- -
- 100%
- +
© Евгений Петров, 2021
ISBN 978-5-0051-5921-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
1
– Как ты не понимаешь, – голос Максима звучал до удивления резко, – Павел Вадимыч там совершенно один. Ему же помощь нужна… А Василий…
Юноша от волнения вскочил с кресла, на которое опустился было по прибытии домой. Отец его, Анатолий Максимович, криво усмехнулся, доставая из пачки сигарету. Неожиданно громко щелкнула зажигалка. Затлел огонек сигареты. Анатолий Максимович откинулся на спинку кресла. Ладонь его пригладила начинающие седеть волосы.
– Какой еще Павел Вадимыч? – раздраженно отозвался Анатолий Максимович, выпуская облачко сизого дыма, – И где это «там»?
– Ну, там, – Максим неопределенно махнул рукой, – Вадимыч меня несколько месяцев защищал в… древних джунглях.
Анатолий хлопнул крышкой глобуса-бара, вытаскивая бутылку BELL’S. Задребезжала по гладкой столешнице винтовая крышка бутылки. Забулькала, наливаемая в стакан жидкость. Мужчина медленно покачал бокал в руке, заставляя напиток омыть стенки сосуда.
– Джунгли? Какие джунгли? – отмахнулся, наконец, Анатолий.
– Я ж отсутствовал… – Максим остановился как вкопанный. – А, ну да…
– Разве ты все это время не у матери околачивался? Хотя четверть ты благополучно закончил, – Анатолий глотнул виски, – а дальше – к лету получишь аттестат, и… свободен…
Палец Максима машинально провел по давно зарубцевавшемуся шраму. Юноша шагнул вперед и остановился возле окна. Взгляд, брошенный на околодомную парковку, выцепил отцовский Jeep. В голове возникла вполне ожидаемая для него самого мысль.
– Да, па, – Максим отвернулся от окна и решительно подошел к отцу, – одолжи мне машину на время…
– На хрена? – Анатолий Максимович шумно поставил бокал на стол.
– К Василию Сергеевичу съезжу, – нехотя отозвался юноша, – вдруг он сможет…
– Что-то я тебя совсем не понимаю. Ты, то требуешь уволить этого самого Сергеевича, то сам к нему едешь. Крайне нелогично… И, потом, ты ж вроде еще вчера…
– Так дашь машину?
– Я подумаю, – буркнул Анатолий, наполняя очередной бокал, – а впрочем, может, ты у мужа матери попросишь…
– У него? И не подумаю… Уж лучше бы ты…
Максим выжидающе посмотрел на отца, вальяжно развалившегося в кресле. Сизый дымок сигареты медленно уплывал под потолок. Юноша тоскливо взглянул на проплывающие за окном облака. Цветущие ветви черемухи царапнули по стеклу, сопровождая движением резкий порыв ветра. Максим вернулся к окну.
С легким скрипом повернулась ручка. Солнечным зайчиком мелькнул по комнате блик от оконных стекол. Черемуховый аромат наполнил помещение, смешавшись с табачным запахом.
Максима передернуло.
– Что с тобой? – удивленно проговорил Анатолий Максимович, – чего это тебя так перекособенило?
– Не курил бы ты, па, – хмуро отозвался Максим, демонстративно отмахивая от лица дым.
– А чего? Ты ж вроде и сам…
– Бросил я… – отмахнулся юноша.
– О… как! И с какого это перепугу?
– В джунглях отучился.
– Надо же «в джунглях», – бросил Анатолий, затушив сигарету о хрустальную пепельницу, – ты уж в который раз о них вспоминаешь. Может и впрямь летом свозить тебя куда-нибудь, где есть эти самые джунгли?
– Да, мы никак не сможем туда попасть, – раздраженно проговорил Максим.
– Это почему же?
Ответа Анатолий не дождался. Резкий звонок телефона прервал затянувшийся бесполезный разговор.
Анатолий подхватил трубу мобильника и стремительно вышел из гостиной. О чем он мог говорить Максим даже и не пытался прислушиваться. Мало ли какие дела приходилось решать отцу.
– На автобусе доедешь, – бросил отец, покидая комнату.
Юноша вышел на балкон. Внизу отполированной эмалью под солнцем ярко сверкал автомобиль. Максим с силой ударил кулаком в подоконник.
