Хозяйка острова любви

Island Fling to Forever

© 2018 by Sophie Pembroke

«Хозяйка острова любви»

© «Центрполиграф», 2020

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2020

Глава 1

Пришвартовав лодку к пристани, Роза Грей оглянулась и посмотрела на воду и материк в отдалении. Куда проще было снова запрыгнуть в лодку и отправиться в Испанию. Никто не хватится. Разве что сестра Анна.

Хотя в голосе матери по телефону слышались тревожные нотки, паниковать было не в ее стиле. Даже когда женщина бросила мужа (Розе как раз стукнуло шестнадцать), даже когда, три года назад, дедушка Розы умер и на Санчу навалились заботы о курортном острове Ла-Исла-Марина. И когда восьмилетняя малышка, захотев полетать, прыгнула с самого высокого пирса и чуть не разбилась о камни.

Да, мама у нее была образцом невозмутимости. Она пускала дела на самотек, полагаясь на поддержку космоса, пока не столкнулась с задачей организовать свадьбу нью-йоркским знаменитостям и не осознала, что некогда роскошный курорт скоро растеряет все свое богатство.

Роза внимательно посмотрела на широкую тропу, ведущую к вилле. По обеим сторонам дорожки располагались низенькие белые бунгало, озаренные лучами послеполуденного солнца.

Прелестная картина! Хотя представления о роскоши у Розы были весьма извращенные, после того как она целый месяц проработала в южноамериканских джунглях. Или святая Анна уже исправила все, что, по ее мнению, не соответствовало курортной зоне?

Она была убеждена, что все возможно исправить, если составить подробный план и попытаться найти аргументы, способные воздействовать на сознание людей. Но их нельзя исправить. Хоть бы Анна оставила свои попытки!

Мама ее научила одному: в нужный момент оставлять бесперспективные дела. Не надеяться на других и не тратить время попусту.

В случае Розы не стоило надеяться, что ее родственники превратятся в идеальную семью с рождественской открытки. Так зачем ждать у моря погоды?

Впрочем, сейчас она как раз этим и занималась. На остров ее привела тонкая душевная нить, связывавшая с матерью, сестрой, даже с отцом, и разорвать ее было невозможно. Видимо, на Анну нахлынуло нечто подобное. Иначе зачем ей торчать здесь, принимаясь за миллион дел, ради бросившей их матери? Наверное, чтобы доказать, что ей это раз плюнуть.

Закинув на плечи рюкзак, Роза уверенно зашагала к вилле. Нечего думать о побеге, раз она уже здесь: настало время воссоединения семейства.

Поскольку длиной остров был всего полтора километра, Роза недолго шла к вилле, которая служила домом ее семье и обслуге, а также административным центром острова. По пути она старательно искала намек на перемены, которые должны были произойти с ее последнего визита. Но она их в упор не замечала.

Как красиво выглядел дом, утопавший в зелени и ярких цветах! Огромное белое здание с изящными арками и башенками и выложенными плиткой внутренними двориками напоминало скорее мавританский дворец, чем испанскую виллу, но для Розы это было прежде всего любимое жилище. В детстве башенки-спальни казались им с Анной самым волшебным местом на земле!

Непривычно было вернуться сюда и не встретить бабушку и дедушку. Три года назад ушел ее абуэло[1], через год после него – бабушка, и привыкнуть к этому было невозможно. Одновременно с ними остров покинула частичка ее души.

Вот еще одна причина, почему она давно сюда не приезжала.

Ее руки потянулись к камере, надежно уложенной в сумку, чтобы запечатлеть потрясающий момент, пока на снимке не появились люди.

Интересно, какой прием ее ждет? Санча точно обрадуется. Роза всегда была ее любимицей. Пусть она не такая примерная и послушная дочь, как сестра, но мать все равно ее обожала. И в отличие от отца уважала ее жизненные ориентиры, а это много значило.

Конечно, на расстоянии проще принимать человека таким, какой он есть. Сестры виделись только на каникулах, пока Роза, достигнув совершеннолетия, не отправилась исследовать мир. Весь удар Розиного «тяжелого пубертата», как называл это ее отец, пришелся на Анну.

Санча могла обратиться к Розе за помощью, но в первую очередь позвонила Анне. Как всегда.

И святая Анна не заставила мать прождать две недели. Несмотря на все их разногласия, сестра бросила все, чтобы прибежать на помощь Санче.

