Миры во вселенной. Вопросы без ответов, или Трагедия века

(Замок Крак располагался в ближайшем к Дамаску городе Хомс, кстати который, вместе с самим Дамаском, и с другим городом Халеб (Алеппо) являлся крупнейшим индустриальным центром страны. Туда они отправились через горы, оставляя позади большую по протяжённости сирийскую пустыню, и вскоре были на месте… – Находившийся на одном из горных отрогов «Джебель Ансари» величественно стоял, встречая любопытных замок «Крак де Шэвалье Калаат Аль-Хосн», или просто «Замок рыцарей». Среди почти 3-х десятков замков, принадлежавших крестоносцам на Святой Земле, замок Крак всегда занимал особое место. Эта величественная крепость и поныне считается вершиной искусства замкового строительства. Его история неразрывно связана с историей монашеско-рыцарского ордена госпитальеров, хотя своим появлением на свет он обязан вовсе не им146). – Всё это сейчас на ломаном английском прозвучало из уст местного гида Саида, которого археологам любезно предоставила встречающая сторона.

Саид был высокий, загорелый мужчина (лет 40-ка) и был одет представительно в светлую х/б рубашку и тёмные брюки. Сейчас он, прервавшись широко улыбался гостям, по-видимому, предоставляя им возможность переварить начатое. Он сделал маленькую паузу и продолжил, внимательно осмотрев каждого из присутствующих:

( – Вплоть до XI века замок Крак был известен всем как «крепость на откосе». Место её расположения имело тогда большое стратегическое значение, т. к., будучи находящейся на высоте 750 м. над уровнем моря (она являлась как бы смотровым пунктом), с которого можно было контролировать дорогу на Триполи. Триполи-так назывался один из богатейших и важнейших портов того времени. Это прекрасно осознавал эмир нашего города. Здесь я имею ввиду город, в котором мы с вами сейчас находимся147), – быстро пояснил гид и продолжил: ( – И он разместил в 1031 г. в стенах крепости гарнизон воинов-курдов, обязанных следить за столь важной дорогой. В честь этих воинов, с течением времени местные жители стали называть крепость «Хосн аль-Акрад», или «замок курдов», а с приходом на Святую Землю крестоносцев, это сооружение уже не могло в полной мере выполнять свои функции и в итоге замок перешёл во владение к триполитанскому графу Раймонду I…148) – Саиду почему-то вдруг показалось, что не все из команды Сэма слушают его внимательно, и он задался вопросом к публике: – Скажите, если кому-то из вас не интересна предыстория замка и всего, что с ним связано, я могу остановиться, вы не возражаете? – Впрочем гид ошибся, преувеличив, поскольку почти все из команды, прибывшей на раскопки, напротив чуть ли не в один голос заявили, что желают послушать и дальше, и Саид продолжил, указав рукой в сторону входа: – Сейчас мы с вами окажемся внутри. Пожалуйста!

К этому времени, пока гид рассказывал, группа археологов уже тщательно осмотрела замок снаружи и все успели заметить, что он (замок) был удачно расположен на фоне красивой горной долины с маленькими домиками не далеко от него. Итак, группа археологов зашла внутрь замка и оказалась в большом, просторном помещении с высокими потолками (впрочем, таковые здесь были везде).

( – Это помещение кухни, – произнёс Саид (со свойственной наверно только хорошим гидам выразительной интонацией) и продолжил, указывая жестом в сторону каких-то надстроек: – Вот здесь, за этими ограждениями, они считались тогда кладовыми, хранились зерно, оливковое масло, вино и корм для лошадей. Помимо этого, у рыцарей было много коров, овец и коз. На территории, кроме родниковой воды, поступавшей в замок от природного источника, благодаря системе труб и акведука, недалеко от местной кухни, был вырыт колодец149). – Саид прервался, заметив, как несколько человек (в их числе была помощница Сэма Гэбриэла, инструктор по работе с личным составом Мэри Уиллард) начали что-то оживлённо обсуждать, вместе с тем, с интересом осматривая окружающую себя обстановку: начиная от большой арки с каменными ступеньками, по которым они сюда зашли и кончая неглубокой нишей не вдалеке и аркой поменьше. Сверху, как раз над этой аркой в потолке располагалась какая-то дыра, и из неё сейчас в помещение кухни проливался бледный, струящийся свет с частичками пыли. Саид тоже осмотрелся вслед за археологами, однако без интереса, поскольку ему это приходилось видеть уже безумное число раз, и хотел было продолжить, собираясь перейти в другое помещение, как кто-то из группы Сэма задал ему вопрос:

