«Любимые, ждите! Я вернусь…». Фронтовые письма 1941–1945 гг.

Память Великой Победы

Издание осуществлено при поддержке Российского государственного архива

социально-политической истории

© Петрова Н.К., составление, 2024

© ООО «Издательство «Вече», 2024

Предисловие

В истории каждого народа есть события, которые оставляют неизгладимый след в его памяти, глубокой болью отзываясь в миллионах человеческих сердец. Таким событием для народов Советского Союза, а в настоящее время для народов Российской Федерации является Великая Отечественная война 1941–1945 гг. Это была война, когда на карту были поставлены свобода и независимость Отчизны, и слишком большие жертвы пришлось принести народу во имя разгрома врага, чтобы память о ней могла с годами покрыться архивной пылью.

Для советских людей война длилась 1418 дней и ночей и была серьезным испытанием для всех: воинов, тружеников, детей и стариков. Это была кровопролитная и жестокая война. Потребовалось колоссальное напряжение всех сил нашего государства, чтобы сначала остановить, а затем разгромить военную машину врага. Подвиг советского народа в Великой Отечественной войне велик и бессмертен. Победа советскому народу досталась дорогой ценой —26,6 млн человек погибли в этой войне, из них почти две трети – мирное население, уничтоженное самым чудовищным способом[1]. И об этом надо помнить в настоящее время.

Месяц за месяцем, год за годом отдаляют наше общество от событий Великой Отечественной войны. Уходит в вечность поколение, которое внесло решающий вклад в разгром фашизма. Десятилетия отделяют нас от Победы над германским фашизмом. Семьдесят с лишним лет, непростых лет, наполненных радостями и горестями, творческими удачами и нереализованными планами. Но всегда, все эти годы чувство гордости за Победу Советского Союза, советского народа над германским фашизмом было с нами, с народами не только великой России, но и всего многонационального Советского Союза. Мы говорим сегодня о значении Великой Победы той страны, которой в настоящий момент уже нет. Но об этой стране, об СССР, о ее решающем вкладе в разгром германского фашизма свыше 70 лет спорят, пишут научные исследования авторы многих стран мира, с определенной мерой объективности и субъективности, иногда не лишенные стремления любыми средствами отстоять престиж своих стран. Предполагали ли мы, что будет такой интерес к истории Второй мировой войны вообще и к истории Великой Отечественной войны в частности? Да, предполагали. В ноябре 1946 г., выступая на торжественном собрании коллектива работников Советского информационного бюро и антифашистских комитетов в СССР, заместитель министра иностранных дел С.А. Лозовский высказал мнение, что для современников прошедшей войны и для будущих поколений самым главным вопросом будет: «Где черпал наш народ силы для того, чтобы противостоять гигантской военной гитлеровской машине, каким образом удалось вызвать к жизни те огромные народные силы, которые, в конце концов, сломили эту совершенную военную гитлеровскую машину, так называемую непобедимую гитлеровскую армию»[2]. С.А. Лозовский оказался прав.

Великая Отечественная война была и остается предметом пристального внимания историков, публицистов, писателей, художников и литераторов, самых широких слоев общества. За прошедшие десятилетия о ней написано едва ли не больше, чем о любом другом событии нашей истории. Опубликованы солидные монографии и газетные статьи, защищены диссертации, в которых рассматриваются как общие, так и частные проблемы истории войны. Изданы брошюры, очерки, мемуары ее участников от маршалов до рядовых, справочные и статистические издания, сотни и тысячи художественных произведений разных жанров. Все они были направлены на то, чтобы рассмотреть, понять ту или иную проблему войны, ее стратегические, оперативные, тактические, политические и нравственные аспекты.

И вместе с тем все это, как и обилие доступных источников, не может удовлетворить острую потребность общества глубже понять и осмыслить уроки Великой Отечественной войны. Не только потому, что она оставила неизгладимый след в жизни страны и истории, но и потому, что о ней сказано еще не все, и, надо признать, что не все страницы ее летописи, пропахшие порохом и кровью, написаны честно и прямо. К сожалению, в некоторые годы «переходного периода» проблема закономерности победы СССР вообще замалчивалась, просматривалось стремление к политизации истории войны, и многие явления и события оценивались вне контекста времени 1941–1945 гг.

