Силудар-трава. Сказка

Болезнь Виданы

В древние времена на берегу Теплого моря в прекрасном городе Семицветье жила молодая вдова Видана. Ее покойный муж, будучи матросом на купеческом корабле, однажды погиб в неравной схватке с морскими разбойниками. С тех пор женщина одна воспитывала единственного сына Славомира, который рос добрым и послушным мальчиком. Он прилежно учился в школе, много помогал по дому, а в свободное время любил вырезать из дерева разные поделки.

Видана считалась в Семицветье лучшей вышивальщицей и кружевницей, поэтому никогда не оставалась без заработка.

Как-то прохладным апрельским днем вдова возвращалась от одного купца, которому относила заказанные им вышитые рушники, и попала под сильный ливень. Пока дошла домой, промокла до последней нитки. И через день занемогла.

Сначала Видану просто знобило, но через неделю она уже в беспамятстве металась на постели и громко стонала.

Славомир очень испугался. Он привел к матери известную в городе лекарку Пламену. Но та, посмотрев на Видану, беспомощно развела руками и посоветовала:

– Сейчас же беги к белобородому ведуну Арбую! Поставить больную на ноги может только он!

Мальчик, не мешкая, помчал за город, где на опушке леса стояла поросшая мхом избушка старого ведуна.

Тот выслушал Славомира, сунул в котомку разные знахарские снадобья и поковылял в дом Виданы.

Придя, долго прислушивался к ее дыханию и стонам, шептал какие-то заговоры и заклинания, рисовал на стенах магические знаки. Потом плеснул в кружку немного красного, а следом – черного настоя, смешал их деревянной лопаточкой и вылил в рот больной. Она сразу же перестала метаться, задышала ровней и вскоре открыла затуманенные болью глаза.

– Мама! Мамочка! – радостно бросился к ней Славомир. – Как я рад, что ты пришла в себя!

Она хотела что-то сказать, но не смогла и лишь слабо улыбнулась сыну.

– Видана очень больна, и я не уверен, что она вообще когда-нибудь встанет на ноги, – произнес Арбуй, с сожалением поглядывая на мальчика.

– Что же делать? – испуганно закричал он. – Неужели нет никакого средства, которое могло бы полностью вылечить мою маму?

Ведун на некоторое время замолчал, предавшись раздумьям, и, наконец, заговорил:

– Исстари известно, что в анатолийской степи, на берегу озера Прудон растет чудесный фруктовый сад. В том саду есть вечно цветущее дерево желтобур. Вокруг него и летом, и зимой зеленеет волшебная силудар-трава. Ее отваром можно исцелить всякую болезнь и немощь.

Услышав эти слова, Славомир вмиг воспрянул духом.

– Я сейчас же отправляюсь за этой травой! – воскликнул он. – А ты, мудрый Арбуй, вместе с Пламеной ухаживай за мамой. За труды можете взять все, что вам приглянется в доме.

– Не все так просто! – остановил мальчика ведун. – Озеро Прудон и сад находятся далеко – за двумя морями и горами. К тому же сад принадлежит волшебнице Правдине, которая за свою траву обязательно потребует плату. И никто не знает – какую…

– Меня это не остановит! – твердо заявил Славомир.

И начал собираться в дорогу.

Как раз в то самое время местные купцы снарядили в плавание торговое судно «Заряница». Оно должно было доставить в далекое островное государство крупную партию меда, воска и кож. Кормчим на этот корабль купцы взяли бывалого моряка Безсона, который был крестным Славомира и другом его покойного отца.

Узнав о скором отплытии «Заряницы», мальчик пошел к Безсону и стал просить:

– Возьми меня с собой, крестный! Говорят, твой корабль будет проплывать мимо Анатолийской земли, мне как раз туда нужно. Я сойду на берег, а ты плыви себе дальше. Заберешь меня на обратном пути.

Сначала Безсон об этом и слышать не хотел.

– Ты же дитя малое! – увещевал он крестника. – Разве можно тебе отправляться в такой дальний и трудный путь?

Но Славомир продолжал настаивать, и моряк, в конце концов, сдался.

– Я не стану обузой для команды, – пообещал мальчик. – Буду драить палубу, чинить матросам одежду и на камбузе помогать.

На рассвете следующего дня корабль вышел в море.

Пленение и побег

Погода благоприятствовала, дул попутный ветер, и «Заряница» стремительно неслась вперед, легко скользя по волнам.

Славомир ни минуты не сидел без дела, все что-то чистил, мыл, приводил в порядок. Матросы не могли нарадоваться такому работящему юнге, хвалили на все лады, а кок всякий раз старался угостить его чем-нибудь вкусненьким.