– Скажите, а на территории самого замка, скажем на этой вот кухне нам будет разрешено провести раскопки? А вдруг мы выкопаем здесь что-нибудь вкусненькое, а? – на что команда среагировала понятным образом и тут же отовсюду послышались лёгкие смешки, а Мэри Уиллард, поморщив лоб уставилась на этого шутника. Впрочем, он тут же поднял руки посерьёзнев, словно вняв намёку инструктора: – Ладно, прошу прощения, продолжайте. – Однако это «прошу прощения», прозвучало скорее, как должное здравствуйте, или до свидания, нежели как извинение (хотя некоторые люди, вроде Сэма, могут кое с кем и не поздороваться, и не попрощаться), а «продолжайте» вообще словно одолжение, и Саид похоже понял ситуацию.

Он посмотрел на этого человека и ничего не сказав лишь указал жестом куда-то в другую сторону, а затем направился туда. Все послушно пошли за ним, и вскоре оказались в новом помещении.

( – Это одна из ранних построек замка, возведённая в романском стиле часовня, была расписана по византийскому канону, – начал пояснять гид. – Хотя фрески имели латинские надписи. Стены часовни украшали знамёна и военные трофеи, а также оружие погибших рыцарей и даже сбруи их лошадей. После взятия замка мусульманами, в часовне была устроена мечеть. Ниша в стене-михраб, – он указал на неё жестом, и все посмотрели в ту сторону, – направлена на Мекку, а с возвышения минбар, что как вы видите находится рядом, чуть поодаль, – он снова указал рукой, – читались проповеди150).

Мэри Уиллард дождалась пока гид закончит и произнесла:

– Как интересно, а можно узнать саму историю завоевания замка, со всеми крупными баталиями? Я страсть как люблю эту тему, и, между прочим, даже немножко наслышана об этом.

Саид улыбнулся ей:

– Я расскажу вам о чём вы просите попозже, но сначала, если вы не против, я покажу вам остальные помещения.

– Ну нет, что вы, нам это тоже интересно, – почему-то за Мэри ответил Брик Хапертон, на что Сэм Гэбриэл и сама Мэри Уиллард моментально среагировали, удивлённо посмотрев на него, а затем Саид провёл всех в очередное, новое помещение.

Сейчас перед группой археологов предстал во всей своей красе какой-то огромный, широкий коридор, и гид принялся рассказывать:

( – Это галерея, рядом с большим залом. Её ширина 8 метров, а крестовые своды в высоту достигают 10 метров151).

Все осмотрели потолки, проёмы в виде окон в стене и гигантские, сплошные арки на стене, противоположной этой. Отсюда открывался вид наружу…

( – После землетрясения 1170 г., частично разрушившего замок, значительно изменилась манера строительства и на смену строгому романскому стилю пришла гораздо более утончённая готика. – Саид остановился и провёл их в соседний, большой 60-ти метровый зал, который использовался мусульманами как конюшня. Из него открывался вид на беркиль-водяной ров, служащий древним жителям замка хранилищем воды, и вместе с тем защищающий их от врагов. По другую сторону этого рва-также, как и конюшня на холме, высились две башни, и ещё какие-то постройки, а прямо к ним, буквой «П» примыкал третий холм с постройками, замыкая беркиль…152).

Группа археологов вскоре миновала это помещение, все прошли через двор, окружённый каменными башнями, и полуразрушенными от времени и войн сооружениями, а затем все оказались на крыше высокой башни, которая, со слов Саида и являлась заключительным этапом его экскурсии. Отсюда открывался весьма неплохой вид во двор, и на тянущиеся бесконечной чередой холмы и серые, 2-х этажные домики на них, за стенами замка Крак. Все холмы были сплошь покрыты зелёной растительностью: деревьями и травой, а где-то между ними, то скрываясь за холмами, то вновь проявляясь, пробегала узкая дорога, по которой сейчас в сторону замка уже направлялся какой-то автобус и одна легковая машина.