На перекрестке критических воззрений о причинах победы «выстоял» нравственно-патриотический фактор – единство народа, сплотившегося перед общей бедой, перед смертельной опасностью для Отчизны. Воюющий народ проявил (вопреки всем невзгодам времени) редкое сплочение духа перед угрозой порабощения. Несомненно, отмеченный фактор определил нашу Победу, и его следует поставить на первое место в ряду других.

В ходе войны нравственно-патриотический настрой советского народа-воина шел по нарастающей. С одной стороны – в силу более глубокого осознания опасности для Родины, а с другой – по мере включения новых форм жизненных отношений, общения, связей, фронтовой спайки людей, то есть качеств коллективизма. Проявилась особенно яркая сторона содружества людей – высокая человеческая надежность, стремление прийти на помощь, что всегда отличало россиянина. История войны сохранила тысячи фактов, когда наши воины, пробиваясь из окружения или выходя из других сложных обстоятельств неудачного боя, выносили на шинелях и плащ-палатках своих тяжело раненных товарищей, у которых уже не оставалось сил жить. Живые сами подвергались смертельной опасности в этой ситуации, но не бросали своих умирающих товарищей.

Стремление каждого поколения взглянуть на историю Отечества с высоты новых знаний – желание естественное и похвальное, поскольку переосмысление минувшего приводит к более глубокому его постижению и приближению к истине. Однако, как показывает российская практика последнего десятилетия ХХ века, да и начало XXI века, гармоничным этот процесс назвать никак нельзя. Вольное толкование прошлого не только не проясняет исторической истины, но и искажает ее.

Особенно сильно пострадала от этого произвола история Великой Отечественной войны. Предвзятая редакция героической летописи нанесла и наносит ущерб не только науке. Беспринципность разрушает сознание общества, деформирует воспитательный процесс, вносит искажения в нашу историческую память. Но начало XXI века свидетельствует о повышенном интересе научной общественности к проблемам Великой Отечественной войны со стороны историков и политологов. На государственном уровне остро поставлена задача: знать Героев войны и свято хранить и помнить о подвиге народа в борьбе с фашистскими захватчиками.

Да, мы должны помнить войну, объективно и всесторонне освещать все события, связанные с ней. К сожалению, мифы, которые сопровождают войну, все еще существуют. Большую путаницу вносила и вносит погоня за сенсацией.

Однако следует отметить, что в годы войны, когда Советский Союз вел титаническую борьбу с огромной военной машиной гитлеровской Германии и ее союзников, руководители Англии и США охотно признавали его главную роль. Похвалами в адрес СССР руководители этих стран прикрывали от общественного мнения не только невыполнение своего союзнического долга, но и стремились поощрять Советский Союз к максимальному напряжению его сил. Но к концу Второй мировой войны эти оценки были отброшены. Появились суждения совсем другого рода. В первую очередь о решающей роли США в завоевании Победы над блоком агрессоров. Одним из редких исключений, пожалуй, является книга Александра Верта «Россия в войне 1941–1945», вышедшая двумя изданиями в США в 1964 и 1965 гг. и почти одновременно в Англии, во Франции, в ФРГ и ряде других стран. Эта книга, как считал А. Верт, не являлась «официальной историей войны». Он назвал свой труд «человеческой историей» и главное внимание уделял советскому народу, так как «именно советский народ вынес на себе основную тяжесть Второй мировой войны; именно он потерял в ней 20 миллионов людей». «Надо напомнить об этом Западу – ведь у многих там память коротка…» Эти слова из «Предисловия к русскому изданию». Они были написаны в 1966 г. В это же время исследователи и авторы мемуаров, выходивших на Западе, были «склонны затушевывать тот важный факт, что не кто иной, как русские», говоря словами Черчилля, сказанными 27 сентября 1944 г., «выпотрошили германскую армию». А. Верт, который с июля 1941 по 1946 г. включительно находился в Советском Союзе как корреспондент газеты «Санди таймс» и радиокомпании Би-би-си, был прав, называя Великую Отечественную войну «героической национальной войной 1941–1945 гг.», которая «остается хоть и самым страшным, но и самым гордым воспоминанием советского народа; это была война, которая при всех ее жертвах превратила СССР в величайшую державу Старого Света»[3].

