чего?! – тут же резко вырываюсь из его рук, отряхиваясь, и вытягиваюсь перед ним стрункой. – Не делал, блин?! Ты угрожаешь мне! Ты ведешь себя как неадекват! Следишь за мной! Везде караулишь! Ты…
– Полегче на поворотах, красивая. Я могу тебя и работы, нахрен, лишить…
– Ну и лишай тогда! Лишай! Я напишу жалобу в трудовую инспекцию, и вообще!
Он тут же начинает ржать, а у меня огонь возмущения в груди. Полыхает так, что мама не горюй. Вот мне и не терпится ему высказать. За всё бы ему наговорила на десять лет вперёд. О том, что такие как он умирают в одиночестве.
– Блин, ты наивная такая… Просто смотреть смешно. Кароч, я серьёзно… Иди работай. И чтобы этого твоего парня я здесь больше не видел. Потому что тупо руки ему вырву, осознаешь?
Я скриплю зубами и расплываюсь в улыбке. Было бы хорошо, чтобы я их обоих не видела… Может, они побьют друг друга и оба от меня наконец отстанут. Хотя нет… Его я не хочу видеть куда сильнее Максима…
– Осознаю, – проплываю мимо, а потом показываю в его спину средний палец. Как ребёнок, реально. Но в лицо такого сделать бы не решилась. Ещё и перед дверьми его заведения.
Психованно нацепляю на себя фартук и весь оставшийся вечер хожу по залу, словно грозовая туча, пугая не только клиентов, но и поваров.
– Блин, Амелия, ты чё? Вид такой… – выдаёт Паша, перекрестившись, будто призрака во мне увидел…
– Нормальный… – фыркаю я, словно они в чём-то виноваты… Но это я просто магнит для таких неприятностей…
Как же я хочу, чтобы время замедлилось. Чтобы он про меня просто забыл, блин… И вроде бы его нет в зале, что уже хорошо. Возможно у него образовались дела, и он уехал?
– А-а-а, вот ты где… – неожиданно хватает меня Лизка за руку.
– Что опять? – отдёргиваю я её, и она закатывает глаза.
– Господи, да что они все в тебе находят, а? Ну смазливая мордашка, это ведь ещё не всё на этом свете, правда? – хохочет она, словно это очень смешная шутка…
– Может просто у меня есть мозги и чувство собственного достоинства?
Она так смотрит на меня, будто хочет напугать, но я вообще не реагирую. Хватаю тряпку и иду вытирать со стола, потому что очередные посетители только что доели. Как же бесит, а… Она, получается, его видела, да?
Не успеваю я закончить, как ко мне вдруг подплывает администратор, пока я застываю с тряпкой в руках, с которой на пол валятся крошки.
– Амелия, на сегодня ты свободна…
– Что? Только восемь…
– Восемь, да… Но такое дело… Тебя ждут на улице…
– Нет, и ты туда же?! – возмущенно обращаюсь к Марине, а та чуть склоняется ко мне и шепчет:
– Слушай, я бы и рада его на себя взять, но он и бровью не ведёт в мою сторону, так что…
И как я, блин, должна на это реагировать? «Взять на себя»…
Что за дела ещё такие, блин?!
Максим должен приехать только через два с лишним часа, и я не знаю, что мне делать. Он же это специально сделал!
– Ладно, как скажете, – отвечаю я и сбрасываю с себя фартук. Быстро прошмыгнув через заднюю дверь, планирую свалить по-тихой, но дорогу мне тут же преграждает чёрный новенький спорткар, просвистев колёсами так, что, кажется, стёр себе к чертям всю резину. Аж вонь стоит, блин…
– Второй раз не прокатит, малыш, – звучит из приоткрытого окна. – Живо садись.
Стою и проглатываю ком, оглядываясь.
– Тебе там не поможет никто. Поэтому по-хорошему просто сядь и мы поговорим…
На этой неловкой ноте мне всё же приходится побороть свои страхи и сесть к нему в тачку, но только для того, чтобы сказать, что я никогда с таким как он не буду. Пусть сразу это усвоит…
Глава 5.
