Затерянные

ПРОЛОГ

Клокочущий звук боевой тревоги и резкий, едкий запах пожарной сигнализации одновременно оглушили слуховые и обонятельные рецепторы главного координатора орбитальной базы Галактического Торгового Союза в системе Тонга-3.

Второпях пробираясь на командный пункт, он всю дорогу не переставал мысленно возмущаться: «Опять? Да что же это за цикл выдался на мою голову! Уже третье происшествие за одну только смену! Нет, пора вызывать эскадру Светоносного. Даракские пираты совсем обнаглели! Сначала они атаковали полицейские патрульные катера базы и этим заставили оттянуть военные модули охранения к внешнему кольцу системы. Затем, воспользовавшись отсутствием прикрытия основной пассажирской трассы, вероломно напали на беззащитный торгово-пассажирский лайнер класса „Дель Люкс“, идущий транзитом через подведомственный мне сектор. И вот теперь дело уже дошло до абордажа головной орбитальной базы Союза в системе! А ведь я предупреждал досточтимого Сет’Хи об активизации пиратов в моем секторе. И вот чем все закончилось. Какой позор на мои старческие родовые пятна! Символ и оплот могущества Галактического Торгового Союза в системе Тонга-3 пытается взять на абордаж кучка вонючих дикарей с лазерными обрезами! Категорически не могу понять, на что надеются эти отщепенцы? Конечно же базе ничего серьезного не угрожает. Глубокоэшелонированные и многоуровневые оборонительные системы орбитального комплекса могут выдержать нападение целого абордажного флота Империи Чинук, действующего под прикрытием тяжелой космической артиллерии и штурмовой палубной авиации. Но обиден сам факт пиратского нападения на базу! Создан опасный политический прецедент. Нанесено несмываемое оскорбление не только лично мне, но и репутации самой могущественной в Галактике державы! Если в самое ближайшее время не начать наводить порядок, то своими нерешительными действиями мы спровоцируем имперское вторжение в эту систему. Нет, ну каковы наглецы? Да я их в порошок сотру, чтобы неповадно было свой нос из планетарных свалок высовывать! Ох, как же я сей цикл на них отыграюсь!..»

Последняя мысль несколько успокоила главкоординатора. Он чинно занял свое седалище в самом центре командного пункта и, выцепив взглядом старшего офицера смены, в нарушение устава обратился к нему первым, тем самым давая понять окружающим, что ситуация вышла за рамки церемоний:

– Ну и что мы имеем на сей раз, Рай’Су?

– Докладываю оперативную обстановку,– вопрос главного координатора заставил командора внешнего охранного периметра орбитального комплекса привстать с операторского насеста.– Периметр станции прорван в шестом сегменте центрального грузоприемного шлюза. Объект вторжения один. Предварительные данные сканирования определили его как спасательную капсулу грузоподъемностью сто пятьдесят натанов с недавно атакованного пиратами торгово-пассажирского лайнера «Председатель Сай’Со» класса «Дель Люкс».

– Рай’Су, вы что, совсем голову потеряли? Если это обыкновенная авария во время стыковки, тогда какого четтера надо было врубать боевую сигнализацию и вытаскивать меня из постели? Могли бы ограничиться вызовом на место происшествия пожарных и других спасательных служб для ликвидации аварийной ситуации!

– Приношу свои глубочайшие извинения, главкоординатор, но произошел не несчастный случай, а преднамеренное нападение.

– Поясните. Я вас что-то не совсем понимаю.

– Наши локаторы засекли капсулу на дистанции в сто сорок катангов от периметра базы. Анализ траектории полета показал, что капсула движется от места предполагаемого нападения на лайнер прямо к периметру нашей базы и, судя по всему, несет на своем борту уцелевших членов экипажа и пассажиров лайнера «Председатель Сай’Со». Согласно 6-го параграфа «Уложения о действиях в чрезвычайной ситуации»…

– Ближе к делу, Рай’Су,– недовольно перебил офицера главкоординатор, чувствуя новый приступ сонливости.

