Всё ещё будет

Глава 1: «Где сердце дышит».

Людмила лежала в кровати и слушала пение птиц, доносящееся из открытого окна. Она любила такие тихие дни, наполненные спокойным щебетом пернатых, который казался мелодичным концертом на рассвете. В доме было тихо; вдвоём с мужем, пока дочери на учёбе. Именно такие дни дарили обоим ощущение уединённого счастья; редкие часы, которые они могут посвятить лишь друг другу.

В нежном полумраке спальни стоял лёгкий аромат сирени, доносящийся с улицы. Свет мягко пробивался через шторы, оставляя на стене едва различимые полосы, словно тени от воспоминаний.

Людмила лежала, вдыхая этот запах и думая о том, как мало нужно для счастья, просто чтобы быть рядом с любимым.

Она не торопилась подниматься, знала, что вот-вот появится Витя (муж), и непременно найдёт способ задержать её в постели подольше. Чем больше Людмила об этом думала, тем яснее в душе вставали воспоминания о том, какой ласковой и трепетной была их совместная жизнь все эти годы. И эту тихую радость, лёгкий стук сердца, птичий хор, смешанный с ожиданием мужа, она старалась прочувствовать до мельчайших оттенков.

Открылась дверь, и вошёл Виктор, обмотанный простынёй, с подносом в руках. На лице озорное выражение, некая мальчишеская радость.

– О, кофе! – радостно проговорила Людмила, приподнимаясь на подушках.

Удобно устраиваясь, смотрела на мужа, заметив, как блестели его насмешливые, но любящие глаза.

– Вам кофе в чашку или в постель? – шутливо спросил Виктор, словно произносил реплику из давно разыгрываемого спектакля, который, тем не менее не терял своего очарования.

Оттого что Людмила слышала эту фразу уже не раз, она всё равно не казалась избитой и вызывала тёплую улыбку. Сколько же лет он повторял эти слова, подавая ей кофе по утрам?! А ведь прошло уже довольно много времени. Но каждый раз она радовалась им, как в первый.

– Цветы? – увидев розу рядом с чашечкой кофе, спросила она, удивлённо приподнимая брови. – Ты что, в образе Аполлона бродил по саду?

– Не мог же я оставить свою Богиню без цветов! – в голосе Виктора послышалась весёлая гордость, он явно наслаждался своим сюрпризом.

– Ты с ума сошёл? Уже двенадцать, а если соседи увидят? – фраза прозвучала полушутливо, но с оттенком смущения.

– Я у себя дома, – улыбаясь, ответил Виктор. – А если честно, то я думал только о тебе, моя дорогая!

Он подошёл ближе, поставил поднос на тумбочку и легко коснулся её плеча, движение было настолько естественным и тёплым, что у Людмилы забилось сердце, как в юности. Иногда она ловила себя на мысли, что они и правда не постарели ни душой, ни отношением.

Взяв чашечку, Людмила осторожно пригубила кофе. От напитка разлилось приятное тепло, смешанное с утренним расслаблением. Виктор, устроившись у её ног, потянул на себя одеяло, пытаясь слегка приподнять его и оголить ей бедро.

– Осторожно, я же могу обжечься! – занервничала Людмила, поднимая чашку и чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее от тех ребяческих шалостей, которые муж устраивал уже много лет.

– А ты пей спокойно, не дёргайся, и не обольёшься, – медленно, почти нараспев, говорил Виктор, оттягивая одеяло. – Разве не знаешь моих способностей?

– Ты с ума сошёл? – улыбнулась Людмила. – Я же совсем без ничего!

– Вот и прекрасно! – произнёс Виктор, почти распевая, словно каждая фраза была отголоском утреннего настроения. – Ты выглядишь как богиня Гера.

– Почему Гера? – наигранно нахмурилась Людмила. – В чём подвох?

– Потому что твоё тело всё ещё скрыто от моих глаз, а Гера, как покровительница брака, всегда чуть недоступна взору.

Не удержавшись, Людмила рассмеялась, этот образ оказался на удивление точным и ласковым.

Она допила кофе и поставила чашку на тумбочку. Воспользовавшись тем, что жена отпустила руку, Виктор сдёрнул одеяло, словно озорной мальчишка, забирающий игрушку. – О! Моя Афродита, богиня красоты и любви! – воскликнул он с мечтательной восторженностью.