Прошли десятилетия. Но перед каждым юбилеем Победы на Западе резко активизируются кампании за пересмотр итогов Второй мировой войны и в первую очередь – реального вклада Советского Союза в общее дело Победы. И это не в связи с непростой международной обстановкой в настоящее время. Напомним, что в канун 50‑летия открытия второго фронта, в июне 1994 г., президент США Клинтон, приглашенный на этот юбилей, заявил: «50 лет назад женщины и мужчины Америки спасли демократию в Европе и изменили курс истории мира»[4]. Президент США ни словом не обмолвился о решающем вкладе СССР в победу над фашизмом, о его огромных жертвах. В кампании ревизии итогов победы Второй мировой войны и Великой Отечественной войны участвуют и некоторые российские историки и журналисты.

Все это вызывает необходимость объективной оценки причин, хода и итогов Второй мировой войны, Великой Отечественной войны, в первую очередь. В своих мемуарах У. Черчилль писал, что «силы советского правительства, стойкость русского народа, неистощимые людские резервы, огромные размеры страны, суровая русская зима были теми факторами, которые, в конечном счете, сокрушили гитлеровские армии»[5]. И ставит точку, и ни слова о том, что Советский Союз смог осуществить великую освободительную миссию в Европе и Азии как социалистическое государство, располагавшее могучими факторами завоевания победы: политическими, экономическими и духовными.

СССР сыграл большую роль в создании антигитлеровской коалиции народов и правительств, которая способствовала победе над блоком фашистских государств. Но, говоря о Победе, мы не должны забывать о помощи союзников по ленд-лизу и об открытии второго фронта только 6 июня 1944 г.

Отечественную войну смог выиграть только советский народ, народ-патриот, доказавший всему миру свою волю и способность к борьбе с врагом. Подвиг народов нашей Родины в годы Великой Отечественной войны – это своеобразный исторический памятник силе человеческого духа. Задумаемся над словами известного русского философа Ивана Ильина, которого в наше время часто цитируют современные политические лидеры нашего государства: «Россия есть величина, которую никто не осилит, на которой все перессорятся…»[6]. Именно чувство единства стало источником моральной силы советских людей в борьбе с врагом. С развалом СССР получили распространение и иные взгляды. Из новых архивных документов извлекалось часто лишь то, что работало на конъюнктурные интересы средств массовой информации, фальсифицируя историю. Вне поля зрения исследователей истории Великой Отечественной войны оставались многие письма и дневниковые записи ее участников, которые существенно дополняли картину военных событий.

Источники личного происхождения, в первую очередь письма и дневники, продолжительное время были вне поля зрения архивов, а следовательно, и исследователей. Центральные государственные архивы СССР в 1950–1970 гг. не имели документов личного происхождения о Великой Отечественной войне, поступивших в результате целенаправленной собирательной работы архивов по этой тематике. Письма с фронта, как комплекс, находятся в Государственном архиве экономики, в фонде 261 Героя Советского Союза А.А. Штеменко и в фонде 376 контр-адмирала В.П. Боголепова, а также в РГАЛИ, в котором хранятся отдельные комплексы документов о войне. Это в первую очередь документы рядовых участников войны, собранные писателями или присланные им. Это то, что получило название «устной истории». Интересные письма времен Отечественной войны отложились в РГАСПИ, в материалах выставки «Комсомол в годы Великой Отечественной войны»[7], а также в архивах Владимирской, Московской, Ростовской областей, а так же г. Москвы. Материалы этих архивов пополнились документами рядовых участников войны и членов их семей в процессе поисковой операции «Фронтовое письмо» в 1980‑е гг. Преимущественно это солдатские письма и письма младших офицеров. В годы войны музеи практически первыми начали сбор личных документов фронтовиков. В связи с этим потребовались инструктивные и методические разработки для обеспечения поиска. В 1942 г. были уже подготовлены первые конкретные рекомендации по организации и проведению собирательной работы музеями и краеведческими организациями[8]. При этом было высказано мнение о том, что особое значение имеют документы, возникшие непосредственно в ходе события. Поэтому изучение массовых источников «может дать почти фактографическое, почти зеркальное изображение жизни, отношений, событий, в процессе которых возникли эти документы»[9]. Пособие по сбору документов личного происхождения ставило задачу «максимально полного сбора» материалов по истории войны и «ее эпохи» на территории ее края[10].