До Анатолийской земли оставалось плыть не больше одного дня, как вдруг на горизонте показались два корабля. Они шли и на парусах, и на веслах, поэтому приближались с неимоверной скоростью, как будто летели на крыльях, едва касаясь поверхности воды. Через некоторое время стало понятно, что это морские разбойники.

«Заряница» резко поменяла курс и попыталась уйти. Но пираты догнали ее и с двух сторон взяли на абордаж.

В коротком яростном бою погибла половина команды купеческого судна, в том числе и кормчий Безсон. Оставшихся в живых моряков и Славомира разбойники связали и спустили в трюм одного из своих кораблей.

Через двое суток он приплыл в шумный портовый город. Пленников вывели на берег и погнали на невольничий рынок. А Славомира предводитель пиратов приказал подарить местному правителю в знак уважения.

В роскошном дворце, утопающем в зелени и цветах, мальчика переодели в серую рубаху из грубого полотна, какие здесь носили все рабы, и повели к правителю. Тот очень обрадовался новому невольнику и повелел передать его в услужение своему старшему сыну Абдулле.

Это был взрослый мужчина с аккуратной черной бородой, который как раз сидел за обеденной трапезой в своих покоях. Он рассеянно взглянул на Славомира и небрежно указал рукой на дорогой кафтан, висевший на высокой спинке одного из резных стульев:

– Отныне и впредь твоя обязанность – содержать мою одежду в чистоте и исправности. А сейчас возьми мой кафтан да хорошенько вытряхни его в саду!

Прошло несколько дней. Все это время мальчик думал только об одном – как вырваться на свободу. Сбежать из дворца, не смотря на многочисленных стражников, было нетрудно, но Славомир боялся, что его поймают и вернут обратно. Кроме того, он не знал, как найти корабль, отправляющийся в Анатолийскую землю, и как попасть на него.

К счастью, вскоре представился подходящий случай для побега. Краем уха мальчик услышал разговор двух стражников, из которого понял, что Абдулла собирается отправить в Палестинскую землю свою старшую дочь Айгюль. Она решила навестить родителей матери – своих дедушку и бабушку.

Слуги приготовили для Айгюль вещи, необходимые ей в путешествии, сложив их в три больших сундука. Славомир, улучив момент, выбросил из одного часть одежды, забрался внутрь сам и накрылся крышкой. Слуги отнесли сундуки на корабль и оставили в каюте, отведенной для девушки.

Мальчик прислушался и, поняв, что рядом никого нет, тихо выбрался из своего тайника, чтобы найти себе более надежное место. Но не успел даже выглянуть из маленького окошка на палубу, как услышал щелчок замка – кто-то открывал дверь. Славомир юркнул под кровать.

В каюту вошла Айгюль.

И почти в тот самый момент судно снялось с якоря.

Не прошло и двух минут, как девушка обнаружила беглеца.

– Что ты здесь делаешь? – удивленно спросила она, нисколько не испугавшись – мальчик был ей знаком.

Он со слезами на глазах рассказал ей о болезни матери и о том, что ему нужно добыть для нее лечебную траву, которая растет у озера в Анатолийской земле.

– Что же мне с тобой делать? – озадаченно вздохнула Айгюль. – Мы ведь плывем совсем в другую сторону.

– Высадите меня где-нибудь! – попросил Славомир.

– Где высадить, кругом море! – развела руками девушка. – Придется тебе остаться со мной. А в палестинском порту моя служанка посадит тебя на какой-нибудь корабль, отправляющийся в Анатолийскую землю.

Выбора не было, и мальчик лишь молча опустил голову.

Однако этим планам не суждено было сбыться. Служанка проговорилась о юном беглеце капитану корабля. И тот распорядился запереть Славомира в чулане возле камбуза, чтобы при первом же удобном случае отправить обратно к Абдулле.

Мальчик просидел взаперти целый день, а ночью сумел выбраться на палубу и спрятался на корме.

На рассвете море накрыла плотная пелена тумана. Славомир не преминул воспользоваться этим и, стараясь не шуметь, спустил на воду крошечный ялик. Затем тихо забрался в него сам и перерезал веревки.

