- -
- 100%
- +
Иллюстратор Виктория Лобачева
Фотограф Александр Ковязин
Благодарности:
Дмитрию Луневу и Николаю Артамонову
© Екатерина Перепухова-Смыгина, 2021
© Виктория Лобачева, иллюстрации, 2021
© Александр Ковязин, фотографии, 2021
ISBN 978-5-0051-5986-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Мне нравится принцип поезда.
Он не ждет того, кто не ждет его.
С любовью к моей маме, Смыгиной Галине Васильевне
Посвящение
Перрон… исчезает…
Пустой вагон поезда, монотонный стук колес, легкое потряхивание на каждом стыке рельс.
Редкие кресла из темно-зеленого бархата, немного несвежего, с белыми потертостями в углах, фиолетовые подушки с набивными львами бордовых оттенков.
Тяжелая лестница, витая, с перилами из живых цветущих растений, ведущая наверх и в никуда.
Приглушенный свет настенных старинных ламп в виде факелов с желтоватым толстым стеклом, пупсами на золоченом металле.
Стены, обитые темно-золотистым шелком, перетянутые пуговками по геометрии крупных ромбов, напоминающие внутреннюю обивку старинного сундука.
Чуть уловимый аромат свежесваренного кофе вперемешку с густыми восточными духами, обволакивающими и усыпляющими ум.
Чистейшее стекло окон, занавески из теплого желтого шелка, двойные, не пропускающие света внутрь, перехваченные бархатными лентами с цветными тяжелыми кистями.
Быстро меняющийся пейзаж за окном, все больше поля и зеленые луга, небольшие холмы с песком для гольфа.
Солнце, пытающееся зайти за горизонт, но так и зависшее над ним в бесконечности розово-румяного неба.
Проводник…
В строгом черном пальто и в тонких кожаных перчатках, обтягивающих длинные пальцы, с шумным сервировочным столиком на колесиках под белоснежной скатертью, везущим одинокую белую лилию в бокале и еще шипящий ужин под серебряным клоше с пупсом вместо ручки.
…Все – как замершая минута дня, аккуратно вырванная из несущейся за окном жизни.
Часть 1
Поезд дальнего следования
Отправление
Проводник, подавая белоснежную накрахмаленную салфетку:
– Сложно было вас в поезд усадить, все вы на перроне тусили, убегали, в толпе прятались. Небезопасно. Народу много, все хотят сесть, но для всех нет места.
Я, оглядываясь вокруг:
– А что, тут есть кто-то еще?
Проводник, подкатывая столик-тележку ближе ко мне, словно пытаясь меня запугать и приструнить:
– Какая вы нетерпеливая… сядьте и ждите.
Я, поймавшая страх и боясь, что колесики стола заденут меня, подхватывая ноги на кресло:
– А чего ждать?
Проводник, вооружая меня вилкой и ножом:
– Не могу ответить, не положено.
Я, крутя и как бы взвешивая серебряные приборы в руке:
– И много поездов колесит?
Проводник, приподнимая клоше, нежно обняв двумя пальцами пупса:
– Нет… Но есть еще самолеты, автобусы, лодки. Кому что – где укачивает, что посмотреть, кто-то летать боится.
Я, всматриваясь в лезвие ножа и ожидая, что зажатый пальцами Проводника пупс расхихикается:
– Кто это над дверью?
Проводник, не оборачиваясь и совершенно спокойно:
– Ваш друг – «Я так сказала».
Я, пытаясь унять нарастающий стук сердца:
– Почему он здесь? Не хотела я его брать, неправильно это – моей душой командовать.
Проводник, забирая у меня приборы и передавая мне тарелку:
– Так он сюда вас и привел. Видите везде одну сторону. Без него вам никуда. «Я так сказала» вас упреками доводит, «Я так сказала» и душу вашу спасает.
Я, немного отворачиваясь от поданной тарелки:
– Тошнит меня…
Проводник, не меняя тона:
– Дорогуша, столько пить… немудрено…
Я, беря тарелку в свои руки и ставя на колени:
– Стыдно…
Проводник, возвращая мне приборы:
– Это хорошо. Напиваются все. За вами долго бегали, четыре года… сами уже устали. Хорошо прячетесь в Страданиях и Самообмане, «Я так сказала» вас раскрыл. Хорошо хоть, вы веселая и помнили адрес.
Я, расправляя салфетку под тарелкой:
– Как вы сказали? Сесть и ждать. И там будут желания в окошке и надо просто выбирать их взглядом, и они исполняться будут?
Проводник, задумчиво:
– Все к маме да к душе в дом тринадцать просились. А то часто нам вас назначают, а вы адреса не помните, а мы в географии не сильны искать.
Я, все еще не начав есть и пытаясь слезть с кресла:
– Плохо мне…
Проводник, подпирая меня столом и пристегивая ремнем безопасности:
– Ничего… жди, пройдет.
Я, немного нервничая под ремнями и проверяя их свободный ход:
– Вот все время не могу понять предел свой… Может, хочу много или виню, что живу без дела?
Проводник, ослабив свой напор столиком, но еще не отходя от меня:
– Смешно… Мы ж тебя и не взвешивали еще. Вот ты торопыга. Взвесим – сообщим твои пределы.
Я, приняв ситуацию, успокоившись под ремнями и с тарелкой на коленях:
– А откуда я здесь?
Проводник, вздыхая по-доброму… умилительно:
– Заслужила, ну и мама, вон, картошкой аж стала.)) Чтоб до тебя достучаться.
Я, наконец заглянув в тарелку, по которой каталась картошка:
– Это поэтому я столько картошки ела последние два месяца?.. Да, эко вы меня заманили… душой и картошкой.