Амелия Андреева
Обдав меня своим самым странным и в то же время оценивающим взглядом, Назар заставляет меня чувствовать себя не в своей тарелке. Я буквально нервничаю. А когда нервничаю со мной лучше не иметь дел. Вообще никаких. И желательно держаться подальше. Но он сам на рожон лезет, словно ему мозги все при рождении отбило…
– Я про тебя узнавал, Амелия Андер, – неожиданно говорит он, от чего у меня сразу же всё тело покрывается мурашками. Никто не знает о моей настоящей фамилии. И это заставляет меня ещё сильнее напрячься. В воздухе так и витают шаровые молнии от нашего взаимодействия. Не знаю, в кого прилетит, но я хочу, чтобы в него. Хотя сейчас у него преимущество. Он знает обо мне что-то, а я о нём вообще ничего, кроме того, что он любимый сыночка богатенького папеньки.
– Каким образом? У меня все документы на новую фамилию. Какого чёрта?! – сразу же рычу на него, а он усмехается. Позиция хищника у него в крови. Когда он охотится, взгляд сразу же приобретает дьявольские черты. Вот и сейчас так же. Прощупывает меня. Испугаюсь или же нет. И да. Мне неприятно.
– Все да не все… Отыскал кое-что кое-где, – лукаво взглянув на меня разок, продолжает вести машину. Медленно и не спеша, даже не превышая положенных двадцати километров в час по придомовой территории…
– И куда мы едем?
– В любое место, которое пожелаешь…
– М-м-м, тогда в полицию. Я скажу, что ты меня преследуешь, и тебя заметут, – выдаю, услышав очередную его усмешку. Я, конечно, рада, что ему смешно, но у меня уже реально желание его сдать, написав заявление.
– Я не боюсь, если что. Давай хоть туда, мне пофиг. Лишь бы с тобой время провести.
– Слушай… Назар. Я серьёзно. У меня нет времени на это. Я учусь и работаю…
– На юридическом в здешнем универе, я в курсе… – перебивает он, снова меня разозлив. Если бы я хотела, я бы сама ему о себе рассказала. Но это ведь очевидно, что у меня нет никакого желания.
– Есть хоть что-то, чего ты не знаешь, а?
– Ничего о тебе самой… Ты же не рассказываешь. Отказалась ужинать со мной вчера. Подло сбежала. Не рассчиталась за мою помощь…
– Ах… – выдаю я, нервно усмехнувшись. – Ну, конечно… Я должна была броситься тебе на руки… Верно… И как я забыла. Но это не ко мне. Лучше подбирай кандидатов!
– У меня с выбором всегда было нелегко. Все ели яблоки с нижних веток, я тянулся наверх за самым сочными и спелым. Знаешь, это почти перфекционизм…
Смотрю на него, и он прям сильно меня подбешивает. Нашёл с чем сравнивать, козлина! С яблоками! Да так красиво сказал, что тошно…
– У тебя что… Раздвоение личности? То ты интеллигент, то последняя сволочь. Определись…
– Хах, ты много болтаешь… Сильно, Амелия. А за языком нужно следить, чтобы его случайно не почикали, – тормозит он возле ближайшей пекарни… Той самой, у которой я частенько торчу, когда бегу на работу… Это уже реально перебор. Он что видел, как я тут зависаю? Что ещё за бред? Или совпадение?
– Что мы тут делаем?
– Хочу взять себе кое-что. Только сиди здесь, красивая. Выйду и, если тебя не будет… – снова угрожает, на что я только цокаю и отворачиваюсь к окну. Как только он исчезает я, без зазрения совести, начинаю рыскать в его машине. Проверяю бардачок, водительские права. Думала он старше, но ему только-только девятнадцать стукнуло, оказывается. А больше тут ничего толком нет. Только бумаги, в которых я ничего не смыслю. И я аккуратненько привожу всё в первозданный вид, словно ничего тут и не трогала.
Он возвращается с кофе в руках и пакетиком свежайших вкусняшек, только-только приготовленных в печи, которые сразу же заполняют салон своим волшебным запахом. И у меня текут слюнки, но я всё ещё держусь камнем, глядя на него.
– Возьми, не начинай. Это просто мелочь, – протягивает стакан, и я всё же не выдерживаю. Беру одну булочку и напиток.
– Что тебе от меня нужно? – нарочно произношу с набитым ртом, чтобы и не думал, что у меня есть какие-то манеры. И он тут же смеётся надо мной. – Что?!
– Ничего… Дожуй сначала, блин. Ты просто что-то с чем-то.
