История семи земель
- -
- 100%
- +
Стоя под высоченными сводами древесных проходов, чувствовалось чьё-то присутствие. Оно ощущалось и раньше, всё здесь было не просто живым, а словно ожившим. Но эта широкая поляна, из ныряющих под землю деревьев, прямо веяла опасностью.
Послышалось резкое недовольное сопение. Звук прилетел не из близи, но был достаточно громким, чтобы понять силу его хозяина. Кий и Горшок огляделись. Кивнув головами, они дали понять друг другу, что сейчас лучше всё объяснять жестами. Простора хватало видеть всё на расстоянии нескольких заячьих прыжков. Вот только могучие столбы, то тут, то там закрывали кругозор, и заставляли сжимать рукоять меча сильнее.
Опять мощный выдох. На этот раз злее и немного с храпом. Дышит конь, да непростой. Обычный скакун уже давно бы удрал, учуяв опасность. Этот же напротив, может заставить кого угодно бежать, бросив всё.
Так оно и есть. Вышел, из-за нависающего над землёй дерева, свирепый зверь единорог. Белый, как облака, красивый, как сама природа, он загребал копытом и целился своим смертоносным рогом в незнакомцев. Ростом сказочный жеребец оказался выше любого коня. Золотистые кончики волос на гриве и хвосте сияли в ночи. От топота содрогалась земля. Боднув по воздуху головой, единорог зацепил кору со ствола, и на траву посыпались щепки.
– Ох не зашибить бы, – неуверенно повторил слова друга Горшок.
Заржав, ни то пронзительным воем, ни то рыком, зверь кинулся в атаку. Не добежав до врагов одного шага, он встал на задние копыта и занёс остриё. Горшок приготовился отбивать удар, замахнувшись мечом назад. Кий же решил не ждать, и в прыжке ударил клинком первый. Грозный рог, вместе с головой зверюги, повернулся в сторону. Волшебный конь опустился на землю, но не собирался сдаваться. Задними конечностями он снёс князя с ног, едва не проломив грудь. Слава заговорённым доспехам.
Увидев такое, Горшок чуть мигом не вонзил лезвие в шею ретивому противнику. Но вспомнив наказ князя, лишь съездил ладонью по спине буяну. Кто бы мог подумать, что от этого единорог, как и все прочие лошади, дико заржёт и поскачет просто вперёд, что есть мочи. Правда сказать, разламывая всё на своём пути сокрушительным рогом.
– Князь, вставай, ты цел?
Кий только покивал, дыхание ему перехватило ударом.
Тем временем, единорог опомнился, остановился, повернулся и поскакал обратно на приятелей. Видимо почувствовав за собой должок, князь побежал ему навстречу. Не зная Кия, можно было бы подумать, что он обезумел от злости, и боевой гнев взял верх над его умом. Но тот, кто разбирается в повадках опытных воинов, сразу бы увидел, как сын Ория отмеряет шаги и рассчитывает скорость своей атаки. Не дав единорогу встать на дыбы, он ударил по рогу, на секунду сбив зверя с толку. Хотя на такие случаи у того имелся уже известный приём. Единорог попытался согнуть туловище, чтобы вновь ударить ногами. Это знал и Кий. Использовав момент, он заскочил на наклоненную голову сказочного коня и пробежался по нему сверху.
Горшку же опять не достался рог для боя. Зверюга осерчала на князя и не давала ему спуска. Хохмач не пускал в ход меч, убивать не было задачи, да и нападать сзади на благородного жеребца было не по-рыцарски. Поэтому что тут остаётся, врезал весельчак свободной рукой по хребту прекрасному коню ещё раз. Картина вышла прежней. Подскочил обитатель сказочного леса, как от укуса пчелы, затопал резво, вырывая под собой клочья каких-то плоских цветов и разноцветные стеклянные камни, и врезался лбом в дерево.
Разломив древесину, зверь упёрся в землю и вытащил рог. Ещё бы секунда, и бой продолжился с новой прытью. Уж не на шутку разозлили единорога наши герои. Но тут около него появился Кий и огрел по заду зверюгу так, что кожа на пальцах порозовела от удара.
Дерево переломилось окончательно и рухнуло сверху прямо на красавца скакуна. Как вы догадались, могучая сила и страсть крушить всё напролом, завели единорога в западню. Получив ещё один шлепок, он вонзил своё страшное оружие в то же место и врезался обратно в покошенный ствол. Этого стало достаточно, чтобы повалить всю тяжесть дерева на себя. Битва закончилась его поражением.
