Багульника манящие цветы

© Валентина Петровна Болгова, 2024

ISBN 978-5-0062-9696-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

К 50 ЛЕТИЮ БАМа

– — – — – — – — – — – — – — —

Всем, кто участвовал в строительстве

Северомуйского тоннеля – посвящаю…

БАМ! Звонким эхом по всей стране неслось это короткое и звучное слово.

Сводки в эфирах, имена героев, стихи и песни не умолкали по проводам всей страны.

Не только молодые, но и люди всех возрастов с важностью надевали на себя бамовские куртки с эмблемами «БАМ».

Чувство гордости стать соучастником той Великой стройки, встать в строй с теми, кто уже вступил в ряды бамовцев, без прикрас переполняло сердца всех тех, кто прибывал на строительство Байкало-Амурскую магистраль.

Одиннадцатому отряду выпал самый тяжёлый и ответственный участок – восточный портал Северомуйского тоннеля.

В этот отряд попали и мы с мужем.

Необычайные красоты Забайкалья, новые, уже ставшие родными, люди, общее дело и размах работ, быстрорастущий, как в сказке, наш таёжный посёлок, вдохновлял на написание стихов, песен и дневников.

Это было началом пути многих и многих. Не написать книгу о той стройке, о тех героических людях, что отдали свои молодые годы, и свои жизни, было бы не простительно.

Всё, что помню, всё, что записывала в свой дневник, я перенесла в свой роман, который писала все десять лет. Сейчас жалею о том, что не вела тот дневник постоянно. Но я помню многих, с кем жила и работала в бамовском посёлке Северомуйск, где строился уникальный тоннель, длинною в пятнадцать с половиной километров…

Вот об этом строительстве и о том, как мы жили в далёком Забайкальском краю, я и поведаю всё то, что пережила сама лично, а не из интернета и прочих статей…

Гуляли версии о том, что БАМ строили заключённые или ещё какой – то непотребный люд. Да, железнодорожные полотна на начальном этапе строительства строили военные и заключённые. Но это тоже были люди, отдавшие себя на прокладку железной дороги. Им сейчас можно лишь посочувствовать, ведь тогда особой техники не было. Представляю, как тяжело им было, ведь БАМ – это край вечной мерзлоты! Дальнейшее же развитие этой уникальной стройки было передоверено специалистам, таким, как мостовые отряды, шахтёры и проходчики, маркшейдера, строители. Это были замечательные люди! Образованные, глубоко знающие своё дело, интеллигентные, из больших и малых городов нашей страны. Молодые парни и девушки не побоялись оторваться от маминых юбок, что – бы влиться в отряды комсомольцев. Они были из Ленинграда и Караганды, Прибалтики и Украины, представители Метростроевцев из Москвы и Германии.

Не позавидуешь главным инженерам и главным маркшейдерам нашего Бамтоннельстроя. Они провели такую работу, что просто можно ими гордиться. Все те сбойки со стволами, все стыковки рельс и выход из непредвиденных моментов, добавили им немало седин. Им была поставлена задача и выполнить её нужно было в строк. Это делалось, и даже некоторые работы были выполнены раньше намеченного срока. Но что – то не получалось и не по вине неправильных действий нашего руководства, а по причине того, что скальные породы и неустойчивый климат Сибири во многом препятствовали и тормозили всем тем планами, какие нужно было выполнить в срок.

Немного о себе. Прожив всего два года в новенькой, двухкомнатной квартире, пахнущей ещё краской, оставив свой, уже налаженный быт, отправились в далёкий край Забайкалья по зову Комсомола. Могли бы и не ехать при всей, уже сложившейся жизни. Но были мы молоды и в Комсомольских наших душах жил девиз «Кто, если не мы!»

Почему решили ехать на БАМ? Причины были. Одна из них, наш город – город шахтёров. Я окончила горный техникум, муж работал в шахте проходчиком. А там, в Северомуйске требовались горные профессии. Но не только это нас подвигло на ту поездку. Многие из нашего городка отправляясь туда, приглашали за собой и остальных, таких же отчаянных. И ещё, повторюсь, тогда нас двигала молодость, да наш комсомольский энтузиазм. Жалею ли сейчас об этом, по – происшествии многих лет? Конечно же, нет. Понимаю лишь одно – время выбрало нас и по – другому быть не могло. Когда – то мои родители уехали так же в свои молодые годы на добычу боксита в Свердловскую область. Стране нужны были самолёты, и моя мама с отцом отправились из Воронежской области на далёкий Урал. Они строили свои посёлки, работали в шахтах, растили детей. У моей мамы в трудовой книжке одна лишь запись – Бокситовый рудник, шахта №6. Видимо и мне было предначертанной судьбой пройти по стопам моих родителей – построить свой город. Да я нисколько и не жалею…