Скрипнула, сверкнув стеклами, балконная дверь. Прошлепали по ламинату подошвы домашних тапок. Прошелестела надеваемая обувь. Щелкнул замок. Отозвались на шаги юноши ступени лестницы. Хлопнула дверь подъезда.
Двор ослепил Максима ярким солнечным блеском. Прищурившись, юноша обернулся. Окна квартиры ответили ему стекольным сверканием. Максиму почему-то вдруг показалось, что отец провожает его задумчивым взглядом.
Досадливо покосившись на сверкающий отцовский внедорожник, Максим сплюнул и решительно направился в сторону автобусной остановки…
***
– Снова ты? – удивленно протянул Василий Сергеевич, пропуская Максима в квартиру.
Юноша неуверенно огляделся. Он, хоть совсем недавно посещал бывшего учителя, но в комнату в прошлый раз все-таки далеко в комнату не проходил.
– Чего остолбенел? – с легкой усмешкой Сибур протолкнул неожиданного гостя вперед.
Взгляд юноши рассеянно скользил по развешенной на стенах коллекции холодного оружия.
– Т-так вот оно как, – протянул Максим.
– Ты про что?
– Да к-как же? Ведь т-ты… – на мгновение юноша запнулся, поправился, – вы именно благодаря вот этому самому, – он обвел рукой, – т-тогда…
– Господи! – отмахнулся Василий, – я уж и забыл…
– Т-так те… в-вас же…
– Чего бы это ты вдруг заикаться стал? Как-то не замечал за тобой подобного…
– Да, за это время столько всего случилось, – через силу выдавил Максим.
– Ты говорил, – насмешливо перебил учитель, – что владычица Иш-Сак-Кук отправила тебя обратно. Но, что это значило, ты так и не смог объяснить.
Василий Сергеевич широким жестом указал на ближайшее кресло.
Юноша тяжело рухнул на мягкое сиденье.
Учитель шагнул к балкону. Вжикнули кольца гардины, отодвигая штору. Звякнули стекла открываемых балконных дверей. Наполненный звуками города воздух ворвался в комнату. Качнулись ветви растущих вблизи деревьев. Шевельнулись от легкого ветерка нити кистей темляков. Послышался многоголосый хриплый вороний грай. На мгновение птичья стая заслонила солнечный свет. Заглянуло в окно освободившееся солнце. Проскользнул вдоль полированных клинков игривый солнечный зайчик.
– Странно другое, – продолжил Василий Сергеевич, обернувшись к Максиму, – я слышу имя этой женщины уже не в первый раз…
– Не в первый?
– Са… Александра Юрьевна тоже упоминала о ней. Насколько я помню…
– Она – правительница древнего города майя… Лакам-Ха, – запальчиво прервал Максим, – она… Верховный Жрец… Собрался казнить Вади… Павла Вадимыча. Нам… надо как-то спасать его.
– При чем тут Павел?
– Так он же там, – Максим неопределенно махнул рукой.
– Там?
– Ну, в Лакам-Ха. Они его называют… Кинич… Ханаб Пакаль…
– Не может быть, – воскликнул Василий Сергеевич, бросившись к стеллажу с бумагами.
На стол хлопнулась внушительная стопка листов бумаги. Зашелестели переворачиваемые страницы. Мелькали изображения в стиле майя.
– Вот! – ладонь Василия Сергеевича словно припечатала один из листов к столешнице, – смотри… а ведь и правда похож…
Но Максим удивленно смотрел совсем на другое изображение. Перед ним лежала фотография с серой каменной овальной личиной.
– Что это? – потрясенно произнес юноша.
– Это? – пожал плечами Сибур, – это находка из одного из могильников. Предположительно, как считают некоторые исследователи, это изображение кого-то из римских императоров. Сарматы могли использовать его как конское украшение…
– Насчет украшения ничего сказать не могу, но это, – Максим ткнул пальцем в изображение, – портрет Иш-Сак-Кук…
2
Александра Юрьевна снова отправилась к Валентине.
– Зачем пришла? – неприветливо встретила ее колдунья, загораживая вход.
Хлопнула закрываемая дверь.
– Помогите мне, – жалобно произнесла молодая учительница.
– Чем?
В глазах колдуньи появилось нечто неопределенное. Александра невольно отступила на шаг.
– Но ведь это именно вы, – пролепетала она.