– Короче говоря, оперативный состав дежурной смены принял решение обеспечить стыковку капсулы со вторым карантинным блоком. Дежурный смены попытался связаться с пилотом капсулы, но ответа на запрос так и не получил. К тому времени капсула приблизилась к периметру базы еще на тридцать катангов. Предположив, что на капсуле возможны повреждения приемо-передающей аппаратуры и системы управления, дежурная смена разбудила меня, параллельно подготовив перехватчик и дежурный экипаж. За это время объект приблизился еще на пятьдесят катангов. В общем, сразу после старта перехватчика мне пришлось отрубить защитное энергетическое поле и снизить концентрацию внешнего атмосферного щита по всему периметру базы, так как расчетная точка перехвата находилась в зоне действия наших оборонительных систем.

– Командор, почему вы сняли защиту по всему периметру, а не только в сегменте, где находилась расчетная точка перехвата?

– Чистая случайность, главкоординатор, основной сегментный блокиратор вышел из строя и в настоящее время все еще находится в ремонте, а запасной, как вы сами знаете, еще четверть цикла назад отправили на плановый технический осмотр в метрополию.

– Продолжайте.– Кей’Фу недовольно поморщился, но особого недовольства выражать не стал. Ответственность за обеспечение своевременного капремонта и техосмотра основных узлов станции была возложена на самого главкоординатора, а не на военного командора базы. Тут уж, как говорится, ничего не попишешь. Сам виноват.

– До последнего момента перехвата капсула шла по намеченной траектории, но затем, перед самым носом перехватчика-буксировщика, начала маневрировать.

– Почему ее сразу же не расстреляли из бортовых зенитных орудий?

– Попытались, но объект умело прикрывался перехватчиком, сев ему на хвост.

– И что же, наши бравые пилоты не смогли стряхнуть с хвоста одноразовое корыто?

– К сожалению, это оказалось не так-то просто. Капсула была вооружена излучателями близкого радиуса действия и своим огнем грамотно корректировала маневры перехватчика.

– Где же на спасательной капсуле можно незаметно разместить блоки излучателей? Или вы предварительно не соизволили просканировать объект на наличие оружия?

– Сканирование проводилось, но на внешних консолях ничего не обнаружили. То, что капсула вооружена, стало ясно, когда у нее были выпущены шасси и опорные катки. Оказалось, что вместо катков и стоек там смонтированы блоки излучателей.

– Оригинально. Значит, при сканировании внешней обшивки, ничего, кроме подвесных реактивных одноразовых двигателей, обнаружить было невозможно. До тех самых пор, пока пилот капсулы не оказался в безопасной зоне вблизи периметра и не сел на хвост перехватчика. После чего он выпустил шасси с подвешенным оружием и начал заворачивать наших горе-спасателей на обратный курс, одновременно прикрываясь ими от огня бортовых зенитных батарей. Я правильно понял ситуацию, командор?

– Да, главкоординатор.

– А эти пираты очень смекалисты, не находите, Рай’Су? Но как же они на своем корыте смогли взломать наш борт? Там же тридцать слоев митриловой девятимитанговой брони! Даже пробив брешь, капсула должна была просто расплющиться от удара, а затем разлететься на сотни осколков от взрыва собственных двигателей и топлива…

– Пираты и тут проявили изобретательность, досточтимый. Подобравшись на хвосте перехватчика в мертвую зону обстрела наших зениток, на расстояние в четверть катанга от борта станции, они от него отцепились. Взяли прямой разгон в нашем направлении и за пару микроциклов до столкновения отстрелили связку внешних двигателей, которые тут же набрали значительное ускорение и с разгона врезались во внешнюю переборку центрального грузоприемного шлюза. В результате там образовалась довольно значительная по размерам пробоина. Сама капсула после этого маневра получила резкое торможение за счет суммарного импульса отдачи, возникшего после отстыковки реактивных двигателей и воздействия идущей навстречу взрывной волны. Но торможение не было полным. Объект сумел плавно вписаться в брешь, образовавшуюся в шестом сегменте центрального грузоприемного шлюза, где он окончательно и приземлился, успев при этом изрядно перетряхнуть весь находившийся там груз.