* * *На поляне лесной стало ещё светлее прежнего. Здешние светлячки, что сияли ярче свечи, не боялись шума и грохота. Наоборот, они плавно прибывали туда, где происходило всё самое интересное.
Победа. Вот он – поверженный враг. Свяжи его верёвками и отправляйся пировать. Дело сделано и пора славить подвиг. Но эти мысли что-то не приходили в головы нашим витязям. С грустью и досадой смотрели они на плоды своих трудов.
Единорог лежал под тяжестью брёвен и беспомощно махал копытами. Ещё секунду назад это чудесное животное вызывало восторг и страх, а сейчас только жалость. Чего ради он должен жить в клетке? Ведь там он как раз и окажется, не станет сказочный зверь катать Величаву по дворцу. А сколько лет живут единороги, никто из наших друзей не знал. Может они обрекают его веками сидеть в заточении.
– Знаешь, Горшок, мне такие подвиги не по душе, и слава такая вовсе не нужна. – смотрел Кий в землю, пряча взгляд от друга.
Горшок тяжело вздохнул и убрал меч в ножны. Он понимал, что это не означает для них ничего хорошего: Забава Силена не увидела, Мудрёна Полоза в свой сад не поселила, Величава единорога не дождётся. Это не самая радостная часть их путешествия.
Подперев плечами упавший изогнутый ствол чудного дерева, друзья встали в полный рост и освободили пойманного коня. Тот больше не рвался в битву и убивать незваных гостей не собирался. Поднявшись на все четыре копыта, зверь спокойно затопал по навесной поляне из живых мостов. Зайдя за один, следом за второй ствол, растущих в землю деревьев, единорог исчез за третьим. Посреди подводного леса остались два наших приятеля. Три армии, стоявшие в окружении, под водяным небом, ждали приказа атаковать. Три князя в своих крепостях собирались на войну. Но сперва-наперво казнь ждала Кия и Горшка из земли полян.
– На лево пойдём – к Сластару попадём. Прямо пойдём – к Вясреду прямиком. На право пойдём – к Немладу придём. Тебе как больше нравится, княжа?
Кий ничего не ответил, только лишь улёгся прямо на землю и закрыл глаза.
– Правда твоя, – продолжил рассуждать Горшок, – можно ведь и так: не ходить никуда вовсе.
Под тяжелым синим небом, полным спокойной раскачивающейся воды и плавающих в ней звёзд, лежал князь Кий, сын великого князя Ория. В сказочном лесу, где повстречать можно кого угодно, любого, кто придёт к тебе на ум, ни один чудной зверь не был пленён.
– А ведь так хочется, чтобы всё стало так, как я хочу.
Как бы я хотел
Весь мир усыпать снами,
Сделать сказку явью,
День белый превращая,
В вымысел.
Как же я желаю
Поля увидеть в небе,
Небо на земле,
Радугу во тьме,
Ладонью к ним касаясь.
Пусть все увидят сон.
Сейчас нельзя проснуться.
Есть только ты, грёзы и мечты.
Смотри на них.
В ту ночь только детям не грозило сойти с ума. Повидавшие на своём веку отцы и матери, старики и бабушки, да и смелые воины, что держали в осаде лес, всем тогда пришлось померяться силами со своими фантазиями. Из огромной лесной ямы, да в дремучую чащу вырвались сказочные звери. Сразу все до единого. А через какой-то миг ими уже наполнилось небо и с ним три полевых лагеря трех армий. Волшебные существа волной бежали, летели, ползли и прыгали без остановки. Спустя ещё минуту во всех княжеских крепостях гуляли тени, то появляясь, то исчезая. Дыхание замирало и глаза разбегались от того, что творилось в домах и на улицах. Голова шла кругом от воспоминаний: где и откуда взялось то, или другое дивное создание? Из какой сказки, или легенды появилось оно здесь, прямо на пороге?
Но как любому волшебству и снам, этому так же суждено было закончиться. И наступило это с первыми лучами солнца. Конные отряды медленно брели по холмам, каждый в свою сторону. Летнее утро словно обнимало и ласкало своей теплотой. На свет ясный вышли два друга. Только по тому, как они смотрели по сторонам и разводили руками, трогая воздух, можно было заметить, что они безумно счастливы жить. Или просто рады жизни. А может всё это сразу.
– Чего остановился, Горшок?