1974 год. Создавались отряды, отправлялись на объекты…

Прорубались просеки сквозь тайгу к будущей линии БАМа, прокладывались автомобильные дороги, строились мосты через многочисленные горные реки и речушки. Наконец, вышли к знаменитому Северомуйскому хребту. Здесь предстоит прорубить тоннель сквозь толщу скальных пород…

Печально, но моё прошлое часто уводит меня в мою молодость. Почему печально? Объясню – есть такая поговорка – время быстро летит. А у нас, бамовцев, жизнь, можно сказать, пролетала намного быстрее, чем на Большой земле. Пролетала так быстро, что иногда задумываюсь – вот ведь, какие дела, мы не успели запечатлеть всё то, что было там пережито. И все эти годы хочется вернуться в свою молодость, туда, где было очень тяжело, где было и очень здорово!

Кроме основной своей работы мы шли на другие объекты, это были школа, детский сад, магазин, школа искусств. Уставали? Да. Но, почему – то та усталость не угнетала нас. Наверное, понимали, что делали всё это для себя и своих детей.

Мы жили, не сетуя на то, что свет нужно было экономить, и был он не всегда, помогали трансформаторы. Хлеб привозили из какого – то улуса в замороженном виде и мы его разогревали в духовках, у кого они имелись.

Мы приспосабливались жить в тайге. Были озёра, богатые рыбой. Грибов и ягод столько – не ленись, собирай! Отряд в скором темпе построил столярку – что – бы жителей снабдить необходимой мебелью.

Вернувшись на Большую землю, живя в благоустроенном жилье, пришла к выводу, что человек способен выжить везде. А если он по натуре ещё и неисправимый романтик, то всё ему по плечу. В нашем посёлке было много молодёжи. Игрались свадьбы, рождались дети, появлялись детские коляски на дорогах. Хочется отметить такой факт; везут молодые мамаши перед собой коляски небольшой вереницей, уступая дорогу идущим навстречу «Магирусам» – самосвалам, везущим породу из строящегося тоннеля. Картина впечатляющая – время не стоит на месте, работа кипит на всех фронтах! Мы были рады каждому новорождённому, появившегося на свет в нашем посёлочке. Счастья тебе, малыш – бамовец!

На утреннике, в детском саду можно было видеть детишек из Москвы и Ленинграда, Харькова и Ташкента, Алма – Ата, и Киргизии, Белоруссии и Украины, Казахстана, Армении и Бурятии. Мы, совершенно не обращали никакого внимания на их личики различных национальностей. Все они были для нас родными и любимыми!..

Живописен край Забайкалья! Он собрал вокруг себя множество красот природы. Край этот таёжный, озёрный, степной и горный.

Новые достижения ждут Бурятию впереди. И они неразрывно связаны с коротким, но вдохновляющим призывным словом «БАМ».

Значение БАМа для страны общеизвестно. Велико её значение для Бурятии.

На год раньше срока, к 60 летию ВЛКСМ, рельсы БАМа пересекли границу Иркутской области и легли на территорию Бурятии у Байкальского хребта.

Байкало – Амурская магистраль пройдёт по территории республики на протяжении более полутысячи километров.

До старинного посёлка Нижнеангарск от Улан – Удэ нужно лететь сорок минут на самолёте АН – 2. Картина просто нереальная – летишь, а под тобой Байкал и так все сорок пять минут, до самого приземления в посёлке…

Затем пятьсот километров по бездорожью уже от Нижнеангарска до того самого посёлка, где придётся жить и трудиться все девять нелёгких лет.

Одиннадцатый отряд уже три года, как высадил свой десант на дальний участок БАМа – Муйскую долину. Там, за Северо- Муйским хребтом уже растёт столица тоннельщиков. Работа идёт полным ходом, но каждый день одиннадцатый тоннельный отряд принимает людей, прибывающий со всех концов страны. Каждому хотелось влиться в отряды бамовцев и облачиться в куртки с эмблемой «БАМ».

