История семи земель

Лёжа на спине, Кий упёрся руками в землю, привстал и резко оттолкнулся ногами назад. Меч торчал между коленей. Глаза врагов встретились почти взглядом в упор. Откинувшись назад, князь ударил последний раз. Куда-то в толпу кабанов полетела голова Сколоменда.

Сперва, не поверив тому, что произошло, разбойники, раскрыв рот, смотрели, как Кий спокойно встаёт и направляется к повозке. Горшок уже был около клетки с голубями. Стоило князю слегка ускорить шаг, как лихачи опомнились.

– А теперь смотри, как я могу! – замахнулся мечом Тугодум и запустил его в спину победителю.

Кий знал, что подобное произойдёт, поэтому был заранее готов. Развернувшись, он отбил летящий клинок. Но от второго успел лишь увернуться. Меч пронёсся над свиньями и, пролетев на волосок от макушки князя, врезался в клетку. Деревяшки разлетелись в стороны, а голуби в небо. Ещё миг и ничего живого на опушке не останется.

Всё произошло очень быстро. Высунувшись из-за телеги, Горшок увидел, как разбойники кинулись на друга.

– Не успеет под днище убежать, – подумал приятель.

Углядев в суматохе самого мощного хряка, хохмач кинулся ему на спину и что есть мочи укусил за ухо. Сквозь оглушающий визг дикого кабана, Горшок сумел прокричать:

– Прыгай, князь!

Протаранив подряд сразу двух разбойников, свинья мчалась, ничего не видя перед собой. От её душераздирающего вопля стали носиться остальные хрюшки, сваливая злодеев в пыль. Кий успел сигануть сверху на Горшка, вцепившегося в животное руками и ногами, как клещ. Едва скрывшись в густые заросли, друзья услышали свист полусотни свистулек, затем визг всего стада свиней, вперемешку с криками и руганью лихачей. Стрелы падали ливнем, или градом острых пик, не щадящих ничего живого на той опушке, которая осталась позади. Ор и стоны стихали, то ли от того, что становились всё дальше, то ли от того, что издавать звуки становилось уже не кому. Обезумевших дикий кабан, весом и ростом с ослика, по своим кабаньим тропам, уносил наших героев всё дальше в лесную гущу.

* * *

Наконец свалившись где-то в колючих кустах, наши герои потирали поцарапанные о ветки щёки и лбы. Сколько и в каком направлении они проехали, верхом на таком ретивом хряке было трудно сказать. Зная, что эту часть леса сейчас засыпает стрелами дружина вятичей, спрыгивать раньше времени было ой как опасно.

Вечеряющее небо заслоняли не только деревья. Повсюду царствовал терновник вперемешку с бурьяном из высокой травы и репейника. Выковыривая колючки из волос и отряхиваясь, друзья пытались понять, куда же теперь им надо идти. Решили шагать в местах хоть как-то проходимых, пока не выйдут на дорогу, или тропинку.

– Как думаешь, остался ли кто в живых на той опушке? – спросил Кий Горшка.

– Наверно там даже жуки с муравьями в траве больше не ползают, – вспомнил Горшок свист, падающий с неба. – Наш кабанчик должен быть нам благодарен.

– Да, вот-вот повстречается сейчас в этой глуши и подскажет нам путь.

– Как во всех сказках! – согласился с другом хохмач.

Но на пути им никто так и не встретился. Забредая всё дальше в дремучие заросли непроходимого леса, надежды отыскать дорогу становилось всё меньше. Где-то вдали садилось красное солнце. Однако, пробравшись ещё несколько десятков шагов, странники почувствовали впереди пространство. Это была и не тропа и не прогалина. Просто кусты и высокая трава тут почему-то лежали под ногами.

– Может место добычи у дровосеков? – подумал вслух Кий.

– Скорее охотников, пней же нет. А из-за деревьев по-прежнему ничего не видать в такой-то тьме, – пытался разглядеть хоть что-нибудь перед собой Горшок.

