Воспоминания о будущем. Рождение империи

– Дамы и господа. Я, Хелен Стромбир. Родная дочь мера одного из кварталов Лондона Алекса Стромбир. Англичанка по рождению. По отцовской линии отношусь к роду графов Глостер, по материнской линии – к роду графов Корнуолл. В 20-х годах прошлого века мы породнились с русским родом Шубиных.

В студии наступила тишина.

– Я хочу спросить господ представителей королевского дома. – она перешла на английский. – На каком основании вы называете себя суверенами Англии? В соответствии с Правом, король обязывается защищать и заботиться о своих подданных, а подданные быть ему верны, платить налоги, являться по требованию на службу. Вы не в состоянии отвести от народа гнев Божий, но в состоянии облегчить страдания народа. Я скорблю о тех представителях королевского дома, кто погиб от КАТАСТРОФЫ или её последствий. Те, кто выжил, всеми правдами и неправдами переехал в ЮАР, и жили там, не обременяя себя заботой о своем народе. В качестве доказательства я предъявляю статьи и публикации газет ЮАР о жизни королевской семьи. В то же время ваш народ голодал. Мой отец стал жертвой голодного бунта. Я была продана за зерно. Впоследствии я неоднократно отправляла груз зерна в Лондон. Вот документы.

На экраны пошли фото и сканы документов: накладных, счетов, заказов.

– Кроме зерна мой новый папа отвозил в Англию одеяла, генераторы, лекарства, топливо. Привозил врачей или возил людей на операцию в Россию. Не бесплатно, но по такой цене, что вам должно быть стыдно даже смотреть в сторону этих драгоценностей. Вот счета. Смотрите цену. Люди платили золотом, или другими ликвидными товарами. То, что вы называете сокровищами Британской Короны 10 лет кормило народ Англии, отстраивало города, восстанавливало сельское хозяйство. Перед своим исчезновением папа поставил в Англию 1 200 000 тонн зерна в течении месяца. Плату за это ОН не получил. В своем письме ко мне просил списать это как подарок жителям Возрожденной Англии. Ответе мне, кто больше достоин Британской Короны, вы или мой папа? Спасибо.

Она села. По ней было видно, что эта речь далась ей нелегко. Все смотрели на представителей Британской Короны и посла ЮАР. Им надо было что-то говорить. Но ответ на вопрос был заложен в самом вопросе. Им приходилось юлить. Списать все на неточности перевода не было возможности. Шоу меняло тональность. Поутихли и те, кто был за передачу золота правительству России. Эта дама знала многое и могла поставить другой вопрос – чем помогло Правительство России в поставках в Англию. Её документы говорили, что всё покупалось на ЕГО деньги. Сценарий «летел к чертям».

После шоу ОНА подошла к Елене.

– Ты как?

– Сорвалась. Надоело слушать этих прохвостов. Да и так называемых «патриотов» тоже противно было слушать. Им золото надо.

– Поехали домой. Возьмем вина, выпьем.

– Поехали, но вино у меня есть. Папа еще привез. 2 бутылки должны были остаться.

В супермаркете взяли персики, овощей для салатика, мяса на завтра. Приехали домой, приготовили. Лена залезла в свой шкаф и достала бутылку вина. Ту самую, залитую воском. ОНА подпрыгнула от удивления.

– Адорнское?!

– Ты пила?

– ОН угощал. На ПЛАНТАЦИИ.

– Тогда садись. Сейчас открою.

Пили и разговаривали. Лена и пила вино, и ела фрукты, и то мясо. ПРЕДШЕСТВЕННИК привозил.

– Как ты думаешь, почему ОН смотрел на тебя, как на дочь?

– Мужчины боятся отказа или измены. У НЕГО, видно, было что-то из этого. ОН не говорил об этом. И я была молода. ОН очень эмоционален, но хорошо это скрывает.

– ОН был влюблен в мою маму. Она предпочла другого.

– Ясно. Тогда завтра к твоей маме. Познакомимся.

На следующий день поехали к ЕЁ маме. Познакомились, попили чай. Погостили всего час. Ушли.

