Кровь алая-2. Помни о жизни

Кровь человека, независимо от расы, национальности, вероисповедания, одинакова. У человека кровь алая.

Глава 1.

«Оставьте их, они – слепые вожди слепых, а если слепой ведёт слепого, то они упадут в яму».

Евангелие от Матфея, глава 15.

Январь – февраль 2000 года.

Человек, как и всё человечество, слеп, ибо люди не могут видеть ни своего ближайшего будущего, ни тем более отдалённой перспективы. От того, так доверчивы люди к провидцам и оракулам.

В ХХ веке, в области международных отношений, США, самое сильное государство в мире, заявило, что оно знает, как должен быть устроен мировой порядок, и почти все страны, положились на это сильное государство.

В 1944 году, в курортном городке Бретенвуд, который находится в США, собралась экономическая конференция, на которой было принято историческое решение: доллар США, становится мировой валютой. Все золотые запасы стран, которые во время второй мировой войны переправили в США, так там и останутся. Страны будут иметь в своём резерве не золото, а доллары США. Сам доллар обеспечивается золотым запасом США.

Правда, имелся маленький нюанс: Федеральная резервная система США, которая и печатает доллар, структура частная, принадлежит она: Ротшильдам, Морганам, Варбургам, Рокфеллерам и ещё четырём семействам. Получалось, что в управлении этих восьми семей и была вся мировая экономика.

Советский Союз, единственное государство, которое был против такого миропорядка, и именно это обстоятельство, а не идеология коммунизма, оказалось причиной «холодной войны».

Были в мире люди недовольные такой системой, как например президент Франции Шарль де Голь, который пытался вернуть золотой запас Франции в страну, и вести самостоятельную политику, но в результате организованных в 1969 году студенческих волнений де Голь ушёл в отставку. Принятый в 1973 году закон Помпиду – Жискара ставил политику Франции в зависимость от её кредиторов, а основными кредиторами Франции были всё те же Ротшильды. Таким образом, на суверенитете Франции можно было ставить крест.

Тайный государственный договор от 21 мая 1949 года, гласящий что, каждый канцлер ФРГ, до принятия присяги, подписывает «акт канцлера» на верность политике США, так же делает суверенитет ФРГ невозможным.

Великобритания всегда будет безоговорочной союзницей США, потому как её политику определяют всё те же восемь семей, владельцев ФРС.

В 1971 году на Ямайке прошла экономическая конференция отменившая положение о «привязке» доллара США к золоту. Теперь можно было запускать печатный станок на полную мощность, и продавать зелёные бумажки, в обмен на природные ресурсы и товары со всего мира. Однако существовал СССР с его пусть и уродливой, но всё же экономикой, была хоть какая-то альтернатива доллару.

В 1965 году дряхлеющее руководство СССР отказалось от экономической реформы предложенной председателем Правительства СССР Косыгиным, и Советский Союз уверенными шагами пошёл к своему краху, который и случился в 1991 году. Обладающая богатейшими природными ресурсами Россия, попала под прямое правление США.

Однако падение СССР сыграло с США дурную шутку. Исчезнувший тормоз, привёл к эйфории в руководстве ФРС1 США, и управляющий этой лавочкой Алан Гринспин радостно заявил: «Нет пределов пополнения ликвидности».

Печатный станок заработал, и к 2000 году в ФРС осознали, что если ничего не предпринять, то разразится сильнейший кризис. Долларов стало слишком много, их нужно убирать. А куда?

Последствия «великой депрессии» 1929-39 года, США удалось преодолеть только благодаря второй мировой войне. Сейчас воевать было не с кем, «империи зла», то есть СССР больше не существовало, а нового врага быстро не создашь.

Вопрос с «лишними деньгами» требовалось решить быстро, ибо кризис уже стучался в двери. Выход нашли: вся промышленность из США была перенесена в Китай.

Для промышленной площадки Китай подходил идеально: страна с большой территорией и огромным населением, практически лишена природных ресурсов, и с мизерным количеством плодородных земель. Китай по существу не мог прокормить даже самого себя. К тому же китайский рабочий непривередлив и обходится в пятьдесят семь раз дешевле своего американского коллеги.

С 2000 года в Китае начался промышленный бум. Китайцы, шившие в грязных подвалах тапочки и пуховики, вмиг принялись под руководством инженеров из США собирать автомобили, телевизоры и станки.