– Это та, что без рук? – поддела его Людмила, стараясь подтянуть одеяло, в то же время посмеиваясь над его игрой.

Виктор засмеялся, уронив голову на подушку.

– Ну вот, – проговорил он сквозь смех, – всё так поэтично начиналось.

– Пора заканчивать с поэзией, нужно вставать! – сказала Людмила, поглядывая на часы, понимая, что пора уже заняться делами, несмотря на уют утренней постели.

– Почему? – жалобно протянул Виктор, будто его лишали радостей жизни. – Разве больше нет времени побездельничать вместе?

– Потому что скоро привезут розы, – проговорила Людмила, гладя мужа по голове. – Да и Катюша обещала приехать пораньше.

– Розы? У нас сегодня посадки? – Виктор сделал вид, что ужасно удивлён. – Не хочу никаких посадок, не хочу отрываться от тебя!

– Надо, Витя, надо, – засмеялась Людмила. – Ты же сам готовил грядки в прошлый раз?!

– Да, забыл. Ну ладно, ты права, встаём! – с неохотой согласился муж.

Он потянулся, и Людмила залюбовалась его фигурой: сильные руки, крепкое тело. Несмотря на годы, Виктор оставался в прекрасной форме. Каждое движение было ей знакомо, любимо, как музыка, звучащая из глубин их отношений.

Натянув трико, он чмокнул жену в щёку и побежал во двор, делать зарядку. Людмила сидела в кровати, ещё мгновение, наслаждаясь блаженным ощущением, и чувствовала, как сердце наполняется благодарностью судьбе за подаренное ей счастье.

Затем она встала, не спеша надела халат. Подойдя к окну и завязывая пояс, взглянула во двор. Муж уже активно делал упражнения. В этот момент Людмила улыбнулась своим мыслям, вспомнив, как боялась, что со временем романтика уйдёт, а чувства остынут, но в их семье всё, наоборот, только укрепляется с годами!

– Двадцать лет, как мы поженились, – думала Людмила. – А Витя всё такой же молодец, как и раньше. Только волосы чуть тронула седина, но в душе он по-прежнему мальчишка: радостный, озорной. И это озорство, эта лёгкость, как будто спасают от старения, дают силы и веру в лучшее. Кажется, любовь не только не прошла, но и стала глубже?! Каждое утро напоминает мне о том, какая я счастливая! Радостные мелочи, дурашливые шутки Вити мы можем делить вместе, и это так бесценно! – она улыбнулась своим мыслям. – А ведь с каждым годом я люблю его всё больше и больше. Настоящая любовь приходит не в момент влюблённости, она вот в таких утрах, в розочке у чашки, во взгляде любимого.

Улыбнувшись, она отправилась заниматься повседневными делами. Сначала навела порядок в спальне: аккуратно заправила постель, взбила подушки, расправила покрывало, словно обращаясь с драгоценным символом их супружеской жизни. Потом направилась на кухню готовить завтрак. Уже ощущалось, что будет насыщенный заботами день, и ничего не страшило её в этом потоке хлопот, напротив, казалось источником радости.

К тому времени, как Людмила приготовила завтрак, Виктор вернулся с улицы, разгорячённый и бодрый.

– Роз много привезут? – спросил он, усаживаясь за стол. – Моя помощь нужна?

– Нет, я справлюсь, ты же всё вскопал. Мне только воткнуть. Ты лучше в бочки воды набери, девочки парники польют вечером.

Все эти бытовые детали давно вошли в семейный уклад. Жизнь, которую они с мужем построили, шла спокойно. Они понимали друг друга с полуслова. Не было громких ссор и тайных обид. Были дети, смех, вечера в обнимку у телевизора, и любовь – эта незаметная, но прочная ниточка, которая связывала их души.

После рождения каждой дочери, а их три, они не просто сохранили теплоту и нежность в отношениях, но и сильнее, крепче стали их чувства.

Их дом был окружён ухоженным садом, где всегда цвели цветы. Под окнами росли кусты сирени, а у забора, красиво его оплетая, раскинулись клематисы. В солнечный день двор наполнялся разноцветьем, а вечером ласковым ветерком, пробирающимся сквозь листья.

С внутренней стороны забора была узкая грядка для роз. Людмиле нравилось коллекционировать розовые кусты разных сортов: от белоснежных до ярко-алых, от мелких до роскошных чайных роз. Виктор иногда шутил, что это её королевство, где у каждого куста своё тронное место. Но когда розы зацветали, он ходил с женой по саду, восхищаясь красотой. Для них эти растения стали символом романтики и преданности.