– Мне кажется, ты не очень.

– Да. Не смогла подавить чувства. Ненавижу её. Если бы не она, у меня был бы любимый муж, ребенок лет 10 – 11, а то и два. Она – охотница за кошельком.

– Да. Мы тоже с ней не ладим. Она и меня хорошо «подоила». Поехали. Над книгой надо работать.

Вечером сидели над книгой. Лене на почту пришло письмо. Она что-то написала, отослала. Потом еще написала.

– Завтра ты куда?

– Не знаю. Шоу без нас идет. Говорильня. Надо над книгой работать. С НИМ хотела встретиться, о тебе поговорить. ОН прилетает ни сегодня, так завтра. А что?

– Дон Педро убит. Подробностей мало. Передал мой информатор. Завербовала, когда там была с договором. Нужно его вытащить, и с «Дикой Кошкой» договориться. Твой вроде бы с ней ладит. А мы подбросим оборудование.

– Она давно об этом просит. Я свяжусь с ней.

– Вылетаем завтра в 12-00. Самолет я уже зафрахтовала. Зайди в редакцию, возьми оператора. Донну Хуаниту тоже надо будет проверить. Нам не нужны проблемы.

Она сидела в подвале. Третий день. Вылезала ночью, что бы найти еды и воды. Вокруг хозяйничали боевики наркомафии. Дон Педро был убит наемниками из Европы. Она это выяснила, но передать донне Елене не успела. В гостинице жил какой-то мелкий наркобарон со своими холуями. Её маму они убили, она слишком им мешала – пристрелила из дробовика пятерых. Она спряталась. Смогла втянуть в свой тайничок журналы, свой компьютер – подарок донны Елены, и свои ценности. Днем она смотрела на происходящее через маленькое окошко. Ночью кралась по окрестностям в поисках съестного. Спала урывками, просыпалась от каждого шороха. Завод дона Педро горел, сгорело несколько домов в поселке. На взлетной полосе лежал разбитый самолет. Утро. Она задремала. Обычно боевики в это время спят после ночной пьянки. Шум винтов. На взлетную полосу садятся 4 «Стрекозы» Выходит 9 человек: 2 женщины, 7 мужчин. «Боже. «Дикая Кошка»». – она узнала одного из её громил – Родриго. – «Тупой как бык, столь-же сильный, но исполнительный. Значит одна из женщин донна Хуанита. А кто вторая? Городская походка, в руках пистолеты. Идут к гостинице». Она отлетела от окна и вжалась в угол. Короткая перестрелка, а вернее, расстрел пьяных.

– Бонита. Бонита, ты где. Выходи.

Голос. Голос донны Елены. Она подошла к окошку. Точно. Донна Елена рядом с Родриго. Она улыбнулась. Пистолеты в кобуру. Идет к ней.

– Вылезай, малышка, не бойся. Поедем к донне Эбет.

Она подошла к окошку. Донна Елена подола ей руку.

– Там мои документы, компьютер.

– Родриго, – скомандовала донна Хуанита. – проломи стену.

Грохот разбиваемой стены, пыль.

– Хуан. Забери все что найдешь, и в вертолет ко мне. Донна Елена. Полетите с девочкой. Что ты держишь?

– Вот. Снять со стены успела.

В её руках были фотографии с подписями.

– Полетели. А то сейчас подкрепление подойдет.

– Нет, донна Хуанита. Не подойдет. Мы с прикрытием.

– Каким?

– Братик прилетел. Мы ЕГО предупредить успели.

– Братик? Кто он?

– ОН вам семена возил.

– ОН ваш брат?

– Сводный.

– Полетели. Нечего тут делать.

