Богословие апостола Павла. Критический взгляд на Павловы послания. Том II
- -
- 100%
- +
© Аркадий Петрович Воеводин, 2025
ISBN 978-5-0062-6918-7 (т. 2)
ISBN 978-5-0062-6919-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Предисловие
Течет ли из одного отверстия источника сладкая и горькая вода? (Иак. 3:12).
Как известно, статусом верховного апостола Господь наделил Петра (Мф. 16:18—19; Ин. 21:15—17; Деян. 15:7) и нигде в Св. Писании не говорится, что таким же статусом Он наделил и ап. Павла. Но люди, по своему пристрастию, возвели в первоверховные апостолы не Иоанна Богослова, любимого ученика Господня, сделавшего не меньше и стоящего никак не ниже Павла. То, что Господь назвал его избранным сосудом, предназначенным для возвещения имени Иисуса перед народами и царями и сынами Израилевыми (Деян. 9:15), то такими же сосудами являются и все ученики Христа Иисуса.
Правда, в посланиях апостола есть немало замечательных и эффектных сентенций, но мы не будем акцентировать внимание на духовной ценности нравственных наставлений ап. Павла, которые несомненны, ибо он уразумел и проповедовал основную и непреложную суть бытия человеческой личности, – тленность плоти и бесценность духовных плодов. Цель нашего исследования творческого наследия апостола – критический взгляд на его высказывания, – то, чего, до сих пор, избегали экзегеты и «ревнители благочестия».
Мы не случайно, в качестве эпиграфа, предпочли слова ап. Иакова, относящиеся к духовному источнику, ибо в посланиях ап. Павла обнаруживаются огрехи, подобные горькой воде, текущей из родника с чистой водой. В высказываниях Павла, порою, обнаруживается противоречивость, очевидно, по причине его горячности, увлекающей его из одной крайности в другую, и уверенности в своей непогрешимости. Но экзегеты игнорируют эти факты, ухищряясь представить ап. Павла безупречным, непререкаемым авторитетом, ведь собрание людей возвело его в ранг первоверховного апостола.
Протоиерей Валентин Уляхин, рассматривая послание к Галатам, гл.4, стих 26, говорит: «Павел утверждает превосходство веры над законом с помощью образов из книги Бытия». Но Павловы аллегории и параллели между ветхозаветными и новозаветными событиями, чаще всего надуманны и искусственны. Более всего потрясает весьма специфическое отношение Павла к закону Божию и предвзятое отношение к вере во Христа. Он четко, но совершенно не правомерно противопоставляет закон вере (Гал. 3:11—12). Если у ап. Иакова вера и исполнение закона являются двумя сторонами одной медали «Угождение Богу», то у ап. Павла с одной стороны медали, на которой изображен «Закон», он справедливо чеканит необходимость исполнения закона, ибо Бог воздаст каждому по делам его (Рим. 2:6), и «Те, которые, не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся, потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2:12—13), а на другой стороне этой медали, где «Вера», он стремится показать фиктивность противоположной стороны, на которой «Закон». Даже прямо утверждает, что закон является виновником преступления (Рим. 4:15, 5:20), противопоставляет Христа закону (Гал. 5:4), и утверждает, что с приходом Христа закон Божий упразднен (Рим. 10:4; Еф. 2:15), так как законы, данные Богом, в принципе, неисполнимы (Рим. 3:20; Гал. 2:16). Таким образом он старается стереть сторону медали, где «Закон», и превратить медаль в значок «Вера». Поэтому его рассуждения о законе и вере неизбежно страдает внутренними противоречиями. То утверждается: «Ибо благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился» (Еф. 2:8—9), то тут же говорит о необходимости добрых дел: «Ибо мы – Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф. 2:10).