Дом внутри был комфортным и удобным: уютная гостиная, где все члены семьи собирались по вечерам, просторная кухня, на втором этаже спальни и кабинет, предназначенный Виктору для работы. Там хранились книги и семейные фотографии. Девочки часто занимались в кабинете, перелистывая книги. Виктор приучил их с детства на любую поставленную тему искать ответ в книгах и энциклопедиях. Иногда Людмила заходила туда одна, чтобы вдохнуть запах страниц, полистать старые фотографии и просто побыть наедине, и повспоминать.

Наблюдая за взрослением дочерей, Людмила осознавала, как быстро летит время, и что скоро девочки покинут родительский дом, разлетятся как птенцы из гнезда. И всё же она была уверена, что в будущем они с мужем останутся рядом друг с другом, сохранят то тепло, которое накопили годами. На душе царила спокойная уверенность, что всё будет хорошо!

Глава 2: «Радость души».

Дочери – самое большое Людмилино сокровище. Это не просто её дети, это её опора и вдохновение, которую она носит в своём сердце, которая продолжение любимого. Аня, Маша и Катюша они такие разные, но каждая по-своему драгоценна и уникальна. Каждая из них была как отдельная вселенная, в которой Людмила могла найти и утешение, и силы, и радость.

Старшая Аня, самая серьёзная и вдумчивая, ей уже почти двадцать. Она учится на первом курсе института пищевой промышленности и мечтает не просто готовить, а создавать еду, которая будет не только вкусной, но и полезной.

Людмила с восхищением слушает рассказы дочери о практике, о современных технологиях, о том, как важно проектировать столовые и рестораны, чтобы еда сохраняла все свои питательные свойства и радовала глаз. Людмила не очень понимает тонкости этих процессов (при чём здесь вид столовой и вкус блюда?), но всегда внимательна к каждому слову дочери, ведь в её словах ощущалась такая страсть и преданность своему делу.

Маша это не просто другая история, это – другая вселенная! Не институт, а техникум, не теория, а практика. Настоящая работяга! Она пошла учиться позже, но закончит учёбу в тот же год, что и Аня, ей восемнадцать. У Маши золотые руки, хороший вкус и тяга к прикладному творчеству. Она может часами работать над выкройками или эскизами, поглощённая процессом. В её комнате всегда что-то кроилось, шилось, украшалось, а стены увешаны рисунками будущих творений. Маша была настоящим изобретателем, соединять несоединимые вещи! Её идеи были настолько нестандартными, что их трудно было даже представить, но, когда она начинала работать, всё становилось возможным.

Обе дочери добрые, ласковые, но абсолютно разные. Аня: темноволосая, с карими глазами, как у Людмилы. Маша же светлая, голубоглазая – настоящая копия отца. Иногда, глядя на Машу, Людмила думала, что надо было назвать её Алёнушкой.

А вот Катюша – младшенькая, была их солнцем! Она похожа на Аню, но с такими повадками, которые невозможно предсказать. Иногда она казалась взрослой и почти серьёзной, а в следующий момент начинала смеяться, как ребёнок, бегала по саду с лейкой, перепачканная в земле, но абсолютно счастливая. Её энергия была заразительной, и всё вокруг становились ярче.

Сегодня она волновалась, в её жизни первый экзамен в школе, важный рубеж, первый шаг во взрослую жизнь. Людмила знала, что Катя обязательно справится, потому что она сильная и целеустремлённая, просто ещё не совсем в это поверила.

Катюша приехала к обеду. Бегом пролетев через двор, на минуту задержалась у роз, стоящих у гаража в тенёчке, и вбежала в дом.

– Я дома! – громко воскликнула она из прихожей.

Людмила поспешила выйти навстречу, радуясь весёлому настроению дочери.

– Ну что, как всё прошло? – спросила она с тревогой в голосе.

– Отлично! Думаю, сдала на «пятёрку»! – Катя сияла, как весеннее солнце. – Значит, ура, каникулы!

– Милая, поздравляю тебя! – обрадованно произнесла Людмила. – Сегодня вечером отметим твой успех, хорошо?

– Мам, может, подождём Аню с Машей, чтобы всем вместе отпраздновать через неделю? – предложила дочь, проходя на кухню.

– Отлично, давай так! Устроим общий праздник, – согласилась Людмила.

