- -
- 100%
- +
Давным-давно, в одной далекой стране, посреди окруженной дремучим лесом поляны возносилась одинокая скала. С вершины ее был виден бескрайний зеленый океан лесов, лугов, болот; лишь далеко-далеко возле горизонта виднелись сторожевые башни.
Ни единой человеческой души не было в этом океане; только бродили дикие звери, да птицы вили гнезда среди густых ветвей.
На самой вершине скалы жил один орел со своим семейством; пока орлица сидела с птенцами, орел кружил над океаном в поисках пищи.
Орел этот был здесь царем птиц и зверей долгие годы; но постепенно он старел и слабел. И однажды решили его подданные собрать совет, чтобы избрать себе нового повелителя, моложе и сильнее. Сказано – сделано: собрались все звери и птицы на поляне у подножия скалы и стали думать, кого новым царем поставить. Долго они спорили; наконец решено было устроить состязание – тот, кто первым доберется до условленной сторожевой башни, тот и будет царем.
В назначенный день вокруг скалы собрались лучшие звери и птицы со всего царства. Все они были известны , кроме одной непонятно откуда взявшейся маленькой птички, над которой кругом смеялись, что она решила обогнать их.
Наконец судья-орлица крикнула, и состязание началось.
Впереди всех полетела та самая маленькая птичка. Вырвала она одно едва заметное перышко, пустила по ветру, и появился мираж – сторожевая башня, точь-в-точь такая же, как та, которая была целью соревнующихся; только была она немножко в стороне, а белый туман сокрыл настоящую башню.
Так она и прилетела первой, вырвала еще одно перышко – и мираж исчез. Пришлось всем подданным волей-неволей признать ее своей повелительницей, и поселилась птичка на той скале, где прежде жил орел. Отпраздновали звери и птицы ее избрание, хотя все они были невеселы – и старый орел, и его молодые соперники.
Наступила темная, безлунная ночь – хоть глаз выколи. В мертвой тишине изредка раздавалось жуткое уханье совы. Тогда птичка слетела со скалы, ударилась оземь – и превратилась в седого старика, закутанного в плащ. Старик подошел к скале, и его длинные пальцы принялись быстро ощупывать ее. Найдя один небольшой выступ, таинственный незнакомец надавил на него, тот повернулся и открыл небольшое углубление. Торопливо сняв с шеи маленький алмазный ключик на цепочке, старик вложил его в оказавшуюся в углублении щель. И вдруг мощная, непоколебимая скала, простоявшая здесь много веков, выдерживавшая все ураганы, смерчи, пожары, грозы, эта скала поддалась, каменная стена раздвинулась, и старик очутился перед входом в небольшую пещеру. Он вошел внутрь, и его огненные глаза, словно два маленьких факела, осветили ровные стены пещеры, низкий потолок и гладкий пол; в центре пещеры возвышался маленький каменный столик, на котором что-то блеснуло; старик схватил это, быстро накрыл платком, выбежал, запер пещеру и скрылся в темноте.
Коронация
– Фрукты, свежие фрукты! Персики, дыни, манго, ананасы!
– Кому отборное мясо?
– Тончайший шелк!
Городской рынок бурлил, как всегда. Это был столичный рынок и потому самый большой в империи. Он занимал вторую по размерам площадь столицы – Торговую. Здесь продавалось буквально все: овощи и фрукты, мясо и рыба, хлеб и сладости, скот, ткани, оружие, книги; тут же были мастерские портных и сапожников. Сюда свозились лучшие товары и диковинки со всех концов света. Возле богатых лавок народ толпился от восхода до заката.
Это был летний рынок; уже осенью, с наступлением холодов, торговцы переносили свои лавки под крыши домов, которые окружали площадь. Вдоль двух-трёхэтажных домов здесь, как и во всем городе тянулись широкие галереи с колоннами. Благодаря им можно было пройти от одного конца города до другого не выходя из-под навеса.
Весь город был очень ясной геометрической формы: он представлял собой круглую крепость, разделенную внутри рекой на две половины, в центре каждой из которых находилась площадь. От площадей расходились улицы: четыре на каждую из сторон света и девять кольцевых; самая большая, как гигантское кольцо, опоясывала весь город вдоль крепостной стены. Возле реки располагались парки с беседками.