Игнорируя слово Писания: «…все заповеди Его верны, тверды на веки и веки, основаны на истине и правоте» (Пс. 110:7—8), Павел стремится профанировать закон (Гал. 2:16,19,21, 3:2,21) и, посредством своих софистических рассуждений приходит к утверждению: «Ибо мы признаем, что человек оправдывается верою, независимо от дел закона» (Рим. 3:28). Противопоставление Павлом закона и веры, закономерно порождает противоречивость его утверждений. Он уверяет, что праведными становятся только по вере независимо от дел закона (Рим. 3:21,28; 4: 3—6,11,13, 9—13,30, 10:4,10; Гал. 2:21, 3:6, 11, 5:5; Флп. 3:9; Тит. 3:5), что делами закона не оправдается никакая плоть (Рим. 3:20; Гал. 2:16), и что закон дан только на время, до пришествия Христа (Гал. 3:19,23, 10:4; Еф. 2:15). Однако, сказав: «Ибо мы признаем, что человек оправдывается верою, независимо от дел закона» (Рим. 3:28), он тут же пытается неловко развернуться на 180˚, якобы оправдывая закон: «Итак, мы уничтожаем закон верою? Никак; но закон утверждаем» (Рим. 3:31). Спрашивается, каким же образом он утверждает закон, если старается отмежеваться от него? Только объяснений не последовало.
Превознося веру над исполнением закона, он, все же, признает, что Бог воздаст по делам (Рим. 2:6; 2Кор. 11:15; 2Тим. 4:14) и потому вера должна быть деятельной, а не эфемерной (Рим. 2:6—7, 6:19, 8:4,13 Гал. 5:6; Кол. 1:10; 1Тим. 2:10, 6:18—19; 2Тим. 3:16—17; Тит. 1:16, 2:14, 3:1), что совершенно справедливо и неминуемо вынуждает его признавать необходимость исполнения закона и призывать к добрым делам (Рим. 2:12—13,15,23,25,27, 6:2; Еф. 2:10; Гал. 3: 11—12, 6:9—10; 1Тим. 2:10, 5:10, 6:18; Тит. 2:7,14, 3:8,14).
На чем же основаны его посылы относительно приоритета веры и необязательности исполнения закона? Вспоминая о Соборе апостолов в Иерусалиме, он пишет: «…однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть» (Гал. 2:16). От кого же он узнал это? Судя по словам ап. Петра на Соборе: «Сердцеведец Бог дал им [язычникам] свидетельство, даровав им Духа Святаго, как и нам; и не положил никакого различия между нами и ими, верою очистив сердца их. Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго [иудейские обряды: обрезание и прочие], которого не могли понести ни отцы наши, ни мы? Но мы, как и они» (Деян. 15:8—11), – Павел услышал эту аксиому от Петра и решил обосновать ее доказательствами. Но беда в том, что Павел, утрируя суть сказанного Петром, ибо речь шла об обрядах, а не о нравственном законе, противопоставил Христа закону Божию, чего не делали, ни сам Христос, ни Петр, ни Иаков, ни другие апостолы. Спасительная благодать Господа, о которой говорил Петр, подразумевает помощь Божию в исполнении нравственных законов, а не их отрицание. Необходимость исполнения всех нравственных принципов закона укладывается в словах предписаний Иерусалимского Собора апостолов, обязывающих христиан из язычников: «…не делать другим того, чего себе не хотите» (Деян. 15:29).
Неуемная ревность о вере во Христа уклонила Павла от разумения истины, которая заключена в неразрывном единстве Божественной благодати и исполнении Его заповедей. Вера затмила в нем понимание того, что законы даны всем и навсегда, и потому все находятся под законом, и праведники в том числе. Способные исполнить эти законы, – спасались и спасаются без помощи Христа, ибо Христос пришел призвать к покаянию и спасти грешников, а не праведников (Лк.5:32), так как не здоровые имеют нужду во враче, а больные (Лк. 5:31), и это – истина. Христос приблизил благодать Божию, ибо в Нем в мир явился Сам Бог Отец. Эта благодать помогает, обратившимся ко Христу грешникам, каяться, исцеляться от духовных и душевных недугов. Только все грешники индивидуальны – одни воспринимают благодать Божию, а другие игнорируют ее, или даже ненавидят, если уподобились бесам.
