История семи земель

– Идите за подмогой! Ведите сюда Вия! – кричал страшным голосом чародей.

Из широкого рукава чёрного балахона, вылезла скрюченная ладонь. Морщинистым пальцем колдун указывал во мрак чёрной дыры. Первыми побежали два оставшихся вурдалака.

– Ооооой!!! – Чуть помедлив, следом ринулись все упыри.

Замешкались воины. Послышалось им что ли? Неужели колдун повелел привести того, о ком только из сказок известно. Из самых страшных. Вия. Демона из древности мира. Чудища, которое больше не живёт даже в темноте ночи. Призвать его может только очень могущественный чародей. Да, значит Маротверга так просто мечом не одолеть. Даже заговорённым. Тут и зелье не поможет. Но даже это пустяки, по сравнению со встречей с Вием.

Последних ковыляющих зомби удалось догнать и порубить. Скрылся и маг в своем чёрном дыме. Да вряд ли это уже поможет. Раненные и уставшие, витязи стояли плечом к плечу напротив прохода в бездну. Опять сделалось тихо.

* * *

Послышался далёкий смех. Ржали мертвяки. Хохотали весело, праздно. Звуки доносились еле слышно. Как будто смеялись в ста шагах от погоста. Но в один миг хохот ворвался шумной волной. Словно открылась глухая дверь. Толпа страшилищ надвигалась. Первыми вышли несколько упырей. С довольными рожами победителей. За ними показались еще четыре урода. А после, из бурлящего дыма, выплыли огромные лапы Вия. На каждой из них по шесть длинных пальцев. Чёрные, мощные и толстые, они напоминали клыки чудища. За них вели и держали по два упыря, на каждую руку. Лицо. Нет, морда. Безобразное рыло с открытым ртом, полным маленьких зубов. Ростом Вий был почти вдвое выше человеческого. Чудовище не могло ничего видеть. Из глаз, почти до земли, свисали длинные отростки, похожие ни то на конские хвосты, ни то на гадюк. Нос напоминал свиной пятак. Демон шевелил плоскими ноздрями и принюхивался.

– Людишки. Изводить ваш род – мне на потеху, – дошли эти слова, будто из глубины веков. – Поднимите мне веки.

Вмиг, сзади на плечи чудищу запрыгнули вурдалаки. Оскалившись, они потянулись руками к морде. Конец всему отряду был близок. От взгляда Вия гибло всё живое, что попадалось ему на глаза.

Добежать никто бы не успел. Да и упыри стояли впереди, подскакивая от радости.

Первый кровосос слетел, сражённый стрелой в глаз. Второму остриё угодило в горло. Одной рукой он держался за шею демона, второй схватился за рану. Красная кровь забрызгала грудь вурдалака и Вия. Спасителем оказался Себастьян, вовремя пригодившийся со своим луком.

– В бой!!! – ринулся Кий в атаку. Нельзя было терять ни секунды.

Воины обрели второе дыхание. Сегодня их страх перед нежитью сменился на отвагу. А сейчас страх перед древним злом, перерос в ещё больший. Страх перед неизведанным. Вий рассеяно крутился в центре сражения. Стараясь ударить кого-то мощной лапой, он несколько раз попадал по упырям. Витязи рубили как никогда. Ну они-то и не били врагов до этого. Просто очутиться в такой битве они могли только раз в жизни. Вместе с Кием и Горшком.

Мертвяки отбивались слабо, всё норовили вскарабкаться вверх. Некоторые вообще ухватились за концы век и пытались их подбросить. Так злобное войско всё и полегло. Не осталось ни одного упыря и ни одного вурдалака. Лязг стали поутих. Кое-где добивали уползающих зомби, кто-то стонал от боли, кого-то израненного поднимали с земли. Нападать на Вия никто не решался. Тот беспомощно вертелся, тихо рыча. Злобный, могучий, бессмертный и вечный, он искал чёрный портал мага.