Свободно пройдя почти по прямой, друзья наткнулись на стену посреди леса. Хотя стеной это не было. Препятствие скорее напоминало горку, или холмик. Обходить и снова лезть в колючий бурелом, уставшим витязям жуть как не хотелось.

– Полезли? – подставил руки в качестве опоры Горшок.

– Давай. Если наверху ровно, то там и заночуем, – встал одной ногой Кий в ладони друга.

После князь подал руку, и оба парня уже стояли на вершине.

– Князь, – очень тихо позвал Горшок, сделав несколько шагов по мягкой поверхности.

– Чшшшшш, – только еле и прошипел Кий в ответ.

Оба наших героя прекрасно понимали, где они стоят и куда забрели. Бежать и только бежать – больше ничего не приходило им в голову. Сапоги медленно ступали по вздувающейся земле под ногами. Но не земля то была, а ткань, огромным полотном лежащая в дремучем лесу. Это не ветерок то и дело поддувал откуда-то сбоку. Поздно поняли странники, что мягкая упругая почва, это живот великана. Вдыхая воздух, он поднимал витязей вверх, а выдыхая, заставлял их волосы слегка колыхаться.

– Чего спать мешаешь Косолапыч? – словно из большой трубы, прозвучал низкий голос гиганта. Видимо стоящие на нём четыре ноги, вместе по весу, да ещё и в темноте, показались ему медведем. – Ну, слазь давай, сон пропадает.

С этими словами великан дёрнул животом. Не устояв на ногах, Горшок свалился вниз. Князь же, будто акробат, вытянул руки, выставил ноги пошире и удержался. К своему великому сожалению, в тот же миг Кий понял, что лучше было бы ему грохнуться вместе с другом. Вот удивился великан, когда одни лапы у такого «медведя» убежали, а другие расползлись по всей рубахе. Тут-то он и решил встать, да посмотреть, что за диво.

Схватив Кия, гигант привстал. Даже сидя на земле, его рост был выше человеческого почти вдвое. В свете луны, он поднял князя и поднёс поближе к огромным глазам.

– Ух, ты. Человече, – наконец разглядел великан того, кто потревожил его сон.

В темноте чиркнула сталь.

– Горшок не вздумай! – остановил доблестный порыв друга Кий. Сражаться с таким большим противником путникам ещё не приходилось. Поэтому, прежде чем нападать, хотелось бы сперва поговорить. Тем более что великан пока не проявлял злости.

– Чего не вздумай? – нащупал гигант Горшка и так же поднёс к лицу.

Держа приятелей, словно две дыни, великанища принялся внимательно их рассматривать. Густая прямая белая борода скрывала большущие пухлые губы. Круглый нос картошкой, белые как молоко волосы и брови. Он был похож на молодого дедушку. Только могучего, богатырского дедушку, обладающего невероятной силой.

– А сегодня что, праздник какой-то? – задал неожиданный вопрос великан?

– А то как же! – прятал за спиной меч Горшок, пытаясь не уколоть им палец на гигантской руке, что держала его над землёй. – Сегодня День дождей из стрел! Местный воевода придумал.

– Хм. Не слыхал про такой. Напридумывают же себе глупостей люди.

С этими словами он поставил друзей на землю. Можно было выдохнуть с облегчением. И не только от того, что никто не собирался их есть, а ещё и от того, что хватка у ночного незнакомца была жуть какой крепкой.

Великан встал в полный рост. Ну и огромен же он был! Головами наши герои доставали ему едва до колен.

– Как вас звать-то молодцы? – поинтересовался сверху мощный голос, что-то ища на земле могучей ладонью.

– Я Кий.

– Я Горшок.

– А я Волот, – ночь пронзила яркая вспышка искры кремня, озаряя поляну посреди дремучего леса. Загорелся костёр, высотой с куст сирени.