Выслушав разъяснение командора, Кей’Фу призадумался: «Очень впечатляюще! Я никогда не слышал о таком необычном маневре. А ведь дараки нашли интересное применение гражданским спасательным капсулам… Надо будет поговорить с досточтимым адмиралом Сет’Хи. Небольшая модификация – и дешевый космический аппарат таранящего типа, изначально предназначенный исключительно для разового обеспечения аварийной посадки пассажиров и экипажей в сложных условиях планетарного рельефа, превращается в грозное военное маломерное абордажное судно с характеристиками легкого таранного пикировщика. Правда, только одноразового применения. Но все равно эффект очень впечатляющий!..»

Главкоординатор системы Тонга-3 отвлекся от своих мыслей и спросил:

– Какие предприняты меры, командор?

– После посадки нашего перехватчика мы уже успели восстановить защитное энергетическое поле и атмосферный щит вокруг базы, что позволило в ускоренном темпе начать восстановительно-ремонтные работы как с внешней, так и с внутренней стороны поврежденного сегмента периметра станции. На случай повторных нападений усилили спутниковую разведывательную группировку на нашей орбите. При аварийной посадке капсула протаранила две тонкостенные палубные переборки, что позволило локализовать основные источники пожара, а также оградить месторасположение капсулы от остальных помещений и выставить надежные заслоны из штурмовых подразделений исксолов. В настоящее время в отсеке, где находится капсула, постепенно восстанавливается нормальная температура и микроклимат. Попыток выхода из капсулы не зафиксировано. Во время тарана ее внешний корпус и каркас испытали значительные деформационные и температурные перегрузки. Там все раскалено до предела. Так что ни войти, ни выйти из нее пока невозможно. Через пять микроциклов подтянем к месту аварии охлаждающий компрессор. Новых попыток связаться с экипажем капсулы не предпринимали. После тарана вся бортовая приемо-передающая аппаратура у них наверняка уничтожена. Корпус этого спасательного челнока двухслойный, митриловый. Поэтому сканировать его внутреннее содержимое бессмысленно. Но экипаж, скорее всего, значительно не пострадал. Так что ждем ваших дальнейших указаний, главный координатор.

– Что говорят аналитики из службы контрразведки? Каковы возможные причины и цели столь безумного нападения?

– Пока версий всего четыре. Первая: дараки просто испытали в реальных боевых условиях новый метод абордажной атаки, и где-то рядом барражирует их наблюдательная станция, фиксируя результаты нападения и анализируя наши ответные действия. Вторая версия усложняет сложившуюся ситуацию: есть предположение, что на борту капсулы установлен тактический ядерный заряд со всеми вытекающими отсюда последствиями. Разведка подтвердила, что у пиратских кланов имеется несколько подходящих для этого случая боеголовок. Согласно третьей версии на борту капсулы могут также находиться важные заложники из числа бывших пассажиров лайнера «Председатель Сай’Со», доставленные к нам для шантажа и получения выкупа. Четвертое предположение допускает, что все происшествия последнего цикла – это результат хорошо спланированной операции спецслужб Империи Чинук или Ларнейской Федерации по уничтожению или захвату нашей базы для организации полноценного вторжения в систему Тонга-3 военно-космического флота той или иной державы. Но последний вывод пока не подтверждается. По оперативным данным, никакой активизации иностранных резидентов в секторе не наблюдается. Так что, скорее всего, это нападение является самодеятельностью местных пиратских кланов, а не частью спланированных действий внешних геополитических сил.– Закончив излагать, командор замер в почтительном ожидании.

Мысль о том, что на борту капсулы может находиться тактический ядерный заряд, крайне не понравилась главному координатору. Он лихорадочно взвешивал и оценивал сложившуюся ситуацию. Необходимо было предпринимать срочные меры противодействия. Но, как назло, отсутствие точной и полной информации о противнике и его намерениях не давало возможности взять инициативу в свои руки. Приходилось оставаться в относительном бездействии и безропотно ждать, что же произойдет дальше. Кей’Фу решил осмотреться:

– Дайте визуализацию объекта. Сначала крупным планом, затем в разных ракурсах.