Молясь всем богам, воины ждали, когда чудище поскорее покинет их мир. Того же хотели и наши герои. Тяжело дыша, грязные, мокрые от пота и крови, они смотрели на демона. Переваливаясь через тела, он шагал к тёмной дыре в воздухе.

Оба друга заметили знакомое движение. Чёрный дымок струился между плит. Ускользая, туман уходил в сторону леса. Приятели переглянулись. Никто не отсчитывал: «раз», «два», «три» – но побежали они так, словно наперегонки.

Первым на колено Вию заскочил князь. Шаг, другой, и он руками схватился за плечо чудищу. Так же забежал и весельчак. Чего только не видели сегодня мужики, но такого! Целые, раненные, с поломанными руками, или ногами, все как один упали на животы. Кий и Горшок открывали глаза демону. Неповоротливый громила не мог задрать руки и ухватить наглецов. Смельчаки поворачивали его рожу в сторону могил, где исчезала чёрная дымка.

Упираясь ногами в спину монстру, наши герои оттянули мерзкие отростки с его глаз. Никто конечно же не увидел, что было под ними. Глаза ли это, какой-то свет, или не было там вообще ничего. Может быть об этом узнал один лишь Маротверг. Маг сделался видимым, ступил всего один шаг и превратился в камень. Теперь статуя слепого старца стояла перед деревянным чуром Чернобога. В том месте засохла земля, и завяли сорняки, растущие бурьяном. Поверженные упыри и вурдалаки за миг истлели до костей и развалились. Вот такую злую силу нес в себе взгляд ужасного Вия. Чудище грубо завыло и наощупь пошло к выходу из этого мира.

Старый погост ныне порос лесом. И никто больше не ведает к нему дороги.

(Продолжение здесь).

* * *

– К Радиму в стольный град – значит так тому и быть. Убил конюх пятерых мужиков. Ведомый колдуньей, обезумевший от магии, наделённый звериной силой. А может и в чудище обернувшись. В лесу настигнул он своих жертв и напал, – так?

Запрягал Кий лошадь с повозкой. Ему помогал Горшок. Сверху крепилась клетка, в которой сидел Мстислав. Вокруг стояли жители Трех бед. Все они были довольны, что нашли злодея и отправляют его на суд.

– Не забудьте сказать: коли нашему князю люди толковые нужны, то пущай гонца пришлёт. Такие лиходейства разведывать не каждый может. Тут голова нужна, – наставляла путников в дорогу Ольга.

Обнявшись, под ручку со своей губастой подружкой, они деловито улыбались. Всю деревню радимичей спасли, как-никак.

– Понятно. Что-нибудь ещё? – уточнил Кий.

– Да, вы не стесняйтесь, выкладывайте! – вылезла голова Горшка из-за колеса. – Награду может какую? Пускай Радим расщедрится. Золота и серебра великим жёнам! В советники их княжеские! Воеводой будешь, красавица?

Ольга надула щёки, сжала губы и посмотрела куда-то вдаль. Видимо уже представляла себя на коне со сковородкой. Командир бабьей армии. Её картошечный нос ещё сильнее сделался круглым.

– В путь, посланник Горшок. Госпожа Ольга долго ждать не собирается, – слегка улыбнулся приятелю князь.

Мужики позади растерялись. Один из чуть не рассмеялся, но был остановлен соседом. Вроде глупости, но мало ли что.

Телега тронулась с места. Витязи поднимали руки, а женщины махали платочками. Прощался с ними и охотник Себастьян, махая вслед. Мстислав не просил пощады и не умолял. Если бы не клетка, то всем видом сидел он так, будто на ярмарку собрался. И пожёвывал хлебцы.

* * *

Три беды остались позади. Лежала дорога дальняя. Стоял обычный жаркий летний день. Горшок насвистывал мелодию, лёжа на локте. Кий придерживал вожжи. Ехать больше некуда, только прямо. Вокруг пышно росли травы, летали стрекозы. Кобыла махала хвостом, отгоняя мошкару.

– Поздороваться не забудь, – напомнил хохмачу князь, кивнув вперёд.