Ап. Павел категоричен в своих утверждениях, которые, порою, не соответствуют истине, например: «Закон производит гнев, потому что, где нет закона, нет и преступления» (Рим. 4:15). Во-первых, любой закон предписывает нормы поведения, а не осуждает, а во-вторых, во все времена были преступления, ибо и сам Павел признал: «…и до закона грех был в мире» (Рим. 5:13). Несомненно, ложными являются и утверждения: «Грех не вменяется, когда нет закона» (Рим. 5:13), и «Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению» (Флп. 2:13). Если бы это было так, то не было бы Всемирного Потопа, а люди были бы марионетками и не грешили бы, и ада не было бы. А утверждение: «Если утверждающиеся на законе суть наследники, то тщетна вера, бездейственно обетование» (Рим. 5:14), – явная софистика. И таких казусных утверждений в посланиях Павла довольно много.
Он совершенно справедливо внушал: «Итак, неизвинителен ты, всякий человек, судящий другого, ибо тем же судом, каким судишь другого, осуждаешь себя, потому что, судя другого, делаешь то же» (Рим. 2:1), и «Как же ты, уча другого, не учишь себя самого?» (Рим. 2:21). Однако, сам осуждает ап. Петра, за то, что тот ел с необрезанными (с язычниками), обвиняя его в лицемерии (Гал. 2:11—15), тогда как сам Павел годами жил среди язычников и ел с ними, и, в принципе, даже был не против вкушения идоложертвенной пищи, ибо говорил: «Итак об употреблении в пищу идоложертвенного мы знаем, что идол в мире ничто, и что нет иного Бога, кроме Единого» (1Кор. 8:4). При этом советовал не придавать особого значения тому, что мясо идоложертвенное, так как, по его убеждениям: «Пища не приближает нас к Богу: ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли, ничего не теряем» (1Кор. 8:8), и что идоложертвенное ничего не значит (1Кор. 10:19). Более того, склоняет к лицемерию, советуя таиться при еде идоложертвенного, чтобы не соблазнять немощных в своей совести братьев христиан (1Кор. 8:9—12).
Хоть и говорит: «Язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу. Но я не хочу, чтобы вы были в общении с бесами. Не можете пить чашу Господню и чашу бесовскую; не можете быть участниками в трапезе Господней и в трапезе бесовской» (1Кор. 10:20—21), – все же допускает, что можно есть идоложертвенное в гостях у неверных, или купленное на торгу, только советует не исследовать, какое это мясо (обычное или идоложертвенное), – просто ешь его со спокойной совестью, благодаря Бога (1Кор. 10:25—31). Кроме того, он, полностью отрекшись от отеческих законов и преданий, сам лицемерил пред соотечественниками, когда через семнадцать лет своих странствований посетил Иерусалим и, в угоду иерусалимских христиан, придерживающихся отеческих законов, прошел обряд очищения (Деян. 21:17—26). Яростно выступая против обрезания, он, ради иудеев, собственноручно обрезал Тимофея, (Деян. 16:1—3).
Павел, достаточно много говоря о тайне Божьего домостроительства, в котором спасение осуществляется через Иисуса Христа (Рим. 14:24—25; 1Кор. 2:7—8; Еф. 1:9—11, 2:12—13, 3:2—3,9—12, 5:32, 6:19; Кол. 1:26—27, 2:2—3, 4:3), признает, что высказывает лишь свое разумение тайны Христовой (Еф. 3:4). Но принцип воплощения Бога и Сам Христос, как Богочеловеческое Существо, остались для Павла тайной, ибо он нигде не открывает сокровенную суть Бога воплощения. Правда, однажды он попытался, но неверно интерпретировал эту суть (см. толк. 1Тим. 3:16). Несомненно, Павлу были приоткрыты Богом некоторые основные критерии спасения верой во Христа; несомненно, Павел был монотеистом и ему было дано знание особой, спасительной миссии Христа и Его особый статус на Небе; он сознавал, что Бог, каким-то непостижимым образом соединен с Иисусом и действует в Нем. Однако, всех тонкостей этого Богочеловеческого единства он не понимал.
