Мой темный опекун

Глава 1

– Всё в порядке с вашей кошкой, никакой опухоли, – сказал ветеринар и погладил недовольную Боню по холке. – И бешенства у неё точно нет. Совершенно здоровая беременная кошка.

С замиранием сердца я ждала вердикта, но даже не думала, что диагноз окажется таким шокирующим для меня.

– Повторите, пожалуйста, – нашла я в себе силы переспросить. Язык не слушался, а глаза против воли округлялись.

Просто был один маленький нюанс, и он не позволял обрадоваться «чудесной» новости.

Боня не может быть беременной!

Я лично возила её в клинику на стерилизацию. Потом помогала бабушке обрабатывать швы.

– Беременна ваша Боня, – ухмыльнулся ветврач. Взял кошку на руки и передал мне.

– Ясно, – протянула я как заторможенная.

В беременность кошки не верилось. Но не доверять ветеринару оснований тоже не было.

Тогда как такое возможно?!

А если… Да нет… Боня не может быть беременной…

А значит…

Теперь я сильно сомневалась, что передо мной именно Боня, кошка, доставшаяся с наследством от бабушки.

Вместе мы жили уже целый год. Но испугавшие меня изменения начались месяц назад. В животное будто демоны вселились.

Приученная ещё котёнком к лотку и когтеточке, Боня вдруг начала рвать обои и гадить по всем углам. Шипела и царапалась один день так, что я думала, вены мне вскроет. Потом успокоилась, только дурные манеры так и остались. Я тщетно пыталась заставить животное оставлять лужи в лотке. Все мои усилия не принесли результата. А потом я заметила, как много корма стало уходить. И вырос живот у Бони. Первой мыслью было – животное заболело. Опухоль, вот и вела себя так странно. На худой конец глисты.

А оно все намного проще оказалось.

Я вгляделась в лицо молодого ветеринара. Он мило улыбался, и Боня тёрлась о его руку. Не похоже, чтобы мужчина сомневался в поставленном диагнозе или разыгрывал меня.

– Вот, возьмите, – ветеринар достал из ящика стола визитку и передал мне. – Вдруг понадобится помощь с родами. Или ещё какие вопросы по здоровью возникнут.

– Ага, спасибо, – пробормотала еле слышно.

Желание покинуть пропахшее лекарствами и животными помещение стало нестерпимым. Не хотелось устраивать истерику при симпатичном ветвраче.

О переноске и речи не могло идти. Попытки запихнуть Боню в специальную сумку точно могли закончиться моей смертью. Поэтому кошку я несла на руках. Та вцепилась в меня когтями. К счастью, пальто было достаточно толстым.

Дрожащими руками вызвала такси через приложение.

– Что же за чертовщина такая творится? – спросила я, заглядывая в чёрную кошачью морду. Зелёные глаза блеснули в сумерках, когда Боня отвернулась, проигнорировав мой вопрос.

К своему пузику Боня никогда никого не пускала. У меня и мысли не возникло проверять наличие шрама от операции.

Осторожно просунула руку кошке под живот. Пошарила по густой короткой шерсти.

Ничего… Мистика какая-то.

Как в дом бабушки могла попасть другая кошка, такого же полностью чёрного окраса с зелёными глазами, я понятия не имела. До сегодняшнего дня у меня и мысли не было заподозрить подмену. Кошка в моих руках была Боней. Как могло быть иначе, я не представляла.  Да, чёрных кошек пруд пруди, но всё равно они все разные.

До дома добрались быстро. Боня соскочила с моих рук в квартиру и рванула на кухню, к мискам с едой. Только те были пустыми, лишь крошки на дне. Пришлось торопливо разуваться и спешить за ней. Ждать Боня с недавних пор ой как не любила.

Ничто не предвещало очередной беды в моей жизни.

Боня хрустела остатками сухого корма, а я нащупала в полумраке выключатель, но тот не сработал.

– Ну вот, ещё перегоревшей лампочки мне не… – не договорила. Застыла в страхе. А всё потому, что на фоне окна виднелся человеческий силуэт.

Протяжный вопль Бони, просящей еды, вывел из ступора. Я бросилась обратно в прихожую, где на полочке оставила телефон. Сделала только несколько шагов, как пробравшийся в квартиру человек ударил меня чем-то по голове.

Это стало неожиданностью. Не думала, что меня так быстро нагонят.

Удар не был болезненным, и сознания я не потеряла. Будто тюфяком по голове огрели. Но из-за удара я споткнулась и упала.