А впереди виднелся тот самый маленький мостик. По нему проходили странники, когда только шли в сторону радимичей. Знали они, кто сидит под мостом в заводи. Аржавенник не пропускал ни одного прохожего. Напугал – значит управился.

– Как это я запамятовал! – подскочил на ноги Горшок. – Не того мы в град крепостной везём, княжа. Вот он, самый опасный душегубец на Руси, – сложил руки на груди весельчак.

Говорил он так нарочно. Все знают, что дед аржавенник безобиден. Не то, что его водяные сородичи. Те и напасть, и в воду утащить, и даже съесть могут. Багник например. А этот так, за пятку схватит и доволен.

– На лапу бы дуриле не наехать, а то камнями бросаться начнёт, – высматривал водного страшила Кий.

– Уууууу! – загудел оранжевый карлик, прямо перед телегой.

Показалась носатая рожа из-под моста. Не спал ведь. Разглядел повозку издалека и поджидал. Шалит нечисть.

– Уууууу! – ответил ему Горшок. Уставив большие пальцы в вески, ладонями он изображал ушастого хозяина моста.

– Уууууу! – ещё злее загудел аржавенник, высунувшись по пояс. Но получилось только смешнее. Круглые как яблоки глаза выпучились, а уши поднялись.

– Уууууу! – снова передразнил страшила весельчак. На этот раз Горшок сложил пальцы у носа, изображая длинный нос чудища. – Бывай чудак! Детей пугай, чтобы одни далеко гулять не ходили.

Кий дёрнул хохмача за рукав, где был вышит жёлтый ключ. Весельчак развернулся и плюхнулся обратно. Никто не заметил, как из клетки вылезла рука конюха. Пальцы разжались, и из ладони посыпались крошки и кусочки хлебцев. Наелся Мстислав и решил поделиться угощениями жены. Вцепившись в решётку, конюх подтянул лицо к прутьям. Хихикая, он смотрел, как сухарики падают в воду. Скрипя колёсами, телега переехала мостик и покатила дальше. Улыбаясь, князь слегка шлёпнул вожжами по спине лошади.

Справа в реке плеснула вода. Волна. Вторая. Ещё одна посильнее. На дорогу долетело несколько капель. Хотя берег был низкий, и камыши росли стеной. То тут, то там забурлило пузырями, поднялась грязь. Со дна всплыли рыбки и заметались в разные стороны.

– Уууууу!!! – прогремело сзади. Да так, что кобыла чуть упряжь не порвала.

Чудовищный рык напугал животное до смерти. Как ни сдерживал её Кий, лошадь ломилась прочь со всех ног. Вставая на задние копыта, она пускалась то в одну, то в другую сторону. Телега съезжала с дороги и наклонялась на бок.

Подобно тому, как таран разбивает ворота в замке; как вихрь ломает деревья в лесу; как корабль в шторм раскалывается о подводные камни. Такой грохот вырвался позади. Кий и Горшок спрыгнули с падающей повозки. Лошадь метнулась наутёк.

Вставая с грязи, друзья увидели на дороге огромного монстра. Размером с куст сирени, его руки свисали до пяток. Длинные ноги были подогнуты. И казалось чудище сидело на присядках. Пузо же доставало прямо до земли. Оранжевый цвет выдавал в нём аржавенника. Но уже не очень смешного. Вокруг него палками и щепками валялся разрушенный мост. Видимо разросшийся болотный дед проломил его, когда выпрыгивал из воды. Да, придётся задержаться на дороге. Подождёт князь Радим. Тем более телега лежала на боку, а клетка с Мстиславом укатилась в камыши.

Кий почуял лёгкий удар в колено. В один миг, отскочив и вытащив меч, он полосонул им наотмашь. Клинок разрубил воздух. Никого рядом не было. По ноге стекал ил. Из кипящей воды выглядывали уродливые рожи кикимор. Из-за тины и водорослей, растущих на мордах, можно разглядеть только зелёные глаза. Твари бросались грязью.

