Демоны кушают кашу

Глава 2

– Ричард, я тебя не понимаю! Ты чего такой смурной? Ну подумаешь, маленькая девочка! Я понимаю, дети – это огромная ответственность и всё такое, но мне кажется, всё не настолько плохо. Сдюжим! – Рей гундел почти непрерывно на протяжении без малого получаса.

– Мистер Салех, вы можете хотя бы минуту помолчать? Из-за вас я уже пятый раз переписываю завещание! – огрызнулся молодой человек. В его руках было вычурное перо, инкрустированное вставками из перламутра. На столе перед ним – лист дорогой бумаги. Руки заметно тряслись.

– И шестой раз перепишешь. У тебя ошибка в слове «бенефициар» – вторая гласная тоже «е»… – Рей задумчиво глянул на бумагу.

Гринривер протяжно выругался – и смёл листы со стола. Попутно перевернув чернильницу, которая опрокинула своё содержимое Ричарду на штанину.

Увидав расползающееся пятно, Ричард принялся крушить кабинет с помощью стула, который с треском разломал о стол. Уставился на спинку в руках, потом обвёл затравленным взором помещение, не нашёл ничего, что ещё можно было сломать – и обессиленно плюхнулся на широкий диван, половину которого оккупировал Салех.

– Мог бы и стряпчего пригласить, – рассудительно добавил громила. – Где, кстати, нотариус и вообще все?

Увидав, куда заскочил Ричард после того, как они почти бегом покинули управление, Рей рассудил, что у него есть несколько минут. Потому экс-лейтенант наведался в булочную. И теперь сидел в опустевшей конторе нотариуса. Кроме него и Ричарда тут никого больше не было.

– Где-то на полпути в воздушный порт, я полагаю, – выдохнул молодой человек, отбросив спинку стула в угол.

– Ты послал их с каким-то поручением?

– Нет, мистер Салех. Полагаю, уважаемые работники сего заведения сделали верные выводы, когда к ним в контору явился трясущийся от ужаса бессмертный Палач Народов и потребовал срочно помочь ему оформить завещание, – криво усмехнулся графёныш, наугад выхватывая из кулька, принесённого компаньоном, то ли пирожное, то ли рулетик. – Думаю, они сейчас осуществляют эмиграцию. Немного внезапную, но тем не менее.

– Объясни толком тогда, чего ты такой нервный. На вот, держи, они вкусные! – Рей свернул поднятый с пола лист гербовой бумаги в кулёк и отсыпал туда крохотных пирожков с карамелью из своего пакета.

– Маркиз Клаус Морцех, Воля Света, Великий прокуратор. Вам что-то говорит это имя? – Ричард механически взял предложенное угощение. Или попытался сделать вид, что механически.

– Очень важный дядя? – предположил Рей. – А кто, кстати, выше – маркиз или граф?

Ричард тяжко вздохнул.

– Титул маркиза выше, чем титул графа. Есть оговорки, но в целом так…

– Ну и что? Нанял важный маркиз двух волшебников, чтобы те с дочкой у него нянькались. Может, это такой новый шик в высшем свете, а ты не в курсе? – предположил Салех. Он всё ещё не понимал причину столь эмоциональной реакции.

– Прошу меня извинить, мистер Салех. За два года общения с вами я никак не привыкну, что определённые вещи для вас далеко не очевидны. Маркиз Морцех – демоноборец. Сильнейший. Возможно, сильнейший в мире. И не только демоноборец. Он повелевает силой, которая возвращает мир в его исходное состояние. Затрудняюсь дать точное определение, но этот человек способен одной своей волей закрыть прорыв реальности. Помните, как Римтаун едва не уронили в ад?

– Ага, славная драка была… – Рей мечтательно улыбнулся, Ричард поёжился.

– Так вот, Клаус Морцех способен закрыть подобный прорыв одной своей волей. Без заклинаний, без формул и жертв, без атрибутов, наконец. Окажись он тогда в Римтауне, никакой славной драки у нас не получилось бы. Ну, разве что с горожанами, которые собирались выпустить мне кишки. А все эти прорывы, кучи демонов и исторгнутых душ… Он всё это прекратил бы усилием воли. Быть может, немного вспотев в процессе, но не более.

– И чего? Боишься, он и нас того… нормализует? И ты потеряешь свои атрибуты?