Разноцветные огни на мгновение окрасили пол. А после и без того тёмная квартира погрузилась в беспросветную черноту. Только беспокойное мяуканье Бони доносилось где-то рядом.

Пол под руками и ногами будто исчез. Я хваталась отчаянно за пустоту, надеясь нащупать опору. Но всё без толку.

Страх очень быстро перерос в ужас. Когда я уже потеряла надежду, всё закончилось так же внезапно, как и началось. Или я попросту лишилась сознания.

Перед глазами плясали разноцветные пятна на чёрном фоне, и я боялась пошевелиться, чтобы вновь не провалиться в эту пустоту.

Пришла в себя от холода, пробравшегося под одежду.

Почему в квартире так посвежело и несёт болотной тиной?

Что-то шершавое и мокрое коснулось ладони.

– Боня, фу, перестань меня лизать, – проворчала я, морщась, и отдёрнула руку. Голову прострелило болью, но я всё равно села.

Кошка недовольно заурчала.

Беспросветная тьма вокруг немного рассеялась, и я нашла взглядом чёрный силуэт Бони у колен. Она с недовольной мордой сидела в густой высокой траве и вылизывала лапку.

– Что за?..

Огляделась. Обстановка точно не напоминала мою квартиру. Всё это походило на лес или очень заброшенный парк.

Кто-то отключил свет в квартире, проник и вырубил меня. А потом выкинул нас с Боней в каком-то лесу.

Но зачем?!

Чёрные в ночи деревья обступили поляну, в центре которой сидели мы с Боней, и устрашающе скрипели. Где-то на ветке ухнула сова.

Вдруг зашевелились невысокие кусты. Я заторопилась встать. Но ладони увязли в сырой земле, и вышло это неловко и совсем не быстро.

Воображение мгновенно нарисовало встречу с каким-нибудь хищником. Встречу, которую я вряд ли переживу.

Силуэт вырисовывался огромный, и я не на шутку испугалась.

– Беги, Боня! – шикнула я на кошку. – Мне всё равно не убежать, а тебе о котятах думать надо.

Но Боня и не сдвинулась с места. Лениво повела головой в сторону шума и вернулась к своему занятию – вылизыванию себя любимой. А я зажмурилась от страха.

– Пенелопа? Что ты здесь делаешь?

Недовольный, но весьма приятный мужской голос явно не животному принадлежал.

Открыла глаза и уставилась на незнакомца.

Высокий широкоплечий брюнет смотрел на меня совсем не добро. Угольные волосы, зачёсанные назад, растрепались. Какая-то странная рубашка из лоснящейся чёрной ткани с широкими рукавами отнюдь не походила на одежду лесника.

Руки мужчина скрестил на груди, став ещё шире.

Так, а это что? Плащ за спиной развевается?!

А не этот ли псих меня похитил?

Я ещё раз оглядела фигуру незнакомца.

Нет, вряд ли. Тот человек был намного меньше. Пожалуй, с меня ростом.

– Пенелопа, – снова позвал мужчина и шагнул ко мне. – Куда ты исчезла?..

– Вы обознались, – ответила, не задумываясь, и отступила.

Мужчина нахмурился. Он был явно старше меня, но не настолько, чтобы я чувствовала себя ребенком в свои двадцать два. На «вы» я говорила чисто из вежливости и осторожности.

Поправила пальто и стряхнула с колен грязь. Мужчина проследил за моими движениями. Как и я до этого, стал рассматривать меня. Прошёлся взглядом по одежде, подвёрнутым свободным джинсам и кроссовкам, задержал внимание на голых щиколотках. А потом резко схватил меня за воротник и притянул к себе, заставив подняться на цыпочки.

Лица коснулось чужое тёплое дыхание, в нос проник смолистый аромат коры и, неожиданно, – горького шоколада.

Кончиком носа он почти касался моего, и с такого расстояния я легко рассмотрела чёрные глаза. Черноту, на дне которой плясали зелёные языки пламени. Этот огонь манил, и я забыла об исходящей от незнакомца угрозе. Оторваться от черноглазого вышло, только когда он вдруг тяжело выдохнул и скользнул кончиком языка по губам. А потом с силой сжал их.

– Кто ты? – процедил он, отпустив меня.

Вместо меня ответила Боня, громко и протяжно мяукнув. И я, и незнакомец повернулись к кошке. Но заминка была недолгой. Кажется, вид Бони мужчину разозлил, и он чуть тряхнул меня, задавая очередной вопрос:

– Что ты сделала с Пенелопой?