Такой народ разводит только на масленицу, а для великана это обычный костерок. Сверху на бревне висел кабан. Точнее его половина, добрую часть уже видимо съел владыка этих мест. Может это и был тот самый счастливый хряк, на котором нашим приятелям повезло умчаться от стрел.

– Угощайтесь гости дорогие. Хотя раньше, в былые времена, это мне люди в лес угощения приносили, – снимал Волот свинью с вертела.

– Ты подскажи нам, добрый дедушка, каких гостинцев тебе хочется? А мы уж что-нибудь придумаем, – смотрел Кий, как великан разламывает жареного кабана напополам.

– Да-да! Может тебе ягод насобирать, или яблочек? – поддержал идею Горшок.

– Да что там, мы охотиться умеем и рыбалить! – быстро предложил Кий, представив, сколько ягод может съесть великан. Да ещё и такой огромный.

– Эх, нет, ребятки. Люблю я квас: золотого цвета, тёплым солнышком согретый, – положил Волот мясо в деревянную тарелку шириной с дремучий дуб, из которого она наверняка и была выточена.

Новость о любимой вкусняшке великана заставила задуматься. Хлебами вятичи не бедны, купить его конечно можно. А как этот хлеб потом в лес тащить? Ведь его на квас великану много нужно. Помощников Вятко не даст. Так, а что же делать с мёдом? Для кваса нужно много мёда. Пчёл в селище кузнецы с плотниками не разводят и мёд не собирают. Значит нужно искать диких пчёл в лесу и брать мёд у них. Так они его и отдадут. Искусают от головы до пяток. Да, ну и дела.

С такими мыслями, на мягкой траве, ложились спать наши путешественники. Утро вечера мудренее.

* * *

– Значит так, с хлебом мы решили. Хлеб нам не достать, так? – рассуждал Горшок.

– Так, – кивнул Кий.

Волот ушёл рано утром, когда его гости ещё сладко спали. На просторной поляне, посреди непроходимых зарослей, друзья думали: как настоять бочку кваса в глубине леса?

– А из чего ещё можно делать квас? – спросил, зная наперёд, Горшок.

– Из овса.

– Именно! – обрадовался хохмач, ожидаемому ответу. – Используем овёс!

– И где же мы здесь столько овса возьмём? У мышей попросим, что ли?

– Князь, – раскрыл широко свои, и без того широкие, глаза Горшок, – как тебе пришла в голову такая мудрёная мысль! Это же здорово!

Зная своего друга, Кий понимал, что он говорит это на полном серьёзе.

– Значит, пора варить Пылинки крупицы. Пошли шишки собирать, – встал князь на ноги.

Идея была ему не по душе. Пылинки крупицы – это зелье, от которого человек становится крохотным, как мальчик-с-пальчик. Превращаться в маленького человечка и разгуливать в лесу – очень опасно, даже в заколдованных доспехах и с мечом.

– Погоди, а с мёдом-то что? – поднялся следом за князем Горшок.

– А мёд… – секунду помедлив, глядя на весельчака, подумал Кий, – …мёд мы добудем у диких пчёл.

– Сегодня у нас две войны, одна в обед, вторая вечером?

– С мышиной ордой и роем пчел, мы попробуем сперва потолковать.

Неподалёку стали слышны громоздкие шаги и хруст веток.

– Надо спросить Волота, найдётся ли у него пара факелов? И пусть подскажет, где взять калужницу и плакун-траву, – смотрел Кий на колышущиеся, словно от ветра, верхушки деревьев.

– А как ты думаешь у него есть знакомая белка? – так же задал вопрос вслух Горшок, встречая улыбкой выглядывающего из-за веток великана.