В США идея переноса промышленность в Китай не всем пришлась по душе и между «промышленниками» и «финансистами» вспыхивали споры, но победили «финансисты».

Промышленность переводилась в Китай, а в США оставалось высокотехнологичное производство, разработка компьютерного обеспечения и финансы.

Новые условия, потребовали большей оперативности по управлению миром, однако система управления в США была прежней. В Соединённых штатах президент не является самостоятельной фигурой. Молодой, перспективный политик, что бы иметь карьерный рост, должен был становиться членом Совета международных отношений2 или Трёхсторонней комиссии3. Именно эти организации и формируют когорты чиновников в министерствах и аппарате президента США. По существу президент Соединённых штатов выражает волю своих советников, которые в свою очередь являются ставленниками разных финансовых групп.

Порой президент мог проявлять активность, как Билл Клинтон, не давая санкции на войну в Югославии, и тогда его поведение удалось скорректировать с помощью оральных ласк Моники Левински, до которых Клинтон оказался большим охотником. Под угрозой импичмента из-за сексуального скандала Клинтон – Левински, президент дал согласие на войну в Югославии.

Однако на подготовку всех этих мероприятий, уходило много времени, которого, в новых условиях могло попросту не оказаться.

Потому дождливым сентябрьским вечером, собрались в поместье Мэтта Прэтисса в городке Лейк Форест Парк, что близ Вашингтона, несколько джентльменов. Сам Мэтт Прэтисс был из семейства Рокфеллеров. Его гости не обладали такой роскошной родословной, но так же были весьма представительными джентльменами.

Мэлвин Франк – низенький толстячок с огромной лысиной, экономический советник председателя ФРС. Поджарый Конрад Бренд, член совета директоров «Эй Уайт Инкорпорейтед». Весёлый Фрэнк Конте, сотрудник «АВЕ Интернациональ групп Лимитед», контора эта была создана бывшими сотрудниками ЦРУ. Сам Фрэнк долгое время проработал в резидентурах: Турции, Саудовской Аравии и Арабских Эмиратов.

После скандала «Иран – контрас»4, ЦРУ для особо «скользких» операций, создало несколько таких фирм. Организации эти были частными и неподконтрольными Конгрессу США.

Своё поместье Мэтт Прэтис использовал исключительно для подобных мероприятий, подальше от любопытных взоров журналистов. Именно эта встреча и повлияла на судьбы многих миллионов людей в разных уголках планеты спустя несколько лет. Однако это будет в будущем, а пока эти достойные джентльмены в сумраке библиотеки, освещаемой лишь огнём камина, потягивали элитный виски «Дэлмор», впрочем, не все, толстяк Франк ограничился персиковым соком.

– В новых условиях США смогут оставаться на позициях мирового лидера, только если смогут контролировать все пути передвижения углеводородов, – заметил Прэтис.

– Вы с видом пророка провозглашаете избитые истины, – улыбнулся Конте, – впрочем, виски у вас хорош, и я готов слушать вас дальше.

– Благодарю Фрэнк, – серьёзно ответил Мэтт, – что бы заслужить ваше внимание, я готов использовать весь свой запас виски.

– В этом случае, я ваш самый внимательный слушатель, – развёл руками Конте.

– Тогда я продолжу, – Прэтис поставил свой стакан с виски на столик, – согласно пакту Куинси5 месторождения Саудовской Аравии принадлежат фактически нам, по закону о СРП6 принятому Россией, полезные ископаемые этой страны, так же принадлежат нам.

– Послушайте Мэтт, а вы уверенны, что так будет продолжаться и дальше? – спросил Конрад Берендж. Он встал, прошёлся по библиотеке и продолжил: – На смену Ельцину пришёл Путин. Где гарантии, что он будет придерживаться прежних договорённостей?

– Я читал отчёт Джины Распел из аналитической группы ЦРУ, – вставил Фрэнк Конте, – она утверждает, что Путин креатура Бориса Березовского и полностью ему подконтролен.

– Вот вам и ответ на ваш вопрос Конрад, – улыбнулся Прэтис, – Путин подконтролен Березовскому, а тот подчиняется нашим решениям.

– Правда есть одно но, – продолжил Фрэнк Конте, – Распел смущает быстрый рост Путина с должности рядового сотрудника аппарата президента Ельцина, до директора ФСБ. Что за люди обеспечили ему такое продвижение? Каковы их цели? Этого Джина Распел установить не смогла.