Впервые широко и официально вопрос о собирании всех материалов, в том числе и личных, освещающих период войны, был поставлен уже в июне 1943 г. на Всесоюзной конференции историков-архивистов.

Проблема сбора личных документов неоднократно обсуждалась в послевоенное время, было написано немало статей историков, которые рассматривали в качестве объекта исследования личные документы о Великой Отечественной войне, в частности фронтовые письма[11].

Фронтовые письма – это особые документы. Герой Советского Союза, генерал армии П.И. Батов считал, что «научившийся смотреть смерти в глаза не лжет и поэтому каждая строчка фронтового “треугольника” – искренняя. Нам и нашим потомкам эти строки, нередко оборванные пулей, многое открывают в психологии старших поколений»[12]. Те, кто писал их, не думали, что эти письма когда-нибудь увидят свет. Под свист пуль и осколков солдаты спешили поведать о своих мыслях и чувствах, желаниях и мечтах. Каждая строка «треугольника» была искренней. Многие из них остались неоконченными, оборванными пулей или осколком. Среди писем, которые сохранились, есть письма, написанные перед боем, но которые их авторы не успели отправить. Такие письма нередко бывали обнаружены в карманах гимнастерок погибших, и затем членами похоронных команд, как правило, были отправлены указанным адресатам. Одно из них, от 3 октября 1943 г., нашел в кармане убитого 18 октября при форсировании Днепра А. Гарбера боец Н.И. Мухин, который участвовал в захоронении погибших воинов. Письмо было адресовано жене и очень тонко передает и обстановку на поле боя и настроение автора письма. Вчитайтесь в его смысл: «Дорогая, любимая!.. Пишу тебе, сидя в окопе. В километре от меня течет могучий Днепр. Наши войска уже перешли его и бьют немцев на той стороне (километра 2 от меня). Не сегодня завтра мы то же перейдем на ту сторону и вступим в бой: погоним фрицев дальше на Запад. Вчера на парткомиссии я принят в члены ВКП(б). Постараюсь оправдать высокое доверие. Теперь фрицы кричат: “Гитлер капут! Война капут”. Другие времена – другие песни. Ох, кажется такая жара. Я лежу на дне окопа и пью, пью, и пью воду. А ночи здесь холодные. Очень много выпадает росы… Если долго не будет от меня писем, то пиши по этому адресу на имя Бориса… Целую… Ваш Саша»[13].

Среди писем погибших встречаются письма-завещания детям. А также письма-записки, написанные в последние минуты жизни с полным пониманием, что осталось жить несколько мгновений. И вот эти и многие другие фронтовые письма могут рассказать именно то, что не в состоянии рассказать официальные документы военных ведомств. Бесспорно, что письма фронтовиков представляют огромную духовную ценность.

Фронтовые письма обладают особым свойством – достоверностью и доверительностью, так как фронтовики знали войну изнутри. Они прошли через нее так же, как и она прошла через них, и строки сохранившихся писем как бы доносят до нас гул с полей войны и ликование по случаю Великой Победы. «Нить памяти соединяет нас, живущих и ушедших в единый народ, в единую историю. И поэтому продолжает жить вместе с нами не только известными всем героями, – писал участник войны В.В. Кангин, который прошел ее до Победы. – Биография каждого из нас – это микрочастичка истории. Каждый из нас несет в себе горизонты не только своей, но и будущей жизни»[14].