Роза в это время находилась в тропическом лесу, связанная обязательством не возвращаться, пока не наберет достаточно информации и фотографий, ради которых она взялась за работу в известном журнале.

Анна не промолчит. Она прокомментирует задержку, и в красках.

И ничего не скажет о ее профессиональных успехах. Скорее всего, Анна понятия не имеет, что фотожурналистку Розу приглашают в проект за несколько месяцев вперед. Она сделала себе имя в области фотокорреспонденции, хотя для Анны с отцом это пустой звук. Все, что выходило за пределы круга оксфордской элиты, им обоим было безразлично.

Несмотря на миниатюрность, остров хранил в себе множество тайных уголков – Роза изучила каждый. Секретные пещеры с узкими проходами, уединенные забегаловки и зоны отдыха, рассыпанные среди бунгало. При необходимости она всегда могла спрятаться. А если становилось совсем невмоготу, она брала лодку и уплывала на материк, в деревушку Кала-дель-Мар, наслаждаться восхитительными пейзажами и тапас[2].

Она нигде не останавливалась надолго. Никогда. Образ жизни у нее был такой: приехать, реализовать задуманные планые и отправиться дальше. Это хорошо помогло ей в работе, должно помочь и на Ла-Исла-Марине. Роза любила маму, но всем будет лучше, если они проведут вместе максимум пару недель. Просто они с ней слишком похожи, а с Анной слишком разные.

Главное – определить ориентиры. По работе она всегда знала, какие нужны снимки, чтобы рассказать историю, развернувшуюся перед ее глазами. Сейчас ей предстояло подбодрить маму, убедиться, что на острове порядок, и с чистой совестью уехать.

Ей очень повезет, если Анна уже выполнила грязную работу, и на неделе Роза освободится. Есть одна ситуация в России, которую ей очень хочется осветить…

Ее вдруг кольнула совесть. Неужели дела на острове так ужасны, что Санча решилась даже ей позвонить? И насколько обезумеет Анна, когда Роза оставит ее решать проблемы в одиночку?

Если Роза улетит первым же рейсом, ничего не изменится. Анна, жительница Оксфорда, все равно ее переплюнула бы и наверняка уже захватила власть на острове. Она всегда взваливала все на себя, а потом нередко мучилась. Так какой смысл вмешиваться?

Во время последнего разговора было понятно, что Анна только и делала, что старалась угодить претензиям и просьбам отца. Она отвергала любые предложения весело провести время, не бывала на светских тусовках, лишь бы окружить его заботой в отсутствие Санчи, хотя профессор Эрнест Грей был взрослым человеком и мог сам себя обеспечить.

Изменилось ли что-нибудь за три года?

Все это время она не разговаривала с сестрой. Три года прошло со смерти дедушки. С той минуты, когда она высказала сестре все, что о ней думает. И с тех пор, как… Стоп, об этом лучше не вспоминать.

Думать о Джуде Александре было запрещено. И правило нарушать она не собиралась.

В ее голове царила полная неразбериха. Жуткая ссора с Анной, отношения с Джудом, побег из страны… Перед встречей с сестрой воспоминания вновь ожили.

Итак! Она приедет на виллу, поговорит с Анной, обнимет маму, выпьет несметное количество вина, убедится, что все в порядке, и отправится назад.

Очень простой план.

Вздохнув, Роза поправила рюкзак и отправилась дальше. И так уже задержалась.

Ей показалось странным, что по дороге она не наткнулась ни на одного гостя.

На дворе стоял конец мая; везде должны были быть толпы довольных туристов. Куда же они попрятались?

Или дела обстояли хуже, чем она думала?

Роза ускорила шаг и через пару минут стояла на выложенной плиткой площадке перед белоснежной виллой. Арочные окна придавали здешнюю легкость и изящество, на балконах с коваными перилами кофейные столики и плетеные кресла с кучей разноцветных подушек. Впереди, за широкими распахнутыми дверьми, находился центральный дворик с зеркально-чистым бассейном и утопающими в зелени местечками для отдыха и созерцания. В разгар сезона во дворике подавали завтрак, да и сейчас здесь должны были присутствовать желающие пропустить по стаканчику.

Дворик был пуст. Как и стойка регистрации.

