Баллада о кладбище

Баллада о кладбище

Верная подруга и уважаемый друг «банкирши» приехали в психоневрологический диспансер встречать пациентку. Накануне бывшая жена «Банкира» — Васса — послала подруге СМС: «Милая Вера! Выписывают. Встречай 10-го в 14 ч. вместе с Пилотом. Напомни ему про балладу... Жду только вас. Более встречать некому. Целую. Васса».

Бывший авиатехник, друг «банкирши» — Эдуард Пименович, которого Васса прозвала Пилот, познакомился с пациенткой три года назад в этом же диспансере. Контуженный на СВО доброволец ждал тогда приёма к неврологу. Знакомство Эдуарда и Вассы произошло просто и переросло в дружбу. Эдуард Пименович был знаком и с верной подругой Вассы Верой. В прошлом году он вместе с Верой встречал Вассу после реабилитации. Дружески общаясь с Вассой, Пименович многое знал о жизни обеих женщин и переживал за их судьбу.

Школьные подруги с юных лет и до сей поры дружат искренне и бескорыстно. В свои сорок девять обе в разводе. Обе отстояли в тяжбах с мужьями и детьми часть средств и толику недвижимости. Не стали терпеть рабские унижения и издевательства преступно богатеющих развратников, потерявших нравственную и половую ориентацию. Вера кое-как уладила отношения с детьми. Оставила им всё, что требовали, и спаслась от «дурдома», а Васса побывала. Тиран смог устроить жене лечение за неделю до решения судов о разводе и разделе. После принудительного ненужного лечения женщине потребовалось нужное — для восстановления здоровья. Свободная от мужа Вера настояла и устроила разведённой подруге реабилитацию в другом диспансере у надёжного врача. Но по прошествии полутора лет Вассе снова потребовалась реабилитация. Постоянные притязания детей из-за рубежа на недвижимость и средства (по наущению тирана) ухудшили состояние здоровья. Дети Вассы были недовольны решением судов. Не получили в полной мере всего, чего требовали. Сын, стесняясь «сумасшедшей матери», даже поменял фамилию.

В 12:30 дежурный у проходной объявил: «Ждите. Выпишут». Подруга и друг ждали, сидя на скамейке в тени под липами. У Веры был сосредоточенный вид. Пилот молчал.

— Баллада, о которой упомянула Васса, господин лётчик, при тебе? — спросила Вера.

— При мне, — ответил Пилот и погрузился в воспоминания. «Образованные женщины, — рассуждал он про себя. — Преподавали в старших классах... Одна историю, другая иностранный. Между собой и со знатоками свободно общаются на испанском и английском... Шекспира, Лопе де Вега декламируют в оригинале... Прекрасно выглядят... У каждой особая, не кричащая красота. Неунывающая Вера любит острое словцо... С незлобивой улыбкой поливает при случае иностранными острыми словечками действительность, нравы, ложь и так далее и тому подобное».

Русский мат, говаривала она, конечно, более полно выражает суть и смысл, чем иностранный, но мы с Вассой культурные особы, поэтому и кодируем речь. «Матушку Россию захлестнули волны иностранных слов, и народ до самых верхов применяет их по делу и без дела», — сетовала она. Мы с подругой острую народную речь употребляем в крайнем случае, когда уже ни родная литературная, ни иностранная не помогает ярко выразить суть всяческого безобразия. Ибо одно наше народное слово ёмко и точно толкует всё, о чём идёт речь, будь то: личность, происхождение, предметы, понятия, науки, искусства и так далее. Литературное толкование при возбуждённом общении громоздко, как для образованных двуногих, так и для тупорылых, — подчеркнула неунывающая Вера. В конце концов может статься, что народная речь будет состоять всего из десятка матерных слов и нескольких десятков иностранных, мелькающих в рекламах и красочно расписанных на забегаловках, кафе, ресторанах и так далее.

Вера подсела ближе к Пилоту, включила телефон и прочла: «Телеграм. Новости».

— Учёные предложили план замедления глобального потепления с помощью 1620 ядерных взрывов общей мощностью 81 гигатонна в океане на глубине 6–8 км. Эти взрывы разрушат около 4 трлн тонн базальта, который затем сможет поглотить и связать выбросы СО₂, накопленные за последние 30 лет. По расчётам стоимость проекта составит 10 млрд долларов, в то время как предотвращённый ущерб от климатических изменений оценивается в 100 трлн.

Вера, не дожидаясь реакции Пилота на план учёных с ядерными взрывами в океане, взорвалась. Острые «осколки» мягкого испанского мата вперемешку с плотным английским разлетелись и достигли слуха прохожих. Некоторые обратили внимание и, конечно же, ничего не поняли. Вера перевела Пилоту «осколки» на ёмкий русский народный язык и закончила перевод словом, означающим неотвратимый конец всему.