– Да я… С чего вы взяли, что я с кем-то что-то сделала?! Отпустите!

От возмущения с трудом выходило подбирать слова. Ситуация для меня более чем странная, я бы сказала – необъяснимая.

– С того и взял, – зашипел незнакомец. – Ты – не она!

Вот это дедукция!

Не удержалась и громко фыркнула. Даже обидно – такой симпатяга (несмотря на то, что псих), но умом явно не блистал. Увы, так часто бывает.

– Я и говорю, обознались. Не знаю никакую Пенелопу, которую вы ищете, и понятия не имею, где она…

Мою реплику прервали самым беспардонным образом. Черноглазый приложил указательный палец к моим губам, заставляя замолчать. Сам посмотрел куда-то в сторону и прислушался к лесным звукам. Которых, надо признать, стало как-то много. И Боня вдруг зашипела, шерсть встала дыбом, спина дугой. Выглядело довольно забавно с учётом её положения, и совсем не угрожающе. Но поведение кошки заставило насторожиться.

– Что происходит? – я всерьёз забеспокоилась.

– Тише… Это же Радужный лес…И защитная граница совсем рядом.

Ну точно псих.

– Мёртвый Радужный лес, – добавил мужчина, зловеще прошептав и сделав ударение на слове «мёртвый». – Ты же не хочешь повстречаться с обращённой в нежить феей или ещё кем пострашнее?

Возражать как-то не хотелось. С неадекватными людьми лучше не спорить.

– Нет, разумеется, не хочу, – кивнула для убедительности несколько раз.

– В твоём мире должна быть магия, раз ты здесь.

– Что, простите?

Разговаривали мы полушёпотом. Видимо, чтобы не привлечь зомбифей ненароком.

– Магия…

Перед моим лицом вдруг вспыхнул огонь ядовито-зелёного цвета. Прямо на ладони черноглазого незнакомца!

– Магия, – повторила я, переводя взгляд с лица мужчины на огонь.

Это мог быть и фокус…

Мужчина сжал ладонь в кулак, и огонь исчез.

– Нужно уходить, – той же рукой, на которой только что плясало магическое пламя, незнакомец рассёк воздух.

Пространство осыпало зелёными искрами. Они собрались в кучу и вытянулись в линию.

– Я с вами не пойду, – не спорить с психами – это одно, но идти куда-то…

Хотя оставаться в лесу одной совсем не хотелось.

Подхватила на руки Боню и отступила на шаг.

Бороться с сомнениями долго не пришлось: кусты вновь зашевелились. Туманный зеленоватый свет стал ярче. Раздалось злобное шипение вперемешку с рычанием. Этот звук заставил покрыться тело мурашками от щиколоток до ушей. Что он там говорил про нежить?

Прежде чем надвигающееся нечто успело показаться, яркая ядовито-зелёная линия в воздухе раскрылась в большой овал. Внутри виднелись очертания похожего леса. Только замка на горизонте раньше явно не наблюдалось, да и небо виднелось чистое и звёздное, тогда как над головой – ни звёздочки.

Прежде чем черноглазый втолкнул меня в провал, я повернулась в сторону странного рычания. Послышался звук хлопающих друг о друга тонких крыльев, словно надвигался рой огромных стрекоз.

– Быстрее, – поторопил незнакомец, толкая в спину.

Что же к нам такое приближалось, я так и не увидела.

Несложно было догадаться, что шагнули мы в какой-то портал. Что я, кино не смотрела да книг не читала?

Вот только куда вёл этот портал?

Со страха вцепилась свободной рукой в черноглазого с такой силой, что ему пришлось меня от себя отковыривать.

– Как тебя зовут? – недовольно спросил он, отстраняясь и поправляя примятые мной рукава.

– Полина.

– Марк Линден, – мужчина протянул мне руку.  – Ты можешь звать меня Марк.

Почему-то такие простые слова мне не понравились. То ли дело в странном акценте на «ты», то ли в общей интонации фразы. Будто на самом деле Марк не желал, чтобы я к нему так обращалась. Тогда зачем разрешал?

– Дело в том, что ты копия Пенелопы, Полина, – огорошил Марк. Ему явно был неприятен этот разговор, как и мне теперь. Я ещё не успела осознать, что попала в какой-то магический мир. А он говорит, что я чья-то копия. И эта формулировка мне не нравилась. Может, это Пенелопа моя копия?

– С чего ты взял…

– Пенелопа мертва, – Марк оборвал меня на полуслове.