* * *

Итак, наварили наши герои зелий, да на лунном масле. Из калужницы и плакун-травы получили Воротенье. А вот с Пылинками крупицы дела обстояли сложнее. Чтобы зелье то сварганить, надобно было сперва шишек насобирать. С этим проблем, конечно, не возникло. Но вот потом, опосля варева на лунном масле, нужна была рука ребёнка. Нет, не то, что вы подумали. Чтобы зелье получилось, ребёнок ручкой своей должен потрясти скляночку и взболтать отвар хорошенько. Тогда-то и превратят Пылинки крупицы кого угодно в малыша, размером с детскую ладошку. Даже великана. Даже такого большого, как Волот.

Да где только в глуши лесной ребёнка искать? Надеется, что встретят они в чаще Красную шапочку, или Машеньку, Кий с горшком не стали. Отдали зелье Волоту. Тот отдал знакомому медведю, тот волку, волк отдал лисе, та сороке, сорока белке, а она уж своему бельчонку на хвост баночку и привязала. Попрыгал бельчонок по веткам, потряс водичку из шишек и масла заветного, вот и получилось зелье. Принесла сова в лапах Пылинки крупицы на поляну к друзьям и великану.

Волоту же путники велели две бочки поставить, одну для овса, другую для мёду.

* * *

Как же пахнут лесные цветочки, когда ты шагаешь среди них в траве, расчищая себе мечом дорогу от листиков. Каждый стебелёк стал выше приятелей и выглядел как молодое деревце. Жалко, что такие деревья не растут у нас около домов. Но есть и другая сторона этого чуда. Став малюсенькими, Кий с Горшком с опаской обходили каждого жука, встречающегося им на пути. Жуки высотой по пояс, гусеницы как змеи, мухи как вороны. Осторожней теперь надо быть, да перепрыгивать трещины в сухой земле. Вот и увидели наконец-то друзья ту, что искали – серую мышку.

– Стой! Замри!

И не беги!

Нас не бойся, та, что вечно

Укрывается за печью

– А вы ещё кто такие? – проворчала недовольно мышь, принюхиваясь к человеческому запаху.

– Мы те, кто ищет мышь, – как есть ответил Кий.

– Зачем это ещё? – подозрительно глядя на чудных существ, спросила норушка.

– Поклониться самому полезному зверю на земле! – приложил ладонь к сердцу Горшок.

– Врёшь! – фыркнула мышка, поджав лапы.

– Нам и вправду помощь от тебя нужна, серенькая, – объяснил князь слова друга.

– С чего бы это мне помогать каким-то приблудам! Дел у меня гора целая, некогда мне тут! – резко развернулась мышь, собираясь бежать. Но не тут-то было.

– Погоди, поскребушка! – поймал её за хвост Горшок.

Скрючившись, мышь забила лапами и едва не цапнула хохмача за руку. Обычно такое животное может прокусить лишь кончик пальца. Но когда ты очень маленький, после зелья волшебного, её передние зубы могут и кисть оторвать.

– Ну ладно, ладно, – схватил за ухо мышку Кий, – мы тебя крошками с княжеского стола угостим. Выслушай нас.

– Говори, чего тебе! – опять зашевелила носом серая.

– Дело есть у нас. Надо нам бочку, что на поляне где великан живёт, овсом наполнить. А мы уж тебе едой, делом, или службой отплатим.

– Погляди-ка на них! Может ещё поле в лесу распахать и засеять?

– Не ворчи, подскажи чего-нибудь лучше, – отпустил ухо мыши князь.

– Не помощница я тут! – жевала мышь крошки, жадно их уплетая. – К королю мышиному вам надо!

– Ну, так веди, – заглянул в её чёрные глазки Кий.

Ничего мышь не ответила, только злобно пропищала, глядя на мечи наших путешественников.

Далеко идти не пришлось, чтобы ступить на тайную тропу в мышиное царство. Зайдя за ближайший пенёк, мышка повела своих просителей в нору. Однако, как все мы можем догадаться, то, что с виду кажется обычной ямкой, хоть и глубокой, ведёт тысячами тёмных ходов в самые разные края. Хорошо, что яркие факелы уменьшились вместе с одеждой и оружием.