Жак командир группы наемников, шел по джунглям. 4 дня назад они штурмовали дом дона Педро. Из 20 человек его группы 5 отвечали за разведку, снабжение и эвакуацию. 15 человек – штурмовая группа. Все ветераны войн и конфликтов. После штурма осталось 8, из них трое – тяжелораненые. Наемники дона Педро зря свой хлеб не ели. Дон Педро и его старший сын убиты. Их фото ушли в контору. Тяжелых оставили в ближайшей деревне. Их, скорее всего, убьют. Из пятерых не раненых нет, но все раны легкие. Раз в сутки вертолет доставляет им еду. Сесть негде, и контейнер спускали на тросе. Около обеда на запад пролетели 4 вертолета – «стрекозы». Выходили на дорогу. Здесь должен был ждать грузовик. Вот и он. Водитель усиленно «чинит» двигатель. Прошли две машины с бойцами. Подать сигнал и бегом в кузов. Там лежат мешки с соевым шротом – прикрытие. Двигатель «починился», поехали. Не особо проверяли. Груз привычный для этих мест.

– Осторожно, пост «Дикой Кошки». – предупредил водитель.

Охранники лениво проверили документы, один заглянул в кузов. Вылез, крикнул.

– Захвати нашего. Ранили. Подкинь до деревни.

– Садись. Как зовут?

– Фернандо.

– Меня Рауль. Как это тебя?

– 2 машины с боевиками хотели прорваться только что.

– Это синяя и белая?

– Да.

– Они меня обогнали. Спешили на смерть.

– А у тебя с чувством юмора порядок.

В дальнейшем разговоре водитель вытащил из раненого всю последнюю информацию. Донна Хуанита встречает каких-то важных гостей из России, Прилетел ГРУЗОВИК, только не разгружался, улетел. Высадили в деревне. Поехали дальше. Мимо проехал какой-то черный спорткар. Другой пост «Дикой Кошки».

– Ты куда груз везешь?

– Там написано.

– Зря. Лопеса уже нет. Похороните – приезжай. Донне водители нужны.

– Подумаю.

– Думай. Открывай. Следующий.

Колумбийская дорога. В машине пыльно и душно. Воняет соей. Рой возник из неоткуда. Пострадали все: водитель, люди в кузове, машина, груз. Рой из свинца и стали. Дымящая машина скатилась в кювет и воткнулась в пень. Постепенно шрот начал разгораться, затем начали взрываться патроны. Обгорелый остов пополнил коллекцию обочин Колумбии.

Они сидели во дворе гостиницы. Два официанта рядом, мэра не пригласили. У него и так дела есть. Две женщины 30 – 35 лет и две девушки 18 – 25 лет. Английский был языком общения. Бонита чувствовала себя неуютно. Три донны: Хуанита, Елена и Эбет. Такие уважаемые на этой местности и недосягаемые для неё.

– Давайте отпустим девочку. Она устала. Ей хорошо досталось. Пусть поспит. – сказала Елена.

– Но сначала решим вопрос, что с ней делать. – ответила Хуанита.

– Мы с вами договорились по терминалу и заводам. «ПиК» пришлет специалистов по строительству и монтажу. Их надо где-то размещать. Порт тоже придется расширять. Потребуется жилье.

– Вы предлагаете поставить её администратором?

– Сначала будет только гостиница. Эта явно не вместит всех.

– Бонита, ты справишься с гостиницей?

– Да, я маме помогала. А когда она болела или уезжала по делам, полностью вела дела. Камиллу бы привезти, нашего повара.

– Дам своим задание. Найдут.

– Хорошо. Я пойду.

– Иди, поспи. Ты действительно устала.

Девочка ушла.

– На неё Хуан поглядывает.

– Не обидит?

– Пусть попробует. Поговорю с ним. Мальчик он умный. Знаю, что вы завербовали её. Но пусть у меня будет ваш агент. С вами можно сотрудничать. Со стройкой будет хуже.

– Стройка не завтра начнется. И я еще не раз к вам приеду. Я её подготовлю. Будет и вашим агентом.

– А ваш брат?

– ОН копия папы. Даже внешне очень похожи.

Подошел оператор с камерой. Донна Хуанита махнула рукой официантам, и они быстро сменили приборы и посуду. Василий Васильевич сел.

– Добрый вечер, дамы. – английский его был плох.

– Дядя Вася, вы все сняли?

– Все, что ты, дочка, сказала. Все. Устал.