– Камешки разноцветные! – схватился за голову весельчак. – Пожалуйста, давай…
Но его слова оборвал раскат грохота обвалившегося неба. Точнее не самой небесной синевы и пролетающих облаков, а всей озёрной воды в нём. Как падает дождь вы конечно видели. Но как летит с неба рыба, в разрывающихся волнах, видели тогда только словене, и наши герои: Кий и Горшок.
Глава 6
Вятичи
Где бы ни странствовали люди, любой знает, что держать путь возле речки всегда легче. Тут тебе и вода, и рыбка, если знаешь, как её изловить. Повстречавшийся рыбак дорогу подскажет, новостями поделится. Попадаются и чудища: кикиморы, кулеши, болотники, аржавеники, да прочие страшилы. Но если ты не боишься и духом крепок, с тобой твой меч и преданный друг, то любые передряги тебе по плечу. Тропа у реки рано, или поздно выведет вас к городу, или к селу. А может к деревне, или к городку. Куда привела дорога наших друзей, было ещё не понятно. Об этом, как раз, они и вели беседу.
– Деревня.
– Город, я тебе толкую! Сам погляди!
– А чего глядеть, деревня как деревня.
– Да какая ж то деревня с теремами такими! – не отставал Горшок.
– Терема красивы, спору нет. Строители, видать, в деревне есть, – стоял на своём Кий.
– А стена?
– Чего стена?
– Деревянная стена, что могучими кольями вокруг домов сомкнулась, это деревенский забор что ли?
– Не знаю, что у них за забор считается, но городские стены таковыми не бывают.
Горшок слушал, а князь продолжал:
– Где башни с лучниками? Где дозорные? Где часовые на стенах? А те гуси перед воротами, то стража?
– Не поспоришь тут с тобой, – улыбнулся Горшок, – стражники свой пост покидают, – смотрел он за тем, как бежали, шипя, домашние птицы за шаловливыми детьми, что кидались в гусей камешками.
– То-то же. Хотя, вокруг стены земля ещё свежа. Деревянные подпорки вколочены, будто работа ещё не окончена. Или окончена, но не до конца.
«Заперть», селище вятичей тянулось вдоль реки длинной стеной из высоких брёвен. Сверху каждый крепкий ствол торчал выструганным остриём. Множество разбросанных внутри домов, создавало путаную паутину из узких улочек. Среди деревянных теремов, с резными крышами и узорной росписью из красной, чёрной и золотой краски, дымились трубы кузниц и бань. Стучали мастерские столяров и плотников, скорняков, сапожников и портных. Ремесла хватало всякого. Зайдя в поселение, стражников наши путники всё же увидали, и немало. А мужиков на улице оказалось ещё больше. У самого красивого высокого терема, в несколько этажей, столпились воины и работники. Как и все расписные жилища, небольшой дворец был сколочен тоже из дерева. Из кучи народа разносился шум. Женщин и ребятишек рядом не было, видимо дела решались мужские.
– Чего это они, на войну собрались? – кивнул в сторону собрания Горшок.
– Главное, чтобы ни друг с другом. Пойдем, поглядим, – предложил Кий.
– Уж двенадцатая седмица идёт, как ты нам стену обещал! – кричал какой-то здоровый бородатый мужик с крупным носом и сильными широкими ручищами.
– Да! Да! Верно Яромир говорит! – поддержали мужика такие же бородачи в толпе.
Возле крыльца того терема, что собрал вокруг себя столько людей, стоял уже не молодой, но ещё и не старый витязь. Коричневые волосы, собранные венцом, аккуратная бородка, длинный, до самой земли, кафтан и чистые сапоги. Всё выдавало в нём вельможу, или начальника. Опустив глаза и собрав на груди руки, он слушал гневные речи мужиков.
– Работа стоит! Не уж то мы не видим, что стена не строится! – продолжал здоровяк.
– Стена есть, – хмуро ответил витязь.
– А земляная насыпь?! А ров под ней, да мост, до следующего лета ждать?! – засыпал вопросами другой работяга, худенький жилистый старичок.
Теперь Кию и Горшку стало понятно, что за спор средь бела дня. Вятичи хотели укрепиться, и сделать себе настоящий город.
– Это дела небыстрые – земли столько натаскать! Когда готово будет?! – решил кто-то окончательно добить ответчика.
– Наёмные рабочие просят слишком много золота. Так придётся поднять княжескую дань, – вызвал бурю негодования честный ответ. – Нужна помощь. Кто из мастеров готов помочь?
Наверно это был здешний князь. Кто же ещё мог ведать делами обороны.