Спускаясь всё ниже, воздух становился прохладней, а земляные стены и пол всё тверже, пока не превратились в глину. Мышей на пути попадалось больше и больше, коридоры их туннелей расширялись в просторные проходы. И вот Кий с Горшком оказались в большой подземной яме, где не было видно даже потолка. Тьма сгустилась ещё плотнее, вместо стен виднелось только множество мышиных глаз.

– Пропустите этих выскочек, они с королём шушукаться удумали! – скользнула серая проводница в толпу пищащих сородичей.

Грызуны стали пятиться назад, освобождая пространство в середине непроглядной пещеры. Путники двинулись в чёрную пустоту, выставив вперёд факелы.

Ещё пара шагов, и огонь осветил в подземелье толстенные корни, от которых отрастало множество более мелких. Это и был трон того самого Мышиного короля. Наверное, вы уже представили себе огромную толстую мышь с короной на голове, или уродливую зубастую крысу. Однако на Кия и Горшка сейчас смотрело сразу шесть пар бесцветных глаз. Шесть бледных, почти белых, худощавых мышей с длинными лапами и скрюченными когтями, сидели на корнях. Их нескончаемые хвосты тянулись друг к другу в единый запутанный узел. Таков был страшный повелитель всех пожирателей мусора, зерна и хлебных крошек.

– От вас не веет ничем вкусным, – пропищал один мыший рот. Писк был слабым, ленивым.

– Разреши назваться…

– С пустыми руками к королю пришли. Как невоспитанно, – проскрипела ещё одна морда, перебив Кия.

– А изо рта у тебя едой пахнет. Говори чего-нибудь, мне интересно понюхать, чем именно, – простучала зубами третья рожа. Носы короля на остальных мышах тоже принюхались.

– Нам нужна твоя помощь, тайный хозяин огрызков.

– Мясо ели. Открывай рот ещё, я нюхаю, – прошипела четвёртая мордочка.

– Нам нужен овёс. И принести его по зёрнышку, на поляну к Волоту, можете только вы.

– Обычно мы привыкли всё уносить, сжирать и превращать в труху. Зачем нам делиться своими богатствами? – показала жёлтые зубы пятая пискунья Короля.

– Они привыкли только под землёй сидеть, да есть то, что им их слуги принесут. Судя по их виду, сами они отродясь никуда не ходили, – подумал про себя Кий. – Богатства ты отдашь за свободу! – уже громко сказал князь.

– Мы и так свободны делать что хотим! – возразила вторая морда.

– Так ли? Тёплая печка, кровать из перьев в курятнике, запах парного молока в сарае, слыхал о таком? – подначил Мышиного короля Горшок.

Тот ничего не ответил, только смотрел множеством прозрачных глаз и молчал.

– Мы распутаем твои хвосты и дадим тебе волю. А ты велишь всем мышам нести овёс со всех тайников Волоту в бочку! – посматривал на бездумные капельки глаз Кий.

– Порукам! – громко фыркнула шестая пасть.

– Э нет! – придержал разговор Горшок. – Сперва наперво прикажи. Потом и мы дело начнём.

Король молчал. Ни одна голова не шевелилась.

– Несите овёс Волоту, слуги мои, скорей! – всё-таки проскрежетал мышиный владыка, поочерёдно говоря своими ртами.

Друзья двинулись к древесному трону. Воткнув факелы в землю около старого извилистого корня, они стали подниматься наверх. Свет от двух огней, освещающий множество маленьких глаз, наверно был первым увиденным, в жизни Мышиного короля. Рожи смотрели на людей, вытаращив длинные передние зубы.

Клубок из хвостов лежал посередине спускающихся сухих корней. Длинные спутанные отростки местами окостенели и срослись, словно ветки. Глянув друг на друга, приятели прочитали у себя на лицах одно и то же. Комок напоминал больших дохлых червей, браться за него было противно. Но ничего не поделать, пришлось развязывать.