– Данное обстоятельство, объясняется обычной русской безалаберностью, – махнул рукой Мэлвин Франк, – во всей этой неразберихе, когда Ельцину каждый норовит подставить подножку, самое разумное поставить руководителем ФСБ человека без амбиций. В КГБ Путин служил на незначительной должности, у него была чисто бумажная работа.

Путин как сотрудник КГБ, в своё время привлекал внимание ЦРУ, но там аналитиков сбила с толку его должность директора клуба русско-германской дружбы в Дрездене. Именно тогда в ЦРУ решили, что у него функции обычного делопроизводителя.

Не предполагали в ЦРУ, что в Дрездене Путин был на оперативной работе. В аппарат президента и далее на пост руководителя ФСБ, Путина продвигали бывшие работники КГБ и действующие сотрудники ФСБ, и об этом Мэтту Прэтиссу и его компании и вовсе было не ведомо.

– Будем считать, что так оно и есть, – согласился Прэтисс, – таким образом, месторождения Аравийского полуострова и России у нас под контролем. Остаются месторождения Каспийского моря и Персидского залива.

– Как вы собираетесь заполучить их? – спросил Конрад Берендж.

– Дик7, уже тянется к Каспию, – усмехнулся Франк.

– Этого мало, необходимо контролировать пути доставки углеводородов от месторождений до потребителей. Следовательно, на Кавказе и в Персидском заливе должны быть наши военные базы, – заметил Прэтисс.

– Как мы туда попадём? – Конрад Берендж посмотрел на свой пустой стакан.

– Защищая мир от терроризма, – Прэтис встал и налил ему виски, – Саддам Хусейн угрожает миру химическим оружием, а в Чечне наряду с повстанцами, воюют и террористы, связанные с Усамой бен Ладеном. Но прежде чем идти на борьбу с терроризмом, нам необходимо консолидировать само американское общество. Наши граждане должны видеть, что армия США всегда стоит на страже интересов не только Америки, но и всего мира.

– Как вы собираетесь объединить американцев?! – воскликнул Мэлвин Франк. Он допил свой стакан с соком и поставил его на стол: – Наш обыватель смотрит по телевизору репортаж про талибов в Афганистане и совершенно не понимает где это. Его такая тема не интересует, потому что Афганистан далеко. Обывателю гораздо интереснее репортаж из ресторанчика в соседнем квартале, о тамошней вкусной пицце.

– Это пока теракты не произошли в Америке, – усмехнулся Прэтисс.

– А вы не исключаете такую возможность? – осведомился Конрад Берендж.

– Вот теперь Фрэнк ваша очередь. Пока вы будете говорить, следовательно, не сможете пить, таким образом, я сэкономлю на виски, – усмехнулся Мэтт Прэтис.

– Не дождётесь, я делаю эти дела одновременно, – покачал головой Конте.

Ещё в апреле 1996 года Фрэнк Конте вошёл в контакт с арабским бизнесменом Анваром Хароги. В своё время тот представлял финансовые интересы семейства бен Ладенов в США. Дружил Анвар так же и с Усамой бен Ладеном, оказывал ему финансовую помощь при организации «Аль Кайда»8. Всё это Анвар Хароги делал по поручению Фрэнка Конте, служившим в то время в резидентуре ЦРУ, в Саудовской Аравии.

Тогда «Аль Кайда»9 набирала боевиков среди арабов, для войны с советскими войсками в Афганистане.

Шло время, и СССР ушёл из Афганистана, а потом и вообще развалился. «Аль Кайда»10 стала проникать на территорию бывшего СССР, но одновременно её боевики проводили теракты и против американцев. Анвар Хароги прервал все контакты с Усамой бен Ладеном и возобновил их только в 1996 году по просьбе Фрэнка Конте. Именно тогда Анвар Хароги порекомендовал Усаме бен Ладену провести теракт на территории США, идею эту, предложил именно Фрэнк Конте.

Ушлый бизнесмен Анвар Хароги насторожился. Ему не улыбалась перспектива закончить свои дни на электрическом стуле. Он спросил Конте: кто за ним стоит? Итальянец ответил, что это целиком его предприятие.