Я, накалывая кусок картофеля на вилку:
– Я ведь никак не хотела, и таблетки, и алкоголь, и не сплю. Спасибо, что постарались.
Проводник, расслабившись, наконец-то отлепился от сервировочного столика с колесиками и сел немного вдалеке на диван, закинул ноги на сиденье и протянул, любуясь блеском лакированных ботинок:
– А вы не спасибкайте, вы лучше не подбегайте к выходу вагона, а то мне даже пристегнуть вас пришлось. А мы ведь все сделали, как вы мечтали – посадили вас в поезд ориентальный со всеми удобствами – еда, напитки, салон велюр-бархат, свет приглушенный, как вы любите, а вы опять назад к толпе все убегаете. Странные вы…
Я, запустив руку в кудри, немного подтупливая:
– Да там в толпе как-то понятно, все знакомые, тесновато душой, но свое… Знаете, темы и разговоры такие привычные, – нытье, ранняя смерть, ничего не добился… время прошло, как бабки на лавке с семками. А тут в вагоне… тут сложнее, верить надо… несмотря ни на что… что поезд тот и еду я туда. Привязали, не сбежишь, признаваться приходится в слабости своей и сомнениях.
Я, опустив глаза в тарелку, чтобы не смущаться вопроса:
– А вы сами кто? Лица не вижу, по голосу большой и мягкий, но суровый. Я как будто вас знаю. Вы мой папа?
Проводник, медленно выдыхая, как будто курит:
– Сложно сказать, я мужчина… а вы все бегаете. Боитесь нас. Меня, правда, полюбили, я вас сюда и зазывал с Картошкой.
Я, не найдясь, что сказать:
– Приличная компания зазывал – картошка и проводник без лица.
Проводник, мечтательно, как будто затягиваясь сигарой:
– Я, может, и не хотел, но Картошка убедительно просила, да и жертва какая – из женщины в картошку после смерти по собственному желанию превратиться. Любила вас сильно, до полной отдачи. Аж слеза наворачивается.
Я, немного испугавшись несоответствия происходящего:
– Так у вас глаз-то нет, и лица…
Проводник, выйдя из мечтательного состояния:
– А вы не лозоходствуйте…
Я, смутившись своего очередного неуместного ответа:
– А можно выйти, страшно как-то? А вдруг я получу то, что хочу… а я этого на самом деле не хочу. Уже не откажешься?
Проводник раздраженно, словно докурив, приподнялся с дивана:
– Не хочешь – не желай: сама же себе ответила.
Я, посмотрев несколько боязливо на него снизу вверх:
– А что тогда делать? Сидеть и ждать? А десерты есть? Можно меню? Я бы оттуда посмотрела сладенького…
Проводник, поправляя пальто и сам начиная немного нервничать:
– Умная какая… а все торопишься. Десерты есть… будешь смотреть?
Я, еще больше запинаясь, затараторила:
– Подожди, тогда я буду как все… А зачем мне так? Или так должно быть? Или делать что-то надо?
Проводник, уходя и уже не оборачиваясь, но четко и немного безразлично:
– Жди… ты уже в поезде.
Часть 2
Начало
По дороге на работу, или 7 минут до метро. День первый. Монолог
Первая минута
Бежала на работу, забыла дома телефон… вернулась… побежала опять к метро…
Вторая минута
На раз-два под мое цоканье каблуков откуда-то справа из-за спины выскочил молодой человек. Элегантно одетый, хоть и не по погоде…
И с такой милой, немного нагловатой улыбкой, нависая надо мной, произнес нараспев: «Здрасьте…», приподнимая за краешек цилиндр.
Я не удивилась его появлению.
А он добавил:
– И не удивляйтесь – я ваш Страх.
«Красивый, – промелькнуло в голове, – я бы с ним загуляла».
– Так вы и загуляли, – театрально загоготал Страх.
– А что вы делаете? Собственно… – протянула я.
– Ну-у-у как – пугаю вас по жизни.
Третья минута
Я повернула голову направо, посмотреть, нет ли машин.
– Или вот спасаю… – прокашлял Страх.
Мы перешли дорогу.
Четвертая минута
Вдруг Страх начал влезать в меня.
– Кого-то испугались? – взбрыкнула я.
– Да… вон такого мальчика – ничего не боится… Мне неуютно, – поежился Страх.
Пятая минута
– А чой-то ты вылез?
– Так ты начала со мной говорить…
– То есть я с тобой говорю… и ты вылезаешь из меня… Хорошо, так мне проще – мы вроде как друзья. И я тебя не боюсь.
Мы поравнялись…
Шестая минута
Так шли дальше…
Навстречу мужчина… Страх кокетливо сделал реверанс, приглашая меня к знакомству с мужчиной.
– Это ты меня знакомишь?
– Да, есть грешок, – улыбнулся Страх чеширской улыбкой. – Люблю блондинок, да и брюнеток… но молоденьких, чтобы ущипнуть можно было.
– Это у него страх – блондинка? А как же я? – приревновала я.
– А там какой хозяин – я уж не выбираю… – как будто с сожалением добавил Страх.
Седьмая минута
– Фиговый из тебя сводник, – хотела было поднаехать на Страха.
Опять смотрю направо…
Там уже пусто…
Страх побежал за блондинкой, нервно курившей на автобусной остановке…
«А если Страх блондинки – мужчина», – хихикнула я про себя… Ответа не последовало…
Дверь в метро: надпись «ВХОД».
Часть 3
Приобретение свиты
По дороге на работу, или 7 минут до метро. День второй. Диалог
Страх чуть сзади…
– Вот ты второй день ходишь со мной, откуда ты?
Страх на полном расслабоне, как по сценарию:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.