Очевидно, он и не пытался вникнуть в сокровенную суть соединения двух природ во Христе, ему оказалось вполне достаточно понимания того, что во Христе в мир явился Бог, Тот, один и единственный, Которого он знал и Которого проповедовал, как Отца. Но ведь и для творцов тринитарного учения, и Бог, и Иисус Христос остались непостижимой тайной, в чем они сами и их апологеты откровенно признавались, и признаются до сих пор. Спорящие на Вселенских соборах лишь высказывали свое понимание Св. Писания, а не знание истины, в результате чего догматизировали то, что сами не разумели. В угоду этим догматам Синодальный перевод не погнушался извратить оригинальный текст Кол. 1:14—17, вставив в 14 стих слова «Кровию Его», а в ст. 15 приписать слово «рожденный», – которых нет в древних рукописях. Эти обстоятельства весьма важны при рассмотрении указанных стихов, в которых тринитарное учение видит Христа самобытным Богом Сыном. И в 1Фес. 2:15 извратили оригинальный текст, добавив слово «Его», из чего последовало убиение иудеями не пророков Бога, а пророков Иисуса Христа.
Знаю, мое мнение о Павле, как о гордом и самовлюбленном человеке, часто противоречащем самому себе, многим ревнителям православия будет, мягко говоря, неприятно. Но давайте будем объективны, – такое убеждение складывается не на предвзятом отношении к ап. Павлу, а на основании высказываний его самого о себе и о других. Его психологический портрет, в основных чертах, мы попытались высветить в Заключение книги.
Послание к Галатам
Глава 1
(1) Павел Апостол, избранный не человеками и не через человека, но Иисусом Христом и Богом Отцем, воскресившим Его из мертвых
Прямых свидетельств того, что Павел избран Богом, как это было в Ветхозаветные времена с пророками и царями – нет, но, поскольку он призван Иисусом Христом, Который всегда исполнял и неизменно исполняет волю Своего Отца, значит, он избран Богом Отцом. Если же говорить точнее, то Павел был избран Богом, а призван Иисусом Христом (Человеком), в Котором Бог Отец воплощен во всей полноте Своей природы.
Павел здесь, и как мы будем отмечать далее, различает Сущность Бога и Сущность Иисуса – Человека, умершего и воскрешенного Богом Отцом.
(2) и все находящиеся со мною братия – церквам Галатийским:
Павел и находящиеся с ним братия обращаются к Галатийским церквам.
(3) благодать вам и мир от Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа,
Желает галатийцам благодати и мира от двоих: Бога Отца и Господа Иисуса Христа. Это не вполне обычное приветствие ап. Павла, обычно он пишет: «благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа», где так же пожелание благодати от двоих, но, при этом, Бог именуется Отцом нашим и Отцом Иисуса Христа. Впрочем, в любом случае, в этих приветствиях никак нельзя заподозрить единосущие Бога Отца и Иисуса Христа. Однако, в новой учебной Женевской Библии, в комментарии к посланию Филиппийцам, где именно такое приветствие, находим: «1,2 благодать вам и мир. Единый источник того и другого – Бог Отец и Иисус Христос»1. И это неудивительно, ибо в том же послании и с такой же легкостью, без каких-либо обоснований (лишь ссылаясь на Рим. 8:9; Гал. 4:6, где ничего не говорится ни о какой Троице и Ее Лицах), как заведомую данность они приписывают Иисусу Христу Божественное Лицо и отождествляют совершенно разные сущности Божественных ипостасей: Духа Иисуса Христа (ипостась Слово) с Духом Божиим (ипостасью Святого Духа)2.
Строго говоря, Единым источником благодати и мира, в таком случае, является Иисус Христос, как Богочеловеческое Существо, в Котором две Сущности: Бога и Человека.