«Неужели это всё туристы едут на экскурсию, – подумал Сэм, и отчасти был прав». А отчасти-поскольку автобус действительно был с туристами, но вот в машине туристов не оказалось. В ней находились двое специалистов из частного исторического общества по защите замков и древних сооружений. Поднявшись наверх, туда, где сейчас находился Саид и Сэм Гэбриэл со своей командой, они через своего переводчика культурно, но доходчиво объяснили Сэму, где им разрешается проводить раскопки, а где нет, и тот не стал с ними спорить. В следующий момент он внимательно осмотрел двор, сплошь усеянный какими-то выкопанными ямами и покрытый кое-где скудной, мелкой травой, вместе с разбросанными повсюду (возможно от бывших строений) мелкими камешками, а затем сказал своей команде, что можно приступать к раскопкам и они спустились вниз.

Тем не менее Мэри Уиллард осталась наверху с гидом, чтобы «доконать его вопросами».

– Ах да, – словно спохватился Саид, – вы ведь, кажется, хотели узнать подробно историю завоеваний этого замка? – И не дал ей ответить. – Я смотрю только вам это и интересно, в отличии от ваших равнодушных коллег?

– Ну нет, что вы, – засмеялась Мэри, оправдывая их. – Просто мои коллеги очень любят свою работу, почему и торопятся непременно её начать. Вот и всё.

– Особенно тот шутник, – как бы невзначай вставил Саид и тут же быстро продолжил: – Но что они намереваются здесь выкопать? Здесь, да ещё и за стенами замка? Ведь вы слышали, что только там, да и то с натяжкой им разрешили проводить раскопки. Это же Святая Земля.

– Ну насчёт того, что они ничего не выкопают, может быть, вы и не правы, много чего ещё в себе таит земля в подобных местах. – Мэри как бы обиделась на гида, хотя по-своему он, конечно, был прав. – Но что касается Святой Земли, то я это понимаю не хуже вас, местного жителя, и потом мы же не вторглись сюда вероломно, как какие-нибудь завоеватели…

– Но ведь это как мне объяснили была ваша затея, проводить здесь раскопки?

– Ну и что? – невозмутимо отреагировала Мэри. – Но я повторяю, что прекрасно вас понимаю сейчас и не нужно только делать из меня какого-то тирана. Кстати, насчёт тиранов-завоевателей, вы же, кажется, хотели мне об этом рассказать Саид? – она попыталась улыбнуться, всё ещё обиженная на гида.

– Да, но я не знаю, что вас интересует конкретно, спрашивайте?

– Например начните с того, кто вообще завоёвывал вашу землю? Насколько я знаю в их числе есть (египтяне, вавилоняне, персы?153).

– Да, – согласился Саид. – Ещё нашу землю завоёвывали хетты154.

– Хетты? – переспросила Мэри.

– Да, – снова согласился Саид. ( – Может быть вы знаете, что с XVI в. по 1918 г. Сирия входила в состав Османской империи. Преобладающая часть её населения (около 90%) -сирийские арабы, потомки арабов, завоевавших страну в VII в. и правившие ею 800 лет. По вероисповеданию они преимущественно мусульмане-сунниты, но есть и последователи других течений ислама: шииты, исмаилиты и алавиты. Основные национальные меньшинства: курды, живущие близ границы с Турцией155).

– Весьма исчерпывающий ответ, – улыбнулась Мэри, – а теперь можно узнать то, что мне интересно особенно: саму историю завоевания замка?

( – Впервые замок курдов крестоносцы захватили в 1099 г., – без вступительной части сразу начал Саид. – В тот момент, когда торопились взять Иерусалим, но завладев им, оставили его без присмотра. А потому он без труда отошёл к прежнему владельцу156).

Мэри слушала, как завороженная.

( – Хотя столь важное, стратегическое место не могло ни привлечь внимание прагматичных рыцарей и в 1109 г. крепость снова была взята крестоносцами157).

– А кто возглавлял крестоносцев в лице завоевателя крепости? – задала Мэри вопрос и Саид без промедления ответил на него:

( – Ею тогда завладел египетский калиф Танкред Антиохийский, со своей 40-ка тысячной армией, а затем он подарил крепость триполитанскому графству158).