Как самый мощный город огромной державы, он имел и самую надежную защиту – на крепостной стене, где могли свободно разъехаться две колесницы, на Большой Кольцевой улице, возле двух городских ворот и на площадях днем и ночью дежурили целые отряды, ходили патрули. Вокруг крепости располагался ров шириной в десять и глубиной в четыре метра и вал, с которого зимой катались, как с горы.
Одним из самых красивых мест столицы была огромная Дворцовая площадь, где находились императорский дворец, совет министров, суд, театр, стадион, храм. На площади происходили самые важные и торжественные события.
Сегодня здесь собралось особенно много народу – по случаю коронации нового императора. Воины тщетно пытались разогнать толпу. Перед выходом из храма выстроились самые знатные вельможи и дворяне.
Наконец из храма вышли юноша лет двадцати и священнослужитель и остановились на ступенях. Возложив золотой венец на главу будущего правителя, служитель храма промолвил:
– Отныне Дукс Виктор Двенадцатый – наш повелитель, император императоров, владыка могущественнейшей империи и половины мира, небесный избранник, грозный для врагов и милостивый для своих подданных, да будет царствование твое временем процветания, изобилия и всеобщего благоденствия, да будет империя твоя сильнейшей и прекраснейшей во всем мире.
Тут священнослужитель, а за ним и весь народ преклонили перед своим повелителем колени и опустили головы. Император с гордо поднятой головой кровожадно оглядывал толпу – не посмеет ли кто посмотреть на него. Тогда можно будет уже в день своего вступления на престол растерзать кого-нибудь. Заметив какого-то чужеземца, пытавшегося осторожно осмотреться кругом, он тотчас подал знак рукой, и стражники бросили того к ногам императора.
– Как ты, несчастный, смеешь поднимать голову?! Ослепить его!
Стражники увели чужеземца; по толпе, ничего не видевшей, но прекрасно все слышавшей, прошел едва слышный ропот; все еще ниже склонили головы. Император выждал еще десять минут и произнес:
– Над вами благословение небесное…
Эти слова означали, что надо было встать, закричать: «Да здравствует Дукс Виктор Двенадцатый!» и разойтись. Все так и сделали; когда на площади осталась только стража и свита, вельможи расстелили ковер до дворца на другом конце площади, и государь прошел туда.
Вскоре ко дворцу стеклись гости, начался пир, длившийся три дня. А потом своим чередом потекли однообразные дворцовые дни – приемы, празднества, советы, казни; потекли бурные реки вина и крови…
Фелиция
На окраине столицы, на верхнем этаже старого дома жила вдова. Она была очень бедна и стара, и потому не могла заработать себе на хлеб. Правда, соседи ей старались помочь, но они тоже были бедны, как и все в этом квартале, к тому же у них была большая семья. Они давали старушке пряжу, и она вязала одежду на продажу. Однажды вечером, в непогоду, когда все соседи собрались у огня (из-за бедности им не хватало денег на дрова, поэтому они топили одну печь на весь дом), кто-то постучал в дверь. Это оказался путник, которому не хватило нигде места для ночлега. Ему разрешили остаться на ночь, поесть и согреться у очага.
– Кто ты, куда путь держишь? – спросили хозяева. Тут путник снял капюшон, и из-под него упала длинная, до пояса, коса. На лице была маска – из тех, что носили несчастные, не имеющие права, согласно указу императора, показывать свое обезображенное серьезными травмами или болезнями лицо.
– Я сирота, у меня нет дома; я ищу работу, но из-за этого (она указала на маску) никто не хочет меня брать.
– А как звать тебя?
– Фелиция.
– Что же ты умеешь делать, Фелиция?
– Шить, вязать, работать по дому, петь…
– Замечательно! – перебили ее хозяева. – Мы тебе дадим пряжи, и ты вместе с этой старушкой будешь вязать. Тогда можешь оставаться у нас.
Фелиция оказалась на редкость искусной – всё, связанное ею, раскупали нарасхват. Слава о девушке дошла до самого императора, и он велел привести к нему мастерицу. Дукс Виктор Двенадцатый очень удивился, что она была в маске, и сказал:
– Не может быть, чтоб такая талантливая девушка не была столь же прекрасна. Оставайся во дворце, тебе помогут самые лучшие лекари.