Когда солнце, наконец, разогнало туман, его утлая лодчонка одиноко покачивалась на пенистых волнах посреди бескрайнего моря, а судно было так далеко, что почти полностью скрылось из виду…

Морские мытарства

Славомир, конечно же, не захватил с собой никаких припасов – ни кусочка хлеба, ни глотка воды. Поначалу мальчик легко справлялся с чувством голода и жаждой. Но уже через сутки желание попить превратилось в мучительную пытку. Славомир то и дело смачивал лицо и голову морской водой, но это почти не приносило ему облегчения. Под жгучими лучами южного солнца и горячим ветром кожа на открытых участках тела юного путешественника пересохла, потемнела и сморщилась. Даже видеть и слышать он стал гораздо хуже.

Славомир очень страдал. И уже потерял всякую надежду на спасение, смирившись с мыслью о своей скорой смерти. Но на третьи сутки небо заволокло тучами, и пошел дождь. Мальчик расстелил на дне ялика рубаху, и когда она сильно намокала, выкручивал ее, подставляя рот под обильные струи.

Утолив жажду, Славомир забылся тяжелым сном.

Спал долго, а когда проснулся, увидел, что его ялик находится на отмели, в нескольких метрах от суши.

Превозмогая слабость, мальчик вытянул лодчонку на песок, чтобы ее не захватило течением, и осмотрел берег, к которому прибился. За неширокой песчаной косой, зеленой стеной стояли деревья, а дальше вздымались холмы, заросшие травой и кустарниками. Что же это за земля? Может, Греческая? Или Финикийская?

Славомир вооружился увесистой дубиной, которую нашел на берегу, и отправился в лесок. Здесь росли разные, вполне обычные, деревья. Но встречались и особенные – с крупными, широкими, как лопаты, листьями, на которых блестела обильная роса. Мальчик без труда утолил этой влагой жажду и, немного посидев под старым кипарисом, зашагал дальше.

Вскоре добрался до холмов. И начал взбираться на один из самых высоких.

Оказавшись на его вершине, осмотрелся по сторонам и даже вскрикнул от разочарования. Кругом, куда ни взгляни, синело море. А это могло означать только одно – лодку прибило к острову, к тому же – совсем маленькому.

Немного поразмыслив, Славомир успокоился. Ведь как ни крути, а оказаться на суше, пусть это всего лишь крохотный клочок земли, гораздо лучше, чем дрейфовать в море и изнывать от палящего солнца и жажды.

Мальчик обошел остров вдоль и поперек. Источников пресной воды найти не смог, но это не пугало – везде росли деревья с листьями-лопатами, на которых всегда искрилась влага. Еды тоже хватало. Во-первых, на ветках деревьев и в густой траве было много птичьих гнезд с яйцами. А во-вторых, на острове в изобилии росли цветы, похожие на тюльпаны, и вкус их луковиц оказался довольно приятным. Рискнув, Славомир съел их несколько штук, и с ним ничего не случилось.

Позже он научился ловить у берега мелкую рыбешку, которая под знойными лучами становилась сухой за считанные часы и была очень вкусной.

На третий день своего пребывания на острове мальчик увидел в море большой корабль. Он шел под парусами совсем близко от острова.

Славомир стрелой понесся на берег, на ходу стаскивая с себя рубаху. У кромки воды принялся неистово размахивать ею, прыгать и кричать во всю мощь легких.

Его заметили. На судне убрали паруса, бросили якорь и остановились. К острову направилась весельная шлюпка, которая быстро приближалась. Мальчик увидел, что в ней находится дюжина матросов свирепого вида с кинжалами и саблями на поясах. Некоторые держали в руках арбалеты. Мужчины что-то горланили и хохотали. Славомир с ужасом понял, что сейчас попадет в руки недобрых людей, возможно, самых настоящих разбойников. Но было уже поздно.

Его схватили в охапку и, как куль, швырнули в шлюпку. Один из матросов, одноглазый толстяк, беспрестанно сыпя угрозами, вперемешку с проклятиями и ругательствами, начал допытываться у испуганного мальчика, как он попал на остров и нет ли здесь еще кого-нибудь.

На корабле юного пленника поставили перед капитаном – рыжебородым здоровяком, опоясанным саблей с богато украшенной рукоятью. Тот, кривя толстые губы в надменной улыбке, распорядился:

– В трюм его, к остальным рабам!

Одноглазый толстяк ухватил Славомира за руку и, волоча за собой, поинтересовался:

– Прикажите парнишку связать?

– Не нужно! – отмахнулся капитан. – Куда он денется?

Мальчика бросили в тесный трюм. Там среди тюков и бочонков, на грязных досках лежали десятка три молодых мужчин, одетых в лохмотья. Один из них, светловолосый юноша со шрамом на щеке, подвинулся, давая Славомиру место, а затем принялся расспрашивать, кто он и как оказался на этом судне.