На круглой центральной панели перед главным координатором возникла голограмма развороченного грузового отсека базы. Центр трехмерной картинки занимала дымящаяся и все еще местами раскаленная докрасна спасательная капсула. Деформированный корпус самопального абордажника напоминал сплющенную по бокам и растекшуюся по плоскому гладкому полу дождевую каплю. Бортовая поверхность в задней части была покрыта копотью, а в передней все еще ярко сверкала зеркальным блеском и красными разводами спекшегося полиметаллического сплава.

Вокруг капсулы хаотически громоздились сотни грузовых контейнеров самых различных форм и размеров. Некоторые из них сохранили свою целостность, содержимое других красочно рассыпалось и разлилось по полу, создавая фантастическую цветовую палитру и сложный рельеф окружающей поверхности. Освещение в отсеке еще не восстановили полностью, но за счет спонтанно возникавших то тут, то там пожаров видимость была достаточной для первоначальной оценки ситуации.

Главкоординатор отчетливо видел оцепление, состоящее из четырех штурмовых отрядов исксолов и двух развернутых в сторону агрессора мнемопарализующих установок. Исксолы были вооружены шоковыми и энергопоглощающими гранатами, чтобы в случае необходимости нейтрализовать действие оружия противника, а также лазерными винтовками, абордажными контактными парализаторами и трансгенными аннигиляторами, способными слой за слоем испарять даже сверхпрочную митриловую броню. Мнемопарализующие установки и тепловые сканеры взяли под прицел боковые выходные люки.

На тот случай, если пираты попытаются покинуть капсулу через днище, уровнем ниже дежурил еще один отряд исксолов. На сглаженных стыках потолка отсека с бортовыми перегородками установили подвесные автоматические низкочастотные фазерные излучатели и датчики воздушных колебаний для контроля верхнего стыковочного шлюза спасательного челнока.

Казалось, что вооруженное с ног до головы оцепление надежно перекрыло все выходы из чужого корабля. Ощетинившись лучевыми трубками лазеров и стволами аннигиляторов, отряды исксолов терпеливо ожидали команды «На штурм!».

Но инициатива снова оказалась в руках пиратов. Первой под удар попала штурмовая группа, дежурившая у правого бокового люка капсулы. Если бы главный координатор имел представление об игре в боулинг, то увиденное на голографическом мониторе он бы сравнил с точным попаданием невидимого шара в центр ровного строя кеглей, где роль кеглей сыграли передние ряды исксолов-штурмовиков.

В мгновение ока не менее дюжины рослых биомеханических солдат буквально взлетели на воздух под воздействием мощной невидимой силы. И хотя главкоординатор системы Тонга-3 никогда не играл в боулинг и даже не знал, что это такое, его реакции можно было только позавидовать.

Чисто рефлекторным движением Кей’Фу активировал на главном пульте управления программу коррекции трехмерного изображения с учетом показаний датчиков, улавливающих колебания тепла и воздуха в огражденном секторе грузового отсека. В результате на голограмме постепенно стали проявляться силуэт и движения невидимого противника.

Полученная мультианимация не давала четкой, детализированной картины столкновения около спасательной капсулы. Однако смазанные силуэты невидимых бойцов, их численность и примерное местоположение вполне угадывались по зафиксированному тепловому следу и остаточным воздушным колебаниям. Как ни странно, но судя по показаниям приборов нападавших было всего двое.

В первой фигуре, несмотря на наличие в основном только красных оттенков теплового излучения, угадывались типичные черты расы хомо – гуманоидов, широко распространенных практически по всей Галактике. А вот вторая фигура повергла главного координатора в некоторое смятение. По своему строению незнакомец напоминал как надрака, каковым являлся сам Кей’Фу, так и хомо.