– Ваше величество! Не надо мне ни врачей, ни дворцовой жизни.
– Тебе выпала великая честь удостоиться моей аудиенции, и тебе даже не о чем просить меня?! Говори! Одно твое желание – я исполню его.
– Я не смею просить Ваше величество об этом…
– Говори!
– Ваше величество, я бы хотела побывать в Вашей библиотеке.
– Что ж… Тогда оставайся во дворце.
Фелиции отвели во дворце комнату и разрешили ходить в библиотеку. В ней хранилось множество старинных рукописей, но девушку интересовала только одна книга, о существовании которой не знал даже император. Однажды, когда император поехал на осмотр войск, Фелиция пробралась в библиотеку. Из-за горы рукописей она откопала книгу великого древнего мудреца-предсказателя, лекаря и волшебника. В ней были описаны лекарства от всех болезней. Фелиция просмотрела все, но ей ничто не подходило. Наконец, на последней, сильно обветшавшей странице она прочла:
«Лекарство, излечивающее от всех болезней:
слезы самой прекрасной девушки на свете от великого горя. Такие слезы будут лишь у королевны Фелиции, которую закуют в маску из-за… (тут часть страницы вырвана). Для того, чтобы лекарство долго сохранялось, их необходимо налить в хрустальный кувшин, хранящийся в одинокой скале. Эта скала находится далеко на северо-востоке; это искусственная скала, внутри нее имеется потайная пещера. Нужно нажать на выступ с южной стороны скалы, и тогда откроется скважина для алмазного ключа, который хранится в императорской кладовой…»
«Неужели это про меня? – подумала девушка. – Но нет, этого не может быть». И все-таки надежда и любопытство закрались в ее душу.
При встрече с ней император снова изъявил желание вылечить ее, и Фелиция согласилась. Вскоре приехали два всемирно известных лекаря. Они сняли маску и обомлели – перед ними оказалась девушка сказочной красоты. Позвали императора.
– В чем дело? – спросил он. – Вы уже вылечили ее?
– Да, Ваше величество, – ответили доктора, надеясь получить большое вознаграждение.
– Они лгут! – возмутилась девушка.
– Лгут?! Тогда казнить их! – сказал император, уже предвкушая казнь и обдумывая, каким способом казнить обманщиков.
– Не надо, Ваше величество, – заступилась за лекарей добрая Фелиция, – пощадите их, отпустите на все четыре стороны!
– Хорошо. Уходите прочь с глаз моих, живо!
Когда пристыженные лекари удалились, император с притворным гневом спросил:
– Так ты была здорова? И посмела скрыть это от своего повелителя?! За это тебя, негодная, публично высекут! (в глубине души желая, чтобы эта красавица, в которую он влюбился, молила его о прощении; и это ему вполне удалось).
– Пожалуйста, Ваше величество, простите, умоляю Вас. Я Вам все расскажу. Я сирота, родители мои умерли, когда я была совсем маленькая, поэтому я их не помню. Добрые люди приютили меня; когда я выросла, они скончались, и мне пришлось идти работать. Но маска была на мне, сколько я себя помню; меня запугали рассказами о болезнях на лице, и я боялась попросить кого-нибудь снять ее; а на лекарства денег не было. Из-за маски меня никто не хотел брать на работу, и я пошла куда глаза глядят. Однажды я встретила на дороге какого-то высокого старика в плаще; на вид он был весь седой, но оказался очень силен – он на своих крепких руках с длинными пальцами перенес своего коня через реку. Мы разговорились, и старик сказал, что в императорской библиотеке хранится книга древнего мудреца, в которой описаны лекарства от всех болезней, и что он пошел бы со мной, но у него есть важные дела, и он меня догонит в столице.
– Что же ты прочла в книге?
– Ничего, что могло бы помочь мне, Ваше величество.
Однако явно заинтересованный император велел принести книгу. Он долго, внимательно читал ее; прочтя рецепт лекарства от всех болезней, он воскликнул:
– Не может быть! Так это, верно, тот самый старик…
– Старик?