Подъезжая к посёлку, прибывший народ читает обозначение «Вас приветствует Северомуйск».

Северомуйск – самый сложный и самый отдалённый участок БАМа. На том участке работают комсомольцы не только из Ленинграда, но и из других городов. К началу проходки тоннеля восточного портала готовились основательно и что, самое главное – с большим энтузиазмом.

Дороги БАМа – это бесконечные подъёмы и спуски, узкие и ухабистые, местами с обрывами по одну сторону. Все знают историю о молодой женщине шофёре, которая погибла. Что – то случилось с её самосвалом, она не удержала машину, улетела в пропасть. Она очень была красивой, и имя у неё было красивое – Злата. Её муж тоже работал шофёром и ещё очень долго оставался на БАМе. Там, в том обрыве до сих пор сломанная сосна напоминает о беде…

Хочется отдельно сказать о тех молодых парнях – водителей грузовых машин, которые подвозили различные строительные материалы для работы на порталах и, конечно же, продукты для нас. Вот кто познал по – настоящему, что такое бамовские дороги! Километры и километры они крутили баранки своего грузовика по наскоро прорубленным просекам таёжного края. Дорога, словно стиральная доска. Мне, как и многим, тоже довелось трястись по этим ухабам. Сажать в машину посторонних строго запрещалось. Но водители входили в наше положение, всё же сажали нас, рабочих, под свою ответственность. Понять нас можно было – погода бывает нелётной, иногда неделями, а нам нужно было попасть с больницу посёлка Новый Уоян, или в магазин Нижнеангарска, а это все пятьсот километров пути вдоль бесконечных сосен, стоящих вдоль дороги по обе стороны. Низкий всем вам поклон за ваш нелёгкий труд по дорогам БАМа, дорогие наши водители той далёкой стройки! Вот кого можно назвать с большой буквы – Дальнобойщик. Те дороги не были покрыты бетоном и даже не двусторонние. Приходят мысли о том, как, должно быть было нелегко одному попасть в непредвиденную ситуацию на дороге? Хорошо, если машины едут не в одиночку, а друг за другом. Но так было не всегда. И можно только догадываться, как выходили из различных этих всех ситуаций водители. Где вы, парни шофера – бамовцы? Долгой вам жизни и огромное спасибо за ваш отверженный труд!

Рокот и гул вертолётов, вырубки просек, жужжание пил и напористое наступление на тайгу, всё же заставил ту тайгу сдаться, раздвинуться, обнажая свои топи и болота, нехотя принимая в свой комариный край настойчивых пришельцев.

Большегрузные «Уралы» на небольших скоростях пробивались по бездорожью, подвозя грузы для строительства западного и восточного порталов. Ну, а вертолёты – так те только по погоде…

Конечно, без потерь не обходилось. Но как быть, если, например, война, которую ведёт сейчас наша Россия, должна вернуть мир всему миру? А любая война забирает с собой людей и не важно, каких – у смерти врагов нет. Строительство той железной дороги, тоже можно назвать настоящей битвой. БАМ тоже терял людей, за его стройку люди отдавали жизни. Кто – то злорадствует над этим. Но несведущие люди всё же должны знать – там, где бой, там и поражения и героические победы, без этого никакой битвы просто не может быть! Если Вы не испытываете желания участвовать в этих битвах побед, всё равно ничего не поймёте – просто это не для Вас. И всё же, оставайтесь людьми, не становитесь разносчиками дурных и неправдивых слухов. Оставайтесь в стороне, но только не мешайте добрым людям выполнять тяжёлую, и такую нужную работу – строить мир! Мы Россияне и победа всегда с нами. Всегда! Это так предначертано самим Господом и жалок тот, кто далёк от такого исторического факта!

Сколько всего можно было услышать про строительство БАМа! Мнения различные, но какие могли быть сомнения, если стране нужна была железная дорога от Байкала до Амура! Надо отдать должное не только проходчикам, но сварщикам и монтажникам. Их работа на протяжении всего строительства Северомуйского тоннеля была настоящим подвигом. Парни работали на открытой местности – на портале в зимнюю стужу и в летний зной. Надоедливый гнус мешал заниматься своим делом, стараясь найти хоть небольшое место незащищённого тела. Зимой варежки примерзали к металлу и к электродам.

Сейчас могу ответственно заявить – БАМ построили настоящие патриоты своей страны и нужно ими гордиться. Бамовцы не предадут, протянут руку помощи каждому, в этом я убеждена.