Не решаясь позвонить в колокольчик, Роза бросила сумки, но подниматься по винтовой лестнице к скрытому проходу, который вел в семейные покои, не стала. Она пересекла дворик и вышла в патио, откуда прекрасно просматривались пляжи и необозримое изумрудное море.

Вот там она наконец-то обнаружила признаки жизни и свою семью. Но родные приготовили ей сюрприз. Девушка замерла, в груди у нее стало тесно, и захотелось бежать или спрятаться. Не подводят ли ее глаза?

– Папа? – Роза сняла солнцезащитные очки, чтобы убедиться в реальности происходящего. Нет, она не спит. Абсолютно нелепый в белой рубашке, сером пиджаке, брюках и панамке, на пляже сидел профессор Эрнест Грей собственной персоной, и ни в одном страшном сне Роза не могла себе представить, что он вырвется сюда из Оксфорда.

Отец играл в скрэббл с каким-то темноволосым парнем, который сидел к ней спиной. Значит, он, как обычно, демонстрировал интеллектуальное превосходство. Роза даже пожалела его противника.

Скоро она привлечет его внимание и станет свежей мишенью. Пара минут, и он направит в нее свои острые высказывания: о ее выборе карьеры, отсутствии образования, неусидчивости, необязательности. Успеет ли он пройтись по всем ее жизненным ошибкам за такой короткий срок?

– Здравствуй, Роза. – Отец коротко, без улыбки, кивнул ей. – Твоя мама говорила, что ты к нам присоединишься. Наверное.

Вот и все выражение чувств, на которое он был способен. Да что он вообще здесь забыл? Насколько она знала, после расставания с Санчей больше десяти лет назад они почти не общались. На остров папа ни разу не приезжал. Да и зачем? Это все равно что расписаться в собственной глупости. Своих ошибок профессор Эрнест Грей никогда не признавал.

Тогда что его сюда привело? Неужели ситуация настолько плачевна? А может, Санча запаниковала не из-за острова, а из-за чего-то другого?

Ее сердце забилось в сумасшедшем ритме, когда перед глазами промелькнули худшие варианты развития событий. Роза насилу вспомнила медитативные индийские практики и сосредоточилась на дыхании.

Не стоит горячиться, пока она не получит ответы. А для этого нужно задавать вопросы.

– А где мама? И Анна? И гости, если уж на то пошло? Я думала…

Она не закончила фразу – партнер ее отца обернулся, и Роза хорошо рассмотрела его бледное лицо, покрытое тенью, не скрывшей идеальных черт: высоких скул и пронзительных синих глаз.

Бежать поздно. Прятаться тоже. Ее тело отказывалось слушаться, когда сотни бесценных воспоминаний вихрем промчались в ее голове – и все с участием этого мужчины.

Остатки радужных ожиданий слетели. Прямо перед ней, на заднем дворе виллы, сидел человек, с которым она больше не намерена была встречаться. Отличный повод, чтобы запаниковать вместе с мамой.

Перед ней сидел Джуд Александер.

За несколько часов до поездки Джуд решил, что Ла-Исла-Марина как нельзя лучше подойдет для того, чтобы скрыться от мира. Солнце, песок, сангрия и – главное – уединение.

Слава, как известно, штука переоцененная. Особенно такая слава, как у него, когда просто невозможно пройтись по улице и остаться неузнанным.

Компания на острове подобралась идеальная: стареющий оксфордский профессор, который даже имени его не слышал. Он часами мог играть в скрэббл или беседовать о прошлом веке, или даже позапрошлом, при этом не задавая вопросов о личной жизни Джуда. Он был поглощен самим собой (или мировой историей) и не объяснил, как здесь оказался, а только спросил Джуда, что привело его на труднодоступный испанский остров.

Профессор Грей не знал или не хотел знать о том, кто такой Джуд, а его бывшая жена Санча и дочь Анна были слишком заняты, чтобы что-то заметить. Через месяц на острове намечалось какое-то мероприятие (Санча не вдавалась в детали), и все их силы были брошены на подготовку. Все, за исключением его и профессора Грея. Джуду начало казаться, что его воспринимают как товарища или даже няньку профессора. Он не протестовал, главное – все шло тихо и спокойно.

Неожиданно раздался голос, который последнее время он слышал только во сне.

– Папа?

Сначала Джуд даже не понял, что произошло. Одного слова было недостаточно, чтобы на него нахлынули воспоминания.