Катюша отказалась от обеда и предложила маме помочь посадить розы. Девочка всегда больше, чем сёстры, любила заниматься растениями, ведь это занятие казалось ей волшебным и умиротворяющим. Когда она орудовала лопаткой, откидывая землю, или аккуратно расправляла корни саженца, её движения были такими осторожными, как будто сад был её личным пространством, местом её уравновешивания и созерцания.

– Катюша, ты так аккуратно прикапываешь розы, будто боишься, что им будет больно, – порой замечала Людмила.

– Конечно, цветам тоже может быть больно, просто мы не слышим, как они кричат, если их корни ломают! – отвечала Катя, с любопытством разглядывая цветы.

Людмила радовалась за дочь, ведь в этих детских словах скрывалась особая любовь к природе, и это всегда трогало её сердце.

Когда они закончили, Людмила и Катя пили кофе на кухне. В это время пошёл дождь, проливая только что посаженные розы, и это приятно радовало.

– Вовремя, розы точно приживутся! – сказала Людмила, глядя в окно, как капли дождя бьют по листьям.

– Как же здорово пахнет, – проговорил Виктор, входя на кухню и вдыхая аромат кофе. – А я и не знал, что вы без меня кофе пьёте?!

– Я хотела позвать, но ты был занят, – улыбнулась Людмила.

Виктор сел за стол, взял чашку и с улыбкой взглянул в окно.

– Девчонки звонили? – спросил он.

– Да, – ответила Катя, – едут на автобусе, будут минут через двадцать.

– Поеду встречу, промокнут ведь?! – предложил Виктор, поднявшись.

Пока он надевал ветровку, за окном дождь разошёлся по-настоящему. Ливень хлёстко стучал по стёклам, заливая дорогу. Людмила с беспокойством смотрела на это, её мысли были о розах, о том, как сильный дождь может повредить саженцы.

– Дождь закончится, нужно проверить посадки. Земля мягкая, боюсь, что корни могут оголиться от такого ливня, – проговорила она озабоченно.

Минут через тридцать Виктор вернулся с Аней и Машей. После ливня вечером семья сидела в тёплой гостиной, рассказывая последние новости. Девочки делились своими студенческими впечатлениями.

– Анечка, сдашь ещё один экзамен, и на год ближе будешь к своей мечте! – сказала Людмила, слушая дочь, которая с азартом рассказывала о предстоящей практике.

– Мамочка, я с каждым днём больше чувствую, что готовка – это моё! Придумывать новые рецепты, экспериментировать со вкусами; как будто я рождена для этого! – с энтузиазмом выдала Аня.

– Я с тобой полностью согласна! – подхватила Маша. – Мне тоже интересно придумывать новые модели и шить. Меня так увлекает мир моды!

– Мне нравится ваш настрой, девочки, – улыбнулась Людмила. – Вы не боитесь экспериментировать. Вот это и есть самое ценное в молодости: не ждать, а делать!

– Мама права, поставили цель и смело двигаетесь вперёд, – заметил Виктор, входя в гостиную. – Кстати, Катюша, а как у тебя с планами? – повернулся он к младшей дочери.

– Я ещё не решила, – пожала плечами та. – Мне кажется, что именно с растениями я ощущаю себя в каком-то другом измерении. И чем больше узнаю о ботанике, тем сильнее меня тянет к природе.

– Тогда либо биолог, либо эколог, – предположил папа. – Те и другие занимаются изучением растений.

– Возможно? Посмотрим, – ответила дочь.

Разговор шёл легко, впрочем, как и всегда. Людмила смотрела на своих девочек, на мужа и чувствовала себя самой счастливой женщиной на земле!

– А если нам этим летом съездить в путешествие? – вдруг предложил Виктор.

Людмила обрадовалась, что муж поднял тему отпуска, вовремя.

– Как вы смотрите на идею прокатиться по Золотому кольцу? Мы были там, с вами маленькими, но сейчас вы станете смотреть на это другими глазами. Новый формат, новые впечатления. Думаю, получите массу удовольствия?!

– На машине? – переспросила Людмила.

– В тот раз девчонки были маленькими, и на машине было проще, а сейчас я предлагаю речной круиз, будет менее утомительно.

– Круиз?! – ахнули девочки. – Это же классно!

– Думаю, вам будет интересно?! – продолжал папа. – Впечатление мира у человека меняется с возрастом. Да и интересно посмотреть на города с палубы.