– Ыыыыым! – ткнул лапой в сторону друзей аржавенник.

Водные страшилы подплыли поближе к берегу. Славно, гигантский болотник ими повелевает. Хоть и всем известно, что кикиморы не могут ступить на сушу, – переделка не из лёгких. Просить прощения у чудищ дело конечно не рыцарское. Да и, судя по шагающему монстру, обиделся он не на шутку. Кий рванулся навстречу. Сразу за ним и Горшок. Чудище замахнулось двумя руками сразу. Внезапно приятели побежали друг другу наперерез. Кий справа-налево, а Горшок слева-направо. Аржавенник завертел ушастой головой. Нехитрый трюк его сразу же запутал. Это и понятно. Под мостом сидеть – много ума не надо. Пока он выбирал, кого пришибить здоровенным кулаком, друзья рубанули клинками по ногам. Чудовище заревело от боли.

Но не всё было так просто. Рядом постоянно плюхались мокрые комья грязи. Кикиморы могли утопить в них даже на земле. Это очень мешало сражаться. Только кто-нибудь из друзей собирался атаковать, как тут же приходилось уклоняться. Носатый гигант был не поворотлив, но и в битве с ним не стоило зевать.

Вдруг один из кусков речной грязи попал в лицо Горшку. Остановившись на секунду, чтобы протереть глаза, следом в него прилетел ещё один. Бегая вокруг аржавенника, не заметили витязи, как вода поднялась к самой дороге. Зелёные морды чудищ торчали в десяти шагах. Кий повалил хохмача на землю. Иначе бы залило его илом с ног до головы. А так, снаряды кикимор перелетали слишком далеко, или разбивались об камыши.

– Эй. Ты как, видеть можешь? – быстро спросил князь, стоя над приятелем на одном колене.

Убрав пальцы от глаз, Горшок заорал:

– Берегись!

Сверху две оранжевые лапы уже замахнулись для удара. Едва получилось откатиться в разные стороны. Повезло. Рядом упали две тяжёлые кувалды-лапы. Первым вскочил Кий. С тем возгласом, когда дровосеки делают последний удар, чтобы повалить дерево. С таким Кий перерубил руку аржавеннику. Увидев такую удаль, поспешил и Горшок. Подняться толстый страхолюден не успел. Вторая ручища отсеклась лезвием хохмача.

Князь занёс меч над головой чудища. Удар.

– Отпустите! Помогите! – закричал кто-то поодаль.

По реке плыла клетка с Мстиславом. Не сама конечно. Её держали кикиморы и утаскивали всё дальше.

– Что делать-то будем? – подался вперёд Горшок.

– Стой! В воде, с этой кучей нам не совладать.

Чудища исчезли в мутной пучине. Вместе с ними и сумасшедший конюх. Волны ходить перестали, и пузыри больше не поднимались. Река успокоилась и вернулась во свои берега. Безголовый монстр уменьшился и превратился обратно в прежнего карлика. А через миг, вовсе растекся и растворился.

– Ведьмины хлебцы, – ответил Кий удивлённым глазам друга.

– Да, не врала ведьма. Хозяйка из неё – хоть куда, – отирал хохмач грязь со щеки.

(Продолжение здесь).

* * *

Волновались радимичи, переговаривались, да перешёптывались. Ждали они ответа ясного. Не торопились странники. Всё сидели на крыше и о чём-то разговаривали.

– Горшок, ну ты погляди. Давай с самого начала.

– Ну, – подпёр щеку ладонью хохмач.

– Помнишь, когда мы к дому охотника подходили?

– Помню.

– А дверь помнишь?

– Да кажется. На земле она валялась. И что с того? Не мудрено, чудище ведь напало.

– То-то же. Напало бы оно из лесу, мужиков бы перебило, а потом за Себастьяном погналось.

– Так и было. Он сам говорил.

– А как чудище дверь изнутри вышибло?