– Выпейте с нами. Адорнское. Последняя бутылка.

– Это мне не повредит. И поесть хорошо не мешает. Весь день на перекусах. Вы хорошо все организовали, донна Хуанита. У вас все работает как часы. Та женщина, на дальних рубежах? Вы так на неё похожи.

– Это моя мама. Она там выросла, знает всё, и не хочет уезжать. Сейчас там командует. Но слишком мягкая.

– Зато её все там любят. Хорошо, что я знаю немного испанский. Она хочет внуков. Обрадуйте её, вы же беременны.

Донна Хуанита покраснела.

– Вы заметили. Хорошо, обрадую.

– Давайте к делу. – сказала Елена. – Объем инвестиций большой, вам потребуется кредит.

– Со своими я рассчитаюсь. Сложности будут в расчетах с приглашенными специалистами. И за оборудование. В отличие от вашего брата у меня нет ликвидного золота.

– Но вас называют «Королевой Запада».

– Да. И у меня есть свои вассалы – мелкие наркобароны. Им я разрешаю производить кокаин и даже самостоятельно его продавать. Но они под моим контролем.

– А чем они платят за вашу поддержку?

– Деньгами, людьми, всем, что я запрашиваю.

– Значит, с людьми проблем не будет. С деньгами я вам помогу. У меня есть свободные средства, личные. Остается только вопрос: мы с вами будем как акционеры или дать их вам в долг.

– Это мы обсудим.

– А где Аня? – вмешалась ОНА.

– Ваша подружка на выезде в одной из дальних деревень. Я просто счастлива, что вы её мне предложили. На неё буквально молятся, считают святой. Она учит моих людей справляться с некоторыми заболеваниями. Завтра к вечеру она должна приехать.

– До завтрашнего вечера надо многое обсудить, съездить на место будущей стройки. А сегодня давайте отдохнем. Утро выдалось непростым. Кого мы убрали там, у аэродрома?

– Дон Лопес. Влиятельный человек, после дона Педро. Был. Остальные – мелкая рыбешка.

– Вы хотите прибрать эту местность под себя?

– Да, но не сейчас. Здесь работы много. Надо будет переделать систему безопасности. Нужно будет зерно.

– Я свяжусь с НИМ. Вы скажите, сколько будет надо и куда. ОН доставит.

– Вы так добры, донна Эбет. Мне нужно будет подсчитать.

– Хорошо. Я свяжусь с офисом, передам ваше предложение. У нас есть еще запасы примерно на год работы. Потом я рассчитываю на вас. Скоро сюда приедут специалисты-проектировщики. Обеспечьте их размещение и питание.

– Обеспечим, запасы есть.

Подошел Родриго, что то сказал донне Хуаните.

– Наемников нашли. Только троих. Все раненые. Сейчас погрузят и привезут сюда. Если выживут – допросим. Кое-кому удалось уйти. Следы обрываются у дороги. Не моя там зона. Тяжело работать.

– А что с женой дона Педро? Она была беременна, когда я последний раз с ней говорила.

– Родила. Мальчик. Будущий дон Педро, мой брат. У меня, в одном из дальних районов. Умная, будет управляющей.

Посидели до поздней ночи. Было о чем поговорить. Разошлись по номерам. Утром снова по делам. Донна Хуанита показывала, донна Елена записывала, донна Эбет с дядей Васей писали репортажи. После репортажей о золоте невесть что, но все-таки.

– Тяжело теперь тебе придется, дочка. – говорил дядя Вася.

– Почему?

– Ты не сможешь снять что тот более сенсационное, убойное. А зритель будет этого ждать.

– Что нибудь придумаем. Помните, сенсация должна созреть. ОН поможет. Если ОН это выдал мне сейчас, то, что у НЕГО осталось? Что-то более убойное, я думаю.

Прибыли специалисты из «ПиКа», начали работу по планированию. Они полетели домой. Через Гавайи. Там был один из следов ПРЕДШЕСТВЕННИКА. За зерно купил затопленный цунами линкор «Миссури». И увез в неизвестном направлении, как и снаряды со складов.