– Здравствуй, Роза, – миролюбиво произнес профессор Грей. Это была первая подсказка. – Твоя мама говорила, что ты к нам присоединишься. Наверное.

Роза – довольно распространенное испанское имя. С чего вдруг она могла оказаться его Розой? То есть девушкой, которая ясно дала понять, что лучше отправиться ко всем чертям, чем принадлежать ему.

Роза, которую он знал три года назад, наверняка сейчас находится за тысячи километров отсюда, на другом конце света, гоняется за мечтами, которые он не мог разделить.

Она никак не могла здесь оказаться. Что за бред?

Не исключено, что он слегка тронулся умом после событий в Нью-Йорке. Полуночный перелет в Испанию относится туда же.

– А где мама? И Анна? И гости, если уж на то пошло?

Когда голос прозвучал снова, Джуд понял, что от правды не скроешься. Только один человек мог заставить его сердце трепетать.

Вот тебе и спрятался. Ла-Исла-Марина выглядел лучшим убежищем, но эта особа настигла его и здесь! Настало время встретиться с собственными демонами.

Джуд повернулся.

– Я думала… – Роза осеклась. – Ой!

Она ничуть не изменилась: те же пышные темные волосы, огромные карие глаза с длинными ресницами, чувственные губы. Те же изгибы под джинсами и футболкой, та же гладкая кожа. Те же аккуратные маленькие ступни в шлепанцах.

Девушка, которую он когда-то любил.

– Привет! – Джуд попробовал улыбнуться, как обычно улыбался для фотографии на обложку альбома или плакат. Эта улыбка перестала быть искренней с тех пор, как уехала Роза. И с Гаретом случилось страшное.

На лице Розы отразился шок. А как иначе? Он же не подстроил встречу.

Вот если бы он три года назад узнал об этом острове… Точнее, о том, что именно здесь находится ее дом. Она отправилась сюда на похороны дедушки – и больше не вернулась.

А если бы он узнал, последовал бы за ней? Или смирился?

Впрочем, кого он обманывает. Если бы ее местонахождение стало известно, он бы лишь днями и ночами ждал, когда она вернется. Но его доверие не оправдалось. Когда он это понял, случилось несчастье с Гаретом, и у него пропало желание вообще куда-то двигаться.

Да и оставалось ли у него желание встречаться с Розой? Он нарушил все свои обещания, и она ушла, разгромив и опустошив его мир.

Конечно, он не отправился на ее поиски по всему земному шару. Иначе перестал бы себя уважать.

Но, боже, какие противоречивые чувства обуяли его при виде этой фигуристой красотки, как в его душе все запуталось… Распутает ли он когда-нибудь этот клубок?

Роза по-прежнему взирала на него с ужасом, а Джуд раздумывал, что сказать. Обвинения, вопросы, признания… В итоге он не выдавил ни слова.

– Вы что, знакомы? – недоуменно спросил профессор Грей.

Вопрос вывел Розу из оцепенения, и она криво улыбнулась.

– Ну, пап, кто же не знает Джуда Александера? Он сейчас, наверное, самая известная персона в мире.

Профессор Грей с любопытством посмотрел на Джуда, словно искал в его лице признаки славы.

– Ваша дочь снимала меня несколько лет назад, – вежливо объяснил Джуд, не проронив ни слова о настоящей истории длиной в четыре недели, когда Роза отправилась с ними в тур и наслаждалась каждым мигом восхождения к славе. Для Гарета этот тур стал последним. – Я играю в одной группе.

– В одной группе? – фыркнула Роза. – Джуд – лидер «Стрижей», пап. Их признали самой крутой группой десятилетия. – Она посмотрела на него, вскинув бровь, и Джуд поежился. Не потому, что ему всегда становилось неловко, когда его называли лидером. Просто ему очень хотелось оставить роль Джуда Александера хотя бы ненадолго.

– Ты же знаешь, Роза, я не слежу за поп-культурой, – отмахнулся профессор Грей. – Во всяком случае, Джуд неплохо играет в скрэббл.

Их взгляды пересеклись на мгновение, но он успел ощутить связь, которая вспыхнула между ними в их первую встречу. Наряду с чувством вины в его сердце ворвались желание, тоска и похоть.

Все-таки хорошо, что эта связь не была игрой его воображения.