Горшок опустил руку и выпрямился. Глаза его расширились. Значит стало интересно. Кий продолжал:

– Если бы оно в дом ломилось, то засов бы вырвало и дверь отворило. Ну или пробило эту дверь во внутрь. А так…

Князь немного помолчал, выжидая. Весельчак открыл рот.

– …Так чудище было в доме. И выбежало оттуда.

– Ну дела, – только и сказал хохмач медленно.

– Может чудовище в окно залезло. Или у него живёт.

– Ну это ты уже перегнул! Зачем оно Себастьяну? И не бывает такого. Чудище – не собака, не сможет рядом жить спокойно. Всё равно напакостит, или того хуже прибьёт.

– Хорошо. Думаем ещё. Мага он для чего гневил на погосте?

– За мужиков хотел отомстить, – просто ответил Горшок.

– И где он был, когда упыри полезли?

Горшок засомневался. Но соглашаться пока не хотел. Понравился ему одинокий охотник. Всё-таки не каждый сможет побывать в стольких приключениях, вместе с нашими героями.

– Думаешь хотел нас мертвякам оставить? – обиделся хохмач.

– Нет. Скорее показать, кто в этих местах самый ужасный. Чтобы на него не подумали.

– Быть того не может, – опять упёрся неунывающий весельчак. – Сам он один, пятерых человек, как победить бы смог? У него когтей да зубов таких поди нет.

Кий опять призадумался. Но уже не нарочно.

– Стрелы в Спокойный сон, он окунать отказался.

– И призраку слово договорить не дал. Как и Маротвергу, – дополнил Горшок с неохотой.

– С охотником всё очень неладно.

– И что делать будем? Спустимся и свяжем его? – насторожился хохмач.

– Нет. Ты чего! Приготовим Лютое варево и поглядим, где он чудище прячет – окончательно решил князь.

– А радимичам что скажем?

* * *

Вот и решили наши герои ничего и никому не говорить. Хотя бы пока что. Спустились они с крыши к заждавшимся людям. Народ тут же окружил их с расспросами.

– Дайте слово молвить, люди добрые, – начал Кий. – Выбор сделать тяжко. Ошибка слоит дорого. Я Кий, сын великого князя Ория. Это мой спутник и преданный друг Горшок. Мы прошли долгий путь и повидали не мало. Завтра мы простимся друг с другом. Я поведу дружину на чёрную рать Маротверга. Горшок повезёт Мстислава в крепостной град, на суд князю Радиму.

Спокойно загудели голоса мужиков и женщин. Все согласно кивали головами. Такая идея пришлась по нраву каждому. Напоследок Кий добавил:

– А сегодня с другом, мы будем пировать. Быть может в последний раз. Себастьян, принимай гостей. Накрывай стол и жди нас к вечеру.

* * *

Радимичи разошлись по своим делам. Готовиться к битве никто не торопился. Кий ничего такого не говорил, значит пока не надо. Он опытный воин – ему виднее. Повозку наверно сам Горшок в дорогу собирать будет. Мстислав на цепи, и ладно. Поэтому все отправились пахать поле, или по своим делам.

Странники же отправились искать травы. Долго их искать не пришлось. За волчьим лыком нужно было прогуляться на окраину леса. Маленькие красные ягодки на низких кустах, были сразу заметны среди зелени. Зверобой же рос неподалёку, вдоль дороги. Жёлтеньких цветочков было столько, что хватило бы накосить целый стог. Тогда и думать-гадать не пришлось. Напоили бы на ночь всё деревню и посмотрели: кто чудище? Но не всё так просто.

Кухарить на опушке, или в поле приятели не стали. Зелье варить лучше подальше от лишних глаз. Никто не должен знать о тайных планах. Поэтому готовить Лютое варево, Кий и Горшок решили в доме у конюха. Ему-то поди ни до чего дела нет. Лошадей и тех на время увели. Поэтому отныне пустовала его хата.

* * *

Наступал вечер, и пора было идти на ужин. Да не стать бы самим ужином.