– Такая мысль, признаться, меня даже не посещала, – всерьёз озадачился Ричард. – Но… Нет, не похоже. Не совсем же идиоты в канцелярии сидят. Не думаю, что нас бы отправили на это дело, имейся там подобные риски. Великий прокуратор, быть может, и способен на такое, но он просто не станет портить казённое имущество, да ещё и такое полезное, как два волшебника. Нет, проблема не в самом Морцехе, а в его дочке.

– И что с ней не так? – удивился громила, закидывая в пасть сразу горсть пирожков.

– Что вам известно о проклятиях, мистер Салех?

– Много чего. Накладываются они на человека, на местность, могут…

– Не надо мне читать университетский курс, я его тоже прекрасно помню! Видимо, я не так сформулировал мысль. Чем проклятие отличается от благословения?

Теперь бывший лейтенант задумался надолго. Ричард поднялся со стула и закрыл окно, через которое нотариус получасом ранее покинул помещение.

– Ну и вопросы ты задаёшь, Ричард! Допустим, проклятия вредят, а благословения наоборот… – инвалид раздражённо тряхнул головой, и сердито продолжил. – Не люблю я всех этих загадок, говори уже.

– Проклятие и благословение – суть одно и то же. Лишь воля, созидающая и разрушающая, различает их, – Ричард, успокоившись, принялся рассказывать. Видимо, ему действительно помогли пирожки. – Так вот, много лет назад, когда Клаус Морцех был просто прокуратором, не повезло ему столкнуться с какой-то зловредной тварью. С кем именно, знают лишь он сам да Император, я знаком только с официальными версиями. Тварь он одолел, а та его напоследок благословила, подыхая. Как бороться с проклятиями, молодой прокуратор понимал, а вот что делать с благословениями… Шли годы, сила, принципы и характер сделали Морцеху великолепную карьеру. Мой отец всегда отзывался об этом человеке сугубо с восхищением. Заслуги его перед короной настолько велики, что он из барона его сделали наследным маркизом. Потом он женился. И тут сработало проклятие, – Ричард был хорошим рассказчиком, особенно когда не пытался оскорбить собеседника или показать себя в лучшем свете. – Вернее – благословение. У Великого прокуратора родилась дочка. Событие радостное, ещё более счастливое от того, что девочка уже в утробе матери показала совершенно запредельный уровень магической силы. И вот наступили роды. Маркиза тогда вызвали в загородную резиденцию – то ли для награждения, то ли на совещание…

– А потом все умерли? – вставил Рей фразу, пока Ричард переводил дыхание и жевал выпечку. В кабинете нотариуса обнаружился ещё тёплый чайник, и посиделки стали почти уютными.

– Практически. Когда на месте квартала, где стоял дом маркиза, возникла воронка инферно, Великий прокуратор Морцех ступил на тропу теней. Тьма склонила голову перед светом. И дома наш наниматель оказался через несколько минут. Именно тогда он одним волевым усилием заткнул дыру в реальности. В центре прорыва он обнаружил младенца, свою дочку. Все домочадцы, и вообще все местные жители оказались одержимыми. Ребёнок мирно спал. Жена Великого прокуратора пропала…

– Покушение? За дочкой прокуратора пришла бездна? – кажется, история заворожила Салеха.

– Нет, бездна пришла вместе с ней. Когда ребёнок родился, произошла спонтанная инициация. Маг уровня «Повелитель». Рождённая править. Ребёнок, которому служат князья ада. Само воплощение власти. Жуткий оскал судьбы. Всё, что искоренял Морцех долгие годы, воплотилось в ребёнка, в единственное на свете родное существо. И с тех пор маркиз живёт затворником в своём имении, удерживая те силы, которыми повелевает его дочь.

– Тебе бы книги писать, твоё графейшество. Вот умеешь ты пафос нагонять. С одной стороны, всё так красиво говоришь, но и лишку не хапаешь, приятно слушать. Аж до мурашек пробирает, – рассыпался в комплиментах Салех.

Смущённый Ричард отвернулся к окну. А потом…

– Мистер Салех, какого дьявола! Каким местом вы меня слушали? – от благодушия Ричарда не осталось и следа.

– Ушами, ясен пень! Ну да, ребёнок. Демонами повелевает. В угол просто так не поставишь. Значит, жуткими гримуарами играться не давать, – Рей доел пирожки и скомкал пакет.

– То есть, ещё полдня назад вы страдали от того, что не знаете, что делать с ребёнком вообще, с обычным ребёнком. А теперь вас абсолютно не смущает, что оный ребёнок повелевает силами ада и способен вас прикончить? – раздражение и недоумение боролись за первенство в интонациях молодого человека.