Каждый солдат и офицер, призванный в Красную армию, писал письма родным, близким или друзьям с определенной регулярностью. Одни часто, другие не очень. Даже те, у кого погибли или потерялись родные и близкие, все равно писали: письма-поиски, письма с предложением переписываться. Воины испытывали желание с кем-то делиться радостями и горестями, хотели, чтобы их ждали с войны. И это придавало им силы и большую уверенность в правоте своей борьбы. Не будем забывать, что большинство из тех, кто прислал письма-исповеди, были совсем молодыми людьми. Бесспорно, что это все знали, но на государственном уровне не было «отмашки» к сбору фронтовых писем.

В мае 1965 г. впервые в послевоенный период на конференции архивистов прозвучал тезис об организации сбора личных фондов наших современников с широким привлечением общественности. Необходимо отметить, что 1960–1970‑е гг. характеризуются активизацией поисковой работы молодежи и школьников по собиранию фронтовых документов личного происхождения.

Очевидно, что толчком к этому предложению послужили две акции по сбору писем о Великой Отечественной войне, которые прошли в 1961 г. и в 1965 г. В 1961 г. редакция газеты «Комсомольская правда» обратилась к своим читателям, участникам и свидетелям событий 1941–1945 гг.: «Дорогие друзья! Мы приглашаем тех, кто с оружием в руках сражался на фронтах с фашистской гадиной, тех, кто участвовал в обороне наших городов-героев, и тех, кто в тылу ковал победу над врагом, прислать в редакцию свои воспоминания О САМОМ ПАМЯТНОМ ДЛЯ ВАС ДНЕ ВОЙНЫ. Наиболее интересные рассказы будут опубликованы на страницах газеты»[15]. Далее шел адрес газеты.

Второй раз редакция в январе 1965 г. вновь обратилась к своим читателям, участникам войны: страна готовилась отмечать двадцатилетие со Дня Победы над фашистской Германией. Редакция просила: «Расскажите о самом ярком боевом эпизоде, оставшемся в вашей памяти. Напишите о человеке, который был и остается для Вас примером отваги и героизма. Огромный интерес представляют документы, дневники, записи времен войны, неопубликованные стихи и песни, письма с фронта и на фронт…Наиболее интересные… будут опубликованы… а затем изданы отдельной книжкой. Все документы будут переданы в Музей Советской Армии»[16]. К 1965 году прошло 20 лет с окончания войны. Это немало. Но даже самым старшим из основной массы участников войны было лишь немногим за 50 лет, когда они взялись за перо. Читатели откликнулись.

«…Я пишу впервые, – сообщал в своем письме бывший командир саперного взвода М.И. Костюченко, воевавший в Прибалтике, – и мне страшно хочется рассказать о тех юношах, которые были комсомольского возраста и погибли за нашу Советскую Родину в дни Великой Отечественной войны.

Не рассказать о них мы не имеем права, мы не выполним той клятвы, которую давали над их могилами…»[17]

Из поступавшей почты отбирали письма наиболее известных людей, тщательно редактировали и публиковали. Иногда редакция была настолько «тщательна», что от оригинала оставался только небольшой факт, адрес и фамилия автора. Все остальное было отшлифовано, переписано в редакции. Но авторы писем были рады и этому: потому что обозначились живыми и напомнили своим фронтовым друзьям, что они живы и помнят павших. Что касается обещания, что все письма будут изданы отдельной книгой, редколлегия не выполнила, и письма после 9 мая 1965 г. были отправлены в архив газеты. Спустя свыше 30 лет, следуя требованиям передачи материалов текущего хранения, в РГАСПИ было направлено около 2 тыс. писем, свыше 22 тыс. листов. Был создан Ф. М-98. Незначительная часть писем, полученных в ходе двух акций 1960‑х годов, была опубликована на страницах «Комсомольской правды» в 1961–1965 гг. Из архивного фонда, хранящегося уже в РГАСПИ, были отобраны документы по четырем проблемам: воспоминания о самом памятном дне в годы Великой Отечественной войны, о судьбах детей, о преступлениях фашизма и о вкладе женщин в Победу. Они были сформированы и вышли в свет четырьмя сборниками, в которые вошли письма, освещающие наименее известные события и их детали[18]. Эти письма написаны участниками Великой Отечественной войны, тружениками тыла, бывшими детьми, которые испытали все ужасы войны.