Виктор Двенадцатый пояснил:
– Несколько месяцев назад, во время моей коронации был схвачен один старик-чужеземец, который посмел поднять голову. Я приказал ослепить его, как вдруг у него обнаружили хрустальный кувшин редкой работы; чужеземец не захотел объяснять, откуда у него этот кувшин; суд решил, что он украл его. Но в это время я обнаружил неточности в своде законов, и решил поправить их. Пока новый свод не будет принят, мы не можем никак наказать его, так как я не хочу наказывать его по старому закону.
С этими словами император подал знак, и в залу ввели старика.
– Это он! – вскрикнула Фелиция.
От старика потребовали объяснений.
– Я хочу, чтобы Фелиция ушла, иначе я ничего не скажу, – решительно заявил чужеземец.
Девушку увели.
Рассказ волшебника
– В небольшом королевстве долго и счастливо правили король с королевой; огорчало их только то, что у них не было детей. Они перепробовали все средства, и в конце концов обратились ко мне – странствующему волшебнику. В моих силах было дать им какого угодно ребенка. Они захотели сына, который был бы мудрее и сильнее всех, и дочь прекраснее всех на свете, и чтобы кто ни посмотрит на нее – тотчас сделает все так, как она пожелает. Родились у них такие сын и дочь; но через несколько дней сын погиб от несчастного случая, а дочь была похищена. Ее украл один вельможа, который слышал, какими способностями я обещал одарить ее. Чтобы ему самому не пришлось исполнять ее желания и чтобы она не узнала о своих способностях, он заковал ее в маску. Так она и росла в доме этого вельможи, пока в один прекрасный день не случился страшный пожар. Вельможа сгорел, а бедное дитя спасли бедняки. Оно им так полюбилось, что они оставили его у себя, дав ребенку имя – Фелиция. Бедняки сняли с нее маску, но, быстро оценив ее способности, надели ее обратно. Шли годы; Фелиция выросла и еще больше похорошела, хотя никто этого не заметил – ведь она была в маске. Прошли годы, и добрые люди умерли. И Фелиция пошла искать работу, однако ее никто не брал. Тогда она ушла из дому и однажды повстречала меня. Я посоветовал ей прочитать одну книгу из Вашей библиотеки, а сам отправился за кувшином, чтобы добыть бесценное лекарство.
– На что же тебе это лекарство?
– Ваше величество, я волшебник и обладаю даром предвидения. Скоро начнется огромная, ужасная, кровопролитная война. К тому же такое лекарство всегда может пригодиться.
– Откуда же ты знал про эту книгу, и как ты проник в мою библиотеку и кладовую?
– Я волшебник, Ваше величество, и для меня это не составило особого труда. А тайна книги передается от волшебника к волшебнику.
– А зачем ты дал схватить себя на площади?
– Я все это предвидел.
– Вот как… – произнес император и задумался. Такое чудодейственное лекарство (если его действительно можно добыть) ему бы могло очень пригодиться. В нем закипела жажда крови и войн. Имея такое лекарство, он сможет спокойно возглавить свое войско, не боясь быть убитым в сражении. – Хорошо, – вернулся Виктор Дукс к действительности. – Тогда дело только за слезами; но как же заполучить их?
– Она думает, что она сирота, значит, ничего дорогого для нее нет; из-за себя она плакать не станет. – пустился в рассуждения волшебник. – Тогда надо влюбить ее, выдать за этого человека…
– Это буду я! – перебил его император.
– А потом убить ее супруга, тогда она будет рыдать.
– Ни за что! – ужаснулся Виктор Двенадцатый.
– Риск есть, верно; но ведь ее слезы излечат Вас.
Долго император мучился: жениться на девушке, в которую он влюбился с первого взгляда и подвергнуть риску свою жизнь, или не рисковать жизнью, зато отдать эту девушку в жены другому. «Нет, другому – ни за что!» – подумал император и согласился на риск. Он тотчас же пошел за Фелицией и предложил ей руку и сердце, и та согласилась – не потому, что любила его, но потому, что на самом деле у нее не было выбора.
Через неделю после пышной свадьбы волшебник, притворившись убийцей, внезапно набросился на повелителя и всадил ему нож в живот. Немедленно послали за лекарем; рана оказалась смертельной, жить императору оставалось несколько часов.