– Не можем мы! Дела не ладятся. И ты сам знаешь от чего. Только помощи и тут от тебя никакой! – отправил ещё один укор местному управленцу бородач. Видно мужики его уважали, ведь когда он начинал говорить, гомон голосов утихал.
– Я привозил волхва. Кого вам в помощь ещё надобно? – ответил теперь немного строже местный начальник.
– То, чего нам волхв поведал, мы и так все с детства знаем! Не можно нам так, – опять вступил в разговор бородатый мастер. – Давай наказ дружине, пускай рабочим помогают!
При этих словах, один из воинов, стоящих возле князя вятичей, подбоченился и из серьёзного сделался слегка злым. Шлем, как на молодцах помоложе, он не носил, выглядел намного толще и старше своих братьев по оружию. Лицо украшали боевые шрамы, говоря о долгой ратной службе. Если этот богатырь собирался говорить за всю дружину, то не иначе как он над войском главенствовал.
– Вот князь селища, а с ним воевода. И много-много недовольных мужиков. Всё становится немного понятней, – подумал Кий.
– Не могу я дать своих людей на работу. Дорога останется без присмотра, – посмотрел старый вояка туда, где улицы вели в сторону леса.
Толпа снова недовольно загудела. На этот раз слово молвил кто-то из мужиков в зелёных фартуках, одетых на голое туловище без рубах.
– С дорогой вы так же управляетесь, как и со стеной! Купцы со шкурами к нам доезжают через раз. А скоро и просто ездить сюда перестанут!
Кий с Горшком огляделись по сторонам. Ещё немного и начнётся бунт. Крики нарастали. Но к счастью глава поселения поднял руку:
– С мастерскими я помогу, если после приведёте работников на строительство стены! На тридцать три дня! Даю своё княжеское слово!
На этом и договорились. Кузнецы, скорняки, сапожники и прочие начали расходиться. Нехотя, скрипя зубами, бурча себе под нос и друг другу недовольства, они направились по своим ремесленным домам. Воевода и его начальник облегчённо вздохнули.
– Да, небось, проще за двумя зайцами угнаться, чем княжить у Вятичей, – сказал Горшок потихоньку другу.
– А чего нам, пойдём да узнаем, каково это, – обходя суровых работяг, Кий двинулся к уходящему в свои покои князю.
Внезапно путь к крыльцу перегородил громила воевода.
– Князь уже всё сказал. Если ты не расслышал, то я повторю: с мастерскими…
– Бронислав, пропусти витязя, – обернулся хозяин прекрасного терема. – Здравствуй. О чём ты спросить меня ещё хочешь? – подумал он, что жалобы на сегодня ещё не закончились.
– Здравствуй. Я князь Кий, сын великого князя Ория с земли полян. Это мой друг Горшок.
– Здравия вам путники. Я князь Вятко. По весне меня позвали на княжение в Заперть.
– И до осени княжить осталось так мало, – намекнул на обозлённых мужиков Горшок.
– Верно ты подметил, – грустно улыбнулся Вятко. – Проходите ко мне на ночлег, далеко же вас занесло по Руси.
* * *Ужинать гостей пригласили на самый верхний этаж, в светлицу. Изо всех окон было видно селище от края до края. Терема возвышались один краше другого. На улице темнело, солнце садилось за лес. Княжеская кухня уже закрывалась, слуги заканчивали прибираться, а стража заступала на ночной дозор. Хлебая уху с караваем, путешественники слушали кручины князя вятичей.
– Надумали однажды здешние вятичи, сделать из своего селища – городище, – начал Вятко. – Для того надобно стену возвести, глубокий ров с кольями вокруг неё выкопать, да насыпь земляную выложить. Дабы твердыня стояла, ворогам непреступная. Когда княжить я пришёл, с таким делом мне и предстояло справиться перво-наперво. Позвал я черновых работников в помощь, земли-то копать вон сколько! – приостановился с рассказом князь, видимо вспомнив слова мужиков. – Строили мы все вместе, и ремесленники, и витязи из моей дружины. Работы оказалось шибко много. Да тут и начались напасти.
Завелась какая-то нечисть в мастерских. Дела не ладятся, изделия портятся, товар худой получается, то несчастья всякие с мужиками случаются. Отозвали тогда своих мастеров столяры, плотники, да и все прочие. Опосля разбойники объявились в лесу, на большой дороге. Грабят всех подряд без разбору. Теперь и воевода мой Бронислав забрал всех своих молодцов со стены на охрану дорог. Не хватает сил и рук у наёмных мужиков, а лето ведь не вечное. Потом дожди, холод, земля сырая да твёрдая.