При подготовке к печати письма не редактировались, исправлялись лишь грамматические и орфографические ошибки. Отправляя свои воспоминания в редакцию газеты, участники войны как бы «снимали тяжесть с души» (как они сами писали), обратившись с письмами-воспоминаниями в уважаемую ими газету, стремясь зафиксировать, довести до сведения нужных «инстанций» свою боль, гордость за свои военные подвиги, давали самостоятельную оценку событий. Безыскусные воспоминания рядовых участников событий создают картину поистине народной войны, народных страданий и всенародного подвига. Они были написаны без оглядки на цензуру. В этом их преимущество перед более поздними мемуарами. Все присланные материалы – это как письма-исповеди. Они дают представление о том, как отразилась война на судьбах людей, с одной стороны. С другой стороны, они помогают в изучении такой фундаментальной проблемы, как «человек на войне». Содержание присланных воспоминаний очень четко позволяет воссоздать образ человека, который их писал. И сравнивая эти воспоминания с письмами, которые писали в 1941–1945 гг. с фронта домой, можно уловить разницу в возрасте, в характере, в отношении даже к самой войне. Для убедительности приведу два небольших отрывка из разных писем, разных фронтовиков. Вчитайтесь, пожалуйста, в их содержание.

Младший лейтенант запаса Е.А. Новоселов, вспоминая войну, писал в 1965 г., что он и его товарищи по оружию, когда шла война «были в таком возрасте, когда страшно беспокоит ответственность за будущее… когда ищешь смысл жизни. Но нашему поколению не было дано терзаться раздумьями. Шла война и каждый рвался на фронт. Мы были романтиками… и нам казалось, что подвиг, это что-то красивое, вдохновенное и творят его люди с удивительной легкостью, словно поют звучную песню»[19]. И другое письмо. Его автор – замполит танковой бригады, подполковник Доронин в августе 1943 г. в письме к жене писал: «…Война – это очень серьезная штучка. В тылу там совсем не так представляют войну…Боевая жизнь здорово изменяет все умонастроения, весь уклад жизни каждого человека… Человек всегда любит жизнь, а на войне любовь к жизни удесятеряется. Но любить жизнь – это не значит дрожать за жизнь. Смелый, мужественный воин и трус по-разному любит жизнь. Смелый воин любит жизнь и бьется за нее до последнего вздоха, трус дрожит за свою жизнь и погибает всегда скорее»[20].

Понимая, что далеко не все письма, которые хранились в домашних архивах, сданы в государственные архивы или музеи, понимая, что с каждым годом наша страна хоронит все больше людей, воевавших за Победу, а с ними уходят и неизвестные эпизоды прошедшей войны, в стране во второй половине 1970‑х активно обсуждались различные варианты, как собрать и сохранить фронтовые документы личного происхождения. Поэтому в конце 1970‑х в связи с приближающимися годовщинами 40‑летия начала Великой Отечественной войны в 1981 г. и 40‑летием Победы в 1985 г. по инициативе ЦК ВЛКСМ была задумана новая акция под названием «Фронтовое письмо». В 1980 г. ЦК ВЛКСМ совместно с редколлегией журнала «Юность» объявили массовую читательскую экспедицию под названием «Память» по сбору фронтовых писем периода Великой Отечественной войны. Это начинание получило широкий общественный отклик.