Пилот с удивлением смотрел на миловидную женщину, из глаз которой исходил некий свет. Он вспомнил, что древние приписывали сияние глаз смеющихся божеству — Смех. Вера прильнула к уху удивлённого друга «банкирши» и зашептала:

— Не знаю, как ты, господин лётчик, а мы с Вассой не позволим умникам зло шутить с нашей уникальной планетой. Мы не допустим издевательства над бесценным подарком, сотворённым Разумом Вселенной. Мы с подругой после ужасов замужества и издевательских судов с разводами и разделами обрели связь с Космосом. Наши мозги задействованы теперь не на три процента, а много больше. Мы призовём Космический Разум поступить с умниками разумно. Я и Васса, наделённые божественной добротой, в два голоса попросим Разум направить на безумцев лёгкие, неядерные заряды, чтобы они прочувствовали, что и матери-Земле тоже будет больно. Убедим Космос, чтобы сила Вселенной затолкала каждому безумцу в задницу гранату с кольцом наружу.

— Однако какие у тебя жестокие мысли блуждают в голове, Вера, — отреагировал недоуменный Пилот на её решение климатической проблемы с помощью гранат.

— Я погорячилась, господин лётчик, — улыбаясь, оправдывалась наделённая божественной добротой Вера. — Можно не гранаты, а сказочные лампы, из которых выходят Джины, если лампу потереть.

Вера рассмеялась, достала из сумочки планшет, «полистала», нашла в «галерее» нужное и прочла:

Дружина Джинов, отнюдь без вазелина,Чубайсу в жопу лампу затолкалаИ впечатлила депутатов та картина:Ведь лампа некогда дружину всю вмещала.

— Согласись, Пилот, что эта красочная картина понятна и простому народу, и депутатам, — продолжала наделённая добротой Вера.

Согласиться и не согласиться с Верой уважаемый друг Вассы не успел. По аллее в сопровождении двоих высокорослых, полных женщин в белых халатах шла долгожданная пациентка.

После бесконечных объятий, поцелуев, слёз и смеха сквозь слёзы трое счастливцев направились в ближайшее кафе. Пилот сидел за отдельным столиком, чтобы не мешать бурному общению подруг. Более получаса женщины, держась за руки, вполголоса доверительно общались, не обращая внимания на напитки, блюда и прочее. Наконец Васса жестом пригласила друга присоединиться к их общению и усадила рядом с собой. Верные подруги умолкли и приняли строгий, сосредоточенный вид.

«Они обсуждали что-то важное», — подумал Пилот, наполняя рюмочки и бокалы. Он встал, произнёс тост, в котором умудрился обойтись без традиционных пожеланий: здоровья, успехов, счастья... — и ждал от подруг улыбок и похвалы. Пилот городил тост так высоко, что «заглянуть» через словесный забор в суть сказанного было трудно. Улыбки образованных подруг последовали незамедлительно, и вместе с ними продолжилось их общение. Вместо ожидаемого важного Пилот, уплетая вкуснятину, слушал стройный рассказ о происхождении стишка про лампу, в которой обитали Джины. Васса, потягивая шампанское, строгим голосом политического лектора уверенно рассказывала:

— Стихи сочинил художник, который тоже поправляет здоровье в этом учреждении. Талантливый Евгений малюет красочные, глубоко содержательные смысловые картины. Он превосходит многих абстракционистов, — подчеркнула Васса. — Его линии, кубы-кубышки и чёрные дыры, увлекающие разум в иные миры, сводят с ума не только пациентов, но и врачей. Его «Чёрный квадрат» превосходит чернотой и квадратностью квадрат Казимира Малевича. К тому же Женя пишет стихотворное пояснение к своим картинам.

Мудрое стихотворение про лампу Евгений сочинил по просьбе пожилого армянина по прозвищу Прикол. Истинный патриот армянского народа, проходивший здесь принудительную реабилитацию, не мог простить Султану геноцида и того, что тот украл у него жену и поселил её в своём гареме. Патриот руками и ногами писал в воздухе воззвания к пациентам разных государств и подписывал их, выкрикивая: «Никол Тер-Прошунянь». Вместе с письмом в воздухе он пел, призывая пациентов объединиться и создать с помощью Запада, Востока и США то гильдию, то хартию, то партию и вступить всем поголовно в КПСС, ЕС и СС.

— Армения кишит предателями, — яростным пением убеждал патриот пациентов. — Нужно срочно воскресить царицу Тамару и переименовать Армению в государство Урарту. Также срочно, как Трамп переименовал Мексиканский залив в американский, иначе всем, включая Армению, будет...

Патриот выкрикнул ёмкое русское слово, обозначающее неотвратимый конец всему, всего и вся.