Да и как по – другому, если девиз у нас был один – кто, если не мы!

Хочу ещё и ещё и ещё раз сказать той стройке спасибо. Если бы её не было в моей жизни, я бы, возможно, никогда – бы не увидела все красоты Севера, не увидела величественный Байкал. А видели ли вы, как цветёт в Забайкалье багульник? Мне, благодаря судьбе – ехать на ту стройку, в край Забайкалья, удалось это сделать. Я не только видела завораживающее цветение этого растения, но и потрогать эту красоту руками. Поверьте мне – увидеть сиреневую сказку своими глазами и потрогать её руками – это подарок от Бога! Ради себя, любимого, найдите время, что – бы увидеть все красоты Байкала! Нам, участникам той далёкой стройки, тот суровый край закалил и наши тела, и наши души. Преподал важные и нужные уроки жизни. Стойкость и мужество подарил нам таёжный край.

БАМ, Край Забайкалья – это вам не Крым. Преодолевать придётся всё – крепкие морозы, снега и освоение таёжных мест, мест болотистых и скалистых. Страшно? Да! Но молодым всё по плечу. Смелость города берёт. Это так, ведь бесстрашие и цель к победе будет идти тебе навстречу. И окажется этот путь намного короче. Дерзай, смелый и решительный народ! Дел впереди у тебя множество! Едет, едет молодое поколение покорять тайгу!..

Значение строительства БАМа для нашей страны общеизвестно. Велико её значение для Бурятии. На год раньше, к 60 летию ВЛКСМ Байкало – Амурская магистраль прошла по территории республики на протяжении более полутысячи километров.

С 1974 года прорубались сквозь тайгу к будущей линии БАМа, прокладывали автомобильные дороги, строили мосты через бесчисленные горные и таёжные реки и речушки. И наконец, вышли к знаменитому Северомуйскому хребту…

Тоннель строилась со всех сторон – западный и восточный порталы, да ещё три ствола над его сводом.

В тоннелях, а их было два – маленькая штольня и основной тоннель, то и дело гремели взрывы – из забоев днём и ночью вывозили вагонетками породу.

Самосвалы, бетономешалки, снующие туда – сюда рабочие на портале, всё это кипело, вертелось и бесконечно двигалось. Всё это было похоже на военные действия, и каждый чувствовал себя маленьким винтиком всего этого движения – нужного и важного…

Если сказать, что БАМ, это было вечным движением только в труде, это так – но не одно оно было в жизни бамовцев. Бамовцы умели трудиться и умели отдыхать. Рыбалка и охота, концерты и всевозможные конкурсы, встреча с артистами. Как жили люди в нашем посёлке, как строился Северомуйский тоннель, я и расскажу в своём романе…

ГЛАВА 1 НАЧАЛО ПУТИ

Скорый поезд Москва-Владивосток своими красными вагонами завораживал и манил вдаль далёкую пятилетнего Лёньку.

Скоро, совсем скоро, он вместе с мамой и младшей сестрёнкой Танюшкой, поедут в этом самом поезде, в вагоне №5.

Поедут к отцу на БАМ, на важную стройку страны – Байкало-Амурскую магистраль, где строятся железные дороги, мосты и тоннели для поездов.

Лёнька мало себе представлял эту стройку. Сердце мальчишки билось радостно и взволнованно от другого; скоро он будет сидеть в своём купе у самого окошка и, уткнувшись в него лбом, смотреть и смотреть на мелькающие за окном вагона машины, дома и реки. Он будет ехать почти неделю в этом поезде.

Но самого главного Лёнька ещё не знал. Не знал он, что этот самый поезд, с красными вагончиками умчит его надолго от любимой бабушки, от любимых игрушек и друзей в трудную, но всё – же увлекательную жизнь. Узнает мальчишка и морозы ниже сорока градусов и большие снега выше колен. Он будет топтать свои новые тропинки в таёжном посёлке между бараками, и повзрослеть ему придётся раньше, потому, что будет он и мамой и нянькой для маленькой сестрёнки Танюшки. Детских садов там ещё нет, а родителям придётся работать много, очень много. Но зато и новые знакомства с ребятнёй со всей страны Лёньке будут обеспечены, и друзей у него будет множество.