Время шло, но Фелиция не плакала, ибо не испытывала к умирающему ни любви, ни даже жалости. Император, корчась от дикой боли, проклинал и старика-волшебника, и красоту Фелиции, и свою опрометчивость. Он велел позвать «старого колдуна-негодяя».
– Ну, негодяй, мерзавец, почему она не плачет?! Что ж это, мне умирать во цвете лет, что ли?! Обмануть меня решил?! Какой из тебя волшебник, если ты даже влюбить её в меня не смог!
Но старик ответил:
– Нет такого заклинания, которое могло бы создать одно из самых непостижимых чудес – настоящую любовь…
– Что?!! – вскрикнул умирающий.
Однако на этот дикий вопль волшебник спокойно ответил, разводя руками:
– Что ж поделать, Ваше Величество, двум смертям не бывать, а одной не миновать. К тому же Вы сами избрали этот путь.
Так и пришлось императору умереть во цвете лет, а править осталась императрица Фелиция. Она, узнав, кто ее настоящие родители, отправилась к ним; но выяснилось, что от старости и от горя они скончались.
Война
Наступила темная, безлунная ночь – хоть глаз выколи. В мертвой тишине изредка раздавалось жуткое уханье совы. Тогда птичка слетела со скалы, ударилась оземь – и превратилась в седого старика, закутанного в плащ. Старик подошел к скале, и его длинные пальцы принялись быстро ощупывать ее. Найдя один небольшой выступ, таинственный незнакомец надавил на него, тот повернулся и открыл небольшое углубление. Торопливо сняв с шеи маленький алмазный ключик на цепочке, старик вложил его в оказавшуюся в углублении щель. И вдруг мощная, непоколебимая скала, простоявшая здесь много веков, выдерживавшая все ураганы, смерчи, пожары, грозы, эта скала поддалась, каменная стена раздвинулась, и старик очутился перед входом в небольшую пещеру. Он вошел внутрь, и его огненные глаза, словно два маленьких факела, осветили ровные стены пещеры, низкий потолок и гладкий пол; в центре пещеры возвышался маленький каменный столик, на котором что-то блеснуло; старик схватил это, быстро накрыл платком, выбежал, запер пещеру и скрылся в темноте…
Но звери и птицы не спали в ту роковую ночь и видели все. Утром они собрались на совет.
– Вот видите, – сказал старый орел, – все из-за того, что вы хотели выбрать нового царя. Слушались бы меня, и ничего бы не случилось.
Так и остался орел царствовать на одинокой скале. Прошел год; и вот однажды случилась страшная гроза, и скала, величие всего царства, рухнула. Волшебник плохо закрыл ее, внутрь постепенно проникала влага, скала разрушалась; сильная гроза окончательно уничтожила ее.
Этого звери и птицы не смогли простить. Орел послал за мудрой совой и спросил:
– Ты мудрее всех в нашем царстве, так скажи же, кто тот старик, и где искать нам его?
– Уу-ху-хуу, – задумчиво-важно ухнула сова. – Это могуучий волшебник с далекого юга.
Тогда орел собрал огромное войско и пошел на юг. Войско было такой величины, что по пути оно выпило все озера и оазисы, реки стали пересыхать. Добравшись до южных стран, они стали спрашивать, не здесь ли живет старый волшебник. Но люди не понимали их; животные разъярились и бросились сами искать старика, разрушая и съедая все на своем пути. Не найдя своей жертвы, разгоряченное войско ринулось на север, запад, восток; по дороге к ним присоединялись все новые и новые звери и птицы.
Добрались они и до империи, где правила Фелиция. Потому ли, что она была неопытной правительницей, или потому, что войско зверей было гораздо больше и злее, великая империя пала. Императрицу ожидала та же участь, что и всех – съедение, но благодаря своим чарам она освободилась и еще долгие годы прожила одна, в тиши монастыря, разрушить который звери не смогли, пока не умерла от старости. И так и не изготовлено было лекарство от всех болезней. А кувшин долго кочевал из одной сокровищницы в другую, пока не разбился.
Такова легенда о прекрасной Фелиции, которая, вопреки своему имени, несла всем и себе страдания, разрушение и смерть… А может, виной всему волшебник, который под видом доброго дела причинил людям столько зла?