– Мы уже выясняли это, – холодно прервала Валентина, – Я ничем не могу помочь? Тем более, что, – на мгновение она запнулась, – тут замешены более значительные силы…
– Какие еще силы? – на глаза Александры сами собой навернулись слезы.
«Стоило мне познакомиться, как…»
Додумать она не успела.
– Видишь ли девушка, – тон Валентины неожиданно смягчился, – твоему избраннику предстоит великая судьба. Ему предназначено стать одним из величайших правителей…
– Но почему именно он? – не сдержавшись, перебила девушка.
На лицо Валентины набежала тень.
– Проходи…
Колдунья посторонилась, пропуская Александру. Дверь словно сама собой отворилась.
Александра Юрьевна прошла небольшим коридором прихожей в просторную комнату. Александра удивленно огляделась.
И как в прошлый раз она этого не заметила? Со всех сторон женщину окружали предметы, принадлежащие к какой-то доколумбовой цивилизации… Но какой именно… Пришлось учительнице пожалеть, что при учебе она не уделяла должного внимания отличительным чертам каждого из древних народов. Девушка осторожно прикоснулась к единственному изделию, явно современного вида – головному убору североамериканских индейцев.
– В незапамятное время, – начала рассказ колдунья, устраиваясь в кресле напротив небольшого столика, – у правительницы Иш-Сак-Кук родился сын, которого назвали К’инич-Ханааб…
Александра устало опустилась в соседнее кресло.
– И что?
– Когда мальчику исполнилось восемь лет, – глухо продолжила Валентина с еле скрываемой горечью, – на Лакам-Ха напали войска Канульского царства. С трудом удалось выжить только самой правительнице Иш-Сак-Кук…
– А ребенок? – взволнованно прервала Александра.
– Погиб…
Валентина скорбно опустила голову. Александре показалось, что на ее глазах появились слезы.
– А ведь он должен был стать могущественным владыкой всего Бакульского царства…
Яркий солнечный день тут же словно померк в глазах Александры. Девушка потерянно оглядела ставшую невыносимо мутной комнату.
– Правительница Иш-Сак-Кук решила скрыть от всех гибель мальчика. Она нашла раба, отдаленно похожего на погибшего ребенка. И привела его к власти, став регентшей при нем. Прошло почти пятнадцать лет. Подросший двойник К’инич-Ханааб а вдруг перестал удовлетворять требованиям владычицы…
Валентина замолчала. Она легко поднялась с кресла. Женщина скрылась на кухне.
Александра услышала бряк. Девушка обошла помещение. Лица древних правителей, на копиях барельефов провожали ее заинтересованными взглядами.
Валентина снова появилась в комнате с двумя чашечками какао.
– С помощью Верховного Жреца Лакам-Сака звездочеты и колдуны отыскали наиболее подходящего человека…
– И им оказался Павел?
Валентина задумчиво отпила темный напиток.
– Павел или другой мальчишка… Максим.
Александра остановилась напротив колдуньи. Чашечка с какао с негромким стуком опустилась на блюдце.
– Максим недавно вернулся…
За окном колыхались деревья с покрытыми молодой листвой ветвями. Солнце ослепительно отражалось в стеклах стоящей напротив высотки. Редкие полупрозрачные облачка медленно проплывали в светло-голубом небе. На видневшемся в просвете между домами горизонте постепенно разгоралась малиновая вечерняя зорька.
«Завтра будет ясная солнечная погода», – почему-то подумала девушка.
– Получается, что Пакалем стал именно твой Павел, – невозмутимо произнесла колдунья, отпивая очередной глоток, – тогда ему уже не вернуться в это время…
– Но тогда…
Александра Юрьевна склонила голову в ладони.
– Решайся, – прошелестели за окном ветви…
– Смелей, – пропела невидимая птица.
Девушка решительно взглянула на Валентину.
– Тогда отправь меня туда же!
– Ты уверена?
– Да!
Валентина простерла руку в направлении Александры:
– Изцэс, мякр, а бюцим рэд
Юзд обтрон фестедз эну
Шисм звалех о чит тофэд
Флак му зтифод уэш ону!
По комнате протянулся густой зеленоватый туман…
***
Девушка оказалась в просторном помещении с нештукатуренными каменными стенами. Яркие краски покрывали поверхность многочисленных рельефов. Что-то определенно знакомое виделось в красочных изображениях.