– С нечистью, князь, мы дружбу ведём давно, – потянулся за столом довольный и сытый Горшок. Но, увидев настороженный взгляд Вятко, поспешил объяснить, – мечами дружим с чудищами! В этом мы тебе поможем! Правда, князь? – обратился он к Кию.
– Мой меч тебе послужит, – одобрительно кивнул Кий.
– Спасибо на добром слове и за помощь, братцы. Только не видал ещё никто лихо, что мастерам продыху не даёт. Я бы и сам мечом поучил уму разуму того Бабайку, – стукнул кулаком по столу Вятко.
– Это не беда, любое зло, рано, или поздно, становится видимым, – приободрил хозяина терема Кий, кладя расписную ложку в пустую тарелку и вставая из-за стола.
– Так-то оно так, Кий. Поскорее бы.
– Ложись спать, князь вятичей, утро вечера мудренее, – вглядывался наш Кий в яркие уличные огни селища, стоя у окна. Деревянные терема, очень близко стоявшие друг с другом, в свете ночных факелов напоминали игрушечные домики, собранные в одну кучу.
– Ну и вам спокойной ночи, гости дорогие. Может у вас чего получится, – встал немного повеселевший Вятко и пошёл к двери.
– Постой, – окликнул его Кий, – а что за старый покосившийся дом, непохожий на остальные, стоит на краю? Он меркнет в ночи, нет там ни огонька.
– Давайте как-нибудь в другой раз расскажу. Эта история на ночь не годится. – С этими словами он захлопнул дверь.
* * *Утро в Заперти начиналось даже не с петухов и ни с первых лучей рассвета. Лязг засовов, щёлканье амбарных замков и звон раскладываемых инструментов, пробуждали ещё сонное селище. А вот петушиные перекрикивания уже разлетались под перестукивание молотков, гудение кузнечных печей и свист пил. Женщины и девушки с корзинками, накрытыми белыми полотенцами, разносили горячие пирожки, булочки и рогалики. Среди всего этого утреннего оживления шли наши странники.
– Какие терема красивые, и все такие разные! – дивился Горшок, рассматривая резные жар-птицы, солнышки, звёзды и прочие узорчатые украшения крыш и оконцев. – Наверно домовые у вятичей про избы да землянки и слыхом не слыхивали.
– Про мастерские точно не слыхивали, – слегка с досадой в голосе произнёс Кий, – не водилось бы там чудище.
– Куда мы идём хоть, скажи? Ты так по сторонам смотришь, словно ищешь кого-то?
– Так и есть. Яромира. Помнишь вчера такого?
– А то, как же! Слушай, чего нам от него надо? Он мне самым ворчливым показался. Нрав у него видать крутой, того и гляди кинется в драку.
– Ну и пусть, значит ему больше всех и надо. Раз так, будет всё делать, как мы скажем.
– Ну гляди, князь, – улыбнулся Горшок.
Дальше, пройдя несколько сапожных цехов и лавок портных, друзья вышли к дымящимся кузницам.
– Нам сюда, – кивнул Кий на одну из них и уверенно зашагал к широкоплечему парню, постукивающему молотом по наковальне. – Здравствуй, крепкой руки тебе на век, – поприветствовал он молодого кузнеца, который был ростом выше приятелей на две головы.
– Здравия вам незнакомцы, – кивнул парень, на секунду прервавшись с работой. – Чего-то желаете выковать? Или мечи наточить?
– Нам бы с Яромиром повидаться. У нас к нему дело.
Кузнец перестал стучать, положил молот и только сейчас обратил взгляд на двух витязей. Точнее, парень мельком пробежал глазами по лицам друзей и уставился на их костюмы.
– Позови Яромира, будь добр, – напомнил Кий.
Молодец словно опомнился, резко развернулся, чуть не врезавшись лбом в проём, наклонился и зашёл в кузницу.
– Слушай, как ты так угадал, что это кузница Яромира? На ней же это не написано, – в полголоса спросил Горшок.
– Видишь эту согнутую пополам подкову, что прибита под крышей? Так и угадал, – объяснил свой выбор князь.
Яромира долго ждать не пришлось. Суровый бородатый хозяин плавильни вышел быстрым шагом, вытирая тряпкой могучие ладони с толстыми пальцами. По мощным рукам и плечам, на которых висел чёрный фартук, стекали капли пота. Мокрые густые тёмно-русые волосы слегка закрывали глаза. Отшвырнув тряпку, кузнец молча протянул руку и поприветствовал гостей крепким рукопожатием за предплечье.