(4) Который отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века, по воле Бога и Отца нашего;
Иисус отдал Себя Самого за грехи наши, ибо Он – человеческая Личность, обладающая Своей волей и желаниями; однако, Он отдал Себя, за наши грехи, не по Своей воле, а по воле Бога и Отца нашего. Бог именуется нашим Отцом без каких-либо оговорок, как, собственно, и в Писаниях Ветхого Завета. Но, вопреки Св. Писанию и истине, тринитарное учение измыслило различные оговорки для этого феномена, тогда как мы действительно являемся детьми Божьими по признанию Самого Бога (Пс.81:6), ибо имеем в себе Его бессмертную природу, Его естество – Св. Дух.
Этот стих опровергает вышеприведенные утверждения комментаторов Женевской Библии о единосущии Бога Отца и Иисуса Христа, ибо в единой сущности все едино: и воля, и действие, – как, например в человеке. Здесь же, обнаруживаются две воли: Бога и Иисуса, и два действия: Иисус отдал Себя, а Бог отдал Иисуса.
Очень важная деталь, которую и далее мы будем отмечать в посланиях Павла, – Иисус всегда действует по воле Бога Отца, Который в Нем во всей полноте. То есть воля Отца для Иисуса и Павла всегда в приоритете, поэтому Иисус, и избирает, и избавляет, и судит не Своей волей, но исполняя волю Отца, ибо истинны слова: «Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу, и суд Мой праведен; ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца» (Ин. 5:30).
(5) Ему слава во веки веков. Аминь.
Слава воздается, Павлом, Богу Отцу.
(6) Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатью Христовою так скоро переходите к иному благовествованию,
Проф. А. С. Десницкий пишет, что не во всех рукописях есть слово «Христовою». Призвание осуществляет Бог. Павел удивляется быстрому отпадению галатийцев от евангельского учения.
(7) которое впрочем не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово.
Какое-то мутное изложение мысли: галаты переходят к иному благовествованию, однако же, – поправляется Павел, – это благовествование не иное; а какое оно, – апостол не уточняет. Ясно лишь одно, кто-то иной, возможно, другие апостолы тоже проповедовали о Христе, но каким образом иные люди смущали галатов, и как они желали превратить (извратить) благовествование Христово, – Павел тоже не уточняет. Посмотрим, что говорят экзегеты.
Прежде всего, экзегеты считают, что, призвавший благодатью Христовой, – есть Бог, и пишут с большой буквы «Призвавшего», тогда как Св. Писание свидетельствует, и мы знаем, что Иисус, будучи Человеком, Сам пользовался благодатью Своего Отца. Поэтому, вероятнее всего, под призвавшим галатов благодатью [Христовою], а по сути, благодатью Божией, апостол имел в виду себя. Именно поэтому он удивляется перемене галатов, ведь мы знаем, что если призывает Своей благодатью Бог, то человек уже не поддается стороннему влиянию людей. Кто испытал на себе призыв Божий, тот познал и этот феномен неотвратимости следования призыву Божьему. Если же галаты отвратились от призыва Павла, то этот призыв был не благодатью Божией, а убеждениями Павла.
Что же касается тех, кто смущает галатов, и каким образом смутители хотят извратить благовестие Христово, – никто из экзегетов не уточняет.
(8) Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема.
Довольно странные альтернативы предполагает Павел. Прежде всего, он ставит свое благовествование выше благовестия Ангелов с неба! Более того, он допускает нонсенс: возможность того, что Ангелы с неба благовествуют ложь и заблуждение в противовес его благой вести.
(9) Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема.
Что именно приняли галаты, и что благовествуют иные проповедники или апостолы, к сожалению, нет никакой конкретики. Можно лишь догадываться, что речь идет о Христе, о Его смерти и воскресении.
(10) У людей ли я ныне ищу благоволения, или у Бога? людям ли угождать стараюсь? Если бы я и поныне угождал людям, то не был бы рабом Христовым.