Пока он этого не знал. Лёнька живёт настоящим. Вот он ходит по Ярославскому вокзалу, как полноправный пассажир поезда дальнего следования. У него, как и у взрослых есть свой билет. У мамы билет зелёный, а у него, Лёньки, розовый. Ничего, что детский, зато и место у него есть и можно вполне этим гордиться. Недавно ему исполнилось пять лет. Лёнька уже большой.

Бабушка Маша в день рождения внука произнесла:

– Он у нас совсем взрослый и имеет полное право занимать своё место в вагоне. —

Она смахнула слезу, поцеловала любимого внука в его светлую макушку и полезла в сумочку доставать деньги для Лёнькиного билета Лёнька просиял – Ура! У него тоже будет билет. У Танюшки билета не было. Она и ходить- то недавно научилась. Она без мамы никуда. И поэтому будет вместе с мамой ехать на нижней полке, а он, Лёнька, на верхней. .

Вдохнув полной грудью вокзальный воздух, он снова стал оглядывать длинный состав поезда, который уже стоял и ждал пассажиров. Окошечки, с чистыми шторочками притягивали к себе Лёньку.

Особенно он гордился названием поезда. На каждом вагоне вверху было красиво и крупно написано – «Россия». Гордость переполняло маленькое сердце мальчика. И так, как мальчик знал почти все заглавные буквы алфавита, сумел прочитать:

– «Россия» – вслух прочитал он, утверждая каждую буковку, и сердце наполнилось радостью до слёз. Этот самый красивый поезд помчит его через всю Россию – матушку, через поля и реки, большие и малые города, через холмы и равнины.

Лёнька ещё раз оглядел весь состав, и со щемящим детским чувством вспомнил вдруг свой дом, двор, где совсем недавно жил. Он уезжает, поедет в новую жизнь, а друзья – Антон и Стёпка остаются. Увидит ли он их когда?

Сунул руки в карманы новых вельветовых брюк – подарок бабы Маши и достал небольшое увеличительное стёклышко. Они поменялись со Стёпкой перед отъездом. Лёнька давно мечтал иметь при себе такое увеличительное стекло, которое теперь холодной выпуклостью линз гладило его ладошку. Стёпке нравился Лёнькин калейдоскоп. Когда он приходил к Лёньке в гости, то всегда крутил его, смотрел в дырочку и всё время вслух восхищался перемещением разноцветных камушков внутри. Лёньке самому нравилось это волшебство, но калейдоскоп большой – в карман не сунешь, и мальчишки решили обменяться на память своими вещичками. А Антон вовсе такое придумал, что Лёнька ни за что не догадался бы до такого – у Антона был магнит, как подкова, одна половина красная, другая синяя. Тяжёлый, холодный он оттягивал его карман, но Антон никогда с ним не расставался. Даже в детский сад с ним ходил. Притягивал им гвозди, бил орехи, цеплял всех ребят за пуговицы, если те были железными. Лёнькин отец обещал с работы принести такой же магнит, но всё как-то не получалось. А теперь вовсе уехал на БАМ. Вот уже шесть месяцев там работает. Недавно вызов им с матерью прислал и ждёт Лёньку впереди другая жизнь. Антон расколол тот магнит на две части и одну, синюю её часть, отдал Лёньке, ничего не попросив взамен, просто так подарил, на память.

Собираясь в дальнюю дорогу, Лёнька собрал все самые свои любимые игрушки. Получился солидный багаж.

В дорожную его сумку уместились солдатики и машинки, игра в баскетбол в коробке, мячики и кубики, книжки и пластилин.

Мама, увидев весь его багаж, ужаснулась, и всё содержимое тут же вывалилось на пол. Она разрешила сыну взять только самое необходимое.

Он сидел над горой своих игрушек и с сожалением смотрел на них. Лёньке нужно было сразу всё или ничего. Но всё – же он взял одного солдатика, которого часто носил с собой в кармане, выбрал книжку с картинками и маленький пистолетик. Остальное всё сложил обратно в коробку и, вздохнув, затолкал её в кладовку с остальными игрушками.

Если бы Лёнька знал, что не увидит это своё богатство теперь очень и очень долго, он бы не торопился, а попрощался бы с каждой вещичкой, с каждой игрушкой, не доигранной и любимой. Но Лёнька, закрыв кладовку, побежал собираться в дорогу. Радость дальнего путешествия переполняло его сердце. А баба Маша чувствовала, что провожает дочь с внуками надолго, далеко и совсем непонятно куда. Одно слово-БАМ, где-то от Байкала до Амура раскинулся по Сибирской тайге.