Александра осторожно подошла к стене. Каменные плиты пола холодили ступни даже сквозь туфли. Пальцы девушки бережно провели по отдаленно напоминающему геральдическое панно рельефу. Человек в пятнистой шкуре, курящий нечто вроде сигареты с соседнего барельефа, укоризненно посмотрел на молодую учительницу.
Колыхнулся полог входа. В проеме показался массивный пузатый человек, завернутый в пятнистую шкуру.
Девушка испуганно отшатнулась.
Однако человек, не произнеся ни слова, удалился.
На некоторое время Александра осталась одна.
Она медленно направилась к входу. Что-то до боли знакомое вертелось в голове девушки. Какое-то название из обязательной программы для зачета по археологии. Но что?
– Это дворец правительницы Иш-Сак-Кук, – знакомый голос заставил девушку вздрогнуть.
В помещении появилась фигура властной женщины в несколько странном одеянии. Девушка не сразу узнала в ней женщину, с которой только что разговаривала в другом мире и в другом времени.
– In k’àaba’ Ix-Sak-K’uk’- проговорила она, – Меня зовут Иш-Сак-Кук. Я – правительница Лакам-Ха.
– А я…
– Теперь тебя будут звать Иш Цакбу-Ахав. Ты родом из города Хуштекух.
– Иш …Цак… бу… – с трудом выговорила девушка.
– Тебе нужно срочно изучить язык, – жестко прервала ее Иш-Сак-Кук, – К’инич-Ханааб поможет тебе.
Раздались еле слышные звуки шагов на каменных плитах за входным пологом.
Александра напряглась в ожидании. В помещение вошел статный воин.
– Пашка! – ахнула девушка.
Пакаль поспешил к ней, заключив ее в объятия.
– Сашенька! Сашенька! – повторял он.
Правительница Лакам-Ха незаметно выскользнула из комнаты.
– Она сказала, – прерывающимся голосом произнесла Александра Юрьевна, – что меня теперь зовут Иш Цакбу-Ахав…
– Я буду звать тебя Иш Цак…
3
Постепенно приближалось время ЕГЭ. Надо бы упорней взяться за подготовку к итоговой аттестации. По крайней мере так полагали учителя и родители. Максим же совершенно забросил занятия. Юноша отдалился даже от Николая Кротова и от других приятелей.
Теперь много времени Максим проводил с Василием Сергеевичем в поисках решения для помощи Павлу Вадимовичу. Оба они перерывали огромное количество материала по истории и быту древней цивилизации майя.
– Нет, Максим, – проговорил Сибур, отстраняясь от монитора, – таким образом мы не справимся…
– Что же делать?
– Понимаешь, – учитель ткнул пальцем в экран, – все это может совершенно не соответствовать истинному положению вещей.
– Это как? – Максим недоуменно уставился на него, – Это же написали ученые… Они должны же знать…
– Мали ли что они там понаписали, – отмахнулся Василий Сергеевич, – никто из них не имел и не имеет ни малейшего представления о жизни майя конкретно в тот период.
– Но… – Максим ошарашено опустился на стул.
– Большинство этих, так называемых сведений, просто никак не могут быть достоверными. Они не опираются на реальные факты, а лишь воспроизводят обычные умозаключения и известную долю фантазии…
***
Изучение языка, на удивление, проходило достаточно легко. Иш Цак довольно быстро усвоила разговорный язык. А вот с письменность возникли определенные проблемы…
K’INICH-JANAAB PAKALA – старательно выводила девушка.
– По-моему так, – проговорила она, критически оглядывая написанное.
– Похоже, – похвалил Пакаль, заглядывая через плечо Александры, – на один из вариантов написания моего имени. Кстати, а почему ты не пытаешь изобразить свое имя?
Он отошел в сторону. Рука ухватила древко копья. Пальцы погладили износившуюся ременную обмотку.
«Надо бы подновить».
Молодой правитель вытащил пучок ремней и принялся старательно крепить узкие полоски под наконечником.
– А что если нам открыть школу для всех детей города, – задумчиво проговорила Иш Цак, перебирая листы с иероглифами, – Может, стоит…
– Может, – машинально отозвался Пакаль, накладывая очередной слой ремней на древко копья.
– Ты меня совсем не слушаешь, – укоризненно бросила Иш Цак, поднимаясь.
– Тяжело будет использовать оружие в бою, если ремень прорвется, – пробормотал Пакаль еле слышно, – а от этого зависит исход возможного поединка.
– Это как?