Япония. Хелен Стромбир там хорошо помнят. Зерно от неё спасло немало жизней. Театр Кабуки дал в честь неё представление. Небольшая пресс-конференция с участием всех медиа Страны Восходящего Солнца. Почтение памяти последнего императора, погибшего во время цунами. Забитый до отказа аэропорт во время отлета. Делегация японских промышленников с просьбой принять в качестве благодарности еще одну сумму поставленного зерна. Готовы платить тем, чем она захочет принять. Это вопрос их чести. Она обещала подумать и связаться с НИМ по материалу и графику оплаты. ОНА посмотрела записи Елены. Сумма набегала колоссальная. Из Японии было вывезена куча электроники, микросхемы. В Японии переоборудовались на автопилот первые комбайны и трактора.

Россия, Москва. Большая делегация спецслужб. Допрос прямо в аэропорту. Оснований задерживать нет. Материал ушел в блог. Дом, душ, ужин и спать.

Они сидели за столом. Три сотрудника. Новый аналитический отдел ЧВК «Меч России». Все – штатные сотрудники ФСБ. На доске была нарисована схема. Говорили по очереди, подправляя и дополняя друг друга.

ОНА – журналистка. Эбет. Единственная нить, связующая с НИМ. Известна, молода. Ведет два блога. ЕЁ серия репортажей о золоте поставили ЕЁ имя на такую высоту, что не тронешь. Только следить, ждать ЕГО ошибки.

ЕЁ подруга Анна. Врач, сейчас в Колумбии с двумя медсестрами. У «Дикой Кошки», в самой закрытой зоне. Попытки заслать туда агентов провалились. Все, что известно об этой местности – из репортажей Эбет. Аня была на ПЛАНТАЦИИ, видела золото. Снимки в социальных сетях. Пока не достать, но не все же время ей там находиться. Да и медсестры ещё учатся. Приедут – допросим.

С НЕЙ связана семья военного врача Бориса Викторовича Смолина. Этот «бредит» об «Изумруде». Что это такое – неизвестно. Очень отрывочные сведения. Надо будет больше разузнать. Он – личность в силовых кругах почти легендарная. Множество спасенных жизней, много учеников, в том числе и в ФСБ.

Его сын Виктор Борисович. Пилот ВВС, герой России. Его история болезни просто ошарашивает. Он не должен был жить, а он летает. У молодых пилотов нет такого здоровья, как у него. Допросить, аккуратно.

Сноха Бориса Викторовича, Маргарита. Талантливый прокурор. Дела об убийстве их 4-х агентов как будто не было. Дело о нападении на журналиста и оператора еле замяли. Как её проглядел отдел кадров? С ней очень аккуратно.

Журналистка и оператор. Ирина и Корней. Документы в ЗАГСе. Через неё идет поток репортажей. Видела ЕГО. Через неё можно попробовать, но шанс не велик. Знает не очень много.

Другая журналистка – Наталья, и её оператор Михаил. Давно работают вместе, дружили семьями, пока не вернулись из Америки. Застали своих благоверных, вместе, в одной кровати. Развод. Переехали. Живут в квартирах на одной площадке. Она в трешке, он в студии, через стенку. Есть сведения, что их объединяет не только работа.

Елена, или Хелен Стромбир. Англичанка, эмигрировавшая после КАТАСТРОФЫ в Россию. Куплена за зерно. Все документы в порядке. Красива, элегантна, умна – стоит небольшого аналитического отдела. Разрешение на оружие, великолепные организаторские способности, искусство ведения переговоров. Такую не возьмёшь. Вывезена ПРЕДШЕСТВЕННИКОМ, ПОСЛЕДОВАТЕЛЬ с ней не общается. Крепкий орешек, и знает мало. Богата, очень богата, и уважаема во многих регионах. Сейчас ведет переговоры с «Дикой Кошкой».

«ПиК» – реформированная КОМПАНИЯ. Юридическая служба и служба Экономической Безопасности не хуже, чем у спецслужб. Не подкопаешься ни по одному направлению Попытки заслать или завербовать агентов провалились.