Не быть рабом людей и собственных страстей, но быть рабом Христовым – великое благо для любого христианина, и это знает каждый. Что касается не угождения людям, то приходится ловит Павла на слове, ведь именно он сказал, что для всех поработил себя (1Кор. 9: 19—22), и еще: «Каждый из нас должен угождать ближнему, во благо, к назиданию» (Рим. 15:2).
Итак, угождение людям бывает разное, просто необходимо дифференцировать, как, кому и при каких условиях угождать. Если помочь человеку в трудной ситуации и тем угодить ему, то это не только непредосудительно, но и похвально, вспомним самарянина, помогшего еврею, попавшему в руки разбойников (Лк. 10:30—35); а если потакать человеку в его капризах или злых прихотях, то это грешно.
(11—12) Возвещаю вам, братия, что Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое, ибо и я принял его и научился не от человека, но через откровение Иисуса Христа.
Откровение, о котором говорит Павел, очевидно то, которое он получил на пути в Дамаск (Деян. 9:3—9). Конечно, основные истины: спасительная миссия Иисуса, Его смерть и воскресение – он узнал от Самого Иисуса, но не думаю, что Павел абсолютно все воспринял только от Христа, и ничего не перенял от учеников Христовых. Ведь он не только общался с ними, но и слышал, что проповедуют непосредственные свидетели и преемники Иисуса Христа. К тому же он пятнадцать дней общался с Петром и Иаковом, о чем скажет ниже (ст. 18—19), а за это время можно узнать всю полноту евангельских истин, например, что во Христе явился в мир Сам Бог Отец, о чем особенно тщательно изложил ап. Иоанн в своем Евангелие.
(13—14) Вы слышали о моем прежнем образе жизни в Иудействе, что я жестоко гнал Церковь Божию, и опустошал ее, и преуспевал в Иудействе более многих сверстников в роде моем, будучи неумеренным ревнителем отеческих моих преданий.
Гоня Христа, Савл гнал Церковь Божию. Это говорит о том, что Церковь Христа принадлежит единому Богу, и, по существу, Царству Отца Небесного. Об этом я уже говорил в книгах: «Богословие Апостола Иоанна»3 и «Апокалипсис глазами современника»4.
Павел верно определил черту своего характера: неумеренная ревность, ревность не по разуму или безрассудная ревность. Если бы он, как избранник Божий был наделен Его благодатью, то принял бы Христа без откровения и не гнал бы Церковь Божию, и не участвовал бы в убийстве Стефана.
(15—16) Когда же Бог, избравший меня от утробы матери моей и призвавший благодатью Своею, благоволил открыть во мне Сына Своего, чтобы я благовествовал Его язычникам, – я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью,
Как видим: Бог – Личность, и Сын Божий (Иисус Христос) – Личность, и ап. Павел – личность, – три самобытные личности. Бог Сам избирает для Себя Своих людей, и только Он может открывать человеку (в человеке) некое знание о другом человеке. Ап. Павел не сказал: «Сын открылся во мне», – но Бог открыл в нем Сына Своего.
Интересный богословский нюанс, Бог избирает человека еще до его рождения. Но это не значит, что Бог избирает просто так, будучи добрым, нет, Он избирает тех, кто позже будет исполнять Его волю, ибо Бог знает наперед, кто каким будет.
Слова: «Я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью», – несомненно. относятся к следующему стиху. Проф. А. С. Десницкий пишет: «советоваться с плотью и кровью – семитское идиоматическое выражение, означающее „советоваться с людьми“ (ср. РБО, Кул.)»5.
(17) и не пошел в Иерусалим к предшествовавшим мне Апостолам, а пошел в Аравию, и опять возвратился в Дамаск.
Павел почел излишним советоваться с апостолами Христовыми, находящимися в Иерусалиме, ибо он получил благословение на свое служение от Самого Христа. Но если бы было только это игнорирование других апостолов, однако, характерно то, что он считает их меньшими в сравнении с собой (2Кор. 11:22—23).