Мэри осмыслила прозвучавшую информацию, и снова задала вопрос гиду:

– А каким образом в замке производились ремонтные работы, ведь по всей видимости он очень серьёзно пострадал от нашествия 40-а тысячной армии калифа?

– Да, – ответил Саид. – Впрочем ремонтные работы в крепости не производились более 30 лет, поскольку на ремонт и усовершенствование оборонительных сооружений требовались немалые средства, взять которые было неоткуда. Но выход в конечном счёте всё же был найден.

– Какой? – Мэри насторожилась так, словно сама сейчас оказалась в эпицентре тех мрачных, исторических событий.

( – В 1142 г. Раймонд I, уже упомянутый мной в начале экскурсии, передал крепость госпитальерам159). – Саид о чём-то подумал и продолжил: – Если хотите, я могу показать вам место в замке, в котором располагаются, или точнее располагались отхожие места160. Отхожие места – это такие места, через которые можно было покинуть замок во время нашествия, спасаясь от врагов.

– А почему вы их не показали сразу всем остальным? – удивилась Мэри.

– Но ведь всех мест в замке невозможно показать, за столь короткое время, – спокойно отреагировал Саид.

– А-а-а, – протянула Мэри, и продолжила с вопроса, впрочем, отвлечённого от этой темы: – Скажите, а водятся ли в вашем замке… привидения?

Саид вдруг засмеялся так, как будто ни разу в жизни не слышал более смешной шутки, чем эта.

– Что? – не поняла Мэри.

– Вы не первая, кто об этом спрашивает, что, впрочем, естественно, это ведь замок, – всё ещё смеясь произнёс Саид и продолжил, постепенно перестав смеяться: – Вообще то, начиная с того времени, как замок стал охраняемым объектом, посещаемым туристами со всего мира, и кончая днём сегодняшним, в нём не было обнаружено ничего подозрительного, ну разве что кроме вашего прибытия.

– А что здесь подозрительного? – не поняла своеобразной шутки Мэри.

Саид улыбнулся ей и неожиданно сменил тему, так и не ответив на её вопрос:

– А знаете ли вы что-нибудь про орден госпитальеров?

– Знаю только, что он хранится у Королевы Великобритании в штаб-квартире, в Лондоне. А что? Вы хотите поручить мне выкрасть его за большие деньги? – теперь до Мэри наконец дошло, что Саид пошутил, и она решила отплатить ему той же монетой.

– Нет, – серьёзно ответил гид, – я просто хотел рассказать вам об этом, но, если вам не интересно, – он, повернувшись собрался было уйти, но Мэри взяла его за плечо остановив (по всей видимости Саид был из числа тех людей, которые часто страдали от недостатка общения на любимую им тему).

– Нет что вы, – произнесла Мэри взволнованно, – расскажите, мне и в самом деле это интересно. Ведь орден госпитальеров и есть главный атрибут замка, если так можно выразиться.

– Да, – задумчиво произнёс Саид и повернувшись принялся рассказывать: ( – В X в. Святая Земля стала основным центром христианского паломничества, а в 1048 г. Константине ди Пантелеоне, благочестивый купец из республики Амальфи, испросил разрешения у египетского султана основать в Иерусалиме приют для больных христиан при церкви Марии Латинской. Этот приют получил название Иерусалимского Госпиталя Святого Иоанна, а его символической эмблемой, в память об основателях стал 8-ми конечный крест Амальфи. С тех пор, братство монахов-бенедиктинцев, избравшее поначалу своим святым патроном Иоанна патриарха Александрийского (он умер в 620 г.) стало называться обществом иоаннитов, а его члены получили название госпитальеров (от лат.: hospitalis-гостеприимный)161).

– Так значит они были абсолютно невоинственный, дружелюбный народ, эти госпитальеры? – спросила Мэри.

– Да, – ответил Саид.

Краем глаза Мэри заметила, как её команда упорно трудится возле стен замка, что-то обсуждая и задала гиду следующий вопрос, а точнее два вопроса:

– А как он, собственно, выглядит этот орден? И вообще, насколько я слышала в наши дни вроде существует не один такой орден, а несколько, верно?