Поначалу всё шло неплохо, размеров хвостов хватало, чтобы не досаждать Королю. Нашлись все шесть кончиков. Морды наблюдали с интересом, насколько это можно было понять по тусклым тупым глазенкам. Но вот незадача, затвердевшие места не вытаскивались из узла. Пришлось тянуть сильнее и резче. Сперва шикнул один, потом другой рот. Король начинал злиться. Наконец дело дошло до сросшихся костей. Тут уж, конечно, в ход пошла силушка богатырская. Разорвав хвосты в нескольких местах, молодцы с работой справились. Только Мышиный повелитель благодарить пока не собирался.

Писк, хрип, всхлипывания от боли, наполнили земляное логово. Шесть скрибунов стали свободны как сквозняк под половицей.

– Дурачьё, мы вас обманули!

– Света белого вы больше не увидите!

– Возомнили о себе!

– Теперь вы нам едой станете!

– Мы загрызём вас!

– Взять их!

Кричали в один голос разрозненные теперь грызуны. Но никто из сородичей их будто и не слышал. Мыши расползались, покидая самую главную нору. Началась возня.

– Вы что оглохли?!

– Подчиняйтесь своему хозяину!

Попытались бывшие части короля последний раз подчинить стаю. Но безуспешно.

– Спускаемся. Доставай меч и становись ближе к огню, эти шесть нас так просто не отпустят, – шепнул Кий Горшку.

Враги стали наступать. Неуклюже перебирая лапами, мыши поочерёдно падали с корневищ на землю. Видимо, будучи связанным Королём, им нечасто приходилось прогуливаться. Не дожидаясь первой атаки, Кий разрубил напополам морду первому уродцу. Слишком самоуверенными оставались эти мыши, всю жизнь только и командуя. Словно не поверив произошедшему, на князя кинулась ещё одна, сражённая окровавленным клинком. Остальные притаились в темноте, осознав силу противников.

– Хватай факел, свет их ослепляет, – спокойно скомандовал Кий.

Горшок взял палку с огнём свободной рукой. Ему вспомнились прошлые битвы с волками. Мыши сейчас по их размерам не уступали среднему зверю. Толстые, неповоротливые, всё же грызуны обладали огроменными передними зубами. И если волк мог вцепиться в руку или ногу, то сперва бы изрядно её потрепал, прежде чем оторвать. Эти же зубастые подземные твари откусят всё, за что получится схватить.

Мысль прервалась появлением пасти из темноты. Встретив мышь пламенем, хохмач добавил ей сталью. Осталось три. Как всегда в таких передрягах, друзья стояли спиной к спине, напряжённо ведя оборону. Выпить бы сейчас Воротенье, да растоптать вредителей ногами. Но очутиться закопанными заживо в земле никому конечно не хотелось. На какую глубину они зашли можно только предполагать.

– Отходим к корням, – тихо проговорил Кий.

Осторожно наступая по извилистой древесине, герои взбирались вверх. Отсюда можно предугадать сторону нападения. Мыши полезли вновь, теперь вместе. Оставалось добить последних из них. Пятясь назад, Кий воткнул свой факел среди отростков. Когда один из пискунов дошёл до него, то завертел мордой, пытаясь на нюх определить, куда подевались людишки. Яркий свет ему был противен и явно ему мешал. Грызун пополз дальше, за ним появились ещё два. Сделав несколько шагов, князь завёл руку за спину, движением показав Горшку открытую ладонь. Весельчак отдал свой факел, пытаясь догадаться о плане друга. Мыши смотрели вперёд, шли медленно, полагаясь на свои носы. Их бесцветные глаза сейчас мало что видели.

Очень тихо, Кий стал на соседний корень и начал обходить врагов сбоку. Его примеру последовал и Горшок. Зубастые уродцы шли на свет, их удалось заманить. И вот, когда все три проходили между двух огней, витязи закончили битву. Первым прыгнул Кий. Своим мечом он отрубил голову мыши, что шла сзади. Горшок же перебил хребет той, которая была первой. Испугавшись такого подвоха, оставшаяся посередине завертелась, зашипела и собралась было бежать. Удар лезвия слева откинул её на ещё один удар справа.