– Оружие противника при парировании останавливается на обмотке и не скользит по древку, – терпеливо пояснил воин, – и я знаю, в каком месте оно будет находиться…
Он отложил копье в сторону. Подошел ближе к девушке.
– А твоя идея о школе мне определенно нравится, – сказал Пакаль, – сплошные плюсы…
– Ну, да: и навыки учительские пригодятся, и сама лучше запомню… Только, – она задумалась, – нужно подготовить какую-то базу…
Пакаль принялся мерить комнату шагами. Неожиданно молодой человек остановился перед искусным барельефом. Ладонь погладила резные иероглифы каменного изображения. Неуловимым хвостиком мелькнула в голове быстрая мысль. Пакаль постарался ухватиться за эту ускользающую идею. Хвостик неуклонно выскальзывал. Ноготь поскоблил шершавый камень. Посыпались на пол мелкие чешуйки краски.
Еще немного – и…
Вот она!
Воин, изображенный на барельефе, одобрительно взглянул на молодого Бакульского правителя…
– А знаешь, – вдруг встрепенулся Пакаль, вновь подходя к девушке, – Я придумал! А что если использовать для этой цели подписи к картинкам. Только вот, – он помрачнел, – одна загвоздка…
– Загвоздка?
– Каналь-Кан никогда не согласится. А он как-никак Верховный жрец города.
– А если обойти его?
Пакаль остановился в задумчивости. Ладонь запуталась пальцами в густых волосах.
– Точно, – молодой человек подхватил копье и стремительно направился к выходу, – я найду, кто нам поможет.
Иш Цак успела услышать, как подошвы сандалий прошлепали по ступеням лестницы. На короткое мгновение в помещение ворвался шум города. Резким треском донеслись до девушки звуки сталкивающихся палок. Снова во внутреннем дворе огромного, по здешним меркам, здания шла тренировка воинов…
Пакаль спустился во двор. Жаркое солнце обожгло его плечи. взметнулись под ногами молодого человека легкие пылевые бурунчики. Пакаль нахмурился.
«Непорядок! Площадка должна быть тщательно подметена».
Древко копья негромко ударило в камень.
Резкая команда Ах-Холома, и бойцы тут же внезапно прекратили тренировку.
– Приветствую тебя, владыка К’инич-Ханааб! – с достоинством поклонился мастер боевых искусств, – Не желаешь ли присоединиться?
– У меня есть одна мысль, – доверительно произнес Пакаль, – Помоги…
– Чем?
– Сейчас объясню…
Пакаль задумчиво оглядел собравшихся бойцов. Со всех сторон он встретил внимательные взгляды невольных слушателей. Рука его сделала неопределенный жест, имитируя удар мечом.
– Ха! – шумно выдохнул молодой человек, приступая к обязательному комплексу упражнений.
Он взмахнул копьем, прокручивая древко в руках. Легкое жужжание рассекаемого древком воздуха на мгновение перекрыл глухие звуки города.
Ах-Холом с интересом наблюдал за действиями молодого правителя.
Словно небольшой вихрь прокатился по площадке. Удары рук и ног, пересекаемые сверкающими молниями черного полированного наконечника, мелькали в воздухе.
– Присоединяйся, – предложил Пакаль одному из обучающихся боевым искусствам, – Выйдешь против меня. Посмотрим, чему вы научились.
Молодой человек отставил копье в сторону, заменив его специальным тренировочным шестом.
Ах-Холом укоризненно покачал головой.
– Только настоящее столкновение с опасностью может подготовить искусного воина, – пробормотал он еле слышно.
Однако Пакаль услышал. Он неопределенно пожал плечами, выходя в центр двора.
Завязался стремительный поединок. Сложные зигзаги вычерчивали замысловатые узоры. Резкий треск сталкивающих шестов звучно раздавался над тренировочной площадкой.
Быстрое обводящее движение, конец шеста в глубоком выпаде устремился в грудь противника. Юноша отскочил в сторону, пропуская деревянное оружие мимо себя. Резкий разворот – и Пакаль провел новую атаку. Шест понесся для горизонтального удара по голове. Противник отчаянно отмахнулся, загораживаясь шестом.
Древки столкнулись. Последовала серия стремительных ударов. Противник Пакаля лихорадочно отступал под таким бурным натиском. Сложилось впечатление, что он отбивается просто случайно.
Пакаль взмахнул шестом. Противник выставил оружие навстречу.