— Лампа вначале предназначалась Султану, — продолжала рассказывать Васса, — но проходивший здесь реабилитацию продвинутый инженер-новатор, работавший под руководством Чубайса, самолично в стишке «затолкал» сказочную лампу в задницу своему руководителю. Инженер попросил у Евгения прощения за плагиат, а Женя в ответ безо всякой абстракции — натурально нарисовал яркую картину с лампой и подарил её инженеру.

— Картина подействовала на нас как лекарство, — подчеркнула рассказчица, наполняя бокал шампанским. — Мы все как один стали ещё более бодрыми и весёлыми. Сила искусства образумит алчных безумцев! — с пафосом произнесла Васса и, смакуя шампанское, продолжила рассказывать:

— Пациенты радовались возможности хоть как-то наказать тех, кто устроил им ненужное лечение. Афанасий Афанасиевич по прозвищу «НКВД» предложил затолкать лампу в первую очередь агрессору Балдину, а потом уж: врачам, аптекарям, соседям, сбежавшим артистам, политикам, министрам, губернаторам, лидерам партий и так далее. Всем, кого пациенты считали врагами смирных, умных, бесправных, обездоленных людей. Пациенты единодушно поддержали мудрое предложение от «НКВД» бурными овациями.

Имея лёгкое головокружение от коньяка и что-то себе на уме, Пилот хотел вставить слово, чтобы сменить болезненную тему лампы на более здоровую, но Вера покачала головой. У неё звонил телефон.

— Телеграм прислал новости, — сообщила Вера и прочла сообщение: «Майкрософт создала первый квантовый чип на топопроводниках — фундаментальный прорыв в технике и физике. Важность прорыва вкратце... Топопроводник — новый, ранее не существовавший тип материи, отличный от твёрдого, жидкого и газообразного. Топопроводник не подчиняется законам термодинамики или электродинамики, они способны проводить ток без потерь и защищать квантовую информацию от ошибок. Теперь Майкрософт делает чип размером с ладонь, мощность которого будет выше, чем мощность всех существующих компьютеров вместе взятых».

Уважаемый друг Вассы Эдуард Пименович поднял рюмку и хотел было развернуть общение от несуществующего типа материи к существующему. Он хотел предложить подругам вспомнить беззаботное детство, цветущую надеждами юность и, между прочим, спросить об их дальнейших планах в их нелёгкой жизненной ситуации. Пилот раскрыл рот, но... увы. Вера не дала ему слова. Пилоту пришлось опрокинуть в открытый рот питьё, сесть на место и слушать напористую речь Веры.

— Сумасшедшие сапиенсы, — строго декламировала Вера, — ведут дело к тому, что мир с помощью крохотного устройства в одночасье разделится на кучки рабовладельцев и стада рабов. При квантовой делёжке, то есть наглом воровстве богатств друг у друга, одна кучка воров вцепится в горло другой, чтобы присвоить всё чужое до последнего минерала и зёрнышка...

Вера залпом выпила рюмку коньяку и продолжила декламировать:

— Победить сможет та кучка, у которой будет самый сильный тип несуществующей материи, праведный, беспощадный президент-новатор и преданные ему помощницы: я и Васса. Кучка обалдуев во главе с нелегитимным Зеленским будет уничтожена нами в первую очередь, ибо безумцы, как и топопроводник, не подчиняются никаким законам. Далее квантовый чип, по просьбе беспощадного праведника и нас с Вассой, накажет выдающихся умалишённых деятелей — диктаторов, мечтающих стать императорами. Диктаторы, которые устраивают цветные революции и сталкивают народы на ужасные кровопролития из-за своих имперских амбиций, должны быть нейтрализованы. По их вине народы гибнут под бомбёжками в своих жилищах, заснеженных окопах и так далее, а диктаторы в это время восседают в тёплых залах на бесконечных переговорах о мире с помощью силы.

Вера выпила ещё рюмку коньяку и продолжила напористую просветительскую речь:

— Имея на вооружении прорывной ИИ, чип размером со спичечный коробок и добрые призывы, подкреплённые ядерными гигатоннами, мы — праведники — непременно учредим всесторонне независимый международный суд. Суд отменит существующие в мире наказания преступникам из-за их мягкости... Суд утвердит кол! — торжественно произнесла Вера. — Сидя на колу, у преступников будет достаточно времени, чтобы прочувствовать всю тяжесть своих злодеяний. Кол — самое дешёвое и, к тому же, многоразовое орудие наказания. Получивший заслуженное наказание император, мечтавший победить другого императора, отсидев своё, снимается с кола, и на его место садится другой, как на трон. Тратить патроны, ток на электрические стулья, строить виселицы, гильотины, применять инъекции и так далее — дорого и жестоко. Убивать сразу нельзя. Нужно с добротой применять щадящие принципы гуманизма для вразумления безумных диктаторов.