Новость ударила по мне так же, как тот незнакомец в квартире. Ощутимо и неприятно. И кажется, что земля вот-вот уйдёт из-под ног и я вновь провалюсь в пустоту.

– Я не смог найти её заклинанием поиска с первого раза и со второго. А потом нашёл тебя. Теперь ясно, почему… Уверен, тот, кто убил её, послал тебя сюда, чтобы скрыть преступление.

Я снова вспомнила о незнакомце в квартире и коротком бегстве, закончившемся попаданием в Радужный лес.

Неужели это и есть убийца моей копии?

Господи, в моей квартире был убийца!

А теперь я непонятно где.

Черноглазый, то есть Марк, пошёл вперёд. Вперёд – это по неширокой дороге без асфальта, в сторону высокой стены замка. Вот это уже мало похоже на фокус!

А значит, Марк прав. Или я сошла с ума.

– Поторопись, нас ждут.

Боня в моих руках начала вырываться. Мне моя кожа дорога: выпустила кошку, та, спрыгнув на землю, поплелась за Марком.

– Где ты подобрала Челси?

– Кого, прости? – переспросила, догнав.

– Кошку.

– Это Боня… – я снова отстала. Шестерёнки в голове активно работали, и пришлось замедлить шаг. Так это всё-таки не Боня!

Тогда где моя кошка?

Это, конечно, хороший вопрос. Но есть и более важный.

– Челси попала сюда вместе со мной. Но что эта кошка делала в моём мире почти месяц? – Теперь я не сомневалась: в какой-то момент произошла подмена кошек. – Зачем кому-то её отправлять туда и забирать Боню?

Линден остановился. Впереди виднелись открытые ворота замка. Вокруг разросся лес. Высокие деревья с кривыми когтистыми ветками свисали над дорогой и царапали стены. Только на макушках проступили первые весенние листья.

А дома была глубокая осень. Но всё равно мне до конца во всё это не верилось.

Только мужчина передо мной выглядел очень реально.

– Это странно, как и то, зачем тебя всё-таки отправили сюда, – сказал Марк, – но мы это обсудим позже. А сейчас запомни, ты – Пенелопа Найт…

Глава 2

Полина

– Итак, приступим к оглашению завещания покойного Варламуса Линдена, – поверенный прокашлялся в кулак и строго посмотрел на желто-золотой листок документа.

Мужчина лет шестидесяти с седыми волосами и строгим взглядом сидел за столом того самого покойного. Поправив очки на носу, поверенный всмотрелся в строки завещания и хорошо поставленным голосом начал зачитывать волю покойного.

Перед столом стояли стулья для родственников, тех, кто что-то унаследовал. И я занимала один из них.

Поверить не могу, что подписалась на это!

Согласилась я ещё на улице. Стоило Марку спросить, хочу ли я домой – и всё! Полина уже на крючке.

Когда Марк привёл меня в замок, я честно ожидала увидеть средневековый быт. Сено на полу и ещё что похуже. К счастью, обошлось.

Замок Линден действительно был древним, но на сей день оснащён современными удобствами. А платье, которое мне сунули в руки, не имело корсета и кринолина, хотя и было длинным.

Поверенный должен был явиться с минуты на минуту, и Марк сильно торопился. Я толком не успела осмотреться, лишь мазнула взглядом по каменным стенам с кристаллами-светильниками и картинам в позолоченных рамах. Сюжеты иномирного искусства я даже не успела рассмотреть, очень быстро меня привели в «мою» комнату.

– Переодевайся, я подожду за дверью, – бросил Марк и уже почти захлопнул дверь, собираясь оставить меня одну.

– Нет уж!

Я поставила ногу в проём и не дала закрыть меня в комнате. Вцепилась в плечо мужчины и втянула внутрь. Это было трудно!  Но, видимо, сопротивлялся он вполсилы.

– У меня слишком много вопросов! А там есть ширма, за которой я могу прекрасно переодеться, слушая твои ответы. – В комнате действительно была перегородка, сразу за большой кроватью с резными столбиками. – Кем ты мне приходишься? Брат, кузен?

Не дай бог, жених. Роль невесты – это уже слишком.

– И не надейся, – процедил Марк. Кажется, мой вопрос его оскорбил. – Ты мне никто. Нас с тобой ничто не связывает… – осёкся и поморщился. – С Пенелопой… Нас с ней ничто не связывало. Только несколько лет жизни под одной крышей.