– Я очень рада, что ты нашел себе достойного соперника, – процедила Роза. – Но я спрашивала не про скрэббл. Где мама с Анной? И что вы оба здесь делаете? – Она выразительно посмотрела на Джуда – его появление озадачивало больше всего.

Какие-то изменения в ней действительно произошли, хоть и сложно было сразу определить, какие именно. Она постройнела и стала выглядеть увереннее, хотя во взгляде читалась подозрительность. В потертых джинсах и футболке, она казалась настолько свободной в своих действиях, словно в любую секунду готова сорваться и уехать. Словно великолепный курорт для нее был клеткой, а не домом.

Интересно почему? И почему это его волнует?

– Твоя мама, вероятно, обсуждает с поваром обед, – ответил профессор Грей. – А где пропадает твоя сестра, я понятия не имею.

– Они с Лео отправились в Барселону, – вставил Джуд, как будто знал о семье профессора больше, чем сам профессор.

– С Лео? – скривилась Роза. – Это еще кто? Ладно, не важно. Тебя-то как сюда занесло, папа?

Профессор Грей кротко посмотрел на дочь.

– Это уже преступление – захотеть провести время с семьей?

Во взгляде, которым наградила его Роза, Джуд прочитал утвердительный ответ.

– Профессор Грей! – С виллы выглянула Мария, единственный член персонала, не связанный с ними родственными узами. – Вас просят к телефону! Оксфорд на линии!

– У тебя по-прежнему нет мобильного телефона? – усмехнулась Роза.

– Отнюдь, – важно ответил профессор Грей, поднимаясь. – Просто я не вижу надобности таскать его с собой. И вообще включать.

Профессор зашагал к вилле, а Джуд снова посмотрел на Розу. Чем она его так притягивала, что он не мог оторвать от нее взгляд даже теперь, после всего случившегося?

– Итак. – Роза пересела в кресло отца, и Джуд прекрасно понял, что за этим последует.

Она задаст ему вопрос, а он должен будет решить, сколько правды включить в ответ. Последний раз он распахнул перед ней душу, а она все равно ушла.

Как сказал бы Гарет, будь он жив: «Сбежала однажды, самоуверенная девчонка. Сбежит и второй раз…»

Никакого второго раза не будет. И точка.

– Что ты здесь делаешь, Джуд? – медленно произнесла Роза.

Джуд открыл рот и приготовился что-нибудь соврать.

Глава 2

Сейчас он начнет сочинять… Столько лет прошло, а Роза до сих пор легко могла прочитать все эмоции по его лицу.

Что ж, его не стоит упрекать: искренность и честность нужно заслужить.

Неужели он ее преследовал? Она никогда не рассказывала ему об этом месте. А если он ее выследил, то почему, черт возьми, не сделал этого раньше?!

Безумие какое-то… Две недели назад Роза сама не знала, что приедет на остров. Вряд ли мама с Анной заманили ее сюда ради Джуда. Скорее всего, произошло какое-то невероятное совпадение.

Вот интересно, к чему все это приведет?

– Хочешь верь, хочешь нет, но я сюда приехал за новой музыкой, – произнес Джуд, всколыхнув в ее душе воспоминания: о том, как сочинял на гитаре мелодии, сидя в самом конце гастрольного автобуса, на узкой койке, где она в это время лежала. Она вспомнила драгоценные мгновения, когда они остались наедине.

Все, довольно. Мысли о прошлом не помогут ей разобраться, что за ерунда здесь творится.

– Хочешь сказать, ты не знал, что приехал в дом моей матери? – прищурившись, спросила Роза.

– Нет.

Звучит убедительно. Тогда в чем подвох? Он музыкант, и неудивительно, что он приехал сюда творить. Но в таком случае, где его группа? Вернее, оставшиеся ее участники?

Сердце Розы болезненно сжалось. Она вспомнила, как в чужом аэропорту ей случайно попалась статья в газете, заставившая ее рыдать. Она знала и любила этого человека. Очередную звезду, закатившуюся слишком рано.

Группа, с которой она познакомилась, сопровождая их в летнем туре, поменялась от и до. Ее покинул Гарет. Естественно, Джуд не бросился за ней следом. Когда она уехала на похороны дедушки, он переживал собственную трагедию.

– По-твоему, я должна поверить, что это несчастливое совпадение?