В центре ОН – ПОСТАВЩИК. По некоторым данным – ПОСЛЕДОВАТЕЛЬ. Именно ОН всем и нужен. Спецслужбам, правительству, толстосумам. Именно последние заказывают охоту на НЕГО. Миллионы выкинуты. Теперь, когда известно, что золото у НЕГО, интенсивность охоты возрастет. Но ЕГО технологии и осторожность не оставляют шансов на успех. Остается ждать ошибки. ОН обязательно ошибется. ОН – человек.

ПРЕДШЕСТВЕННИК. О НЕМ известно много. Родственники, привычки, бывшая жена, но, судя по всему, ОН умер, хотя ЕГО тела ни кто не видел. Это ЕГО технологии использует ПОСЛЕДОВАТЕЛЬ.

Вошла секретарша.

– Михаил Сергеевич. Срочное сообщение.

Он посмотрел на неё. Блондинка, и этим все сказано. Внучка какого-то генерала. Фигура, мордашка, мозгов – ноль. Идеальная жена толстосума или генерала.

– Я просил не беспокоить.

– Срочно. Избита Эбет. Сейчас в больнице.

– Спасибо. Идите.

«А у неё что-то есть в голове. Надо поставить сотрудника у палаты. А лучше группу. ОН не пройдет мимо такого».

ОНА очнулась в больнице. Голова болела, рука в гипсе, один глаз заплыл, лицо перевязано. Что было? Они вернулись из Японии. На следующий день ОНА была в редакции. Договорилась о поездке журналиста с оператором в Колумбию, на стройку, скинула нужную информацию Донне Хуаните. Вечером ЕЙ позвонила девушка и сказала, что хочет встретиться в парке по ЕЁ богу о злоупотреблениях силовиков. Прийти боится. Информация на бумаге. ОНА вышла. Дура, попалась в простенькую ловушку. Встречали человек 10-12. Били сильно, но чтобы не убить. Узнала одного, ЕЁ бывший, Сергей. Узнала по голосу и манере говорить. Он тоже ЕЁ узнал. Отняли телефон, спрашивали о ноутбуке. Больше ОНА ни чего не помнила. Сколько ОНА без сознания? Кто ЕЁ заказал? К НЕЙ все равно придут. ОНА спросит.

Второй день в больнице. Слабость, постоянно хочется пить. Врач говорит – внутренних повреждений нет. Сломано несколько пальцев, разбиты нос, губа, контузия глаза, на лице рана. Не считая ушибов по всему телу. Была Маргарита, сама ведет это дело. Ирина с Корнеем, Наташа с Михаилом. Дядя Вася – 2 раза в день. Елена – 3 – 4 раза в день говорит с докторами. Сегодня Маргарита сказала, что это дело рук банды «Копченого». Ещё тот отморозок. На них много висит. Его банда в глубине Руин – части города, заброшенного и не заселенного после КАТАСТРОФЫ. Там правят банды. Полиция туда не суется, если только целой спецоперацией. Ради НЕЁ проводить ни чего не будут. Ирина шепнула ЕЙ, что «слила» это ЕМУ. ОН прислал смайлик.

Вечер. ОНА лежит в кровати. Капельница, тумбочка, 4 стула. Отдельная палата. По коридору ходит агент спецслужб. Послышался разговор, потом ругань, короткий вскрик. Дверь открылась, в палату въехал человек в инвалидной коляске.

– Молокосос. Решил связаться с боевым офицером. – прокричал он за дверь. – Извините, Оксана, что без приглашения. Меня зовут Антон. Я вас немного знаю.

– Где мы познакомились?

– Вы меня не знаете. Встречались в Йемене, когда вы так эффектно улетели. После гибели группы ЧВК нам приказали вас штурмовать. Были готовы вертолеты, я командовал группой захвата. Когда вы развернули все башни, я понял, что нам просто не прорваться и отменил штурм. Получил проблемы от командования.

– Можно сказать, пострадали от произвола власти.

– Можно и так сказать.