Наличествовали две руки и две ноги. Конечности казались пятипалыми, как у хомо. Но выросты на массивной голове были схожи с верхними надчерепными щупальцами надрака. Только у незнакомца их было два, а не три. Они были крупнее и не свивались в пучок, а росли в разные стороны. К тому же, судя по показанию приборов, имели толстую костяную оболочку то ли искусственного, то ли естественного происхождения. Телосложением и комплекцией второй пират вдвое превосходил исксола-штурмовика и почти втрое – его напарника хомо.

Малая численность чужаков не помешала им за пару микроциклов полностью нейтрализовать штурмовую группу, дежурившую у правого бокового люка капсулы и состоявшую из тридцати вооруженных до зубов исксолов. Даже после того как командор Рай’Су обеспечил передачу скорректированной мультианимации противника в реальном времени на лицевые щитки бойцов остальных штурмовых подразделений, ситуация на поле боя практически не изменилась.

Обнаружив, что защитники станции получили способность видеть их, пираты просто сменили тактику. На первом этапе схватки, пользуясь невидимостью и неожиданностью нападения, они применяли мощное энергетическое оружие, эффективное при непосредственном контакте с целью. Но затем, столкнувшись с осознанным сопротивлением второй и третьей групп охранения, контратаковавших с флангов, стали маневрировать и использовать лазерное дистанционное оружие, по своей скорострельности и мощности ничем не уступающее боевым излучателям исксолов.

Плотный неприцельный беглый огонь и численное превосходство защитников станции натолкнулись на умелое, фантастически быстрое, непредсказуемое маневрирование и сверхточную стрельбу пиратов. Оказываясь под угрозой окружения или под плотным обстрелом, два смазанных силуэта практически мгновенно меняли свое местоположение и непостижимым образом оказывались в тылу наступающих исксолов.

Командор лихорадочно крутил рукоять настройки на операторском пульте управления системой слежения, но датчики все не могли зафиксировать, как происходят мгновенные перемещения вражеских бойцов – ни в одном доступном спектре видимости, даже при замедленном режиме визуализации. Мучения командора прервал главкоординатор:

– Не утруждайте себя, Рай’Су, вы ничего не уловите. Кажется, они периодически применяют локальную телепортацию. Думаю, настала пора активировать мнемопарализующие установки.

– Но, досточтимый Кей’Фу,– верхние отростки командора от волнения переплелись в замысловатый узел,– все наши исксолы в отсеке находятся в плотном боевом контакте с противником и не в состоянии выйти из зоны поражения мнемопарализаторов. Вы же знаете, они могут не выдержать мощного ментального удара. Мы потеряем не менее половины искусственных солдат, задействованных в операции. Остальных придется очень долго и кропотливо восстанавливать или отправлять на утилизацию.

– А если мы не ударим сей момент, то постепенно потеряем их всех. Да еще придется вводить в бой резервы живых бойцов. Повторяю приказ: немедленно включайте мнемопарализаторы на полную мощность с прицельным фокусом на всю площадь боя. Иначе вы рискуете промахнуться в противника, командор.

– Слушаюсь, досточтимый! – обреченно отрапортовал Рай’Су.

За время службы в космофлоте главкоординатору не раз приходилось принимать решение о применении самого секретного и эффективного оружия Галактического Торгового Союза. С помощью мнемопарализаторов армия и космофлот ГТС могли оказывать широкий спектр воздействия как на небольшую диверсионную группу в любых ландшафтных планетарных условиях, так и на крупное флотское соединение в открытом космосе или на околопланетной орбите.

Правда эффективность поражения резко снижалась при значительных расстояниях, и для мощного залпа требовались колоссальные энергетические затраты, в некоторых случаях сравнимые с годовыми потребностями небольшой промышленной планеты. Но при этом техника и живые ткани, попавшие в зону действия мнемопарализаторов, оставались в полной сохранности, что иногда окупало применение этих громоздких и невероятно энергоемких агрегатов.