– Здорово! – обрадовалась Людмила. – Девочки, вы как?

– Мы только за! – обернулись они друг к другу, поддерживая предложение отца.

– Отлично, – подвёл итог Виктор. – Сегодня мы фактически придумали новую мечту, и через месяц отправимся в путь!

Но в тот момент никому не пришло в голову, что этой мечте не суждено осуществиться?!…

После разговора все разошлись по своим комнатам. Дом погрузился в повседневную суету: Катя разбирала учебники, Аня и Маша перебирали привезённые из города вещи. Виктор с Людмилой остались в гостиной. Они были предельно счастливы, думая о грядущем речном путешествии.

Вечером Людмила вышла на крыльцо, умиляясь, слушала, как стрекочут кузнечики в саду, как журчат капли дождя по листьям, всё наполнено жизнью и гармонией. И мыслей, что завтра может принести какие-то мрачные перемены, в её голове не существовало!

Глава 3: «Когда тишина кричит».

Людмила подошла к окну и замерла рядом с полупрозрачной занавеской, которая мягко колыхалась от лёгкого ветерка. Казалось, сама природа пыталась утешить её тёплым воздухом, ароматом сада, мирным щебетанием птиц. Но всё было тщетно. Прошло девять дней с тех пор, как Людмила потеряла мужа. Человека, которого любила всем сердцем, который был для неё неотделимой частью её самой!

Тишина и пустота в доме, где обычно звучал его голос, были почти невыносимы, и ощущение опустошённости не проходило. Казалось, никто и ничто не может понять её боль и разделить страдания. Боль от потери была такой острой, что казалось, будто тело резали по живому. Людмила задыхалась, сердце рвалось наружу.

– Сегодня прошло ровно девять дней, – подумала Людмила, – как мы остались одни: я без мужа, а дети без отца. Кто решил, что в нашем доме теперь будет пустота? – кричала её душа.

Боль захлёстывала при каждой мысли о Викторе. Казалось, тоска разрывает: сердце, душу и тело. Это была не просто утрата, а невероятная пропасть, которую ничем было заполнить. Она не могла перестать задавать себе один и тот же вопрос:

– Почему я виню его? Потому что он не послушал меня? А мог ли он поверить в мои предчувствия? Эта авария, эта страшная авария! – она прошептала последние слова, прикрыв глаза.

Образ того вечера снова встал перед Людмилой, до мельчайших подробностей:

Тогда, выйдя на крыльцо, она почувствовала, как что-то холодное и острое пронзило её изнутри. Леденящий ветер, неестественный для тёплого вечера, словно поднялся изнутри, как предупреждение. Страх охватил с головы до ног.

– Мы никуда не едем! – громко произнесла она, чувствуя, как внутри всё сжимается.

– Я не могу отменить встречу! Бизнес есть бизнес, и нельзя всё отменять из-за неожиданного страха жены?! – Виктор не поверил и стал переубеждать Людмилу.

– Умоляю, Витя, давай останемся дома! – взмолилась она.

– Это бизнес, Люда! – сказал он, вырывая руку. – Люди ждут.

Она категорически отказалась и, в конце концов, он ушёл один. А Людмила села на диван, дрожа всем телом, с ощущением, что видит мужа в последний раз. И, как оказалось, была права!

Спустя несколько часов Людмила узнала, что он не вернётся больше никогда! Ужасная авария унесла его жизнь.

– Почему я виню его? – вслух спросила Людмила себя, глядя в пустоту. – Разве он мог поверить моему предчувствию, которое накрыло меня, как гром? Он погиб не по своей воле, но, если бы Витя…, – она осеклась, осознав, что бессмысленно задавать эти бесконечные вопросы. – А ведь меня тоже могло не быть?! – пронеслось в её сознании, – если бы я не остановилась на пороге, мы бы погибли вместе. Почему? Почему я это чувствую? Зачем мне это? Ведь это не приносит облегчения, а только боль. Как можно жить, зная, что рядом смерть? – она надрывно вздохнула. – Как ни горько осознавать, но жизнь продолжается, и раз я осталась, значит, это для чего-то нужно?!

От этих мыслей Людмиле становилось на секунду легче, а потом всё возвращалось. Девять дней – слишком малый срок, чтобы понять, как жить дальше без любимого человека. Привычные мелочи: его чашка на полке, следы от обуви у дверей, начинали казаться невыносимой пыткой.