– А почему на коляске?

– Устроился в ЧВК «Юпитер». Нас послали в «горячую точку». Я подорвался на мине. Потерял ногу, повредил руку, глаз. Теперь инвалид.

– Но спеца уложили.

– Молокосос. Реакции никакой. Видно, что учился в «тепличных» условиях. Я прошел ни одну «горячую точку».

– Женаты?

– Да. Есть дочь. Что я теперь могу? Как их кормить буду?

– А что ЧВК?

– Компенсация. Хорошая, но это не пенсия, деньги на лечение уйдут. А вы как суда попали в таком виде?

– Банда «Копченого» помогла. Кому-то я дорогу перешла. А кому – не знаю. Знаю, что многим.

Вбежала медсестра.

– Вы что творите?! ЕЙ необходим покой. А вы?

– Сейчас, сейчас, девочка. Спасибо, что выслушали.

– Вы в какой палате?

– 32-й. До свидания.

– Приезжайте днем. Познакомлю с друзьями. Что нибудь придумаем.

Банда «Копченого» гуляла. Повод – день рождения «Торчка». Его все не любили, и, до этого, не особо праздновали, но сегодня босс сказал, что надо гульнуть. «Торчок» был наркоманом. После передозировки у него был поврежден мозг, и он считался недееспособным. Поэтому «Копченый» держал его. На него можно было свалить все. А банда его терпела, боялись «Копченого». Гуляли в здании бывшего супермаркета, в фойе, на первом этаже. Водка, закуска, наркотики. Сам главарь сидел в своем кабинете на пятом, верхнем, этаже. С балкона он хорошо видел свою банду. ««Гусь», «Хомяк» – уже нажрались, тискают девок. «Бык» не скоро напьется, здоровый, но тупой. «Крыса» – не напивается, хитрый, вертится около «Быка». С этой парочкой надо поосторожней. Где «Торчок»? пошел с девкой в нумера. С кем это? С «Малой». Так, а где «Стрела»?». Шаги на лестнице сбоку. Он повернулся, положив руку на рукоятку пистолета. Появилась «Стрела», его девушка, Эстелла.

– Ты почему здесь? Я сказал «Торчка» обслужить.

– Да я лучше с «Быком» пересплю. С «Малой» договорилась, на 5 бутылок водки, одну отдала.

Он зашел в свой кабинет. Она за ним, и закрыла дверь. Он прошелся рукой по её груди, плечу, шее, волосам. Схватил за волосы и вывернул голову.

– Ай, больно.

– Слишком ты много стала себе позволять. Хотя, молодец. Он мне тоже неприятен, но нужен. За дозу сделает что угодно. Дурак, мама при деньгах и власти.

Он отпустил её волосы.

– Если что, мы подставим, она отмажет. Утром возьмёшь 5 бутылок, отдашь «Малой».

– Я одну уже отдала.

– Возьмёшь 5 и отдашь. – сказал он раздраженно.

– Хорошо, хорошо, я поняла.

Она встала у стола, слегка раздвинув ноги. На ней была свободная маечка и свободная короткая юбка. Из всех «подруг» она задержалась у него дольше всего. Досталась как трофей от главаря одной из банд. Но она ему нравилась. Он был брезглив по вопросам месячных, а она была нимфоманка. Как-то он переспал с одной студенткой. Он – на выпускном курсе, она – первокурсница, «молодое мясо». Хорошо напоил, привел к себе. Она испачкала его, постель, матрац. От «Стрелы» была и другая польза. Она когда-то училась на медсестру, но вылетела, напоролась на принципиальную преподавательницу. Теперь в банде она исполняла роль врача. Кроме того она вела его бухгалтерию и была призом «особо отличившимся» бойцам, благо хотела она всегда.

По окну пробежала какая-то тень. Он подошел к окну. Ни чего не было видно. Далекие огни Москвы. Новой Москвы, восстановленной после КАТАСТРОФЫ. Редкие огни в их квартале. На перекрестке какая-то машина. Кто-то несчастный или глупый сунулся в этот квартал ночью.