– Я хочу работать дальше, Назар, – признаюсь ему, жадно жуя булку. – Но если ты будешь постоянно так делать – уволюсь.
– Мне нравятся твои манипуляции. Словно твоё увольнение что-то решит… Ты наивно цепляешься за мысль, что хоть что-то здесь контролируешь. Как и большинство людей, самонадеянно и очень глупо, сладкая.
– А мне кажется, что глупо то, как ты сам себя ведёшь… Чего хочешь этим добиться-то? Моего внимания? Так не получится! – настаиваю я, врубая сопротивление. Если нужно будет, я могу хоть до усёру спорить. Он мне не нравится! И никогда не понравится! Ну, мордашка симпатичная – это всё! Больше в нём нет ничего… Ничего такого, чтобы я хотела изучать под микроскопом… Кроме маленьких тёмных вкраплений в его выразительных глазах. Чёрт. Лучше вообще на него не смотреть.
– Уже получилось. Ты в моей машине. Жрёшь то, что я принёс и пьёшь из рук незнакомца, который может опоить тебя и увезти хрен знает куда, оттрахав во все щели. Так что ты либо дохуя смелая, либо тупая. Но есть ещё один вариант, дорогуша…
Как же он меня раздражает. Так бы и всекла ему по морде с кулака.
– Ну вот, ты опять врубил последнюю сволочь… Предсказуемо… И какой же? – тут же открываю крышку и смотрю на свой кофе. Реально начала его пить, дура… А вдруг он не гнал? Вдруг реально что-то добавил?
– Я просто тебе понравился, вот и всё. Иначе ты бы и вела себя по-другому.
– Ну у тебя и гонора, – тут же ставлю стакан в подстаканник и дёргаю за ручку двери, но она оказывается заблокирована. – Открой. – рычу на него, обернувшись с оскалом.
– Мы не договорили…
– Да мне плевать вообще, Назар, Грек или как там тебя! Я не собираюсь… – чувствую, что голова неожиданно начинает кружиться. – Ты что… Что-то реально добавил?
– Психосоматика, малыш… Нихрена я не добавлял, ты бы уже лежала.
Сердце ускоряется, и я начинаю нервничать ещё сильнее.
– И чего ты такая замкнутая? Кто-то обидел, что ли? – рассматривает меня с прищуром. А лично я смотреть на него не могу в ответ. Меня на месте подбрасывает, если ловлю его взгляд своим. Во всей его неоспоримой красоте я вижу больше минусов, чем плюсов. Потому что он странный, циничный и абсолютно испорченный всем тем, что имеет. Знаете, когда тебе дают всё и сразу, ты теряешь моральные принципы. Мне кажется, у него именно так.
– Меня никто не обижал. Это просто твои догадки. Ты мне не нравишься. И я с таким как ты никогда не буду, – отрезаю максимально холодно, но он непрошибаемый. Я по его лицу вижу.
– Ты будешь со мной. Хочешь этого или нет.
– Ну, здорово… Тогда я могу идти? Отпустишь или будешь силой удерживать?
– Я в любом случае не допущу, чтобы ты встречалась сегодня с кем-то ещё, поэтому просто помолчи, – уверенно добавляет, словно является здесь самым главным. Будто вправе решать с кем мне проводить свободное время и что делать. Я вообще не собиралась встречаться с Максимом, а теперь из-за этого мудилы у меня ярое желание пойти в кино назло… Но это уже идиотизм. На меня не похоже совсем. А номера Макса у меня нет, чтобы предупредить, что я уже не на работе… Придётся идти к нему домой.
Но поскольку у меня чувство, будто чем больше я пререкаюсь с ним, тем он только сильнее распаляется, я просто замолкаю и жду, когда он отвезёт меня к дому…
Только вот, как только машина останавливается, и я планирую выбежать, он нагло хватает за руку.
– Что опять?!
– Завтра увидимся, а? Нормально? Ты ведь не работаешь… Свободный день…
– Нет, я занята, – отвечаю резко.
– И чем?
– Ногти буду красить.
– М-м-м… – смотрит он на мои обычные натуральные ногти без лака и какого-либо покрытия. Потому что я не люблю это, а не потому что мне не хватает денег. Хотя тут, наверное, всё и сразу. – Слушай… В мои планы не входило принуждать тебя к чему-либо…