Прячет Мария Леонидовна мокрые глаза и свои тревоги-волнения. Не хочет расстраивать дочь. Но Катерина всё видит и чувствует, как переживает за неё мать. Вида тоже не подаёт. Щемит её сердце. Понимает она, как не нравится её маме этот отъезд на БАМ.

Туда, куда теперь отправляется Катерина, навряд ли, Мария Леонидовна сможет поехать, что – бы их навестить. Не для неё неизведанные места и таёжные походы. Не манит её случайная встреча в лесу с медведем, пусть даже и добрым. И никакой радости она не будет испытывать, продираясь по валежнику.

Помнит она, как по приезду на Урал муж Илья водил её знакомиться с тайгой. Забрались в такую чащу, что думала, никогда не выберутся оттуда. Маша нервничала, волновалась, а Илюша смеялся и пытался ей в рот положить очередную порцию душистой малины, которая росла почти за их бараками.

Это уже потом, через несколько лет вырос их Уральский шахтёрский городок, а сначала топь, да бездорожье, строительство шахт и домов. Всё это она пережила, не хотелось бы ей, что бы её Катюшка начинала заново строить свою жизнь, строить свой город.

Нет, не любитель она новых перемен и путешествий. Вот и болела её душа о дочери – ведь там, куда она отправляется – сплошная тайга. И как можно там жить с детьми, если кругом лес!

Катерина понимала мамино состояние души, но выбор она уже сделала – она едет к своему мужу, что бы вместе с ним влиться в отряд бамовцев. Там уже вовсю кипит работа, а она всё ещё здесь.

– Прости, мама, прости, – твердила про себя Катя, чувствуя на себе мамин взгляд, полный любви и нежности.

И хоть Мария Леонидовна не подавала вида своих переживаний, Катерина понимала, что она сейчас испытывает большое волнение и тревогу за неё.

В какую – то минуту хотелось выкрикнуть —

– Всё! Никуда не едем! Остаёмся. Будем считать это шуткой. Но колесо уже закружилось, билеты в кармане, вещи упакованы, муж, как полгода один без семьи в далёком таёжном посёлке, Лёнька мотается туда-сюда по комнате – не знает, куда деть себя от радости. Только маленькая Таточка спокойно улыбается бабушкиными ямочками на щёчках и следит за перемещениями брата по комнатам. Ей одинаково хорошо – ехать куда, или не ехать. Ей главное, чтобы мама была рядышком.

Мария Леонидовна подошла к внучке, взяла её на руки, проглотила ком в горле, взяла себя в руки —

– Поезжайте, доченька, раз надумали. Страшновато конечно бросать всё благоустройство и ехать с малыми детьми в неизведанную глушь, да знаю, что пятиться, назад не станешь. Обещай только Катерина, что если там что-то не так, то сразу же вернётесь назад. Ну а я за вас молиться буду. Поезжайте. Вон сколько народа едет на этот БАМ. Посмотрите мир.-

Ей, не смотря на свою тревогу за дочь, хотелось всё же поддержать её. Её дочери предстоят большие перемены на новом месте. Не стоит её расстраивать. Там люди, не пропадёт её Катюшка. Не пропадёт, быстро привыкнет к новым местам. Да и Павел её уже заждался там.

И захотелось Марии Леонидовне свою дочь поддержать, сказать добрые, ласковые слова. Она бодро произнесла:

– Знаешь, дочка, ты по – другому и не смогла – бы. Точно так поступил бы и твой отец. Первым откликнулся бы на призыв своей страны. А раз ты его частичка, делай так, как подсказывает твоё сердце. Поезжай, ведь кто – то должен быть там, где требует время. Не маленькая ты уже у меня, сама разберёшься на месте – что к чему. Сама примешь решение. По твоей прихоти и твоей воли отправился на Бам Паша, поэтому ехать тебе к нему нужно обязательно. —

– Вот, вот – обрадовалась Катерина.

– Мне необходимо быть с ним, необходимо ехать к нему. Я не имею права оставлять там мужа одного, ведь это моя идея – отправиться на стройку. А если нас там что – то не устроит, так мы сразу же назад вернёмся. Мы будем писать вам обо всём. Да и Павел как же там без нас? Ты же знаешь, как он нас любит.