Людмила вспомнила, как уже давно у неё случались подобные тревожные предчувствия, как всё началось. Сны, знаки, ощущения, всё было таким реальным, таким ощутимым, что трудно было различить грань между реальностью и тем, что приходило от каких-то других миров?! Всё это пришло после одной операции.

Ей делали простую процедуру, под общим наркозом. Но под наркозом она ушла. Её тело лежало на столе, а сознание было в другом измерении. Она шла по узкому тоннелю, как сквозь туман. В конце её ждали люди, родственники, умершие задолго до этого, даже те, кого она не знала. Все как живые. Среди них выделялась одна фигура. Людмила узнала бабу Катю (мать отца), свою единственную и любимую бабушку, потому что баба Поля (мать мамы) умерла, когда она была маленькой. Отец называл бабу Катю самой доброй женщиной в роду.

– Назад! – скомандовала баба Катя. – Тебе ещё нельзя сюда. У тебя три дочери, тебе их растить надо.

И в тот момент Людмила поняла, что умерла. Но баба Катя стояла, как преграда, не давая приблизиться. Тогда-то и раздался голос медсестры, возвращающий её в реальность.

– Женщина, женщина, откройте глаза! – громко говорила медсестра, хлопая по щекам.

Людмила вернулась. Но с той поры жизнь изменилась. Она начала видеть вещи, предчувствовать трагедии, слышать тех, кто должен был молчать.

Вспомнила, как предвидела смерть свёкра, видя во сне, что он с трудом тащит большой шкаф на спине. Потом всё подтвердилось. Он действительно долго болел и умер тяжело. И смерть свекрови тоже видела во сне. Они бродили по белому, светлому дому, где свекровь выбирала комнату, но не пустила Людмилу войти. И вскоре свекровь скончалась.

Эти совпадения пугали, и не хотелось думать, что ей дано видеть, предчувствовать смерть близких. Но как же жить, если каждое предчувствие сбывается?!

Людмила стояла у окна, глядя на осенний сад. Каждое дерево казалось ей старым другом, который уже много лет стоит и молчит, не задавая вопросов.

– Старые деревья, пережившие многие зимы и лета с нами, такие же, слабеющие, как я, но всё ещё стоящие, – с грустью думала она.

Ветер тянул к ней запах увядающих листьев. Он казался таким знакомым и одновременно таким чужим, как воспоминания о Викторе, которые она не могла выбросить из своей головы. Всё, что окружало её в этот момент, говорило о том, что она переживает свою осень, как и этот сад, готовый к зиме. Она вздохнула, чувствуя, такую безысходность, что не было сил думать о будущем. Страшное настоящее заполнило её полностью.

– Всё возвращается к своему истоку, как листья, которые снова падают на землю. Я тоже возвращаюсь, но куда? Что будет дальше?

С улицы донёсся негромкий смех – это девочки о чём-то шептались под окном. Людмила прижалась лбом к стеклу, пытаясь хоть как-то сосредоточиться, но душа надрывно плакала.

– Я, когда выучусь, заработаю денег, открою свой ресторан, – услышала она слова старшей дочери.

– А я окончу техникум, заработаю денег и открою своё ателье! – поддержала средняя.

– А я вообще не буду думать о деньгах, – послышалась сквозь смех Катина реплика. – Выйду замуж за принца на белом коне и рожу ему богатыря!

Старшие дочки хором рассмеялись, глядя на младшую. Людмила не сдержала тёплой улыбки.

– «Три девицы под окном», – подумала она, неожиданно вспомнив пушкинские строки. – И несмотря на горе, которое свалилось на нас, жизнь продолжается. Девочки шутят, мечтают о будущем, – радостно вздохнув, она прошептала: – Всё у нас ещё будет! Обязательно будет!

Глава 4: «Я рядом».

Услышав шаги за спиной, Людмила обернулась. В комнату вошла её подруга – Маргарита, невысокого роста, полноватая, но всегда с живым блеском в глазах женщина. Вот только сегодня её вид выдавал не только печаль и усталость, но и слабую потерянность, будто она сама была на грани, как и Людмила. Рита всегда следила за собой: ухоженные руки, аккуратный макияж, причёска. Но на этот раз она выглядела, будто не спала ночь.

– Ты с кем разговариваешь? – тихо спросила Маргарита, бросив взгляд в сторону окна, и устало посмотрела на подругу.