Наделённая божественной добротой Вера плеснула в бокал с шампанским коньяку, смешала напитки, залпом выпила и продолжила декламировать:

— Спасаясь от праведного суда, умалишённые императоры, конечно же, могут затеять мировое кровопролитие с помощью своих ни в чём не повинных рабочих и крестьян. В такой ответственный момент мы с Вассой проявим свою космическую доброту. Попросим Разум скосить огненным мечом, как гласит народная пословица, всех, кто «по пояс люди, а дальше скоты»...

— Но ведь пословица гласит, что «все мы по пояс люди», — вставил слово Пилот. — Всех так и скосить?

— Нет, не всех! — выпалила Вера, вскакивая с места. — Нас троих оставить. Все, кроме нас, — скоты...

Многие посетители кафе бурно отреагировали на «Все, кроме нас, — скоты». Одни от души смеялись, другие аплодировали.

Вера обвела взглядом посетителей и продолжила напористую речь, в которой «косил огненный меч», — на иностранных языках: испанском и английском. Ей, видимо, нужно было выговориться ещё и матом, поэтому культурной женщине пришлось кодировать речь. В конце бурной тирады Вера, не найдя подходящего иностранного слова, выпалила короткое родное.

Из-за соседнего столика встала пара молодых людей. Девушка на испанском обратилась к Вере. Вера ответила ей, тщательно подбирая испанские слова, но иностранка покачала головой и сказала:

— Не понимаю вы... Кто таковы писсец?

— Апокалипсис, — нараспев произнесла Вера и снова продолжила объяснять на испанском непонятливым испанцам смысл родного слова, подчёркивающего неотвратимый конец всему.

Девушка смеялась так, что её спутнику пришлось поддерживать её. Посетители кафе смеялись и с интересом наблюдали происходящее. Молодой человек подошёл к Вере, поцеловал ей руку и воскликнул:

— Ви доктор философи! Спосибо за право!.. Руски слови огонине меч.

«Верочке нужно срочно лечиться, — размышлял возбуждённый Пилот. — А мне, пока не поздно, надо пересмотреть дружбу с наделёнными добротой дамами». С этими мыслями друг предложил подругам отправиться в гостиницу и отдохнуть перед отъездом... Через полчаса бодрые от питья верные подруги и друг вошли в номер частной гостиницы.

— Мы ещё не решили, когда и куда поедем, — заявили подруги по выходе из ванной в уютную гостиную.

Васса, не обращая внимания на то, что была в помятой, прозрачной сорочке, с мокрыми, растрёпанными волосами, подошла к Пилоту, положила ему руки на плечи и поучительным тоном сказала:

— Гипнотизёр — Екатерина Великая, проходившая ежегодную межсезонную реабилитацию в диспансере с 1991 года, учила меня и других пациентов... «Не спешите наперёд принимать решения», — говорила она. Усядьтесь с близким по духу человеком в укромном месте и спокойно, с расстановкой обсудите не только глупое безобразие, но и что-то умное, истинное, возвышенное. Не держите свой ум взаперти. Ведь ум служит единственно возможным источником наслаждения. «Ты, милая Васса, — поучала она, — если не видишь и не слышишь около себя ума, — значит, ты лишена наслаждения». Вот чему учила меня мудрая Екатерина Великая! — восторженно декламировала Васса.

— Это же почти дословные цитаты из «Палаты № 6» Чехова, — заметил Пилот подруге.

— Да-да, из палаты, — подтвердила Вера, подавая Вассе тапочки. — Чехов, словами доктора Андрея Ефимыча, высветил истину, господин лётчик... На этом свете всё незначительно и неинтересно, кроме высших духовных проявлений человеческого ума. Ум проводит резкую грань между животным и человеком, намекает на его божественность и заменяет ему бессмертие, — подчеркнула Вера. — Мы с Вассой уже встали на путь бессмертия и в общении между собой наслаждаемся единственным источником наслаждения — собственным умом. Общество кишит животными, господин лётчик. У общества нет высоких интересов, оно ведёт бессмысленную жизнь, разнообразя её насилием, развратом, лицемерием, ложью и тому подобным. Отморозки и подлецы сыты и одеты, а честные питаются крохами. Животную жизнь общества показал Чехов ещё в 1892 году размышлениями Ивана Дмитрича в «Палате № 6», — повышая голос, декламировала Вера. — С тех пор ничего не изменилось в обществе. Ничего! — выкрикнула она. — Волки остались волками, а ягнята ягнятами! Сегодня в обществе ещё в более и более изощрённой форме укоренились: алчность, разврат, лицемерие, ложь, насилие. Мы не свернём с тернистой тропы истины, ведущей в вечность! — скороговоркой выпалила Вера. — Мы испытали унижения подонков-мужей, страх смерти, насилия в извращённой форме, издевательства, подобные средневековым пыткам...

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.