– Чем могу помочь? – твёрдым голосом матёрого быка, сразу перешёл к делу Яромир.
– Я Кий. Это Горшок. Пришли мы помочь вам.
– Помощь я прошу не часто. И просил последний раз у князя. На волхвов-то вы не похожи, – прищурившись, смерил мастер необычные одежды витязей.
– Верно. Мы не волхвы, – согласился Кий, – но чудищ уж поведали всяких.
– Повидали говоришь? – по глазам было заметно, что кузнецу интересно посмотреть на чудные доспехи друзей. – Проходите и располагайтесь, раз так.
Минуя главный подвальный ковочный зал, куда спускались ступени под первый этаж, хозяин вывел гостей в узкий коридор. Пройдя через кладовые с углём, инструментами и всяческими товарами, среди которых было немало мечей и кольчуг, путники оказались в небольшой тёмной комнатушке. Яромир поставил на стол тарелку с яблоками и деревянное ведёрко с холодной водой, из которого торчал половник. Все расселись по стульям.
– Кузницу спалить не дам, предупредил, – сходу объявил хозяин.
– О как. Вставай, князь, зря пришли, – потянулся Горшок к жёлтому яблочку.
– Давай с самого начала расскажи, как лихо завелось? – поспешил Кий отвлечь на себя, вмиг нахмурившегося Яромира.
Немного помолчав, и как-то недоверчиво вглядываясь в глаза то Горшку, то Кию, кузнец ещё раз вытер пот со лба и начал рассказывать:
– Случилось это под конец зимы. Есть у нас в Заперти общая баня селищенская. Ходили туда витязи опосля работы обмыться, да кости попарить. Народу всегда было много. Зимой работы мало, делать нечего, вот и сидят мужики в тепле да в пару. Был там и банщик один прохвост. Ведать не ведаю, как он с делами уж управлялся, но завёлся у него анчутка. Сперва думал я, что наговаривает плут: то веники у него гниют, то жару в печах нет, то лавки грязные из-за козней анчутки. Но как-то раз я и сам там попариться собрался. Сидели мы, сидели с мужиками, вроде бы сносная парилка. Да тут, откуда ни возьмись, копоть с сажей из камней как полетала. Дверь смолу из дерева пустила и пристала к проходу так, что выбивали всей братией. Едва не задохнулись тогда.
– А баня эта где, покажешь? – спросил Кий.
– Зачем? – не понял Яромир.
– С банщиком поговорить.
– Сбежал он из селища. А баня его стоит опустелая.
– Не ужился с банным дедом, стало быть. А тот на него анчутку наслал. Так, получается? – доедал Горшок яблоко.
– Так-то оно так, – одновременно поднял брови и прищурил глаза хозяин, – только сперва задумал он чудищ прогнать. Рассыпал соли на ночь повсюду и думал управился. А чёрт парильный оттудова сбежал и нынче забавляется, где хочет. Подковы, доспехи, мечи с гвоздями ржавеют прям за ночь. Печи тухнут, железо не плавится. Беспорядок всегда поутру. В баню ту люди ходить перестали. Как бы и о моей кузнице молва дурная не пошла. – Резко выдохнув через нос, кузнец схватил половник и отхлебнул из ведра. – Потом наш князь волхва привёз. А тот чего ещё сказать мог! Говорил, что спалить надо было ту баню. Да поздно. Палить теперь надо пол селища, дабы от чёрта избавиться.
– Тридцать три дня на стене отслужите, как Вятко обещали? – уточнил Горшок плату за то, что они анчутку прогонят.
– Отслужим, – сквозь зубы, едва шевельнув бородой, ответил Яромир. – Но если вы надумали полы солью посыпать, то не поможет это, только злее станут проказы.
– Не надумали, – успокоил бородача Кий, – но её ты побольше приготовь. Как вечером увидишь дым со всех труб, посыпь солью вокруг своей кузницы.
– Это ладно, сделаю. Но дым-то вам зачем, печи жечь собрались? – удивился кузнец.
– Баню топить будем, – вызвал князь ошарашенный взгляд не только у хозяина, но и у своего друга.
* * *Прогулявшись на окраину леса, наши герои нарезали себе по венику. Кий собрал дубовый, а Горшок бирюзовый.
– Эх, попаримся,
Эх, согреемся,
Собирайтесь веточки
Да нам на здоровьице.