– Зелье пить не торопись. Ни то стемнеет, а чары уж развеются. Не увидим тогда ничего. Выпьем его с первыми сумерками, – как всегда раздавал наказы Кий.

Горшок согласно покивал. Не нравилось ему всё это затевать. Хотелось поскорее убедиться, что охотник не виноват. И что не живёт у него никакого чудища.

Вот он, тот самый дом, где веселье закончилось бедой. Спокойней туда идти сразу с мечом наготове. Хорошо, когда враг впереди и раздумывать ни о чём не надо. Но не в этот раз. Сейчас всё начнётся с пира.

В дверь стучать не пришлось. Прибитая на прежнее место, она открылась сама. Хозяин ждал их на пороге.

– Здравствуйте, странники! – вышел встречать гостей Себастьян.

– Здравствуй, охотник, – поздоровались в ответ приятели.

– Вас уже все заждались!

– Это кто же? – насторожился Горшок.

– Рябчик жаренный, заяц печёный, утка тушёная, яйца перепёлки, да куропатка в подливке! – улыбнулся хозяин.

– Старых знакомых мы всегда видеть рады! – встал на первую ступеньку хохмач.

Его опередил Кий. Несколькими шагами он поднялся на крыльцо и пожал Себастьяну запястье. Нет, он не торопился побыстрее оторвать кусок сочного мяса. Просто хотел зайти первым.

Запах дурманил голову. Есть бы захотелось даже самому непослушному ребёнку. Блюда стояли в больших деревянных кастрюльках с деревянными половниками.

– Начинаем праздновать! – пригласил к столу хозяин.

Так все трое начали трапезу. Угощения уплетались за обе щеки. Вкуснятина была необыкновенная. Еда из диких зверей всегда слаще. Это вам не кур трескать. Тут чувствуется сила природы.

Слово за слово, компания разговорилась. Себастьян расспрашивал в каких краях побывали путешественники, чего повидали. Больше всего ему понравился рассказ о лесах древлян. Думается, что болтал конечно же Горшок. Однако не он один. Кий тоже не сидел с закрытым ртом. Настроение становилось всё веселее. Как будто и вправду они сюда погулять заглянули.

Вечер подходил к концу, наступала ночь. Пора браться за дело. Но как же выпить зелье, если все сидят напротив друг друга? На счастье, охотник встал и начал зачем-то рыться в потухшей печке. Первым глоток Лютого варева сделал Кий. Посматривая на Себастьяна, он передал баночку Горшку. Незаметно, хохмач тоже отхлебнул и скривился. Да, из всех зелий, это самое гадкое.

Хозяин подпалил лучину от оставшихся углей. Проходя по кухне, он зажигал свечи. В доме опять становилось светло. Когда загорелся последний огонёк, осветив всё вокруг, Себастьян закрыл ставни. Потом ещё одни. Захлопнув последние, он обернулся. Завидя молчавших приятелей, он просто сказал:

– Чтобы мошкара не налетела.

Это и понятно. Все так делают. Просто, ожидая ночного чудовища, выпрыгивающего из-за угла, друзья ощутили себя взаперти. Пир продолжался. Пришлось думать: как охотника в темноту заманить, или на улицу вывести. Но сидеть долго Себастьян не собирался. Ещё немного рассказав про лесной промысел, про свой лук и стрелы, хозяин зазевал.

– Ну, будем спать ложиться. Вы тут на полу стелитесь, а к себе на чердак полезу.

Вместо ответа, или пожелания «спокойной ночи», гости молчали. Нужно действовать. Иначе всё пропало. Останется сидеть и ждать непонятно чего. Кий задул свечку и посмотрел на Горшка. Пока тот соображал, князь задул ещё одну. Хозяин дома не подавал вида, но явно что-то стал подозревать. Вдруг до Горшка дошло. Весельчак подскочил и схватил полотенце у рукомойника. Махнув раз-другой по сторонам, он потушил весь свет в хате. Наступила полная темнота.

– Чего же вы удумали, гости мои дорогие? – спокойно прозвучал голос охотника в ночи.