– По порядку, – улыбнулся Саид, и принялся пояснять: ( – эмблема ордена выглядит как белый 8-ми конечный крест в круге, с изображением двух львов и двух лошадей по краям. Этот орден символизирует чистоту намерений носящего его человека. А теперь что касается нескольких, существующих в наши дни орденов… После падения в 1291 г. последнего оплота крестоносцев на Востоке, рыцари ордена ненадолго перебрались на Кипр, а спустя 20 лет на Родос, где орден просуществовал вплоть до падения турок, случившегося в 1523 г., через 42 г. он обосновался на Мальте. Поэтому сегодня он так и называется: Суверенный Военный орден госпитальеров Святого Иоанна Иерусалимского, Родосского и Мальтийского. Помимо этого, существует ещё 4 ордена, имеющих право носить имя Святого Иоанна, но не имеющие статуса независимого государства. Главный орден Святого Иоанна Иерусалимского с 1888 г. учреждён как орден Британской Короны162). Где он хранится вы уже знаете.

– Да, – задумчиво выразила Мэри, – это действительно интересно, – а в следующий момент они с гидом услышали снизу оживлённые голоса людей из экскурсионной группы, прибывшей на автобусе. Они точно ждали момента окончания беседы этих 2-х человек, чтобы не нарушить своим разговором сложившуюся за многие века благородность возникновения Святого ордена, и Мэри, всё ещё в раздумьях спустилась вниз с башни, а за ней неспеша последовал и Саид.

Итак, Мэри миновала двор замка и быстрым шагом направилась наружу, за его стены. Она обошла по дороге вдоль замка и подошла к Сэму с вопросом:

– Ну как продвигаются раскопки, нашли что-нибудь?

– Пока никак, – устало отреагировал Сэм (хотя отчего он мог устать было не понятно, поскольку он только руководил). – Вон там, Роджер нашёл какую-то ерунду, дешёвая утварь из предметов домашнего обихода, всё по мелочам.

– А что ты здесь намереваешься выкопать, золото что ли? – удивилась Мэри. – В таком случае езжай на Аляску163 Сэм.

Тот махнул рукой в её сторону и направился к этому Роджеру.

– Ну нет, погоди обижаться, – Мэри побежала за ним. – Я тоже хочу посмотреть, что за ерунду там выкопал наш Роджер.

В этот же миг у Сэма зазвонил телефон, и он лениво достал его из-за пазухи:

– Ало, – произнёс он не менее лениво, а затем изменился в лице. – Я не пойму Кэрол, у тебя что какие-то неприятности?

– Долго объяснять, а как у тебя продвигаются раскопки? – раздался ответ в трубке.

В этот момент к Сэму подошла Мэри Уиллард. Она была обеспокоена его внезапной сменой интонации:

– Что там случилось? – встревоженно спросила она, на что Сэм лишь повернулся спиной к инструктору:

– Раскопки по нулям, но я не пойму, что у тебя стряслось?

– …Лучше скажи сам, – через паузу раздалось в трубке, – ты не обнаружил сейчас, за время пребывания в замке ничего подозрительного?

– Нет, а что? – похоже теперь Сэм Гэбриэл серьёзно насторожился, как и Мэри Уиллард.

– Ладно так ничего, если обнаружишь вдруг что-нибудь странное, позвони, хорошо? – и не дожидаясь ответа Кэрол отключила телефон.

Сэм услышал гудки и тоже отключил телефон, однако полный недоумения.

– Что? Что там? Что она сказала? – не унималась Мэри.

– Да чёрт его знает, – не выдержал Гэбриэл и по его лицу сейчас было хорошо заметно, как он ощутимо нервничает: ещё бы, позвонила его коллега, ни сказала толком что происходит, и положила трубку, а с другой стороны она и не могла сейчас ничего ему сказать. Ну что бы она сказала: «Знаешь Сэм, тут моему другу дескать приснился сон, как ты попадаешь в какую-то временную воронку, и начинаешь сражаться под стенами замка Крак, за свободную жизнь госпитальеров?». Всё это Кэрол думала, сейчас находясь в больнице, на больничной койке. Рядом находились: Лиза Уорренс и Дилан Шэллмэн. «…Он бы счёл меня за сумасшедшую в этом случае и…»

Мысли Кэрол прервал голос Дилана:

– Кэрол, я вижу тебе уже лучше? – Он переглянулся с Лизой и Кэрол это заметила:

– Что вы от меня скрываете?