– Мне все равно, – пожал плечами Джуд, весьма наигранно улыбнувшись. – Если честно, мне уже не важно, во что ты веришь.

А когда-то было важно. И ей было важно, во что верит он. Поэтому ей так тяжело было расстаться с этим мужчиной.

Конечно, она приняла правильное решение. Но впоследствии нередко чувствовала себя потерянной и одинокой, представляя, как бы все сложилось, если бы она вернулась после похорон к нему, а не ринулась в Среднюю Азию, Австралию и Америку.

Интересно, понял бы ее Джуд, если бы она ему открылась? Или вздохнул бы спокойно, узнав, что она не вернется? Они оба заплатили высокую цену за свои мечты.

Роза схватила несколько отцовских фишек и перетасовала их, бурча что-то по-испански. Это ее успокаивало и помогало найти верные фразы.

В итоге она зашла в тупик.

– Я слышала о Гарете. Это ужасно. Я очень его любила, ты же знаешь. – Не любить его было невозможно. За оптимизм, искренность, радость, которую он транслировал в этот мир… Группа осталась без своего лидера, а Джуд – без лучшего друга.

Он опустил глаза.

– Да… – коротко произнес он.

Никакие слова сочувствия не могли скрасить смерть Гарета. И уж тем более Роза ничем не могла помочь Джуду. Она просто не имела права расспрашивать его о чем-либо или утешать. Она утратила это право, когда уехала.

Нужно было срочно сменить тему. Задушевные беседы никогда ей не удавались.

– А где остальные? Джимми, Ли и Таня?

Самый лучший способ проверить, врет человек или нет, – задать ему вопрос, на который уже знаешь ответ. Слава обрушилась не только на Джуда, но и на других музыкантов.

В данный момент репортеры терялись в догадках. Вообще-то Роза взяла за правило не следить за карьерой Джуда, а также не слушать его музыку, которая раздавалась изо всех прилавков. Даже в тропический лес приносили колонки, и «Стрижи» всю неделю звучали из кемпинга.

Так что ей не удалось скрыться от новости, что Джуд Александер исчез с лица земли. Остальных членов группы репортеры вылавливали в Нью-Йорке, но от вокалиста не было ни слуху ни духу.

Впрочем, Розу это не волновало. Если только совсем чуть-чуть.

– Они, наверное, в городе. – Джуд старательно рассматривал свои фишки. Он не врал, но явно чего-то недоговаривал. – Я кое-чем другим занимаюсь.

– Сольный проект? Собираешься уйти из «Стрижей»?

– Нет, – поспешно ответил Джуд. – Куда там! Просто хочется небольшой передышки.

– И для этого ты выбрал Ла-Исла-Марину?

Тут было слишком много совпадений, и короткое расследование не помешало бы…

– Мне посоветовали этот остров. Правда, не помню кто именно рассказал о нем… Может, друзья Сильвии.

Сильвия Роксвелл-Смит. Рыжеволосая красавица модель, миллионерша, девушка Джуда.

Тогда почему он сейчас на райском курорте, а она в Нью-Йорке?

– Как она поживает?

– Мы расстались, – коротко ответил Джуд.

– Прости.

Опять она за старое! Научится она когда-нибудь держать язык за зубами?

Джуд пожал плечами.

– Ничего страшного.

Роза откинулась в кресле и внимательно оглядела Джуда. Кажется, он похудел. Даже высох. Но за подчеркнутой субтильностью не скрывались широкие плечи и мускулистые руки.

Он выглядел уставшим, изнуренным.

– Как твоя мировая слава?

– Ее по-прежнему преувеличивают в прессе. – Их взгляды встретились. – Как тебе последние новости?

– Честно говоря, я была оторвана от внешнего мира, – призналась Роза. – Делала статью в Южной Африке… Погоди-ка. – Что-то она такое слышала, про какую-то книгу… Наверняка тут не обошлось без Сильвии. – Ты о романе?

– Ага. «Джуд. Голая правда». – Он скривился.

Сильвия могла бы обратиться к ней за консультацией. Уж она-то о нем могла много рассказать! Хотя, конечно, не стала бы.

– Я не читала книгу.

Джуд промолчал. Придется поискать информацию в Интернете, когда она подключит ноутбук к местному Wi-Fi. Книги о нем, кстати, уже выпускались, и, стоило признать, Джуд хранил от прессы не так много секретов.