Я успела снять пальто и толстовку. Натянула через голову тонкое платье с выбитыми цветами и с горем пополам застегнула жемчужные пуговки на спине. Нежный розовый оттенок мне шёл, и село оно как влитое.

– Как это? А что я тогда тут делаю?! – меня возмутили его заявление и резкий тон. Что-то мне это нравится всё меньше и меньше. Я выскочила из-за ширмы, стягивая джинсы с колен и кроссовки.

Взгляд Марка опустился на мои ноги, торчавшие из-под юбки. А, может, здесь и не такие современные нравы, как мне показалось на первый взгляд? Как-то он внимательно смотрел на мои ноги, и это напрягало.

От греха подальше я торопливо вернула юбку на место и скользнула в туфли на низком каблуке в тон платью.

– Ты воспитанница моего отца, – снизошёл до объяснений мой новый знакомый. – Он был твоим опекуном. Я должен был сопроводить из академии… Привезти тебя на оглашение завещания. Вот всё, что тебе требуется знать на данный момент. – Получила я сбивчивый ответ.

Холодный взгляд чёрных глаз прошёлся по моему лицу. Будто он чего-то ждал. Может, всё ещё сомневался, не Пенелопа ли я?

А потом Марк просто развернулся и пошёл на выход, не дав шанса задать следующий вопрос.

Бесконечные пустые коридоры, повороты и лестницы, и вот мы уже остановились перед дверью.

– Просто молчи и кивай, – прошептал Марк.

В кабинете нас уже ждали.

Стоило показаться на пороге, как взгляды обратились в нашу сторону. Немолодая женщина напомнила старую ель, припорошенную снегом. Наряд её местами выцвел, а волосы, собранные в неряшливый пучок, отдавали сединой и выглядели неухоженными. Как и боа из куцего лисьего меха. Она поджала губы и отвернулась от нас, заёрзав на стуле.

– О, Марк, рад видеть тебя. – Другой стул занимал полный мужчина. Он тут же поднялся, поправил тонкие чёрные усы и улыбнулся, потянувшись за моей рукой. – Пенелопа, ты как всегда прекрасна. Рад, что вы добрались без приключений.

Да уж, без приключений.

Я уже протянула руку навстречу сложенным трубочкой полным губам мужчины, как Марк слегка коснулся моего локтя. Случайно? Или знак? Я не должна давать руку для поцелуя?

Господи, я ведь совсем не знаю местного этикета! Моё замешательство не прошло незамеченным. Мужчина покосился на высокомерную неряшливую дамочку, а потом на Марка. Тот тут же заговорил и не позволил мне выкручиваться самой.

– Пенелопа сильно устала, путь из академии требует не один переход, давайте уже начнём, – Марк подтолкнул меня вперёд и усадил на свободный стул.

Я невнятно проблеяла что-то про больную голову и извинилась.

Из-за внимания присутствующих, которое, казалось, приковано только ко мне, а вовсе не к поверенному, я прослушала половину из того, что тот говорил. Он уточнил явку собравшихся, но имена не осели в памяти. Лишь уловила, что из родственников явились младший брат покойного и старшая сестра.

Список вопросов к Марку полнился.  Он втянул меня во что-то явно опасное, раз мою копию убили.

Притворяться Пенелопой было сложнее, чем казалось на первый взгляд. Взять хотя бы упоминание академии. Речь ведь об академии магии наверняка. Но у меня нет магии!

Паника, что нас вот-вот раскроют, заставляла волноваться. Нервно сглатывать и мять подол. Никогда не любила и не умела врать. Даже на экзаменах в универе не могла переступить через себя и списать ответы, даже если преподаватели закрывали на такое глаза.

Притворяться кем-то другим было очень похоже на ложь. И внутренне меня трясло от паники и волнения.

– Всё своё имущество, родовой замок «Линден», земли и сбережения в банке Лайтэйрс, я завещаю своему единственному сыну, Маркеллусу Линдену. А также опекунство над Пенелопой Найт, если на момент моей смерти она не вступит в законный брак. Своей воспитаннице, Пенелопе Найт, я завещаю артефакт, хранящийся в ячейке номер сто тринадцать, в банке Лайтэйрс. Своему брату я завещаю коллекцию редких растений из Радужного леса. Дорогой сестре – собрание сочинений Эрнеста Холодного. На этом всё.

– Что? –  Вопрос Марка прозвучал с неприкрытым возмущением. – Вы не ошиблись, мистер Гердерик? Именно я теперь должен опекать Пенелопу?

– Мне зачитать завещание дважды? – поверенный явно оскорбился. – Что вас так удивляет?