– Я просто не знаю говорить ли тебе об этом, после того, что с тобой произошло? – растерянно произнёс Дилан.

– Так говори же! – Кэрол была сильно напряжена.

– Успокойся, – произнёс Дилан, не зная, как начать (чтобы её не травмировать), он чувствовал себя виноватым. – …Тебе звонил какой-то Жуковский из России.

– Какой Жуковский? – удивилась Кэрол переспрашивая.

– …Он сказал, что знает всё о том эксперименте, только спокойно Кэрол, не надо волноваться, – последнее он буквально затараторил.

– Знает всё об эксперименте? – Кэрол казалось напряглась, как только могла. – А больше он мне не звонил?

Дилан виновато опустил голову:

– Не знаю, мы с Лизой отключили твой телефон.

– Зачем? – возмутилась Кэрол.

– Дорогая успокойся, – произнесла Лиза. – Мы просто не хотели тебя беспокоить. Тебе было плохо, и ты отключилась. – Она с укором посмотрела на Дилана, что-то беззвучно говоря ему губами и Кэрол, к счастью, этого не заметила:

– Да, дда, – задумчиво произнесла она, вставая с постели. – А где сейчас мой телефон?

– Зачем? – Лиза взяла её за руку, попытавшись остановить.

– Хочу посмотреть не звонил ли он мне помимо прочего ещё и на сотовый?

– Дак ты всё вспомнила? – с волнением спросила Лиза.

– Да.

– Иии ты как сейчас, нормально? Кэрол послушай, ты должна понимать, что после происшедшего… А сможешь ли ты выдержать то, что тебе скажет этот Жуковский?

– Да перестаньте с меня пылинки сдувать, как с маленькой девочки, – разозлилась Кэрол. – Я уже чувствую себя отлично. Правда Лиза, – она успокоилась и постаралась улыбнуться как можно естественней, посмотрев на неё, а затем увидев на нижней полке столика свой сотовый, быстро взяла его: – Точно! – вскоре воскликнула она, увидев один пропущенный звонок. – Вот он новый телефон. По всей видимости это и есть Жуковский, нооо… – здесь она продолжила, резко сменив интонацию: – Откуда он обо мне узнал?

И Дилан и Лиза пожали плечами, не в силах ничего понять, впрочем, и Кэрол сейчас ничего не понимала, она уже давно ничего не понимала. Она подержала сотовый в руках, а в следующий момент, чуть поколебавшись нажала кнопку звонка и поднесла трубку к уху:

– Ало!.. Да это Кэрол Линдси. Вы мне звонили?.. Но что происходит, хоть вы мне можете это объяснить?

В трубке послышался не очень чистый английский, и этот голос был чем-то встревожен:

– Я не могу ничего объяснить вам по телефону. Вы должны приехать сюда, в Москву, и всё выслушать. Это касается «Телепортации», понимаете? Я нахожусь в институте им. Склифосовского. Он находится по адресу: (метро «Сухаревская», площадь Большая Сухаревская, дом 3164). Ало! Вы меня слушаете? Вы запомнили адрес? Запишите его.

Кэрол молчала, не зная, что сказать.

– Доезжаете на метро, а там идёте пешком, до площади Большая Сухаревская, не забудьте и ничего не перепутайте, хорошо?

– Хорошо, – как-то неуверенно повторила Кэрол.

– Это очень важно, поверьте, важно для меня и для вас, я должен кому-то открыться, иначе будет слишком поздно, поверьте мне, я жду вас в самое ближайшее время, – и Кэрол услышала гудки.

– Метро «Сухаревская», площадь Большая Сухаревская, дом 3, – как в бреду выпалила Кэрол, отключаясь, и мысленно готовя себя к грандиозному открытию.

– Что? – и Дилан и Лиза посмотрели на неё, ничего не понимая.

– Я лечу в Россию, – объяснила им Кэрол, а спустя короткое время повторила это более уверенно и настойчиво, и Дилан с Лизой сочли бесполезным её переубеждать.