– Так ведь это как раз просто! Я прекрасно знаю, как себя вести с человеком, который повелевает силами за гранью возможного, – Рей бросил взгляд на нанимателя. Впрочем, Ричард намёка не понял. – А вот дети… Они такие загадочные…

– Господа, что тут происходит? Соседи жаловались на шум… – в комнату вошёл мужчина в мундире городового. Конец фразы он произнёс уже шёпотом.

– А, так это сэр Ричард Гринривер, бессмертный, носящий титул «Палач Народов», изъявил желание оформить завещание. В связи с последними столичными новостями, – учтиво и вежливо ответил Рей, улыбаясь гостю.

Городовой побледнел и…

– Ты представляешь – тоже в сторону воздушного порта! – Рей с любопытством выглядывал из окна.

– И на кой ляд вам это понадобилось? – Ричард неодобрительно покачал головой.

– И чего ты на меня так смотришь? – возмутился Рей.

– Как? – переспросил графёныш, дёргая щекой.

– Ну, это… осуждающе.

– Мой дорогой мистер Салех! Любой, кто вас знает долее пяти минут, будет смотреть на вас либо с ужасом, либо осуждающе! А поскольку ужасаюсь я редко… Меня, знаете ли, несколько раздражает, когда вы гоняете мной народ, как ворон – пугалом! – Ричард поставил стакан на стол и накинул пальто. – Предлагаю забрать наши вещи из гостиницы, а потом отправиться к маркизу Морцеху. Только по пути пройдём через храмовый квартал, закупим оберегов. И оружия, и… – Ричард принялся перечислять, что им может понадобиться.

– А ещё куклу надо купить. И дойти до портного, – внёс предложение громила.

– А до портного зачем? – Ричард недоумённо уставился на компаньона.

– Ричард, мы идём на задание. И ещё шагу не сделали, а у тебя уже память отшибло. Не живут на тебе костюмы! Давай хоть щас не будем это отрицать, а? Оформи доставку на полтора месяца.

На Ричарде действительно не задерживалась одежда. Рей шутил, что патронов у него уходит ненамного больше, чем на Гринривера костюмов. Молодой человек был куда более живучим, чем любой предмет его гардероба.

– Допустим – только допустим! – что я с вами соглашусь. Но могу ли я рассчитывать, что в будущем, если исполню вашу просьбу, я не услышу ни единого комментария на этот счёт?

– Да без вопросов – только и пожал плечами Рей.

И компаньоны отправились в город.

Через шесть часов они стояли у ворот богатого поместья, утопающего в зелени. Тремя часами ранее Ричард отправил вестового с сообщением о визите.

– Мистер Салех! Последний вопрос перед тем, как мы с вами устремимся навстречу новым неприятностям, – Ричард с обречённым видом рассматривал красивое здание, словно перед ним было неуспокоенное кладбище. – Что вы сказали оружейнику, когда купили у него двадцать пудов взрывчатки? Он ведь совершенно точно узнал меня.

– Я сказал, что ты собираешься на рыбалку, но не отличаешься терпением, – ответил громила. – Тогда у меня тоже будет вопрос. Откуда столько информации о маркизе Морцехе? Эта ведь история не из тех, что пишут в газете.

– Мой отец хорошо знаком с его близким другом, графом Верштейном. Узнал, так сказать, из первых рук. Я тогда жил в поместье…

Ричард протянул руку к звонку, но не успел до него дотронуться. Ворота скрипнули и отворились. Компаньоны прошли на территорию, оставив повозку снаружи. Та основательно проседала под весом многочисленного снаряжения. Когда Рей и Ричард летели на другой конец мира к дикарям, они набрали оружия меньше, чем сегодня. Ричард сжимал в руках саквояж, в котором лежали документы и верительные грамоты, а ещё всякая мелочёвка, приличествующая высокородному аристократу: самопишущее перо, блокнот, пенсне, кейс с трубками, кусок сургуча и опасная бритва. И набор разноразмерных склянок на случай, если молодому человеку придётся кого-то убить. Как это связано? Не спрашивайте.