– Как думаешь, это считается, что мы Мышиного короля победили, или просто шесть мышей уложили? – держал Горшок меч над поверженными страшилами.

– Мышиного короля конечно! – с лёгким возмущением ответил Кий, вытирая клинок.

– А слуги его слушаться ведь не стали.

– Это да. Сам знаешь почему.

– Ага. Где они все кстати? – прищурился хохмач, глядя по сторонам.

– Пошли выполнять последний приказ своего короля, – предположил князь.

– Предпоследний. Если бы последний выполнили, то не стояли бы мы сейчас тут, – продолжал рассуждать о власти павшего Мышиного короля Горшок.

– Думаю, с овсом мы закончили, – вложил Кий меч в ножны. – Пламя от факелов в сторону корней смотрит. Ищи щель, может быть повезёт на свет по этому дереву выбраться. По ходам мышиным можно слишком долго пролазить.

Проём в старых корневищах путники, конечно же, нашли. От времени древний ствол сильно потрескался, и внутри него расползлись целые ущелья путей наверх. Пролезая всё выше и выше, хватаясь за торчащие колышки трухлявого дерева, друзья увидели лучи солнца, пробивающиеся сквозь разломы в коре.

* * *

Как же всегда приятно выйти в свой мир, в свою привычную обстановку вещей. Даже ураганный ветер, дождь, холод, или палящий летний зной пришлись бы больше по душе, чем оставаться в спокойном мраке подземелья. Тем более что погода на поверхности была напротив весьма приятной. Судя по солнцу, обед уже давно прошёл, но летний день был всё ещё в разгаре.

– Может вздремнём хоть малость, княжа? Духота мышиных ходов меня разморила, – покачивался Горшок, лёжа на широком мягком листе лопуха.

– А ты разве этот звук не слышишь?

Горшок прислушался. Над головой, высоко в дебрях старого дуба, по которому они вылезли на свет, жужжали лесные пчёлы.

– Слышу, слышу.

– И что это значит? – подзадорил друга Кий, глядя на то, как тот развалился, словно на перине.

– Это значит, что пора нам опять в путь, ведь пчёлы спать ложатся очень рано.

Уже по знакомым расщелинам в стволе герои взбирались к улью. Запах сладкого меда становился всё сильнее, а гудение пчелиного роя всё громче. Снаружи гнездо напоминало небольшую чёрную тучу, поселившуюся в дупле векового дуба. Насекомые летали так, как несколько потоков ветра могли бы носить жёлто-чёрные пушинки. Но внутри дерева всё было гораздо иначе.

На первых подступах, где можно уже идти прямо, не карабкаясь, незнакомцев встретили дозорные. Полосатые охранники выпустили жала, зашевелили крыльями и вызвали подмогу, которая прилетела незамедлительно. Порядок в улье был суров: каждый занимался своим делом. Обязанность стражников – отдать жизнь за свою королеву. А к ней-то как раз и направлялись наши странники.

– Собираем вместо яблок

Острый лук себе на завтрак.

Горький перец, словно хлеб

Уплетаем на обед.

Мы чеснок едим на ужин.

Мёд ваш нам совсем не нужен.

– вместе, в один голос, начали повторять заклинание Кий и Горшок.

Охранники зажужжали ещё злее, но слегка разлетелись, дав пройти незваным гостям немного дальше. Пчёлы-рабочие продолжали носить мёд, но загудели гораздо громче обычного. От шума их крыльев становилось больно ушам. Приятели повторяли секретные слова раз за разом, удаляясь вглубь дикого гнезда. Из каждой щели выглядывали разгневанные глаза и выползали стражники. Трудяги тоже бросали свои заботы, готовые в любую секунду налететь на чужаков. Всё пчелиное королевство потеряло покой.