Хароги понимал, что это не так. Однако отказаться от предложения уже не мог. Кто же станет оставлять в живых такого свидетеля?!

Проклиная всё на свете, полетел Хароги в Афганистан к Усаме бен Ладену. Тот к предложению провести теракт на территории США отнёсся прохладно, но люди из его окружения ухватились за эту идею.

На Хароги вышел Амин аль Рашди и сообщил, что помощник Усамы, доктор аль Заварихи согласен взяться за это дело.

С этого дня, Хароги по поручению Конте, передавал деньги Амину аль Рашди и Халледу Мухаммеду, а в замен получал от них информацию о том, как продвигается подготовка к теракту.

Конте, кратко и не вдаваясь в подробности, изложил всё это присутствующим.

– Общая беда должна сплотить всех американцев, – именно так Конте закончил свою речь.

– Но русские вряд ли согласятся на наше присутствие на Кавказе, – усомнился Мэлвин Франк.

– Поживём, увидим, – улыбнулся Прэтисс.

– А каково сейчас положение в Чечне? – поинтересовался Конрад Берендж.

В Чечне, с октября 1999 гола опять полыхала война, так называемая «вторая чеченская компания». Всё было как в и первую компанию: грязь, старая техника и оборванные солдаты. Но это уже была другая война.

Первыми это почувствовали генералы, ещё в Дагестане, в августе, когда прилетевший к ним Путин, в армейской палатке, провозглашая тост, сказал: «Очень хочется поднять этот стакан и выпить, но я предлагаю сейчас эту рюмку поставить. Мы обязательно выпьем за них, наших солдат, но выпьем потом, когда все задачи будут принципиально решены».

Кто-то забурчал под нос: «Плохая примета ставить рюмку на стол».

На Руси так уж заведено, поднял стакан, пей, но именно тогда, те, кто был в той палатке, поверили, теперь всё будет по-другому. Не так как в первую чеченскую компанию.

Этого не знали в резидентуре ЦРУ, когда вышли на людей из окружения Явлинского, и он 9 ноября заявил на заседании Государственной думы, что нужно приостановить операцию в Чечне и начать переговоры с руководителями Ичкерии, в ультимативной форме потребовать от Масхадова самостоятельно урегулировать ситуацию или уйти в отставку. Понимал ли Явлинский, какую глупость он предлагает?

Но войну уже было не остановить, и к концу декабря 1999 года Грозный заблокировали. В Генеральном штабе ещё шли дебаты по поводу того, брать Грозный или приостановить штурм, пополнить поредевшие в бою части техникой и людьми. Однако сама война решила этот спор: части подходившие к городу, постепенно, без всякой команды, втягивались в Грозный. Именно так была взята Ханкала – пригород Грозного. Город всё ещё был не плотно блокирован и боевики имели возможность относительно свободного перемещения.

10 ноября, на находящейся неподалеку от Грозного, бывшей турбазе «Каменные ворота», Масхадов собрал на совещание всех амиров крупных отрядов. Вопрос стоял один: как защищать Грозный?

Ближайший соратник Масхадова, руководитель его президентской администрацией и одновременно командующий президентской гвардией Апти Баталов, заявил, что оставаться в Грозном, значит обрекать себя на гибель.

Послышались одобрительные голоса, и кто-то крикнул, что уходить нужно немедленно.

– Что я слышу! – встал Шамиль Басаев. – Здесь не военный совет амиров11, а блеяние трусливых овец! Под юбками у своих баб решили спрятаться от кафаров12?! Я предлагаю, того кто завит об отходе из Грозного, расстрелять на месте!

Басаева поддержали араб Хаттаб и Багаутдин Бакуев, бывший заместитель министра МВД Ичкерии, а ныне командующий обороной Старопромысловского района.

– Город нужно держать, – заявил Бакуев, – если умело построить оборону, то русские захлебнуться здесь своей кровью.

– А кто будет строить эту самую умелую оборону, ты что ли? – крикнул Асланбек Исмаилов, по прозвищу Маленький Асланбек.

– Маленький Асланбек, мы все вместе будем строить эту оборону, – улыбнулся Басаев, – а потому я вношу предложение, назначить начальником штаба обороны Грозного Маленького Асланбека, точнее бригадного генерала Асланбека Исмаилова.