В зависимости от мощности выходного импульса данный вид «гуманного оружия» мог нейтрализовать или разрушить только самосознание солдат и офицеров противника. И хотя представители рас, населяющих миры ГТС, империи Чинук или Ларнейской Федерации, имели различный иммунитет к воздействию мнемопарализующего излучения, вопрос заключался лишь в том, на какую именно мощность и диапазон настроить выходной импульс. При этом использовать существующие и наиболее распространенные в Галактике виды брони и силовых щитов было совершенно бесполезно.

Ходили, правда, слухи, что у ГТС, а возможно и у имперцев, существуют действенные средства защиты от воздействия мнемопарализаторов, вплоть до индивидуальных образцов. Но если такие системы и имелись на вооружении или пылились на секретных складах под надежной охраной, то наверняка были слишком дороги, достаточно громоздки, малоэффективны и энергозатратны для широкого использования.

Дешевле и проще было просто не ссориться с объединением космических торговцев, благо что Союз редко вмешивался в дела соседей с помощью военной силы, ограничиваясь подковерной дипломатией и экономическими санкциями, что само по себе частенько бывало разрушительнее, чем использование любого самого сверхмощного оружия.

К тому же никто в Галактике не ограничивал применение относительно дешевых, но от этого не менее эффективных видов обычного вооружения, вполне доступных для других государств и даже пиратских кланов. В последнее время в условиях повсеместного разгара мелких локальных конфликтов особым спросом на оружейном галактическом рынке пользовалась не поддающаяся воздействию мнемопарализаторов, полностью автоматизированная тяжелая пехота и дальнобойные энергетические и артиллерийские установки. Различные типы термоядерного, химического и бактериологического оружия массового поражения, установленного на многоступенчатых дальнобойных ракетах, не залеживались подолгу на армейских складах.

Но иногда, в нестандартных ситуациях, все же имело смысл стряхнуть пыль с громоздких, пожирающих дорогостоящую энергию мнемопарализаторов. И главкоординатор решил, что такой момент настал. Чужаков необходимо было немедленно остановить и при этом по возможности оставить в живых для дальнейшего изучения и прояснения ситуации. Тем более когда необходимый радиус действия ограничивался всего лишь размерами одного из секторов грузового отсека космической станции, а возможные потери – сотней исксолов. Вполне приемлемая цена за решение неожиданно возникшей проблемы.

К сожалению, исксолы представляли собой сложную, многофункциональную смесь живой, мыслящей материи и автоматизированных систем управления. Это значительно дешевле, эффективнее и в большинстве случаев надежнее, чем использование чисто автоматизированных боевых систем или живых гуманоидов. Но при этом воздействие мнемопарализаторов на исксолов было более разрушительным, чем даже на обычных живых солдат. Сознание гуманоидов обладало некоторым иммунитетом к стороннему воздействию и по прошествии некоторого времени восстанавливалось самостоятельно. Исксолы же, в силу своего искусственно ограниченного самосознания, были напрочь лишены подобной способности.

– Залп! – громкая команда оператора-наводчика мнемопарализаторов заставила главкоординатора нервно вздрогнуть и внимательно посмотреть на голографическое изображение места боя.

А посмотреть было на что. Сам залп мнемопарализаторов не сопровождался зрелищными спецэффектами. Мгновенная вспышка тусклого синеватого света в полузатененном помещении – и все. Но последствия этого, на первый взгляд совершенно невинного, события за долю микроцикла полностью изменили картину яростного столкновения.

Там, где мгновение назад ярко сверкали росчерки очередей лазерных излучателей и глухо ухали шоковые гранаты, вдруг стало угрожающе тихо. Исксолы замерли в неестественных позах, так и не окончив предыдущего движения, словно механические куклы, у которых закончился завод – что, собственно, было не так уж и далеко от истины.

А вот реакция нежданных гостей оказалась неожиданной и неоднозначной. Один из нападающих практически сразу после залпа сделал серию конвульсивных, резких движений и рухнул на пол, как подкошенный, что было вполне естественной реакцией живых существ. Второй, более крупный пират, казалось, даже и не заметил, что произошло. По инерции, уходя с очередной линии обстрела, он успел сделать затяжной акробатический прыжок.