Рей тащил огромную куклу. И маленького плюшевого медведя – на случай, если кукла не понравится. А ещё он сжимал в руке огромный кулёк крохотных пирожных, к которому снизу была привязана коробка с морковным тортом, украшенным апельсиновым мармеладом и взбитыми сливками. Улыбчивая продавщица просветила громилу, что у детей от такого торта реже всего случается аллергия. Гринривера Салех в кондитерскую не пустил. Дабы тот своей кислой рожей не сквасил там все сливки, конец цитаты.

Так же самостоятельно распахнулась и входная дверь. Дом встретил их теплом с едва уловимым запахом сандала и кедра. Озираясь, мужчины прошли в холл, где их и встретил хозяин, маркиз Морцех собственной персоной.

– Джентльмены? – мужчина был облачён в идеально выглаженные чёрные брюки, ослепительно-белую сорочку и чёрную жилетку. Тонкие губы изогнулись в приветливой, но довольно искусственной улыбке.

– Ваше Сиятельство! Наше почтение! – Ричард снял цилиндр и отвесил короткий поклон.

– Пройдёмте, в кабинете нас ждёт чай.

Рей остановился и смущённо нацепил на протез кожаную накладку, которая позволяла не рвать стальными когтями покрытие пола.

В тишине хозяин с гостями проследовали по коридору и добрались до небольшого кабинета.

Там обнаружился небольшой накрытый стол и расставленные вокруг него стулья. Компаньоны вошли вслед за маркизом, но садиться не спешили.

– Господа, не скажу, что рад вашему визиту. Возможно, сложись обстоятельства иначе… Но сейчас они сильнее моей воли. Надеюсь, мы сможем найти общий язык, и по итогам расстанемся если не друзьями, то хотя бы добрыми приятелями.

Морцех был ростом на полдюйма ниже Ричарда. Но он подавлял, даже не желая этого. Жёсткое лицо, подвижностью спорящее с каменной статуей, рубленые носогубные складки, чёрные прямые волосы с проседью. На лице жили лишь карие глаза, но царящая в них жизнь пугала даже привычного ко всему Салеха.

Ричард с Реем вытянулись по стойке «смирно» и гаркнули:

– Так точно!

– Вольно, джентльмены. У нас с вами один повелитель, но разные задачи. Присаживайтесь.

Компаньоны уселись, глядя на маркиза, как мартышки на удава. И если Рей вполне осознанно не верил Морцеху, так как давно уяснил, что панибратство с генералами до добра не доводит, то Ричард действовал из острого чувства самосохранения, существам бессмертным обычно не свойственного. Но то ж обычно…

– Итак, господа, я сейчас попрошу каждого из вас поведать о себе. Настоятельно советую делать это максимально честно и подробно, – сам хозяин кабинета за стол так и не присел, опёршись на спинку стула. – Я читал ваши личные дела, но они, как вы понимаете, не дают полного представления о ваших способностях. Сэр Ричард, прошу вас, начинайте.

– Ричард Джереми Гринривер, седьмой сын графа Рудольфа Гринривера. Двадцать шесть лет, – Ричард с трудом обуздал собственный голос. – Великий волшебник. Первый атрибут – бессмертие. Точная природа атрибута не установлена. Бессмертие абсолютное. Могу регенерировать из любого состояния исходного вещества. За неимением оного просто возникаю в воздухе на месте гибели. Мою душу невозможно поглотить. Вторым атрибутом является стирание из реальности. Выглядит как чёрная сфера на ладони, диаметром в один метр. Могу контролировать этот параметр и делать сферы меньшего диаметра. Сфера полностью уничтожает предметы. Или, будет сказать правильнее, переносит в неустановленную область пространства за пределами нашего мира. Способность ультимативная, от неё невозможно защититься, иначе как не допуская меня на дистанцию удара. С её помощью были полностью уничтожены два высших демона.

– Проклятия, благословения, магические контракты? – сухим тоном уточнил Морцих.

– После битвы в Римтауне имею неустановленный тип божественного благословения: все мои клятвы свидетельствует свет, и только свет. Имею неснимаемое демоническое проклятие клятвенного гнева. Что заставляет меня ставить душу на кон, если я испытываю чувства унижения и бессилия, – увидев вскинутые брови хозяина кабинета, Ричард торопливо продолжил. – Проклятие полностью скомпенсировано божественным благословением, по общей классификации «свободный разум» – меня невозможно взять под контроль. При активации проклятия благословение с ним вступает в конфронтацию, и происходит спонтанная декапитация…

– Голова у него взрывается. Ричард, говори яснее, без твоих канцеляризмов, – поправил нанимателя Рей, увидав реакцию Морцеха. Вернее будет сказать, что на слова Ричарда маркиз не отреагировал, но Рей решил поправить приятеля. На тот случай, если ему показалось, что ему ничего не показалось.