Я разделяла чувства Марка. Ну какой из него опекун? Ему хоть тридцать-то есть?

Да и зачем мне опекун?! Что за мир такой? И угораздило меня…

– Ваш отец любил свою воспитанницу, – продолжил мистер Гердерик. – Оберегал её как родную дочь. Кому он ещё мог доверить Пенелопу?

Марк нахмурился, но больше ничего не сказал.

– Нам, – вставила сестра покойного. Кого она имела в виду под «нам», я не совсем поняла. Но внимание собравшихся женщина привлекла. – Марк слишком молод для такой ответственности.

Пожалуй, женщина была права. Но мне сказано было молчать и кивать.

– Мисс Найт, вы желаете оспорить назначение господина Линдена вашим опекуном?

Что я ответила?

А ничего – отрицательно качнула головой, как велено было, и всё.

В конце концов, это не моя жизнь. Я потом домой вернусь, и уж там мне точно никакие опекуны не потребуются.

Кстати, о возвращении домой. Ещё один вопрос, который нужно добавить в список. И присвоить ему первый номер!

На всякий случай искоса посмотрела на Марка: вдруг я что-то не так делала? Но мужчина смотрел прямо, а лицо его не выражало никаких эмоций.

– Ну тогда не вижу причин не исполнять волю покойного, – удовлетворённо произнёс поверенный. – Соответствующий документ я вышлю позже. Ну, на этом всё, а мне пора.

Взяв с пола портфель для документов из кожи, очень похожей на крокодилью, да только чешуйки были подозрительно большими, мистер Гердерик сложил туда очки и документы и направился к выходу. – Простите за спешку, мне ещё до места перехода идти.

– Мистер Гердерик! – возмутился дядя Марка, вскакивая со стула. Но застрял и встал вместе со стулом, и тот грохнулся на пол, когда мужчина выпрямился. Тут же подскочила сестра покойного. Лицо ее исказилось злостью и покрылось красными пятнами. – А как же семейные артефакты?

– О них не было сказано в завещании, а значит, они переходят сыну покойного.

Не дожидаясь новых вопросов, поверенный ушёл.

– Твой отец был бы счастлив. – Улыбка тётушки Марка не выглядела доброжелательной. Она поднялась, высокомерно задрав нос. Смерила меня презрительным взглядом. – Наконец-то вы ладите. Неужели для этого ему требовалось всего лишь умереть?

Не дожидаясь ответа от Марка, тётушка направилась следом за поверенным.

– Рад был повидаться, – дядюшка улыбнулся, будто забыл о своём недавнем недовольстве, и пошёл на выход за сестрой.

Мы с Марком остались одни, и в кабинете повисла тишина на мгновение.

Напряжение от разыгранного спектакля не спешило отпускать меня. О чём толковала эта женщина? Марк не ладил с Пенелопой? И насколько сильно? Мой список вопросов только пополнялся.

– О чём она говорила? – не выдержала я.  – Вы не ладили с Пенелопой?

Марк не торопился с ответом. Подошёл к шкафу со стеклянными дверцами и достал графин с коричневой жидкостью.

Налил в два низких стакана и протянул один мне.

Принюхалась. Похоже на виски с шоколадно-ванильными нотками. Так вот чем пахло от Марка!

Выпила залпом, горло обожгло как от алкоголя, и по телу разлилось тепло.

Это не сильно помогло мне расслабиться и собрать картину происходящего целиком. Выжидающе посмотрела на Марка.

Начнём с малого.

– Кем был твой отец?

Вряд ли даже в мире с магией простые люди владеют замками.

Марк выглядел недовольным и даже злым. Сделав глоток, он поставил стакан на каминную полку, слишком сильно ударяя. Я вздрогнула и уже не ожидала получить ответ.

– Хранитель. Один из хранителей Радужного леса. Генерал Темных войск Маира в отставке.

– Леса? Того, что мёртвый? – уточнила я. – И зачем его охранять? В смысле, я поняла, что там живут всякие чудовища, но нельзя провести масштабную зачистку, и дело с концом? – поинтересовалась я, невинно пожав плечами.

– Если бы всё было так просто, – фыркнул Марк. – Этот лес не всегда был таким. Но после решающей битвы, положившей конец войне светлых и тёмных магов… Скажем так, произошли необратимые изменения. Сколько бы ни уничтожали тварей из низшего мира, они появляются вновь. А светлые существа – феи, дриады и другие жители леса – превращаются в нежить, оказываясь в зоне поражения.