Слегка усмехнувшись, молодой Бакульский правитель мгновенно изменил направление удара. Древко резко ударило по ногам, опрокидывая незадачливого бойца…
Ах-Холом досадливо махнул рукой.
– Он еще не готов, – произнес мастер боевых искусств, – посмотришь другого?
– Нет.– Пакаль взял его под руку, отводя в сторону.
Озадаченный Ах-Холом последовал за молодым человеком.
– Вот я и предлагаю, – продолжил Пакаль, – зарисовать все приемы на листах для письма. И тогда…
– Все движения окажутся для всех одинаковыми, – моментально ухватил мысль мастер…
– Осталось найти того, кто смог бы сделать эти рисунки…
– Я могу, – подол голос только что поверженный противник Пакаля, – я собирался когда-то идти в ученики к жрецам.
– Добро! Вот и займешься этим. Кстати, как тебя зовут?
– Я – Келем, – коротко представился будущий художник.
– Так вот, Келем, – доверительно проговорил Пакаль, положив руку на его плечо, – у меня к тебе будет еще одна просьба, но… ладно, там узнаешь. Пошли.
Боец-художник удивленно прошествовал следом за молодым правителем.
Прозвучали их шаги по каменной лестнице.
– Продолжайте занятия, – обернулся Пакаль с верхней ступеньки…
4
Иш Цак рассеянно перебирала приготовленные для занятий листы своеобразной бумаги.
Возле ступеней входа в здание, подобранного Пакалем под школу, робко толпилась небольшая стайка ребятишек. Ученики Ах-Холома с интересом наблюдали за ребятней с верхней площадки здания. Келем единственный из всех бойцов медленно прокручивал в перепачканных краской руках тренировочный шест.
Один из мальчишек тряхнул головой, так что с волос веером полетели брызги, украдкой оглянувшись, поспешил вперед. Босые ноги прошлепали по ступеням, оставляя влажные следы. Мальчик остановился возле Келема.
– Дай! – попросил он, протягивая руку.
Вместо ответа боец отшатнулся назад.
– Ну, чего тебе, Келем, жалко что ли?
Келем крепко схватил мальчишку за длинные мокрые волосы.
– Опять у водопада купался? – строго проговорил боец-художник, слегка встряхивая младшего брата.
– Да, ладно тебе, – отмахнулся мальчик, – ничего же не случилось…
– Дядя Келем, мы с Ах-Яшуном вместе купались, – подскочил к ним еще один парнишка.
– Помолчи, Хун-Пек, – строго перебил его Келем.
В проеме одного из входов появилась фигура Пакаля. Некоторое время он молчаливо стоял, привалившись к каменному косяку.
– Что там случилось? – присоединилась к Пакалю Иш Цак, – Почему ученики не заходят?
Звук ее голоса заставил Ах-Холома критично взглянуть на своих подопечных. Привлекая внимание бойцов, мастер боевых искусств хлопнул в ладоши. Бойцы нестройной группой двинулись через анфиладу зданий во внутренний двор.
Пакаль поспешил следом.
– У меня возник новый проект, – проговорил он, догоняя Ах-Холома.
Мастер удивленно обернулся к молодому правителю.
– Слушаю тебя, владыка К’инич-Ханааб.
Пакаль ухватил собеседника под локоть. Ах-Холом дернул рукой в надежде освободиться от крепкого захвата.
– Из твоих бойцов я предлагаю создать особый отряд воинов.
– Особый отряд?
Хун-Пек проводив взглядом воинов Ах-Холома, растерянно крутил головой.
– А я? – вопрос мальчишки неожиданно прозвучал на редкость жалостливо.
Иш Цак ободряюще положила ему на плечо руку. Свежий ветер шевельнул волосы девушки. Шелохнулись широкие листья расположенных рядом высоких растений.
– А где твой приятель? – удивленно спросила Иш Цак.
– Я здесь! – из дверного проема выглянула виноватая рожица Ах-Яшуна, – я… я услышал…
– Все поднимайтесь сюда, – решительно пригласила Иш Цак собравшимся внизу ребятишкам, – Живо!
Словно горсть камешков рассыпалась по плитам ступеней, когда многочисленные босые ноги протопали наверх.
В невообразимо голубых безоблачных небесах хрипло прокричала неведомая птица.
– Священный кетсаль приветствовал тебя, – потрясенно пробормотал кто-то из ребячьей компании.