На том месте, где сидел хозяин, Кий и Горшок увидели небывалое. Два глаза, пылающих желтым огнём, глядели в черноту. Себастьян? Но как? Не был ведь он чудищем, или зверем диким.

– Мы хотим знать правду, – потянулся хохмач к рукояти на поясе.

– Кто же ты такой? – спросил князь, доставая меч.

– Я тот, кто давал вам возможность уйти живыми. Отправились бы себе дальше гулять по Руси, – охотник встал и подошёл к окну. – Но вы решили докопаться до истины. Так узрите её!

Отворив рывком ставни, хозяин появился из мрака. В кухню ворвался лунный свет. Призрачная желтизна озарила Себастьяна. Точнее то, во что он превращался. Спина искривилась ужасным горбом. Шея и руки вытянулись вперёд. Рот открылся, выпячивая длинные клыки. Одежда затрещала и порвалась. Появился хвост, и всему телу вылезла шерсть. Больше всего это напоминало огромного волка. Или этот чудовищный волк напоминал заколдованного человека. Передние лапы похожи на руки с когтями, а глаза остались человеческими.

Стоя на задних лапах, монстр повернулся и зарычал. Из глаз продолжало исходить жёлтое пламя. Одним ударом он откинул стол и прыгнул на князя. Кий сделал шаг в сторону и рубанул снизу. Получив глубокую рану, зверь пролетел и упал на пол. Но это его не остановило. Волколак поднялся и на четырёх лапах побежал обратно. Ревя от злости, он начал крушить и ломать. Всё, что попадалось в темноте, разлеталось на части.

Комната освещалась луной. И, при помощи зелья, воины хорошо видели чудище. Но враг двигался очень быстро. Он то приседал, то подпрыгивал; то бился стоя, прямо как человек; то щёлкал пастью и бегал как волк. Получая рубцы, чудище не останавливалось. Боль только придавала ему злости. Но не только рык и рёв вылетали из дому. Крики ярости и боевого гнева перемешивались вместе с ними. Друзьям пришлось не сладко от лап, когтей и клыков волколака.

Сражаясь на груде разбитого хлама, герои падали и вставали. Сапоги скользили по звериной крови.

– Горшок! Давай сюда!

Оттеснив монстра к печке, Кий потащил друга к лестнице на чердак. Поднимаясь задом, друзья смотрели, как чудище медленно идёт на них. Ещё несколько шагов и они очутились наверху. Это был не дикий зверь и не тупое порождение зла. Один удар его ручищей мог повалить хлипкую лесенку. Но убийца позволил гостям отступить. Шаги снизу стихли.

Почуяв неладное, Кий зашептал Горшку на ухо:

– Нелюдь нас заманить удумал. Ждёт, что мы его у входа встречать будем.

Горшок молчал, вслушиваясь. Бросив взгляд на оконце, что вело на улицу, он обернулся к князю. Хохмач понял опасения друга. Чудище ворвётся через крышу.

– Времени нет, – говорил Кий еле слышно, – я прыгаю на землю и бегу в лес. Волколак не сможет сдержаться и кинется следом. Гляди в оба и бей сверху.

Хлопнув весельчака по плечу, князь разбежался и пробил ставни. Лететь было не мало.

Приземлившись на ноги, Кий прокатился вперёд. Боль пронзила стопы. Сзади, сверху рыкнуло чудище. С крыши дома, на Кия летел огромный зверь, разинув пасть и расставив лапы. Когти настигли жертву, полосонув по Великому солнцу на спине дублета. Кий опять упал. Волколак склонился, чтобы загрызть князя. Но в этот момент из его пасти плеснула кровь. Горшок глубоко воткнул меч в горбатую спину монстра. Нелюдь дёрнулся, вырвав клинок из рук хохмача. С лезвием в теле, он отшвырнул весельчака в стену. В этот момент князь встал на ноги. Чудище заревело. В спине торчал ещё один клинок. Вытащив кровавый меч Горшка, Кий порубил врага множеством ударов.