– Являюсь посвящённым младшим жрецом Нартагала, владыки боли, и личным учеником демона тёмных снов.

– Кольцо есть? – бросил маркиз.

Ричард молча вскинул правую руку, на которой медленно проступил артефакт – небольшое колечко цвета запёкшейся крови.

– Продолжайте.

– На ноги наложено божественное благословение – неповреждаемая кожа с абсолютной стихийной защитой.

– Артефакты во владении? Фамильяры?

– Есть змея – механоид. Скорее питомец, нежели фамильяр.

– Это всё?

Ричард кивнул.

– Садитесь. Теперь вы, мистер Салех.

Гринривер выдохнул и сел. Когда он успел вскочить на ноги, молодой человек и сам бы не сказал.

– Рей Салех, лейтенант штурмовой пехоты в отставке, тридцать пять лет. Атрибут – охлаждение спиртосодержащей жидкости и связанных с ней материалов. Любых материалов, от воды до жидкой магмы и «слёз ада», – на этой фразе Морцех одобрительно хмыкнул. – В личном деле стоит пометка «смерть до горизонта». Радиус полного поражения составляет восемь километров, и пока ещё растёт. Термокинетический переход осуществляю мгновенно. Также имею посвящение Нартагала, являюсь младшим жрецом и прохожу обучение пыточному делу у демона тёмных снов.

– В личном деле пометка, что у вас малый стигм Авроры, – напомнил маркиз.

– Амакарта Верус, третья эволюция, с дополнениями и спящими свойствами. Дар дикого бога Папы О. Тёмные меня сильно не любят, – маркиз на это только хмыкнул. – Правая конечность изменённая. Химерическая трансформация неизвестного типа. Железы на когтях вырабатывают медово-спиртовую смесь. Рука является проводником атрибута. Позволяет активировать его без дополнительных средств вроде бутылок со спиртным и тому подобного. Организм имеет множество мелких мутаций в результате эпизодического употребления алхимических препаратов. Полное обследование не проходил. Во владении находится живая артефактная винтовка. В данный момент оружие не при мне. Доклад окончен, – и Рей уставился маркизу в переносицу.

– Вольно, вольно. Рей, я не ваш командир. И садитесь. Я, признаться, разучился общаться с людьми, так что прошу меня извинить за некую… формальность нашего общения.

– Ничего, Ваше Сиятельство, мы тоже… Не самые приятные собеседники, – ответил за всех Рей. Ему маркиз пришёлся по нраву, и, видимо, это чувство было взаимным, так как взгляд мужчины несколько потеплел.

– Ричард, очень извиняюсь: это человеческая кожа? – взгляд хозяина кабинета остановился на саквояже.

– Э-э-э-э… – Гринривер моментально взмок. Он сообразил, кому принёс свой любимый чемодан.

– Прошу вас, не нервничайте, – вкрадчивым голосом начал маркиз. – Джентльмены, вы убийцы, психопаты и маньяки, даже если не верить всему, что пишет про вас пресса. Ваши благословения смотрятся издевательством над самим делом света. Но люди, способные убивать демонов, мне не нужны. Они не справятся с задачей, что стоит перед вами. Император обещал мне прислать отборных уродов, которые мало того, что убьют демонических тварей, но ещё и пожарят из них котлет, а под настроение снасильничают, в живом или мёртвом виде. Мне нужны сукины дети, которых не остановят чужие страдания, сладкие видения, милосердие или лишнее человеколюбие. Мне нужны те, кто привечаем по обе стороны реки, что делит свет и тьму. Мне нужны вы, джентльмены.

– Шесть веков селекции, случка только с элитными суками! – отрапортовал Ричард, вновь подскочив.

– А я сам себя в зеркале боюсь! Такой некрасивый, что ух! – так же бодро заявил Рей.

– В иных обстоятельствах я бы вас не подпустил к детям на орудийный выстрел, – неожиданно тяжело вздохнул Морцех. – Но Аврора – не обычный ребёнок. Не только её надо оберегать от мира, но и мир от неё, – мужчина тяжело и медленно уселся за стол, и компаньоны к нему присоединились. Впрочем, оба сели, точно на ящик со взрывчаткой, готовой в любой момент сработать. – Налить вам чаю?