– Маленький Асланбек хотел сказать, что среди нас есть только два человека, которые имеют военное образование, – уточнил Апти Баталов,– это наш президент Аслан Масхадов и бригадный генерал Хункар-Паша Исрапилов. Пусть Хункар – Паша скажет, сколько мы здесь сможем продержаться?

Все посмотрели на Исрапилова. Этот человек пользовался уважением, прежде всего тем, что не участвовал ни в каких дрязгах, и к тому же был хорошим командиром.

– При наличии боеприпасов, город можно держать месяц, – подумав, ответил Хункар – Паша.

– А больше нам и не потребуется, – оживился Басаев, – наши люди уже работают в Москве и в Америке. Мы заставим Путина пойти с нами на переговоры.

– Да это так, – подтвердил бывший начальник службы безопасности Ичкерии Айдамир Аблаев, – Хоза Нугаев13 поддерживает связь с влиятельными людьми в Америке. Они заставят Путина сесть с нами за стол переговоров.

– Что ж Айдамир, ты держи постоянную связь с Хозой, а нам, раз у нас уже есть начальник штаба, необходимо выбрать других руководителей обороны, – кивнул Шамиль.

Оптимизм Басаева, нисколько не поколебал уверенности у командира президентской гвардии Апти Баталова, в том, что их дело проиграно. Тем более что 18 января федералы заняли мост через Сунжу, и город был разделён на две части: западную и восточную. Сообщение между отрядами, теперь осуществлялось только по рации. Именно Баталову, Шамиль Басаев поручил отбить мост у федералов.

Вместо того, что бы готовиться к штурму, тот собрал своих гвардейцев и объявил им, что он снимает с себя полномочия командира отряда, предлагает гвардейцам разоружиться и идти по домам. Кое-кто внял советам своего командира, а большинство разошлись по другим отрядам.

Басаев узнал о решении Баталова вечером 19 января. Он приказал разыскать Апти и расстрелять, но было слишком поздно. Переодевшись в гражданскую одежду, Баталов смешался с потоком беженцев и благополучно выбрался из города. Он «залёг на дно», но в апреле 2000 его задержат в Шалинском районе и эпатируют в следственный изолятор ФСБ «Лефортово».

Баталов сможет доказать, что за участие в первой чеченской компании, он амнистирован, а во второй, участия не принимал. В июне этого же года уголовное дело против него будет прекращено и он выйдет на свободу. Однако возвращаться домой, в Чечню, Баталов не рискнёт, и в 2002 эмигрирует в Великобританию. Всё это будет в будущем, а пока Баталов в потоке беженцев выходил из Грозного.

Боевики могли держать под своим контролем только дома в районе площади Минутка, которая находится в самом центре Грозного.

Вообще-то площадь эта звалась Октябрьской, а с приходом к власти Дудаева, её стали именовать: «площадью Хрущёва», но в народе ее, как и раньше звали «Минутка». Когда-то здесь проходила узкоколейка, по которой возили рабочих на нефтяные промыслы. Железнодорожный состав на этой площади останавливался ровно на минуту. Отсюда и название: «Площадь Минутка».

Вечером 19 января, узнав о бегстве Баталова, обороняющий улицы Заводского района Грозного Арби Бараев, так же принял решение уходить из города.

– Пока кольцо вокруг города не плотное, нужно валить отсюда, – сообщил Бараев своим наибам14, – сегодня же ночью уйдём в Алхан Калу.

В ночь с 19 на 20 января, отряд Арби Бараева, проскочив между заслонами федералов по руслу реки Сунжи, ушёл из Грозного.

В то время, когда боевики Арби Бараева по пояс в ледяной воде, брели прочь из блокированного города, адмирал Строгов, который со стороны ФСБ руководил антитеррористической операцией, собрал в армейской палатке, в Ханкале своих подчинённых. Им предстояло разработать операцию по уничтожению боевиков.

– Предлагаю предстоящую операцию обозначить кодовым названием «Охота на волков», – предложил адмирал.

Пока шло обсуждение деталей операции, поступило сообщение, что большой отряд боевиков по руслу реки Сунжа выбирается из Грозного.

– Ну что ж, раз сами боевики выбрали это место, так тому и быть, – кивнул Строгов. Он обратился к генералу Леднёву: – Евгений Васильевич, вам необходимо завтра,– адмирал посмотрел на часы, и, усмехнувшись, поправился, – точнее уже сегодня, вылететь в Москву и обеспечить там дезинформационное прикрытие нашей операции.

Совещание у Строгова закончилось в пять тридцать утра. Когда сотрудники разошлись, Строгов прилёг на походную койку, необходимо поспать хотя бы два часа, в восемь у него встреча с бывшим муфтием Чечни Ахмадом Кадыровым.

Когда в августе 1999 года боевики напали на Дагестан, а потом стали взрывать жилые дома в Москве, Буденновске и Волгодонске, было принято решение о вводе федеральных сил на территорию Чечни. Тогда встал вопрос о главе этой мятежной республики. Кто возьмёт на себя вопросы по организации работы новой администрации Чечни?

С Масхадовым всё время велись переговоры, предполагалось, что он публично отмежуется от таких одиозных полевых командиров как Басаев, Хаттаб, Меджидов и добровольно сложит с себя полномочия главы Чечни. Взамен Масхадову гарантировалась жизнь и возможность выезда за границу. Тот всячески лавировал, и не давал ни каких обещаний.

Тем временем Строгов поручил полковнику Абердину подобрать кандидатуру на должность главы Чечни.

Пётр Витальевич Абердин принялся досконально изучать политическую жизнь в Чечне и определил для себя три кандидатуры: бывший мэр Грозного Беслан Гантамиров, глава концерна «Милан» Малик Сайдулаев и муфтий Чечни Ахмад Кадыров.

Перед будущим главой Чечни стояли поистине невыполнимые задачи: склонить умеренных полевых командиров сложить оружие, примирить враждующие между собой группировки чеченцев. Потому сразу отпали кандидатуры Гантамирова и Сайдулаева.

Первый плохой переговорщик, слишком строптив и своенравен, а второй хоть и хороший бизнесмен, но в Чечне не имеет никакого авторитета.

Оставался Кадыров. Муфтием он стал в 1995 году, когда прежний муфтий Чечни Саид – Ахмед Аслабеков отказал в просьбе Джохару Дудаеву объявить джихад против России. За это Аслабеков был объявлен дезертиром и по приговору шариатского суда Чечни бит палками.

Кандидатуру Кадырова предложили Джохару Дудаеву полевые командиры Руслан Гелаев и Шамиль Басаев.

Кадыров джихад России объявил, а после гибели Дудаева, поддержал кандидатуру Аслана Масхадова на президентских выборах. Имам Кадыров выступал против ваххабитов.

В июне 1999 года он, видя подготовку ваххабитов к нападению на Дагестан и полную неспособность Масхадова противодействовать им, решает захватить власть в Чечне. Кадыров собирает тайное совещание, на котором присутствуют все руководители силовых ведомств независимой Ичкерии. Произошло невероятное: на этом совещании было не так уж и много сторонников Кадырова, вдобавок все эти люди, были ярыми противниками друг друга, но Ахмад смог убедить всех, и единогласно был избран военным амиром.

По законам шариата, военный амир, становится руководителем государства, после устранения от власти светского главы государства.

Тогда Масхадову остались верны лишь двое: командир национальной гвардии Мохаммед Хамбиев и глава шариатской службы безопасности Айдамир Аблаев, но именно эти двое, предотвратили захват власти Кадыровым. Муфтий был арестован и под охраной препровождён в своё родовое село Центерой.

Аслан Масхадов издал указ о снятии с Ахмада Кадырова сана муфтия Чечни. Официальной причиной послужил отказ объявить джихад во время начавшейся тогда второй чеченской войны.

Во всей этой истории, Абердину импонировало в Кадырове одно, он мог вести переговоры с враждующими между собой людьми, и склонить их на свою сторону.

« Ахмад Кадыров именно тот человек, который сейчас должен стоять во главе Чечни» – решает Абердин и начинает искать возможности сближения с ним.

Решение этой проблемы оказалось на удивление лёгким. Мовлади Атлангиреев – лидер одной из чеченских криминальных группировок, которая в милицейских картотеках именовалась как «лазанские», оказался одноклассником Ахмада Кадырова.

Мовлади Атлангиреев был информатором ФСБ и МВД. Он, позвонил в Чечню Кадырову и пригласил его в Москву. Первая встреча Абердина и Кадырова состоялась на квартире Атлангиреева в Москве. Потом с Кадыровым встретился начальник департамента противодействия терроризму и экстремизму ФСБ адмирал Строгов.